# Амперсанд. Сборник рассказов ни о чем & обо всем

Альберт Громов

В сборник «Амперсанд» включены короткие рассказы и графоманские статьи неоднозначного содержания, которые позволят читателю ненадолго забыть о местонахождении и времени суток.

М. Н. Шалова Редактор

© Альберт Громов, 2022

ISBN 978-5-0053-4791-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## СЧАСТЬЕ ЕСТЬ

> Мы с упоением рассказываем о своих бедах и о том, как мы несчастны, боимся рассказать об успехах, чтобы их не высмеяли завистники или не сглазили злые люди. А представьте, что счастье есть для каждого из нас и не у каждого свое, а оно одно на всех. Большооое!

Я легко впустил ее в свою размеренную жизнь, предоставив свободное пространство для развития отношений. Она свободно вошла в нее и вплелась в многолетние переплетения чувств, не причинив ни капли вреда, не допустив ни доли сомнения в верности этого поступка. Она не задела того, что было создано до нее, она не нарушила уклада вещей, а лишь украсила их своим присутствием. Не в силах сопротивляться искренней доброте, я жадно впитывал свет ее влияния подобно теплой воде пропитывающей ткань. И даже сейчас мне трудно словами передать те моменты нашего понимания единого целого и предначертанной судьбы. Наверно, такое ощущение возникает у каждого писателя, берущегося подобрать точные словосочетания, дабы передать в предложениях смысл пережитых ощущений, описывающих такое понятие как счастье.

В то время было довольно тепло и местами даже жарко под солнцем. Мы гуляли по выставке под открытым небом. Под навесами рядами тянулись тенистые прилавки полные всякой всячины. Мы разглядывали рисунки художников, пробовали на ощупь резные предметы, обсуждали современное искусство, изумлялись фантазии творцов и рук мастеров, как могут они незримые фантастические образы воплотить в материальные предметы. Наши руки все время держались вместе, даже если менялись, то ненадолго и незаметно. Я помню ее пальцы, такие легкие и пластичные и немного влажные от волнения. Наверно, в тот момент у меня тоже они были таковыми, иначе и быть не могло.

По началу я ловил себя на мысли, откуда она меня так хорошо знает, как она так может привлекать к себе мое внимание, откуда у нее такой дар. Оказываться между моим взглядом и событием, но отнюдь, не препятствовать, не нарушая целостности, а скорее вносить ясность происходящего. В такие моменты я называл ее ласково Стеклышком. Тогда она смеялась и долго повторяла свое прозвище по любому поводу, как бы пытаясь насладиться таким удивительным сравнением. Она привлекала мое внимание, а я изучал ее, как она реагирует на то или иное событие. Мне было мало ее, я жаждал новых событий с ее участием, я их создавал для нее, как зодчий строит города.

Помню ее смех, он до сих пор звучит у меня в голове, когда она разглядывала суетливых и кричащих на все голоса волнистых попугайчиков. Я подошел к клеткам и издал тонкий мелодичный свист. Попугайчики разом замолкли, стали серьезнее и все разом посмотрели на меня, как на лидера. Она удивленно спросила, как я это сделал. Я ответил просто, что пока ты рядом со мной, у меня всегда есть, чем удивить. Видели бы вы тогда этот взгляд, он был полон восторга и счастья. Не помню как, но я вмиг оказался в ее теплых объятиях и был награжден долгим поцелуем. Слезы восторга текли из наших глаз по щекам и впитывались в белоснежную одежду.

В эти моменты я был больше, чем благодарен ей. Ведь раньше никому не удавалось так растопить мои твердые камни в жидкую лаву, разве что разогреть до красна. Я любовался ее природе, изумлялся практичной естественности и гордился ее присутствием. Мне хотелось кричать, что она моя, я был в этом уверен, так это и есть. И я не мог терпеть, я кричал! Она целовала меня при всех, без стеснения, чтобы мой крик не мешал другим быть так же счастливыми. Я смотрел на нее и не замечал ничего вокруг. Даже если бы вдруг начался сильный дождь, землетрясение, наводнение, ничего не помешало бы нам оставаться на этом месте, вместе и навсегда до конца.

Маленькие котята в лыковой корзине пищали и смотрели детскими глазенками на тех, кто разглядывает их. Они не могли привыкнуть к постоянному присутствию человеческого лица, запаха и низким голосам. Они еще не знали, кто станет их хозяином. Кто их полюбит так же, как их мама кошка, сестры, братья и хозяйка этой корзины. Помнишь, ты смотрела на них и боялась взять. Я засунул руку и вынул один маленький пушистый комочек и сразу положил тебе на плечо. Котенок пищал и цеплялся коготками за твое платье. В нем присутствовало врожденное чувство самосохранения. Я следил за тем, как ты гладила и жалела котенка, слышал шорох твоих рук, скользящих по шерсти, а из твоих губ складывались бантики сочувствия и заботы.

