Марина Сергеевна Серова
Танец огненной королевы

© Серова М.С., 2021

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2021

© Inara Prusakova / Shutterstock.com

Пролог

За окном свирепствовала метель – в окна стучался ветер, на темном небе, затянутом тяжелыми тучами, не было видно ни звезд, ни луны. Зима наступила рано, декабрь выдался холодный и снежный.

Маленькая искусственная елочка вся горела разноцветными огоньками, а на крохотные, аккуратные и красивые шарики было интересно смотреть и мечтать о том, что именно в этот предновогодний день произойдет чудо.

Маленькая девочка верила и в Деда Мороза, и в Снегурочку, и в сказку, в которую непременно попадет и в которой будет уютный теплый дом, красивые игрушки, и… и добрые, любящие родители. Мама и папа.

Она часто представляла себе, какие они – ее родители. И каждый день ждала, что они придут за ней, заберут домой, и вместе с ней будут встречать новый, самый счастливый год в ее жизни.

Когда они пришли – красивая светловолосая женщина и высокий, немного полный мужчина – девочка с радостью подбежала к ним.

Женщина говорила с воспитательницей, и девочка поняла: вот они, ее мама и папа! Именно так она себе их представляла – красивыми, добрыми и родными.

В руках у женщины была большая кукла в розовом платьице и с чепчиком на голове. У куклы были огромные ярко-голубые глаза и маленькие красные губы, и девочка заранее предвкушала, как мама сейчас подарит ей эту чудесную куклу и позовет домой… А дома их будет ждать большая, настоящая, а не искусственная елка, с игрушками и шишками. Под елкой будут лежать новогодние подарки в ярких упаковках, мандарины и шоколад. Большая плитка вкусного молочного шоколада с изюмом и орешками – чудесное новогоднее сладкое угощение. Мама приготовит вкусный торт, и они сядут за накрытый праздничный стол, и…

Женщина закончила разговор с воспитательницей.

Девочка с трепетом и восторгом ждала, когда ее позовут, назовут ее имя и скажут, что мама с папой пришли за ней.

Воспитательница крикнула:

– Наташа, собирайся! За тобой пришли!

К красивой женщине и ее мужу подбежала девочка с тоненькими косичками, в синей юбочке и желтой рубашке. Она обрадованно обняла женщину, и та подарила ей куклу. Родители ушли вместе со своей новой дочкой.

А девочка, так верившая в чудо и надеющаяся на волшебную сказку, осталась. Одна, возле маленькой елки и пустого, грустного окна, в которое бился злой, пронизывающий ветер.

И тогда девочка поняла: чудес не бывает. За ней никогда не придут. У нее никогда не будет ни мамы, ни папы…

Глава 1

Уютно облокотившись на спинку мягкого кресла, я прикрыла глаза и под плавную, медленную мелодию задремала.

Спать мне не хотелось, но я ничего не могла с собой поделать – уж слишком убаюкивающей была музыка, слишком долгим – цирковое представление.

Стоит ли говорить, что в цирке я оказалась совершенно случайно, не по своей воле. Я не являюсь поклонницей подобных мероприятий – когда у меня выдается свободный день, предпочитаю провести его в своей комнате за просмотром фильмов. Причем совершенно не важно каких – я с удовольствием просматриваю и боевики, и комедии, и даже мелодрамы. Что поделаешь, такое у меня хобби. Кому-то нравится заниматься рукоделием, кому-то – например, моей тетушке Миле – кулинарией, ну, а я являюсь горячей поклонницей киноискусства.

Кому-то может показаться странным, что телохранитель, вроде меня, имеет столь странное увлечение. Моя тетя, к примеру, до сих пор не может смириться с тем, что в отсутствие заказов я просиживаю дни напролет дома за своим компьютером.

Почему-то тетя Мила уверена, что я должна «выходить в свет», встречаться с другими людьми, общаться, посещать выставки, концерты и прочие мероприятия. А еще ей не дает покоя тот факт, что ее обожаемая племянница Женя Охотникова до сих пор не замужем.

