Елена Кёрн
Домовой Кузьма

Домовой Кузьма

Дрова весело трещали в печи. Дом радовался зиме и морозу. Снега навалило аж до половины двери. Хозяйке пришлось разгребать поутру тропинку, чтобы дети смогли пойти в школу. Кузьма покрякивал и улыбался в бороду, сидя под печкой. Он всегда любил, когда его дом был довольным.

Хорошая им досталась хозяйка, молодая и домовитая. Всегда дом намывала и обхаживала. Не забывала и о Кузьме: каждый день он находил лакомство под печкой. Домовой, как настоящий хозяин, следил за порядком: находил утерянные вещи, дразнил кота. Тот истошно орал и метался от стенки до стенки, прыгая на всё, что попадалось на пути.

Хозяйка тогда ругалась и била его веником. Кузьма в этот момент веселился от души. Побитый кот грозил ему лапой в последний момент, как его выкидывали в предбанник. Убрав всё, что натворил кот, хозяйка подбрасывала дрова и укоризненно сетовала:

– Снова, Кузьма, ты балуешь. Зачем на Ваську опять набросился? – А сама тайком улыбалась.

Года шли, дети подросли и решили ехать учиться в город. Старший сын после учёбы совсем уехал из страны. Хозяйка тайком смахивала слезу, думая о нём. Годы брали своё.

Она уже была далеко не молода, но всё ещё красота её не увяла. Двигалась она уже не так быстро, как ей хотелось. Болели ноги, и спина частенько подклинивала. Кузьма теперь частенько выходил ночью из-под печки, подолгу стоял и смотрел, как она спит.

Ему очень хотелось поднять ей настроение, но он знал, что весёлой она становилась, только когда приезжала младшая дочь. А та приезжала очень редко. Бывает, позвонит – так хозяйка вся сияет от счастья. Скажет пару слов, а потом: «Прости, мама, некогда».

Хозяйка сразу гасла и становилась, как прежде, грустной и молчаливой. Кузьма всегда в такие моменты злился на дочь.

«Молодость многое не видит и не хочет видеть, – думал Кузьма. – А ведь время, как колесо, выброшенное из-под телеги, будет катиться не останавливаясь, и остановка этого колеса будет означать одно – смерть».

Хозяйка гасла на глазах. Кузьма ходил темнее тучи. И только про себя бормотал: «Хоть бы пожила ещё с чуток». Её уже и не радовало, когда он гонял престарелого Ваську. Кот в старости всё-таки подружился с Кузьмой. И по ночам залазил к нему под печку. Кузьма не возражал, ведь теперь надо было держаться вместе. Кто знает, как теперь повернётся жизнь.

Как-то приехала дочь, пожила два дня, хозяйка взбодрилась духом. Даже стала ходить веселее. Но дочь приехала сказать, что устроилась на новую работу и муж с внучкой собираются на отдых. А она будет работать без выходных.

Два дня прошли быстро. Она чмокнула мать и улетела, как будто её и не было. Хозяйка опять погрузилась в печальное своё состояние.

Так продолжалось ещё полгода. Кузьма с безысходностью в глазах наблюдал, как уходит жизнь из дома. Дом пустел, холодел и становился равнодушным к окружающему его пространству. Хозяйка уже давно не вставала. Болели ноги, и поднималась она очень редко. Спала беспокойно и часто просыпалась. Кузьма очень за неё тревожился.

За неделю перед Новым годом в очень звёздную ночь хозяйка поднялась на локте в кровати, повернулась к печке и произнесла:

– Кузьма, не бросай дом. Новых хозяев привечай. Дом не должен стоять одиноким. Ваську береги… – И опять легла в постель и заснула.

Утром её уже не было. Соседи позвонили дочери и рассказали о случившемся. Через неделю хозяйку похоронили. Прилетел старший сын с семьёй и дочь приехала с семьёй. Кузьма тихо сидел под печкой и украдкой вытирал слёзы бородой. Кот истошно орал.

За столом сидели дети с семьями и решали, что делать с домом. Сам же дом застыл в ожидании своей участи. Разговор был длинный, но продуктивный. Старший сын отдал все права на дом сестре и уже утром улетел с семьёй к себе домой. Дочь также уехала к себе, заперев дверь на замок и выгнав Ваську на мороз.

