Энканта
Марго

Серия БДСМ-клуб «Сабспейс»

© Энканта, 2018

© Издательство «Aegitas», 2021

Пролог

Она отлично помнила тот день, два года назад. Утром она снова стояла перед закрытой дверью в ванную и вдруг поняла, что больше не может так ни дня.

Ее муж проводил в душе сорок минут, каждое утро. В то самое время, когда она тоже собиралась на работу. Он всегда оставлял ей на душ и умывание пять минут. Просьбы освободить ванную побыстрее не работали. «Две минуты», – ответил он, когда Рита зашла туда второй раз и сказала, что уже опаздывает. Но из душа он вылез только через четверть часа.

Как всегда. Как во всем. Он жил ровно так, как хотел, а она подстраивалась. Делал ровно столько, сколько мог без ущерба для своих планов, а она – все остальное. Если нужно было пораньше заехать за ребенком в школу, если Майя болела, он говорил: «Я не могу, у меня работа». У нее тоже всегда была работа, но она выкручивалась. Она брала отгулы, отпрашивалась, перед всеми извинялась.

Олег делал карьеру. Рита почти всегда вставала пораньше, чтобы отвезти Майю в школу. Ему важно было высыпаться – то важное совещание, то международный проект. Если она валилась с ног от усталости и просила прийти пораньше, Олег всегда обещал, что придет. Она всегда надеялась, что так и будет. Но он никогда не выполнял этого обещания.

Наоборот, как-то так получалось, что именно в эти дни он задерживался до ночи, хлопал дверью в двенадцать, гремел посудой до часу, потом до двух ходил по квартире, курил, умывался. В спальню затягивало холод с балкона и запах дыма. Рита плохо спала. Утром она отводила Майю в школу и возвращалась домой к закрытой двери в ванную, ожидая, пока Олег закончит.

Тщательно помывшись, он убегал на работу, чтобы успеть вовремя, а Рита на свою регулярно опаздывала. Пару раз она решала, что будет вставать еще раньше, чтобы успевать помыть голову до Майкиного будильника, но надолго ее не хватало. Она не высыпалась, злилась, делала ошибки на работе.

В те моменты, когда Рита ждала под дверью ванной, она невольно вспоминала все случаи, когда ей приходилось подолгу ждать Олега.

Она ждала его на улице под дождем, когда была еще беременной, минут сорок. Он кротко извинялся, объяснял про важное совещание.

Ждала дома с орущей температурящей Майкой на руках, когда их дочери было чуть больше года – часов пять. Он не извинялся, жаловался на проблемы на работе. Рита уложила Майю сама и до середины ночи выслушивала его, вникая в Олегов конфликт с начальником и поддерживая мужа.

Ждала в постели, когда Олег обещал ей романтический вечер на ее день рождения. Она смотрела длинный фильм, чтобы не заснуть, но все равно заснула. Утром он подарил ей новый китайский телефон, чмокнул в щеку и скрылся в ванной на сорок минут. Позже оказалось, что ему повысили зарплату за успешно сданный проект, и он отмечал это событие с коллегами. На кухне Рита нашла новый айфон, который Олег купил в тот же день для себя.

Когда он вышел из ванной, она посмотрела ему в глаза и сказала:

– Олег, я хочу развода. Чем быстрее, тем лучше.

Пока она принимала душ, Олег нервно собирал вещи, курил, потом смотрел на нее ошеломленным взглядом, словно ожидая, что она закричит: «Все отменяется! Шутка».

Но Рита не собиралась говорить ничего подобного. Они все уже обсудили месяцем ранее. И за два месяца до этого. Она хотела развода давно, Олег уговаривал ее «образумиться», уверял, что безумно любит, просил подождать «ради Майки». Дважды она соглашалась, где-то внутри зная, что просто копит гнев. Ей нужно было разозлиться на него так, чтобы больше не поддаваться на уговоры, и теперь это произошло.

– Я уеду на дачу прямо сейчас, – сказал он, цедя слова по одному, искоса наблюдая за ней – не испугается ли? Не передумает?

Она молча кивнула:

– Поезжай.

В тот день она снова опоздала на работу и столкнулась в лифте с собственным начальником, на котором не было лица. Переведя взгляд с запыхавшейся Маргариты на часы, он сузил глаза и холодно спросил:

– Ты уверена, что еще хочешь здесь работать?

Рита посмотрела ему в лицо, открыла рот, чтобы попытаться объяснить, но потом поняла, что это вряд ли удастся. Он уже все решил.

Позже она узнала, что на утренней планерке в тот день ее шефа здорово отчитали и лишили квартальной премии. Причиной недовольства главы департамента были систематические недочеты в работе всего отдела в целом, но конкретным поводом стала заметная ошибка, допущенная накануне.

Эту ошибку сделала Маргарита, поскольку торопилась уйти с работы пораньше – у Майки отменились вечерние занятия по английскому, ее нужно было забрать ровно в шесть после продленки.

Ей было ужасно стыдно перед начальником. Она хотела бы сказать ему, что с завтрашнего дня все изменится, что она будет работать лучше, но правда была в том, что с завтрашнего дня ей придется заниматься разводом. Ей нужно будет осторожно объяснить все Майе, узнать насчет оформления документов и как-то договориться с обиженным насмерть Олегом насчет раздела имущества.

В ближайший месяц она не собирается работать лучше. Положа руку на сердце, теперь она станет еще более ужасным работником, чем раньше.

– Я могу написать заявление по собственному? – негромко спросила она, опустив глаза.

– Да. Без проблем. Только с сегодняшнего дня, – после небольшой паузы процедил начальник и, едва дождавшись открытия дверей лифта, пулей умчался в собственный кабинет.

В тот день все шло навыворот. Рита позвонила матери и попросила забрать Майку на денек к себе. Мама не любила помогать с ребенком, но, поскольку Рита обращалась не чаще раза в квартал, помогала.

А потом она позвонила еще одному человеку и сказала:

«Я хочу попробовать с тобой. Все, что хочешь.».

Потом подумала и дописала:

«Но только сегодня. Завтра, наверное, уже не решусь».

Глава 1
Интересные мужчины всегда заняты

Два года спустя.

Полумрак в зале – свет приглушен чуть сильнее обычного – и тихая музыка подчеркивали камерность вечеринки в клубе «Сабспейс». Пять свободных комнат на втором этаже, одна на первом, дополнительное пространство лаунжей – всего этого вполне хватало, чтобы обеспечить приватность для каждого из двенадцати гостей. Всего двенадцать человек – маленький клуб внутри клуба.

Здесь были все самые безбашенные, самые по-хорошему чокнутые. Марго следовало быть польщенной, ведь она и месяца не состояла в клубе, когда получила приглашение на новый формат вечеринки. Только для друзей владельца, только бесплатно.

Такие вечеринки, как пояснил ей сам Макс, это новый экспериментальный камерный формат для самых свободомыслящих. Для тех, кто хочет еще немного выйти за пределы собственных границ в дружелюбной атмосфере.

Сюда невозможно было попасть ни за какие деньги – только по приглашению. Кандидатуру нового гостя должны были одобрить при этом как минимум трое мастеров или нижних клуба. Марго следовало бы гордиться собой – ведь она смогла быстро понравиться лучшим из лучших.

Хотя она ничего особенного не сделала, так, пару раз невозмутимо флиртовала у барной стойки с самыми привлекательными домами. К ней там клеились многие, хотя она особенно не готовилась к своему приходу в клуб и надела обычное платье-резинку. Конечно, все домы подсознательно реагировали на нее лучше, чем на девочек-новичков. Марго знала, почему: по ней было видно, что она знает, чего хочет, и ничего не стесняется – ни своего тела, ни интереса к нему со стороны мужчин. Она готова к экспериментам.

Но когда она была новичком, настроение бывало и получше – казалось, мир полон отличных доминантов. Теперь же она видела гораздо больше, и это сужало выбор до одного-двух человек в зале. Она ясно видела: тот неопытный, этот боится, а этот вообще только думает, что дом. Макс, Михаил, Ник – выделялись так, словно их подсвечивал прожектор. Они выглядели спокойными, уверенными и внушающими доверие.

И все они были заняты, что ее совершенно не удивило. Марго давно привыкла, что все самые интересные мужчины всегда заняты.

Поэтому она все еще немного скучала и особо не верила в то, что сегодняшний вечер чем-то взволнует ее. За последний месяц никому и ничему в «Сабспейсе» не удалось ее сильно удивить, хотя сначала казалось – клуб, целый новый мир, новые ощущения. Может, она уже слишком долго в Теме? Может, она тупо уже перепробовала все?

Сидя на самом виду, на самом ярко освещенном месте у стойки бара, девушка в прозрачном белом платье и красных стрингах с царственным видом встречала гостей.

Маргарита улыбнулась: Лиза, жена владельца, выбрала те же цвета, но с точностью до наоборот: на Марго было красное полупрозрачное платье и белые стринги. У них, безусловно, было нечто общее: как и она, Лиза обожала демонстрировать свое тело и участвовать в публичных играх, в том числе групповых. Но, в отличие от Марго, Лиза была еще и полигамна, а также с виду не ревнива – Макс ведь тоже играл с другими нижними.

Этим Маргарита похвастаться не могла. Полигамности она в себе не наблюдала, и считала это своей очевидной слабостью – как только в ее жизни появлялся интересный мужчина, смотреть на других просто не хотелось. И да, она иногда ревновала так, что еще немного – и могла бы совершить убийство.

Всему виной, наверное, ее темные кудри и цыганские корни, на которые намекала бабушка. Это походило на правду: Марго с детства была порывистой и вспыльчивой.

Сложно даже поверить, что Лизе и Максу удается так легко мириться со свободными сексуальными отношениями при том, что в миру они были добропорядочной супружеской парой с годовалым ребенком. Здесь же, в нижнем мире БДСМ-клуба они были парой невообразимых развратников, а также вечными объектами вожделения, зависти и восхищения. И снова зависти.

Марго старалась не думать об этом, но она знала, что тоже завидует. Их особенным отношениям с Максом, их очевидной удовлетворенности, безграничному свободомыслию.

Казалось, они могут позволить себе абсолютно все и бесконечно совмещать несовместимое: уютную тесноту супружеских отношений с любовью к публичности, доверие – с полигамной распущенностью, полную самодостаточность с желанием постоянно производить впечатление на публику.

Марго старалась не думать о том, что тоже давно и очень сильно хочет постоянного партнера. Прямо до комка в горле, до слез.

Ей казалось, что она одна уже целую вечность. Но никого подходящего все не было и не было, хотя иногда попадались отличные иллюзии.

Приняв из рук Лизы приветственный бокал мохито, Маргарита села неподалеку, оглядывая зал сквозь полуопущенные ресницы. Большинство тех, кто пришел на вечеринку, она знала: Ник со своей нижней Томой, главный по безопасности Михаил и его девушка Таня, известные тусовщики Лори и Дима. Жестких дресс-кодов не было: мужчины в темных брюках и рубашках с закатанными рукавами, женщины – в обычных для клуба платьях, прозрачных или очень коротких. Но не босиком, как обычно, а на каблуке.

Еще с одной парой Марго не была знакома, но мужика узнала – известный детский психолог, зовут Тимофей. Понятно, почему он не появлялся в клубе и пришел только на закрытую вечеринку. Но и здесь он выделялся: по виду ни за что не скажешь, что дом. Улыбается, держится со всеми на равных. Вероятно, когда он переключится в ролевую игру, это будет выглядеть впечатляюще. Особенно учитывая его высокий рост и внушительные габариты тела.

Марго снова пробежала по нему взглядом, ощутила внутренний отклик и отметила про себя: «хочу».

Ее сердце подпрыгнуло. Интересно. Вечеринка не предполагала свинга, но флирт и короткие игры без секса допускались, об этом Макс специально со всеми договаривался заранее. И нижние могли проявлять инициативу. Она немного поиграет с Тимофеем, если симпатия окажется взаимной, решила Маргарита – ей нравились мужчины-сюрпризы.

Но больше всего она ждала Макса – он обещал привести ей в пару кого-то особенного. Не то, чтобы она верила в сводничество, но у главного дома «Сабспейса» действительно было профессиональное чутье психолога. Когда Маргарита узнала, что он успешно свел несколько пар в клубе, она была впечатлена. И даже ощутила слабую надежду.

К тому времени, как ее коктейль закончился, все гости уже собрались и мирно сидели у барной стойки, перебрасываясь ленивыми фразами.

Макс опаздывал. Марго заметила, как Ник несколько раз заглянул в телефон, написал пару сообщений и, наконец, вышел вперед, убрав смартфон в карман.

– Друзья, спасибо всем, что вы пришли, – сказал он, за несколько секунд успевая улыбнуться каждому. – Очень скоро к нам присоединится Макс и еще один гость, а сейчас мы предлагаем всем два карточных стола. Проигравший немного рассказывает о себе и отвечает на вопросы. В подкидного дурака все умеют играть?

Отреагировав сдержанным кивком и улыбкой, как и все остальные, Марго последовала, куда указал Ник и села за первый стол. Там же разместились Тимофей со своей парой, Ник и Лиза. Дима, Лори, Тома и Миша с Таней сели за второй стол.

Пока Ник сдавал карты, Марго перебросилась парой фраз со всеми сидящими за столом, поймала на себе заинтересованные взгляды мужчин и с улыбкой спросила у рядом сидящей Лизы:

– Макс ведь не передумал приезжать?

– Скоро будет. Он сегодня познакомит тебя кое-с-кем.

– Он говорил, – кивнула Марго. – Ты знаешь этого человека?

– Да, – коротко ответила Лиза, но больше ни слова не сказала до конца игры.

Все остальные разговоры и шутки крутились вокруг игры, до тех пор, пока партия не закончилась. Проиграли Марго и Михаил.

Ник встал, поставил два стула, куда их посадили на всеобщее обозрение. Выпрямившись и послав всем ослепительную улыбку, Маргарита подмигнула Михаилу. Тот также невозмутимо улыбнулся ей краями губ. Они оба были опытными игроками, прекрасно умеющими наслаждаться процессом и держать лицо.

– Маргарита, расскажи, как пришла в тему? – с добродушной улыбкой начал пытать Ник – бесстыдно сексуальный, раскованный, очень привлекательный. Но его девушка сидела рядом, так что у Марго был иммунитет. Она никогда не западала на занятых мужиков.

– О, я почему-то ждала этого вопроса от тебя, – быстро ответила она, приподнимая брови, чтобы вызвать легкий смех у публики. – Ну, мне было двадцать пять, ему сорок. Я была влюблена по уши, а он хотел извращений…

Намеренно сделав паузу, Марго сделала вид, что заинтересовалась изучением своих ногтей.

– То есть тебя практически развратили? – чуть понизив голос, уточнил Ник, с любопытством глядя на нее. Маргарита мягко улыбнулась, снова подняв глаза так, словно только что вспомнила о публике, терпеливо ожидающей ответа.

– Ну, не совсем. Просто это был первый момент, когда я держала в руке плеть. Мне пришлось вырвать ее и хорошенько ударить по его заду, чтобы он убрался, – сказала она, серьезно глядя на Ника с наносным смущением, и на этот раз все рассмеялись. – А как я стала нижней – это уже другая история, – заключила Марго, невинно улыбаясь.

– Кажется, я сам только что захотел взять в руки плеть, – сверкнул глазами Ник. – И наказать одну нижнюю, не желающую отвечать на вопросы.

– Возможно, кому-то придется это сделать, – кивнул сидевший рядом с ним Тимофей. – Любишь порку как наказание, малыш?

Их взгляды встретились, и Марго ощутила, что на секунду поплыла. Он хотел ее и не скрывал этого. Спина покрылась мурашками, рот рефлекторно начал приоткрываться, но она мгновенно овладела собой.

– Да, люблю, – выдохнула она честно, понимая, что хорошую шутку уже придумать не сможет.

– Хм… Тогда это не подойдет, – лениво заметил Тимофей Нику, и по залу снова пронесся смех.

Едва не покраснев, Маргарита обернулась – ей показалось, что смех донесся еще и сзади, и она не ошиблась. За их с Михаилом спинами стоял Макс с незнакомцем. Едва скользнув по нему взглядом, чтобы не демонстрировать повышенного интереса, Марго не успела толком понять, как он выглядит, и постаралась вновь сосредоточиться на вопросах.

Теперь их с Михаилом спрашивали по очереди.

– Ваша любимая практика, мастер? – стараясь казаться уверенной, спросила Тома, но ее голос слегка дрогнул, и Марго с удивлением отметила, какой же стесняшкой выглядит эта девушка. Словно она оказалась здесь случайно, а не пришла в статусе постоянной партнерши совладельца клуба.

– Заставлять щечки нижних становиться малиновыми, любым способом, – мягко улыбаясь ей, ответил он. И Маргарита заметила, что между ними что-то вспыхнуло, прямо как между ней и Тимофеем.

– Тебе доводилось играть втроем? – спросила Ирина Маргариту.

– Я не пробовала. Но думала об этом, – честно ответила Марго, улыбнувшись ей.

– Формат мжж тебя устроил бы для первого эксперимента? – быстро вклинился Тимофей.

– Ого. Кажется, мы быстро разогреваемся, – заметил Ник, и все снова расхохотались.

– Может быть, – пожала плечами Маргарита и вдруг ощутила, как в низ живота бьют молнии от возбуждения. Когда Тимофей с Ириной переглянулись, всем в зале стало понятно, что вопрос не праздный. Они всерьез изучали ее кандидатуру для эксперимента.

– Тебе доводилось меняться ролями с партнершей? – спросила Лиза у Михаила.

– Пока нет, – быстро ответил он.

– Но это возможно? – уточнила Лори, высоко подняв брови и подавшись вперед. Ей было явно интересно, и дело было не только в природном любопытстве.

Все девушки удивленно посмотрели на Михаила. Такое заявление было бы очень смелым от дома в «Сабспейсе». Но он держался совершенно невозмутимо. После небольшой паузы, он наклонился вперед к Лори и, четко артикулируя, медленно произнес, подчеркивая каждое слово:

– Вряд. Ли.

На этот раз смех был очень громким. Все понимали, что раз Лори – свитч, которому чаще приходится быть нижним, то ей наверняка было бы интересно поиграть в качестве доминанта. Но она не обиделась на такой жесткий ответ. Просияв женственно-смущенной улыбкой, она пожала плечами и спокойно откинулась на спинку стула, позволяя другим закончить сессию вопросов и ответов.

Перед началом новой игры Макс лаконично представил всем нового гостя:

– Это Артем.

Быстро назвав ему имена всех сидевших за столами по очереди, Макс сделал паузу, когда дошел до Марго.

К тому времени она осматривала его уже минуту. И все никак не могла понять, интересен он внешне или нет. Скорее нейтрален. Закрыт. Взгляду было сложно зацепиться за что-либо: средний рост, короткая стрижка, обычное лицо. Скорее моложавое, если предположить, что он ровесник Максу. Не очень крупные черты лица, светло-серые глаза. Неброская одежда. Единственная интересная деталь – свободная футболка, хотя парень не был полным. Любит комфорт. Любит себя. Держит подбородок высоко. Интересно.

Встретившись с ним взглядом, Марго поняла, что не чувствует ничего особенного. Это был ясный как летнее озеро взгляд человека, который даже не собирается открываться. Он на мгновение скользнул по ее груди и вернулся к лицу, пока шел к ней, а затем сел рядом и, уже глядя мимо, негромко сказал в ее сторону: «Привет».

Сказал таким тоном, как будто встретил старую знакомую в том месте, где и должен был встретить. Ничего похожего на обычные заходы местных домов из клуба – никакой попытки подавить, заинтересовать, смутить или восхитить ее. Вообще ничего.

– Привет, – таким же нейтральным тоном ответила она, подумав, что на этот раз Макс явно ошибся. Она не заинтересовала его. Впрочем, как и он ее. Так что она даже не собирается дальше его разглядывать.