Все то, как она реагировала на окружающий мир, было для меня знаковым событием, понятным не только мне, но и окружающим. Она реальный человек, но в тоже время мистическая личность, проводник между мирами, незримыми этажами чувств и слоями материальных миров. За ее действиями не надо следить и не надо учиться их повторять. Их нужно для нее создавать и каждый раз наслаждаться ее изяществу и полнотой исполнения. Нет, она не лидер и не учитель, не эталон для подражания и не популярная персона. Она та, кто умеет воздействовать на тонкие ниточки чувств, на которые сам никогда не обратишь внимания, не станешь всерьез над ними задумываться и пытаться воспроизвести в обычной жизни, и даже не посмеешь дать слабину уловить их, чтобы расшифровать смысл. Наш безмолвный танец, в котором партнер ведет партнершу, которая должна угадать дальнейший элемент. Наше свидание напоминало этот танец, где я придумывал правила, а она превращала их в яркое событие.

Обычная радость от шутки или внимания проходит быстро и сиюминутно, их привычно мы называем счастливыми мгновениями. Проходит быстро и, к сожалению, забывается. Но только не с моим любимым человечком. Она показала, как можно акцентироваться на счастье, вновь воспроизвести из глубин детскую радость и превратить такой набор деталей в полноценное переживание со всеми нюансами и навсегда запечатлеть в нейронах памяти. Вспомнить первые звуки, заново научиться ходить, сделать первый вдох, зажмуриться от яркого света и, наконец, осознать происходящее. Да, конечно, перечисленные навыки я и так мог делать без чьей-либо помощи, но с ней каждый шаг, каждый восторг, каждый взгляд, обращенный на меня, приобретал полноту и гармонию, столь необходимую для полноценного ощущения счастья. И нужно было ей – для собственного самосохранения. Я прощал ей эту атаку, в ней нет ничего противоречащего моей природе.

Мы гуляли, держась за руки, как дети болтали ими в стороны. Ветер развивал ее длинные волосы, от чего листва на деревьях шумела от громкого шепота. Иногда ее платье задиралось выше колен, она поправляла его, изображая недовольство на лице. Это было так забавно. А когда от порыва ветра волосы закрывали лицо, я разводил их в стороны и прижимался к ее кончику носа, чтобы оказаться в шалаше ее прически. Каждый раз награждал ее объятиями, когда был благодарен за подаренное внимание. Страстно целовал ее губы, не жалея взглядов завистливых прохожих. При этом ее прикрытые глаза выражали страсть и забвение, от чего становилось приятно за свой спонтанный поступок. Только с ней я быстро перестал сомневаться в себе и с каждым разом становился увереннее в том, что я поступаю правильно. Я знал, она так хотела, ей так было нужно. Мне нравилось осознавать себя частью ее мира.

Я быстро привык к ее присутствию и не представлял минуты остаться одному. Нет, такого никогда не может произойти по одной причине. Мы созданы друг для друга, порознь находиться нам не получится. Нет, подобное невозможно. В какие-то моменты она замечала мой отвлеченный взгляд, обращенный в реальную жизнь. Я же ни разу не терял рассудок от нахлынувшей любви и четко воспринимал границы благополучия, за которыми начитается другая действительность. Я отвечал за безопасность материального мира, славящегося бескомпромиссными законами. Иногда она возражала мне, ревниво возникала на моем пути, решая задачу альтернативным способом, которого я не знал и даже не предполагал о его существовании. Это были ее личные способы выживания. В такие моменты мне нисколечко не становилось стыдно за свою покорность, я гордился ее опытом жизни. Мне хотелось быть уверенным, что без меня она способна существовать и если потребуется защитить себя в мое отсутствие.

Порою тени прошлого накатывались на меня, заставляя задуматься о происходящем, трезво оценить степень риска дальнейшего шага. Я оглядывался вокруг в поисках нового пути. Каждый раз она ревновала меня к этому увлечению и делала надутые губки. Я не знал, как мне поступить. Ну как ей было объяснить словами, что означает понятие долг перед нашим будущим, разве только совершить решительный поступок. Сейчас я понимаю ее ревность, наверно она по-другому не умела. Нельзя сомневаться в настоящем, когда два любящих сердца бьются вместе. Предательством было думать о чем-то другом в ее присутствии. Теперь, спустя время, я благодарен ей за эти поступки. Пока она была рядом со мной, не было повода для сомнений. Вместе мы были сильнее и успешнее. Обычная жизненная мудрость, о которой я раньше не знал, так как был одинок. Пришлось смириться. Ее ревность оказывалась вполне оправданной, и не стоило противиться таковой хотя бы в ее присутствии.

Аквариумы с разноцветными рыбками, террариумы с черепашками, опять рыбки, водоросли, тритоны, рачки и лягушата, еще странные редкие рептилии без названия. Мы проходили мимо них и останавливались практически у каждого. Она с неподдельным детским интересом разглядывала сквозь стекло каждый аквариум очень близко, не выпуская мою руку. Я чувствовал, как ее интерес ко мне угасает, ее привлекали рыбки. Это конечно смешно, ревновать к каким то рыбкам… Меня не очень привлекали земноводные, поэтому я немного сопротивлялся. Она жадно разглядывала содержимое аквариумов, показывала пальцем на зеленые водоросли и затонувшие на дне предметы человеческой беспечности. Рыбки подплывали к стеклу и держались на уровне ее лица, а она смотрела на них и улыбалась. В это мгновение я вдруг понял, как хорошо быть счастливым и любимым, когда кто-то нуждается в моем внимании, и этот кто-то любит тебя за то, что я есть. Ведь только счастливый человек может поделиться своим счастьем с другим, кто в нем нуждается.