На мою беду, тетушка уверена, что если я сама не могу найти своего прекрасного принца на белом «Мерседесе», то поиском данного субъекта обязана заниматься она.

Вот, стараниями моей тети Милы, один из претендентов на мои руку и сердце как раз и сидит справа от меня. На принца, правда, совсем не похож – немного полненький, немного лысоватый, в очках и в странной серо-красной рубашке, которая явно ему мала.

Даже не помню, как зовут моего несуразного кавалера. То ли Дима, то ли Вася, то ли еще как.

Он назвался, но я пропустила его слова мимо ушей, а сейчас, когда мы вместе просмотрели половину циркового представления, было уже неудобно спрашивать. К тому же мой спутник и сам был не в восторге от нашей встречи, это было видно по его скучающему лицу. Разговаривали мы мало, просто поздоровались и заняли свои места согласно билетам.

Если бы я сразу раскусила коварный замысел тети Милы, естественно, ни в какой цирк я бы не пошла. Однако в тот момент, когда тетушка вошла в мою комнату, я смотрела очередной фильм – на редкость интересный триллер, новинку кинопроката. Развязка обещала быть волнующей и неожиданной, и я целиком погрузилась в события, происходящие на экране монитора моего новенького компьютера.

Я даже не поняла, о чем тетушка говорит, – какие-то билеты, какая-то давняя знакомая…

С трудом вернувшись в реальную жизнь, я попыталась вникнуть в суть тетушкиной просьбы. Та, вдобавок ко всему, явилась в мою комнату с тарелкой аппетитных пирожков – пышных, румяных и таких ароматных, что мой рот тут же наполнился слюной, несмотря на недавний завтрак.

В общем, тетя Мила была на высоте – подкупила меня своим очередным кулинарным шедевром, усыпила мою бдительность, и отказать ей было попросту невозможно.

– Понимаешь, Женечка, моя давняя знакомая Зоя просит меня сегодня пойти с ней на цирковое представление. А я хотела именно в это время посетить выставку в музее, она как раз сегодня открывается. В одиннадцать утра, представляешь? Мой любимый художник, и длится выставка недолго… Я бы сходила лучше в музей, ты же не составишь мне компанию, верно? Знаю, что живопись тебя не интересует! Но у Зои сегодня день рождения, и она меня пригласила, отказать ей неудобно. Билеты-то уже куплены! Может, выручишь меня? А фильм потом досмотришь!

– Раз такое дело, то конечно… – пробормотала я, одновременно беря из тарелки пирожок. К слову, тарелка уже стояла на моем столе.

– Вот и отлично! Сейчас я позвоню Зое, сообщу, что моя племянница хочет пойти в цирк! – обрадовалась тетушка и вышла из комнаты, оставив мне блюдо с пирожками.

Я решила не подводить тетю – ладно, схожу на представление, все равно у меня весь день свободен! А фильм и правда никуда не денется, посмотрю после циркового шоу.

Однако в цирк никакая тетушкина знакомая не явилась. Вместо Зои, которую я даже не знала, ко мне подошел странный тип в очках и робко спросил, не являюсь ли я Женей Охотниковой.

Выяснилось, что этот субъект является сыном Зои Павловны, которую пригласила на цирковую премьеру моя тетя, но Зоя в этот день не могла прийти на представление, вот и послала в цирк своего сына.

Только тогда я поняла коварный замысел тетушки Милы и ее подруги. Меня в очередной раз хотели свести с очередным кавалером, только и всего.

Вот так я и оказалась в этот день в цирке. Делать было нечего – пришлось искать наши места и смотреть представление.

Я собиралась под каким-нибудь предлогом уйти со второго действия, однако сделать это мне не удалось. Во время антракта в проходах образовалась такая толпа детей, взрослых и подростков, что пробиться через людской поток не представлялось возможным, и я предпочла остаться на своем месте.

От скуки я достала свой мобильник, включила Интернет и стала просматривать анонсы новых фильмов. Жаль, не взяла с собой наушники – можно было бы посмотреть какое-нибудь кино с мобильного, хоть я не особо люблю просматривать фильмы с маленького экрана.