Мельком взглянув на сданные ей карты, Марго перевела взгляд на Ника и его девушку. Тома решила не участвовать в новой игре, переместившись к ногам своего партнера. Ник, сидевший на диване, небрежно ласкал грудь своей нижней кончиками пальцев. Прикусив его запястье зубами, пока он смотрел в карты, она немедленно получила за это пощечину. Затем, когда ход перешел к другому игроку, Ник оттягивал ее за волосы назад, наклонялся и что-то говорил шепотом, сжимал ее шею и плечи.

– Тебе это нравится? – вдруг спросил Артем, посмотрев в том же направлении. Он изучал происходящее между Ником и Томой так, словно смотрел на диковинную картину в музее. Марго удивленно посмотрела на него, дождавшись, пока он сосредоточит взгляд на ней.

– Да, нравится, – ответила она прежним ровным тоном.

Смотреть на эту игру Марго действительно нравилось. Она вдруг поняла, что до ужаса соскучилась по нежным сценам в исполнении хороших мастеров. И, возможно, хотела бы получать такие ласки сама… от партнера, который давно и хорошо ее знает.

– А тебе нравится? – спросила она, когда ход перешел от Артема к Тимофею.

– Да, – коротко ответил он, глядя в карты. У него они с самого начала игры были плохие.

Многие пары за столом понемногу начинали играть в игру, не имеющую отношения к картам, и Марго поняла, что очень скоро ситуация станет неловкой. Если они с Артемом не найдут общего языка, лучше будет уйти.

В конце игры Марго с удивлением поняла, что Артем как-то умудрился выйти первым. Сама она чудом не проиграла второй раз, поскольку засмотрелась на Ника и пару раз останавливала взгляд на Лори с Димой. Те тоже выглядели очень раскованно, невзначай лаская друг друга. Лори умудрялась флиртовать со всеми за столом, едва не вылезая из платья. Она то хохотала, запрокинув голову, показывая белоснежные зубы и длинную шею, то принимала загадочный вид и умудрялась быть привлекательной буквально ежеминутно.

Может, ей и впрямь стоило попробовать поиграть с женщиной вместо того, чтобы уходить? Это самый безопасный вариант на вечер, подумала Марго. Дима вряд ли будет так сильно ревновать, как Ирина. А если будет – то можно и на троих сообразить какую-нибудь игру.

В карты проиграли на этот раз Тимофей и Макс. Переглянувшись, все нижние оживились. Таня демонстративно потерла ладошки, Ирина услужливо стряхнула невидимую пыль со стула для своего дома, приглашая его на это место для словесных пыток. Лиза раскраснелась. Оба дома, сверкая глазами, сели перед ними.

– Детский сад, – покачав головой, прокомментировал их возбуждение Тимофей и обменялся многозначительными взглядами с Максом.

Тот молча посмотрел на Лизу, предоставляя ей возможность первой задать вопрос.

– Тимофей, вы раньше участвовали в публичных тематических играх? – спросила она серьезно.

– Никогда, – без тени смущения отозвался тот под любопытными взглядами всех присутствующих.

– Какая часть тела вашей нижней – самая привлекательная для вас? – поинтересовалась Лори.

Тимофей внимательно посмотрел на нее, заставив отвести глаза, после чего не спеша перевел взгляд на Ирину.

– Жопа, – негромко ответил он, откровенно лаская ее взглядом.

– А чья жопа в этом зале вам нравится еще? – с недвусмысленно-грязной ухмылкой осведомилась Таня.

– Нижняя! – негромко, но угрожающе рыкнул стоявший рядом Миша.

– Эй, не надо. Мы же играем, – со смешком сказал Макс примирительно. – Тим?

На этот раз долгий непроницаемый взгляд от Тимофея достался ему, но в конце концов тот все же ответил:

– В этом зале много отличных жоп, которые хочется выпороть.

Сказав это, Тимофей тем не менее уставился на Маргариту. И смотрел, не мигая, едва ли не с полминуты.

Воцарилась полная тишина, в которой у кого-то вырвался тихий смешок. Маргарита внезапно ощутила, что ее щеки становятся малиновыми. Боже. Она уже не помнит, когда последний раз так сильно краснела на публике. Случайно поймав внимательный взгляд Артема, она поспешила опустить глаза в свой свежий коктейль, который ей кстати принесла официантка.

– Мастер Макс, вы согласны с этим утверждением? – негромко осведомилась Лори.

– Безусловно, – ответил он, ослепительно улыбаясь, и остановил взгляд на Ирине. – Любой дом, который захочет выпороть любую жопу, может не переживать о том, что его саба заскучает. Я лично присмотрю за этим.

На этот раз закашлялся Тимофей. А Ирина вспыхнула.

Маргарита почувствовала мгновенное облегчение. Что-что Макс умел, так это разрядить обстановку.

Половину вопросов, которые мужчинам задавали дальше, Марго пропустила. Все, о чем она могла думать – это Тимофей, который захотел ее, как и она его. Ночь обещала быть интересной, так или иначе.

Единственное, что ее смущало – это взгляд Артема, который она ловила на себе все чаще. Он внимательно изучал ее, не отпуская. Марго очень быстро захотела куда-нибудь спрятаться от него и подумала, что чувствовала бы себя лучше, если бы этого парня здесь не было совсем. И незаметно для себя постоянно делала глотки из бокала. Так что он скоро опустел, и пришлось заказать еще один.

– По-моему, тебе хватит, – внезапно сказал он, отнимая у нее бокал, из которого она едва успела сделать пару глотков.

– Эй! Ты что? – возмутилась она, попытавшись вернуть свое свежее «мохито», но подлый дом с легкостью поймал ее руку и отдал бокал официантке.

– Тихо, тихо, – засмеялся он, перехватив и второе запястье тоже. – Ты перенервничала. И перебрала.

– Отпусти меня. Немедленно! – прошипела Маргарита. Но, встретившись глазами с нахмурившимся Ником, внезапно осознала, что и впрямь слегка перестаралась с коктейлями. Это был второй? Или третий?

– Все в порядке, Артем? – спросил Ник, подходя к ним.

– Да. Почти, – спокойно улыбаясь, ответил он и отпустил ее руки, как только она перестала сопротивляться.

– Марго, ты нарушаешь правила поведения клуба. Ты что, пьяна? – строго спросил Ник.

– Я… кажется, немного. Простите, мастер, – негромко ответила она, опуская ресницы.

– Попроси прощения у Артема, которому ты надерзила, – процедил Ник. – Потом ты будешь наказана.

– В этом нет необходимости, – быстро сказал тот категоричным тоном, за который Марго была ему признательна. Ник не стал настаивать, коротко кивнул и отошел, напоследок скользнув по ней еще одним неодобрительным взглядом:

– Выпей кофе и приди в себя, саба.

– Я позабочусь о ней, – негромко сказал Артем и, мягко обняв ее за талию, повел к барной стойке.

– Спасибо. Прости, – еле слышно пробормотала Маргарита.

– Ничего страшного, ведь я собираюсь тебя отодрать, – негромко сказал он ей на ухо доверительным тоном.

– Что?

Маргарита замерла на месте и ему пришлось приложить усилие, чтобы сдвинуть ее:

– Мы идем пить кофе, малыш. Помнишь?

– Ты слишком нахально себя ведешь, – процедила она.

– Ты же нижняя. Тебе полагается наслаждаться этим, – парировал он.

– Нет, пока мы не договорились о том, что собираемся играть, – упрямо возразила она.

– Но я пришел сюда ради тебя. И еще я спас тебя от Ника.

Маргарита против воли улыбнулась. Теперь она чувствовала себя лучше. Что ни говори, приятно, когда тебя кто-нибудь от кого-нибудь спасает.

– Хм. Ладно. Я твоя на десять минут, – согласилась она. – А потом посмотрим.

После кофе Маргариту немного отпустило. Она вдруг поняла, что резко протрезвела и сидит рядом с незнакомым мужиком, о котором знает лишь то, что он пришел с Максом. Это, разумеется, успокаивало, но… сначала она думала, что не заинтересовала его, а потом все пошло очень быстро. Он ее как-то ловко обманул.

Он уже видел ее пьяной и смотрел снисходительно, и несмотря на это заявлял, что хочет ее трахнуть. Она в то же время стремительно теряла контроль над ситуацией.

– Я сейчас, – резко сказала Марго, спрыгнула с барного стула и отправилась в туалетную комнату.

Артем при этом едва шелохнулся, продолжая невозмутимо пить свой чай. Кажется, он, в отличие от нее, не брал в рот ни капли спиртного за вечер. Итак – не пьет, не болтает, не наказывает, но агрессивно заботится, непринужденно проламывая границы. Пугающее сочетание. Или… все-таки интересное?

Побрызгав в лицо холодной водой, Марго окончательно пришла в себя и почувствовала легкое возбуждение. Ее ждала игра. Это ли не прекрасно?

Когда она вышла и огляделась, то поняла, что игра в карты продолжается без них. Оно и к лучшему – Маргарита любила публичные игры, но не любила публичные заигрывания. Особенно когда чувствовала себя единственной одиночкой среди множества пар на вечеринке. Одно избавление от этого поганенького чувства стоило того, чтобы наладить контакт с Артемом.

То, как спокойно он сидел, пока она приближалась, почти не шелохнувшись, еще больше убедило ее в этом. Ее уход нисколько не взволновал его – он был уверен, что получит ее назад.

– Я готова, – негромко сказала Марго, остановившись в шаге от него.

– Хорошо, – отозвался он, не спеша поднимаясь со стула. Она могла бы поклясться, что по его упрямым губам проскользнула улыбка прежде, чем он обнял ее за талию и увлек в противоположном направлении от карточных столов, в полутемную диванную зону позади барной стойки.

Маргарита ощутила, как сердце стукнуло сильнее обычного, а затем резко ускорило ритм. Здесь никто из игравших в карты не мог их видеть. Ее радовало то, что они на одной волне в плане стремления к привату, но пугало, что она по-прежнему не знает, чего ожидать. Боли? Унижений? Или он хочет ее напугать?

Он молча стоял перед ней, просто изучая с головы до ног, не опускаясь на диван и не отдавая ни единого приказа. Почему-то нервничая с каждой секундой все больше, она медленно сняла туфли и осторожно коснулась его груди, приближаясь сама, ласкаясь, давая понять, что хочет понежнее.

Он понял, поднял руку, ласково проводя по спине, поглаживая снова и снова, не причиняя ни малейшей боли или дискомфорта.

– Чего ты хочешь? – тихо спросила она, почувствовав, что он словно еще не решил, что делать дальше.

– Пока не знаю.

Он пожал плечами и опустился на диван:

– Представь, что я никогда раньше не играл. Покажи, как тебе нравится.

– Ты серьезно? – с шаловливой улыбкой спросила она, принимая эту забаву. Разумеется, ей и в голову не пришло бы поверить ему. Он пришел с Максом – а значит, это хитрожопый опытный дом. Сложный случай – он не хочет приоткрываться даже чуть-чуть.

Грациозно наступив коленом на диван, она осторожно распустила лиф платья и легла на его колени лицом вверх. Марго завела руки за голову, перекрестив запястья, и он сразу накрыл их левой ладонью, слегка сжимая. Второй рукой он не спеша сдвинул ткань с ее груди, прикасаясь к ней изучающе и так медленно, словно хотел внимательно исследовать каждый миллиметр.

Попался. Уже по этим простым движениям она заметила, что он прекрасно знает, как доминировать – и, хотя делает это пока ласково, все больше себя выдает.

Садист. Скорее всего он садист, который дразнит жертву перед тем, как неожиданно сделать больно, поняла Марго. Домы обычно себя так не ведут.

От этой мысли ей стало немного грустно. Она никогда не была мазохисткой, поэтому отношения с садистами не складывались. Хотя стоп, о чем это она. Она же просто поиграет с ним десять минут и уходит. Или… ей уже нравится с ним и она хочет остаться?

– От тебя вкусно пахнет, – призналась Марго, когда его ладонь сползла на живот.

– Мне тоже нравится твой запах, – сказал он, вынимая ладонь из выреза платья, но лишь для того, чтобы задрать ей юбку и поднять, усаживая на колени.

Горячая ладонь легла на шею и, прежде, чем Маргарита поняла, что происходит, он уже целовал ее. Прямо в губы. Жадно, страстно, требовательно, но… совсем не грубо. Быстро.

– Как еще ты любишь? – спросил он, отрываясь от ее губ. Он легонько потянул за волосы, собрав их в ладонь – скорее намекая на боль, чем причиняя ее.

– Вот так хорошо. Можно сильнее, – улыбнулась она.

– Вот так?

Он сжал ее волосы крепче, плавно оттягивая назад. Никаких рывков. Никакой неловкости. Без сомнений, этим вечером ей повезло оказаться в умелых руках.

– Да, – прошептала она.

– Я бы тебя отодрал вот так, – сказал он, кусая за плечо.

Его слова возбуждали. А боль по-прежнему была не сильной. Чего он ждет?

– Ты садист? – тихо спросила она.

– Нет, – ответил он, легко перекладывая ее на спину и раздвигая коленом ее ноги.

Странно, подумала она и в замешательстве заметила вслух:

– Ты очень сильный.

– Я тренированный, – подтвердил он. – А ты легкая. Мне нравится.

Наклонившись над ней, он слегка сжал бедро, а потом бесцеремонно нажал пальцами на низ живота, лаская и поглаживая.

– Ты мокрая, – улыбнулся он. – Макс сказал, что ты отличная нижняя. Что в тебе особенного?

Марго приоткрыла рот и уставилась на него взглядом, который хотела бы сделать испепеляющим.

Она еще не согласилась быть его нижней. Он не может задавать таких вопросов.

Но ритмичные надавливания опытных пальцев на область клитора мешали сосредоточиться, и она начала тихо постанывать, опустив ресницы. И снова начала терять уверенность, которую требовалось немедленно восстановить.

– Я… просто знаю, чего хотят верхние. А еще я гибкая, красивая, уверенная в себе и при этом… послушная, – задыхаясь выдавила она. – Этого тебе мало?

Вызов в последнем вопросе он проигнорировал, зато внимательно наблюдал за ее дыханием, выдыхая вместе с ней. Все сказанное он принял к сведению легким кивком и мягко улыбнулся, еще немного ускоряя движения пальцев:

– Мне хватит. Расслабься, малыш. Получай удовольствие.

Этот приказ был даже лишним. Он правильно ласкал, нажимая с нужной силой в нужном месте. И послушная нижняя внутри нее не могла не подчиниться этим требовательным ласкам. А еще – от него действительно одуряюще вкусно пахло. И ей нравились его мышцы на ощупь.

Она закрыла глаза, крепче вцепляясь в него, и начала двигаться вместе с ним, пока все тело не начало содрогаться от спазмов.

– Хорошая девочка, – похвалил он, прижимая ее к себе на несколько мгновений прежде, чем слезть с дивана и отпустить.

Марго с трудом поднялась – в ушах еще звенело после оргазма. Артем исчез так быстро, что она не успела никак помешать этому. А ей на секунду захотелось попросить его о продолжении.

Просто потому, что она не любила быть в долгу. Ей тоже хотелось сделать ему приятно.

Обойдя вокруг барной стойки, она наткнулась прямо на Макса. Оказалось, все уже закончили с карточными играми.

– Что у вас дальше по программе? – улыбнулась Марго, инстинктивно стараясь скрыть смятение.

Макс не ответил, внимательно глядя прямо в лицо. Вместо этого он шагнул к ней, отвел взъерошенные волосы подальше от лица, всматриваясь в него, и, наконец, медленно спросил:

– Можно тебя на пару минут?

Марго прерывисто вздохнула. Этот дом был невыносим. Он умел игнорировать слова и читать мысли. А ее настоящие вопросы к нему были совсем другие: «Кто этот Артем, которого ты привел для меня? Могу ли я ему доверять?»

Любой другой мужчина уже получил бы по рукам за то, что так бесцеремонно и внаглую-покровительственно коснулся ее. Но к этому хотелось прильнуть и стать еще слабее.

– Да.

Они обошли барную стойку, вернувшись к тому месту, где Артем играл с ней. Марго специально обошла диван, садясь на спинку. Макс остался стоять, оперевшись спиной о матовую стеклянную перегородку, которая служила стеной для барного острова.

– Поиграла немного с Артемом? – мягко спросил он.

Марго быстро и опасливо подняла взгляд, но Макс смотрел обезоруживающе дружелюбно, без какого-либо сального любопытства.

– Да. Интересно и… непонятно, – призналась она.

– Вы знакомы всего полчаса. Дай себе время, – улыбнулся Макс.

– Хорошо. Макс, он… ты давно его знаешь? – спросила она, перебив сама себя.

– Давно. Он – что? – переспросил Макс.

– Я хотела спросить, он твой клиент? Он ходит к тебе на психотерапию? – спросила Марго.

– Нет. Мы просто давно дружим.

– Тогда почему он не ходит в клуб?

– Спроси у него, – улыбнулся Макс.

– Ладно, – сдалась Марго. – Так что вы запланировали дальше?

– Немного демонстраций. Я поиграю с Ириной. Тимофей ждет тебя. Выйдешь с ним на публичную сцену позже?

Сердце Марго заколотилось. С незнакомым домом? Полуголой? На сцену? На виду у его нижней и лучших мастеров клуба?

– Еще бы, – улыбнулась она, сверкнув глазами.

Макс засмеялся и потрепал ее по волосам:

– Не сомневался в тебе.

Образы героев

Мастер Ник (два образа по версии читателей)

Возраст: неизвестен, выглядит подозрительно молодо

Любимые практики: порка, провокации с наказаниями, угрозы

Ключевые черты героя: эмоциональный, быстро переменчивый в настроении, предприимчивый, заботливый

Особенности: совладелец клуба Сабспейс, имеет репутацию садиста, прикидывается пижоном, любит играть под дурачка, никогда не тот, за кого себя выдает

Уровень опасности для новенькой нижней в клубе: весьма опасен

Уровень опасности для выбранной им пары: временами опасен

Мастер Макс (образ по версии читателя)

Возраст: 37

Любимые практики: пси-доминирование, приказы, порка, введение в транс

Ключевые черта героя: эмоциональный, жесткий в общении с нижними, гибкий и дружелюбный вне клуба, предприимчивый, с богатой фантазией

Особенности: совладелец клуба Сабспейс, очень востребован, имеет широкий круг друзей

Уровень опасности для новенькой нижней в клубе: умеренно опасен

Уровень опасности для выбранной им пары: лучше не злить

Артем (образ по версии автора)

Особенности: темная лошадка. Никто не знает, кто он и на что способен.

Тимофей и Ирина

Он: известный психолог, скрывающий свои пристрастия к БДСМ, тайком посещает приватные вечеринки в "Сабспейсе"

Любимые практики: приказы, обмен властью, порка, угрозы, доведение нижней до слез

Она: бывшая домина, переключившаяся на подчинение

Любимые практики: соблазнение верхнего в неподходящее время, провокационное непослушание

Марго (образ по версии автора)

Возраст: 34

Любимые практики: быть рабыней, подчиняться

Фетиш: уборка, роль горничной

Особенности: борется со своей полигамностью, востребована в "Сабспейсе", но мечтает об одном партнере для тематических отношений

Лиза (образ по версии автора)

Возраст: 35

Ключевые черты героини: гибкость, дружелюбность, эмоциональность, богатая фантазия. Полигамна, очень востребована

Любимые практики: подчинение, принуждение, вербальные игры, порка, публичные выступления в клубе "Сабспейс" с Максом и другими мастерами, выставление себя напоказ

Глава 2
Я хочу уехать с тобой

Марго еще какое-то время посидела одна, чтобы собраться с мыслями, и только после этого решительно направилась к стойке. Ее настроение улучшилось, она испытывала странное облегчение, как будто получила ценную информацию. Она по-прежнему ничего не понимала, но теперь чувствовала себя спокойнее, и ей почему-то казалось, что она и вправду хочет уехать с Артемом.

– Ты все еще выбираешь меня, красотка? – спросил Тимофей, и впрямь поджидающий ее возле стойки бара. Он пил латте из большой чашки и краем глаза наблюдал за Максом и Ириной, стоявшими у края сцены. Но как только появилась Марго – сосредоточился полностью на ней.

