Выскочки
Владислав Кулигин

© Владислав Кулигин, 2021

ISBN 978-5-0053-5328-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

В городе царил хаос. Воины в черных балахонах громили лавки на рыночной площади, заходили в дома, устраивая неожиданные обыски, и горе было тому, кто пытался сопротивляться. После того, как впервые за много лет люди дали серьезный отпор своим могущественным, и, казалось бы, неуязвимым хозяевам, мороги обезумели. Они принялись искать группу неизвестных диверсантов, что проникли в город под видом каравана и убили десяток воинов, при этом совершив еще большую дерзость, ворвавшись в здание дедрархии. В попытках оправдаться перед чудом выжившей после нападения людей, госпожой, черные балахоны, составлявшие гарнизон Зельда, почти в буквальном смысле рыли землю. Находящиеся и без того на положении слуг, в некогда своем мире, люди стиснув зубы терпели несправедливость своих угнетателей.

– Они еще не угомонились?

Шепот в полумраке катакомб, усилился эхом, и заставил Витольда поморщиться. Высокий худощавый парнишка лет четырнадцати осторожно закрыл тяжелый люк и спустился по металлическим скобам, торчащим из стенок бетонного колодца. Спрыгнув на пол, он оказался в широком туннеле коллектора городской канализации. На него смотрел пожилой мужчина, облаченный в потрепанную меховую куртку, с факелом в руке. Рядом с ним стоял парень, чуть постарше Витольда, более крепкий на вид, облаченный в испещренную заплатками домотканую одежду.

– Нет, отец, – ответил парень. – Улицы полны солдат, ты был прав, что решил провести нас под землей.

– Жаль, что приходится вот так все бросать и сбегать неизвестно куда, – вздохнул старик.

– Ничего, мы знаем куда идти, – сказал Витольд. – У нас есть немного припасов и золото, которое он дал. Не пропадем.

Троица направилась по туннелю, разгоняя мрак неровным дребезжащим светом факела.

– Жаль только, что этот благодетель не остался с нами, – сказал молчавший до сих пор парень. – Устроил переполох, убил всех и сбежал. Хороший герой. Да, зог Намид?

– Твоя правда Сурэй, – сказал пожилой человек.

– А с чего вы взяли, что он вообще собирался нам помогать? – сказал Витольд. – Народ говорит, что он просто гость из соседнего мира, пришел за тем, что у него забрали, и ушел.

– А нам теперь расхлебывать, – процедил Сурэй.

Его реплика осталась без ответа. У юного сына Намида в памяти навсегда запечатлелся образ человека, ничем с виду, не отличающегося от других, в одиночку громящего черных балахонов. Он знал, что никто не сможет его понять, потому, что не видел это сам. Тот пришелец из другого мира вселил в сердце Витольда надежду на то, что его родину можно освободить от захватчиков, а это важнее любых неудобств и временных трудностей. Почти лигу они шли по скрытой от глаз, дурно пахнущей части города, хлюпая по стекающим со всего Зельда, нечистотам, пока впереди не показались очертания решетки. Это был слив, отводящий канализационные воды из города. Располагался он, аккурат за крепостной стеной. Сунув факел в смердящую под ногами воду, самый старший участник группы, призвал соблюдать тишину.

Подождав несколько минут, пока глаза привыкнут к тусклому свету царящей вокруг ночи, троица осторожно приблизилась к решетке. В свете луны и звезд была отчетливо видна охрана, стоящая у городских ворот. Возле канализационного слива, по счастью никто не дежурил, но солдаты морогов находились от него в пределах видимости, поэтому нужно соблюдать осторожность. Прямо к воротам шла дорога, а чуть поодаль начинался лес. Главная задача людей сводилась к тому, чтобы пробраться туда и скрыться от посторонних взглядов среди деревьев.

– Давай отец, – пошептал Витольд.

Старик достал из большой сумки, что висела у него на плече маленькую стеклянную колбу и, отвинтив металлическую пробку, осторожно пролил ее содержимое на один из прутьев решетки, которые были толщиной с палец. Раздалось легкое шипение, металл в месте соприкосновения с жидкостью покрылся черной пеной. Неприятно запахло кислым. Содержимого колбы хватило для обработки трех прутьев сверху и снизу. Осторожно надавив на один из них, Сурэй, бывший самым сильным из троицы, выломал фрагмент длинной в локоть. На концах прут был словно обожжен.

– Значит, не обманул Рок Торрен, – улыбнулся Намид.

– Еще бы, – сказал Витольд. – Когда ты ему за это преподнес целый золотой, тем более, настоящий, он чуть с ума не сошел, а после случившегося в городе он, поостерегся сообщать о такой сделке кому-либо. Мало ли что. Торговец, он ведь, как крыса, спрячется, и выгоды своей не упустит.

– Хорошо, сказал, сынок.

Справившись с оставшимися прутами, они осторожно выбрались наружу. Сначала самый сильный парень, который помог спуститься старику, затем самый шустрый. Снаружи было свежо и холодно, гораздо сильнее, чем в канализации, троих беглецов сразу обдало пронизывающим ветром.

Стараясь двигаться без шума, троица припала к снегу. В сторону леса двигались ползком. Холод от мерзлой земли пробирал до костей, но иного выхода не было, на стене ведь находились дозорные. Лишь когда рядом показались редкие деревца, они поднялись на ноги. Особенно тяжело приходилось отцу Витольда. Старик надсадно дышал, его била крупная дрожь. Вдвоем молодые люди помогли Намиду войти в лес. Под прикрытием деревьев стало немного легче. Резкие порывы ледяного ветра отступили, разбиваясь о живой частокол. Сразу же решили сделать привал. Из сумок, бывших у каждого участника маленького отряда, извлекли глиняные кувшины, обмотанные тряпьем, для сохранения тепла и лепешки хлеба.

От теплой настойки, пожилому человеку стало легче, дрожь прошла и вернулась подвижность. Витольд, жуя черствый хлеб, глядел в сторону оставленного города и еще раз мысленно поблагодарил того неизвестного героя, из-за которого в Зельде началась заварушка. Этот герой, случайно встретив молодого человека, подарил ему кошель, туго набитый золотыми монетами и дал совет, где можно укрыться и переждать бурю, которая стала неотвратимой. Витольд собрал всех близких людей, которых оказалось не так много, и предложил бежать из города. Начавшиеся там беспорядки способствовали принятию правильного решения. Из родни у него в живых оставался только отец, мать умерла два года назад от легочной хвори. С близкими друзьями, кроме Сурея, с которым росли вместе, у Витольда тоже не сложилось. Вот и отправилась небольшая группа беглецов, собрав нехитрые пожитки, в поисках лучшей доли. Где ее найти в мире, с хозяевами морогами – непонятно. По слухам, распространяемым торговыми караванами, выходило, что есть один город, к востоку от Зельда, где к людям относились вполне терпимо. Это место называлось Тамуз, туда они и решили направиться. Однако прежде, нужно было отыскать стоянку, о которой рассказал Витольду пришелец из другого мира. Там, по его словам, можно перевести дух, тем более, что она находилась как раз на пути к заветному городу.

Когда Намид пришел в себя они понемногу продолжили путь. Шли медленно, часто останавливаясь. Старик сначала твердил, что все будет хорошо, уверяя молодых спутников в своей решимости, но потом его речь стала больше походить на неразборчивые бормотания лишенные смысла. Он беспрестанно теребил фамильный оберег, в виде старинной медной монеты, пробитой в центре и висящей на холщевой нитке. Сколько Витольд помнил, отец всегда носил его. Он достался ему от своего деда и служил напоминанием о временах, когда никаких морогов и в помине не было.

– Отец, может, еще немного отдохнешь? – сказал парень, с тревогой наблюдая за стремительно слабеющим отцом.

Вместо ответа зог Намид лишь покачал головой и упрямо продолжил путь. Нельзя сказать, что он являлся слабым человеком. Все они, выросшие в холодном мире, давно стали его частью. Но это переохлаждение совместилось с застарелыми болезнями, давно сидящими в его теле и с возрастом. Последнее особенно волновало Витольда. В Зельде люди редко доживали до преклонного возраста. Угнетатели не позволяли себе такую роскошь, как забота о пожилых людях, и если у них не было родственников, то участь их оказывалась плачевна. Намиду было шестьдесят пять, что по меркам этого мира, уже очень много.