Хорошо еще, мой кавалер не доставал меня расспросами – он молча сидел и жевал шоколадные конфеты, вытаскивая одну за другой из своего рюкзака, такого же нелепого, как и его обладатель. Даже мне не предложил – ну что с него возьмешь? И о чем только тетушка думала, когда замышляла всю эту аферу? Выскажу ей все, что я думаю по поводу этого безобразия, и впредь буду внимательна к ее просьбам!

Но на втором действии, во время выступления воздушных гимнастов, я задремала, даже не выключив мобильный.

Я мирно спала в кресле под звуки музыки и шорох фантиков от шоколадных конфет, которые нагло поглощал мой спутник. Похоже, он взял с собой килограмма два сладостей, не меньше…

Поначалу меня раздражало его шуршание, но потом я попросту перестала обращать на это внимание.

Я погружалась в сон все больше и больше, и даже не поняла, откуда взялся какой-то посторонний звук. Назойливый, громкий и очень знакомый.

С соседнего кресла донеслось возмущенное ворчание какой-то женщины по поводу невоспитанных людей, которые не отключают свои мобильные телефоны во время представления.

До меня наконец-то дошло, что надрывается мой сотовый телефон.

Я быстро нажала кнопку беззвучного звонка, быстро встала с кресла и стремительно направилась к выходу, благо сидела недалеко от прохода.

Мой кавалер посмотрел на меня с изумлением, но ничего не сказал.

Номер, с которого мне звонили, был мне неизвестен, поэтому вполне могло статься, что поговорить со мной желает потенциальный клиент, которому требуются услуги телохранителя.

Против работы я ничего не имела – и так почти неделю отдыхаю, пора бы разнообразить свое времяпрепровождение. Да и тетушка Мила перестанет пытаться срочно выдать меня замуж или познакомить с очередным сыном (племянником, братом или еще кем) своих подружек.

К счастью, дверь в вестибюль на время представления не закрывалась, поэтому я выскользнула в коридор и взяла трубку.

– Я вас слушаю, – громко проговорила я.

– Добрый день, – поздоровались со мной.

Голос принадлежал женщине – судя по всему, говорившей было лет тридцать пять – сорок, не меньше. У меня сложилось впечатление, что эта дама была властной особой – в ее тоне слышались стальные нотки. Интересно, зачем я ей понадобилась?…

– Мне нужна Евгения Охотникова, – заявила моя собеседница. – Я правильно звоню?

– Я вас слушаю, – снова повторила я.

– Вы телохранитель, верно? – скорее утвердительно, нежели вопросительно, продолжала женщина.

– Да, – коротко ответила я. – Чем могу быть вам полезна?

– Это не телефонный разговор, – безапелляционно произнесла та. – Мы можем с вами встретиться в два часа дня в кафе «Виктория»? Оно находится практически в центре города, на пересечении улиц Тарасовская и Ферзина.

Я быстро прикинула в уме, за сколько я доберусь на машине до требуемого заведения.

В принципе, от цирка можно было и пешком дойти, однако я привыкла разъезжать по городу на своем автомобиле, поэтому в отсутствие пробок доехать я могу минут за семь.

– Да, я смогу быть в кафе в два часа, – сообщила я.

– Хорошо, – бросила женщина и отключилась.

Ни «спасибо», ни «до свидания» – видимо, правила вежливости дама просто игнорировала.

Честно говоря, от разговора с ней у меня осталось не слишком приятное впечатление. Создавалось ощущение, что все вокруг что-то должны этой женщине и все в мире должно быть именно так, как ей хочется.

Что ж, я сразу ознакомлю свою клиентку с расценками за мои услуги – если ей что-то не понравится, пускай ищет себе другого телохранителя. Хотя, насколько мне известно, в Тарасове я считаюсь лучшим профессионалом своего дела…

Кафе «Виктория» напоминало скорее мини-ресторан – заведение предназначалось явно не для быстрого перекуса посреди рабочего дня. От ресторана оно отличалось разве что размером, однако и обстановка, и цены были под стать элитному заведению.

