# Тьма

Вадим Агапов

В маленьком захолустном поселке с настораживающим названием Тьма объявился некий гуру и целитель Блинов, на чудотворных сеансах которого местный дом культуры заполнялся битком. О чудесном целителе узнала молодая журналистка из Питера Анастасия и решила взять у него интервью. Последний раз ее видели на сеансе, который закончился в девять вечера. Но в отель девушка не вернулась.

А через два дня ее тело обнаружили в лесу…

Частный детектив Арсений Строганов и его верный друг доктор Агапов отправляются в Тьму расследовать убийство. Очень скоро детективы убеждаются, что Тьма скрывает множество других загадок и зловещих тайн. Но чем вся эта история закончится – никто даже близко предположить не мог…

> Черствость и сила – спутники смерти.

> Из кинофильма «Сталкер» (режиссер А. Тарковский, сценарий братьев Стругацких)

> Но больше всего я боюсь тьмы, потому что во тьме все становятся одинаково серыми.

> Братья Стругацкие «Трудно быть Богом»

© Агапов В.Ф., 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

## Новый год

Президент закончил поздравительную речь, кремлевские куранты стали отбивать полночь, и в страну вместе с гимном, льющимся из миллионов телевизоров, пришел Новый год. Традиция! Лет ей больше, чем мне. И она создает иллюзию постоянства и спокойствия.

Мы с женой и детьми обожаем Новый год, а этот, наступивший, – особенно. Причина тому проста: каким-то мифическим образом мне не нужно было идти на дежурство в реанимацию ни 31 декабря, ни, что было бы еще хуже, первого января! И я даже (о чудо!) неожиданно оказался в небольшом отпуске, совпавшем с новогодними бесконечными каникулами, когда все нормальные люди по всей стране заслуженно отдыхают, а сотрудники больниц «Скорой помощи» работают в авральном режиме. Причем горячая пора начинается уже с середины декабря, когда всю страну, словно эпидемия, накрывает волна корпоративов…

Новогоднюю ночь разрывали вспышки и грохот салютов и фейерверков, а забытый дома телефон, вероятно, не умолкал от звонков и сообщений. Мы всей семьей пошли гулять, чтобы внести свою лепту в праздничную канонаду, а вернувшись и уже лежа в кровати, я стал методично отвечать на многочисленные поздравления.

Одно из сообщений привлекло мое внимание. Это было послание от Арсения Строганова: «Срочно позвони мне! Или напиши. Но лучше – звони!» Кстати, от него же было пять неотвеченных вызовов. Решив, что он просто хочет поздравить нас с Новым годом, я отправил ему коротенькое послание: «И тебя с праздником!» Надо ли говорить, что тут же раздался звонок…

– Привет, ты на работе? – деловито поинтересовался он, заставив меня напрячься. Обычно после такого вступления следовал вопрос: «Не поступал ли к тебе в реанимацию некто…» или: «Не лежит ли в реанимации такой-то…».

– Нет, я дома. Кстати, с Новым годом тебя! – добавил я как можно душевнее.

– Да, спасибо, – быстро ответил мой любезный друг. – Это хорошо, что ты не работаешь! – искренне обрадовался он. – А когда тебе на работу?

– Строганов! – гаркнул я в трубку, разбудив заснувшую уже жену. – Какого черта ты хочешь? Ты в курсе, что сегодня Новый год? А я вообще в отпуске!

– Прекра-асно! – нараспев ответил он. – Я так этому рад, ты себе не представляешь! Это просто чудо какое-то!

– Ты про праздник? – хмуро поинтересовался я, чувствуя, как сон с меня слетает.

– Да! Я тебя поздравляю! – раздался из динамика его возбужденный голос. – Меня наняли расследовать такое жуткое дело! Такого у нас еще не было! Мы едем ловить маньяка!

* * *

Остаток ночи я спал очень беспокойно. И причиной были не празднующие на лестнице соседи, не взрывы за окном, а ночной кошмар. Мне снилась работа: я принимал пациентов, болеющих так называемой «пьяной травмой», мне мерещился Строганов в хирургическом костюме и медицинских перчатках, с которых капала кровь, и кричащая на него санитарка – кровь капала на только что вымытый пол.

Наутро я решил, что все-таки традиция поедать ночью салат оливье хороша до поры до времени. В пророческие сны я не верю.

## 1 января, среда

Утром я стойко выдержал вопросительные взгляды жены. День мы провели на улице, строя крепости и играя в снежки с детьми, а вечером, сразу после ужина, за которым мы смотрели «Обыкновенное чудо», вновь раздался телефонный звонок. «Надеюсь, не с работы», – пробормотал я, отправляясь в комнату за трезвонящим телефоном. «Надеюсь, не Арсений!» – крикнула мне вдогонку жена.

– Как поживаешь? С праздником тебя! – ворвался мне в ухо радостный голос Строганова. – Ты сейчас чем занят? – и, не давая возможности ответить: – У меня отличная новость! Завтра мы едем во Тьму!

– Слушай, – тихо и примирительно начал я, но вдруг заметил свое отражение в зеркале: пол-лица свело судорогой… кажется, это называется гемиспазм… – Спасибо за поздравления… э-э… но я сейчас в отпуске, понимаешь?

– Да, ты говорил! – вставил он. – Вот и хорошо, не надо будет дни за свой счет брать. Кстати, деньги у меня есть, если что!

– Слушай, – голос мой стал жестче, а судорога трансформировалась в гримасу. – Я специально взял отпуск, чтобы его провести с семьей. Мы отдыхаем дома, понимаешь?

Повисло короткое молчание.

– Разумеется, понимаю! – наконец ответил Арсений. – Новый год, семья, елка, Дед Мороз. Что я, ненормальный, что ли? Конечно, я все понимаю! Извини, что я тебя вчера и сегодня потревожил!

Я расслабился и даже немного пожалел своего друга – он же на меня рассчитывал, а я не смогу ему помочь. К тому же это большая редкость – извиняющийся Строганов…

– Но это не проблема, – продолжил он. – Я поеду туда завтра, а ты – послезавтра утром. Тебе суток хватит для семейного отдыха?

– Нет! – ответил я резко.

* * *

Не поеду я ни в какую тьму, – подумал я. – Не хочу исполнять поручения чужого безумия…

Строганов до утра никак не проявлялся. Вероятно, обиделся. И даже моя жена успокоилась, решив, что на этот раз Арсений поедет расследовать дело один.

## 2 января, четверг

Но на следующее утро, 2 января, я получил от него фотографию какой-то симпатичной улыбающейся девушки. Решив поначалу, что он таким способом хочет познакомить меня со своей новой подружкой, я отправил в ответ смайлик с поднятым большим пальцем – типа, здорово! Затем, подумав, я написал ему: «Извини, что на этот раз не смогу тебе помочь! Удачи!» Через некоторое время я получил еще фото с той же девушкой. Видимо, с празднования ее дня рождения: компания молодых ребят и девушек держали транспарант с ее портретом и подписью: «Лучшая журналистка на Земле!», а вокруг сердечки и воздушные шарики…

Я никак не стал комментировать фотографии, потому что у меня закралось подозрение. Нехорошее такое подозрение. Я знал Строганова, и то, что он так быстро сдался, могло обмануть кого угодно, но не меня. Подозрения переросли в уверенность, когда я получил еще одну фотографию…

Там была могила. Вероятно, свежая, поскольку она была вся в живых цветах, а вокруг лежал снег. Горели свечечки, стоял портрет… Мне даже не нужно было увеличивать снимок, чтобы понять, чей это портрет и чья это могила!