Лес тем временем все сгущался. Уже ничего не напоминало о близости города. Видимость благодаря снегу и полной луне оставалась хорошей, но продвигались медленно. Чтобы самый старший участник похода не выбился из сил, парни решили устроить привал до утра. Расположившись в занесенном снегом овраге, они развели костер с помощью старого огнива, Намида, спрятав свет пламени от посторонних глаз, и, согреваясь теплом, скоротали остаток ночи.

* * *

Проснулись от того, что костер догорел, и их вновь накрыла пелена холода. Время отдыха благоприятно сказалось на отце Витольда. Зог Намид выглядел гораздо лучше. Позавтракав нехитрыми припасами, что удалось захватить из дома, отряд вновь двинулся в путь.

– Как ты, отец?

– Хорошо.

Старик улыбнулся.

– Я не боюсь. Первый раз за всю жизнь проснулся без мысли о том, как же сегодня угодить приспешникам дедрарха. За тебя не боюсь. Даже если боги пошлют мне смерть от хвори, я встречу ее свободным человеком. Уже и не помню, когда в последний раз испытывал нечто подобное.

– За это нужно благодарить только одного человека, – сказал Витольд.

Сурэй пробурчав что-то недовольное, затоптал остатки костра, забросал его снегом, пряча следы их пребывания.

– Прошлой ночью мы, в лучшем случае, прошли одну лигу. Сегодня нужно наверстать упущенное, – сказал он.

Друг Витольда был слугой каменщика. В Зельде человек не мог сам иметь мастерскую и быть ремесленником, в лучшем случае его ждала лишь вечная участь подмастерья. Такая работа имела свои плюсы. Сурея кормили лучше многих сверстников, включая Витольда, и благодаря своей постоянной деятельности, он развил недюжинную силу. Последнее обстоятельство оказалось сейчас весьма кстати. Умело используя имеющийся у него нож, парень, сделал себе и своим друзьям копья, обстрогав найденные в лесу длинные опавшие ветки. Путники слышали, что в здешних лесах водилось много разной опасной живности. Караванщики часто рассказывали о волках, нападающих целыми стаями. Говорили также о пещерных медведях, байлах, почти непобедимых и обладающих свирепым нравом, и еще много о ком, менее реальном. Сами участники небольшого отряда никогда в жизни не выбирались за пределы своего ограниченного мирка и не знали, чему верить, но старались готовиться ко всему.

Весь день шли бодро, приближаясь к заветным домикам возле замерзшего озера. Ближе к вечеру, Сурэй в очередной раз воспользовался своей физической силой и куском льда, ставшим снарядом в его руках, убил большую черную птицу, сбив ее с веток дерева. Вопрос с ужином решился после этого сам собой. Насытившись, участники маленького отряда даже позволили себе такую роскошь, как радость. Слишком уж хорошо и гладко развивался их поход. Так было до того момента, как вдалеке раздался протяжный вой, полный тоски и неприкрытой угрозы.

– Слышали? – сказал Намид. – По словам торговцев, такие звуки издают волки. Они где-то рядом!

Держа копья наготове, отряд ускорил движение. Солнце клонилось к закату и уже совсем скоро, ночь вступит в свои законные права, видимость снизиться, что создавало нервозность.

Бежать по глубокому снегу было неудобно. Усугубляла положение и обувь, сделанная кустарным способом, которая была достаточно изношена для долгих марафонов. Наконец, впереди, показалась робкая надежда на преимущество перед хищными жителями леса. Чуть поодаль равнина переходила сначала в небольшой пологий холм, а затем и вовсе в крутой бугор, облепленный деревьями.

– Это наш шанс! – сказала Сурэй. – Мы от них все равно не убежим, единственный выход занять выгодную позицию и объяснить волкам, что с нами нужно считаться.

– Но мы не воины, – начал было Намид.

– Они тоже, – прервал его парень. – Им этого не объяснишь. Драка все равно будет, а лучше места для нее нам не найти.

– Это правда, – поддержал друга Витольд. – У нас нет выбора.

Старик пожал плечами, напрягаясь, внутренне готовясь к неприятностям.

– Давайте найдем кусков льда и камней потяжелее, они пригодятся, – сказал Сурэй.

Сказано – сделано. Набрав метательных снарядов троица, поддерживая друг друга, забралась на самую верхнюю часть холма и стала ждать.

– Помню, как-то один приезжий рассказал мне, что волки боятся огня, – сказал Намид. – Может, разведем костер прямо здесь.

– Пламя на холме будет хорошо видно со стороны, – сказал подмастерья каменщика. – Если нас ищут, то мы сами покажем, где мы.

Старик на это махнул рукой.

– Лучше быть пойманными, чем сожранными заживо.

Он с надеждой посмотрел на сына. Витольд, кивнул.

– Если нас разорвут, увидеть Тамуз все равно не получится.

Сурэй махнул рукой.

– Пойду за ветками.

Когда вершину холма осветил дребезжащий свет огня, вой слышался уже совсем рядом. Волки показались, едва солнце скрылось за горизонтом. С холма была хорошо видна стая. Нельзя сказать, что она поражала своим числом. Витольд насчитал двенадцать голов.

Они шли медленно, настороженно, с опаской повернув морды к свету пламени. Крупные животные светло-серой масти, похожие на собак-переростков, двигались в сторону людей. Возглавлял шествие вожак, большой самец с серебристой шерстью, делающей его почти незаметным на фоне снега. Заметив, что преследуемая добыча расположилась на возвышенности и больше не бежит, он сбавил темп и оскалился. Стая сразу повторила его действия.

– Приготовьте камни! – как генерал армии, скомандовал Сурэй, взяв себе кусок побольше.

Троица вооружилась также горящими ветками, используя их, как факелы. Если животные действительно бояться огня, и это не пересилит чувство голода, тогда людей оставался шанс дожить до утра.

– Не отходите далеко от костра, – сказал Намид.

Сказано сделано. Когда вожак пустил свою проголодавшуюся свору в атаку, их встретил град камней. Попадания, заметно тормозили продвижение хищников, взбирающихся на холм. Вот камень попал одному из них в нос, до крови рассекая его. Раздался оглушительный визг и отчаянное скуление, но хищник не отступил, а скаля окровавленную морду, лишь ускорился, желая отомстить наглому человеку.

Наконец, звери забрались на холм, но ринуться на желанную добычу не решились. Они окружили людей, собравшихся вокруг костра, и жадно смотрели на них, скаля зубы.

– Кажется, действует, – сказал Намид. – Они бояться огня.

– А что будет, когда костер догорит? – сказал Сурэй. – Новых веток нам не достать, а если они бросятся разом, нам конец.

На мгновение люди замолчали, обдумывая ситуацию. Слышался только треск веток и рычание волков.

– И что же ты предлагаешь? – сказал старик.

Вместо ответа парень взял кусок льда потяжелей и метнул в ближайшего хищника. Попал, раздался скулеж и злобное рычание.

– Вынудить их на бой сейчас. Пока горит огонь, у нас есть шанс.

Спорить никто не стал, вместо этого на зверей обрушился настоящий град. Долго ждать не пришлось. Разозленные волки, не собирались отступать, но и терпеть издевательства тоже не стали. Голод и ярость гнали их вперед, поэтому, нерешительно, они начали атаковать.

Первый зверь, взобравшийся на спасительную возвышенность, сразу напоролся на копье Сурэя. Вытащив острие из быстро затихшей туши, парень поднял ее над головой и метнул вниз, попутно сбив еще одного почти достигшего вершины, волка. Витольд не мог полагаться на такую силу, и компенсировал ее отсутствие ловкостью и быстротой. Первого метнувшегося к нему хищника, он наотмашь ударил по лапам, и сразу отпрыгнул, уходя от зубастой пасти, после чего добил уколом в шею. Старику не хватало обоих преимуществ молодых людей, единственное, в чем он выигрывал, так это в опыте и умении предугадывать шаги зверей. Отгоняя копьем нападающего на него хищника, старик, уличив момент, когда волк намеревался одним прыжком разобраться с надоедливым человеком, упер свое оружие в землю тупым концом, приняв тело хищника на острый.

