Александрида. Битва на грани. Щ-304
Алекс Динго

© Алекс Динго, 2021

ISBN 978-5-0053-5164-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Александрида. Битва на грани. Щ-304

Алекс Динго

Глава первая

Небеса мартовские над Подмосковьем выглядели чудно и замысловато. Облака лилейные растянулись. И как – то так походили на подводную лодку. Она, казалось, плавно начинала уходить под воду. И отважный капитан направлял субмарину на важное задание. Порошили большие красивые снежинки. И веял чуткий ветерок. Дали белоснежные завораживали не по-детски. Где- то там над диковатым пролеском кружила стая воронья. И те игриво резвились. И гулко каркали во всё горло. На отдалённом шоссе мелькали автомобили, словно игрушечные. На высокой горке виду открывалась небольшая деревушка Мохово. Там серели небольшие, скромные домики. И дорога витой лентой замысловато тянулась по белым скатам. По крутым полянкам петлял местный пёс Душка. Он брёл небыстро. Он средних размеров. Шерсть короткая, жёсткая, бурая. Голова массивная. Глаза круглые, тёмные. Пасть вытянутая. Клыки мощные, белые. Розовый язык на губе. И парок идёт из слюнявой пасти. Пёс слегка провалился в снегу. Но не смущался. И брёл, как ни в чём не бывало. У него мягкий нрав. Пёс обожает пирожки с капустой. И на вечеру он нагло схватил в пасть угощение со стола. И мигом проглотил около пяти булочек. И был пойман с поличным. Хозяин Валериан Обабин просто очумел. И лихо бросился на пса. Он заорал громко непристойные слова. Мол, я тебе сейчас задницу вырву окаянный ты пёс, я с тебя шкуру спущу, голодная ты скотина. Валериан был подшофе. Он схватил в руки ремень. И запустил тот в собаку. Но Душка уже умело и быстро нёсся в сторону выхода. И отменно скоординировался. Ремень улетел в стену. Пёс весь зажался. Хвост прижал к телу. Шерсть чуть взбодрилась. Глаза округлились. В пасти он держал полпирожка с капустой. И бежал, как мог. И умело толкнул дверь передними лапами. И та поддалась. Душка выскочил в сени. И мигом миновал крутую, деревянную лестницу. Душа ушла в пятки. Он лихо выскочил на крыльцо. И быстро побежал по заснеженному двору. И ловко тот миновал. И умело перепрыгнул через невысокий забор, состоявший из жердей. И был таков. Он понёсся по полянке, как волк, который тайно схватил гуся. И бегло оглянулся. Дышал быстро. Хозяин лавочки Валериан Обабин, споткнувшись об ведро, выбежал из дома во двор. И в руках уже держал помело на длинной ручке. Глаза слегка шальные, пьяные округлил. И смотрел прямо. И, глядя на бегущего пса, лихо замахал помелом. И ещё закричал громко, что, мол, я тебя прибью сучий ты потрох, я тебя паршивца такого голодного в будку посажу. И был серьёзен, как никогда. Даже слюнки изо рта летели. И жилы все натужил. Пёс же всё бежал по снежному полю. И смотрел вперёд. Он уже бродил по округе несколько дней. И уже проголодался. Но родной дом обходил стороной. Хозяин же уже одумался. И вышел из долгого запоя. Он мило и по-детски звал пса домой. Он даже ходил и искал питомца по деревне. И миска полная вареников стояла у будки.

Небо лиловое выглядело чудно и претенциозно. Местами виднелись лилейные островки. Мелькало утомлённо дневное светило. И то находилось, словно под коркой льда. Веял чуткий, весенний ветерок. Воздух сотряс лай боевитого пса Крокодила. Так его назвали за диковатые золотистые глаза. И он огромный, шерстистый и тяжёлый. И имеет свирепый нрав. И всё время сидит на большой цепи. Он лихо забегал по заснеженной площадке, за которой открывался вид на богатый, дорогой, кирпичный, трёхэтажный пентхаус. Высокий, каменный забор наглухо скрывал видимость большого двора. Улицу уютного и тихого пригорода насыщали и виллы, и рубленые дома, и каменные особняки на всякий манер и вкус. Рядом находилась и зелёная зона. Небольшие скверы частили. На краю узкой улочки возвышался элитный, двухэтажный, бревенчатый дом с большим балконом на втором этаже. Крыша крутая, треугольная. Окна широкие и высокие. Веранда большая. На ней стоит округлый столик и несколько стульев. Здесь же имеется и пляжный шезлонг для отдыха в солнечные дни. На полу лежит стеклянная бутылка от пепси ещё с летних каникул. Территорию двора опоясывает стальной, зеленоватый, метровый забор. Возле ворот стоит мощный, оранжевый болид квадроцикл. Чуть в стороне находится сарай-дровяник. Тот чуть коситься на правую сторону. И внутри него посыпались поленья. Пёс – хаска Джек резко выскочил из сарая. Морда дикая, как у волка. Глаза ясные, бирюзовые с капелькой янтаря. Пасть чуть приоткрыта и торчит розовый язык. И парок тянется малозаметный. Джек развитый и быстрый. Шерсть бело-серая. Хвост небольшой, прямой и пушистый. Он словно вышел из леса, где и жил. Он, прыгнув на поленницу за котом Фиником, своротил дрова. И те раскатились по всему полу сарая. Кот пушистый, упитанный, чёрного окраса, соседский быстро прыгнул в щель, где не хватало одной доски. И был таков.