Конечно, он сфотографировал могилу этой несчастной девушки! Умершей, как я был уверен, насильственной смертью. «Вот гад! Психолог доморощенный!» – подумал я про Строганова. И, разозлившись, послал ему короткое сообщение: «Гад!»

Тут же пришел ответ: «Согласен! И он до сих пор ходит на свободе!»

– Да чтоб тебя! – сказал я вслух.

«Сам знаешь, маньяк не останавливается, его можно только остановить!» – пришло еще одно письмо.

Я покачал головой. Рано я пожалел Строганова.

«Доктор! Встань на место родителей жертвы!» – снова его сообщение, после которого пришло еще с десяток фотографий. Первым моим желанием было удалить их, даже не глядя. Но я все же полистал их, а затем стал рассматривать более внимательно.

Где он смог их раздобыть? Я был поражен. Это были фотоматериалы судебно-медицинской экспертизы – все этапы вскрытия трупа!

Первое фото – перед началом вскрытия: труп девушки на секционном столе. Вначале я не увидел ни следов травм, ни синяков, ни переломов. А также ни катетеров, ни дренажей или трубок, которые оставляют, когда человек умирает в больнице. Отравление? Возможно. Но лицо слегка синюшное, одутловатое. Я увеличил фотографию, чтобы рассмотреть шею, – и тогда стали заметны два кровоподтека с обеих сторон. Значит, ее задушили. Поэтому и лицо так выглядит. Причем душили двумя руками. Довольно профессионально. Скорее всего, убийца это делал не в первый раз. Поскольку кровоподтеков было только два и они были четкие – это означало, что девушка не сопротивлялась, и руки убийцы не смещались. Он (вероятно, мужчина, и в хорошей физической форме) схватил ее шею так, что большими пальцами сдавил сонные артерии, прижав их к позвоночнику. Судя по тому, что вокруг нет ни ссадин, ни кровоизлияний – смерть была быстрой… Интересно, а отпечатки пальцев сумели снять?

Больше вроде бы следов травм на лице и теле не было. Хотя, конечно, на фотографии можно и не заметить. Затем шли снимки, сделанные уже во время вскрытия. Я не стал их смотреть, а просто позвонил Строганову.

Вначале я высказал ему все, что о нем думаю: что он эгоист, ненормальный, что совершенно он во мне не нуждается, что даже если бы я и хотел поехать с ним, то не мог бы, потому что очень хочу провести время с семьей… и так далее…

– Могила совсем свежая, – хмуро спросил я молчавшего все это время Арсения. – Когда ее убили-то?

– Месяц назад, – с готовностью ответил он.

– Пф! Прошел месяц… – начал было я.

– Когда мы начали искать Маргариту Сердюкову, тоже месяц прошел, – напомнил он мне.

– Я имею в виду, – вздохнул я, – что спешки нет. Можно поехать и через неделю.

– Как это нет? Через какую неделю? – возмутился нетерпеливый Строганов. – Я не могу ждать…

– Слушай, а зачем я тебе вообще нужен? – тут я вспылил. – Ты у нас – гений, а я – простой доктор. Честно тебе говорю, без подколов: ты справишься без меня!

– Да, – спокойно ответил мне Арсений. – Я раздумывал над этим вариантом. Поехать одному. Но! Ты же знаешь, у меня всегда столько идей, столько теорий и версий – словом, иногда меня заносит! И тут мне нужен ты! Типа, как якорь, который не дает мне оторваться от земли.

– Якорь тебе в одно место… – тихо сказал я.

– Доктор! Для благородного мужа прежде всего Долг и Достоинство! Так говорил Фандорин! – радостно заорал этот гнусный тип. – Твои дети будут тобой гордиться! К тому же мы спасем мир от ядовитой гадины, которая…

Я не стал дослушивать пламенные речи и прекратил разговор.

Я сдержал слово и провел этот день с семьей: прогулка на лыжах, игры с детьми, новогодние фильмы… Но мысленно я все время возвращался к тем фотографиям: улыбающаяся красивая девушка, свежая могила в цветах, труп на секционном столе… Я думал о несчастных родителях – смогут ли они продолжать жить дальше, да и есть ли в этом смысл?

Нетерпеливый Строганов поехал во Тьму один. Кстати, Тьма оказалась поселком в Ленобласти, где и убили несчастную девушку. Вечером он уже позвонил мне оттуда с поручением: встретиться у метро с каким-то субъектом и забрать у того мелкий пакет. В этой просьбе я не смог ему отказать.

Читая перед сном Александра Грина, я наткнулся на фразу: «Все, что изменяет нашу жизнь, – не случайность. Оно в нас самих и ждет лишь внешнего повода для выражения действием».

## 3 января, пятница, 07:40

С небольшим чемоданом я брел в сторону метро, чтобы доехать до вокзала и успеть на электричку, которая за полтора часа должна была доставить меня в поселок Тьма.

На улице было еще темно, легкий морозец пощипывал нос, проезжали редкие маршрутки, а дворники уже расчищали тротуары от выпавшего за ночь снега. Около «Черной речки» я встретил казачий патруль и полицейских. У лошадей шел пар изо рта, одна смешно фыркала, другая била копытом. Полицейский – в широких очках цвета металлик (вероятно, примерзших к нему) с системой для идентификации лиц – вперил в меня свой взгляд. Поскольку было раннее утро, когда все нормальные люди еще (или уже) спят, то понятно, что бодрствующий тип вроде меня вызвал у них подозрение, как и мой чемодан на колесиках.

К счастью, система опознавания не признала во мне преступника, а в чемодане не обнаружилось ничего запрещенного, и даже тот самый небольшой пакет, который я вез для Арсения, не заинтересовал полицейских. Словом, я спокойно добрался до вокзала.

Электричка оказалась так жарко натопленной, что я тут же стал стаскивать с себя и зимнюю куртку, и свитер. Окна были по-зимнему законопачены, а сиденья разогреты, словно верхние скамьи в бане. Поразительно, что из всего вагона разделся только я. Остальные – как вошли, так и оставались в теплых куртках, ватниках и дубленках. Разве что некоторые сняли шапки. Кто-то напевал: «Ой, мороз, мороз, не морозь меня…» Праздник продолжался…

Поезд набрал скорость. За окнами проносилась темнота, многие пассажиры дремали. Я стал размышлять о предстоящем деле. Правда, знал я очень мало. Убитую девушку звали Анастасия Васильева, и она была журналисткой. Но зачем она поехала в этот поселок и что там случилось – у меня информации не было. Строганов обмолвился о маньяке, но скорее всего это была фигура речи. Убийца схватил ее за шею и задушил. Вот, пожалуй, единственное, что я знал точно. А также то, что если бы не психологическая обработка, которой подверг меня мой приятель, то я бы никуда не поехал.