Оно располагалось в старинном здании, на первом этаже. Дом недавно был отреставрирован, но все архитектурные детали оказались сохранены. На втором этаже находилась гостиница, на третьем – бильярдная.

Как ни странно, но я в этом кафе была впервые – как-то не приводилось случая здесь обедать или ужинать. Мои клиенты выбирали для встреч другие заведения города, не в центре.

Существует такое мнение, что для конфиденциального разговора больше подходит кафе или ресторан где-нибудь подальше от любопытных глаз. Хотя дорогие рестораны – неплохое решение. Люди обычно приходят в элитное заведение ближе к вечеру, а днем или утром нарваться на посторонних в подобном месте большая редкость.

Моя собеседница (она даже не назвала своего имени) скорее всего руководствовалась именно такими соображениями. Я не стала узнавать, как она выглядит и во что будет одета. На худой конец, я всегда могу позвонить ей и узнать, пришла ли она в ресторан и за каким столиком сидит.

Однако на момент моего появления в кафе никого из посетителей не было. Часы показывали без четверти два – я добралась до «Виктории» быстрее, чем предполагала. Поэтому я остановила свой выбор на столике у окна, чтобы наблюдать за возможными посетителями.

Ко мне тут же подошла одетая в фирменную униформу официантка, вежливо поздоровалась со мной и положила книжку меню. Я прочла на бейджике ее имя – Оксана.

Девушка с вышколенной улыбкой поинтересовалась, желаю ли я сделать заказ прямо сейчас, или подойти к моему столику чуть позже.

– Спасибо, я пока ознакомлюсь с ассортиментом блюд, – произнесла я.

Оксана кивнула со столь же гостеприимной улыбкой и отошла к стойке.

Я пролистывала страницы меню, изредка бросая взгляд по сторонам. Обстановка кафе располагала к неспешному времяпрепровождению – красивые белые столики под слоновую кость, мягкие кресла, приглушенное освещение.

Список блюд довольно обширный, цены – под стать заведению. Несмотря на то, что я еще не сделала заказ, заведение мне уже нравилось. Обедать здесь я не собиралась – встреча была деловой, и набивать желудок изысканными яствами было не слишком прилично.

Я решила наведаться в ресторан в свободное от работы время и попробовать здешнюю кухню. Благо позволить себе я это могла, почему бы не устроить как-нибудь себе праздник желудка?

Моей клиентки все еще не было.

Подошла официантка, и я заказала себе эспрессо и десерт с загадочным названием – «Тирамису на венецианский манер».

После циркового представления, во время которого мой неожиданный кавалер беззастенчиво лопал шоколадные конфеты, мне захотелось что-нибудь сладкое. Будем надеяться, мой тирамису окажется под стать своей цене.

Крохотное пирожное – всего шестьдесят граммов – стоил около пятисот рублей. В принципе, не самый дорогой десерт, но, учитывая размер его порции, цена за него была приличной.

Я ожидала, когда Оксана принесет мой заказ, когда дверь в кафе открылась, и в помещение зашла ухоженная женщина лет тридцати – тридцати трех. Красивая, высокая, с правильными чертами лица и идеальной фигурой, незнакомка была одета в обыкновенные темно-синие джинсы и черную футболку без всяких рисунков. Однако я сразу оценила, что подобный костюм стоит как шуба из натурального меха. На ногах – черные кроссовки «Nero Giardini», которые может позволить себе разве что весьма обеспеченная особа. Прямые черные волосы под каре идеально уложены, точно дамочка только что вышла из салона красоты.

Почему-то я сразу догадалась, что посетительница – моя собеседница.

Женщина окинула быстрым взглядом заведение и уверенно направилась к моему столику. Держалась она царственно, точно королева, шла гордо, высоко подняв голову, словно на великосветском приеме.

Дама поравнялась с моим столиком, еле кивнула мне и проговорила:

– Вы – Евгения Охотникова, верно?

Я решила отвечать лаконично, поэтому коротко произнесла «да», и женщина величаво опустилась на кресло.

Мы не успели начать разговор – снова подошла официантка, принесла мой кофе и тирамису и, вежливо поздоровавшись с моей клиенткой, протянула ей меню.