Повеял лёгкий ветерок. Джек, стоя во дворе, чутко принюхался. Глаза как огни игрались. Он чуть пробежался. Но тут же остановился. И вновь резко побрёл. И взял с букса. Он прямо понёсся стремглав по заснеженной площадке двора. И мигом скрылся за углом бревенчатого большого дома, в котором находилась самая известная российская фигуристка. Внутри уютных апартаментов пахло берёзовыми вениками. Окна дарили много дневного озарения. И прямо блестели цилиндрованные, покрытые лаком брёвна. Крутая, широкая лестница вела на второй этаж. Перилла имели чудную фигурность. В большой комнате имелось много пространства. И всё здесь выглядело по фен Шую. Под золотистым потолком висела округлая лампа. Стены бревенчатые отдавали блеском. В глубине на стойке стоит большая плазма. И на экране мелькает реклама. На полке много медалей разных достоинств. И золотой металл там прямо сияет. В центральной части комнаты размещён большой плакат, на котором красуются фигуристки и фигуристый большого недавнего шоу «Горячий лёд». Здесь представлена команда мечты под названием «Время первых». И во главе руля Женя Едведьева. Она прямо на крыльях счастья. И чуть не взлетает. А рядом группа спортсменов из команды «Красная машина». Её рулевой Алина Агитова. И та тянет белую шикарную улыбку, как никто другой. На гвозде дверки висели золотистые коньки. Их стальные душки прямо блестели. Дальний угол заполоняли плюшевые медвежата разных размеров и цветов, которые достались фигуристке на соревнованиях. Выделялся среди прочих двухметровый винилового цвета медвежонок Вини-пух. Но скорее большой медведь. Он сидел чуть наклонившись. Голова большая, массивная. Уши торчком, и похож на радугу. Глаза круглые, тёмные. Нос полный. Язык на виду. Морда приятная, как у бурого собрата. Он смотрел на широкую кровать, на которой лежит сама фигуристка Александра Русова. И поза прямо королевская. Саша, удобно находясь на спине, держала ноги расправленными и широко. Носки оголённые чуть потянула. Ноги гладкие, сексуальные, стройные блестят. Руки тоже распластала в стороны. На ней белый, бархатный халат. И тот слегка открывает вид на сексуальные, пылкие «лимончики». Лицо округлое, белое, свежее. Глаза миндалевидные, прямые, цвета бурного чистого родника. Нос мышиный. Губы небольшие, тонкие, алые. Подбородок ровный. Шея развитая крепкая. Волосы длинные до пояса, густые, русые распущены во все стороны. Под головой большая подушка из бамбуковых перьев. На ней наволочка в виде морских волн. И, казалось, те сейчас поглотят жгучую и раскованную красотку. Она дышала ровно. И смотрела прямо на экран широкой плазмы. А там мелькали лыжники на белоснежной трассе. И быстро неслись по крутому виражу друг за другом. Александра, прихватила руками свою любимую собачку – чихуахуа Тину. Та имела диковатый вид. Глаза светло-бурые выкатила. Язык маленький, розовый торчал из небольшой пасти. Шерсть гладкая, с оттенком бурой золотистости отдавала блеском. Тина чутко глянула на лихо хозяйки. А та погладила малышку. И мило улыбнулась, как всегда.

– Тиночка малышка моя… Как у тебя настроение? Всё окей… Тина… Будешь смотреть телевизор? Хиихихиииии…, – сказала Саша.

– Ууууууууууу, – тихо заурчала Тина.

– Ладно… Тина… Смотри на экран… Начался чемпионат по биатлону… Я смотрю гонку… Вау… Тина тоже смотрит… Хиихихииии…