Ситуация в бою изменилась, когда атаковал сам вожак. Он был нечета своим соплеменникам, не бросался сходу на людей, действовал смело, но осторожно. Увернувшись от выпада копьем старика, волк вцепился зубами в древко. Несколько мгновений они мерялись силами, пока волк не вырвал острую палку и не швырнул ее с холма вниз, оставляя Намида безоружным. Старик в ужасе отпрянул в сторону стоящих спина к спине парней, отбивавших нападки других волков.

– Ребята, беда! – закричал он.

Витольд решил помочь своему отцу и кинулся с копьем на озверевшего монстра. Вожак также легко увернувшись от атак парня, прыгнул на него, намереваясь вцепиться в горло, но ему помешал Намид, принявшийся лупить ногами по широким бокам зверя.

Изловчившись, хищник вонзил свои длинные, острые зубы в бедро старику. Окрестности огласил крик, полный боли. Вожак не думал отпускать ногу, наоборот, принялся трясти головой, причиняя старику еще большие страдания.

Тем временем, на помощь ему пришел Сурэй, вонзивший свое копье точно в шею волка, увлекшегося своей добычей. От неожиданности и удивления, вожак выпустил старика и уставился на крепкого молодого человека, сумевшего бросить ему вызов. Собравшись было проучить наглого мальца, вожак получил второй копье от Витольда, вошедшее прямо в бок дикому зверю.

Печальный вой пронесся по округе. Оставшиеся волки, приготовившись к последней атаке на возомнивших о себе слишком много, людей, но вдруг, остановились, как вкопанные. Смерть вожака внесла свои коррективы, и лесные хищники предпочли ретироваться, убравшись восвояси.

Воспользовавшись копьем, чтобы разжать челюсти мёртвого зверя, не желавшего выпускать свою добычу, даже после смерти, они освободили Намида. Его правая нога была вся в крови, штанина пропиталась полностью. Старик громко стонал и уже не мог идти. Насколько получилось осторожно, парни распороли ткань и промыли рану снегом, чем вызвали новый приступ боли. Затем разорвав полотенце, имевшееся с собой на бинты, они, как могли, наложили повязку, смоченную снегом, и забинтовали рану.

Решив не останавливаться на ночь, чтобы не спровоцировать новую атаку хищников, ребята соорудили волокушу из веток деревьев и, уложив на нее быстро теряющего силы Намида, продолжили путь. По прикидкам молодых людей, за ночь, они должны были выйти к заветным домикам у озера.

– Не переживай, отец, – говорил Витольд. – Скоро будем в убежище, там отдохнешь.

– Сын, – прошептал старик. – Остановись. Подойди.

Молодые люди послушно сбросили темп, и Витольд склонился над раненым.

– Да отец.

Старик с усилием снял свой талисман и надел ему на шею.

– Пусть он будет у тебя, – сказал он, улыбнувшись. – Мне так спокойнее.

– Зачем? А как же ты?

Намид посмотрел на сына затуманенным взором.

– Я чувствую, твоя мама зовет меня. Главное, следуй намеченной цели, за свободу стоит отдать жизнь.

Витольд осмотрел рану своего папы. Кровь до конца так и не остановилась, продолжая понемногу вытекать. Очевидно, тот волк прокусил какие-то артерии. Сурэй тоже это увидел. Они с Витольдом мрачно переглянулись. У четырнадцатилетнего парня, успевшего за свой небольшой возраст пережить так много бед, на глазах показались слезы, но он ничего не сказал, вместо этого снова принявшись, вместе со своим другом тянуть волокушу.

– Ничего, мы уже почти дошли, – приговаривал он, подбадривая по большей части, самого себя. – Скоро отдохнем и ты, отец, наберешься сил. Мы переждем в тех домиках некоторое время, после чего отправимся в прекрасный город, где к людям относятся с уважением. Там мы все найдем себе работу и будем жить припеваючи.

Так они и шли всю ночь, почти не останавливаясь. Изредка, Витольд давал отцу попить воды из фляги. К еде старик не притрагивался. Когда на небе погасла последняя звезда, их небольшой отряд поднялся на вершину холма, с которого открылся долгожданный вид. В утреннем тумане отчетливо просматривались очертания четырех домиков, стоящих на берегу озера.

– Мы добрались! – обрадовался Витольд. – Герой из другого мира говорил правду. Слышишь отец?

Ответа не последовало. Витольд и Сурэй обернулись. Глаза Намида были открыты, но взор потух. На его лице навсегда застыло выражение облегчения, словно он преодолел что-то очень тяжелое и болезненное и наконец-то обрел покой.

Глава 2

Витольд стоял возле могилы своего отца, последнего родственника. Все его мысли обратились внутрь себя. В памяти возникали образы из детства и последних лет. Намид был хорошим отцом, насколько это оказывалось возможным в мире полном ограничений и трудностей. Он всегда старался участвовать в его жизни и помочь в самые трудные минуты. Теперь зог Намид лежал в мерзлой земле рядом с неизвестной могилой, обнаруженной молодыми людьми возле домиков. Есть ли в этом справедливость? Витольд понимал, что останься они в городе, то вполне возможно, и даже наверняка, никто бы не умер. Рок Торрен хоть торговец и ушлый, но всегда хорошо относился и к нему и к его старику отцу. Сейчас в душе парня ворочались сомнения во всем.

– Он был хорошим человеком, – нарушил молчание Сурэй. – Пусть ему хорошо лежится.

– Мне повезло с отцом, – сказал Витольд. – Пусть его дух покоится с миром.

Хотя эмоции и переполняли душу, он больше ничего не сказал. Слова застряли у парня в горле тугим неприятным комом. На какое-то время стало тяжело дышать. Смерть в их мире была привычным явлением. За свою недолгую жизнь, парни успели на нее насмотреться. Тем не менее, уход близкого человека выбил ребят из колеи. Сурэя тоже, поскольку, он рос без отца и Намид заменил его. Из тягучего оцепенения Витольда вывел голос друга.

– Пойдем обживаться. Твой старик хотел, чтобы у нас все получилось, так давай постараемся ради него.

Кивнув, соглашаясь с правильной мыслью, Витольд пошел за ним. Вожделенное место для отдыха перед большим походом, напоминало зону глубокого запустения. Двое из четырех домиков оказались разрушены. Один полностью, оставшийся без крыши с фрагментами стен, другой частично, без окон, внутреннего убранства, и полностью выстуженный. Два других напротив, оказались вполне пригодны для проживания.

Небольшие одноэтажные домики казались парням хоромами, ведь в Зельде они жили в бараках, разбитых секциями по три семьи. Таких секций насчитывалось десять в каждом здании. Ни о каких удобствах там не было и речи. Именно там и росли Витольд с Сурэем, будучи соседями по секции.

Ребята заселились в домик, наиболее хорошо сохранившийся. Здесь оказалась цела мебель: широкая двуспальная кровать, и книжный шкаф красного дерева, правда, пустой, и обеденный стол с двумя стульями. Особенно порадовало наличие печи, что означало возможность разогреть еду. На черной, закопченной плите имелся железный чайник. Настоящее богатство. В тощих сумках ребят обнаружился небольшой запас солонины, черствых лепешек, остатки травяного отвара и каша в перевязанном веревкой горшочке. Также оставался запас провианта в сумке усопшего Намида. Прежде, чем начать трапезу, ребята, молча отсалютовав покойному родственнику и другу остатками отвара, выпили, почтив его память.

– Думаю завтра утром, если погода будет хорошая, надо отправляться в Тамуз, – прервал молчание Сурэй.

Витольд угрюмо посмотрел на него и ничего не ответил.

– Я знаю, что случилось несчастье, которого мы никак не ожидали, но чем дольше мы будем задерживаться здесь, тем тяжелее будет тебе. Понимаешь?

Его друг кивнул.

– Я только прощусь с ним на рассвете, – сказал сын Намида.