Неожиданно заиграла знакомая музыка, но ее названия вспомнить не получилось. Перед моим взглядом возник террариум с маленькими крабиками. Они синхронно дергали лапками-клешнями в такт ритмичной музыки. Это смотрелось столь забавно, что я на мгновение забыл обо всем вокруг. Теперь я мог уверенно испытать на практике новые способности радоваться жизни, передавая часть себя этим самым крабикам. Я был с ними на одной волне, ведь они это делали только в моем присутствии. Стоило мне отойти в сторону, и они расползались, возвращаясь к одиночеству и пустоте. Как же я раньше жил и не обращал на это внимание. Существовал, пока не появилась она – судьба, которая наградила меня этими навыками. Она – моя радость, моя половинка и бесконечный источник счастья, которой я благодарен. Я привлек интерес продавца к дрессированным крабикам и сказал о невиданном ранее явлении. Он же оставался абсолютно спокойным, так как наблюдал это явление каждый раз, когда подходят добрые люди и предлагает мне купить их. Я отдаю плачу деньги за прозрачный пакет с водой литра два, в которой находятся те самые крабики.

Я оглядываюсь в поиске своей второй половинки, чтобы сделать ей подарок, но ее нет нигде. Ну, конечно, тешил я себя мыслью, возможно, она недалеко отошла и надо подождать еще мгновение, чтобы мы вновь объединились. Две половинки обязательно найдут друг друга. Радость сменилась беспокойством. Цвета слились в серый оттенок. Голоса толпы и звуки музыки в единый гул. Я напрягал зрение, внимательно вглядывался в скопление прохожих. Прошел почти до самого конца и вернулся обратно. Несколько раз показывался похожий силуэт, но и он моментально растворялся миражом на раскаленном асфальте. Вдруг я замечаю, что на моих ногах нет обуви, как долго я ходил босой. Накатывался ком страха и одиночества. Тупая боль в груди приостановила поиски, мне стало не хватать воздуха, я задыхался и не заметил, как расстегнул все пуговицы на рубашке. Меня отвлекали цветные вещи и раздражали продавцы, бесили речитативы зазывал и эта нестерпимая жара, очень невыносимая жара, от которой по лицу струился пот, пропитывающий белую рубашку, но руки и тело при этом холодные.

Без паники, говорю я себе. В толпе легко потеряться или потерять любого человека, успокаивал себя, и продолжал тщетные поиски. Я перехватил пакет в другую руку, потому что он мог выскользнуть их вспотевших ладоней. Пакет вдруг стал невыносимо тяжел, мой подарок ничего не стоит по сравнению с потерей, я готов оставить его прямо на этом месте, так как он очень мешал поискам. Странное забытое чувство вины охватило меня в тот момент. Скорее всего, на моем лице читалась растерянность, которую замечали прохожие и продавцы. Их взгляд выражал сочувствие и обеспокоенность, но при обращении к ним за помощью, они отводили глаза или принимались заниматься наведением порядка.

Тогда я еще раз попытался успокоиться и взять себя в руки. Стал вспоминать ее образ, то, как выглядит человек, которого я разыскиваю. Какая была на ней одежда, рост, волосы, уши, особые приметы. И тут вдруг к своему ужасу осознал, что не могу вспомнить ничего кроме собственного ощущения счастья. В тот момент даже если бы мне показали четкий портрет того, с кем я только что был, то я бы все равно не признал. Нам было хорошо не от одежды. Я ощущал ее присутствие настолько близко, что мое зрение не могло сконцентрироваться на чертах лица. Я принимал тепло ее тела за свое, поэтому не чувствовал разницы. Нас не интересовали материальные проблемы, не существовали обязательства, отсутствовало время, нас окружала бесконечность.

Передо мной возник туннель, означающий выход и вход, как понимать, дело выбора. Отныне, мне некуда идти, из тоннеля веяло долгожданной прохладой. В полном одиночестве я стоял посреди площади с прозрачным пакетом в охапке. В пакете вода, в воде ждут своей судьбы бедные крабики. Я потерял свое счастье так, как его и не было совсем. Моя единственная в жизни радость, вплетенная в нейронные связи, превратилась в обрывки призрачных воспоминаний, оставила после себя горькие пустоты и слезы отчаянья.