Александра, лёжа на кровати, дышала ровно. И смотрела на экран широкой плазмы. Она бегло глянула на широкий плакат, на котором красовались фигуристы. Глаза округлила. «Мы молодцы… Мы зажгли… И как я прыгнула… Это невероятно… Я смогла. А многие упали. Я захотела и прыгнула… И выиграла прыжковый конкурс… Теперь я могу исполнить свои небольшие желания… Тина меня поддержала… И я справилась. Спасибо Тина… Но… Потом… Случилось странное со мной…», – подумала она. Саша выдохнула. И чутко глянула на окно. За просторным стеклом порошили красивые, большие снежинки. Она чуть погладила Тину. И та прыгнула на одеяло. И уставилась на экран плазмы. Собака слегка облизнулась. И чутко следила за движением лыжников. Александра, лёжа на кровати, не двигалась. Она чуть потянула свои красивые носочки. И незаметно вздохнула. Руки положила под голову. И засмотрелась на то, как чудно кружат снежинки за окном. Мысли путались. «Уже прошла неделя после того случая, как я попала в иную реальность… Блин. Я это даже произношу легко… Но ведь это что – то просто нереальное… Это не просто слова. Я там находилась. И всё осознавала и чувствовала. Я там побывала и вернулась… Всё было по правде. Я была в 1941 году… Я летала на самолёте… Такой самолёт… Он похож на ястребка… Небольшой, манёвренные и такой быстрый… Прямо как я на льду… Но он намного быстрее… Он просто реактивный… Русская ракета Саша Русова летала на самолёте… И это было по правде… Я билась с немецкими асами… И сама не знаю, как у меня так ловко получалось управлять таким самолётом… Как я испугалась, когда там очутилась… Я чуть не выпрыгнула из кабины… А кругом облака туманные и ветер воет… И потом я увидела летящие самолёты… И трассирующие пули, как яркие лучи летели по дуге… И чуть те в меня не попали… Это было жутко… Но всё же круто… Я не знаю как, но я стала стрелять… Уму не постижимо… Но я справилась… И потом ушла резко в сторону, как будто всегда летала… И уже значилась лётчиком эскадрильи. Я стала летать профессионально… Но как такое возможно… А потом был ещё бой… И отбивалась от вражеских самолётов… И тот отважный капитан… Он послал мне сообщение по рации… И мы справились с тем коварным пилотом люфтваффе… Так их называют… Голос капитана звучал твёрдо… И я получилась приказ… И сделала всё как он велел… И мы победили… А потом самолёт попал в зону турбулентности… Он лихо понёсся, как будто попал в бурю… И яркая вспышка озарила меня… Я просто закрыла руками лицо. И отклонилась от штурвала. И потом уже открыла глаза… И я оказалась на дереве… Это было невероятно… Но как такое возможно… Всё просто… Но не просто… Всё же как? Я слезла с дерева и пошла домой…», – подумала Саша. Она глубоко вздохнула. Глаза округлила. И смотрела теперь на экран широкой плазмы. И бегло глянула на свою собачку, которая чутко вглядывалась в телевизор. Саша слегка улыбнулась. И вновь чутко глянула на просторное окно, за которым так чудно и там красиво кружили большие снежинки. Она замечталась. И вновь мысли озарили её разум. «Я была там… В иной реальности… И видела всё, и слышала… Я летала на самолёте времён той войны… Было круто и страшно… И всё почему? Я отправилась туда благодаря профессору Чудилкину-Мудилкину… Вот же балбес… И я так спокойно сейчас об этом рассуждаю… А ведь можно было и не вернуться оттуда… Он просто сукин сын… Видимо, у него был такой расчёт… Я помню, всё как было. Мы сидели в кафе с Дашей. И пили чай с пирожными. Мы мило болтали про шоу «Горячий лёд». А потом явился этот профессор. Он пришёл, и нагло подошёл к нам… Он вёл себя раскованно и дерзко… Он предложил мне участвовать в его дурацком шоу….И деньги ещё принёс… Наверное, куклу хотел мне в сулить. Но… Я не дура. Я ему отказала… Я сказала, что не буду участвовать в его шоу… Я знаю, что это за шоу… Там я и побывала. Только уже насильно… Вот же сукин сын… Как он посмел так со мной поступить?…Я же российская фигуристка. Меня все знают и многие уважают… Но я не зазвездилась… Всё, что помню, он отошёл в сторону… Я ещё увидела его едкую ухмылку… Он, типа, пошёл домой. А потом остановился… И резко развернулся… А потом была яркая вспышка… Прямо невероятное озарение… И потом я уже ничего не поняла… Я оказалась в другой реальности… И уже на большой высоте в самолёте… Я оказалась в самолёте… Это уму не постижимо… Но это так… Он опять меня отправил в иную реальность… И время и пространство изменил… Я оказалась в прошлом, где ожили воздушные бои на самолётах… Но как такое возможно… Прямо не понимаю… Как такое может быть? Но всё случилось… И я там побывала… И летела на самолёте-истребителе… Просто супер… Но всё же было жутко… Я сильно испугалась облаков и высоты… Я закричала… И не сразу опомнилась… А потом стала крутить штурвалом… И я стала стрелять… И поразила цель… Я прямо видела тот тёмный самолёт… И я стала стрелять непонятно как… Воздух сотряс гул… И полетели дуги огненные. Пули свистели дико… И я попала прямо по вражескому самолёту, который тоже стрелял… Но те дули не попал по мне чудом… Это невероятно… Я помню, как сильно вцепилась в штурвал… И самолёт закрутился… Просто невероятно… И тот отважный красный командир… Я даже рассмотрела его слегка азиатское лицо… Он смотрел на меня… И, кажется, немного недоумевал… А мотом его самолёт резко нырнул в туманные облака… И там растворился, как кусочек сахара в чашке с кофе… Как я красиво подумала… Но так и было… Он бился отважно и смело… Я никогда ещё не видела таких лётчиков в живую… Он улетал быстро от преследователей… И умело пикировал свой самолёт. И ложился на крылья… И трассирующие пули свистели ярко возле его манёвренного и быстрого самолёта… И, кажется, его чуть задели… Но он ушёл от них умело… И возможно я ему тогда и помогла… Я же стала стрелять… И попала… Как такое случилось? Это всё профессор Чудилкин-Мудилкин. Он разозлился на меня дико… И я видела его гримасу… Он едко ухмыльнулся. И его ненормальные глаза такие сумасбродные… Он тогда в кафе остановился и резко развернулся… Он что- то держал в руке… И он выстрелил… И яркая волна накрыла всё вокруг… Она вспыхнула ярким, нереальным озарением… И дальше меня перенесло в иную реальность…», – подумала Саша. Она, глядя на окно, глубоко вздохнула. И тут же выдохнула. И чутко посмотрела на экран широкой плазмы, где транслировалась в прямом эфире биатлонная, лыжная гонка. Лыжники стояли на стрельбище. И гул винтовок сотрясал воздух. Александра посмотрела на собачку. И улыбнулась. Тина смотрела телевизор. И даже не моргала. Она дышала ровно. И слегка дёргала своим розоватым языком. Шерсть гладкая отдавала блеском. Александра, лёжа на кровати, чуть потянулась. И ноги, оголённые, чуть согнула в коленях. И тут же те распрямила. Он потянула носочки. И слегка зевнула. Глаза округлила. И слегка улыбнулась.

