Григорий Лерин
На пороге

Маша завязала узел, тщательно расправила бант и положила коробку на стол. Получилось очень красиво. Алая лента на белом фоне и чуть сбоку от нее золотистые буквы: «Paradise». «Рай» – это название фирмы-производителя, как объяснил ей продавец в магазине и добавил, что фирма хоть и новая, но уже уверенно заняла свою нишу на рынке, а кроме того, постоянно устраивает акции и разыгрывает призы. Маша и так знала, как будет «рай» по-английски, и даже не сомневалась, что за звучным названием притаилась китайская компания. И вообще, она бы лучше купила «Самсунг» или «Сони», но приходится быть экономной, а продавец почему-то настойчиво уговаривал ее приобрести именно планшет «Paradise», который стоил в два раза дешевле. У продавцов всегда имеются свои неведомые соображения.

Впрочем, сейчас это ее уже не беспокоило. Она смотрела на подарок и задумчиво улыбалась, представляя, как будет его дарить. Она войдет в комнату, держа руку за спиной… Или вытянет обе руки вперед, держа коробку на ладонях… Или… Да какая разница! Главное, что он обрадуется! Как он обрадуется!

Маша уже забыла, когда в последний раз с таким нетерпением ждала Новый год. Но вот у нее появился Костя, и ее тусклая однообразная жизнь изменилась. Вместе с Костей в ней появился смысл. Раньше Маша думала, что смысл – это просто слово, которое часто повторяют бессмысленные люди, но теперь знала наверняка, что смысл существует и, как бы он ни был обременителен, это классно.

Она посмотрела на часы и охнула. Без десяти одиннадцать, а ведь она еще хотела заскочить в магазин и купить какие-нибудь вкусняшки к столу. Она взметнулась со стула и побежала одеваться.

Минут через пятнадцать Маша вышла из подъезда. Снег перестал, и заметно похолодало. Во дворе, посреди спортивной площадки сияла нарядная, присыпанная снегом елка. По гирляндам, развешанным на нижних ветках, пробегали зеленоватые огни.

«Новый год, как хорошо! – подумала Маша. – Только бы Генриетта не позвонила».

Зря она вспомнила Генриетту – из сумочки раздалась мелодия. Она расстегнула молнию и, отодвинув коробку с подарком, вынула смартфон. На экране светилось имя: «Генриетта».

– Добрый вечер, Генриетта Александровна! С наступающим вас! Желаю вам счастья в новом году! – Маша всегда говорила с Генриеттой в просительном тоне, поэтому поздравление и пожелание прозвучали не слишком убедительно.

– И тебе счастья, Машуля, – раздался из телефона бодрый женский голос. – Не просто желаю, но и стараюсь. Я тебе на Новый год шикарного клиента нашла. Только ехать надо прямо сейчас.

– Ой, Генриетта Александровна, а я…

– Машуля, никаких «ой» и никаких «нет»! Во-первых, клиент – мой старый знакомый. Неожиданно позвонил, другие девочки уже заняты. А во-вторых… – Генриетта выдержала значительную паузу и выложила главный козырь. – Сто тысяч рублей платит! Кто у нас вечно ноет, что деньги нужны? Платье себе новое купишь, а то в одном и том же полгода уже. Смотри, я ведь могу постараться и кого-нибудь другого найти.

Маша вздохнула.

– Нет, не надо никого. Спасибо, Генриетта Александровна. Говорите адрес.

Записав адрес, она стряхнула со щеки заледеневшую слезинку и горестно покачала головой. То ли жаловалась, то ли извинялась. А потом стала себя успокаивать. Нет, ничего страшного не случилось. Подарок можно и завтра утром подарить. Он все равно обрадуется. Только этот момент радости отдаляется на целую ночь. Зато она заработает очень хорошие деньги. Так ей еще никогда не платили.

Рядом с елкой громыхнула петарда, шипящая стрела понеслась вверх и с треском рассыпалась разноцветными огнями. Маша проводила ее взглядом. Небо совсем очистилось от туч, высоко вверху светили звезды. А когда огни петарды погасли, среди тусклых звезд вдруг вспыхнула яркая зеленая искра и прочертила короткую горизонтальную линию. А за ней тут же пролетела еще одна, но в обратном направлении.