Я часто задаю себе бесконечно странные вопросы, на которые не существует ответов. Как со мной такое могло произойти, как долго я мог находиться в таком забвении, чтобы испытать его силу, почему умудрился поверить в происходящее? Что это было на самом деле, забытый случай из жизни или просмотренный фильм в кинотеатре, сон на рассвете или чужие переживания? – Я не знаю. Однажды пережив подобное, можно ли дальше жить, как ни в чем не бывало прежней жизнью. Об одном сожалею, я не смог проститься с ней так, как она бы хотела, сдать экзамен на отлично и вновь увидеть этот взгляд полный радости и сочувствия. Я безгранично благодарен моей судьбе, которая оказалась в нужное время рядом и находилась столько времени, пока я учился быть счастливым. Она легко передавала свой опыт, просто показала, как можно не стесняться своих естественных чувств, быть готовым в любое мгновение широко открывать новые калитки к счастью. Она подарила мне бесценный опыт открывать в себе счастье, чтобы когда-нибудь я поделиться им с тем, кому он так же будет нужен.

2021 год.

## ЗЕМЛЯ НА ПЛЕЧАХ

> Гротеск (ударение на «е») это, в изначальном смысле, художественный приём, в основе которого лежит странное и причудливое сочетание реальности и сказочности, красоты и кошмара, мудрости и безумия.

Сегодня опять постоял на голове. С непривычки затекали ноги, и шумело в ушах. Говорят, это временно, пройдет при постоянных тренировках. Лучше приступать к упражнению после физических нагрузок, тогда кровяное давление равномерно пульсирует по всему телу и на голову не так давит. Зато когда стоишь на голове, то появляется чувство, будто держишь землю на своих плечах. Она такая тяжелая и большая, при этом невольно понимаешь сколько надо приложить усилий для ее смещения в сторону, даже если применить рычаг Архимеда. Все эти выводы делаются после получения толчка под зад, тем самым кондуктором автобуса, который не протирает потные поручни спиртовой салфеткой после каждого круга.

Начнется катавасия с утра и понесется на весь день. Как честный человек решишь один раз в жизни заплатить за проезд, заготовишь нужные деньги и передашь впереди стоящему пассажиру на билетик. Денег нет, билета тоже, а тут как тут кондуктор бессовестными глазками напирает на деньги за проезд. Передавал, не передавал, ничего не знаю. Деньги давай или выходи вон, а еще при костюме, сволочь интеллигентная! Ей объясняешь, что передал водителю, и мелочи больше нет, так как деньги на карточке. Водитель теперь рычит и двери открыл, будто ему в душу наплевали. Собрались всем автобусом в общественное мнение и выдохнули головой в сугроб. Костюмчик им не понравился. Стоишь так на голове и видишь, как автобус под откос катится и чертям собачьим.

В обед пойдешь на бизнес ланч в недалеко расположенное кафе. Закажешь комплекс, красота современной жизни. Салат, первое, второе, принесли, унесли, в лицо посмотрели и улыбнулись, ну что еще для жабы надо, чтобы не душила, чтобы заесть утренние обиды. После обеда останется только горячее кофе дождаться и тут начинается… Официант утверждает, что кофе приносил, а за дополнительное надо доплачивать. Где же приносили, когда на столе пусто? Недовольно приносят горячий натуральный кофе. Пью и счастлив безумно, обиды забываются сами собой. Пришла пора расплатиться, и за дополнительный кофе, пожалуйста, тоже. Стоишь на своем, голос повышаешь, в животе комок тошноты, который подползает к горлу и выливается прямо на ковролин. Вот вам ваш обед, подавитесь. Сами вынудили, теперь и мойте сами. Сбегаются все официанты, повара, посудомойки, даже уборщица лет семидесяти пяти, переворачивают меня ногами вверх и всем скопом несут к выходу, где и оставляют землю плечами подпирать. Смотришь на этих мелочных людишек и жалко их, вся харчевня из под ног летит вниз прямо в космос. Туда им дорожка.

Несешься без остановки к месту работы, бежишь так, что резина дымит на подошвах, а тут аптека с профилактическим средством типа эхинацеи. Хороший допинг для поддержания иммунитета. Заскочить бы на секундочку и опять на трассу. Влетаешь, сопя ноздрями и ртом, а здесь очередь из больных женщин и мужчин, человек десять. Женщины покупают прокладки, мужчины фунфырик боярышника, старички запрашивают несуществующие порошки. Стоять не перестоять, а время идет. Просишься вне очереди, упрашивая каждого члена очереди пропустить вперед. Ну, конечно, открывается правда, что всем надо срочно, все спешат, успокойтесь и идите ка ждать в зад. Плевать на эхинацею и на мой иммунитет, выскакиваешь в открытый космос и летишь в невесомости по касательной с перилами. Хрясь в стену. На руки встаешь ровно у фасада дома и замираешь в ожидании очередного землетрясения. Стоишь на руках и видишь, как из аптеки выпадают те самые покупатели, будто неведомая сила вытряхивает игрушки из коробки, как весь мир скатывается под горку

После таких катаклизмов понимаешь свою роль в этом бардаке. Кто если не я сможет восстановить земное равновесие? Никто, кроме меня! Ведь больше никто не может этого сделать лучше: одним не хочется костюм испортить, другие проглотят обиду, полезут без очереди, а я не могу. Наверно, это и есть моя работа – держать землю на плечах.

2017 год.

## МУХА В УХЕ

> Эта история из жизни, но немного перевранная. Фантастический рассказ является плодом богатого воображения в случае иного разворота событий.