– Тина смотрит биатлон… Хиихихихиииии… Тина… Тина… Всё Тина смотрит телик… Её теперь не отвлечь ничем… Хиихихиииии…, – чудно засмеялась Саша.

– Уууууууууу, – тихо проурчала Тина.

– Хиихиихиииии… Тина кто там побеждает? Я отвлеклась. Хиихихихиии…, – произнесла Саша.

Веял тонкий ветерок в чуть приоткрытую форточку. И слегка дрожали белые, кружевные занавески. Александра, лёжа на кровати, навострила свой слух. И вновь задумалась. «Кажется, кастрюля покатилась по полу в кухне… Вроде бы дома никого… Лана. Мой королевский пудель… Не хочу вставать с кровати… Я думаю, что Лана особо там ничего не сделала… Поверить не могу, что со мной такое произошло… Я побывала в настоящем воздушном бое… И самолёт такой… Я смотрела в смартфоне… И-16…Такой самолёт… Прямо такой и есть… И я сидела в таком же… И я летала и стреляла из пулемётов. Но мне никто не верит… Я встретилась с Дашей… И она сказала, что тогда я исчезла. Она подумала, что я ушла домой. Она сказала, что была яркая вспышка… Она мне позвонила… И никто не взял трубку… Она взяла мою собачку Тину и рюкзак… И отнесла ко мне домой… Прошло несколько часов и сама пришла домой… Ещё даже совсем не стемнело… Даша сказала, что профессор просто ушёл… Но он не просто ушёл… Он выстрелил из чего – то… Кажется, я знаю из чего он выстрелил… Он выстрелил из какой – то… Не помню… Но точно у него что – то было в руке… Надо вспомнить… Что именно у него было в руке? Если я вспомню… Я буду знать, что он там натворил… Даша была в шоке… И ничего не знает больше… Но я же не ушла домой… Как я могла уйти домой без Тины… Она в своём уме. И я рассказала свою историю Даше… Но она такое лицо скостила… Кажется, она мне не поверила… Но слушала чутко… Прямо глаза загорелась… А потом я рассказала свою историю маме Свете… Но и она, кажется, мне не поверила… Вот же блин. Как такое может быть? Я же… Мне же это не приснилось… Мама чуть пальцем у виска не покрутила… Я видела её лицо… Она мне сказала, что, мол, хватит смотреть ужастики на ночь гладя и читать про драконов и смотреть фильмы с этой сказочной Дейнерис Таргариен… Но при чём тут она вообще?…Алло. Привет. Тут же совсем другое… Тут самолёты… И 1941 год. Всё по-настоящему… Был воздушный бой. Профессор Чудилкин-Мудилкин меня туда отправил… Он использовал свою магию… Этот хренов его аппарат СУ-152 вроде бы… Так он называется… Я не шучу… Я не могу так обманывать и сочинять… Я даже знаю, на каком самолёте летала… Я была на катке во ДС Мегаспорт. Мы там тренировались… И я рассказала бегло свою историю чемпионке Ане Шербаовой… Она странно улыбнулась… Наверное, она подумала, что я книжек таких начиталась… И типа, мне это приснилось… Точно. Так и есть… Она подумала, что мне это приснилось… И сразу она покатила по льду… И стала прыгать… И, кажется, она мне тоже не поверила… Алёна Осторная туда же вместе с ней… Они просто захохотали, как бабы на базаре… Да ну их… Кому мне ещё рассказать, чтобы мне поверили…», – подумала Саша. Она выдохнула. И бегло глянула на экран широкой плазмы. Там мелькала яркая и красивая реклама. Саша чутко посмотрела на свою собачку. Тина крутилась уже рядом. Смотрела на лицо хозяйки своими слегка вытаращенными глазами. И чуть дёргала розовым языком. Она походила на любопытного туриста, который любил всё исследовать. Александра мило улыбнулась. Глаза широко открыла. И прихватила собачку на руки. И посадила себе на живот. И смотрела прямо, как следователь на подозреваемое лицо в комнате допросов.

– Тина. Тиночка… Малышка… Ты хотя бы мне веришь?…Ты мне веришь. Я это вижу… Ты не можешь мне не верить… Ты всё знаешь? Но как тебе объяснить, что я видела и где была… Да и не зачем?…Ты просто моя дикая Тина… Хиихиххииии…, – весело сказала Саша.

– Ууууууууууу, – тихо ответила собачка.

– Да… Тина… Вот такие дела… Я летала на И-16 по-настоящему… Я билась в настоящем воздушном бою… И видела отважного капитана… Как его зовут? Я не знаю… Но как он бился лихо с теми люфтваффе… Вот это были времена… Он настоящий герой…, – добавила Саша.