Ехать было долго, и я решил посмотреть в Сети, что за Тьма такая, в которой третий день обитал Строганов и куда, благодаря ему, держал путь я.

Поселок городского типа – хотя жителей в нем было чуть больше трех тысяч – возник на месте деревни с этим же названием. Деревня существовала с XVII века – по крайней мере первое упоминание о ней относится именно к этому времени. В 30-е годы двадцатого столетия ее переименовали в «Красную Тьму»… Я усмехнулся. Могу себе представить Красное Село. Даже Красный Октябрь. Но Красная Тьма? Сюр! В 50-е годы деревня превращается в дачный поселок, правда, уже без «красного» в названии – просто Тьма. А в 80-е годы дачный поселок становится поселком городского типа, «ПэГэТэ». И вместо поселкового совета появляется администрация. Строят отдельное здание для милицейского пункта, функционирующего и по сей день. Поликлиника, надеюсь, тоже функционирующая. Почта. Магазины. И даже гостиница! Ого, отель «Амигос»! Имеет свой сайт. Увы, неработающий. Также в поселке была Церковь – небольшая, деревянная и довольно симпатичная. Ее восстановили совсем недавно. И Дом культуры. Не поверите, под названием «Луч». Тоже со своей историей. Первоначально он был Домом офицеров и принадлежал находящейся неподалеку воинской части. Часть эта и сейчас существовала, но очаг культуры и отдыха передали поселку. А несколько лет назад Дом культуры превратили в Центр местного досуга. С концертным залом, кинотеатром и бильярдом.

Еще жители поселка могли гордиться своим кладбищем. Оно каким-то образом уцелело во время Второй мировой и, как было сказано на сайте муниципального образования Тьма, «кладбище постоянно развивается».

На фотографиях поселка я рассмотрел железнодорожную станцию (ничего особенного); темно-коричневые деревянные жилые дома; покрытые сайдингом дачные домики; серые кирпичные строения, максимум в четыре этажа, безликие и обшарпанные. Были, кстати, и особняки, вполне современные и дорогие.

Я не поленился и посмотрел карту – Тьма раскинулась среди лесов и болот. Административный центр находился рядом с железнодорожной станцией. Тут же было отделение полиции, магазины и даже отель. А вот Дом культуры расположился в некотором отдалении от них, но зато близко к воинской части. Ее Яндекс-карты деликатно прикрыли – видать, чтобы не разгласить военную тайну. Больше полезной информации я не нашел и стал было читать новости Рунета, но поскольку они копировали центральные каналы, то быстро потерял интерес к ним. А тут связь совсем прервалась, и я стал смотреть в окно. Сколько таких поселков по стране? Живут своей жизнью… И что могло понадобиться здесь молодой журналистке из Петербурга? Собиралась написать статью про Тьму? Или взять интервью у местного политика? Или ее молодой человек служит в этой части? Или в поселке живут ее бабушка с дедушкой?

Уже достаточно рассвело, чтобы можно было любоваться проносившимся мимо зимним пейзажем. Ели со снежными лапами выглядели как на новогодней открытке. В памяти оживали какие-то детские воспоминания. Волшебный лес. Зимняя сказка. Новогодняя елка. «Щелкунчик»… Почему деревню назвали Тьмой? Ума не приложу! Ехать оставалось минут тридцать…

Я посмотрел новости недельной давности в газете «Метро», оставленной кем-то на скамейке. На второй странице сообщалось, что переход на цифровой режим телевещания осуществлен на всей территории России. Так, наверное, лет сто назад гордились электрификацией всей страны! А теперь перед нами открывались небывалые возможности интерактивного телевидения! Включая целевую рекламу.

Я пролистнул дальше. На весь разворот шла статья об уважаемом Учителе с гастрономической фамилией Блинов, которого журналисты величали «великий Коуч» и «знаменитый Ментор». Описывались его встречи со страждущими… Насколько я помнил из курса истории, Ментор был приятелем Одиссея. Судя по фото, он был популярен (Учитель, не Одиссей!) – зал просто ломился от поклонников.

Я сложил газету. Теперь я владел знаниями про поселок и про какого-то местного Гуру. Поразмыслив и согласившись с Сократом, что «знание не есть ум», я снова уставился в окно…

«Следующая станция – Тьма», – объявил машинист.

## Пятница, 10:10

Солнце всходило над зимним лесом, слепило глаза и заставляло искриться непривычно белый снег. Из жаркого вагона хотелось поскорее выскочить на свежий воздух. Наконец поезд стал плавно тормозить у небольшой заснеженной станции. На перроне практически никого не было, но даже если бы его и заполняла толпа встречающих, мой взгляд сразу бы выделил среди них высокую фигуру в светлом плаще и черной ковбойской шляпе. Это был не кто иной, как частный детектив Арсений Строганов.

Он не только смотрелся абсолютно инородным телом среди местных жителей, одетых в китайские пуховики и шерстяные шапки, но и вел себя по меньшей мере странно: стоя на одной ноге, поворачивался на 180 градусов вокруг себя, выписывая другой ногой широкую окружность. Не иначе как вместо хип-хопа мой друг увлекся балетом.

– Тебе не холодно? – поинтересовался я у него вместо приветствия.

– Нет, – удивился вопросу Арсений. – А что?

– Ничего, – усмехнулся я. Может быть, плащ был с подогревом?

Несмотря на то что морозец был совсем легкий, ощутимо пощипывало нос и щеки, изо рта шел пар, и мне даже захотелось вернуться обратно в натопленный вагон.

– Добро пожаловать во Тьму! – громогласно объявил Строганов и напялил на себя солнцезащитные очки, завершив тем самым свой нелепый вид. – Мог бы и пораньше приехать, – добавил он и поволок мой чемодан вверх по лестнице.

– Тьма-Таракань, – проворчал я ему в спину и вдохнул в себя бодрящий морозный воздух. Кто хочет иметь друга без недостатков, может остаться совсем без друзей!

Высоченная и крутая лестница, по которой карабкались все вышедшие на станции пассажиры, вела к переходу над путями и заканчивалась таким же крутым спуском. Здесь можно было бы снять новый клип «Stairway to heaven», подумал я. Глядя на окружающих, я удивлялся, что никто из местных жителей не обращает внимания на моего одиозного приятеля: ни тебе показывания пальцем, ни даже удивленного взгляда, когда он изображал фуэте на платформе… Странно!

В морозном прозрачном воздухе ощущался дымок от печных труб. Я в очередной раз подумал, что название поселка ну совсем не соответствует месту.

