Ольга Чернявская
Перемещенные лица

© Чернявская Ольга, 2021

* * *

Посвящается моим родителям, Александру и Лоре Чернявским

Молитва

Сын Человеческий, я твой смиренный раб,
Прости меня, я немощен и слаб…

Шоссе на Дахау

Рождество в Линдау

Белый Ангел альпийских заснеженных сел
На зеленом Рождественском небе
Пролетел, и нечайно, поскольку посланцем он не был,
Он нечайно, нам тихую радость принес.

Он ее обронил, как хозяйка роняет случайно,
Крутобокий, шершавый и полный кувшин молока,
Но свершилось – Земля содрогнулась от Тайны,
И заветного яблока нежно коснулась рука,
И качнулось, и сдвинулось все,
Все вокруг задышало,
Чтобы снова родиться,
И снова рассыпаться в прах…

Только Ангел летел и летел,
Но другая Земля проплывала
У него под ногами,
И нимб золотел в головах…

Мюнхен, 1993

Капуцинерштрассе

Классической поэзии фонарь –
Немецкая луна в окно глядела
Так пристально, как твой сосед Герр Штайн,
Чиновник социального отдела.

Зачем сегодня ночью я с тобой?
Наследник всех побед и поражений
Своих отцов, их пиршеств и сражений,
Любителей в прокуренной пивной
Вдыхать дымок минувших сожалений.

Над Изаром витает сонный дух,
И влажная трава под каблуками,
И нищие с безумными глазами
Мостятся на ночь, заполняя луг…

Страна перемещенных лиц и душ,
Просторных рыцарских подвалов,
Со сладким привкусом походов и привалов,
Волос девичьих и оленьих туш…

Я прах тебе и в прах твой ухожу,
Любя, и проклиная, и тоскуя…
Пропел петух, разбив крылом рассвет,
И все, что мне осталось это след
Холодного на сердце поцелуя

Мюнхен, 1993

Marienplatz

Памяти Генриха фон Айнзидля, Барона Бисмарка

Хорошая немецкая традиция
Все девушки привычны к амуниции,
Кто Лорелеи, а кто Гитлерюгенда,
И рыбий хвост, и форма им к лицу.
Холмы и водопады – декорация,
И стройный лес, и в небе авиация,
И памятник, и лошадь на плацу.

Ах, хитрая пивная экзекуция,
Ведет меня твоя кривая лоция,
По улочкам, по улочкам, по лестницам,
Такой вот непредвиденный экстаз,
Прощайся ж, милый Августин, с ровесницей,
Ты обещал, что все пройдет, как в песенке,
В классической немецкой философии,
Где делу время, а потехе час.

Мюнхен, 1994

Альпийский вальс

Памяти Фридриха Хитцера

В горах Баварии, где некогда бродил
Любимец очарованный мальчишек,
Несчастный Людвиг,
Снег траву укрыл
И деревень игрушечные крыши.

Февраль в Баварии, но кажется, что осень
Опять вернулась к нам – под снегом желтый лист,
Душа промерзшая тепла и хлеба просит
Под соловьиный свист.

О где ты, где ты, Родина моя,
Дворов ли южных темная прохлада,
Московских подворотен глубина,
Над Одинцовым полная луна
И в корке льда ночная эстакада?

Мюнхен, 1993

Мост Ватерлоо

Trafalgar Sq.

На уходящем в небо Трафальгаре
Горацио и я,
Всегда кого-то ждем…
Настоянное на крутом отваре
Ромашкового чая, за окном,
Уходит лето в бухты Борнемута,
И я еще пока должна кому-то
Но мне уже и это нипочем…

Лондон, 2000

House of Commons

Зачем, любовь моя, мы влюблены
Так в этот город, уходящий в дождь?
И в этот Зал, пропитанный насквозь
Викторианской смесью ароматов:
Засушенной лаванды для белья,
Фарфора в трещинках, проложенного ватой,
И старого на рейде корабля.

Здесь чернь и власть,
Здесь трон и суета,
И в библиотеке чья-то сигарета
И дрогнула твоя рука, задета моим плечом,
И карты жизни этой легли на стол,
И оказались в масть…

Лондон, 1996

Kensington Gardens

И к часу ИКС, вечернею порой
Мне кажется, что я бреду тропой
Без покаяний, и без сожалений,
И без любви какой-либо, без мнений,
С душой опустошенной, но живой…
Викторианский сад над головой
Он ранней черной зеленью, весной,
Цветеньем мелких роз не утешает,
Как утешал в былые времена
Когда безумцем рвался из окна,
И таяла прибрежная волна у наших ног,
от страсти умирая…

Лондон, 2005

Westminster

Корабль Дворца, сойдя со стапелей,
Улегся в воду и пошел к закату,
И старый БЕН был мачты пламеней,
И напряглись, и дрогнули канаты…

Безропотно он отмерял нам срок
От чая к чаю, от любви к могиле,
Но мы беспечно целились в висок
С самозабвеньем думающей пыли.

Меж тем корабль, как усталый кит,
Все плыл и плыл на запад, в бухты Торки,
А мы остались, опустился лифт,
Разверзлась тьма в подвальные задворки,

И мы шагнули внутрь,
Оставшись там втроем:
Ты, я, и пустота реторты…

Лондон, 2003

St. Katharine’s Docks

Иногда мы с тобой были счастливы,
Мы с тобой пили пиво
в Доках Екатерины,
На лавочках черных сидя.
В промозглом жемчужном заливе
Яхты толкались от чванства,
Мы нежились в этой сыри
Речного непостоянства…
Мы вспоминали снова
Твоих любимых поэтов,
Такси нас ждало терпеливо,
Прячась за парапетом.
Нас ждали тогда, сколько надо,
Нас тогда шибко любили,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.