Диспетчер аварийной службы управляющей компании Эдуард Владимирович Поплавков заступил на смену утром, в одну минуту девятого часа. По стечению обстоятельств настроение было с утра изрядно подпорчено. Перед этим он необычно долго ехал к месту работы в общественном транспорте, в пути много нервничал по поводу пробок на дорогах. Ему надоела утренняя поездка на работу, и надоели люди вокруг, надоело каждый день быть обязанным кому-либо. Хотелось забыться, выдохнуть накопленную тяжесть, вдохнуть легко, чисто, беззаботно. Однако, будучи ответственным человеком, он неоднократно совершал попытки позвонить на смену, чтобы сообщить о вероятном опоздании. Он доставал мобильник, смотрел на время, убеждался в наличии резервного временного зазора и засовывал мобильник обратно в карман. Потом решил больше не смотреть на время, не нервировать себя. В результате переживаний Эдуард проголодался до ощутимого состояния урчания в животе. Еще находясь в автобусе, он собирался зайти по пути в супермаркет, но не успел, так как опаздывал на целую минуту, чем не хотел подводить смену.

Сменщица, диспетчер Марина, молодая девушка в белесом парике волос и короткой юбчонке, открытая для любви с первого взгляда, похлопала ресницами перед дико извиняющимся и танцующим перед ней Эдуардом. В завершении спектакля глупо улыбнулась и упорхнула домой, оставив назло диспетчеру Поплавкову ворох рабочих проблем и, вдобавок, открытое окно. Сладкий ветерок свободы продувал диспетчерскую. За окном разворачивалась будничная жизнь, городская суета, переходящая в буйство страстей под неизменным соусом весенней лихорадки, сезонных распродаж, подготовок к летнему отпускному сезону. Только социальная жизнь не интересовала диспетчера Эдуарда Поплавкова. Он был рад, что пришел вовремя, а также, что отвлекся от своего утреннего стресса в порыве работы. Решив по телефону несколько неотложных ситуаций и сделав записи в журнале красивым ровным почерком, Поплавков уткнулся в монитор компьютера для заполнения стандартных нарядов и, вроде бы, успокоился, но долго находиться в состоянии ожидания ему не пришлось. Проснувшаяся от солнечного тепла обыкновенная навозная муха, вылезла из какой-то щели и нарушила спокойствие в диспетчерской. Муха получила определенный запас ультрафиолета и тепла, что растопило в ней накопленный прошлогодний жирок, позволив ей подняться на крыло. Она начала совершать пробные неуверенные полеты над головой Поплавкова, с радостным жужжанием накручивать один за другим круги по диспетчерской комнате, для регенерации сил садиться на стены, окна, ползать по столам и монитору, но самое неприятное, оставлять после себя на поверхностях следы пребывания в виде коричневых точек.

Как только Эдуарду захотелось выпить растворимого кофе, который всегда оставался в шкафчике от предыдущей смены, то она тут же сидела рядом в ожидании угощения и следила за действиями человека. В тот момент, когда Эдуард отвлекся на очередной звонок, она села на край кружки и принялась ее облизывать своим хоботком. Эдуард недовольно смахнул ее с кружки. Муха сделала пируэт в воздухе и опять приземлилась на край кружки. Эдуард опять ее смахнул. Что тут началось?! Недовольная муха, ощутив проявление наглости всеми кончиками своих волосков, впала в истерику. Визуально это выглядело так, муха от испуга упала на свою спинку, а потом стала в бешенстве вертеться и, как показалось Поплавкову, демонстрировать маленькими ножками пошлые жесты по отношению к Эдуарду. Диспетчер Поплавков увлеченно смотрел на этот цирк, в ожидании того, чем все закончится. Глядя то на стол, то в монитор, диспетчер Эдуард Поплавков стал подозревать, что этот день как начался плохо, так и пройдет до конца смены. Где бы ему взять сил, чтобы все это пережить?

Дальше начались коммунальные аварии и организации ремонтно-восстановительных работ, локальные нарушения санитарно-эпидемиологических норм, вызов мастеров в квартиры. Находясь в рабочем угаре, Эдуард забыл о себе, о существовании назойливой мухи, можно сказать, потерял контроль над окружающей реальностью, сменив ее на виртуальные миры многоуровневых квестов. Телефон раскалился докрасна, от поступающих звонков не успевал остывать, дежурный журнал быстро заполнился информацией и, вдруг, к полудню кончилась шариковая ручка. Стал писать карандашом, но вскоре и карандаш сточился, а потом вовсе сломался. В один прекрасный момент диспетчер Поплавков приложил телефонную трубку к уху и вместо привычных голосовых вибраций услышал знакомое жужжание. Произошло это так, в момент прикладывания трубки к уху, муха попала в ушной проход, где запуталась в Эдуардовых волосках. Поплавков дико испугался и бросил трубку на телефон. Он резко вскочил на ноги и задел провода компьютера, который повалился со стола на пол, утащив за собой монитор, клавиатуру и мышь. Не обращая внимания на аварию на его столе, Поплавков стал судорожно ковырять пальцем в ухе, потом прыгать на одной ноге с наклоненной головой и прижатой ладонью к уху, как он это делал много раз в бассейне при попадании воды, хлопать себя по уху, теребил ушной проход, чем усугубил проблему. Ухо раскраснелось и опухло. Муху не то, что не удавалось вытащить, а получилось наоборот затолкать еще глубже. А та истошно визжала, шевелила головкой и лапками, барахталась, но выбраться не могла. Поплавков забыл про диспетчерскую работу, про аварии и рабочих с отбойными молотками, про сантехника в подвале и водителя грузовика. Осталась только муха в ухе и больше ничего вокруг. Он быстро ходил по комнате и предпринимал все новые и новые способы выемки противного насекомого из ушного прохода, но у него ничего не получалось. В ход пошли изобретения из колпачков от ручек, стержни, ножницы, трубочки из бумажек, ключи от квартиры и даже скрепки, только ничего из этого не помогло. Наконец, все идеи закончились, и на смену нервного перевозбуждения пришло равнодушие и смиренность. Эдуард Поплавков плюхнулся устало на крутящееся кресло и тупо уставился в стену. Он успокоился и муха притихла.