Привокзальная площадь оказалась небольшой. Большинство приехавших на электричке устремились к автобусной остановке, а некоторых счастливчиков поджидали машины. Окружали площадь несколько небольших магазинчиков да какое-то административное здание – на нем развевался государственный флаг. И чуть в сторонке – отделение полиции, перед входом в которое, широко расставив ноги и по-хозяйски уперев руки в боки, стоял высокий крепкий мужчина средних лет. Несмотря на мороз, он был в белой рубашке с расстегнутым воротом. Еще один жаркий парень! Правда, на плечи его была накинута теплая куртка, а на голове имелась форменная шапка, сдвинутая на затылок. Прищурившись, он внимательно рассматривал всех, кто спускался с лестницы на площадь. Задержал и на нас свой взгляд. Арсений махнул ему свободной рукой, и тот чуть кивнул в знак приветствия.

– Кто это? – негромко поинтересовался я у Строганова, который, похоже, плодотворно провел здесь время.

– Местный шериф, – усмехнулся мой приятель.

– Ну, чего? Доктор прибыл? – неожиданно закричал нам этот «шериф». – Через час жду вас у себя!

Я изумленно поглядел на Арсения.

– Ага, – негромко ответил он скорее для меня, чем для полицейского. – Я так и думал, – загадочно добавил он.

– Я что-то не понял… – обратился я к приятелю. – Ты с ним познакомился и рассказал, что я приезжаю?

– Нет, – усмехнулся Строганов, идя к своему припаркованному невдалеке джипу. – Я не говорил, что ты приезжаешь. И да, я с ним познакомился еще вчера.

– Вижу, что ты не терял времени даром, – пробормотал я, ожидая новых сюрпризов, которые не заставили себя ждать. К нам подошел еще один местный житель – в ярко-зеленом пуховике, серой шерстяной шапочке и сильно небритый. Странно, но от него вместо ожидаемого запаха перегара исходил аромат какой-то туалетной воды.

– Соррян, Арыч! По ходу твой дружбан с городу притаранил бабайку? – скороговоркой проговорил он, пританцовывая от холода.

– Все о’кей, Толич! – важно кивнул ему Арсений. И обращаясь ко мне: – Ты груз привез?

– Что?! Какой груз?

Но Арсений не стал ждать, когда на меня снизойдет озарение, и, прямо на снегу открыв чемодан, извлек тот самый пакетик, который я для него забирал у подозрительного типа.

* * *

Мы уселись в Строгановский автомобиль.

– Слушай, а на каком языке он говорил? Ну, тот, который Толич? – спросил я у Арсения.

– На русском, конечно, – Арсений завел двигатель. – Русском народном языке. Да! Спасибо, что захватил. Это какая-то запчасть для самогонного аппарата. У Толича здесь бизнес – самое крупное в районе производство самогона! Кстати, вполне сносного.

– Спасибо, что пояснил, – сказал я, переварив всю информацию. – Кстати, знаешь, что нейрохирурги называют бабайкой?

– Колбу для самогонного аппарата? – предположил Арсений.

– Нет, – покачал я головой, а поскольку Строганов в этот момент делал разворот, движение у меня получилось довольно нервное. – Опухоль в голове. А тот, около участка… ну, шериф…

– Руслан, – сообщил Арсений.

– А откуда он узнал, что я доктор и должен приехать? Если ты ему не говорил… – допытывался я.

– Вот видишь? Если бы ты поехал сразу, вместе со мной, то уже бы все знал не хуже меня, – с ядовитой улыбкой ответил Строганов.

– Где уж мне! Знать столько же… – вздохнул я. – А сейчас-то мы куда?

– В отель, дорогой амигос!

Отель оказался совсем рядом с привокзальной площадью. Строганов, ухмыляясь, смотрел на меня в ожидании вопроса, зачем понадобился этот «круг почета» на машине. Но я не доставил ему этого удовольствия.

* * *

Двухэтажное серое кирпичное здание постройки 70-х годов прошлого столетия изначально было гостиницей «Дружба». Сейчас это был «Hotel Amigos». Если бы я был Овидием, то посвятил бы этому отелю трактат «Метаморфозы».

Я ожидал увидеть безлюдный убогий хостел, но, на удивление, холл оказался вполне современным, а у стойки администратора выстроилась очередь: три женщины и двое мужчин, выглядевших (в отличие, скажем, от Толича или моих спутников в электричке) вполне цивильно и даже элегантно. Интересно, как их сюда занесло и, главное, зачем? Впрочем, на чем они приехали, я сообразил: когда Арсений парковался на отельной стоянке, там уже было несколько автомобилей.

Мой приятель снял для меня номер категории «почти люкс», как он выразился. Номер оказался на первом этаже, из окна открывался вид на задний двор и помойку. Сам он жил в «люксе», дверь которого была напротив моей.

– У нас есть полчаса, – сообщил он мне. – Тебе достаточно? – заботливо поинтересовался он.

– Да я не устал, – пожал я плечами и уселся на кровать.

– А при чем тут усталость? – удивился Арсений. – Я имею в виду, тебе будет достаточно получаса, чтобы выслушать суть дела и задать вопросы?

Я усмехнулся и кивнул.

– Allora! – Арсений залез в кресло с ногами. – Месяц назад в этом поселке убили девушку. Ее фото ты уже видел …

– А где, кстати, ты раздобыл фотографии… – «со вскрытия», собирался сказать я, но Строганов меня перебил:

– Из интернета, разумеется! В соцсетях что хочешь можно найти про человека. Я однажды откопал …

– Понятно, – прервал я Арсения. – Но я про фото из морга спрашиваю!

– С судебным медиком познакомился. Хороший человек оказался! – радостно пояснил он. – Правило пяти рукопожатий знаешь? Я нашел у него в «друзьях» твоего «друга». А дальше от твоего имени представился, проставился и…

– Понятно, – хмуро кивнул я ему. Когда-нибудь он меня подставит.

– Все, хватит отвлекаться! – Строганов скрестил руки на груди и сделал серьезное лицо. – Она была журналисткой. Приехала сюда из города. Это было что-то вроде командировки. Она должна была взять интервью у какого-то известного… как его… – Строганов пощелкал пальцами. – Канюч? Говнюч? А, коуч! Ну, типа психотренер. Несет всякую фигню – народ и верит. И деньги платит ему. Массовый гипноз. Я вот думаю, – тут он оживился, – может быть, мне тоже…

– Хватит отвлекаться! – напомнил я ему.

– Да, спасибо. Короче, днем она приехала в поселок, остановилась в этом отеле, оставила вещи в номере и вечером пошла на сеанс к этому…

– Коучу, – подсказал я. – Пешком? Здесь вроде недалеко? – вспомнил я карту поселка.

– Нет, – качнул он головой, – она вызвала такси. На сеанс она точно приехала, поскольку ее там видели. По крайней мере в начале представления она была в зале… Между прочим, в городе на эти сеансы собираются тысячи человек! – Я услышал нотки зависти. – А здесь зальчик небольшой, всего на сто двадцать мест, но он был забит! Так сказать, деревенский коуч вселенского масштаба! Видел народ в холле? Они все на его сеанс приехали!

– В начале представления она была в зале, – напомнил я. – А интервью когда взяла? После?