Дом стал умирать. Кузьма, как исправный домовой, не переставал следить за домом, не давая потухнуть последней искре жизни. Так прошла зима. Дом кряхтел, кое-где обвалилась штукатурка, прохудилась крыша. Васька, теперь живший на чердаке, возмущённо орал, глядя на дыру в крыше.

Весной, как сошёл снег, перед двором остановилась машина. Сначала зашла дочь, потом молодая семья. Кузьма внимательно посмотрел на прибывших, и они ему очень не понравились. А дочь тем временем с округлившимся животиком, двигаясь, как утка, показывала дом.

– Дом тёплый, уютный. Есть погреб. Большой сад. Если будете им, конечно, заниматься. – Она остановилась, отдышавшись. – Мама здесь прожила всю жизнь. А у нас сейчас сложный момент – нужны деньги. Ну как, вам нравится?

Молодая семья согласилась на аренду до июня. Дочка, радостно сверкнув глазами, уехала. Молодая семья оказалась из современных семей. Новые хозяева не знали, как надо жить в деревенском доме. Дом недовольно скрипел. А Кузьма злился уже не на шутку. Молодая хозяйка оказалась совсем не домовитой, она не убирала, посуду мыла по случаю. Кота била тапкой и не давала ему еды. Васька был очень обижен и окончательно перешёл к соседям.

Это переполнило чашу терпения Кузьмы, и он стал выживать новых хозяев, как мог. Он прятал вещи, деньги, по ночам шумел, пугал хозяйку. После месяца такой жизни семья не выдержала и сбежала в город. Дом вздохнул и опять погрузился в печаль.

Но вот наступил июнь, зазеленел и расцвел сад. Заросший двор радовал своей зеленью. Даже Васька стал чаще захаживать к Кузьме. На соседских харчах он разжирел и любил поваляться в траве бывшего своего двора. Кузьма частенько стал сиживать на ступеньках и смотреть, что творится за забором.

В один из таких тёплых вечеров Кузьма сидел на ступеньках и болтал с Васькой. Неожиданно за калиткой остановилась машина. Калитка распахнулась, и двор огласился детскими голосами. Приехала дочка с семьёй. Недавно у неё родился карапуз, и теперь она таскала его на руках, и четырёх лет девочка весело смеялась. За ними, обвешанный сумками, зашёл муж. Ступеньки проскрипели, открылась дверь, и все зашли в дом.

Кузьме стало любопытно, и он потянулся за ними. Посредине большой комнаты стояла гора сумок, чемоданов. Девочка носилась, визжала и смеялась, её брат с важным видом восседал у матери на руках.

– Пора укладываться, завтра всё решим, – сказала дочка, и муж с ней согласился. Постелили постели, выключили свет, и в доме наступила тишина. Кузьма с важным видом обходил вещи и надеялся, что теперь его жизнь и жизнь дома изменится.

С рассветом следующего дня дочка тихо встала, прикрыла двери, чтобы не разбудить детей, и начала разбирать вещи. Чуть позже к ней присоединился муж. Дело спорилось, и они быстро с этим справились.

Дочка нагрела чайник, и стали завтракать. После началась генеральная уборка, в промежутках покормили детей и выпустили во двор. Девочка оказалась очень общительной, и уже местная детвора заполняла весь двор. Кузьма даже прослезился от такой картины.

Прошёл месяц. Дочка с мужем за это время сделали ремонт, поправили всё, что разрушилось от времени. Каждый день дочка ставила теперь лакомство под печку и улыбалась, как когда-то её мать.

Кузьма распушился и ходил важный по дому, как настоящий хозяин. Васька вернулся и привёл весь свой выводок. Дочка тогда очень удивилась.

– Володя, никогда не видела, чтобы кот приводил котят за собой…

Муж только усмехнулся и слегка погладил Ваську по загривку. Тот важно повёл семью на новое место жительства. На следующий день во дворе появился новый обитатель. И Кузьма, как хозяин, пошёл его приветствовать. Это был шустрый, толстый щенок. Ему сделали просторную будку, и каждый день муж хозяйки учил его различным командам.

Кузьма любил наблюдать за их уроками. Лето подходило к концу, дом ожил и принял новых хозяев. Кузьма радовался этому безмерно. Начался новый виток жизни.