Она подняла подбородок, чтобы заглянуть ему в глаза и поняла, что уже не так заинтересована, как в начале вечера. Но отказываться от игры не хотелось.

– Да, – ответила она, опуская ресницы, и села рядом. Какое-то время они провели так, словно настраиваясь друг на друга. Тимофей пил кофе, а она просто сидела, ощущая тепло, исходящее от его большого тела, и его запах, наблюдая краем глаза за каждым движением руки, которой он подносил к губам чашку кофе, за каждым поворотом головы и тела.

Обычно, настраиваясь вот так на дома, Марго могла почувствовать его движение еще до того, как он его заканчивал. И когда Тимофей протянул руку, чтобы положить ладонь на ее спину, она почувствовала это касание едва ли не раньше, чем оно произошло. Повернув голову, она снова заглянула ему в глаза, и он на пару мгновений замер, улыбнувшись ей. Он тоже настроился, это было заметно.

Марго послала ответную улыбку, отвела взгляд и заметила, что на сцену уже выходит Макс, держа за руку Ирину. Она быстро обернулась, снова впившись взглядом в лицо Тимофея. Доминанты бывают очень ревнивы, и степень их личной полигамности никак на это не влияет. Но его лицо осталось непроницаемо, даже когда он посмотрел в том же направлении, словно он смотрел не на свою нижнюю, а на случайную стриптизершу в баре.

Такая выдержка всегда впечатляла Марго больше, чем любые фокусы с плетью и веревками.

– Пойдем, посмотрим, – невозмутимо предложил он, взял ее за руку и повел к сцене.

Подойдя поближе, Марго невольно нашла взглядом Артема. Он сидел на барном стуле в расслабленной позе – на расстоянии от остальных, в полумраке сбоку от сцены. Встретившись с ним взглядом, она поспешила отвести глаза, и тут Тимофей сгреб ее за плечи, прижав спиной к себе и держал так, пока из ее тела уходило напряжение.

Прямо перед ними Макс почти так же держал Ирину на сцене. И медленно-медленно разогревал еле заметными глазу ласками и плавными сжатиями до легкой боли. Это было красиво, чувственно и наполняло хорошим напряжением.

Маргарита хотела бы полностью расслабиться, но минуту спустя поняла, что не может. Всей кожей она ощущала на себе взгляд Артема и, разогреваясь физически под воздействием теплых касаний Тимофея, все же сохраняла некое натяжение внутри. Словно между ней и мужчиной, который сидел в нескольких метрах, вибрировала какая-то особенная струна, мешающая ей отдаться новой игре.

Глупо, глупо. В начале вечера она ведь хотела Тимофея, а не этого странного маньяка, который просто ласкал ее, прикидываясь новичком, и дразнил своей закрытостью. Нормальные доминанты так себя не ведут. Он сказал, что не садист. Интересно, можно ли этому верить или это странная шутка?

Единственный человек, которого можно было спросить об этом, стоял на сцене и был очень занят тем, что играл с Ириной, как может это делать лишь настоящий мастер – с глубоким пониманием смысла каждого движения. Если бы Марго сама не была опытной нижней, то подумала бы, что девушка на сцене играет и переигрывает, реагируя на партнера.

Но она видела, как именно Макс творит свое волшебство, и потому не сомневалась в достоверности глубоких возбужденных стонов, которые начали срываться с губ нижней едва не с первого прикосновения. Все выглядело до боли настоящим: и то, как Ирина в какой-то момент начала сопротивляться, и то, как Макс мягко усмирял ее, удерживая за руки и за волосы, и даже просто глядя в глаза.

Это так сильно возбуждало, что ей самой нестерпимо захотелось пережить подобное в руках опытного мастера.

– Где ты хочешь поиграть потом? – спросила она у Тимофея, немного повернув голову.

– Я думаю, ты будешь отлично смотреться на раме. Как насчет завязанных глаз?

– Да, хорошо.

Марго ощутила, как по телу проходит дрожь. Он свяжет ее и она вдобавок ничего не сможет видеть. Зато все будут отлично видеть ее. Включая Артема, черт бы его подрал.

– Ты очень красивая, – прошептал он, сжимая ее соски до легкой боли. Марго послушно откликнулась, тихо охнув.

На пару мгновений руки Тимофея увлекли ее больше, чем все происходящее вокруг, тело вспыхнуло, и она упустила момент, когда произошло нечто неожиданное. Просто она моргнула, и на сцене перед ней оказался Артем.

– Как он… – начала она и осеклась, заметив, что голос стал громче от удивления.

– Его пригласил Макс. Чшшш, – тихо ответил ей Тимофей, продолжая ласкать ее.

– Хочешь уйти? – шепнула она.

– Нет, я в порядке, – усмехнулся он ей на ухо. – Ведь у меня в руках ты, помнишь?

С этими словами он потянул ее за волосы и заглянул в глаза настолько многообещающе, что Марго вся покрылась мурашками, от затылка до пальцев ног. У нее вырвался глубокий возбужденный вздох, и Тимофей удовлетворенно улыбнулся.

Все, что происходило с ней дальше, Марго запомнила как ряд вспышек. Вспышек ревности, когда она смотрела на Артема, играющего с Ириной. Вспышек желания, когда Тимофей добирался до самых чувствительных эрогенных зон и шептал угрозы ей на ухо.

Марго понятия не имела, почему так остро реагирует на происходящее на сцене. Но когда Макс протянул Артему стек и тот принялся пороть им Ирину, ей захотелось забраться туда к ним и сбросить соперницу со сцены.

А еще возникло острое ощущение, что она обманывает его, принимая ласки Тимофея. И это было настолько странно, что она предпочла отключиться, уйти в транс и вообще ни о чем не думать. Особенно о том, что она обманывала не столько Артема, сколько сама себя.

Негромкие аплодисменты после окончания сцены еще звучали в ее голове, когда она уже стояла в проеме рамы – одного из самых простых станков в зале. И в то же время самых адреналиновых, поскольку именно здесь сабу было видно буквально со всех сторон. Такого обзора не предполагала даже клубная сцена, не говоря уже о возможности свободного перемещения для зрителей. В то время как для нижней здесь не была места свободе вообще.

Станок предполагал полную фиксацию по рукам и ногам, максимальную обнаженку и открытость всех интимных зон. Это было совсем не то место, где нижняя могла испытывать чувство полной безмятежности, особенно с тем верхом, который играл с ней в первый раз.

Оценив ее реакцию на черную полоску ткани в своей руке, Тимофей обернул повязку вокруг собственного запястья:

– Когда будешь готова, – негромко сказал он, и Марго благодарно улыбнулась. Приятно иметь дело с опытным понимающим домом, который внимательно отслеживает реакцию. Она определенно не была готова к завязыванию глаз, но поняла это только когда он заметил.

Марго попыталась быстро проанализировать свои чувства, держа взгляд опущенным, пока он пристегивал ее щиколотки и проверял поножи. Но так ничего и не поняла. Возбуждение боролось с тревогой. И все же логика подсказывала, что Тимофею стоит довериться. Он опытный, внимательный, спокойный.

– Я могу снять с тебя платье, малыш? – спросил он, погладив костяшками пальцев ее щеку.

– Да, мастер, – выдохнула Марго, слегка прижимаясь щекой к его руке.

Тимофей погладил ее еще раз:

– Ты милая. Руки вверх. Смотри только на меня.

Марго сглотнула. Их игра уже началась. С этого момента публика для нее должна исчезнуть. Она сосредоточила взгляд на нем, но знала, что краем глаза продолжает искать Артема. Минуту назад он стоял с правой стороны. Он все еще там или нет?

Тонкая ткань платья поползла вверх, обнажая ее тело. С визуальной точки зрения это была формальность – прозрачное одеяние и до того ничего не скрывало. Но психологически Марго чувствовала себя более уязвимой теперь, когда на ней остались только маленькие трусики.

Когда Тимофей осторожно положил ее платье на стол для вещей, расположенный поблизости, он вернулся и подошел совсем близко, так что она ощутила его жар. И взял ее за правое запястье, аккуратно надевая на него кожаный наруч.

– Как ты переносишь порку? – спросил он негромко – так, чтобы слышала только она.

– Хорошо. Без повреждений. Синяки можно, – ответила она, облизав сухие губы. Марго хорошо знала все вопросы и свои ответы на них.

– Постараюсь без них. Стоп-слово? – спросил он, пристегнув ее правую руку. Звякнула цепь, вызывая сладкие ощущения внизу живота, и он занялся левой рукой.

– Спасибо, – шепотом сказала она.

Его губы дрогнули в легкой улыбке, и он еле слышно прошептал ей на ухо:

– Ты высокомерная сучка.

– Да, мастер, – улыбнулась Марго.

– Будешь наказана, – ухмыльнулся он, проверяя наручи на обеих руках.

Марго ощутила, как дрожь прошла по всему телу, когда Тимофей отступил и отошел на несколько секунд, чтобы взять один из флоггеров, разложенных им на столе рядом. Она уже видела, что там их три, с ручками разных цветов – красного, белого и черного. Очевидно, они различались жесткостью. Интересно, какой из них самый кусачий?

Она думала – черный. Но черный, наоборот, оказался самым мягким. Он взял его первым.

Марго открыла глаза и посмотрела прямо на публику. Она знала, что должна найти Артема глазами сейчас, чтобы забыть о нем до конца сцены. Но, быстро пробежав по каждому лицу, поняла, что его нет. Просто нет. И, не успев понять, как к этому относится, получила первый дразнящий удар по ягодицам и бедрам.

Тихонько вздрогнув, она закрыла глаза. Все тело покрылось мурашками. Нежное, бархатное прикосновение хвостов плети не обманывало. Она знала, что плеть ласкает лишь до тех пор, пока этого хочет верх. Даже самый бархатный флоггер умеет кусаться.

Тимофей сделал начало очень плавным. Он нанес больше десятка мягких ударов по всему телу, от бедер до плеч, и потом прошелся такими же ласкающими шлепками по животу и груди, передней стороне бедер.

Марго улыбнулась немного пьяной от удовольствия улыбкой. Она знала, что все смотрят на ее тело, прекрасное в полумраке, страстно реагирующее на плеть. Но для нее публики уже не существовало – только нежный контакт с мужчиной, который флиртует с ней с помощью этих ударов. Делает комплимент каждой части тела, которую нежно готовит к чему-то большему.

С ее губ сорвался возбужденный стон.

– Тише, маленькая сучка. Я еще не начинал, – с улыбкой сказал он, приближаясь вплотную. В его руках мелькнула черная ткань, и он завязал ей глаза. Марго восприняла это почти с облегчением – теперь она может остаться наедине с собой в море бесстыдного удовольствия. Легкий страх от невозможности видеть, что делает дом, только добавляет остроты.

Тихо охнув, когда живота коснулось что-то горячее, Марго не сразу поняла, что он ласкает ее рукой. Размеренные поглаживания мгновенно наполнили ее нетерпением, и она дернулась в своих путах так, что цепи зазвенели. Все тело изнывало от беспомощности и желания.

– Скажи «пожалуйста», – тихо потребовал он, обжигая горячим дыханием ее ухо.

Марго резко втянула в себя воздух и захлебнулась. Ему мало было ее беспомощности, того, что она была связана и не могла его видеть. Мерзавец хотел поиграть в полную капитуляцию.

– По-жа-луйста, – процедила она, иронично улыбаясь. Она хочет продолжения, но пока не настолько. Ее мольбы ему придется заслужить.

– Хм, – услышала она в ответ, и ее тела коснулся холодный воздух, вновь заставивший мурашки разбежаться во все стороны.

Следующий удар был лишь немного сильнее. Марго закрыла глаза под повязкой, еще глубже проваливаясь в ощущения. Слабые удары и предсказуемость не насыщали ее, но это не мешало наслаждаться прелюдией. Флоггер обнимал ее бедра и массировал спину, не позволяя им остыть, ласкал каждую клеточку.

– Пожалуйста, – страстно выдохнула она, когда почувствовала, что желание продолжить стало нестерпимым. Она услышала шаги – Тимофей вновь обошел ее и стал спереди.

– Уже лучше, – еле слышно пробормотал он, и она услышала, как он бросил мягкий флоггер на стол, а ее тело мгновенно оказалось в горячих опытных руках… которые начали мучить соски, а затем шлепать по животу и бедрам, заставляя вздрагивать и вскрикивать.

– Не дергайся, – велел он, шлепая по внутренней стороне ее расставленных бедер. Марго прикусила губу, изо всех сил стараясь стоять спокойно, хотя это было почти невозможно. Она каждый раз вздрагивала, ожидая, что он шлепнет между ног и, когда, наконец, это случилось, не удержалась от громкого стона и дернулась так, что зазвенели все цепи сразу.

Это был только один шлепок – и снова стало холодно, а тело наполнилось тянущим возбуждением, которое дарил новый прилив адреналина.

Прежде, чем продолжить порку, Тимофей провел кожаными хвостами по ее животу.

– Познакомься. Это белый, – прошептал он. – Сделаем твою жопку немного розовее?

– Да, мастер, – выдохнула Марго и услышала, как он издал глубокий грудной звук, полный одобрения:

– Ммм, мне нравится, когда ты такая послушная. Скажи-ка еще раз «пожалуйста», – пробормотал он.

– Пожалуйста, – кротко попросила она, чувствуя, как он распален, и как это льстит ей.

Следующий удар заставил ее вскрикнуть. Этот флоггер ощущался значительно сильнее. Он покусывал и угрожал, местами оставлял ожоги. Боль быстро исчезала, но все же держала в тонусе. Марго изгибалась всем телом, привставала на цыпочки – цепи звенели.

Очень быстро она потеряла счет времени. Марго слышала свои стоны со стороны, но почти ничего не могла сказать, и не понимала, что происходит – насколько сильна боль? Как долго длится порка? Кажется, вечность назад Тимофей снова поменял флоггер и взял самый жесткий.

А перед этим снова шлепал ее ладонью и почти довел до экстаза шлепками по киске… почти, но не совсем. Он все сделал хорошо, но она просто не смогла, и он решил добавить ей острых ощущений с помощью флоггера.

Она очнулась, когда Тимофей вывел ее из транса хлестким жгущим ударом по бедру.

– Сучка, ты живая? – требовательным шепотом над ухом спросил он, замирая, и Марго поняла, что очень плохо соображает.

– Да… да, – еле шевеля языком, пробормотала она.

– Еще? – спросил он, и в его голосе ей послышалось сомнение. Его теплые пальцы коснулись виска, осторожно снимая повязку. По глазам ударил свет, но Марго все еще не чувствовала, что готова их открыть.

– Я не… не знаю, – пробормотала она с зажмуренными глазами. Ее возбужденное тело требовало продолжения, но что-то внутри мешало сказать твердое «да». Кожа на парочке мест болела сильнее привычного.

– Нет! – вдруг сказал кто-то рядом негромко, но очень категорично. – Развяжи ее. Сейчас же.

И тут появились еще два голоса:

– Темыч…

– Эй, тихо, тихо…

Возвращение в реальность получилось жестким. С трудом приоткрыв глаза, Марго поняла, что это был голос Артема. Он стоял лицом к лицу с Тимофеем, вперив в него гневный взгляд. Макс удерживал его за плечо, тихо что-то втолковывая. Ник тоже протянул руку к Артему, словно сдерживая его, но быстро понял, что тот не собирается ни на кого нападать и повернулся к публике, приглашая всех вернуться к барной стойке.

Глубоко вздохнув, Марго вернулась в реальность полностью и вдруг поняла, что ее трясет. Глаза болели. Кожу лица жгло от слез. Оказалось, она плакала, но не знала об этом.

– Маргарита, я сейчас отпущу тебя, хорошо?

Быстро освободив ее запястья, Тимофей позволил ей рухнуть ему в объятия и погладил по голове. Но Марго высвободилась. Она понятия не имела, что с ней происходит, но ей почему-то стало хуже от его прикосновений и утешений. Оставаться в путах стало невыносимо. Она была голой и плакала. Не от удовлетворения. Все смотрели на нее.

Марго едва не закричала, чтобы он побыстрее освободил ее ноги, но Тимофей и сам понял, быстро расстегивая поножи.

Подошел Ник, набросил плед ей на плечи, Марго внезапно встретилась взглядом с Артемом, стоявшим за его спиной и, едва не оттолкнув Ника, бросилась к нему. Она очень боялась, что он развернется и уйдет, но он подхватил ее, крепко сжал и поднял на руки.

– Унеси меня отсюда. Пожалуйста. Скорее, – прошептала она, и дважды просить не пришлось.

Артем быстро пересек зал, удивительно легким шагом, как будто она ничего не весила. И только когда за спиной хлопнула дверь, Марго поняла, что они уже в коридоре. Она встрепенулась, но он не поставил ее на ноги, пока не донес до женской раздевалки.

Вторая дверь хлопнула за спиной, и только тогда он осторожно опустил ее. Марго ошеломленно посмотрела в его лицо, их взгляды встретились: его – хмурый, ее – ошеломленный и беззащитный.

– Ты как? Сама оденешься? Тебе помощь нужна? – спросил он таким же хмурым, как взгляд, голосом.

– Оденусь. Я в порядке, – медленно сказала Марго.

– Я хочу забрать тебя отсюда. Сейчас, – сказал он, глядя в сторону.

– Я… хорошо, – внезапно согласилась она. – Я сейчас переоденусь и… мне надо попрощаться с Тимофеем.

– Я бы лучше ему втащил, – процедил Артем и сжал челюсти.

– Что? Нет! – Марго издала изумленный нервный смешок и помотала головой, – Он ничего плохого мне не сделал. Это я так странно отреагировала. Сама не знаю, что случилось.

– Не знаешь, что случилось?

Он посмотрел на нее недоверчивым взглядом, и Марго опустила глаза. На самом деле она знала, что случилось. И Артем, как ей казалось, прекрасно все понял. Она играла не с тем мужчиной.

– Я… быстро переоденусь, ладно? – пробормотала она и полезла в шкафчик, сбросив плед на лавку. Краем глаза она видела, как Артем отвернулся, подпирая плечом дверь. Но никто и не пытался войти.

Марго рывком натянула джинсы, влезла в кеды, быстро надела блузку и накинула ветровку. Немного подумав, она написала сообщение Лизе, чтобы та осторожно отозвала Тимофея.

– Я только попрошу прощения у Тимофея, ладно? Ты можешь подождать меня? – робко, чувствуя себя совсем растерянной, спросила она у Артема.

– Да. Я буду на улице, – бросил он, достал из кармана ключи от автомобиля и вышел из раздевалки. Марго взяла сумку и вышла следом, чтобы дождаться Тимофея в предбаннике.

Ее сердце колотилось. Она чувствовала себя такой глупой и виноватой, что готова была провалиться сквозь землю. Никогда прежде она не ставила ни одного дома в такую дурацкую ситуацию.

Когда дверь приоткрылась, и появился Тимофей, она с облегчением выдохнула.

– Я боялась, что ты не выйдешь. Прости… прости меня, пожалуйста, – искренне попросила она, глядя на него снизу вверх. Теперь, когда ее туфли на каблуке лежали в сумке, а на ногах были кеды, он казался еще выше.

– Бывает, – пожал плечами Тимофей. – Ты в порядке?

– Да. Все хорошо.

– Знаешь, что произошло? – с искренним недоумением спросил он, изучая ее взглядом.

– Да… примерно, – смутилась Марго и покраснела. – Дело не в тебе, поверь. Мне было хорошо, пока я…

Тимофей кивнул головой:

– Не надо. Не говори ничего, это не мое дело. Просто сабдроп, бывает. Уезжаешь с Артемом?

– Да, – кивнула Марго.

– Хорошо. Он с виду вроде нормальный парень. Но ему здесь делать нечего.

– Почему? – удивилась Марго, широко раскрывая глаза.

Второй раз за вечер ей показалось, что мужчины знают что-то про Артема, чего не знает она.