– Мы попрощаемся, – добавил Сурэй. – Он мне тоже был как отец.

Стемнело довольно быстро. Трагическая смерть мудрого зога, полностью отрешила ребят от внешнего мира. Набрав достаточно дров в доме напротив, который, как понял Сурэй, разобрали именно для этого, они натопили печку так, что стало тепло, даже жарко. На ночлег друзья решили расположиться в одном доме. Оставаться ночью порознь, было страшно, никто ведь не знал, какие соседи могли жить ночью в лесу и заявиться на огонек, приманенные дымом из трубы и тусклым светом зажженной печи в окне.

Обыскав дом в поисках чего-нибудь полезного, Витольд вдруг наткнулся на старую, пожелтевшую от времени книгу. Она одиноко лежала на средней полке шкафа. Единственная книга в доме. Витольд в отличие от Сурэя, умел читать. Его отца, всю жизнь пробывшего подмастерьем торговца и ростовщика Рока Торрена обучили грамоте и двум языкам, морогскому и древнему человеческому, последнему осколку цивилизации людей в этом мире. Оборотистому дельцу просто необходим был помощник, умеющий считать, выполнять письменные поручения и проводить регулярную опись вверенного хозяйства. Намид счел нужным передать полученные знания своему сыну. Витольд поначалу противился обучению, предпочитая, как и Сурэй, жить без этого и считая учебу пустой тратой времени, но постепенно вошел во вкус. У него даже появилась своеобразная интеллектуальная жажда новой информации. Он читал все, что попадалось под руку. Особенно любил книжки про время до вторжения морогов. Их оставалось очень мало, и все они обладали жалкими крупицам информации.

В этот раз ему в руки попал настоящий кладезь знаний о главной интересующей его теме – вторжению морогов. Само название «История великой бури» заставило парня заворожено смотреть на обложку, пробудив настоящую жажду. Начав знакомство с чтивом, Витольд уже не мог оторваться. Буквально проглатывая страницу за страницей, парень не заметил, как его друг, осуждающе посмотрев на него, завалился спать. Витольд продолжал сидеть перед печкой, подкидывая заготовленные ранее дровишки, в ее тусклом свете погружаться в историю своего мира. Перелистывая пожелтевшие от времени страницы, он понял, что нижний мир не всегда являлся холодной пустыней, как сейчас. Здесь было достаточно тепло, процветали реки, озера, густые леса полные дичи. Когда люди пребывали на вершине своего могущества, построили машины для передвижения по воздуху и по морям, которые Витольд и представить себе не мог, произошло событие, именуемое неизвестным автором «Великой бурей». Явление, начавшееся с увеличения количества массовых разрушительных катаклизмов природы, вроде штормов и ураганов, и завершившееся мощной геомагнитной бурей, в считанные мгновения уничтожило всю продвинутую технику, и фактически, отбросило цивилизацию на столетие назад. Дальше произошло то, чего никто из жителей тогдашнего нижнего общества не ожидал. Повсеместно стали открываться врата в небытие, как называлось это на пожелтевших от времени страницах, и оттуда хлынули страшные существа с серой кожей.

Как выяснилось, родной мир морогов, как они себя называли, погибал от неизвестной автору катастрофы, и они почти всем народом эмигрировали к своему ближайшему соседу. Конечно, местное население поначалу сопротивлялось, беспорядки и выступления бушевали в этом мире несколько лет, но без современных технологий, к которым привыкли коренные жители, к победе это не привело. Так человечество быстро стало расой второго сорта, полностью подчинившееся своим новым хозяевам. Климат после слияния миров быстро разрушался и на всей планете наступил глобальный ледниковый период.

Когда Витольд дочитал последнюю страницу книги, за окном уже забрезжил рассвет. Он бережно положил найденное в пустом доме сокровище в свою сумку. Парню стало ясно, что ознакомиться с описанием реального положения дел, захотят многие. Сердце молодого человека преисполнилось ненавистью и злобой. «Они пришли и силой забрали у нас счастливый мир, превратив его в кошмар для людей!»: думал парень.

– Придет день, когда появиться человек, который заставит вас пожалеть о случившемся и расплатиться по всем долгам, – произнес Витольд.

С этими словами он и уснул прямо на полу возле печки.

* * *

Утро нового дня выдалось солнечным и теплым. Снег не шел, что создавало отличную возможность для продолжения намеченного путешествия, что друзья и собирались сделать. Однако перед этим оставалось отдать долг памяти. Плотно позавтракав перед длительным путешествием и собрав сумки, парни напоследок остановились перед последним пристанищем Намида.

Они по примеру соседней могилы, воткнули в мерзлую землю доску, на которой Витольд ножом нацарапал имя своего отца.

– Лежи с миром, – сказал он. – Придет день, и я обязательно вернусь сюда и навещу тебя.

– Мы навестим, – добавил Сурэй. – А теперь нам пора. Вы бы хотели, чтобы у нас все получилось. Поэтому мы продолжаем путь.

Постояв еще немного, не зная, что еще добавить, молодые люди, развернулись, и, не оглядываясь, направились на восток, где их ждал город свободы.

Глава 3

Идти по замерзшему озеру было очень удобно, но боязно. Хоть Сурэй твердил, что уверен в крепости льда, но, все же ребята избегали выходить на середину. Там могли оказаться промоины, а тогда – пиши пропало. Оглядываясь назад, молодые путики видели удаляющиеся силуэты домиков, ставших временным убежищем и своеобразным памятником Намиду. Витольд знал, что если бы в схватке с волками обошлось без потерь, они бы остались там намного дольше. Это место стало своеобразной границей, отделившей их старую жизнь от новой. Глядя назад, парню взгрустнулось, но, сделав над собой усилие, он отвернулся и больше не оглядывался, уходя все дальше в манящую неизвестность.

Меньше часа ушло на то, чтобы выйти на противоположный берег, зато дальше путь резко замедлился. Снега было так много, что продвижение почти остановилось, и ребята решили отдохнуть. Для привала выбрали место в лесу, простирающемся от озера дальше на восток. Деревья здесь росли жиденько, и на снегу валялось множество сухих веток. Быстро разведя костер с помощью отцовского огнива, Витольд принялся подогревать лепешки с вяленным мясом, а Сурэй решил не терять время зря и соорудить подобие лука. Благо материал для этого в изобилии валялся под ногами.

– Я еще помню, как ты охотился на крыс, – улыбнулся Витольд, глядя, как его друг собирает подходящие по размеру деревяшки. – Помню, какими вкусными они были, когда их готовил мой отец.

На миг парню взгрустнулось. Тоска по безвременно ушедшему Намиду снова нахлынула. Момент из детства, о котором он вспомнил, глядя на друга, заставил Витольда порадоваться тому, что у него остался еще один близкий человек, на которого всегда можно положиться.

Холод не ощущался. То ли потому, что парни привыкли к нему еще с детства, то ли из-за того, что они приближались к своей цели, и это грело лучше жаркой печи. Когда Сурэй развел костер и принялся, наконец, делать лук, то Витольд услышал от него долгожданный вопрос.

– А что это за книжку ты читал всю прошлую ночь? Ты ведь ее и с собой прихватил, ведь так?

Младший товарищ улыбнулся.

– Это описание событий нашествия морогов. Я отыскал там ответы на многие вопросы.

– Например?

Сурэй орудовал ножом, сдирая кору с гибких веток тонкими полосами, заготавливая материал для тетивы.

– Какими были люди до их прибытия, почему не смогли выгнать захватчиков, – сказал парень.

– Это и так понятно, что слабыми, иначе не мы им, а они бы нам прислуживали.

Витольд вздохнул.

– Не все так просто. В книге описывается, что мир морогов погибал, и чтобы сбежать к нам, они объединили их, стерли границы. Из-за этого, случилась великая буря, которая уничтожила машины старых людей, и они оказались беззащитными против врага, которого не ожидали.

– Коварные твари, это на них похоже, – сплюнул на снег Сурэй. – А в этой книге не сказано, что нам делать теперь, чтобы освободиться?

Витольд помотал головой.

– Тогда она бесполезна.