Александра, лёжа на широкой шикарной кровати, чутко глянула на просторное окно, за которым кружили чудные снежинки. Глаза округлила. И быстро смерила недоумённым взглядом смешную мордочку Тины. Та чуть мотнула головой. И, казалось, слегка смутилась. Но виду не подавала. Саша вновь задумалась. Мысли всё крутились и крутились в голове. «Я знаю, что он этот профессор Чудилкин-Мудилкин меня отправил насильно в иную реальность… И он заплатит за мой кошмар… И за этот прикол… Если так можно сказать… Ведь он же всё подстроил… Чем он опять в меня выстрелил? Он достал что – то из потайного кармана пальто… На нём было тёмное пальто… И он выстрелил в меня таким ярким лучом… И я попала в иное измерение что ли… Он опять меня отправил туда… По ту сторону… И была битва… И я могла не вернуться… Вот его коварный план… Так он решил мне ответить на мой отказ… Вот же стервятник… Как он посмел на меня позариться… Я злюсь… Я просто злюсь… Этого не видно, но я злюсь… И я его проучу… Я там натерпелась… Я думаю, что он ещё не знает, что я вернулась… Какая дикая сила меня выбросила обратно… Сама не знаю какая сила… Но она меня выбросила сюда в реальность… И теперь я снова здесь… Я ему врежу… Но врезать мало за такое… Я его верёвкой привяжу к самокату и сама поеду… А он будет болтаться, как тюфяк… Вот же сукин сын… Я там была на волоске… Вот его идея… Сукин сын этот профессор… Он ещё предложил мне участвовать в его шоу… Совсем крыша поехала… Он просто шизик… Как я раньше не подумала об этом… Его самого надо отправить по ту сторону. Его самого надо перекинуть через пространство и время… Раз он такой шутник. И я тоже посмеюсь тогда от души… Вот же шизик… Он меня отправил в прошлое… В 1941 год… Он просто старый извращенец… Но как ему это удалось… Я была тогда у него в лаборатории. И он использовал большую установку… Су-152 Это я знаю… Но в кафе Питон он стрелял из чего – то другого… Что он держал в руках? Я не совсем понимаю… Что – то вроде палки волшебной… Хотя не… Что же тогда? Не могу сообразить… Но его самого этого профессора Чудилкина блин Мудилкина надо наказать…», – подумала Саша. Она слегка погладила Тину. И замысловато улыбнулась. Саша слегка вздрогнула. И мотнула головой. Глаза широко открыла, уставившись на межкомнатную дверь. И та чуть скрипнула. В комнату лихо забежала собака Лана. И вела себя игриво.

– Лана…, – весело сказала Саша.

Собака живо двинулась вперёд. Она закрутила хвостом. И быстро побежала по гладкому паркету. Шерсть витая, кудрявая, золотистая отдавала блеском. Её рост выше среднего. Морда вытянутая. Глаза тёмные. Лана ловко пригнула на кровать. И встала на задние лапы. И не могла успокоиться. Она потянула мокрым носом. И тут же облизала лицо своей чудной хозяйке. Александра оживилась. Она тут же приподнялась.

– Лана пришла… Моя малышка… Где ты была? Что ты там творила на кухне… Смотри, если там большой беспорядок… Будешь сама прибирать… Я тебе устрою банный день…, – сказала Саша.

– Ууууааааауууу, – заверещала Лана.

Александра быстро погладила игривую собаку. И улыбнулась широко, глядя на её весёлую морду. Глаза сияли. Лана живо побежала по паркету. И ловко выскочила за двери. Она тут же вернулась, держа в пасти резиновую кость. И, глядя на лицо хозяйки, замотала головой.

– Ууууууууууууу, – заверещала она.

– Лана… Я тебя поняла… Ты хочешь побегать во дворе за своей костью… Хиихихииии… Ладно. Я сейчас… Мне надо одеться… Погоди пять минут… И я выйду…, – ответила Саша.

– Ууууууууууу, – настояла Лана.

Александра тут же поднялась с кровати. И быстро пошла по паркету. Она встала напротив своего большого шкафа. И дверку приоткрыла, на которой имелось высокое зеркало. Саша ловко сняла с себя махровый халат. И теперь стояла, в чём мама родила. В зеркале отразилась стройная белая фигура. Виднелись небольшие, упругие «лимончики». Соски розовые, острые. Она взяла с полки нижнее бельё. И ловко надела на себя золотистые трусики. Тут же облюбовала песчаного цвета лифчик. И взяла в руки спортивный костюм и тёплый свитер, на котором красовались ледяные горы. Саша не забыла и про шерстяные носки. Она, прыгнув на кровать, ловко натянула те на ноги. И взяла на руки свою любимую собачку Тину. Та слегка закрутила головой. Но всё же напоминала обычную игрушку, которою, как правило, называют плюшем. Саша, выключив плазму, бегло глянула на окно, за которым порошили снежинки. Мысли её закружили вновь. «Я готова. Теперь мне будет тепло… Сегодня на улице не жарко… Блин. Меня не покидают эти мысли… Как он мог со мной так поступить? Хренов профессор. Он не выходит из моей головы. Что было у него в руках, когда он пустил волну… Я должна знать… Я же видела… Что было у него в руках? Что – то было. Но что? Не могу вспомнить… Он резко пустил яркую волну… И всё стало ослепительно и прямо белело… А потом… Я должна вспомнить всё… Как это было? Может, свежий воздух мне поможет… Как так… Даша сидела за столиком рядом… И она ничего не поняла… А этот жуткий тип сбежал… Я должна его проучить… Вот же шизик… Я врежу ему…», – подумала она. Саша выдохнула. И тут же смело пошла по паркету. Впереди игриво побежала Лана, держа в пасти резиновую кость. И собака слегка виляла хвостом. И чуть подпрыгивала. И бегло озиралась, гладя на лицо хозяйки.