– Это же очевидно, – пожал плечами Тимофей. – Мы в БДСМ-клубе, а он – не тематик.

Глава 3
У нас разные вкусы

На улице заметно похолодало. Марго поспешно запахнула ветровку и быстро поднялась по лестнице – Артем ждал ее у верхней ступеньки. Он молча повернулся, Марго без вопросов направилась следом. Говорить пока не хотелось.

Автомобиль был припаркован под неудобным углом, и Марго не успела его разглядеть. Это была какая-то корейская модель, нечто среднее между бизнесом и экономом, очень неприметное. Кто он? Кем работает? Чем увлекается? Это был список вопросов, ответы на которые ее сегодня совершенно не интересовали.

– Это правда, что ты не в теме? – спросила она, когда он тронулся с места, быстро выворачивая из двора и разгоняясь. С этого момента стало понятно, что ее адрес ему пока не нужен, а следовательно – вечеринка продолжается. Только это уже не бдсм-вечеринка. Интересно, сколько времени у нее уже не было ванильного секса, задумалась Марго.

Довольно долго, решила она. Кажется, она решила перестать им заниматься, поскольку было невыносимо скучно. Но, возможно, стоит попробовать снова с подходящим партнером – вдруг на этот раз понравится больше?

– Кто сказал? – без всякого выражения отозвался он.

– Тимофей.

– Этот ублюдок весьма наблюдателен.

– Боже. А я думала – ты шутишь. Зачем же ты пришел в клуб? – вырвалось у нее со смешком.

– Чтобы познакомиться с тобой.

– Пожалуйста, перестань.

– Я серьезно. И без паники.

– Я не паникую. Но что это значит – познакомиться со мной?

Марго начала злиться. Она чувствовала себя беспомощной, когда не понимала чего-то, когда сталкивалась с какой-то неожиданностью. А беспомощность она ненавидела.

– Просто Макс рассказал о тебе. Мы давно знакомы, он знает, какие женщины мне нравятся, и он умеет рассказывать.

– А игра тебя совсем не интересует? – недоверчиво уточнила Марго, разворачиваясь на сиденье всем телом. Она подогнула под себя левую ногу, во все глаза уставившись на него.

– Совсем, – отрезал Артем. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, он резко перестроился, и Марго схватилась за приборную панель, чтобы удержать равновесие.

– Сядь нормально, пожалуйста, – мягко сказал он, покосившись на нее.

Полностью проигнорировав эту просьбу, Марго подняла подбородок повыше и сложила руки на своем левом колене:

– Почему же ты не предложил Максу познакомить нас вне клуба?

– Предлагал. Он отказался.

– Странно.

– Он уже лет пять пытается заманить меня в клуб под любыми предлогами. Я много раз объяснял, что это не мое, – пожал плечами Артем.

Это было похоже на правду. Макс упрям, как многие доминанты, и вполне мог пойти на подобную манипуляцию.

Какое-то время они молчали. Марго немного развернулась на сидении, но вместо того, чтобы вытянуть левую ногу, подтянула к себе и правую, усаживаясь по-турецки. Он слишком сильно нравился ей, чтобы не дразнить его. Кроме того, она была не единственным убежденным провокатором и нарушителем правил безопасности в этой машине.

Минут десять из одиннадцати, что они провели в дороге, машина двигалась по диагонали со скоростью стабильно выше потока, постоянно перестраиваясь из ряда в ряд так, что ей начало казаться, будто Артем едет по особенной, видимой только ему разметке.

– Я видела, как ты порол Ирину стеком, – медленно начала она снова после долгой паузы. – У тебя неплохо получалось.

Несколько секунд он молчал, словно не услышал ее замечания. Вынужденно сбросив скорость перед затором, Артем повернул к ней голову:

– Уметь что-то делать и любить – разные вещи, – сказал он. – Поставь ноги на место, я сказал.

На этот раз что-то в его голосе заставило ее мгновенно выпрямить ноги и поставить их на коврик. Марго покраснела, почувствовав, как мгновенно откликнулось тело. Она ошеломленно смотрела на него, а парой мгновений спустя ее ноздри раздулись:

– Ты морочишь мне голову!

Артем криво улыбнулся:

– Если бы.

Он снова резко перестроился, едва преграда на дороге рассосалась, и хмыкнул, снова бросив мимолетный взгляд на ее смущенное раскрасневшееся лицо:

– Похоже, тебя здорово возбуждает вся эта хрень. Но тот факт, что я умею конгруэнтно доносить до тебя свой гнев, тоже не делает из меня тематика.

Марго непроизвольно приоткрыла рот, пытаясь это осмыслить. Она смотрела на дорогу прямо перед собой, схватившись за ручку двери. Автомобиль теперь несся прямо по пустой дороге, но скорость явно превышала допустимую правилами.

– Ты психолог? – спросила она, вспоминая, как слышала нечто подобное из уст главного доминанта клуба, профессионального психотерапевта.

– Нет. Просто давно дружу с Максом и нахватался.

– Но ты был такой сексуальный на сцене! – все еще не в силах поверить его словам, воскликнула Марго, сама удивляясь тому, каким умоляющим сделался ее голос.

– Интересно, в чем это выражалось, – недоверчиво отреагировал он.

Направив автомобиль на съезд с трассы, Артем сбросил скорость, и Маргарите показалось, что сразу стало тише.

– Ты был очень внимательный, сосредоточенный, – медленно сказала она, размышляя вслух. – Это дает нижней чувство безопасности. В этом чувстве хочется раствориться. И в то же время ты был уверен и невозмутим. Было заметно, что ее удовольствие тебя действительно интересует больше, чем свое.

Она наблюдала за ним краем глаза, не глядя прямо в глаза. Щеки все еще были розовыми. Собственный порыв к откровенности и понравился, и напугал ее. Но Марго знала по опыту, что хорошие отношения начинаются с откровенности, с честности, сразу. Или не начинаются вообще.

Артем молчал до тех пор, пока не въехал во двор, битком забитый автомобилями. Там он быстро припарковался – на единственное, чудом свободное место и сразу развернулся к ней:

– А причем здесь тема? – с нескрываемым удивлением спросил он. – Разве это не описание действий любого нормального мужчины во время близости с женщиной?

Марго замерла в замешательстве, отвела взгляд, размышляя. А потом тихо рассмеялась:

– Ты прав. Возможно, я просто забыла, что значит “нормальный мужчина”.

Их глаза встретились, но смеялась она одна: Артем по-прежнему был серьезен, и весь его вид давал понять, что он не договорил, и хочет, чтобы она дослушала его.

– Мне не нравится делать женщинам больно. Даже для их удовольствия, – сказал он нетерпеливым тоном.

– Хорошо, я поняла, – кивнула Марго, опустив ресницы. – Я не собираюсь просить тебя об этом.

– Ладно.

Он вынул ключи из замка зажигания. Марго вышла из машины, все еще не уверенная в том, на что именно согласилась.

– Подожди, – сказала она, остановившись как вкопанная у самого подъезда. – Я не понимаю.

– Чего?

Артем замер, все еще придерживая открытую дверь подъезда. Марго смотрела прямо ему в лицо, не зная, что собирается сказать. Несколько лет назад, когда она вычеркнула ванильный секс из своей жизни, это помогло решить пару эмоциональных проблем. Тематические сессии ведь не зря называют игрой. Они были прикольными и имели смысл сами по себе.

Если ничего не получалось с отношениями, у нее было прекрасное оправдание перед самой собой: она только играла.

Секс – это другое. Игра в просто секс всегда казалась ей ужасно пошлой. И ей не удастся потом соврать себе, что она не хотела его привлечь. Что захотела его лишь для того, чтобы поразвлечься на одну ночь.

– Ты хочешь одноразового секса?

– Нет.

– А чего ты хочешь?

– Принять душ. Выпить с тобой чего-нибудь. Потом по настроению. Нам не обязательно сегодня трахаться, если ты не хочешь, – сказал он, глядя такими честными глазами, что даже школьнице стало бы ясно: он нагло врет, скрывая за наносным цинизмом собственную ранимость. Возможно, и боязнь отказа тоже.

Приезжать сюда было не очень умно с ее стороны. Ей следовало бы попросить его отвезти ее домой, когда он заявил, что не интересуется темой. Была только одна проблема – он повел себя как настоящий доминант, и этим заинтересовал ее за несколько минут больше, чем любой другой мужчина в клубе за последний месяц.

Во многих из них от доминанта была только мишура – одежда, разговоры о теме, попытки командовать. Артем же заботился о ней с первой минуты, вел себя уверенно, ничего не стеснялся и прямо заявлял, что хочет. Не говоря уже о том, как он умел удивлять и приказывать.

Марго сделала несколько шагов вперед, заходя в распахнутую им дверь:

– Отлично. Тогда мы не будем трахаться, – с вызовом сказала она.

– Договорились, – обезоруживающе кротко кивнул он так, словно только на это и рассчитывал.

С этого момента он не сказал ни слова, но у Марго было ощущение, что напряжение в лифте росло с каждым этажом. И к тому моменту, как они оказались внутри его квартиры, она была уже внутренне готова.

– Идем в ванную, – сказал он, подталкивая ее за бедра, едва она успела снять обувь и ветровку.

Марго скрыла улыбку. Она была совершенно не против, но не удержалась от соблазна его потроллить.

– Мы же договорились не трахаться, – заметила она, не спеша направляясь по коридору в том направлении, куда он подталкивал, следуя за ней по пятам.

– Женщина, откуда такие мысли? Я собираюсь просто тебя помыть, – с улыбкой, легко различимой в голосе, ответил он.

Квартира на первый взгляд показалась ей небольшой, но в ванной, где они довольно быстро оказались вдвоем, было очень просторно. Марго эта комната понравилась с первого взгляда – у нее с детства сохранилась аллергия на крошечные кухни и санузлы.

А еще – у него было крутое освещение, которое позволяло регулировать яркость. Настроив подсветку душа на то, что Марго про себя назвала романтическим полумраком, Артем снял с себя футболку одной рукой – чисто мужским жестом, потянув за заднюю часть. После чего притянул ее к себе, начиная так непринужденно ее раздевать, словно был в этом профессионалом.

Она схватилась за его плечи, и ошеломленно замерла, позволяя всем мыслям разом выскользнуть из головы, пока он расстегивал ее блузку, лифчик, лаская кожу одними кончиками пальцев. Попутно, невесомо поглаживая под ключицами, вдоль ребер, касаясь всех чувствительных, но не самых интимных мест, позволяя ей расслабиться и почувствовать только нежность, без какой-либо пошлости.

Стащив с нее джинсы, он выпрямился, обхватил ее за шею горячей ладонью и внимательно посмотрел в глаза.

Этот взгляд сломал какой-то последний барьер, и Марго сама бросилась на него, жадно целуя, обхватывая за шею, крепко прижимаясь всем телом. Артем отвечал на поцелуи, легко поднял за бедра, втащил ее в душ, удобно спроектированный на одном уровне с полом ванной, прижал к теплой стене.

– Погоди, – задыхаясь, пробормотал он, быстро отстранился, чтобы стянуть с себя джинсы и выбросить их наружу. Марго сняла трусики и включила воду, но запуталась в кнопках. Его рука легла на ее:

– Вот так, – негромко сказал он, настраивая на дождевой режим.

Ее дыхание внезапно сбилось, когда Марго поняла, что он возбужден – достаточно, чтобы взять ее прямо сейчас. Он начал мыть ее, попутно лаская, но это, как ни странно, не помогало забыть обо всем, погрузившись в приятные ощущения.

И тут она почувствовала необычный страх – не тот, который чувствуешь, когда верх берется за непривычный девайс или связывает до боли. Не тот вид паники, который охватывает, когда выходишь на публику с откровенной сессией. Этот страх был необъясним – страх от того, что она точно знала, что сегодня ничего страшного не произойдет.

– Можешь меня шлепнуть? Пожалуйста, – прошептала она, чувствуя, как вот-вот взорвется от этой тревоги.

Артем повернул голову, мельком оценивая ее выражение лица.

– Повернись, – сказал он, снова прижимая ее к стене, на этот раз лицом.

Громко, но совсем не больно шлепнув ее пару раз, он прикусил ее ухо, стоя сбоку.

– Легче?

– Не знаю… Нет, – выдохнула Марго, сама не понимая, что чувствует. Ей хотелось попросить его шлепнуть сильнее, но она боялась получить отказ.

Ощущая только растерянность, она поспешила заняться чем-то хорошо знакомым, и сползла вниз вдоль его тела, лаская его языком.

– Господи, – прошептал он.

Марго улыбнулась. Она знала, что хороша в этом. Ей было приятно услышать стоны удовольствия, которые последовали незамедлительно. Она поймала губами его красивый член и несколькими движениями языка сделала его еще более твердым. Останавливаться не хотелось – именно так, стоя перед ним на коленях, держа его во рту, она чувствовала себя на своей территории и не испытывала ни малейшего смущения и неуверенности.

Ей хотелось бы, чтобы он вел себя более эгоистично, но, к сожалению, Артем довольно скоро отстранил ее и поднял, лаская все ее тело.

Марго закрыла глаза, чтобы не выдать нового прилива смятения, но ее щеки мгновенно стали красными. В голове было только одно: «Что это? Зачем? Я разве это заслужила?»

Она пыталась возвращать ласки, но не успевала. А потом он опустился на колени, развел ее бедра, положив одно из них на свое плечо, Марго оцепенела. Когда его язык коснулся ее киски, она случайно издала ошеломленно-жалобный стон. И тут же сжалась.

– Нет… Артем, я не хочу, – запротестовала она тихо.

– Почему? – изумился он.

– Я… не знаю, – удивленно глядя на него сверху вниз, сказала она.

– Как ты хочешь? – спросил он серьезно, внимательно глядя на нее.

– Просто трахни меня, – сказала она после секундной паузы.

Осторожно поставив ее ногу на место, Артем выпрямился, поднял ее за бедра и прижал к стене:

– Держись за меня. Да, вот так. Не напрягайся.

Одним плавным движением он втиснулся в нее, наполняя до отказа, и начал двигаться такими сильными толчками, что Марго сразу поняла – просить пожестче не нужно. Он здорово умел это делать, именно так, как надо.

Теплая вода лилась сверху на них обоих, но Марго почти забыла об этом, широко открывая рот, задыхаясь от каждого собственного стона, от того, как тесно было внутри и как приятно чувствовать каждое его движение, и невероятно сильные мышцы под руками, которыми она держалась за него, легонько царапая спину.

– Да-а-а, – тихонько простонала она, закрывая глаза – за секунду до того, как он еще немного ускорился, почти расплющив ее о стену.

Бешеный оргазм заставил ее сжать его в ответ так же сильно, но он почти сразу отстранился, выходя из нее в последний момент.

– Господи… я лет десять ни с кем не трахалась без презерватива, – ошеломленно сказала Марго, когда они оба помылись и вылезли из душа.

– Я это не планировал, – сказал Артем, заворачивая ее в огромное полотенце. – И я здоров, если что. Недавно проверялся.

– Приятно знать. Я тоже, – кивнула она, вытираясь.

– У меня есть вкусное вино, – сказал он, направляясь из ванной дальше по коридору в полотенце вокруг бедер. – Будешь?

– Может быть, – задумчиво сказала она, изучая квартиру. Под ее босыми ногами был отличный паркет, стены сияли свежей краской, цвета отлично сочетались между собой, хотя и были, на ее вкус, темноватыми.

Пройдя в кухню, она поняла, что и там ей очень нравится: место было уютным и явно располагающим к посиделкам всякого рода: перед широченным подоконником стоял диван, кофейный столик, а у стены – еще и обеденный стол с удобными стульями. Эта комната была готова принимать небольшие вечеринки. И все выглядело так, как будто ремонт был закончен вчера. В крайнем случае – на прошлой неделе.

– Любишь готовить? – осведомилась она, изучая разнообразную кухонную технику, расположенную на широкой столешнице. У Артема был не только стандартный набор из микроволновки, плиты и скороварки, но еще и гриль, вафельница и парочка предметов космического вида, назначения которых она вообще не знала. Все выглядело новым.

– Да, люблю, – кивнул он, открывая дверцу холодильника, чтобы извлечь бутылку белого вина. Оглядевшись, Марго села за обеденный стол. С интересом наблюдая за его движениями, пока он ловко извлекал пробку, доставал бокалы и разливал вино по бокалам, она подперла щеку рукой, не чувствуя никакого смущения по поводу своей наготы. Ее полотенце осталось на сушителе в ванной.

Обернувшись, Артем поставил перед ней бокал с вином:

– Дать тебе халат?

– Нет, мне хорошо, – ответила она, улыбаясь. – Ты недавно переехал?

Артем молча посмотрел прямо ей в глаза, легонько коснувшись края ее бокала своим:

– Да, переехал. Твое здоровье.

Марго даже помедлила от замешательства перед тем, как выпить – его взгляд был таким недвусмысленно подавляющим и предупреждающим, словно она спросила его о чем-то очень интимном. Он словно кричал ей в лицо: “Не смей больше спрашивать об этом. И не разглядывай ничего вокруг”.

Интересно, о чем еще с ним нельзя разговаривать? Может, ей вообще не стоило пытаться заводить светскую беседу?

– Если что, у меня в спальне много презервативов, – заметил он, словно читая ее мысли.

– Хочешь еще? – улыбнулась Марго, мгновенно расслабляясь. Она и сама хотела этой ночью максимум секса. Минимум конфликтов, сложных бесед и проблем.

– Разумеется, – улыбнулся он в ответ. – А ты?

– Да.

Марго медленно поставила бокал на стол и потянулась к нему за поцелуем.

Глава 4
Ты прирожденная нижняя

Два года назад.

Однажды, незадолго до развода, она решила изменить мужу. Это решение пришло на ум сразу, когда Рита впервые почувствовала, что хочет развестись с ним. Она проснулась и подумала, что нужно просто изменить ему и оставить все как есть, ведь Олег не хуже других.

Раньше она не представляла, что может изменить. Но раньше она также и не думала, что может всерьез захотеть развода. Она планировала найти любовь на всю жизнь, выйти за него замуж, чтобы жить долго и счастливо. Когда первые два пункта были выполнены, а счастливая совместная жизнь быстро кончилась, Маргарите понадобилось несколько лет, чтобы это осознать.

Долгое время она жила с Олегом по инерции, стараясь не обращать внимания на неприятное поведение и на то, что ее собственные чувства по отношению к нему необратимо поменялись. На то, что она чувствует себя обманутой и преданной. Хуже того – она чувствует себя дурой.

Вернувшись от бабушки из провинциального городка, её лучшая подруга как-то сказала, что там большинство женщин могли бы совершить преступление ради таких мужей, как у них: тех, которые не пьют, не бьют и отлично зарабатывают.

"Они вообще бы там не поняли, чем мы недовольны", – грустно сказала она, когда приехала к Маргарите отметить свой развод. У Марго в тот день тоже было не лучшее настроение: Олег обещал посидеть с Майкой, пока они с подругой пообщается, но за час до встречи его планы поменялись, помешало очередное важное совещание. Пришлось общаться дома с чаем и Майей на руках вместо бара с вином.

Желание изменить и этим спасти свой брак пришло спонтанно. Рита зарегистрировалась на сайте знакомств и написала новое имя, которое в жизни не использовала: «Марго».

Каждый раз, отправляя кому-то фотографии, она боялась до замирания сердца. Что, если случайно, совершенно случайно, этот кто-то из интернета окажется знакомым? Знакомым знакомых? Каким-нибудь коллегой ее мужа?

Но, к счастью, на сайтах знакомств Марго никого знакомого не встретила. Она довольно быстро подружилась с двумя парнями и с одним даже встретилась за кофе, но в постель так и не пошла – в последний момент ее охватил парализующий страх и гадкое ощущение, что она уже изменила.

А потом появился Андрей. Он написал ей на сайте уже в тот момент, когда Марго не хотела и не собиралась ни с кем встречаться. С живым знакомством не торопился и он, и как-то само собой так вышло, что они стали переписываться. Ей было интересно болтать с ним обо всем на свете. Она брала у него рецепты блюд, когда выяснилось, что Андрей – ресторанный повар. Потом он советовался с ней по поводу кредитных программ, когда узнал, что Марго работает в банке.