– Здесь ты не прав. Если мы будем помнить свое прошлое, то не повторим старые ошибки в будущем.

– Было бы что повторять, – грустно сетовал старый друг.

– Я верю, что когда-нибудь люди вернут свободу, – сказал Витольд. – И эта книга поможет многим поверить.

Сурэй на это только мрачно промолчал, красноречиво выражая свое мнение.

Закончив лук, он взял заостренную палку без оперения и сделал пробный выстрел. Стрела угодила точно в ствол ближайшего дерева, растущего в десяти шагах.

– Это лучше, чем с палками и камнями, – сказал он.

Сделав еще десяток таких стрел, и дав своему другу оружие в виде дубины, выструганной из длинной ветки дерева, Сурэй немного успокоился, и ребята продолжили путь. Лес становился все гуще, а дневного времени все меньше. Вскоре ребята подумали о месте для ночлега. Перспектива спать под открытым небом не радовала. После недавней битвы с волками, в которой они потеряли близкого человека, парни мечтали как можно скорее прибыть в город, ставший их целью. Именно поэтому, найденная в одном из занесенных снегом каменистых холмов, пещера так воодушевила ребят. Они нашли ее случайно, проходя мимо. Остановившись перед зияющим черным входом, друзья быстро сделали подобие факела, обмотав дубину Витольда небольшим куском сухой материи, и воспользовавшись огнивом. Осторожно, они двинулись вперед. Сурэй держал лук наготове. Неизвестно, что ждало внутри.

Пляшущее от сквозняков пламя, осветило свод пещеры, низкий потолок, широкий проход. Под ногами часто попадались толстые корни деревьев, переплетенные между собой. Приходилось то и дело смотреть вниз, чтобы не споткнуться. Дальше в проходе снега не было и стало ощутимо теплей. Витольд уже представил, что сможет выспаться в относительном комфорте и безопасности. Когда туннель закончился большой полостью под холмом, они поняли, в насколько огромной пещере оказались. Тусклый свет проникал сюда через узкую трещину в потолке. Он усиливался, отражаясь от снега, нападавшего сверху. Свет факела теперь лишь придавал четкости пространству вокруг, а общие очертания нового места просматривались и без него. Осторожно исследуя пещеру, которая имела круглую форму, Сурэй держал свой лук наготове, что придавало ребятам немного уверенности.

Свет выхватил из полумрака впереди очертания чего-то бесформенного, словно кто-то свалил в кучу мешки с мусором или чем-то еще. Подойдя ближе ребята замерли, осознав увиденное. Перед ними в пятне замерзшей черной крови лежали тела четверых морогов. В отличие от виденных в Зельде солдат, к которым парни привыкли с детства, эти были другими. Одеждой всем служили меховые комбинезоны серого и коричневого цветов с плотными кожаными вставками. Вещи явно не дешевые, уж точно не по карману людям. У всех тяжелая одинаковая обувь. Кроме одежды просматривалось еще кое-что общее. Длинные рваные раны, проходящие поперек тел, явно имели сходство и были нанесены одним и тем же оружием. Очень глубокие, в некоторых местах, казалось, они делили свою жертву пополам. Еще одной деталью, не укладывающейся в головах парней, было оружие. Два боевых шеста с металлическими вставками, излюбленное оружие морогов, нечто похожее на копье с широким длинным наконечником, короткий металлический жезл и разложенная подзорная труба, беспорядочно валялись возле трупов. Получается кто-то убил отряд вооруженных морогов, не стал забирать это хорошее и дорогое оружие, и самое главное, мог все еще находится в этой пещере.

В этот момент из дальней части подземелья, где еще не успели побывать ребята, послышались низкие утробные звуки, напоминающие ворчание, явно не сулившее ничего хорошего. Парни переглянулись, и как по команде, направились к выходу из пещеры, но сбежать не удалось. Из густого полумрака выбралось что-то большое и, явно угадывая их намерения, перегородило единственный выход.

От страха, и желая посмотреть, с чем они столкнулись, Витольд бросил факел прямо на звук рычания. Источающая свет деревяшка не долетела до препятствия, а упала прямо перед ним. Этого оказалось достаточно, чтобы от увиденного у ребят перехватило дыхание. В двадцати шагах от них стоял настоящий исполин, байл, существо, которым их в детстве пугал Намид, наказывая за непослушание. Зверь на четырех лапах, холкой почти касался неровного каменного свода пещеры. Серая свалявшаяся шерсть на боках делала зверя, словно сотканным из снега. Огромная голова была обращена на двух молодых людей, по злой иронии судьбы оказавшихся в этом склепе. Внезапно появившийся перед исполином огонь, слегка озадачил его, явно намеревавшегося легко разделаться с новой добычей. Зверь на миг замер и, отпрянув от затухающего в снегу факела, громогласно заревел. Этот звук раскатом грома пронесся по пещере, заставив Витольда и Сурэя выйти из ступора, и начать что-то делать.

Сурэй, осознавая бессмысленность своих действий, выпустил стрелу в грозу лесов этого мира. Он попал. Стрела угодила в переднюю лапу монстра, застряв в толстой шкуре. Витольд тем временем, метнулся к трупам морогов и, подняв с пола боевой шест, повернулся к чудовищу. Байл атаковал стремительно. Словно снежная лавина, разъярившийся зверь, перемахнув через факел, кинулся на ребят. От молниеносного выпада, неуклюжего и громоздкого, на первый взгляд, тела, их спасло то, что в последнюю секунду парни кинулись в стороны, пропустив тяжелую тушу вперед. Грузно топоча, не в силах противостоять инерции, монстр врезался в стену пещеры. Удар был настолько силен, что сверху посыпались мелкие камни и клубы снега из расщелины.

– К выходу быстро! – закричал Витольд, обрадовавшись, что путь свободен.

– Нет! – закричал Сурэй. – Убежать от него мы не сможем. Надо сражаться!

С этими словами он начал выпускать в монстра, копошащегося у стены, слегка ошеломленного после неудачного столкновения, стрелу за стрелу за стрелой.

– Ты сошел с ума! – закричал его друг. – Посмотри на убитых им морогов! Их было больше нас!

– Хочешь бежать – я тебя не держу! – сказал подмастерье каменщика.

Байл тем временем пришел в себя и снова понесся на своих жертв. На этот раз для атаки он выбрал одну цель, более мелкую и судя по всему, слабую. Витольд закричал, когда на него прыгнул самый опасный зверь их мира. От страха парень выставил перед собой шест, который держал в руках, что и спасло ему жизнь. Наткнувшись на него своей пастью, уже готовясь насладиться человечиной, байл напоролся на препятствие и взревел от боли. Воспользовавшись мгновением, когда монстр отвлекся, паренек метнулся в другую сторону, подальше от массивной туши. Все это время Сурэй продолжал стрелять из лука. Зверь уже был похож на огромного снежного ежа, утыканного деревянными иглами, вот только никакого эффекта это не давало. Все застревало в толстой шкуре, не причиняя вреда плоти чудовища.

Истратив последнюю стрелу, Сурэй швырнул ставший бесполезным лук в бегущего к нему монстра и отпрыгнул в сторону, перекатившись по мерзлой земле. Поднявшись на ноги парень, вместе со своим другом вновь склонились над оружием, оставшимся от грозных некогда воинов. Юный каменщик поднял тяжелое копье с широким длинным наконечником, а Витольд взял жезл, перехватив его на манер дубинки. В этот раз они не стали ждать новой атаки, а от безысходности с одной стороны, наполненные гневом и страхом с другой, сами пошли на монстра.

Закричав, исторгнув из легких все до последнего звука, Сурэй вонзил копье в бок зверя, вложив в удар всю оставшуюся силу. Не ожидав такой наглости, байл взревел и взмахнул могучей лапой с длинными загнутыми когтями, похожими на крюки. Копье разломилось надвое, оставив, однако железный наконечник в теле монстра, а державший его подмастерья кубарем повалился на пол.

Глаза байла налились красным, он, желая мести, склонился над поверженным Сурэем, который в ужасе закрыл глаза, ожидая неминуемой участи. Витольд дико закричал и подбежав к монстру, принялся лупить его своей металлической булавой. Гроза лесов и снежных равнин даже не удостоил его вниманием, раскрыв пасть и собираясь, разделаться с непокорной добычей.