– Точно, день не удался, – сказал Поплавков вслух.

– А у меня наоборот, удался! Наконец-то лошара нашелся! – Ответила муха жужжащим голоском.

– Это я свихнулся или муха со мной говорить стала? – Спросил у себя Поплавков.

– Называй меня не муха, а Ваше Величество! Слышал, эй? – Опять раздался голос в голове.

– Уа-а! Помогите! Кто-нибудь, помогите! – Заорал Поплавков.

– Не ори, не дома! Осипнешь. Я и так все слышу, дурья твоя башка. Жалко кофе ему стало, жмот, скотина, чмошник. – Издевалась муха.

– Я вот когда достану тебя, то так размажу по столу, опомниться не успеешь! – Оскалился Поплавков.

– Скажешь гоп, когда перепрыгнешь! А пока не ты меня имеешь меня, а я тебя. Ну, че, ты не понял меня, а? – Дерзила муха, больно царапаясь внутри уха.

И действительно, шутки шутками, а пока муха была недоступна, могла издеваться, сколько хочешь над своим аватаром Эдуардом Поплавковым. Был бы сейчас пылесос, так он дома или шприц с водой, шланг, ничего нет. Ничего и никого рядом нет! Надо было срочно ехать в травмпункт, но что-то удерживало Поплавкова от дальнейших действий.

– Как же я работать теперь буду, ты же мне мешаешь слушать и думать? Мне еще до конца смены разобрать кучу дел надо. Ведь если я не буду работать, то меня выгонят, у меня кончатся деньги, я не смогу платить ипотеку, коммуналку, кончится еда и я умру. Что же тогда с тобой будет? – Взмолился Поплавков.

– Что будет, что будет, чем быстрее с тобой это настанет, тем мне легче! Теперь забей на работу! Давай развлекаться! – Приказала муха и мерзко зажужжала уже не в ухе, а где-то в голове.

– Мне работать надо, а развлекаться потом, – возразил Поплавков и испуганно отвел глаза.

– Будешь мне возражать, мозг высосу. Понял? – Командовала муха.

– Понял, – поддался Поплавков. – Как тебя называть?

– Я же сказал, зови меня просто – Ваше Величество! – Ответила муха.

Пришлось Эдуарду поддаться мухе. Тут, ему пришла умная мысль, как обмануть муху. Для начала надо было проверить, может ли она или он подслушивать мысли. Если нет, то можно думать одно, а говорить другое. Придумать хитрый план и выманить насекомое наружу, как в сказке про кота в сапогах и великана. Зная проверенный способ «прогибания» перед начальством, начал с лести.

– А вы, Ваше Величество, какого пола? – Спросил Эдуард.

– Какая тебе разница! Отвяжись.

– Были бы девицей красной, я б на вас женился, был бы молодцем иль старцем, стал бы мне братцем. – Вспомнилось из сказки про Белоснежку и семь гномов.

– Толерантным надо быть к меньшинствам, как европейцы. Жить надо современнее.

– А что вы делаете во мне? – Начал умственную атаку Эдуард.

– Долблю твой мозг и испытываю при этом удовольствие!

– Мне это не нравится! Я не позволю долбить мой мозг, он мой, мой личный, собственный. Выйди из меня, тварь поганая! – Не выдержал Эдуард и сорвался.

Внутреннего голоса не последовало, но вместо него возникло отвратительное жужжание, переходящее в зуд во всем теле. Эдуард затрясся всем телом, стал чесаться в тех местах, в которых раньше никогда в жизнь не чесался. Таким образом, муха попыталась дать понять, кто в доме хозяин.

– Хватит! Ну, хорошо! Пусть вы, Ваше Высочество, мне мозг долбите. Ну, почему я, а не кто-нибудь другой? Ведь я не самый лучшая кандидатура для твоего пребывания. Я плохо учился в школе, у меня нет жены, нет детей, я плачу ипотеку. Я слабый, беззащитный, больной человек. – Перешел в мольбу Эдуард.