У него был сын возраста Майи, и поэтому они с таким же интересом обсуждали детей, кружки, покупки и даже ремонт в квартире. До интимных разговоров тоже дошло – как-то ночью, когда они уже пару недель были знакомы. Андрей уже знал, что Марго замужем, но ему было все равно. Сам он сказал, что недавно развелся и не готов к новым отношениям, ищет только секс. И не совсем обычный.

«А какой?» – удивленно спросила она. В ее голове замелькали картинки, которые она пару раз видела на всплывающих порнушных баннерах в интернете: пятеро девушек с огромными сиськами вокруг парня-задрота с лицом восхищенного идиота. Надпись в той рекламе призывала мужчин смелее реализовывать все мечты.

«Я люблю игры», – ответил Андрей.

Марго фыркнула и спросила, имеет ли он в виду те виды игр, где девушка надевает костюм тигра или медсестры. Она все еще улыбалась, когда он ответил: «не совсем» и скинул ей фотографию странного вида деревянной лавки, с которой свисали цепи. А сверху лежали розги.

Ошеломленно замерев, Марго сглотнула. Больше всего ее поразила реакция ее собственного тела, без предупреждения вышедшего из-под контроля. Во рту мгновенно пересохло, дыхание участилось, а между ног заболело – и так, что ей пришлось сдвинуть бедра, чтобы унять эту боль хоть немного.

Как-то в самом начале их отношений с Олегом она испытывала нечто подобное. Ее сексуальное желание было таким сильным, что она полностью теряла голову в постели, вела себя совершенно непристойно. Пару раз он шлепнул ее во время секса и Марго однажды попросила отшлепать ее в качестве прелюдии. Но те шлепки не удовлетворили ее, а сильнее она попросить постеснялась, да и Олег сказал, что ему это не нравится. Марго не стала даже рассказывать ему, что на самом деле почему-то мечтала, чтобы он выпорол ее ремнем.

Андрей, очевидно, знал и умел в этом намного больше. Внезапно сообразив, что ее телефон вибрирует от входящего вызова, Марго поспешила взять трубку. И впервые услышала его глубокий, очень сексуальный голос:

– Привет, милая, это Андрей. Мне что-то подсказывает, что тебе это понравится. Я прав?

Марго отчетливо помнила, как ее сердце провалилось вглубь живота, как она пыталась выдавить ответ, но в итоге сделала долгую паузу и спросила, облизав совсем сухие губы:

– Почему ты так решил?

– Потому что мы долго общались, и я понял, что ты прирожденная нижняя.

– Я… не уверена, что я хорошо в этом разбираюсь, – пролепетала она, невольно оглядываясь на коридор, и прикрыла дверь в кухню.

– Я научу, если захочешь, – заверил Андрей. – Так у тебя были фантазии насчет подчинения мужчине и наказания по попе?

С того момента их разговоры на девяносто процентов крутились вокруг секса. Марго долгое время хотела попробовать, но потом переключилась на домашние проблемы и передумала. Майя болела, сразу после ее выздоровления пошли проблемы с учительницей в школе. Потом началось лето, и она с дочерью жила на даче в отпуске, а после отпуска было очень много дел.

Андрей иногда писал ей или звонил по ночам, они подолгу разговаривали. Он тогда нашел себе нижнюю, но все еще иногда уговаривал Марго попробовать. В теории он рассказал ей столько, что она уже могла считать себя экспертом – о правилах, о разных девайсах, о подчинении и доминировании, о болевых практиках, о том, чем садисты отличаются от доминантов, кто такие куколды, свитчи, фетишисты.

Несколько раз они встречались за кофе и обсуждали все это лично. Андрей понравился ей внешне, и стал отличным другом, о котором она иногда фантазировала.

Постепенно Марго расслабилась, привыкла к тому, что это только разговоры, и начала рассказывать ему о своих фантазиях. Она призналась, что ее очень возбуждают розги, но она боится сильной боли. Рассказала о том, что очень хочет стоять на коленях и делать все, что прикажут, но боится, что ее посчитают сумасшедшей.

«Я не посчитаю» – написал он со смайликом в вотсап и добавил, что она может приехать и встать на колени в любой момент, когда будет готова.

Тогда Марго просто улыбнулась. А пару месяцев спустя, в день развода с мужем – написала и сказала, что готова на все.

Андрей предупредил, что будет поздно, но обязательно придет за ней. Строго велел надеть то, в чем будет комфортно, и не бояться. Он пообещал, что не обидит ее и не сделает ничего жесткого в первый раз.

Марго все равно, конечно, волновалась. Но именно это ей сейчас и было нужно – забыть о том, что она уже фактически разведена, а у нее даже нет работы. Забыть о том, что с завтрашнего дня будет куча проблем. Забыть о том, что ее семейная жизнь не удалась, нет карьеры и уверенности в себе. Забыть обо всем, что рухнуло и превратилось в месиво.

К десяти вечера она успела избавиться от всех волос на теле, найти в шкафу более-менее подходящее для свиданий платье, чудом сохранившееся со времен до Олега, накраситься и сделать кокетливый хвостик на бок. Она вдруг почувствовала себя молоденькой, глупой – лет на двадцать, а не настоящие тридцать два.

Она ужасно боялась, что Андрей вдруг не приедет, сделает как Олег – в последний момент напишет, что не может или опоздает на три часа.

Но Андрей задержался всего на десять минут, и то – заранее написал, что стоит в пробке. Когда она вышла и села в его неприметный «хендай», он скользнул по ней откровенно изучающим взглядом и улыбнулся:

– Ты очень красивая сегодня. Нервничаешь?

– Да.

– Хорошо. Я люблю, когда нижняя волнуется, – ответил он.

Марго неуверенно улыбнулась.

– Что мне нужно делать? – спросила она по дороге.

– Все, что я тебе говорю. Кроме тех случаев, когда тебе становится плохо или слишком больно. Тогда ты говоришь стоп-слово. Какое нравится?

– Не знаю, – растерялась Марго. – Я думаю, мне будет неловко тебя останавливать. Ты не представляешь, как я благодарна, что ты приехал сегодня.

– У всех бывают тяжелые моменты, я понимаю, – мягко сказал он. – Тогда будешь говорить мне «спасибо». Запомнишь?

– Да, – тихо отозвалась она.

В ту ночь Марго казалось, что она нашла любовника мечты. Андрей привез ее в БДСМ-отель, где они оставались часа четыре. То, насколько нежным и терпеливым он был в ту ночь, она смогла оценить только намного позже. И то, как он здорово умел давать инструкции, обучая ее с нуля.

Когда они вошли, Марго осмотрела все, провела рукой по кожаной поверхности округлого валика, закрепленного на подставке, с опаской покосилась в сторону цепей и деревянного креста, прикрепленного к стене.

Андрей позволил ей немного походить по комнате, пока сам снимал обувь, расстегивал привезенную с собой спортивную сумку, выкладывал из нее то, что при ближайшем рассмотрении вызвало у нее легкую панику: какие-то зажимы, кляп, наручники, кожаные шлепалки.

– Ничто из этого не причинит тебе сегодня боли, – пообещал он и остановился посреди комнаты, где лежал маленький круглый коврик. – Раздевайся до трусиков и иди сюда, на колени.

Впервые встать на колени перед кем-то оказалось сложнее, чем она себе представляла. Раздевшись, Марго подошла к нему и не слишком грациозно рухнула, испытывая крайнюю степень смущения – и от того, что делает, и от собственной неуклюжести.

– Умница, – похвалил он. – Подними глаза.

Посмотрев на него снизу вверх и поймав его покровительственный взгляд, Марго пережила не похожее ни на что эротическое чувство. Низ живота мгновенно дал о себе знать легкой пульсацией.

– Открой рот, – велел он и коснулся ее губ кончиками пальцев, начиная водить по ним. – Вот так. Я делаю с тобой то, что хочу, а ты просто подчиняешься. Привыкай.

В полной тишине он делал непривычно-странные вещи: просовывал пальцы ей в рот, побуждая сосать их, оттягивал ее голову назад, брал за волосы, наклоняя в разные стороны, словно она была куклой. Он играл с ней какое-то время так, как с неодушевленным предметом или, скорее, как с рабыней, от которой не ожидал ни малейшего сопротивления.

– Сюда, – сказал он, как только ему надоело, и быстро перешел к другой стене, на которой был закреплен деревянный крест. – Вставай на ноги. Вот так.

Наручи в отеле были совсем не страшные – не по размеру: она могла бы вынуть запястья, если бы захотела. Но тогда ей и этой видимости фиксации хватило. Марго на всю жизнь запомнила первое ощущение добровольно принятой несвободы, легкое звяканье цепей и тепло тела своего первого дома, когда он стоял прямо за ее спиной. Это было похоже на возвращение в теплое уютное место и одновременно на увлекательное путешествие далеко-далеко.

Какое-то время он дразнил ее легкими касаниями спины, пока она не застонала, и только потом шлепнул. Вскрикнув и вскинувшись всем телом, Марго сжалась – и медленно улыбнулась, когда он сделал большую паузу.

– Нравится? – спросил он уверенно, и она кивнула:

– Да. Еще!

– Закрой ротик.

Он шлепнул ее ладонью еще несколько раз, потом спустил ей трусики до бедер и взял шлепалку. Марго задыхалась от волнения и возбуждения.

Она зажмурилась, когда он ударил первый раз, но оказалось, что это чувствуется даже меньше, чем ладонь. И она расслабилась, просто закрыв глаза и наслаждаясь каждым мгновением.

– Сейчас я ударю немного сильнее. Ты сделаешь паузу, хорошо подумаешь и скажешь мне, хорошо тебе так или нет. Договорились? – еле слышно пробормотал он ей на ухо.

– Да… я поняла.

Стоять и ждать этого удара было трудно… и немного стыдно, учитывая, что по внутренней стороне бедра уже текла смазка.

Андрей шлепнул ее ладонью, и она вскрикнула и издала глубокий стон – это было намного больнее, чем любой из ударов, который она получила до этого. Она понятия не имела, что в игре можно бить так сильно. Первой мыслью было: «о боже, это слишком».

Но ее тело, как ни странно, думало иначе.

– Как? – спросил он.

– Хорошо, – тихо ответила она.

Его рука скользнула между ее широко расставленных ног, и Марго испытала такое острое возбуждение, что уже не могла ни соображать, ни отвечать ему. Он терпеливо возбуждал ее до крайности, а затем снял с ее рук кожаные наручи, перегнул через кожаный валик:

– Отшлепать тебя еще?

– Да! – не думая ни секунды, простонала она.

Он шлепнул еще раз пять или шесть – до горящих с непривычки ягодиц. И боль постепенно перетекала в наслаждение, заставляла ее желать его все сильнее и сильнее, так, что когда он расстегнул штаны и, наконец, трахнул ее, Марго почти плакала от наслаждения и таких острых эмоций, которых не испытывала за всю жизнь.

– Ладно, – сказал он, когда они приняли душ и немного отдохнули. – Теперь, когда ты поняла, кто ты на самом деле, мы можем попробовать что-то по-настоящему интересное.

Два года спустя.

Даже самый великолепный секс со временем забывается. Прошлое ощущение восторга легче всего вспомнить, когда испытываешь его вновь. Только первую встречу с Андреем в отеле она могла бы сравнить с тем, какие ощущения у нее возникли с Артемом. И, если в тот раз она впервые познавала тему, то в этот – словно заново узнавала ваниль.

Это было увлекательно каждую минуту, хотя они провели в постели весь остаток ночи, безвылазно. Они поменяли несколько поз, он был то нежным, то становился жестче, но ни разу, как Марго ни соблазняла его, не перешел границу между естественным природным и произвольным мужским доминированием.

Если бы ее спросили еще неделю назад, она сказала бы, что мужчина-ванилька не сможет ее возбудить. Но Артем возбуждал, и еще как. Когда Марго лежала под ним, обхватив коленями его бедра, и он смотрел на нее сверху, двигаясь глубоко внутри, она ощущала внутри такой же затягивающий водоворот эмоций, как и во время тематических игр.

Но когда уже наступило утро, и они почувствовали, что надо поспать, Артем быстро вырубился, а c Марго творилось что-то странное – она поняла, что не может спать и не может успокоиться. Радостное и сексуальное возбуждение перешло во что-то вроде похмелья, глубоко внутри нарастал дискомфорт.

Прежде такого с ней не случалось. Она испытывала приливы энергии после секса, бывало, что и заснуть не могла, но она не чувствовала при этом ничего плохого. Эмоциональное опустошение? Наплыв грусти? Но с чего?

В то время, как Марго вертелась, пытаясь заснуть, в ее голову почему-то полезли мысли об Олеге. Она некстати вспомнила, как мучилась от недосыпов и вот так же крутилась с боку на бок. Иногда она не могла заснуть, потому что ждала его. Иногда – потому что злилась, понимая, что он разбудит ее хлопком двери как только она погрузится в глубокий сон. Тогда у нее месяцами не было хорошего секса и сна.

Но сейчас никаких негативных эмоций быть не могло. Секс с Артемом был отличным, ни о каком неудовлетворении и речи не шло. А накануне она выспалась как хомяк, пользуясь тем, что Олег взял Майю на выходные.

Ощутив, что ей жарко, Марго встала, на цыпочках пересекла комнату и открыла окно. Артем пошевелился, повернул голову, но продолжал спать. Вдохнув свежего воздуха полной грудью, она немного успокоилась, оставила маленькую щелочку для проветривания и снова легла в постель. Но едва приняв горизонтальное положение, вдруг ощутила, что задыхается. Ей физически не хватало воздуха, и это вызвало ужас. Словно ее легкие вдруг начали отказывать.

Марго резко села, сделала глубокий вдох, но вдохнуть полной грудью не получалось. Она ощутила боль. Ее легкие заполнялись, но как будто не до конца. Захотелось плакать.

Снова бросившись к окну, она долго сидела возле него, носом на улицу, и дышала. Ощущение тяжести в груди и нехватки воздуха так до конца и не ушло, хотя ей и стало немного полегче.

Решив обязательно показаться врачу, она начала тихонько одеваться. Было ясно, что она не сможет уснуть у Артема дома. Ей лучше отправиться домой, успокоиться и записаться к доктору. Вот только к какому? Кардиологу? Пульмонологу? Или это вообще аллергия?

К тому моменту, как она приехала домой, дыхание почти восстановилось, и Марго почувствовала, как неудержимо клонит в сон. Поставив телефон на беззвучный режим, она разделась и рухнула в кровать. Ей надо было успеть выспаться до того момента, как Олег привезет Майю. Время, правда, есть, ведь он сказал, в четыре – а значит, приедет не раньше шести. И на этот раз она не будет иметь никаких возражений против опоздания.

Засыпая с мыслью о том, что надо не проспать звонок Олега, она мгновенно открыла глаза, едва телефон ожил и начал подавать сигналы из мессенджера. Но это был не Олег. С трудом разомкнув глаза, Марго обнаружила несколько новых сообщений. Одно было от Артема, очень лаконичное: «Почему ушла?»

А еще два пришли с незнакомого номера. «Привет, это Тимофей. Мы с Ириной хотели бы попить с тобой кофе», – говорилось в первом. «Напиши, когда удобно», – добавил он вслед.

Марго резко села в кровати. Ее сердце внезапно заколотилось, а щеки порозовели. Ошеломленно глядя на экран телефона, она непроизвольно задержала дыхание, но сразу затем выдохнула и улыбнулась: утренний приступ прошел. Ей снова легко дышать. И еще, прочитав эти сообщения, она почему-то испытала облегчение.

Отбросив одеяло, она вскочила и пошла на кухню с телефоном в руке, чтобы сварить себе кофе. Мысли запрыгали в голове с огромной скоростью. Значит, ей вчера не показалось, что Ирина проявляла к ней интерес. Значит, Тимофей не так уж разочарован после испорченной сцены и все еще хочет играть с ней. А еще это значит, что у нее есть шанс исполнить давнишнюю сексуальную фантазию и поиграть втроем с симпатичной парой.

Об игре в тройке Марго подумывала еще до того, как погрузилась в тему. После того, как она осознала себя нижней, эти фантазии немного модифицировались – она знала, что уже не хочет ванили, и поняла, что интересуется игрой с двумя доминантами. Но найти пару из двух доминантов, которые одновременно интересовали бы ее и интересовались такой игрой, оказалось очень непросто. Марго поставила крест на этой мечте уже давно, умерив пожелания до просто «найти одного доминанта… найти бы одного».

Прошлой ночью, похоже, она сорвала нечто вроде джек-пота. У нее был классный секс с Артемом, и ей хотелось бы встретиться с ним снова… и, похоже, она собирается пить кофе с Тимофеем и Ириной.

Не спеша прихлебывая кофе, Марго ответила обоим мужчинам.

В то же время у себя дома Тимофей улыбался, изучая лицо Ирины. Оно просияло, как только он сказал, что Марго согласна встретиться с ними.

Они были вместе год, и его нижняя не переставала удивлять. Лишь недавно она смогла признаться, что скучает по клубу и своим нарядам доминантки.

Он постарался отреагировать спокойно. Скрепив сердце, Тимофей сказал, что ценит откровенность, но вряд ли когда-нибудь захочет меняться ролями. К его облегчению, Ирина рассмеялась до слез и сказала, что не ждала чего-то подобного. А потом, опустив глаза, объяснила, что хочет поиграть с нижней женщиной.

В первую минуту он даже немного растерялся, испытывая смешанные чувства. Но Ирина сама предложила решение, которое его устроило. «Я бы хотела найти нижнюю для нас обоих. Для игры втроем», – сказала она, шаловливо заглядывая в глаза так, что отказать ей было просто невозможно.

Приглашение в «Сабспейс» на камерную вечеринку подоспело как нельзя вовремя. Тимофей согласился, почти не думая, хотя никогда прежде не бывал на публичных тематических мероприятиях. Для самого известного детского психолога в стране это безумный, ничем не оправданный риск. Его репутацию могла уничтожить одна фотография, один рассказ в прессе.

Но Тимофей знал, что не отпустит Ирину одну, а она не простит ему ограничения свободы. Он решил рискнуть, и не прогадал. Конечно, ему хотелось убить и Макса, и этого Артема каждую секунду, которую они провели на сцене с его нижней, но он не мог отрицать, что и сам неплохо провел время за игрой с Марго и созерцанием великолепных женщин, которые участвовали в вечеринке.

А еще он понял, что готов повстречаться со всеми призраками прошлого в лице Лори. Внимательно посмотрев на нее и на ее партнера, Тимофей понял, что сама Лори ничего не рассказала Дмитрию. Но вела себя на вечеринке так, что тот мгновенно начал что-то подозревать – сообразительный парень. Пару раз встретившись с ним взглядом, Тимофей решил, что обязательно поговорит с ним позже.

Но главное – Ирина сияла. После той вечеринки она стала такой активной в постели, что Тимофей пересмотрел свое отношение к тусовкам. Раньше он думал, что это ярмарка тщеславия, а теперь осознал, что клубные вечеринки еще и помогают парам держаться в тонусе. Они оба получили лестную порцию внимания от других людей и оба немного поревновали друг друга. Секс после такого стал намного ярче.

Так что Тимофей без колебаний написал Марго сообщение, едва дождавшись, когда Ирина попросит об этом за завтраком. И не удержался от улыбки, увидев ее реакцию на согласие.

– Это пока просто кофе, малыш, – заметил он, чтобы немного остудить пыл ее восторга.

– Знаю, – мечтательно вздохнула Ирина. – Но я надену кожаную юбку и шпильки.

– Я не против, – хмыкнул Тимофей. – Главное – найти время. У меня клиенты всю неделю, их много.

Ирина кивнула. Поход в «Сабспейс» был настоящим праздником еще и потому, что в эту субботу у них чудом совпали выходные. Оба они были слишком занятыми людьми. Ирина вытаскивала из кризисов клинику, Тимофей вытаскивал из кризисов людей. Кризисы, казалось, никогда не кончались.