Как вдруг, случилось то, чего не ожидал никто, ни Сурэй, ни сам Витольд, ни собравшийся пообедать байл. Во время очередного удара по зверю, парень почувствовал ярость, представив, что это чудовище сможет лишить его последнего близкого человека в мире, и вложил в удар все эти чувства. Ослепительная синяя вспышка озарила полумрак пещеры, на миг, ослепив, державшего жезл Витольда. Сразу же запахло паленым. Когда парень открыл глаза, перед ним предстал лежащий без движения монстр с опаленной шкурой, и ошеломленно глядящий на него живой и здоровый Сурэй.

Глава 4

Спустя пять дней блужданий по заснеженным лесам и равнинам двое подростков, поняли, что движутся в правильном направлении. В одно утро, порадовавшее их солнцем и ясным небом, ребята поднялись на холм, с которого отчетливо просматривались ближайшие окрестности. Меж заснеженного темно-зеленого хвойного моря, отчетливо просматривалась дорога. Завидев ее, парни напряглись. С высоты было отчетливо видно, что по широкой, утоптанной дрезами колее, шла многочисленная процессия. Деталей с высоты не разглядеть, но кто еще мог так действовать в этом мире, если не мороги. Решив удостовериться, Витольд достал из своей походной котомки подзорную трубу, что забрал из пещеры.

От увиденного он остолбенел и, передав оптику Сурэю, увидел такую же реакцию своего друга. По дороге шла большая колонна, состоявшая из пяти повозок, запряженных дрезами, и несколько десятков пешеходов. Особенностью, поразившей друзей, было то, что все участники шествия оказались людьми. Поскольку повозки открытые, с возницами и несколькими сопровождающими, а также грузом, можно утверждать, что там нет ни одного морога. Еще одним моментом являлось отсутствие в толпе женщин и детей.

– Что думаешь? – спросил Витольд.

– Думаю, это наш шанс, пошли! – подмигнул Сурэй, и начал быстро спускаться с холма.

Пожав плечами, молодой человек последовал за другом. Холм по большей части имел пологий рельеф, хоть и попадались неровности и мелкие обрывы. Поэтому, решив сэкономить время, парни просто сели на сумки и быстро скатились вниз.

Завидев двух молодых парней, облаченных, однако, в дорогую походную одежду, какую не на каждом серокожем увидишь, с внушительным оружием, многие в процессии уважительно закивали головами. Увидев такую реакцию, парни немного расслабились, убедившись в правильности своего решения избавиться от своих лохмотьев. Даже разорванная могучими когтями байла форма морогов, выглядела лучше и представительней.

– Подмастерья охотников? – спросил один из людей в толпе, полный мужчина средних лет в сером шерстяном балахоне.

Ребята, переглянувшись, кинули.

– Значит, вас сразу возьмут, – вздохнул мужчина. – Я то, к примеру, подмастерья рыболова, куда уж мне.

Из разношерстной толпы, где наблюдались люди разного возраста, и убранства, донеслись нестройные голоса, сетующие на то же самое, только упоминались другие, вполне мирные, профессии.

– Возьмут куда? – сказал, Витольд.

– Да ладно, не прикидывайтесь, – сказал рыбак, заговоривший самым первым. – Видно же, что тоже идете в Тамуз, наниматься караванщиками в проклятый лес.

Ребята, вновь переглянулись, но промолчали, потихоньку примкнув к людскому потоку. Из толпы, помимо любопытных и восхищенных взглядов, ребята почувствовали и явно враждебные. Группа из четверых мужчин, идущих впереди, очень недобро косилась на молодых парней щегольском наряде. Один из них, высокий широкоплечий с седой бородой, был явным лидером. Кивнув своим товарищам, явно моложе его, они начали медленно смещаться в хвост процессии, туда, где последними шли Витольд с Сурэем. Друзья за свои юные годы, успели пройти через достаточное количество передряг, чтобы загодя чувствовать опасность. Так произошло и в этот раз. Заметив недобрые движения в свою сторону, ребята приготовились к неприятностям.

– Эй вы, сосунки! – пророкотал бас бородача, он приближался. По бокам появились его дружки, явно намереваясь окружить их.

– Это ты нам? – с вызовом сказал Сурэй.

– Здесь нет других щеголей! – сказал здоровяк. – Я вот подумал, может вы беглые воры, и стащили эти шмотки у своих хозяев?! Негоже ряженым соплякам отнимать хлеб у старших. Лучше отдайте свои игрушки нам, вы ведь, и пользоваться ими не умете, так?

Процессия замерла, все внимательно смотрели на готовящуюся разразиться заварушку. Судя по взглядам многих людей, думали они точно также, как и решившая действовать четверка. Сурэй достал лук и, быстрым движением, вложив стрелу, прицелился в ближайшего подручного бородача, тот замер в нерешительности, глядя то на парня, то на своего босса. Витольд поморщился, он никак не хотел драться, а тем более убивать кого-то из людей, ведь они были хотя бы его соплеменниками, а настоящий враг был другим. Разозлившись на желающих обокрасть их, парень резко вытащил жезл, спасший их в пещере и, вложив в движение свое негодование, сделал выпад в сторону бородача. Раздался оглушительный треск, людей ослепила яркая вспышка и под ноги главаря ушла молния. Земля вздыбилась, сбив его, и стоявших рядом людей с ног, обдав их брызгами грязи. На миг воцарилась тишина, каждый участник процессии, включая бородача, был ошеломлен. На лицах некоторых людей читался страх.

– Мы не воры и знаем, как обращаться с оружием, – спокойно сказал Витольд. – Спасибо за беспокойство.

Бородач с подручными согласно закивали и поспешили ретироваться, уйдя в центр процессии. Дальнейший путь к Тамузу прошел спокойно.

* * *

Города они достигли к вечеру. Солнце еще не успело спрятаться за горизонтом, как лес поредел, оставив после себя снежную равнину. Вдали показались очертания долгожданного Тамуза. Город, как и все населенные пункты этого мира, был обнесен высокими крепостными стенами. Под ними широкой синей змеей расположилась скованная льдом река, тянущаяся далеко в обе стороны от города. Через ледяную преграду проложен каменный мост, шедший прямо до городских ворот, перед ним стояли стражники. Десяток морогов в необычной для них однотонной светло-серой форме без опознавательных знаков, но все с теми же боевыми шестами, внимательно следили за приближающимися людьми.

Перед мостом красовался деревянный плакат длиной с размах рук среднего человека, прибитый на толстую жердь. На нем виднелся схематичный рисунок группы деревьев и большой, вырезанный заголовок «Проклятый лес». Под рисунком, при ближайшем рассмотрении, обнаружились еще два предложения: «Работа для людей. Большое вознаграждение». Витольд рассказал смысл увиденного своему другу, и тот сразу оживился.

Тем временем, идущие впереди процессии вступили в разговор со стражниками. В отличие от ожиданий уроженцев Зельда, все происходило вполне вежливо и достаточно быстро. Мороги задавали людям короткие вопросы, получали ответы и спокойно пропускали в город. Витольд на своей памяти не видел такого никогда. Обычно серокожие старались всячески подчеркивать свою избранность и превосходство над человечеством. Очередь к мосту, образовавшаяся сразу после того, как стража принялась опрашивать людей, начала понемногу редеть и Витольд с Сурэем стали приближаться к стражникам. Парни напряглись. Руки самопроизвольно легли на оружие. У Витольда им стал могучий жезл, второй раз выручивший из передряги, а подмастерья каменщика не спешил расставаться со своим луком.

Завидев двух молодых парней, облаченных в нехарактерную для них одежду, мороги оживились и жестом остановили их. Вперед вышел один из серокожих, вероятно их командир. Его взгляд скользнул по оружию юношей, особенно задержавшись на боевом жезле.

– Кто вы такие и откуда идете?

Говорить решил Витольд, а Сурэй, сделал вид, что немой, и правильно.

– Мы подмастерья охотников идем издалека. Вся округа наслышана о щедром предложении дедрарха Тамуза.