Женщина проигнорировала книжку, сказала:

– Двойной американо и черные вагаси моти с черникой.

Оксана расшаркалась и удалилась, пообещав принести кофе с десертом через три минуты.

Я поняла, что моя клиентка – завсегдатай кафе и, судя по всему, своим вкусам не изменяет. Думаю, она частенько заказывает в «Виктории» ланч или ужин и досконально знает весь ассортимент заведения.

Я решила подождать, когда женщине принесут ее заказ, и только после этого приступить к своему.

Деловая встреча обязывала меня первой начать разговор, поэтому я проговорила:

– Вам требуются мои услуги, верно? Думаю, сейчас самое время рассказать о вашем деле. И для начала мне хотелось бы знать, как к вам обращаться.

– Я – Инга Ясминская, – представилась наконец моя собеседница, а потом добавила: – Думаю, мое имя вам знакомо.

К сожалению, фамилия женщины мне ни о чем не говорила.

– Вы – телеведущая? – предположила я. – Или актриса?

Та снисходительно посмотрела на меня, точно на какое-то низшее существо.

Меня этот взгляд порядком разозлил, я не привыкла к подобному обращению. Поэтому я твердо сказала:

– Прошу меня простить, но у меня не так много свободного времени, чтобы играть с вами в угадайку. Я являюсь лучшим специалистом в Тарасове, и если вам не о чем мне рассказать, вынуждена вас покинуть. Обратитесь к кому-нибудь другому.

Лицо женщины по-прежнему выражало высокомерие, однако в ее идеально накрашенных глазах я заметила нечто похожее на смесь удивления со страхом.

Всего лишь секундное проявление человеческих чувств, но мне этого было достаточно. Я поняла, что под маской презрения и властности кроется нечто другое.

Похоже, Инга напугана, и это чувство она пытается скрыть всеми доступными ей способами.

– Извините, – коротко проговорила она. – Нет, я введу вас в курс дела. Мне действительно нужен профессионал, и вас рекомендовали как лучшего в Тарасове… специалиста.

Она сознательно не произносила слово «телохранитель» – видимо, боялась, что и у стен кафе «Виктория» есть уши.

Оксана принесла заказ Инги, спросила, не желаем ли мы еще что-нибудь, и после отрицательного ответа удалилась.

Инга сделала глоток своего кофе и тихо произнесла:

– Раз вы не знаете, кто я такая, расскажу немного о себе. Скажите, вы слышали про файер-шоу? Сейчас подобные выступления очень популярны, и не только в Тарасове.

– Вы имеете в виду нечто вроде цирковых представлений с огнем? – проявила я собственную осведомленность.

Инга кивнула.

– Можно сказать и так. Файер-шоу – это такой уличный перформанс, выступление на публику с огненным реквизитом. В Тарасове полно файерщиков, но все это несерьезно – так, показуха сплошная. Наверняка вы видели летом выступления подобных команд. Я не имею с ними ничего общего, чтобы вы сразу это поняли. Я занимаюсь не уличными «покрутушками», а искусством. Скажу без ложной скромности, меня называют «королевой огня», и я неоднократно давала интервью журналистам и выступала на телевидении. Поэтому я и решила, что мое имя вам известно, но раз вы ничего не слышали обо мне – то ладно.

– То есть вы занимаетесь файер-шоу, верно? – уточнила я.

Инга снова кивнула.

Честно говоря, я не припоминала никаких выступлений на улицах Тарасова – возможно, потому, что я редко гуляю по улицам города в ночное время забавы ради.

Я уже говорила, что передвигаюсь по Тарасову исключительно на собственном автомобиле и обычно у меня нет времени на то, чтобы глазеть на какие-то выступления. Но об этом я Инге решила не говорить, поэтому предоставила ей возможность рассказывать дальше.