– Как же ты меня достал, придурок? Мне не нужна твоя ипотека и бананы твои в школе можешь засунуть куда поглубже. Как бы тебе сказать… Жить мне, как мухе осталось недолго, а тело твое, как нельзя лучше, подходит для моих безудержных фантазий и чем быстрее я вынесу твой мозг, тем быстрее вытряхну из тебя самого тебя.

– Это мое тело и мои бананы. Блин, что я говорю? Я ли это говорю вообще? Эй, ты или вы, Ваше Величество, выйдите из меня, мне плохо. Нет, я сейчас встану и пойду к врачам, уж они-то извлекут из моей головы назойливую заразу. – Эдуард собрал волю в кулак и решился уйти с работы.

– Не успеешь, гомо сапиенс! То, что было до этого, только легкая щекотка. Приготовься, сейчас я тебе покажу, как надо выносить мозг! – Завизжала муха и издала очень противнейшие вибрации.

От невыносимого зуда в ухе голова Эдуарда Поплавкова сильно затряслась. Он стал бить по ней руками и, потеряв равновесие, грохнулся с крутящегося кресла на спину, прямо на пол. Муха сама устала и успокоилась, давая передышку Эдуарду, а потом опять завибрировала.

– Хватит, Ваше Величество, хватит! Я этого больше не вынесу. – Пересиливая боль, взмолился Эдуард.

– Невыносимо слушать твои стоны, слизняк. Как же выбить из тебя дух? Ох, и попался же клиент. Ладно, теперь о приятном. Почувствовал мой кнут, раб мой? Ха-ха-ха! Больше не дерзи мне и не вздумай ничего задумывать против. В награду, раб мой, ты можешь получить удовольствие, но для этого ты должен выполнить мой приказ. Заберись на стол, встань на четвереньки и заржи, как конь. Давай, делай!

– Чего? Ржать? – Удивился Поплавков.

– Задолбал, ты меня, глухой урод! Расслабься и выполняй. – Взвизгнула муха.

Поплавков поддался незримой воле доминирующего насекомого, медленно забрался на стол, встал на четвереньки, а потом издал негромкие подобия блеянья. Муха нервно вжикнула. Поплавков скривился и понял, что сделал это плохо, поэтому набрал воздуха и заржал громко, протяжно, задорно. Тут он увидел в зеркальном отражении офисного шкафа свое плачевное изображение и заплакал. Дикий взгляд, взъерошенные волосы, нелепая поза на столе, свисающие сопли, все указывало на помешательство умом. Вдруг, Эдуарду стало так приятно, так легко, что он сначала робко улыбнулся, а потом стал безудержно смеяться. Свалился со стола и принялся катаясь по полу. Приятные волны разливались по всему телу, начиная от головы и заканчивая кончиками пальцев. В воображении появилась эротическая иллюзия, настолько правдоподобная, что Эдуард не стал сопротивляться возникшим ощущениям.

– Это тебе пряник, заслужил. За коня! Вот видишь, я тоже могу быть полезным, – продолжала муха позитивно воздействовать на Эдуарда.

– Так мне нравится больше. А, что мне еще сделать, Ваше Величество, чтобы испытать подобное чувство?

– А! Втянулся сластолюбец?! Видишь под столом источники зла, звенящий противным ревом аппарат и гудящий ящик с аксессуарами?

– Ага! – Подтвердил Эдуард, глядя на телефон и компьютер.

– Тресни их о стенку! – Приказала муха.

Эдуард поднялся на ноги, подбежал к валяющемуся телефону и с силой кинул его в стену. Аппарат смачно хрустнул и затих. Затем поднял металлический ящик компьютера и бросил его в другой угол. В это же мгновение сладострастные вибрации пробежались по всему телу. Эдуард закатил глаза, белая пена выступила на губах, колени подогнулись, в результате чего Поплавков ослаб, сделал несколько шагов к входной двери и стек, как пьяный на пол.

– Крепко держится душонка в этом индивиде, ну ничего, недолго осталось, – заметила муха и неприятно зажужжала для пробуждения Поплавкова.

– Ой, ай, ау, не надо! – Просил пощады Эдуард. – Что опять не так?

– Все не так, слышишь, все не так, давай быстрее сходи с ума, идиот. Надоело ждать уже. Как же еще тебе мозг вынести? Эй, чувак, а давай, ты через окно вылезешь, все равно там первый этаж, не разобьешься.

– Не полезу, что я дурак, что ли! – Отказался Эдуард.

– А я тебе мозг выдолблю! Забирайся на подоконник и завой как волк на луну, это прикольно же! Не тормози, мне ждать надоело.

Пришлось подчиниться и в тот же миг, мелькнула мысль о свободе. Вырваться на улицу и бежать в травмпункт, не слушая ничего и никого. Эдуард Поплавков взобрался на подоконник и завыл долго протяжно, самозабвенно. Он почувствовал, как сильный порыв ветра дунул, откуда-то снизу, обдав тело свежеиспеченными пирогами и сладким запахом весны. Мимо пролетел голубь, удивленно посмотревший на Эдуарда карими глазками, потом взлетевший вверх. Затем в воздухе появилась нить легчайшей паутинки с маленьким паучком, который, очевидно, сорвался с деревца и теперь тоже искал спасение. Перед головокружительным взором возникли радужные шары, переливающиеся разными цветами и приятными ощущениями. В теле Эдуарда Поплавкова возникло желание лететь быстрее, энергичнее. Высвобожденная сила толкала маленькое волосатенькое тельце на безумные пируэты, от которых даже кружилась голова. Поджав под себя лапки и умело управляясь между теплыми воздушными потоками, наполненными тонкими ароматами, Эдуард радовался долгожданной свободе, бесконечному счастью и чувствовал как жужжат маленькие крылышки, ведущие его в направлении уходящего вечернего солнца.