– А она и не взяла, – опять покачал головой Строганов. – Интервью было запланировано на следующий день после сеанса. Итак, она была на сеансе, который закончился в девять вечера. Но в отель она не вернулась. А через два дня ее тело обнаружили в лесу, недалеко от проселочной дороги и…

Раздался телефонный звонок – в номере оказался старый телефонный аппарат, видимо, с местной связью.

– Да? – рявкнул Арсений, не любивший, когда его перебивают. – Нет! Мне не надо. А приятель женат.

Он повесил трубку и выдернул провод вместе с розеткой.

– Девочек предлагали, я отказался, – пояснил он. – Хотя надо было позвать… для сбора информации…

– Недалеко от проселочной дороги, – вернул я его к реальности.

– Да, мы туда заедем. – Арсений вскочил с кресла. – Тут важно знать план местности! Смотри! – Он извлек из ящика стола лист серой бумаги, простой карандаш и принялся рисовать. – Вот вокзал, вот рядом отделение шерифа Руслана, а это вот наш отель «Амигос». Примерно в четырех километрах от нас – это если ехать по шоссе – находится Дом культуры «Луч». Местные называют его клубом. Туда даже автобус ходит. Так вот, в этом клубе и проводит свои сеансы коуч. Но шоссе как раз на этом участке делает изгиб, поэтому быстрее добраться от станции к клубу через лес (местные говорят «напрямки»), там тоже есть дорога. И летом ей часто пользуются. – Арсений проявлял чудеса аккуратности и талант абстракциониста, изображая шоссе в виде полукруга, здания в виде квадратов, треугольные елки и пунктирную линию, символизирующую «напрямки».

– Здесь только летом можно проехать? – Я постучал пальцем по пунктиру. – А зимой?

– Зимой – почти нет. – Строганов снова уселся в кресло. – На обычной машине не проехать. Но на внедорожнике можно. Я уже пробовал.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся я. – И где обнаружили тело?

– А вот здесь! – Он ткнул остро заточенным карандашом с такой силой, что грифель сломался. – Видишь? Это в лесу, где-то посередине между «Амигосом» и клубом. В нескольких метрах от лесной дороги. Нашел ее местный житель. Он шел в сторону станции, отошел справить нужду, увидел следы, пошел по ним…

– Чьи следы?

– Ну не собаки же Баскервилей! Человеческие, разумеется! – и Строганов похлопал себя по стопе. – И обнаружил чуть присыпанную снегом мертвую девушку…

– Мертвую девушку, – пробормотал я и уточнил: – То есть он просто случайно там шел?

Строганов выразительно посмотрел на меня.

– Она лежала на спине. На снегу. Мертвая. Мужик позвонил в полицию, дождался их приезда, после чего его тоже замели в участок. – Строганов сидел неподвижно, только ногой дергал. – Его допросили и потом отпустили. Что касается девушки. Убийца ее душит… вот так… – Строганов вскочил и попытался на мне изобразить сцену удушения, но получив отпор, он показал это на подушке. – Затем бросает ее на землю (подушка полетела на пол). После чего раздевает ее, но не полностью. Расстегивает куртку, разрывает блузку, бюстгальтер… обнажает жертву… но не насилует. Он не насиловал ее никаким способом, и вообще непонятно, чего он хотел добиться, задушив Настю…

– А она одна приехала сюда? – уточнил я. – И здесь ни с кем не встречалась?

– Насколько я знаю – нет. – Строганов нанес воображаемый удар (видимо, убийце) и уселся в кресло.

– То есть ты делаешь вывод, что это случайная жертва какого-то маньяка? А не то, что девушку убил во время ссоры какой-нибудь ее приятель?

– Я рассматриваю этот вариант, – важно кивнул Арсений. – И кроме него еще пять.

– Ты сказал, что там были следы… – Я поднял с пола подушку, размышляя, есть ли в номере еще одна, на которой я буду спать. – Убийца был на машине?

– Да вряд ли они просто прогуливались по лесу, – подтвердил Арсений. – Там были следы убийцы, следы девушки и даже след машины. Только на следующий день шел снег, и определить протектор колеса или рисунок подошвы было невозможно. – Строганов вскочил и стал ходить взад-вперед по номеру. – Материалов дела я не видел… пока… Но кое-какие факты мне рассказал судебник. Например, у нее был неплохой маникюр, и он не пострадал. Значит, она не сопротивлялась…

– А под ногтями?

– Ничего, – остановился на мгновение он. – Значит, она не сопротивлялась! – повторил он. – Почему?

– Потому что она сразу же потеряла сознание. И это означает, что душил ее здоровый и сильный мужик. Или же это был профессионал… – размышлял я вслух.

– Браво, доктор! – Он щелкнул пальцами. – И я так подумал! Но раньше тебя. Доктор! Это серийный маньяк! – вынес он вердикт.

– С чего ты взял? – возразил я. – Может, ее просто ограбили, может…

– Ничего ценного не пропало, – перебил меня Арсений.

– Ну хорошо, а почему маньяк? – Я чувствовал, что Арсений чего-то недоговаривает.

– А нормальный убийца будет раздевать свою жертву? – парировал он.

– Нормальный убийца, – усмехнулся я. – Ладно, согласен, сексуальный мотив присутствует. Но серийность? Это же лишь предположение, что душитель – профессионал…

– Потому что это – четвертая жертва за последние полгода! – медленно проговорил Строганов.

Я присвистнул.

– В этом лесу… – Строганов, не мигая, уставился на меня. – В этом лесу нашли четыре трупа! И все – молодые девицы! Поэтому если я говорю, что действует серийный маньяк – значит, так оно и есть!

– Здесь вода есть? – прокашлялся я. – Пить хочется…

– Да, точно, – подтвердил Арсений и направился к холодильнику. Достав бутылку колы и резко открыв крышку, он приложился прямо к горлышку. Часть жидкости с шипением вылилась прямо на пол.

– Не сомневается тот, кто ничего не знает! – вздохнул я и пошел за тряпкой.

* * *

Небо было по-зимнему высокое и прозрачное. Снег выглядел непривычно для городского жителя – чистым и ослепительно-белым. Покрытые инеем деревья искрились на ярком солнце. Я вдохнул в себя морозный воздух. Как-то не верилось, что в такой красоте мог обитать маньяк, убивший в лесу четырех молодых женщин…

Мы вышли из отеля и направились в отделение полиции на встречу с местным шерифом, как его окрестил Арсений.

– Надеюсь, пешком? – спросил я с усмешкой.

– Да, давай прогуляемся, – кивнул он, не замечая моего сарказма, и стал напевать какую-то странную песню.

Идти нам было метров сто пятьдесят. Любопытно, что ни на улице, ни на площади почти никого не было. За исключением разве что пьяного мужика, привалившегося к столбу и рыскавшего вокруг себя безумным взглядом. Вначале в его поле зрения попал Строганов, в своем не соответствующем погоде плаще, танцующий, выщелкивающий ритм пальцами и поющий высоким голосом что-то вроде: «Потому и страшно! Потому и страшно! А-а-а-а…»

И опять я поразился тому, что Строганов не привлекал к себе внимания – его попросту не замечали. Зато на меня пьяный обратил свой мутный взор.