– Так-то оно так, но откуда у молодых подмастерьев такое оружие? Может вы обчистили своих мастеров и сбежали, а?

Сурэй уже был готов всадить стрелу в самоуверенного морога, но Витольд сделал то, чего от него никто не ожидал, в том числе он сам. Вместо того, чтобы глупо молчать, оправдываться или хвататься за оружие, парень вышел вперед и, глядя командиру стражников прямо в глаза, сказал.

– Ну и что с того? Если два молодых человека смогли провернуть такое дельце, значит, выполнить задание вашего дедрарха им будет точно по плечу.

На мгновение воцарилась тишина. Озадаченный неожиданно наглым поведением человека, морог замешкался, а Витольд тем временем продолжал сверлить его взглядом, сохраняя внешнюю уверенность, что далось ему с большим трудом. Наконец командир стражников усмехнулся и отступил назад, давая ребятам дорогу.

– Что ж, будь по-твоему. Посмотрим, как вы себя покажите. Пропустить их!

Стражники расступились, освобождая путь на мост и Витольд сразу же сделал первый шаг, потянув за собой замешкавшегося Сурэя. Его крепкий друг все еще держался за лук, до конца не веря, что им удалось избежать самоубийственной драки.

– Как ты это сделал? – сказал он, когда ребята были уже на середине моста.

Со стен на них смотрели воины, с точно такими же магическими жезлами, как у Витольда, но только применить их они не спешили.

– Я решил, что терять все равно нечего, а от юнца такого явно не ожидали, – ответил он, также переводя дух. Витольд был напряжен не меньше друга, но, в отличие от него, умел это скрывать.

– Пока нам везет, – только и смог ответить Сурэй.

Тем временем городские ворота, имеющие почти половину высоты стен, открылись перед гостями города. Долгожданная новая жизнь началась.

Глава 5

Самолет плавно опустился на посадочную полосу. Белый и изящный, как альбатрос, он прошествовал по окрестностям и, заняв свое место в ряду собратьев, стоящих в ожидании полета, исторгнул пассажиров из своего чрева.

Спускаясь по подогнанному трапу, многие люди потягивались, и крутили головами, разминая затекшие суставы и прогоняя сонливость после долгого рейса. Один мужчина, спускавшийся последним, задержался на трапе, осматривая окрестности. Синее летнее небо, утреннее солнце и люди, усаживающиеся в подъехавший автобус. Ничего необычного. Усмехнувшись чему-то своему, взвесив в руке небольшую красную сумку, бывшую его ручной кладью, человек проследовал в автобус. Окинув взглядом разношерстную группу бывших пассажиров, он посмотрел на часы, а после занял место возле окна и принялся наблюдать, как мир за стеклом плавно сдвинулся с места и пришел в движение. Было начало седьмого утра, но несмотря на такой ранний час его ждали. Вид взлетной полосы сменился на здание терминала аэропорта. Неторопливо, пропустив вперед спешащую толпу, человек вошел в здание.

Знакомое лицо довольно быстро обозначилось среди встречающих. Невысокий тучный мужчина средних лет в синей клетчатой рубашке с отчетливо заметными на ней пятнами пота, приветливо махнул рукой. Вошедший человек деланно улыбнулся и направился к нему.

– Здравствуйте Станислав Кузнецов! – сказал толстяк, протягивая пухлую руку.

– Здорово Саныч, что так официально? – сказал человек, ответив на рукопожатие.

– Да мы уже все знаем, – сказал он. – Босс направил меня, чтобы лишний раз удостовериться и вручить благодарность.

– Ясно, – сказал Станислав.

Открыв сумку, он извлек оттуда толстый конверт формата «А4» и передал встретившему его Санычу. Торопливо открыв подношение, он извлек оттуда стопку договоров. Быстро пролистав их, удостоверившись в наличии печатей и подписей в нужных местах, он удовлетворенно улыбнулся и, вернув их на место, снова запечатал.

– Через два часа на твой счет будет переведена оговоренная сумма, – сказал Саныч. – Хорошая работа. И как тебе удалось убедить этих, мягко говоря, несговорчивых типов?

– Просто повезло, – небрежно ответил Кузнецов. – Если не возражаешь, я пойду, устал с дороги.

– Конечно, конечно. Может, вызвать такси?

– Не надо, я сам.

Распрощавшись с встречавшим его толстяком, Станислав достал смартфон и воспользовался приложением популярной в последнее время службы такси. Медленно покинув аэропорт, он принялся ждать.

На больших электронных часах, установленных у входа, была половина седьмого утра, впереди оставался еще целый день. Равнодушно проходя мимо дежурящих у аэропорта зазывал, которые обычно ломили втридорога, он заприметил подъезжающую машину с логотипом нужной фирмы и направился к ней. Из автомобиля вышел приветливо улыбающийся водитель. Невысокий, щуплый, облаченный в форменную одежду с надписями того же таксопарка, что и нам машине, услужливо положил сумку в багажник, и предложил своему клиенту устроиться в салоне. Разместиться человек решил на заднем сиденье. Поскольку нужный ему адрес был назван заранее, еще при вызове, пассажир откинулся на спинку, прикрыл глаза и попытался заснуть. В машинах его часто укачивало, чего не скажешь о других видах транспорта, даже о поездах. Ему помешали.

– Где были, если не секрет? – вернул пассажира к реальности вежливый, но при этом требовательный, с нотками непреклонности, голос.

Пассажир открыл глаза, посмотрел сначала в окно, там мелькала трасса, между городом и аэропортом было около трех километров. Устремив взгляд на водителя, он обнаружил, что тот внимательно следит за ним через зеркало заднего вида. Первым порывом хотелось проигнорировать вопрос, но, он все же, ответил.

– На востоке.

Клиент ожидал, что такая неоднозначная фраза повлечет за собой уйму вопросов, но ошибся. Вместо этого водитель неопределенно хмыкнул и резко перешел на другую тему.

– Как я понимаю, вы любите путешествовать?

Человек неопределенно пожал плечами, что было воспринято за положительный ответ.

– Знаете, уважаемый, мой брат владеет турагентством, с уникальными предложениями. Экстремальные походы по пустыням и горам востока, ледяным лесам севера, и многим другим местам. Есть даже тур в виде исторической реконструкции, когда все участники облачены в наряды, принятые в данной конкретной местности, сотни лет назад. По чистой случайности у меня с собой сегодня оказался экземпляр договора с этой компанией. Желаете взглянуть?

Пассажир такси открыл глаза и посмотрел на своего водителя чуть более внимательно. Как бы невзначай он потер обручальное кольцо на безымянном пальце и на мгновение, замерев, кивнул. Его подозрения оказались верными.

– Да, конечно, – сказал он таксисту. – Только где-нибудь в спокойной обстановке.

Станислав кивнул на появившиеся за окном виды городских кварталов.

Таксист понимающе улыбнулся и направил машину в один из промышленных районов города, всегда располагающихся на окраинах. В ранний час корпуса заводов и складов выглядели заброшенно. Рабочий день еще не начался, даже встречных машин почти не было. Остановившись на пустыре возле одной из многочисленных стен, тянущейся на несколько десятков метров, водитель вопросительно посмотрел на своего клиента.

– Давайте выйдем, поговорим на свежем воздухе, – сказал Кузнецов, открыв дверь, не дожидаясь ответа.

Таксист, пожав плечами, последовал за ним.

Когда они оказались на улице, он протянул Станиславу бумаги своего, так называемого брата. Тот взял их. Семь листов мелкого печатного текста, и одна фраза, между строк, которую Кузнецов сумел рассмотреть опытным взглядом. Все как всегда.

– Ну как, условия нравятся? – с улыбкой спросил водитель.

– Очень, – сказал Кузнецов. Его лицо осталось серьезным, когда таксист с улыбкой протянул ручку.

Одно быстрое движение, которое от него никак не ожидало существо в облике человека, и оно уже висело прижатое сильной рукой к стене за горло. Лицо лжеводителя исказилось и посерело, глаза стали красными, как у зомби в фильмах ужасов. Поначалу монстр пытался бороться с неожиданно напавшим на него человеком, пытался вырваться из хватки, контратаковать руками и ногами, но видя тщетность попыток, прекратил сопротивление и на его сером лице застыло удивленное выражение.