Дверь в диспетчерскую управляющей компании была закрыта изнутри. Ее вскрыли при помощи инструментов плотники этой же компании, которых вызвала сменщица Марина, прибыв с утра на следующий день. Ресницы у Марины прилипли к векам от того ужаса, который предстал ее взору. В помещении валялась мебель, в углу лежал расколотый телефонный аппарат, неработающий компьютер тоже лежал на полу, стены были перепачканы коричневыми пятнами. Диспетчера Поплавкова нигде не было, только открытое окно и следы на подоконнике указывали на его вероятное исчезновение. Однако, как не странно, диспетчерская находилась на девятом этаже жилой многоэтажки, что лишь подтверждало безумную версию о самоубийстве, но и под домом тела диспетчера Поплавкова не нашлось. Таинственное исчезновение без каких-либо объяснений поставило всех коммунальщиков в тупик.

По городу шел мужчина в самом расцвете сил, готовый свернуть горы, умеющий радоваться жизни, желающий дышать полной грудью весенним воздухом. Проходя мимо витрин магазинов, он смотрел на свое отражение и восхищался своей новой внешностью. Впереди были долгие годы прекрасной яркой жизни. Встречные девушки обращали на молодого мужчину внимание и, стесняясь, опускали глаза, шутили между собой. Молодой человек сделал резкий шаг в их сторону, чтобы спугнуть, девушки отшатнулись и вскрикнули. Прикол удался, значит, удастся и все планы. Теперь этого молодого человека звали Эдуардом Поплавковым, у него была квартира, ипотека и целая жизнь впереди.

2016 год.

## ЭНЕРГИЯ ДУШИ

> Мистические размышления о составе души, ее формировании как энергии.

Предлагаю окунуться очередной раз в размышления, что есть понятие о душе. Быть может это просто вымысел, а может быть всего лишь религиозное учение, красиво рассказанная история для слабых людишек. Никто не может четко объяснить присутствие души у человека, в теле животного, в кроне растения или отсутствие ее вообще. Однако исключительно люди постоянно задаются этим вопросом, хотят верить в ее присутствие, питают энергией этот вымышленный фантом из года в год, столетия, века. Сторонники существования души выдвигают свои версии на основе личных научных изысканий, причем каждый свою, они прикрываются современными доказательствами, они обосновывают математическими расчетами, физическими, химическими, биологическими опытами, психологическими умозаключениями, каждый пытается защитить свою теорию и борется за ее неопровержимость. И действительно, необразованной религиозной культуре остается все меньше места на этом подиуме, вековые догмы уступают и проигрывают в соперничестве с неопровержимыми выводами современных ученых. Человечество приближается к последнему великому открытию.

Оттолкнемся сейчас от этой отправной точки рассуждения в сторону предположения мыслительной ветви при условии существования некой безликой энергии, которую все называют душа. Предположим, что это разновидность электрической энергии нервной системы живого существа, которая аккумулируется в течение всей жизни в биологическом организме. Этому приложим традиционное христианское общественное мнение о великодушии страдальцев, тех людей, которые принимают чужие поступки на свой счет, отвечают за преступления других. Они глубоко переживают как свои грехи, так и чужие, отвечают за них, раскаиваются за все человечество в целом, ради сохранения жизни. Посмотрим на такого пациента непредвзятым взглядом агностика, как на человека с большой душой и назовем его этаким мусорщиком человеческих пороков, сантехником человеческих протечек, абсорбентом различных пороков в субстанцию раскаяния, трансформатором в абсолютную доброту. Предположим, что подобные поступки по силам не каждому встречному, так как есть и другие назначения у любого социального члена общества. Есть множество других проявлений преобразования какой-либо социальной энергии в коэффициент полезного действия. Например, кто-то видит в себе талант рисовать то, что нравится большинству, кто-то точно излагает мысли и может это грамотно описать, а кто-то видит себя неуловимым преступником и считает это тоже великим даром. Раскрытие способностей происходит по разному, скажем, просто само по себе появилось от малейшей пробы в деле. Другому надо продолжительное время на подготовку и поиски самого значительного качества в себе. Ну, а большинству не хочется заниматься самокопанием, они заняты тяготами сегодняшнего дня и больше ничего не хотят. Роль последней группы не так уж и бесполезна в обществе. Несмотря на каждодневное проживание жизни, они создают некую стабильность, уверенность в завтрашнем дне, а главное позволяют одаренным людям успеть найти себя и развиться на полную мощь, успеть за короткую биологическую жизнь сформировать энергию души.