– Э-э! Городской! – проревел он. – Суда иди! Э-э! – обращался он почему-то исключительно ко мне.

– Честная, честная, честная нация-а-а-а, – подвывал Строганов, проходя мимо и не обращая внимания на пьяного.

– Суда, говорю! – продолжал орать мне мужик. Он попытался было сделать шаг, но тут же утратил равновесие и упал лицом в снег.

– «Он вышел родом из народа, он вышел и упал на снег», – прокомментировал я и подумал, не перевернуть ли его на спину, чтоб не задохнулся. Но помощь моя оказалась не нужна – из соседнего дома выскочила женщина в накинутом на халат пальто и в тапках на босу ногу. Она привычно схватила мужика за шиворот и поволокла в дом.

А Строганов тем временем включил песню, которую напевал, на телефоне и выл уже в полный голос:

Тебе не справиться
И им не справиться,
Лёд не спасет,
Майор идёт.
А женщины красятся
И дети прячутся,
Встать в хоровод,
Никто не врёт…
Потому и страшно!

Строганов остановился посреди улицы, пел и внимательно смотрел по сторонам. Даже я, привыкший к странным привычкам моего друга, захотел отойти от него подальше. Я ждал какой-нибудь реакции со стороны местных жителей, но никто не вышел, не возмутился, хотя кое-где колыхались занавески на окнах. Арсений резко оборвал песню и, махнув мне рукой, пошел к отделению полиции.

– Видишь как странно? – обернулся он ко мне перед тем, как войти в отделение. И многозначительно добавил: – Не реагируют! Боятся они, что ли?..

## Пятница, 11:00

– Руслан! – представился он, сдавив мою руку и буравя взглядом. – Добро пожаловать в наш поселок! – добавил он, наконец-то ослабив хватку. – Чай будете? Или кофе?

Кабинет начальника отделения полиции, или, как его называл Арсений, шерифа, был не слишком велик. Поэтому вызывало удивление, что в него вмещалось столько вещей: всевозможной старой мебели, бумаг, каких-то коробок, пары сейфов (один приземистый, другой, наоборот, вытянутый) и даже имелся сервировочный столик с чайником, растворимым кофе в банке, переполненной пепельницей и контейнером с бутербродами.

На одной стене висела огромная карта Темнинского района, на другой – не поверите! – шляпа, какую носят американские шерифы в соответствующих сериалах. В кабинете было очень жарко, несмотря на открытое окно.

Арсений, тут же раздевшись до футболки, развалился на продавленном кожаном диване. Руслан занял свое место за столом, а я устроился на ветхом стуле с подлокотниками.

– Начнем, пожалуй, – сказал начальник (а я удивился – неужели он цитирует «Евгения Онегина»?). – Я созвонился со своими знакомыми в городе, порасспросил, кто вы такие, и был удивлен… – усмехнулся Руслан. Он говорил неторопливо и уверенно, как «хозяин тайги». – Удивлен тем, какие вам дали характеристики. Особенно тебе! – и он добродушно кивнул на Арсения.

– А я удивлен, что ты так долго это выяснял, – хмыкнул в ответ Арсений. – Позвонить и спросить, заслуживаем ли мы доверия, – и десяти минут не займет!

– Вот-вот! Мне так и сказали: как будто ежа против иголок гладить… – кивнул Руслан сам себе. – Давайте-ка к делу. Вам нужно найти убийцу вашей девушки, а мне…

– А тебе разве не нужно найти убийцу четверых девушек? – перебил его Арсений, сделав акцент на количестве жертв. Я было напрягся, поскольку дурная привычка Строганова перебивать собеседника могла взбесить кого угодно. Но Руслан неожиданно расхохотался.

– Все нормально, – отсмеявшись, сказал он, видя наши несколько изумленные взгляды. – Просто очень уважаемый мною человек, которому я звонил по вашему поводу, предупредил меня: «Ты, главное, его сразу не прибей». Это он про тебя говорил! – ткнул он в Строганова указательным пальцем. – Да, разумеется, я сплю и вижу, как отловить этого урода. Кстати, формально на моей территории только две жертвы. Там граница районов проходит. Две девчонки были найдены на территории Тьмы, а еще две – буквально в нескольких метрах подальше, но это уже леспромхозовская земля.

– Так ты будешь искать убийцу только своих девиц? – хмуро поинтересовался Арсений. Ему редко нравились характеристики, которые давали ему другие люди.

Руслан в ответ постучал двумя пальцами себе по лбу. Арсений вспыхнул:

– Откуда я знаю? – вскочил он с дивана. – Я про тебя информацию не собирал!

– А вот стоило бы! – усмехнулся шериф. – Раз ты такой умный, как про тебя говорят. Ладно, давайте к делу!

– Раз говорят – значит, не зря! – тут же отреагировал Арсений.

– Природа наделила нас двумя ушами, двумя глазами и лишь одним языком, чтобы мы смотрели и слушали больше, чем говорили, – сказал я им обоим, выдержал два испепеляющих взгляда и пояснил: – Все вопросы к Сократу!

– Смотрите, сократы, вон, на карте отмечены флажками места, где находили трупы… – примирительно сказал Руслан, махнув правой рукой.

Затем он достал из верхнего ящика стола толстую картонную папку, поднялся из-за стола и передал ее мне. «Темный душитель» – значилось на ее лицевой стороне. И еще приписка от руки: «Кто без спроса возьмет – руки поотрываю!!!»

Арсений уже стоял у карты и рассматривал самодельные флажочки, сделанные из булавок и кусочков разноцветной бумаги.

– Номера на флажках – это номера жертв? – уточнил он.

– Ага. – Руслан вновь уселся за стол. – Видишь первую девчонку? Она была изнасилована и задушена. И единственная, которую он пытался закопать. Остальных он просто душил и бросал. Ну, может, немного завалит ветками – и все…

– Первый флажок дальше от дороги, чем остальные, – отметил Строганов. – Ее и нашли первой? – Арсений сфотографировал участок карты на телефон.

– Да, – мрачно кивнул шериф. – Она пропала 14 сентября, а труп нашли 20 сентября. Судебник ставит дату смерти 14–15 сентября.

– Вторую когда? – спросил Арсений. Он был сосредоточен и хмур. – Она совсем неподалеку от первой лежала?

– Да, ближе к первой, чем к остальным. Ее убили 12 октября, а нашли на следующие сутки, точнее, через семь часов после убийства.

– А почему… – начал было Строганов, но Руслан тут же ответил:

– Как только поступила заява о пропаже девчонки, да еще и школьницы, мы сразу подумали о самом плохом. Начали прочесывать лес и через несколько часов нашли тело.

– А она…

– Задушена, но не изнасилована. Именно тогда кто-то из журналистов и назвал этого урода «темный душитель». Ну, типа, поселок Тьма и… – он не успел досказать, как Строганов перебил его:

– Это субботы! – взмахнув руками, сообщил он. – Дискотеки в клубе были? И еще: первую девушку насиловали прямо в лесу? Там же и душили?