– Я занимаюсь файер-шоу давно, – продолжала женщина. – Началось это как увлечение, даже спустя годы помню, как заворожило меня выступление с огнем. Случайно увидела, как на площади худенькая девушка в черном топе и кожаной юбке крутит огненные пои, и мне очень сильно захотелось научиться делать то, что вытворяла она. Сейчас-то я понимаю, что ничего особенного та девчонка не делала – базовые элементы, несложные в выполнении. Но выглядело это эффектно и красиво. Вот, собственно, с чего все началось. Я с детства была спортивной – родители отдавали меня на танцы, какое-то время я ходила в цирковую школу и на акробатику. Но из-за учебы в обычной школе пришлось бросить все секции, а вместо спортивных выступлений заниматься с репетиторами по математике и физике. Хотелось поступить в вуз… Ладно, это к делу не относится. Но когда я занялась файер-шоу, то поняла, что нашла свое настоящее призвание. Родители, естественно, были против – мало кому понравится, что дочка постоянно пропадает на тренировках да по вечерам крутит огненные пои да веера. Дома все воняло асбестом и керосином, отец, помню, вечно кричал на меня, а мать ему потакала. Дошло до того, что папа выбросил мои пои, которые я сама скрутила, я закатила скандал и сбежала из дома. Только после этого родителям пришлось смириться и не мешать мне.

– И сколько вам тогда было лет? – поинтересовалась я.

– Лет девятнадцать-двадцать, – пожала плечами Инга.

– Возраст уже не подростковый, – заметила я. – В семнадцать лет заканчивают школу, вы после где-то учились?

– Я не поступила в вуз, как хотела, – проговорила женщина. – Вместо этого пришлось подавать документы в колледж бизнеса и стратегий, и то по настоянию родителей. Несмотря на то, что они – люди обеспеченные, им хотелось, чтобы я получила хоть какое-то образование. Спортивные увлечения они считали делом несерьезным, но я так не думала. Поэтому в колледже проучилась год, после чего забрала свои документы и стала работать. Отец-то хотел, чтобы я после колледжа стала работать в его фирме экономистом, но я всегда ненавидела математику, а с репетиторами занималась только для того, чтобы сдать экзамены в школе. Я собиралась стать психологом – не знаю, почему, но мне казалось, что психология – довольно интересная наука, к тому же без работы я не останусь. Сейчас-то я понимаю, что мне быстро бы наскучила учеба и вряд ли я стала бы работать по специальности. Даже хорошо, что в вуз я не прошла по проходному баллу.

– И где вы стали работать? – спросила я.

– Сначала я устроилась в Школу танца и музыки, – продолжала Инга. – Решила, что раз я занималась акробатикой и хореографией, то эта работа подходит мне как нельзя лучше. К тому же работникам школы полагался бонус – бесплатное посещение любых занятий в свободное от работы время. Несмотря на то, что с деньгами у меня проблем не было, я решила попробовать себя на этой должности, да и в танцах я разбираюсь, могла проконсультировать посетителей по любым вопросам. Работа мне нравилась, хотя иногда и было скучно. Зато именно там я познакомилась со своим будущим мужем. Вадим, так зовут моего супруга, старше меня на семь лет. Он пришел со своей тогдашней девушкой – вроде ее звали Настя, а может, и Оля, не помню. Она хотела заниматься аргентинским танго, а Вадим пришел с ней только потому, что ей нужен был партнер. Я записала посетителей, они оплатили абонемент на восемь занятий. Вадим предлагал девушке попробовать разовое, но она настояла на покупке абонемента. Где-то через полчаса после начала тренировки он вышел в вестибюль, чтобы купить бутылку минералки. Вид у него был растерянный, я поинтересовалась, нравится ли ему и его девушке занятие. Вадим честно сказал, что ничего у него не получается и заниматься ему совершенно не хочется. Я посоветовала ему взять индивидуальный урок у тренера, на что он ответил, что вообще не хочет ходить ни на какое танго и делает это только ради своей девушки. Мы разговорились, потому что мне было скучно сидеть одной – занятие по аргентинскому танго было последним, после него я закрывала смену и уходила домой. Я видела, что возвращаться в зал Вадим не хочет, и предложила ему кофе. Он согласился, а на мой вопрос, не хватится ли его партнерша, ответил, что та танцует с каким-то другим кавалером, который давно посещает школу танца. Словом, мы мило поговорили обо всем подряд, и за десять минут до конца занятия Вадим с грустью сообщил, что пора ему и честь знать – а то неудобно получилось, оставил свою девушку танцевать с другим мужиком, а сам сбежал болтать с «красивой администраторшей». Так он меня назвал. Мы посмеялись, но у меня возникло ощущение, что парень не слишком-то заинтересован своей девушкой. Мне Вадим сразу понравился – высокий, симпатичный, с хорошим чувством юмора. Знаете, несмотря на то, что у нас, в принципе, были разные интересы, мне с ним было легко общаться. Я ведь тогда и не подозревала, что у Вадима свое собственное дело и он – преуспевающий бизнесмен. Ведь он совершенно не походил на моего отца, который был всегда серьезным, никогда не шутил и только читал нравоучения. Вечно говорил мне, что всего добился своим трудом, что блестяще учился в школе, окончил вуз… Скукота, да и только – поймите меня правильно, в юности почти все являются максималистами, и я не была исключением. Мне было жаль, что Вадим уходит – я понимала, он не придет на следующее занятие. Если, конечно, его пассия не притащит его туда насильно. Он ушел в зал, а через пятнадцать минут вернулся в сопровождении своей девушки, которая весело щебетала о том, как понравились ей танцы. Похоже, она даже не заметила, как он уходил во время занятия…