Александра живо спустилась с деревянной лестницы. И, поцеловав в носик, положила Тину на подоконник. И, выйдя в прихожую, быстро накинула на себя белый пуховик. Тут же надела на голову розовую шапку с помпончиком. И глянула на собаку Лану. А та билась об двери. И крепко сжимала пастью резиновую кость. Глаза сияли.

– Тина… Я гулять во двор… И не глупи. Лана пошли… Так и быть я брошу тебе кость, чтобы ты за ней побежала…, – навеселе сказала Саша.

– Уууууаааауууу, – игриво завыла Лана.

– Лана вперёд… Хиихихиииии…

– Ууууааааауууу…

– Пошли Лана…

Александра открыла входные двери. И тут же с улицы повеяло свежестью и лёгкой стужей. Веял слабозаметный ветерок. И тот обуял лицо фигуристки. Она двинулась вперёд. И надела по пути вязаные варежки на руки. Дверь захлопнула. Собака Лана живо побежала по заснеженной площадке, как дикая бестия. И запрыгала ловко. И закрутилась на месте. Александра, сойдя с веранды, живо пошла по площадке. Она улыбнулась, глядя на Лану.

– Лана… Давай мне твою резиновую кость… Я тебе брошу… И ты побежишь… Раз ты так хочешь… Хиихихииии…, – сказала Саша.

– Уууаааауууууу…

Повеял лёгкий ветерок. Собака Лана, ловко запрыгав, быстро прижалась к хозяйке. И чуть прогнулась. Саша взялась за кость. И чуть потянула. Но Лана не спешила отдавать свою игрушку. Она дико заурчала. И чуть попятилась.

– Уууууаааауууу…, – завизжала она.

– Лана… Ты что? Давай кость… И я тебе её брошу… Сама же хотела…, – сказала Саша.

– Уууууаааауууу…

Александра сильно натужила руки. И чуть попятилась. Лана упёрлась. И крепко держала игрушку. Саша улыбнулась. И вырвала всё же из пасти собаки резиновую кость. Лана прямо одичала. И высоко запрыгала, прямо глядя на лицо хозяйки.

– Ууууааааауууу, – завыла Лана.

– Хихихиииии… Лана… Твоя кость у меня… Сейчас ты побежишь…, – весело сказала Саша.

– Ууууаааауууу…

Повеял лёгкий ветерок. Из-подворотни выбежал Джек. Он тут же стремглав побежал по площадке. И взлетел, как дикий волк. Глаза бирюзовые округлил. И там жил огонёк. И пасть чуть приоткрыл, оголив белые клыки. И ловко прыгнул на спину хозяйки. Саша, вздрогнув, махнула руками. И, сильно пошатнувшись, заколесила. Глаза округлила. И спину нагнула. И выдохнула неровно.

– АААААА…

Александра плашмя упала на заснеженную площадку. Но свалилась мягко на снег. И не сразу осознала, что произошло. Из рук выронила резиновую кость. Та закрутилась красиво на высоте трёх метров. Саша выдохнула. И тут же чуть потянулась. Она прогнула спину. Глаза округлила. И Джек принялся лизать лицо хозяйки. Он прижался брюхом к земле. И был теперь весьма мил. Лана прыгала рядом. Она прыгнула ввысь, когда Саша падала, и схватила ловко в пасть свою игрушку. И теперь она метались из сторон в сторону. Александра слегка улыбнулась. И тут же схватила Джека за ошейник.

– Джек… Я тебя… Я тебя… Так люблю…, – сказала Саша.

– Ууууааауууу, – завыла Лана.

Александра тут же поднялась на ноги. И слегка отряхнула одежду от снега. И ловко взяла игрушку из пасти Ланы. Та тут же запрыгала, как очумелая. И Джек решил показать свою удаль. Он вновь прыгнул на хозяйку. Но тут же отскочил в сторону. Александра теперь не дрогнула. И сразу крепко сжала в руках резиновую кость. И замахнулась. Глаза округлила.

– А теперь бегите…, – закричала она.

Повеял лёгкий ветерок. Александра, широко размахнувшись, бросила резиновую кость. И та высоко и резко подлетела. И быстро понеслась по воздуху. И красиво закружилась. Саша, глядя на игрушку, чуть приоткрыла рот. Глаза округлила. И смотрела прямо. Мысли томили. «Как я сильно бросила… Я так не хотела… Она же сейчас перелетит забор… Она сейчас…», – подумала Саша. Она слегка смутилась, стоя на месте. Собаки Лана и Джек быстро побежали по заснеженной площадке. Казалось, наперегонки понеслись, как на международных соревнованиях. Только пятки засверкали. Но всё же вперёд выскочил Джек. И прямо летел стремглав, чуть задирая голову. Уши наострил. Лана всё же не отставала. И прыгала резко. И со стороны казалось, она не бежала, а летела. Резвые питомцы лихо скрылись за забором, который был слегка не достроен.

Небо лилейное выглядело чудно. Веял тонкий ветерок. Порошили снежинки. Саша, стоя на месте, недоумевала. Она вновь замечталась. И мысли закружили. «Не могу не думать об этот… Он меня отправил в путешествие, из которого могло не быть пути назад… На то он и рассчитывал… Вот же сукин сын… Я ему врежу… Но я вернулась быстро… Меня выбросила какая – то сила… И я билась в воздушном бою… И я летала на истребителе И-16…Это круто… Но мне было не по себе… И страшно… И я даже испугалась… Я дрожала там в кабине самолёта на большой высоте… И теперь я дома… И мне никто не верит, что я побывала в прошлом… Пусть так. Но я должна врезать этому профессору… Но как? Он же хитрозадый сукин сын… Но я ему врежу… Я найду время, чтобы ему врезать… Он отправил меня туда в прошлое… Он выстрелил в меня… Он послал адскую волну… Как он это сделал? Я ему врежу…», – подумала Саша. Она быстро осмотрелась. И несколько недоумевала. Глаза округлила. Рядом с ней на площадке восседал пёс Джек. Он держал в пасти красный, водяной, детский пистолет. И прямо протягивал хозяйке.