– Да, – усмехнулся полицейский, – совершенно верно, это были субботы. И это важный момент, хотя именно в эти субботы дискотек в клубе не было… Нет, ее изнасиловали и убили в другом месте, скажем так, в каком-то помещении. А потом труп выбросили в лес.

– А что за важный момент? – поинтересовался я, а Строганов скривил лицо (наверно, сам хотел спросить).

– Расскажу, – не спеша ответил Руслан. – Обязательно. Но чуть позже.

– Что с третьей жертвой? – продолжил Арсений.

– 10 ноября, – Руслан заглянул в потертый блокнот. – А это воскресенье. Самое обидное, что мы всю ночь с субботы на воскресенье сидели в засаде и …

– А почему именно в эту ночь в засаде? – заинтересовался Арсений.

– Так суббота же была, – усмехнулся Руслан. – А он, блин, с воскресенья на понедельник решил! Скотина! – эмоционально добавил он. – На этот раз далеко не потащил, бросил ближе к дороге.

– Но не насиловал? – уточнил Строганов. Он забрал у меня папку и начал просмотр документов.

– Нет, – подтвердил Руслан. – Она сопротивлялась, он ее ударил несколько раз (вероятно, кулаком). Одежда разорвана. А затем он ее придушил и бросил…

Шериф замолчал, поскольку в коридоре раздались крики, потом вопли, потом чем-то тяжелым, словно кувалдой, шарахнули по двери, отчего она распахнулась настежь.

– Что за… – начал было хозяин кабинета, но вновь умолк. Это была не кувалда, это была чья-то голова. Двое полицейских, скрутив какого-то мужика, его же головой открыли дверь кабинета начальника. Задержанный активно сопротивлялся, рычал и матюгался. При ближайшем рассмотрении это оказался тот самый пьяница, которого мы с Арсением видели на площади. Ну, которого жена уволокла домой.

– Руслан! – обратился к нему один из подчиненных. – Опять этот чудила! Жена вызвала, нанесение телесных… – скороговоркой сообщал он, едва сдерживая с напарником хулигана.

– Ну? – со вздохом спросил Руслан. – Заява есть?

– Не-а, – ответил тот и мотнул головой так интенсивно, что форменная шапка-ушанка чуть не слетела. – Чё делать-то с ним?

Мужик тем временем продолжал материться и пробовал кусаться.

– Чё-чё, – передразнил его Руслан. – Проведи воспитательную беседу и запри в «аквариуме» до утра.

Дверь с силой захлопнули, а из коридора донеслись крики, звуки ударов и грохот падения тел.

– Вот дебил! – в сердцах произнес Руслан, но непонятно, по отношению к кому.

Видимо, воспитательная беседа закончилась, потому что воцарилась относительная тишина.

– А это мой зам Блохин! – с неясной интонацией добавил наш шериф. (Надеюсь, он не про пьяницу?)

Строганов нетерпеливо махнул рукой.

– Итак, третью жертву убивают не в субботу и не насилуют. Так? – Он снова подошел к карте.

– Да, – подтвердил Руслан. – Не насилуют. А четвертую девчонку, вашу Настю, убивают снова в ночь с субботы на воскресенье, 7 декабря… Душат и бросают в лесу.

– Где же вы были со своей засадой? – возмутился Арсений.

Руслан замолчал и скрестил руки на груди.

– У меня людей-то всего три человека! Много засад не устроишь. К тому же он нас, знаешь ли, не оповещает о предстоящем преступлении. Я, правда, хотел устроить в тот вечер… – Руслан мрачно вздохнул. – Черт, до сих пор себя пилю!

– Ну, устроили бы тем вечером, а он на следующий придушил бы кого-нибудь, – попытался я его оправдать.

– Нет, – покачал Руслан головой. – Имел значение именно тот вечер…

– Почему? – впился в него глазами Арсений.

– Я же сказал, расскажу позже. – Начальник полиции превратился в каменное изваяние.

Зная, что Арсений может забиться в судорогах, если ему сразу не выдать желаемое, я попытался разрядить обстановку:

– Заметили, что он убивает раз в месяц? Интересно, это имеет значение?

– Гениально, доктор! – тут же переключился на меня Строганов. – Какая наблюдательность! У него месячные, наверно!

Руслан с легкой усмешкой наблюдал за нами. Впрочем, мой друг быстро успокоился.

– Лучше скажи мне, почему все его убийства совпадают с полнолунием?! – и Арсений продемонстрировал мне на телефоне скачанный из Рунета календарь фаз луны.

– Я тоже на это обратил внимание, – разомкнул губы Руслан. – Видать, душегубы, как и вся нечисть, реагируют на полную луну. Что скажешь, доктор?

Я пожал плечами.

– Луна волнует людей, как волнует море… – перефразировал я Хемингуэя. – А кстати, действительно, никто не любит дежурить в полнолуние – больных значительно больше.

– Это точно, – кивнул Руслан, – больных на голову и правда больше, чем здоровых. Кстати, первую жертву он не только насиловал и душил, но еще и связывал…

– У нее обнаружены ссадины на запястьях, характерные для связывания, – уточнил Арсений, рассматривая какие-то фотографии и заключения экспертов, извлеченные из папки.

– Так и есть, – сказал Руслан. – Это признаки, которые обнаружили судебники.

– А наша Настя, – сказал Строганов, вновь подойдя к карте, – была задушена мгновенно, так? И получается, что следующее убийство должно произойти завтра. Так?

– Тьфу, тьфу, тьфу! – Руслан поплевал через левое плечо. – Типун тебе на язык.

– Ага, – усмехнулся Арсений, – ты еще перекрестись для надежности!

– Будешь смеяться, – вдруг произнес Руслан, причем довольно серьезно, – но мы и попа приглашали.

Не успел Арсений прокомментировать методы полиции, как Руслану позвонили. Пока он разговаривал, Арсений передал мне несколько снимков. Это были фотографии девушек, которые стали жертвами «темного душителя», как его окрестили журналисты. Любительские снимки: симпатичные девчонки, жизнь которых так трагически оборвалась из-за какого-то душегуба…

– Что скажешь? – негромко спросил у меня Арсений.

Я разглядывал девушек, пытаясь найти что-то общее в их внешности – прическа, лицо, фигура… Ведь маньяк часто выбирает жертву по какому-то ему понятному признаку – к примеру, она может напоминать ему подругу, которая когда-то бросила его… К сожалению, кроме того, что все девушки были молодыми и симпатичными, я ничего общего не обнаружил. Скорее они были разными. Первая девушка была чуть полноватой, с длинными русыми волосами и большими серыми глазами, взгляд кроткий, мягкий. Вторая – совсем юная, худенькая, волосы гладко зачесаны назад… Третья девушка была постарше и попроще – крашеная блондинка с длинными ресницами и ярко напомаженными губами. И, наконец, наша Настя: вьющиеся темные волосы, тонкие черты лица, красивый изгиб бровей, карие глаза, взгляд внимательный…

– Ты долго будешь их разглядывать? – не вытерпел Арсений.