Странствия домового Кузьмы

Прижимая котомку к груди, домовой смотрел на бревна, которые лежали скопом. Когда-то это было домом. Домом, в котором он жил. А теперь Кузьма стоял и смотрел со слезами на глазах на эти бревна.

Куда теперь идти и где жить, домовой не знал. Он присел на завалинке рядом с двором и задумался, куда ему деваться. В деревне у всех домов были хозяева, он было сунулся в дом, который полуразрушенный стоял на околице, но даже из этого дома его выгнал злыдень, который там облюбовал себе жильё.

«Домовой не может быть без дома!» – подумалось ему. Он встал, горестно вздохнул и поплёлся куда глаза глядят.

Походив по деревне, домовой здоровался с соседями. Ему сочувствовали, но домой не пускали. Поскитавшись, Кузьма отправился в ближайший лесок. Лес был старый. Ещё бабка бабки говаривала, что в древние времена его хотели уничтожить и поставить здесь град.

Но нечисть лесная не дала. С тех пор тут выросла только деревня, и местный люд рассказывал, что не всех принимал лес. Бывали случаи, когда люди пропадали, а бывало, что возвращались домой с полными корзинками грибов и ягод.

Такие были счастливчиками. По каким критериям лес отбирал людей, было непонятно. Кузьма потоптался на краю леса и робко вошёл в него. Было раннее лето, лес стоял весёлый и солнечный, полный шорохов и разных лесных шумов. Домовой брёл по лесу с потерянным видом. Впереди показалась полянка, он решил больше никуда не ходить. Нашёл поваленное дерево, натаскал травы, положил свою котомку и улёгся.

Так он провалялся весь день и всю ночь. Ночью особенно было не по себе. Кузьма всегда был при доме, сколько себя помнил. А тут впервые в жизни пришлось ночевать на открытом месте. Лесные жители с опаской посматривали на него.

На следующее утро к нему пожаловал хозяин леса, Леший. Поскрипев конечностями, он присел на поваленное дерево. Кузьма вылез из своего временного жилища, поклонился в пояс и сел скромно рядом.

– Ты домовой? – Леший скосил на него глаза.

Кузьма печально кивнул.

– Что, остался без жилья?

Кузьма опять горестно вздохнул. Наступило молчание. Леший о чём-то размышлял.

– Один не выживешь, – констатировал Леший.

– А что же делать? – Кузьма робко посмотрел на него.

– Для тебя есть два пути. Или жить одному, но тогда озлобишься и превратишься в злыдня со временем. Или же пойти к Кикиморе. Она живёт на берегу нашего болотца в чаще. И поначалу попроситься на постой.

– А потом? – робко поинтересовался Кузьма.

– Если ты понравишься Кикиморе, то со временем придётся жениться, – равнодушно ответил Леший. Потом опять помолчал и завершил разговор: – Живи. Лес тебя принял.

Встал и удалился в чащу.

Кузьма остался со своими горестными думами один. Жениться он не хотел, но и жить без дома вот так под деревом тоже не мыслил. Как ему поступить, он не мог решить. Поэтому на ночь он остался под поваленным деревом.

Ночью прошёл обильный летний дождь. Хоть было тепло, Кузьма промок до нитки. И утром был весьма раздражённым. Развесив на кусте мокрые вещи, он переоделся и пошёл на поиски еды. Кроме лесных ягод, ему не удалось ничего найти, и это не способствовало улучшению его настроения.

Вернувшись, он увидел, что его рубаху кто-то брал и всю измазюкал в грязи. Это полностью расстроило Кузьму, и он решил попытать счастья у Кикиморы.

Взяв свою котомку, Кузьма отправился в чащу леса. Действительно, на берегу большого озера, которое по берегам уже заболачивалось, стоял небольшой добротный домик.

Кузьма остановился у порога, потоптался и кашлянул. На порог вышла маленькая старушка с длинным носом и острым злым взглядом. Кузьма подумал: «Не сживёмся, злобная баба».

– Доброго дня, хозяюшка! – произнёс он вслух.

– И тебе не хворать! – скрипучим голосом ответила старушка. – Зачем пожаловал?

– Да вот, Леший сказал, можно попроситься к тебе на постой временно.

– Леший, говоришь? – задумчиво сказала старушка. – А чем платить будешь за постой?

– Так за домом буду смотреть, я ж домовой! – погладил бороду Кузьма.