Маша удивилась. Вроде бы, декабрь – не время звездопада. Она даже подумала, что это зеленые огни елки отразились в ее наполненных слезами глазах, и промокнула глаза платком. И снова увидела в черном небе пролетевшую яркую искру.

Маша вздохнула, зябко повела плечами и направилась к дороге.

Если бы она могла устремиться вслед за взглядом туда, в глубину звездного неба, то не только бы увидела вспыхивающие зеленоватые линии, но и услышала совсем необычные для неба звуки. Они очень напоминали хлесткие щелчки ракеткой по мячу и удары мяча о поверхность корта. Эти странные звуки сопровождали два мужских голоса. Один – солидный и уверенный, другой – молодой и задиристый.

– Давай, давай, шевелись! – нетерпеливо подгонял Солидный Голос. – Ну вот, опять в сетку! Да что с тобой такое? Вроде, после Папиного дня рождения уже почти неделя прошла. Пора бы и в форму вернуться.

– Это у тебя неделя. Ты же сразу после Папы соскочил, – оправдывался Молодой Голос. – А мы с ребятами еще три дня и три ночи, как положено.

– Понятно… Подаю. Хоть раз-то нормально отбей!

– А ты полегче мячик-то не мог найти? Вон, их тут тысячи летают! – с досадой проговорил Молодой Голос и резко выдохнул: – У-ух!

– Вот это другое дело! – одобрил Солидный Голос. – Х-х-хэ!

Раздался сильный удар и пронзительный свист пролетающего на огромной скорости предмета.

– Аут! – крикнул Молодой Голос.

– Кому – аут, а кому и прямо в форточку. Через полчаса долетит, – сказал Солидный Голос. – Ладно, Гаврюха, закончили. На дежурство пора.

***

Катя шла вдоль длинного многоэтажного дома и напевала:

– Тепло ли тебе, девица, тепло ль тебе, красавица… Тепло ли тебе, девица, тепло ль тебе, красавица…

Других слов из этой песенки она не знала, а возможно, это была совсем даже и не песенка, а где-то услышанная фраза. Но она запомнилась и прочно прицепилась, потому что в ней звучало ключевое слово: «красавица».

Катю считали самой красивой девочкой в ее десятом классе. Что было не совсем верно. Вот если бы ее увидели сейчас в новой белой куртке, белых сапожках и бело-синей шапочке на голове, то все бы сразу признали, что она – самая красивая девочка в школе. А может быть, и в районе. А у самой красивой девочки все всегда должно получаться.

Хотя, как раз сейчас все шло наперекосяк. До Нового года оставалось минут сорок, а «объект» очень задержался и заявился домой только что. Но Катя твердо решила довести дело до конца. Ведь именно в новогоднюю ночь исполняются желания.

Она почувствовала вибрацию в кармане и вынула смартфон.

– Да, говори!

– Альфа, Альфа, я Омега! Прием!

– Да подхожу уже! Какой код?

– Альфа, Альфа, я Омега! Набираешь три ноля. Ждешь пару секунд и набираешь ноль. Если приняла, скажи: «Роджер».

– Ну, Роджер! – Катя свернула к подъезду и, отключившись, добавила: – Вот дебил!

Конечно, для намеченной операции она выбрала не самого лучшего напарника, но его папа работал в полиции на какой-то крутой должности и смог бы прикрыть, если что. А сам Артемон был влюблен в нее по уши и готов ради нее на все. Тем более, что в случае успеха Катя пообещала его простимулировать. Просто пообещала – не обязательно же это исполнять на самом деле.

Артем сидел на подоконнике между седьмым и восьмым этажом. Под его ногами на полу стояла спортивная сумка. Внизу зажужжали двери лифта, и лифт тронулся вверх. Артем убрал смартфон в карман, подул на замерзшие пальцы и спрыгнул с подоконника.

Катя вышла из лифта и поднялась к окну. Он потянулся к ней губами, но она увернулась и подставила щеку.

– Пришел объект?

– Ты должна была мне ответить: «Омега, Омега, я Альфа. Прием», – строго произнес Артем. – Это же основы конспирации!

– Да прием, прием! Артемон, он пришел вообще?

– Как бы пришел… Почти… Уже у двери стоял. А из соседней двери мужик вышел. Морда – во! Как у трансформера! Он его к себе затащил. На пять минут как бы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.