– Сократ был не прав, сказав, что смерть – это иллюзия, – ответил я Строганову. – Эти смерти – трагедия.

– Иллюзия? – неожиданно заинтересовался мой приятель. (Я думал, что он будет высмеивать мои философствования, но он, напротив, отнесся к ним весьма серьезно.) – Есть такое понятие в шахматах – иллюзорная игра… Надо будет подумать над этим!

– Вы про что? – Руслан закончил телефонный разговор и прислушивался к нашей беседе.

– У доктора интересная версия происходящего, – без тени иронии ответил Строганов. – Но об этом позже! – мстительно добавил он и продолжил: – Итак, почему он первую жертву пытался спрятать, закопать, а остальных просто выбрасывал? А?

Мы молча смотрели на рассказчика. Я не мог придумать версию, а Руслан, наверно, просто хотел узнать чужое мнение.

– Да потому что они были знакомы! – Строганов вскочил, отчего папка с документами упала на пол. – И он хотел ее спрятать! Но это тяжело – яму копать. Там, поди, грунт твердый?

Руслан кивнул:

– Да, каменистая почва.

– Вот именно! Поэтому с остальными жертвами он не парится. Во-первых, все равно найдут, чего и силы тратить? А во‐вторых, это уже были незнакомые ему девчонки. Случайные!

Строганов, стоя на месте, размахивал руками, а я, пригибаясь, чтобы не получить по голове, собирал с пола документы.

– Эта светленькая, эта темненькая, – перебирал Арсений фотографии убитых девушек. – Одна изнасилована, другие просто задушены… Почему? Почему он этих не насилует, а просто душит? Да потому что он получает удовольствие от самого процесса убийства! Понимаете? Вот он выдавливает из них душу… может быть, поглощает ее… Ловит последний вздох, как энергетический вампир! А затем раздевает и наслаждается видом мертвого женского тела! Испытывая свой патологический оргазм…

Строганов не зря посещал театральную студию, может быть даже шекспировского душителя играл в современной трактовке, так он зрелищно изобразил страсти серийного маньяка. Однако на Руслана и это не произвело впечатления:

– А зачем он с третьей жертвой дрался? Выдох ее не успел поймать? Чушь какая-то! – Руслан махнул рукой, мол, так и знал, что ничего путного не услышит.

– Да потому что маньяк – как наркоман, ему требуется повышение дозы! – наклонился над столом Арсений, – ему уже мало видеть мертвое голое тело, он уже не может получить тех эмоций, нужно еще что-то! Поэтому третью жертву он бьет, и непередаваемые ощущения сотрясают его тело! Ради них он убивал, убивает и будет убивать! Хотя, подождите… – Строганов замолк на мгновение и неожиданно заорал: – Эврика! Нужно искать не одного маньяка!

– А сколько? – вытаращился Руслан. – Четверых, что ли?

– Нет, – хладнокровно ответил Арсений. – Минимум двоих. А может, и больше.

Я вздохнул, потому что знал о любви Арсения к фантазиям, а Руслан исподлобья смотрел на него, видимо, пытаясь определить, так ли уж умен этот тип, как про него рассказывали.

– Слушай, у нас тут простой ПэГэТэ, а не Твин Пикс какой-нибудь американский. Это у вас, в городе…

– Я посмотрел географическое распределение маньяков по России, – перебил его городской сыщик. – Нет данных, что в крупных городах их больше, чем, скажем, в маленьких.

– Молодец, – похвалил его полицейский, – иди работать в аналитический отдел! Ко мне оттуда приезжали, советы давать…

– Я советов не даю, – Строганов гордо задрал подбородок и демонстративно уставился в окно.

Руслан задумчиво листал свой блокнот.

– Я тоже рассматривал различные версии, – наконец заговорил он. – И что залетный душегуб тут побывал, и про местных думал. Мы сразу проверили всех наших клиентов, ну, тех, кто сидел за изнасилования, за убийства и так далее… С ними удобно, – он усмехнулся в очередной раз, – они все собираются в Бардачном.

– Где? – удивился я.

– Бар «Дачный», – пояснил шериф. – Это шалман тут местный. Там от бакланов до авторитетов собираются. А верховодит там Коля Живодер. Погоняло такое.

– И что? – спросил я.

– Проверили практически всех. Не при делах они, – отрицательно покачал головой Руслан. – Мне, правда, начальство приказало найти среди них подходящую кандидатуру, чтобы народ и городское начальство успокоить…

– Ну а ты, как правильный мент, не стал! – пафосно произнес Строганов, развернувшись к нам.

Ох, как не послушает совета Руслан да прибьет моего друга!

– Не стал, – спокойно согласился честный шериф. – К тому же я знаю, кто убийца! – негромко добавил он.

Я широко раскрыл глаза. Познание начинается с удивления, говорил кто-то из великих.

Даже Арсений был изумлен.

* * *

Мы вышли на улицу. Во-первых, в кабинете было невыносимо жарко, а во‐вторых, Руслан захотел покурить.

– Да и электричка сейчас приходит, а я люблю смотреть, кто приезжает, – он выдохнул сигаретный дым вверх. Арсений тоже выпустил вверх пар изо рта.

– Я после первого же убийства заподозрил неладное, – продолжил полицейский. – Че-то, думаю, на бытовуху не тянет. Даже если где-то изнасиловали девчонку, чего убивать-то? И девчонка приличная. Стали свидетелей искать, преступный элемент трясти – все впустую. Никаких зацепок. Кроме одной.

– Ну наконец-то, – манерно вздохнул Арсений.

– Ага, – подтвердил он. – Она собиралась на встречу с нашим местным «суперстаром». У него как раз эти концерты или сеансы – не знаю, как эту фигню обозвать – раз в месяц проходят.

– Субботний вечер с коучем, – вставил Арсений.

– Точно, – кивнул Руслан, – именно «коуч» его и называют. Хотя я предпочитаю Дима Блин.

– Тоже прозвище? – спросил Арсений и снова дыхнул паром в небеса.

– Нет, это фамилия такая – Блинов! – вспомнил я.

Арсений резко повернулся ко мне.

– А ты откуда знаешь? – Строганов с ревностью относился к обладанию информацией.

– Я читал про него в газете, – поспешил я объяснить.

– Когда это ты успел? Мы же все время вместе были! – недоверчиво спросил он и, обращаясь к Руслану, уточнил: – Значит, она была на его сеансе?

– Да, была. Они и правда знакомы.

– Ха! Знакомы! – прокомментировал этот Мистер Проницательность.

– Но не лично, – добавил Руслан. – Мы нашли ее переписку. Она познакомилась с ним в интернете, они общались, как сейчас говорят, виртуально, а потом она сходила на его сеанс.

– И?

– И дальше, я так полагаю, он ее после своего выступления зазвал к себе в гости… там у него комната есть, только он ею и пользуется… Там изнасиловал, там же и убил.