Кикимора пожевала губами, что-то пробормотала себе под нос и обратилась к Кузьме:

– Ну, заходи, квартирант, посмотрим, на что ты способен.

Кузьма, весьма довольный таким поворотом дела, вытер ноги и зашёл в дом. Внутри дом был обветшалый, пропахший тиной и водорослями. Углы были подмочены, брёвна кое-где стали подгнивать.

Кузьма обходил дом, цокал языком и горестно вздыхал. Работа предстояла большая.

Лето в этом году выдалось знойным. Кузьма за первую неделю освоился в доме у Кикиморы и, как обещал, начал заниматься домом. Хозяйка оказалась тихой и молчаливой. Кормила хорошо, вопросами не докучала. Тихонько ходила и смотрела на деяния Кузьмы.

Зато Кузьма перезнакомился со всеми обитателями в доме и около него. Особенно его полюбили мыши. Он их подкармливал крошками, небольшими кусочками сыра. Кикимора морщилась, но замечаний никаких не делала.

А в конце первого месяца лета забрёл на берег озера молодой кот. Он таращил глаза и истошно орал, пугая всех, кто находился поблизости. Сутки не было житья, кот забрался в камыш и истошно орал, не переставая.

Кузьма не мог оставить в беде животное. Рано утром, как только занялся рассвет, Кузьма тихо вышел из дома и полез в камыши. Кот сидел худой и голодный среди камышей и обречённо смотрел на озеро.

– Что, заблудился? – Кузьма присел рядом.

– Выгнали… – последовал ответ.

– Есть хочешь? – Кузьма сочувственно поцокал языком.

Кот посмотрел на Кузьму, как на полоумного. Кузьма махнул рукой и полез из камышей. Так одним жителем у Кикиморы прибавилось. Она была крайне недовольна и высказала всё Кузьме, пригрозив ему, что выгонит его с постоя.

Домовой опечалился, но перестал таскать в дом всякую живность. С котом Кикиморе пришлось смириться, он шипел, кусался, но никуда не уходил. Она махнула рукой и перестала замечать его.

А Степан (так звали кота) стал таскаться везде за Кузьмой. Время шло, лето подходило к концу. Кузьма поправил дом Кикиморе, она была в восторге. В один летний вечер Кикимора, встретив Кузьму, поправлявшего ступеньки, без предисловий вывалила на него новость:

– Уважаемый арендатор! Если вы хотите и дальше делить со мной этот кров, вам придется создать со мной взаимный союз, то есть жениться.

После этой тирады Кикимора степенно удалилась в дом.

У бедного домового после этих слов топор выпал из рук. Кот от испуга отскочил и зашипел. Эту ночь Кузьма провёл в камышах вместе со Степаном, который из солидарности остался с ним.

Что делать, Кузьма не знал. Он только привык к дому, дом привык к нему. И вот опять уходить. А ночами стало уже холодать. Он был в раздумьях. Кикимора его не торопила, но и зорко следила, чтобы не сбежал.

Листва желтела и устилала землю ярким ковром осени. Домовой достал тёплый жилет и уже не снимал его. И вот в один из последних погожих дней осени на берег озера приехала машина.

Из неё вылетели две маленькие девчушки лет трёх, за ними вышла молодая женщина с мальчиком на руках, и тут же появился молодой мужчина с ещё одним мальчиком.

Кузьма с интересом наблюдал за ними из камышей. Молодая мать передала мальчугана на руки отцу и стала расстилать плед под раскидистым деревом. Девчушки с энтузиазмом ей помогали.

Затем дети стали играть, отец занялся рыбалкой, мать краем глаза следила за резвящимися детьми, а сама собирала осенние цветы.

За полдень, когда все наелись только выловленной рыбкой, решили пройтись по округе. Кузьма потащился за ними. Проходя по берегу, они упёрлись в старый дом.

– Кто здесь жил? – спросила молодая женщина.

– Это дом охотника, – отозвался муж. – Но он уже лет пятнадцать пустует.

– А-а.

– Мама, а тут домовой живёт? – спросила девочка, шедшая рядом с матерью.

– Не знаю, Аннушка. А что?

– Папа сказал, что наш дом, где мы сейчас живём, пустой. Дом без домового как гнездо без птенцов. Вот я и подумала. Здесь же никто не живёт, пусть бы к нам шёл. Ему будет веселее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.