– Знаешь, мне кажется, если бы не ты, я бы уже подсела на антидепрессанты или вроде того. Это был тяжелый год, – призналась она под влиянием порыва.

Тимофей удивленно посмотрел на нее, но, немного подумав, кивнул:

– Ты права, год был непростой. Может, нам попробовать разгрести дела и взять небольшой отпуск?

– Удариться в развратный загул?

Глаза Ирины засверкали, и Тимофей снова улыбнулся:

– Знаешь, что мне в тебе больше всего нравится?

– Жопа? – усмехнулась она, вспомнив, как он отвечал на вопросы в клубе.

– Нет. Твои грязные мыслишки, – сказал он.

– Ммм… а когда там у тебя следующий клиент? – медленно спросила она, отодвигая в сторону свою тарелку с недоеденным омлетом.

– Мне нужно выходить примерно минут через сорок, но я хотел еще погладить рубашку, – так же медленно ответил он, внимательно проследив за ее движением.

Движением, полным кошачьей грации, Ирина плавно соскользнула со стула и подползла к нему на четвереньках.

– Лучше погладь меня, – муркнула она, потеревшись щекой о его колено.

– Малыш, что я говорил по поводу приставаний перед работой? – тихо спросил Тимофей, проводя пальцем по ее щеке.

Возбужденно приоткрыв рот, Ирина попыталась поймать его палец, но он быстро его отдернул, и она опустила глаза, усаживаясь на коленях в позе примерной девочки.

– Что я буду наказана за это.

– Да, малыш, именно так. Открывай рот и старайся лучше, – еле слышно велел он, расстегивая брюки. – Если я опоздаю, то наказание будет не тем, которого ты хочешь.

Получасом спустя Тимофей ехал на встречу с клиентом, размышляя о том, почему так сильно раздражен, даже после секса.

В первую очередь потому, что слишком четко следовал своим правилам. У него их было несколько. Первое – стараться не показывать своей женщине слабостей, к которым причислял всплески негативных эмоций. Второе – не отказывать ей в сексе, ведь женщины такого почти не выносят. Третье – не опаздывать на работу. Вообще никуда не опаздывать.

Ирина сделала ему роскошный минет, после чего он даже успел принять душ, а она погладила его рубашку. Но ему все равно пришлось подавлять вспышку гнева, когда нижняя заставила его изменить план на безмятежное утро: спокойный завтрак, никакой спешки. В результате ему опять пришлось принимать душ чемпионскими темпами и все равно собирать все камеры на разметку по дороге, чтобы не опоздать.

Возможно, дело было в этих ее доминирующих настроениях в последнее время. Ему показалось, что она увлеклась и теперь пыталась управлять им снизу. Или у него просто разыгралась паранойя?

Немного подумав, Тимофей набрал Макса.

– Есть пять минут? Напомни, что мы делаем, когда кажется, что нижняя пытается манипулировать?

Весело хмыкнув в трубку, Макс ответил, почти не думая:

– Вспоминаем, что это скорее всего не кажется. И она не то, чтобы пытается, а вполне успешно это проделывает. Мы ведь любим умных, так?

Тимофей негромко выругался. Макс был прав и не сказал ничего, о чем он сам бы не знал.

– Ей хватает порки? – спросил Макс прежде, чем он успел добавить к ругательствам что-либо еще.

– Да.

Тимофей рассеянно барабанил пальцами по рулю. Он понимал, почему Макс спрашивает, но был уверен, что секса и темы Ирине хватает. Искать проблему, если она была, следовало не здесь.

– А ты давал ей что-нибудь сверх обычного в последнее время? Ничего при этом не прося взамен? – спросил Макс, и Тимофей на секунду утратил внимание на дороге – так, что ему пришлось экстренно тормозить перед бампером «Мерседеса», который сбросил скорость перед светофором.

– Возможно, – ответил он после паузы. – Спасибо, я, кажется, понял, в чем дело.

– Нет проблем. Кстати, мне звонили ребята, – с энтузиазмом продолжил Макс. – Всем понравилась вчерашняя встреча. Есть идея провести еще одну на даче у Миши. Через пару недель. Как тебе это?

– Возможно, – кивнул Тимофей. – Мы как раз планировали взять отпуск, а за границу сейчас ехать не хочется. Так что приглашайте.

– Отлично. Я дам знать, когда мы решим окончательно с датой и форматом.

Глава 5
Все ошибаются

На ее белой прозрачной коже место рассечения выглядело очень ярким – розовым и припухшим вокруг, почти черным в середине. Кровь еще не остановилась, и Лори с шипением обрабатывала рану вокруг, стараясь не касаться самого больного места.

– Ау, – сказала она, случайно сделав больно самой себе.

Дима втянул воздух сквозь зубы вместе с ней, активно сопереживая:

– Прости меня. Прости, пожалуйста, – снова сказал он. – Он, правда, случайно сорвался с руки…

– Я знаю.

Лори невозмутимо продолжила обрабатывать рану на внутренней стороне бедра, не глядя на Диму, который стоял перед ней на коленях с антисептиком в одной руке и марлей – в другой. Случайный удар пряжкой ремня во время лайтовой, в общем-то, порки нарушил их планы на долгий страстный секс.

Теперь они сидели на кухне, разбросав по столу содержимое коробки с лекарствами, останавливая кровь подручными средствами. Каждый из них при этом старательно делал вид, что не выбит из колеи произошедшим.

– Мы можем позвонить Ирине и подъехать к ней в клинику, – предложил он.

Лори слабо улыбнулась и покачала головой, бросив мимолетный взгляд на его красные щеки. Ей было очень больно, и она была зла из-за этого, но всерьез винить его за ошибку не могла.

Все доминанты ошибаются. А Дима был чудесным, чутким партнером и надежным верхом, который впервые нанес ей значительную рану за два года их совместных игр.

У нее бывали раны похуже. И шрамы похуже – такие, которые останутся до конца жизни.

– Не волнуйся. Все будет в порядке. Я заеду к Ире завтра, – сказала она.

– Уверена, что сможешь заснуть?

– Если не смогу, то приму обезболивающее. Сейчас уже два часа ночи.

– Если кровь не остановится…

– ДИМ! Хватит, пожалуйста! – рявкнула Лори, теряя терпение, но тут же оценила его выражение лица и опустила глаза:

– Прости.

Сделав долгий вдох и выдох, Дима медленно поднялся и сел рядом, поставив антисептик на стол:

– Дай ногу.

Снова глянув на него, Лори молча поставила ногу на его колено. Он свернул марлю в несколько слоев и осторожно прижал к ране, обильно смазанной несколькими мазями. Крепко прижав ладонь, он молча держал ее ногу какое-то время, а затем, убедившись, что кровь не идет, поменял марлю и заклеил поверх большим пластырем.

– Спасибо, – тихо сказала Лори. – Прости, что наорала.

– Все в порядке. Ты привела меня в чувство.

Он осторожно заправил прядь волос ей за ухо и задумчиво сказал, изучая ее лицо:

– Знаешь, я немного ревновал, когда ты играла с Ником.

Лори улыбнулась:

– Я знаю. Я тоже ревновала, когда ты играл с Лизой.

Они оба слишком долго уже были членами клуба «Сабспейс». На вечеринке, где почти все давно друг друга знали, создалось ощущение, что все уже спали со всеми, хотя это было не совсем так.

Просто все много раз играли друг с другом, слегка ревновали своих партнеров, но наслаждались этой свободой. И не было ничего особенного в том, что все знали, кто, куда, с кем и как. Лишь об одном Дима никогда не должен был узнать. О том, что когда-то связывало Лори и Тимофея. И о том, как они на самом деле друг к другу относятся.

Подумав об этом, Лори бросила косой взгляд на лицо своего дома. Если бы ей только удалось придумать причину, чтобы держаться от Тимофея с Ириной подальше.

– Кстати, по поводу новой вечеринки, которую устраивает Макс… – осторожно начала она.

– Однозначно идем, – горячо выпалил Дима, не позволив ей даже договорить. – Мне нравится. Так здорово, когда все свои и все такие крутые. Там не было ни одного лишнего человека.

Мгновенно отведя взгляд в сторону, чтобы он не заметил ее смятения, Лори через секунду выдавила сияющую улыбку:

– Конечно, идем. По правде, я тоже в восторге. Ни одного лишнего человека, точно.

Марго.

Уже в подъезде она поняла, что нервничает. Идти сразу к ним домой было неловко, она предложила попить кофе в городе, но Тимофей объяснил, что с ним это бывает неудобным: люди узнают, подходят за автографами, проявляют повышенное внимание к его спутникам.

Несмотря на заверение Тимофея, что Ирина заинтересовалась ею, Марго немного волновалась на ее счет. Что, если его нижняя просто ревновала после их откровенной сцены в клубе и согласилась на игру в тройке вынужденно? Мужчины иногда бывают удивительно глупы в таких ситуациях или нарочно закрывают глаза на ревнующих подружек.

Огромное зеркало в лифте подарило ей возможность проверить прическу и все остальное – и Марго взъерошила свои кудри и поправила платье, улыбнувшись своему отражению. Последние годы ей очень нравилось, как она выглядела. Она знала, что после развода начала по-настоящему сиять. Облегающие платья, продуманный стиль, подходящие цвета – над этим пришлось немного поработать со специалистами, и результат ей очень понравился.

Теперь она выглядела увереннее и одновременно моложе, а ее внешность стала гармоничнее и в то же время ярче, поскольку Марго перестала бояться вещей, которые подчеркивали нужные места на ее теле.

Перед выходом из дома она долго думала, что надеть, имея в виду, что их встреча вполне может закончиться спонтанным сексом. Да, это был вторник, и Тимофей сказал, что это всего лишь пробные посиделки, но все же назначил встречу на девять вечера, сделав ее больше ночной, чем вечерней. Поэтому Марго вызвала няню для Майи и готовилась тщательно: выбрала красное кружевное белье, темно-синее соблазнительное платье и потратила два часа на укладку и макияж.

Едва ей открыли дверь, она поняла, что не ошиблась с приготовлениями: встретившая ее Ирина выглядела просто сногсшибательно… и, скользнув по ней взглядом, посмотрела в глаза так, что Марго бросило в жар. В эту секунду она поняла, что проблем с ревностью пока не будет – эта женщина хотела ее едва ли не больше, чем ее парень. И, судя по взгляду, хотела немедленно.

Изучив ее взглядом в ответ, Марго тоже ощутила интерес – как минимум, с эстетической точки зрения. Бордовая кожаная юбка плотно облегала великолепные бедра, шелковая кремовая блузка была кокетливо расстегнута так, чтобы показался край кружевного лифчика в тон юбке. Небольшой серебряный кулон в форме флоггера, шпильки, аккуратный пучок делали образ строгой госпожи очень ярким, недвусмысленным и… возбуждающим.

Когда Марго сняла обувь, она стала на полголовы ниже хозяйки и почувствовала себя как надо – изящной, беззащитной, открытой. Не захватчицей чужих мужей, а скорее, милой званой гостьей, которая принесла себя в подарок… им обоим.

– Привет, малыш, – негромко сказала хозяйка дома грудным тоном с легким придыханием и наклонилась, чтобы коснуться губами ее щеки. – Молодец, что пришла. Проходи.

Огромная гостиная поразила ее своей атмосферой. Марго готова была поклясться, что они здесь частенько играют. К этому располагали пушистые мягкие ковры, разлапистые кресла, огромный темный кожаный диван и тщательно продуманное освещение.

Тимофей появился из кухни с большим кофейником, одетый лишь чуть менее тщательно, чем его подруга: темные брюки, светлая рубашка. Только одна пуговица расстегнута сверху. Правда, он был босиком, как и Марго, но с учетом домашней атмосферы и ковра это выглядело совершенно естественно.

Минут десять-пятнадцать они просто наслаждались напитком и светской беседой – о погоде, об их квартире и районе, затем немного о кофе, который Марго похвалила и, наконец, о вечеринке, на которой они познакомились.

– Жаль, что ты рано ушла. Потом еще было очень весело, – сказала Ирина. – Надеюсь, ты придешь в следующий раз?

– Да, Макс пригласил меня и я наверняка приду. А что было дальше? – спросила Марго, не удержав любопытно-игривой улыбки.

– Ну… – Тимофей отвел взгляд, словно вопрос его смутил, – мы еще играли, почти до утра. Я выпорол еще две хорошенькие попки, до сих пор рука болит.

– Под утро он выиграл в карты двадцатиминутный интимный массаж, у нижней Миши, Тани. После чего так разогрелся, что решил трахнуть меня в зале, на станке для порки, – закатила глаза Ирина. – Все уже хорошо подвыпили к тому времени, и всем очень понравилось. Но Миша, кажется, все равно приревновал, потому что после этого уже не отпускал Таню от себя.

Марго хихикнула, прикрыв рот рукой:

– А Миша с кем играл?

– С Томой. Потом с Лизой. У них была красивая сцена, – мечтательно вздохнула Ирина.

– Там было много отличных сцен. Жаль, что ты ушла, – серьезно сказал Тимофей, посмотрев на Марго. – Надеюсь, ночь не была потеряна?

Марго смущенно улыбнулась и кивнула. Воцарилась пауза. В тишине было слышно, как тикают часы и как звякнула чашка, которую поставила на блюдце Ирина.

– Ладно, – наконец, сказал Тимофей, на которого посмотрели обе женщины. – Ты наверняка хочешь знать, что именно мы предлагаем.

– Ну да, – негромко подтвердила Марго с легкой доброжелательной улыбкой.

– Мы хотим поиграть в тройке, как я уже сказал. Ирине интересно побыть верхней и понаблюдать. А я хочу тебя трахнуть, – сказал Тимофей после короткой паузы. – У тебя есть ограничения по этому поводу?

– Нет, никаких, – подумав секунду, сказала Марго. – Если Ирина не возражает.

– Я не возражаю, малыш, – медовым голосом вставила Ирина, следя за ней глазами как коршун. – Но я буду присутствовать.

– Конечно.

– Тогда ты не против начать прямо сейчас? – спросил Тимофей, поднимаясь со своего кресла.

– Не против.

Она следила за ним, пока он перемещался по комнате, и ее собственное тело внезапно вышло из-под контроля: покрылось мурашками, загорелось изнутри. Марго на мгновение закрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание. Она знала, что они оба следят за ней.

– Хорошо, – сказал Тимофей, чуть замедлив темп речи и снизив тон. – Тогда назови свои табу.

– Оскорбления. Не такие, как сучка, – улыбнулась она, возвращая самоконтроль, и посмотрела в глаза обоим по очереди. – Я имею в виду нечто более жесткое.

– Хорошо, не будем, – понимающе улыбнулась Ирина. Тимофей молча кивнул, позволяя ей продолжить:

– Кровь, сильная боль… все, что относится к садо-мазо.

Поймав их взгляды и дождавшись кивков, Марго сглотнула и опустила глаза:

– И еще. Я редко о чем-то прошу верха. Но если я прошу, это как правило важно. Пожалуйста, не отказывайте мне, если это возможно. Меня это очень расстраивает.

– О чем, например, ты можешь попросить? – заинтересованно спросил Тимофей, не спеша перемещавшийся по комнате. Он остановился у окна и сосредоточил на ней внимательный взгляд.

Марго снова смущенно отвела глаза:

– Ничего особенного. Поцеловать меня или погладить по голове. Или обнять и сказать что-нибудь ласковое. Мне иногда это нужно.

Ирина наклонила голову, глядя на нее, улыбнулась и посмотрела на мужа:

– Она такая лапочка, правда?

– Это правда, – заметил Тимофей, не отрывая взгляда от Марго. – Она прелесть.

Глава 6
Не усыпляй свои страхи

Лори.

Почему-то в присутствии именно этого мужчины ей всегда хотелось выглядеть идеально. Даже на первые свидания с Димой она не одевалась так тщательно. Даже когда бежала к Лизе, по уши влюбленная в нее, не рассматривала себя в зеркало так придирчиво. А до этого – и подавно.

Макс нервировал ее и одновременно насыщал. Каждый раз, когда она общалась с ним, это было похоже на мощную подзарядку. Возможно потому, что он был ее психологом в прошлом и знал ее лучше, чем кто бы то ни было. Возможно потому, что был единственным мужчиной в ее жизни, от которого у нее не было секретов… хотя бы какое-то время.

Пока Лори шла к нему через зал в чайной, она словно видела себя со стороны. Слегка покачивающиеся бедра, покачивающиеся в такт длинные серьги. Полураспахнутое кашемировое пальто, под ним – шелковое платье. Свежая стрижка, яркий макияж. Она была особенной девушкой – той, которая выглядела как на картинке в журнале, всегда.

Макс в чем-то был противоположностью. Впрочем, он тоже часто выглядел как мужчина из журнала. Правда, к мужчинам в журналах другие требования.

Им позволено иметь морщины, проблески седины в волосах – все по возрасту. Не нужно тонировать лицо до пластмассовой гладкости, достаточно выглядеть выспавшимся, трезвым и не обросшим. Можно даже иметь небрежную щетину и носить неприметные свитера с джинсами. Иногда, думая об этом, Лори испытывала приступ острой ненависти к такому мироустройству. А иногда – приступ острой зависти к естественной уверенности Макса в себе.

Она, конечно, тоже молодец. Она научилась казаться такой же уверенной. Но не быть.

– Привет. Спасибо, что согласился встретиться, – сказала Лори с сияющей улыбкой, снимая пальто.

– Привет.

Макс поднял на нее внимательный взгляд, явно занимаясь обычным для него делом, а именно – чтением ее мыслей.

Лори невольно заметила, что хотя она немного опоздала, он не выглядел, как человек, которому пришлось ждать. Он пил чай, листал ленту в телефоне и когда она подошла посмотрел так, словно ждал ее именно в эту минуту – ни минутой раньше или позже.

– Я хотела поговорить по поводу новых вечеринок, – сказала она еще до того, как сложила пальто и заняла свободное место на угловом диванчике.

– Хорошо. Чаю?

Макс наполнил ее чашку, не дожидаясь ответа. Лори какое-то время просто смотрела, как ароматная дымящаяся жидкость льется из тоненького носика. Ее не покидало ощущение, что Макс уже все знает, и пришла она не для того, чтобы что-то сказать ему, а, скорее, чтобы что-то услышать.

Медленно подняв вопросительный взгляд, она убедилась, что была права.

– Ты так и не сказала Диме про Тимофея, верно?

Макс не спрашивал, он констатировал факт. И делал это так укоризненно, что Лори едва не покраснела.

– Ты, конечно, считаешь, что это ошибка, – сказала она, мгновенно отводя взгляд, и вцепилась в сахарницу.

– Конечно, – невозмутимо согласился Макс, и не подумав смутиться. Влезание в чужую личную жизнь он считал своим базовым правом от рождения. И всегда был искренне уверен, что лучше знает, как жить другим. Если выходило плохо – он думал, что надо влезть еще раз, просто по-другому.

На секунду Лори захотелось стукнуть его сахарницей. Но потом она напомнила себе, что перед ней сидит Макс, и положила ложечку сахара в чай.

– Я не сказала и не собираюсь говорить, – с милой улыбкой сказала Лори. – И я не планировала, что они будут регулярно встречаться.

– Но?

– Но ты сам знаешь, что, – все с той же улыбкой, но уже слишком натянутой, процедила она. – Ты пригласил их обоих уже на вторую вечеринку подряд. И они оба согласились.

– Это правда, – невозмутимо согласился Макс. – Не могу понять, чего ты хочешь. Переходи к делу, малыш.