– Как ты это сделал человек? – прохрипел морог.

– Я знаю, кто ты на самом деле, и все про твоих собратьев, – спокойно ответил Станислав. – Убирайтесь из верхнего мира, пока жизнь дорога!

– Если ты знаешь нас, то должен понимать, что я не могу этого сделать потому, что таков закон моего народа. Каждый морог должен приносить добычу из разных миров к ногам своего дедрарха иначе нельзя.

– У каждого есть выбор, – сказал Станислав. – Ты можешь либо убраться отсюда куда-то еще, либо задуматься стоит ли умирать за своих дедрархов. Они так важны для тебя?

На мгновение воцарилась тишина. Лжетаксист обдумывал его слова и вскоре попросил отпустить его. Внимательно следя за морогом, контролируя каждое его движения, он опустил его на землю.

– Хорошо человек, я найду другое место и обдумаю твои слова, но ты помни, что я могу вернуться и отомстить.

– Конечно можешь, – сказал Кузнецов. – Только мы сами вольны творить судьбу и должны это осознавать.

Посмотрев на человека еще несколько мгновений, морог поднял руку с зажатым в ней прозрачным кристаллом и, сжав его, растворился в пространстве. Станислав пожал плечами и уныло посмотрел на пустое такси. Задумавшись на мгновение, он забрал из багажника свои вещи, и пожав плечами, медленно зашагал в сторону дома.

* * *

После непродолжительного звонка в дверь, за ней послышались торопливые шаги и она отворилась. На пороге появилась женщина, ради которой Станислав готов был совершать подвиг за подвигом каждый день. Стройная блондинка одетая в фиолетовый махровый халат, бросилась на шею своему мужу. Тот заключил ее в страстные объятия.

– Ты всегда встречаешь меня как в тот раз, – сказал Кузнецов, чуть отстранив супругу. – Пора уже привыкнуть, что все закончилось хорошо.

Оксана кивнула.

– Я знаю, наш сын помогает мне в этом.

При упоминании о малом, Станислав повеселел. Оставив сумку возле двери, он разулся и прошел в маленькую комнату, отведенную в их двушке под детскую.

– Как поживает Сашка?

– Все хорошо, – послышался за спиной голос жены. – Сам проверь, только тихо, он спит.

Детская была почти полностью очищена от мебели. Там стояла только кроватка и небольшой комод с детскими вещами. Меж деревянных прутьев ограждений ложа, просматривались очертания маленького свертка. Осторожно, стараясь не издать малейшего звука, Станислав смотрел, как спит его запеленованный полугодовалый ребенок.

В этом маленьком человеке поглядывали черты одновременно и Станислава и Оксаны. Беззащитная безмятежность завораживала отца. Казалось, ребенок полностью доверяет окружающему миру, он расслаблен, словно лежит на облаках. Жена тихо подошла сзади и обняла мужа.

– Он спит так безмятежно и спокойно, – прошептал Кузнецов. – Я так уже никогда не смогу.

– Наша с тобой задача, чтобы он мог так всегда, – сказала жена.

Станислав кивнул.

– Пойдем на кухню, я приготовила завтрак.

– Только приму душ и переоденусь с дороги.

Покинув детскую, глава семьи зашел в ванную комнату, где с удовольствием стащил с себя грязную одежду, положил в корзину для белья и с радостью подставил свое тело под живительные струи прохладной воды. Несколько мгновений он стоял с закрытыми глазами, наслаждаясь, а потом, смыв с себя остатки дорожной усталости, насухо вытерся полотенцем и вышел из ванной.

Станислав зашел в большую комнату, служившую одновременно и спальней, роль кровати здесь играл раскладной диван, и залом, где на стене висел большой телевизор, и стояли несколько мягких кресел для гостей. Достав из узкого шкафа со своими вещами набор домашней одежды, Кузнецов направился в кухню.

Здесь его уже ждал накрытый стол и любящая жена, сидящая возле. С удовольствием отведав своего любимого острого красного борща, Кузнецов почувствовал, что действительно вернулся домой.

– Как твоя командировка? – сказала Оксана, наблюдая, как голодный муж с аппетитом поглощает яства.

Вместо ответа Станислав достал из кармана смартфон, посмотрел на экран и удовлетворенно кивнув, показал супруге сообщение о поступлении денег.

– Отлично! Можем прикупить мебель для детской. С нашей ипотекой только и надеяться на твою финансовую удачливость. Все подтвердилось?

– Да, он морог, – жуя, ответил Кузнецов. – Как только почувствовал на себе силу талисмана и понял, что я знаю, кто он такой, сразу прекратил играть роль крутого директора и все подписал.

– Я рада, что ты справился. В конторе тебя наверняка уже считают переговорщиком от бога, да?

Станислав улыбнувшись, кивнул.

– Мне эти мороги стали попадаться гораздо чаще, чем я думал. Сегодня вот им оказался таксист. Должна же от них быть хоть какая-то польза?

Оксана поморщилась.

– От паразитов не может быть ничего хорошего. С ними просто нужно разобраться.

Успевший к этому моменту расправиться с порцией первого, муж, приступил к своим любимым сэндвичам с курицей, запивая их кофе.

– Жаль не все так просто, – сказал он. – Ты представляешь, сколько их внедрено в наше общество? Думаю, счет идет на сотни тысяч, а есть ведь и другие миры.

– Мне кажется, единственное, что может заставить их всех убраться восвояси – это проблемы дома, в нижнем мире, – сказала Оксана. – Катаклизм или революция, что-то в этом роде.

Кузнецов пожал плечами.

– Я видел местных людей, они забиты, всего бояться, они забыли свою историю и культуру, а без этого пробудить волю к свершениям невозможно.

– Слушай, а ты рассказывал, что встречал там какую-то местную книгу по истории. Значит, мороги уничтожили не все их наследие?

– Этим нужно заниматься, искать, собирать людей. Извне им могло бы помочь только правительство какой-нибудь страны с большими ресурсами, но о них никто не знает, кроме единиц, таких, как мы.

– Значит все бессмысленно, – вздохнула Оксана. – Знаешь сколько злобы у меня на этих тварей? Просто бесконечное количество. После всего, что мы натерпелись, я бы отдала полжизни, чтобы отомстить им.

– Я понимаю, – сказал Станислав. – Единственный шанс для людей нижнего мира это самим о себе позаботиться. Создать что-то вроде движения сопротивления, вот такому процессу помочь гораздо легче, даже таким одиночкам, как мы.

Разобравшись с завтраком, супруги направились в большую комнату, планировать грядущий день.

Глава 6

Тамуз оказался куда больше Зельда. Широкие, вымощенные брусчаткой дороги, по которым, цокая, проносились повозки и отдельные всадники, высокие трех-пяти этажные дома и строения, и огромная серая башня дедрархии, возвышавшаяся над всем городом, все это заставило Витольда и Сурэя, никогда не видевших ничего подобного, ходить с открытыми ртами и глазеть по сторонам. Они продолжили движение общей колонной вместе с остальными людьми, пожелавшими найти в Тамузе лучшую жизнь. Их сопровождали городские стражники, двое шли впереди группы людей, двое сзади. Не для конвоя, а скорее, чтобы показать куда идти.

Чем дольше они проходили по местным улочкам, тем яснее становилось основное отличие этого города от Зельда, и заключалось оно вовсе не в размере и архитектуре. Каждый шедший в колонне человек видел главное чудо в своей жизни. Заключалось оно в отношении к людям. Здесь не было облаченных в рванье, изможденных представителей рода человеческого, мечущихся на морозе, исполняя приказы своих хозяев. Местные люди больше напоминали сытых и праздных горожан, если не ровню морогам, так уж точно не рабов. Особенно заметно это на городском рынке. Он в любом городе был сосредоточением слухов, новостей и лакмусовой бумажкой всего происходящего. Проходя мимо, Витольд обратил внимание на торговцев людей, самостоятельно работающих в лавках, а не бегающих исполнять приказание торговцев. У всех довольные лица.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.