– Уууууууууууу, – заурчал пёс.

– Джек… Ты где взял этот пистолет… Он не наш… Погоди-ка Джек… Ну – как его сюда… Пистолет… Ты принёс детский пистолет… Я, кажется, поняла…, – произнесла Саша.

– Ууууууууууу, – проурчал Джек.

– Джек ты молодец… Я, кажется, всё поняла…

– Уууууууууууууу…

Повеял лёгкий ветерок. Чудно порошили красивые снежинки. Александра взяла в руки пистолет. И бегло осмотрела. Она недоумевала. И слегка погладила пса Джека, который пристально смотрел на лицо девушки. И сейчас походил на поклонника, жаждущего взять автограф. Саша, разглядывая пистолет, слегка улыбнулась. Мысли путались. «Как я могла об этом не подумать?…Я вспомнила. Вот, что он держал в руках… Он держал пистолет… Такой розовый бластер… Он стрелял в меня из такого пистолета… Значит, он сделал новый агрегат… И теперь у него есть такой пистолет… Он стреляет яркими волнами, которые умело открывают портал в разные времена… Но как такое возможно… Вот же сукин сын… Этот профессор Чудилкин-Мудилкин… Я его просто урою… Я врежу ему по морде… Как он мог со мной так поступить… Но он так и поступил… Несчастный болван. Он отправил меня в иную реальность. В прошлое, где меня могли сразить шальные дули на большой высоте… Он отправил меня туда, откуда можно легко не вернуться… И я видела, как падал наш самолёт… Как он дымился… И потом погналась за теми вражескими самолётами… И я наказала их… Я отомстила за нашего сбитого пилота. Я им врезала… И этому профессору пришло время врезать… Но как? Он живёт в большом здании… И то находиться в элитном районе Москвы… Мне не доказать его вину… Но я и не собираюсь этого делать… Я сделаю вот что… Он думает, что я там… По ту сторону… А я здесь… Значит, у меня есть фора… Я знаю, что надо сделать…», – подумала Саша. Она чутко глянула на пистолет, который ей принёс пёс с соседнего участка. И она замысловато улыбнулась. Глаза прищурила. И быстро погладила питомца по голове. Джек отвечал взаимностью. Он облизал руку хозяйки. И был мил, как всегда. И смотрел прямо на лицо Саши. И, казалось, жаждал автографа. Александра, крепко в руках сжав игрушечный водный пистолетик, засмотрелась на снежинки. И вновь мысли её озарили. «Сукин сын… Этот профессор Чудилкин-Мудилкин. Как он посмел со мной так поступить. Я проникну в его апартаменты… Сегодня же вечером. И возьму у него этот пистолет… И отправлю его в туда, куда он отправил меня… Сукин сын… Вот что я сделаю? И посмотрим, как он будет вести себя на моём месте… Напыщенный и самодовольный болван… Вот же критин… Зря он на меня руку поднял… Я ему врежу… Мне нужен его пистолет… Его разработка… Если она такая крутая… То и я смогу отправить его в дальнее плавание… Хиихихиииии… Он ещё не знает на кого нарвался… Я проучу его… Хиихихииии… Я Саша Русова… И я ему покажу, как на меня нападать… Сегодня вечером я иду на дело… Я смогу… Нужно проникнуть в его большой дом… Возможно у него есть видеокамеры… Как быть? Ещё у него есть собака Роза… С ней я справлюсь… С собаками я легко договариваюсь… Роза меня не выдаст… Хотя она может залаять… Я с ней справлюсь… У меня три собаки… И я уже научилась разговаривать на их языке… Она меня поймёт… Видеокамеры не беда… Думаю, что он не будет смотреть… Хотя он вроде не разява… Не важно… Сегодня я иду на дело… И мне нужен его пистолет… Я возьму его, прицелюсь и нажму на курок… Я отплачу ему той же монетой… Теперь пускай он отправиться… Ну скажем в 1942 год… И там проверит свою шкурку на прочность… Хиихихихиииии…», – подумала Саша. Она выдохнула. И чутко глянула на своего родного пса. Джек крутился рядом. Александра быстро погладила питомца. И тот живо завилял хвостом. И нос потянул ввысь.

– Джек… Смотри. Вот пистолет, который ты взял на соседнем участке… А теперь отнеси его обратно… Он не наш… Давай парень…, – сказала Саша.

– Уууууууууууу, – проурчал Джек.

– Да… И не ленись дружок… Хиихиихииии…

Повеял лёгкий ветерок. Пёс Джек послушно взял в пасть красный пистолетик. И тут же побежал по заснеженной площадке. Он ловко скрылся из виду за недостроенным забором. Александра, проводив чутким взглядом пса, чуть пожала плечами. Она осмотрелась. И недоумевала. Глаза округлила. И сейчас походила на мышонка, который чудом ушёл из-под когтей хищника. И считал, что родился в рубашке.

– А где Лана? – задумалась Саша.