По дороге на встречу Лори клялась себе, что будет уравновешена и терпелива. Но эта снисходительная фраза взорвала что-то в ее голове. Она уставилась на него, пару мгновений пытаясь совладать со вспышкой гнева, но быстро проиграла в этой битве и со звоном уронила чайную ложечку на блюдце, больше не пытаясь сдерживаться:

– Макс! Может, ты перестанешь валять дурака? Ты прекрасно знаешь, чего я от тебя хочу. Я хочу, чтобы ты не сталкивал лбами моего нынешнего и бывшего парня! Потому что рано или поздно Дима все узнает, и тогда в твоем клубе будет труп! – выпалила Лори, подчеркнув слова «твоем» и «труп» так, что три пенсионерки, мирно наслаждавшиеся беседой за соседним столиком, разом замолчали и уставились на них.

Внимательно посмотрев на них так, что пенсионеркам разом расхотелось интересоваться чужими разговорами, Макс перевел невозмутимый взгляд на Лори.

– Малыш, не ори на меня. И не паникуй. На самом деле никто никого не будет убивать. Дима все равно узнает правду рано или поздно. Об этом уже знают слишком многие.

– Кто еще? – изменившись в лице, спросила Лори.

– Спокойно. Я имею в виду, что об этом знаю я и Ирина. И частично Лиза.

– Лиза? Зачем ты рассказал ей? Как ты мог?

На секунду у Лори перед глазами потемнело. Случилось то, чего она боялась – Макс раскрыл ее тайну жене. А Лиза… Лиза могла рассказать кому угодно.

– Потому что мы придумывали игры для нашей вечеринки, – отрезал Макс таким тоном, который не позволял ни на секунду усомниться в его правоте. – И Лиза предложила перемешать пары вслепую. Мне пришлось сказать, что это не подходит, и именно из-за вас с Тимофеем.

– Ты сказал ей, откуда мои шрамы? – еле дыша, спросила Лори.

– Нет! – рявкнул Макс. – Сказал же, успокойся.

– Что знает Лиза? – процедила Лори, чувствуя, как от злости и паники сводит лицо.

– Все, что знает Лиза – что вы встречались в прошлом и не очень друг к другу расположены, – сказал Макс, поднимая руки в примиряющем жесте. – И, кстати, вы с Тимом так себя вели на вечеринке и так друг на друга смотрели, что это поняли абсолютно все. Включая твоего парня, если что.

– Дима ничего не понял, – отрезала Лори, откидываясь на кресле.

– Какая милая привычка считать своего верха идиотом.

– Я не…

– Он уже спрашивал меня об этом. И не только меня, – перебил Макс. – А теперь я спрашиваю тебя: что ты хочешь, чтобы я ему ответил?

Ошеломленно замолчав, Лори застыла. И медленно откинулась на стуле, закрывая глаза:

– Мне конец, – сказала она пустым и безразличным голосом. – Он меня бросит.

– Может быть, – согласился Макс, не подумав, но мгновенно передумал при взгляде на ее лицо. – Нет. Тихо, тихо. Я пошутил. Лори… поставь сахарницу. Он тебя любит.

– Ты… ты…

Грохнув сахарницей об стол так, что едва ее не разбила, Лори вскочила, схватила пальто и сумку и выбежала из кафе прежде, чем Макс успел сказать что-либо. Она задыхалась и очень, очень нуждалась в том, чтобы оказаться в своем автомобиле прежде, чем расплачется. Она ненавидела, когда кто-то становился свидетелем ее слез.

Зная Макса, она хотела сначала отъехать и припарковаться где-нибудь в соседнем квартале, но просто не смогла – слезы полились сразу, как только она упала на сиденье и захлопнула за собой дверцу. Она хотела хотя бы щелкнуть центральным замком, но ничего не видела, и не успела найти кнопку, пока не открылась пассажирская дверь, и к ней не ворвался Макс.

– Уйди! Уйди от меня!

Лори начала отталкивать его, но этот подонок закрыл за собой дверь и силой обнял ее, сжимая так, что она быстро перестала сопротивляться. Это было бесполезно.

– Тихо… тихо, – пробормотал он, поглаживая ее по спине. – Прости. Это была неудачная шутка.

– Он меня бросит. Я не могу, – снова заплакала она.

– Да не бросит, дура. Успокойся, говорят.

– Не смей меня оскорблять! Я буду плакать сколько мне вздумается! – возмущенно заорала Лори, снова пытаясь вырваться, но Макс снова не пустил.

– Хорошо. Как скажешь. Рыдай, – велел он.

И после этого, разумеется, она уже не могла плакать ни секунды. Всхлипнув еще раза три для приличия, Лори повернула голову и смогла спокойно сказать:

– Пусти меня!

– Свободна, – сказал Макс, мгновенно убирая руки. Он хотел сказать еще что-то, но в этот момент в стекло автомобиля с его стороны постучали и, подняв голову, Лори увидела запыхавшегося официанта со счетом, который испуганно смотрел на них обоих.

Лори фыркнула и засмеялась. Макс улыбнулся и хмыкнул:

– Пожалуй, пойду разберусь с этим, пока нас не арестовали. Подождешь меня здесь?

– Да. Да, подожду, – вздохнула Лори, уронив голову на руль. Ей стало немного легче, но перспектива длинного разговора с Максом и, что еще хуже, скорых объяснений с Димой, ее совершенно не радовала.

Артем.

Когда он проснулся и понял, что Марго нет, его посетило довольно мерзкое чувство. В первую минуту Артем даже подумал, что случилось нечто плохое, но, проверив бумажник и окинув комнату взглядом, убедился, что его не обокрали. Деньги, ноутбук и все ценное лежало на положенных местах.

Девушка с внешностью порнозвезды и обаянием голливудской актрисы ничего не забрала – наоборот, забыла в ванной свой браслет. Интересно, случайно ли? Почистив зубы, он задумчиво покрутил его между пальцами и пошел на кухню – пить чай и писать ей сообщение с вопросом. Если не ответит – так тому и быть. Он терпеть не мог загадки, странное поведение и дурацкие игры.

Марго ответила, что ушла, потому что не могла заснуть и не вспомнила про браслет. Артем полностью успокоился на ее счет, но, немного подумав, не стал сразу приглашать ее на второе свидание. Все-таки она ушла. Так что лучше он сделает небольшую паузу, чтобы это не превращалось в преследование.

Ему и самому нужно было время, чтобы все обдумать. Потому что Макс был прав в том, что она ему понравится. Но ошибался, думая, что ему как-то удастся склонить Артема стать завсегдатаем клуба. Он не собирался снова приходить туда, хотя и не мог не признать, что мероприятие было по-своему интересным. Просто ему нечего было там делать.

«Можешь меня шлепнуть?». По правде, это был сплошной секс, когда она попросила. Возможно, он мог бы шлепнуть и сильнее, если бы она попросила снова. Но он был рад, что этого не произошло. Он не хочет даже начинать наслаждаться чем-то подобным, потому что это совершенно ненормально для мужчины. И что, если потом она внезапно расплачется, как после игры в клубе?

Артем невольно вспомнил свою растерянность, когда Анжелика устроила настоящий водопад из-за синяка на бедре. Он шлепнул ее лишь однажды во время секса, и она ничего не сказала, но потом, когда обнаружила крошечный след, прорыдала в ванной минут пятнадцать. Самым неприятным было то, что он прекрасно знал, когда она манипулирует и пытается сделать из него чудовище. Но не мог не поддаваться на это.

Он успокаивал, приносил ей чай, извинялся, убеждал, что сделал это ненарочно. В то время как они оба знали, что синяк появился даже не после его шлепка, а после того, как она сама ударилась о край стола на кухне. На белоснежной коже его бывшей жены синяки появлялись постоянно, такой уж она была. Но раздутый скандал Артем понял правильно: Анжелика не хотела никаких шлепков.

Такая же реакция у нее была, когда однажды он сказал, что хочет разнообразить их секс. Она стала очень задумчивой, потом он нашел ее плачущей на кухне и понял, что ничего, кроме традиционного варианта, не будет никогда. Минеты – в виде большого одолжения по праздникам.

Но это не означало, конечно, что Анжелика никогда не будет плакать снова. Она рыдала ничуть не меньше в другой день, когда он прижал ее чуть сильнее в порыве страсти.

– Ты же говорил, что никогда не сделаешь мне больно! – со слезами на глазах и дрожащими губами прошептала она после того, как на повышенных тонах высказала все, что думает о его «дикой жестокой натуре».

Артем где-то внутри прекрасно догадывался, насколько она драматизирует, но все же это была его женщина, и она плакала после секса с ним.

– Прости меня, пожалуйста. Это больше не повторится, – сказал он и обнял ее, чтобы успокоить.

После этого ему понадобилась еще пара лет, чтобы уяснить, что его жена его не хочет и не наслаждается сексом с ним. Единственное, чем она действительно наслаждается – это многолетним творческим отпуском, который начался у нее сразу после свадьбы.

Его ошибка была в том, что он с самого начала не возражал против того, чтобы обеспечивать ее. Артем никогда не был богатым человеком, просто думал, что это нормально для любого мужчины и в принципе не может возыметь никаких негативных последствий. И что у них скоро все равно будут дети, и Анжелика займется ими. Оказалось, он был очень наивным.

Перед тем, как принять решение отпустить ее, Артем понял, что она изначально была слишком хороша для него. Он – не красавец, не модный блогер, не миллионер. Даже не крутой психолог и хозяин БДСМ-клуба, как Макс. Он поклялся себе больше не стремиться к ярким красивым женщинам, которых хотят абсолютно все мужчины в пределах видимости.

Но этой ночью понял, что, похоже, у него проблемы с тем, чтобы держать обещания самому себе. Это стало очевидным, когда он оказался в постели с роскошной женщиной, которая ясно дала понять, что их сексуальные интересы несколько расходятся. А потом ушла, пока он спал.

Нет, ему явно не стоило приглашать ее на второе свидание, если бы он собирался строить новые отношения.

Глава 7
Все это ты заслужила

Марго прежде не увлекалась игрой в тройках, но Тимофея и Ирину нисколько не смущала ее неопытность.

– Это для твоих туфелек, – сказала Ирина, протягивая ей пачку влажных салфеток. – Я хочу, чтобы ты сходила за ними, протерла подошвы и вернулась сюда в них.

– Да, госпожа.

Войдя в гостиную с высоко поднятой головой, Марго поняла, что Ирина переместилась на позицию зрителя. Тимофей, напротив, был рядом, с небольшим стеком в руках.

– Хорошая девочка, – сказал он бесстрастно, скользнув взглядом по фигуре Марго. – Тебе идут каблучки. Выйди сюда, на свет.

Поставив Марго на середину комнаты, он обошел ее кругом, изучая со всех сторон.

– Не могу решить, какая часть тебя более красива. Ты как сама думаешь?

– Я не думала об этом.

– Не смей лгать нам, – сказала внезапно Ирина. – Или ты хочешь быть наказанной?

– Нет, госпожа, не хочу.

– Хм. Вторая ложь за одну минуту. Тим, ты заметил?

– Я все заметил. Марго, наклонись над диваном.

У Марго пересохло во рту. Она давно не играла с такими опытными людьми и забыла, как это ощущается, когда все делается настолько прямо и откровенно. Растерянно повернувшись к дивану, она расставила ноги чуть пошире и наклонилась, упираясь руками в сидение. Ее щеки загорелись – Тимофей стоял прямо за ее спиной и теперь мог любоваться отличным видом на ее ноги и ягодицы.

– Ты в порядке, малыш? – негромко спросил Тимофей.

– Да, господин, – ответила Марго, постаравшись расслабиться.

Приблизившись, он погладил по ягодицам, и это теплое ласковое прикосновение немного успокаивало.

– Сколько шлепков ты хочешь? – негромко уточнил верхний.

– Я не…

– Неверный ответ, – перебил он, шлепнув стеком по ноге легким предупреждающим ударом, который заставил Марго вздрогнуть и зажмуриться.

– Осторожно, милая, – вкрадчиво продолжила Ирина, снова вклиниваясь в их беседу. – Если солжешь третий раз, придется наказать тебя. У меня куча летней обуви, которую нужно достать из коробок и протереть перед сезоном. Думаю, ты успеешь израсходовать эту пачку влажных салфеток, пока мы с Тимом выпьем по чашке кофе.

– Собираетесь ходить в летней обуви в апреле, госпожа? – хмыкнула Марго. – Похоже, вы больший оригинал, чем я дума… а!

Хлесткий удар стека по области над коленом заставил ее вскрикнуть и оборвать фразу. На глазах выступили слезы.

– Мне жаль, что пришлось это сделать, милая, – посуровевшим тоном сказал Тимофей после паузы. – Тебе придется извиниться прямо сейчас, или ты пойдешь чистить обувь.

– Простите меня, – послушно ответила она. – Этого больше не повторится.

– Конечно, не повторится, – прежним медовым голосом согласилась Ирина. – Ведь тебе необходимо было лишь раз испытать его терпение, верно?

Марго с шумом выдохнула и закрыла глаза, подумав, что на этот раз она действительно попала в опытные руки. Первым порывом было начать оправдываться, но, подумав секунду, она решила этого не делать.

– Вы правы. Мне нужно было узнать, как далеко вы позволите зайти, – признала она очевидное.

– Недалеко, малыш, не сомневайся, – с широкой улыбкой ласково сказал Тим. – Так сколько шлепков ты хотела получить?

– Десять.

– Хорошо. Ты их получишь и потом поблагодаришь меня, договорились?

– Да, господин.

Марго закрыла глаза, чтобы принять желанную, великолепную разогревающую порку. И она ни на секунду не разочаровала ее. Это было довольно ласково, но так замечательно с точки зрения выбора областей ударов, ритма и сопутствующих ласк спины левой рукой, что Марго невольно начала постанывать. Под конец она испытала такой острый приступ благодарности за наслаждение, что без малейшего сопротивления выполнила приказ встать на колени и поцеловать Тимофею обе ладони.

– А теперь я хочу, чтобы ты сказала нам, какая часть твоего тела самая красивая.

– Ноги.

– Они, действительно, прекрасны. Погладь их.

Приподнявшись и слегка раздвинув колени, Марго не спеша провела пальцами по своим ногам снизу вверх и обратно – сначала спереди, потом по бедрам, и еще раз, перед тем, как поднять робкий взгляд.

– А как насчет твоих ягодиц? – спросил он медленно, изучая ее попу так, словно впервые увидел. – Они тебе нравятся?

– Да, господин.

Марго залилась краской. Это была практика, которая крайне смущала и возбуждала ее – ласкать и демонстрировать себя до полного изнеможения.

– Тогда погладь их тоже. И покажи, – улыбнулся Тимофей.

К тому времени, когда она дошла до груди, Марго была красной до ушей. Ее нисколько не удивил приказ снять лифчик, но затем он внезапно сказал:

– Нет, не трогай грудь. Убери руки, нижняя.

Удивленно посмотрев на него, Марго невольно облизала пересохшие губы. Ее низ живота пульсировал от желания. Она была уверена, что ее ведут к тому, чтобы заставить мастурбировать, и, если пятнадцать минут назад эта мысль ее смущала, то теперь она не могла дождаться этого приказа – потому что все тело горело и болело от желания.

– Твое тело могу трогать только я. Ты готова попросить об этом?

Марго умоляюще посмотрела в глаза. Только не это. У нее и наедине с домом было плоховато с просьбами и мольбами. А при игре втроем – это настоящее испытание. Ведь Ирина могла и приревновать.

– Говори, нижняя, и говори правду о своих желаниях. Иначе я клянусь, ты сейчас пойдешь чистить обувь, – резко потребовала Ирина, наклонившись вперед.

Ее ноздри невольно раздулись от гнева. Сука. Ну что ж, раз так – получай.

– Я хочу, чтобы вы дотронулись до меня, – сказала она, умоляюще посмотрев на Тимофея.

– Теперь ползи. И предложи мне себя, – приказал он, отходя на несколько шагов.

Ползать на каблуках ей прежде не доводилось – оказалось, очень неудобно и неловко. Почувствовав себя неуклюжей и несчастной, она, вероятно, не совладала с лицом, потому что Тимофей внезапно улыбнулся, наклонился и поднял ее, осторожно обнимая:

– Спокойно. Воды хочешь?

– Да.

Марго внезапно поняла, что вот-вот расклеится. Она уже успела испугаться, и ей требовалось время, чтобы успокоиться. К счастью, Тимофей это прекрасно понял. Он погладил ее по спине, затем осторожно разжал объятия и протянул руку к кувшину с водой, который стоял на подоконнике. Марго взяла стакан, наблюдая за тем, как льется вода и остро чувствуя каждый миллиметр своего обнаженного незащищенного тела в опасной близости от этого мужчины.

– Ты очень красивая, милая, – сказал он, погладив ее по спине кончиками пальцев. – Если тебе нужна передышка, просто скажи.

– Я в порядке, – сказала Марго, поставив стакан. Она не могла поднять глаз, но чувствовала, что ей постепенно становится легче.

Тимофей помолчал несколько секунд, после чего задумчиво сказал:

– Нам нужно что-то делать с твоей привычкой лгать о своих мыслях и состоянии. Учти, что это у Ирины проблема с обувью. А у меня, например, масштаб забот посерьезнее. Хочешь знать, какой наказание я считаю идеальным для лгущей нижней?

– Нет, мой господин, не хочу.

– Называй меня мастером. И я, пожалуй, все же покажу тебе.

Взяв ее за руку, Тимофей повел в прихожую. По тому, как заинтересована была Ирина, направившись с ними следом, Марго поняла, что он импровизирует. Ее сердце ускорило ритм так, что стало трудно дышать.

– Что ты видишь на этом мониторе? – спросил он, указав на один из экранов, расположенных возле двери.

Марго уже обратила внимание на продвинутую систему безопасности в их квартире, когда ее отправили надевать туфли. Монитора у них было целых два – один попеременно показывал подъездную дверь и входную, второй – два автомобиля в гараже.

– Это ваши машины в гараже, мастер, – ответила она, все еще не понимая.

– Да, малыш, умница, – сказал он так радостно, словно Марго удалось решить сложную математическую задачу. – Одна машина чище другой, это автомобиль Ирины. А я не всегда успеваю заехать на мойку. Поэтому еще одно лживое слово – и отправлю тебя туда с ведром и тряпкой. С очень маленькой тряпкой. А чтобы мне не было скучно смотреть, ты будешь в одном нижнем белье. Понятно?

– Да, мастер, – прошептала она, тяжело дыша. Марго не знала, всерьез ли он угрожает, но проверять это не было ни малейшего желания.

Теперь она почти не сомневалась, что Ирина и Тимофей наводили о ней справки. Иначе как они узнали о ее пристрастии к бытовому рабству в качестве фетиша?

Да, она боялась, что кто-то может увидеть, но одна только фантазия о том, как она в наказание спускается в чужой гараж в одном белье, чтобы помыть машину, заставила ее испытать такой острый приступ возбуждения, что стало больно… и ноги почти перестали держать.

– Собираешься еще лгать мне? – спросил он, поймав ее взгляд, полный возбуждения и мольбы.

– Нет, мастер.

– Чего ты хочешь прямо сейчас?

– Чтобы вы меня трахнули.

– Не думаю, что ты это заслужила. У нас в гостиной грязные чашки. Ты разве предложила их убрать? Может, ты уже помыла посуду? – строго спросил он, глядя на нее так, словно обвинял в преступлении.

Выражение лица Марго стало сначала удивленным, а затем возбужденным и, наконец, искренне виноватым.

– Нет, мастер. Я этого не сделала, – еле слышно сказала она, опустив глаза. Ее щеки были пунцовыми, а низ живота изнывал от желания, которое уже превращалось в ноющую боль.

– Плохо, нижняя. Сними трусики и отправляйся делать уборку. Если мне понравится, как ты это делаешь, я, может, и трахну тебя.

Они вдвоем с Ириной здорово развлекались, пока Марго убирала чашки, протирала кофейный столик и мыла посуду.

– Мне кажется, на ее сосках будут отлично смотреться зажимы, – сказала Ирина.

Она сидела на диване прямо перед ней в то время как Тимофей стоял за спиной Марго, иногда касаясь ее рукой и гладя в разных местах так, что она едва не роняла посуду.

– Я думаю про анальный крюк, – сказал он, и Марго задела локтем вазу с цветами, едва успев поймать ее в последний момент.