Повеял тонкий ветерок. На горизонте показалась собака Лана. Она неслась вприпрыжку, держа в пасти резиновую кость. И грезила вновь попытать счастье. Она смешно запрыгала. И умело показала свою диковатую волю. И просто она знала себе цену.

Глава вторая

Небо лиловое всё больше наполнялось вечерним сумраком. Вдали сияли замысловатые огни большого города. И ярко возвышались башни Москвы-сити. Веял лёгкий ветерок. Фонари ярко озаряли территорию элитного района, где возвышались дорогие бунгало, особняки, виллы и пентхаусы. На заснеженной площадке мелькнула тень молодого игривого пса Жигана. Он весёлый по своей природе. Его порода помесь лайки и дворняги. Голова массивная, треугольная. Глаза бурые. Нос мокрый. Шерсть тёмно-серебристая. Хвост трубой. Его нерадивый хозяин Тимофей Оленин слегка помешался, после длительного запоя. И поймал белочку. И его определили в лечебницу. И он уже пошёл на поправку. Он невысокого роста, узкоплечий. Голова овальная. Волосы короткие, тёмные. Имеется небольшая лысина. Глаза узкие, цвета синего. Нос тонкий. Губы полные и вытянутые вперёд. Подбородок острый. Он носит небольшие усы. И те чем-то похожи на небольшую скобу. Его любимое слово «внатуре». Он художник по образованию. И рисует исключительно оголённых женщин. И, как правило, выделяет их пятую точку на всех картинах. Образы берёт исключительно из головы. И фантазия у него не весьма развита. Он холост. Любовница Тоня Бурова приревновала его к картине, на которой красовалась оголённая студентка молочной академии. Та на полотне красуется, в чём мама родила. Она стоит, наклонившись на подоконник. И смотрит куда – то вдаль. Её пятая икристая розоватая точка обрисована весьма выразительно. Пышка Тоня хлопнула дверью. Тимофей, сорвавшись, взялся за бутылку. И ушёл в запой. И оттого и загремел в психиатрическую лечебницу. А пёс Жиган пустился в бега. И теперь околачивался в элитных районах Москвы. И стремится жить красиво.

Вдали сияли загадочные огни большого города. Повеял лёгкий ветерок. Красиво кружили маленькие снежинки. На дороге замаячил огонёк. Ярко засияла луч, который исходил от округлой фары розового скутера. Мотор ровно и чудно тарахтел. За рулём восседала фигуристка Александра Русова. У неё на голове плотно сидела розовая вязаная шапка с помпончиком. Лицо розоватое. Глаза выразительные. В них бурлит водопад. Нос мышиный. И тот обуял небольшой иней. Щёки округлые. Губы полные, розовые. Подбородок острый. Тело стройное укрывала тёплая, длинная, кожаная куртка. На ногах бирюзовые джинсы и белые кроссовки. Она сейчас походила на девушку Бонда, которая выполняла важное задание. Миссия не выполнима, отдыхает. Саша крепко держалась за руль своего быстрого болида. И смотрел прямо. В глазах огонёк. Изо рта тянулся малозаметный парок. Александра выжала ручку газа. И мотор выдал свою мощь. Скутер лихо понёсся по пустынной улочке элитного района Москвы. Саша умело вывернула руль. И под углом девяносто градусов вошла в поворот. Скутер чуть наклонился. Колёса крутились быстро. Александра заехала за дом. И гул мотора угас.

Повеял лёгкий ветерок. Александра, выйдя на парковку, затаилась за дорогими автомобилями. И глаза округлила. И чутко облюбовала любопытным взглядом высокое каменное здание, в котором и проживает тот самый злосчастный, уникальный, высокомерный и самодовольный профессор Аверкий Ксанфиевич Чудилкин-Мудилкин. Саша чутко глянула на верхние этажи дома. И там мелькало яркое озарение в окнах. Прямо струились чудные лучи. И спираль закручивалась невообразимым образом. Александра недоумевала. Глаза полезли на лоб. Она заглотила слюнку. Мысли путались. «Может, я спятила, что решила действовать в одиночку… Но как ещё… Это моё дело… И я хочу его проучить… Я справлюсь… Нужно, чтобы он вышел из здания… Дверь у него закрывается плавно… И я успею добежать, чтобы зайти в дом… Но надо, чтобы он вышел… Может, бросить камень в окно… Я не докину… Тут далеко… Может, позвонить в двери… И спрятаться… Он просто не откроет… Но как?…Может, позвонить, и сказать, что почта приехала… Это дешёвый трюк… И потом, может, у него и почты не имеется… Но как тогда? Всё просто… А может, мне не прятаться… И зайти к нему прямо с визитом… Вот я… Давай поговорим… Если ты не трус… А потом… Лучше действовать скрытно… Я должна захватить пистолет… И покарать его… Я отправлю его в ту даль, куда он меня недавно отправил… Наверное, уже успел отпраздновать свою победу… Вот же дикарь облезлый… Нужно подойти ближе… И затаиться у стенки… Как только он выйдет, я незаметно зайду… Ведь должен он выйти… Куда-нибудь он пойдёт… Например в магазин за продуктами… Или с собакой погулять… У него есть спаниель Роза… Вот же профессор дурацкий… Но хоть собака у него чудная… И зовут Роза… А сам такой коварный и стервозный тип… Как так? Ладно… Надо подойти ближе… И выжидать своего часа… Я думаю, что он не за горами…»