– Хочу послушать ее крики, когда ты будешь трахать ее с этой штукой, – невозмутимо согласилась Ирина, когда они переместились на кухню.

Марго уронила ложку в раковину, и вздрогнула, когда она зазвенела.

– Раздвинь ноги пошире, нижняя, – приказала Ирина, подходя ближе, чтобы погладить ее по плечу очень нежными движениями – вверх-вниз. – Тим, ты заметил, какая милая у нее киска? Ее надо обязательно выпороть позже. Шире ножки, милая. Твоя задача – быть доступной.

– Обязательно, – улыбнулся Тимофей, просунул руку сзади, как только Марго развела ноги и стал ласкать ее клитор. – Ммм, она вся мокрая.

Вцепившись руками в край раковины, Марго стала тихонько постанывать. Делать вид, что она моет посуду, больше было невозможно. Но оказалось, что от нее ждали именно этого.

– Милая, ты не закончила с этой чашкой, – сказала Ирина. – Неужели ты хочешь все же отправиться в гараж вместо секса?

Пальцы Тимофея ритмично стимулировали ее так, что Марго с трудом могла дышать, стремительно приближаясь к оргазму. Но в тот момент, когда она готова была кончить, он убрал пальцы и строго сказал:

– Домой чашку, Марго.

С трудом сфокусировав взгляд, она закончила мыть чашку и повернулась к ним, тяжело дыша, переводя умоляющий взгляд с одного на другого. Она чувствовала, что уже готова умолять, но не знала, сработает ли это.

Но Тимофей уже и сам был готов продолжить. Он внезапно повернулся к Марго, взял за волосы чуть ниже затылка и наклонил над столом. Краем глаза она увидела, как он достает из кармана презерватив и вздохнула с облегчением. Ее киска болезненно пульсировала от желания получить член уже целую вечность, и она не знала, сколько еще может продержаться.

Мыслей в голове больше не было. В тот момент, когда он втиснулся в нее одним толчком, и ее вагина судорожно сжалась, обхватывая его, все тело взорвалось от удовольствия. Марго больше не контролировала свои стоны и движения – она царапала стол, активно двигалась вместе с ним и почти плакала, пока он трахал ее. И они оба кончили так быстро, что Ирина даже не успела пересечь кухню, чтобы понаблюдать за ними с более удобного места.

– Ты сладкое солнышко, милая, – чуть задыхаясь, прошептал Тимофей ей на ухо перед тем, как отпустить ее. – Следующий раз это будет гораздо дольше.

После душа Марго ублажала по очереди обоих – сначала Тимофея, чтобы позволил ей поухаживать за Ириной. Она предложила ему массаж ног, и он согласился, при условии, что она будет делать его голой. Затем Марго делала массаж Ирине и выполняла ее приказы, а затем эти двое затеяли новую длинную игру, о которой она поначалу даже не знала.

– Нам было очень хорошо с тобой, малыш. Оставайся на ночь, – предложила Ирина. – У нас есть гостевая спальня.

– Спасибо, я останусь, если вы правда не против, – кивнула Марго, удовлетворенно улыбаясь обоим. – Мне тоже было хорошо.

Тимофей исчез в душе, а Ирина помогла ей застелить постель в гостевой спальне. Марго переоделась в шелковую ночную рубашку, и, окинув ее взглядом, Ирина пожелала ей спокойной ночи с каким-то очень загадочным взглядом. Когда она ушла, Марго не успела даже залезть под одеяло, как на пороге появился Тимофей.

– Я что-то сделала не так? – встревоженно спросила она, едва оценив его взгляд, полный ярости и желания. Взгляд, который обычно появлялся только у верхних, жаждущих наказать сильно провинившуюся нижнюю.

– Мастер для тебя, нижняя, – ровным и очень тихим голосом поправил он. – Хотел поговорить без Ирины… по поводу того сабдропа в клубе.

– Вы ведь сказали, что все в порядке, мастер, – умоляюще пробормотала Марго, опустив глаза. Она все еще чувствовала вину.

Тимофей не спеша закрыл дверь в спальню и приблизился к ней – ее сердце заколотилось. Было понятно, что он настроен на долгое выяснение отношений, и одним разговором оно не ограничится.

– Потому что я думал, что переборщил с болью, – заметил он таким холодным голосом, что ей стало не по себе. – Но потом я понял, что ты тупо всю сессию думала о другом мужчине.

Ее щеки загорелись. Да, это был косяк с ее стороны. Огромный, огромный косяк.

– Я хотела объяснить… простите…

Нащупав за спиной кровать, Марго проворно залезла на нее и начала отползать, но Тимофей сделал шаг вперед и наступил коленом на постель, перехватил правой рукой оба запястья, подтаскивая ее к себе и ложась сверху:

– Как ты думаешь, насколько я был добр с тобой сегодня? По сравнению с тем, как я обычно играю? – тихо спросил он, наклоняясь к ее лицу так близко, что Марго ощутила запах его мятной зубной пасты, которой он только что почистил зубы на ночь.

– Я думаю, вы были очень добры, – медленно ответила Марго, испуганно глядя ему в глаза. Часть ее наблюдала за тем, как и что он делает и искренне восхищалась тем, как чисто и красиво он играет. Другая – была в ужасе, потому что верила и принимала все за чистую монету. Третья – до крайности возбуждена предвкушением. Даже самая неопытная нижняя догадалась бы, что сейчас ее будут жестко насиловать и унижать. И делать это будет человек, который любит и хорошо умеет это делать.

– Верно. Я могу доминировать гораздо злее, и ты сейчас в этом убедишься, – медленно сказал он, приподнимаясь, чтобы отпустить ее. – На колени, маленькая сучка. На пол. Ты вела себя очень, очень плохо.

Глава 8
Насколько тебе это нравится?

Если бы еще в начале прошлой недели кто-нибудь сказал ей, что на этой она будет буквально отползать домой после тематической ночи и в результате даже не сможет пойти на работу – Марго рассмеялась бы ему в лицо.

Она не прогуливала работу. Она больше даже не опаздывала – ни разу после того, как развелась и сменила место. Она стала новым человеком. Ответственным, незаменимым работником, полным рвения – таким, который получал премии за достижения едва ли не каждый квартал. А в прошлом году ее даже повысили, и Марго впервые в жизни заняла руководящую должность. Теперь она была уверена, что могла расти и дальше. И последнее, что входило в ее планы – такие вот прогулы.

Пока она ехала домой в такси, она успела испытать два сильнейших приступа стыда – первый, когда написала своей начальнице, что простудилась. Второй, когда получила теплые пожелания о выздоровлении и просьбу не выходить на работу, пока не выздоровеет окончательно. Сначала Марго не поняла этого сообщения, а потом таксист сделал новости погромче.

Там, как и всю неделю до этого, говорили только о новом коронавирусе и возможном введении карантина. И вдруг до нее дошло – она придумала очень глупую отговорку. Завтра надо подменить одно вранье другим и сказать, что у нее был приступ аллергии. Иначе ей придется отсиживаться дома минимум три дня, чтобы все выглядело правдоподобно, ведь ее начальница ужасно мнительная и будет ходить за ней по пятам, разглядывая несуществующие симптомы.

Счастье, что на работе никак не могли узнать настоящих причин прогула, которые заключались в том, что Марго спала всего два часа за ночь, ее губы выглядели бесстыдно опухшими и к тому же она не могла нормально ходить. Но как бы Марго ни было стыдно, она нисколько не жалела.

Эта ночь относилась к числу тех особенных воспоминаний, которые она будет лелеять на старости лет. Она возбуждалась снова, едва вспомнив о том, что Тимофей делал с ней в финале.

Поставив ее на колени, он снял пояс своего халата и связал ей руки за спиной. И начал медленно насиловать ее рот, удерживая за волосы так, что она совсем ничего не могла контролировать. Иногда он давал ей вздохнуть – но лишь потому, что хотел от нее более активной работы языком. Марго боялась, что он забудется и начнет осыпать ее оскорблениями, как это часто делали мужчины во время принудительного минета. Но Тимофей помнил о ее табу, и на словах оставался нежным, хоть и слегка насмешливым.

И контраст между этими нежными словами и его жесткими действиями доводил ее до безумия. Даже когда стало больно в горле после того, как он ускорил движения, даже когда слезы текли по всему лицу, Марго хотела больше. И Тимофей, словно услышав ее мысли, внезапно оставил в покое ее измученный рот, поставил в коленно-локтевую и отшлепал ладонью до криков.

Развязав ее руки и заставив лечь на спину, он лег сверху, разглядывая ее с довольной улыбкой. Марго знала, как она выглядит в этот момент – слезы по всему лицу, спутанные волосы, красные распухшие губы. И его довольная улыбка одновременно злила и возбуждала ее, особенно когда он прижал ее локти и одним резким движением втиснулся в нее, двигаясь внутри так грубо, что она снова начала издавать непроизвольные крики.

– Хорошенькая изнасилованная заплаканная нижняя, – задыхаясь прошептал он ей на ухо. – Насколько тебе нравится такой быть?

На все сто. Ей очень нравилось быть такой в руках опытного мастера. И она хотела бы переживать это снова и снова. Единственное, чего Марго предпочла бы не переживать снова и даже не слышать – так это разговора на кухне, который произошел между Тимофеем и Ириной утром.

Они вели его, не зная, что она уже проснулась, но даже если бы знали, вряд ли стали бы понижать голоса. Ведь в их беседе не было ничего предосудительного. Они не сплетничали и не ссорились. Наоборот, они наперебой хвалили ее и делились друг с другом ощущениями.

А потом, слегка понизив голос, Ирина сказала Тимофею: «Я люблю тебя. Обожаю за то, что с тобой такое возможно». И он ответил: «Я тебя тоже».

В этот самый момент она поняла, что схватывает горло и поспешила в ванную. Включив воду, Марго расплакалась. И ей стоило серьезного усилия не расклеиться, быстро прекратить рыдания и выйти к ним с сияющей улыбкой. За утренним кофе они веселились и вместе придумали не меньше десяти шуток по тому поводу, что все они выглядят слишком помятыми для работы, и каждому придется так или иначе пересмотреть планы на день.

Это было и правда весело, но выйдя за порог их квартиры, она уже знала, что вряд ли когда-нибудь вернется сюда. Потому что она на самом деле не нужна им. А еще потому, что ночью все выглядело так, как будто они ревновали друг к другу, и это было приятно. Когда утром она поняла, что ошибалась, это почему-то причинило ужасную боль.

Возможно, она просто завистница?

Возможно, ей очень нужны были приступы стыда по поводу прогула, чтобы не испытывать куда более кошмарного стыда за то, каким ужасным человеком она стала. Таким, который вчера в середине ночи позволил себе пару минут помечтать о том, чтобы Тимофей бросил Ирину и начал отношения с ней.

Марго знала, что такие мысли приходили ей в голову лишь потому, что Артем так и не пригласил ее на второе свидание. Она старалась не признаваться себе в том, что ждет этого каждый час, каждую минуту каждого дня с тех самых пор, как ушла из его квартиры, пока он спал. И она дождалась нескольких сообщений от него, но не приглашения. Все, что он до сих пор присылал – это шутки и смайлики.

Уже дома, забираясь в постель, чтобы выспаться, пока Майя в школе, Марго не удержалась от того, чтобы проверить переписку с Артемом на предмет новых сообщений и еще больше расстроилась, обнаружив, что ничего нового от него нет.

Отложив телефон, она прижала руку ко рту и вдруг поняла, что плачет. В выходные ей показалось, что у них с Артемом было что-то особенное, ей давно не было так хорошо. Так давно, что она забыла главное: после того, как бывает очень хорошо, становится плохо. Если, конечно, это хорошее не удается сохранить.

Марго плакала и невольно думала обо всех разочарованиях, которые постигали ее с мужчинами в жизни. О том, как она влюблялась и не получала ответа прежде, в детстве и юности. О том, что когда она получала ответ, мужчина в итоге оказывался не тем, за кого она принимала. О том, что ей, возможно, никогда не найти большего, чем приключений на одну ночь. Она одна. И останется в одиночестве до самой смерти.

Наплакавшись вволю, она отправилась в ванную и умылась, стараясь не смотреть в зеркало. В такие моменты ей было неловко перед самой собой – что такого случилось, что она вдруг рассыпалась? Ей просто надо поспать.

Вернувшись в кровать, она провела пальцем по экрану, чтобы поставить будильник, она заметила сообщение от нового абонента, которое висело без ответа со вчерашнего вечера. Увлеченная проверкой сообщений от Артема, прежде она его даже не видела. Незнакомый абонент оказался Ником. И он почему-то спрашивал, придет ли она в клуб в пятницу.

Удивленно уставившись на экран, Марго даже почувствовала, как сами собой поднимаются брови. Прежде второй владелец клуба никогда не писал ей. Они познакомились, пару раз пофлиртовали у бара – и на этом все. Теоретически ей было бы интересно поиграть с ним, практически у него была бешено ревнивая подружка, с которой не хотелось связываться.

Даже на камерной субботней вечеринке Марго старалась не смотреть в его сторону, хотя пару раз ловила на себе его взгляды. Он и сам не подошел, хотя там теоретически была возможность. Чего же он хочет теперь?

«Возможно», – ответила она и отложила телефон, пожав плечами.

Но перед тем, как Марго заснула, печальное выражение на ее лице сменилось загадочной улыбкой.

Артем.

По правде, он уже решил не писать ей больше. Красотка, секс-бомба, да еще и извращенка – явно неподходящая для него девушка.

Он не творческая личность, не белый воротничок, не бизнесмен. Обычный военный из федеральной охраны с ненормальным и непредсказуемым графиком. Он простой человек и ему подойдет самая простая нормальная девушка, которая будет работать, допустим, продавцом в магазине одежды.

Это может быть веселая хохотушка, страстная, но без лишних запросов. С нормальной внешностью – не такой, которая просится на обложку журнала. Эта девушка будет довольна простыми позами в постели, взаимным оральным сексом и не станет просить выпороть ее плетью вместо куни, а потом связать и трахать в те места, которые не было принято использовать для секса еще каких-нибудь лет двадцать назад.

Он ненавидел себя за то, что хотел этого. Сжать ее сладкую попку, поставить на четвереньки, трахать во все местечки.

В детстве мудрая бабушка говорила ему, что хотеть слишком многого очень вредно, и она была абсолютно права. Еще до того, как Артем вырос, он успел много раз испытать боль, единственной причиной которой были его несбыточные мечты. И довольно часто это касалось именно девочек, а потом – девушек и женщин.

С другой стороны, подумал он к четвергу, не пригласить Марго на второе свидание будет еще глупее, чем пригласить ее на него. Эта мысль пришла ему в голову именно в четверг, потому что до этого у него почти не было времени толком задуматься. Он просто запретил себе мысли об этой девушке, нырнул в работу на четыре дня и ночи, в которые слились две смены, разделенные всего шестью часами на поспать.

Но в четверг, которому случилось быть его выходным днем, он проснулся ближе часам к пяти и понял, что он должен увидеться с ней.

«Хочу встретиться с тобой. Что делаешь сегодня вечером?», – написал он и отправил прежде, чем успел передумать.

В ожидании ответа он успел забросить в машинку белье, пропылесосить и сварить себе кофе. Когда, наконец, мессенджер звякнул ответным сообщением, Артем схватил телефон чуть быстрее, чем ему хотелось бы. И ответ был не совсем таким, какой он хотел услышать.

«Рано ложусь спать, думаю завтра пойти в клуб», – ответила она.

«Тогда в субботу?», – написал он прежде, чем успел хорошо подумать. И только после того, как Артем нажал кнопку «отправить», до него дошло: она ведь только что дала понять, что намерена играть с другими мужчинами. И встречаться после этого смысла уже не будет.

Глава 9
Не всегда верю себе

Ник.

В прошлое воскресенье он считал себя очень плохим человеком. Он уходил от женщины на следующий день после того, как они вместе сходили в клуб, впервые за три последних месяца занялись сексом и для нее все выглядело так, словно они снова помирились.

Он испытал секундный приступ вины, когда увидел, какой безмятежной проснулась Тома. По ней было видно, что она находится в эйфории и совершенно не готова к тому, что сейчас произойдет. Точнее, к тому, что это произойдет именно сейчас.

Ему следовало сделать это на пару недель раньше, когда она злилась на него. Или позже – так ей было бы легче. Но Ник внезапно понял, что больше так не может, ни дня. Их примирение на этот раз было особенным для него: он в полной мере вдруг почувствовал, что Тома помирилась с ним. А он с ней – нет.

И все же Ник почти ненавидел себя за секундную панику на ее лице, когда он сказал:

– Тома, нам надо поговорить.

Она все поняла сразу, но позволила ему сказать это вслух, кивнула, спряталась за натянутой злой улыбкой и обхватила себя руками.

– Хорошо. Уходи. Помочь собрать вещи? – таким же злым, как ее улыбка, тоном предложила она.

– Я справлюсь.

– Отлично. Мне надо на работу, так что…

– Конечно, иди, – сказал он, понимая, что если она не убежит, то обязательно взорвется. И он хотел, чтобы она убежала.

Так что, когда через десять минут хлопнула дверь, Ник испытал громадное облегчение. И в этот самый момент окончательно понял, что принял правильное решение.

Оглядываясь назад на все время, что они прожили вместе, он видел это как черно-белую цепочку плохих и хороших периодов. Черный цвет преобладал. Они постоянно ссорились и мирились. Неделями толком не общались, а потом вдруг тянулись друг к другу, и наступал медовый месяц. После чего снова следовал период охлаждения и новое примирение.

Он каждый раз мечтал, что все наладится, и серьезных ссор больше не будет. Но так никогда не получалось. Возможно, он просто не приспособлен для отношений? Ведь и до Томы многие отношения для него превращались в постоянное перетягивание каната и латентную войну с редкими перемириями.

Переехав в свою комнату в клубе, Ник почувствовал себя на удивление хорошо. Он думал, что ему захочется выпить, накатит тревога, грусть или гнев – но ничего подобного не происходило. Неожиданно для себя он испытал прилив энергии и ушел в работу. А «Сабспейс» нуждался в его энергии – снова настали непростые времена.

На днях они с Максом приняли решение перейти к более камерному формату вечеринок в «Сабспейсе» из-за новостей про вирус. Люди тревожились, количество посетителей резко сократилось – и потому, что им было не до игр, и потому, что некоторые действительно боялись заразиться.

Ник предложил оставить пятницу для встречи с новичками и мастер-классов, а на субботу, наоборот, пригласить только старожилов. В воскресенье – шоу и аукцион нижних для верхних без пары, по приглашениям. Аукционы, мастер-классы и особые вечеринки – именно то, что нужно для того, чтобы подбодрить людей в непростые времена. И, конечно, заработать максимум денег.

Всю неделю он занимался перепиской с приглашенными и составлением списков вместе с их новым администратором, верхней Лолой. Лола, недавно отпраздновавшая сорокалетие, была настоящей находкой для клуба. Ее кипучая энергия, уверенность и магнетическое воздействие на нижних молоденьких мальчиков помогали поддерживать порядок и в документах, и в разгар клубных вечеринок.

Вначале Ник опасался лишь одного – что она захочет командовать и ими с Максом, но, к счастью, Лола прекрасно понимала свое место в иерархии клуба и хорошо умела отключать доминирующие нотки, когда общалась со своими начальниками. Так что весь месяц, что они работали вместе, Нику приходилось бороться с желанием погладить ее по голове за то, какая она умница. Даже несмотря на то, что эта голова возвышалась над его собственной – в силу высокого роста Лолы и ее пристрастия к высоким каблукам.

Посетители клуба тоже быстро полюбили ее и привыкли к ее экстравагантной внешности. Кроме мускулистых ног, большой груди и пышной задницы, для привлечения внимания у Лолы были ярко-синие длинные волосы, малиновая помада, нарощенные ресницы и длинные ногти, всегда покрытые блестящим гель-лаком. Если бы кто-нибудь попросил Ника описать Лолу в одном предложении, он бы сказал: «Эта женщина, у которой все через край».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.