– Но, как понимаю, потом Вадим все же пришел снова, – заметила я.

Инга кивнула и даже улыбнулась.

– Да, все верно. Через неделю он пришел – один, с букетом красных роз. Я сидела за стойкой и оформляла абонемент, а сама думала о том, когда же закончится моя смена. В раздевалке администраторов стоял мой пакет с трехлитровой бутылкой керосина, асбестовыми поями и палмами, которые я запаковала так тщательно, как могла, чтобы они не воняли горелым асбестом. Я собиралась в тот день провести тренировку с огнем вместе с Анькой и Галкой, моими напарницами. У нас тогда была своя команда – в шутку называли друг друга «девками Одина», а официально именовались «Тени». Я сама придумала это название – ведь файерских команд много, сплошь и рядом то «Танец Огня», то «Дети Огня», то «Повелители Огня». А «Теней» в природе не существовало, и мне хотелось, чтобы наше название не было избитым. Так вот, Вадим дождался, когда я отпущу клиентку, а потом сунул мне охапку роз и поинтересовался, что я делаю сегодня вечером и не желаю ли сходить с ним куда-нибудь. А я ответила, что сегодня вечером я собираюсь поджечь набережную Тарасова. Он решил, что я шучу, и предложил составить мне компанию. Я согласилась, но спросила, знает ли его девушка, что он таскает цветы «красивой администраторше» из Школы танцев и музыки. А Вадим сказал, что понятия не имеет о том, что думает об этом его девушка. Точнее, бывшая девушка. Не знаю, кто кого бросил – он ее, или она его. Возможно, пассия Вадима предпочла ему того кавалера, с которым танцевала на занятии по аргентинскому танго, а может, и нет. Меня это мало волновало.

Вечером мы пошли с Вадимом на набережную. Анька с Галкой уже были там – разминались. Мы подожгли наши файерские атрибуты, устроили мини-выступление. По большей части для себя, но народ, гуляющий на набережной, с интересом подходил к нам, и вскоре вокруг нас образовалась целая толпа народу. Мне льстило внимание зрителей, и я старалась как могла. Хотелось выглядеть эффектно, поэтому я взяла палмы – знаете, такие асбестовые шарики на проволоке, которые надевают на ладони и исполняют с ними танцы, – и принялась двигаться под свой собственный ритм. Изредка я бросала взгляд на Вадима – мне показалось, что он смотрел только на меня. Я чувствовала себя королевой этого вечера. Под конец выступления я исполнила свой коронный номер – набрала немного керосина в рот и сделала «огненный плевок». Если керосин попадает на горящие инструменты, образуется столп огня, и выглядит это как огненный шар, взмывающий в воздух. Зрители восторженно зааплодировали, а я изящно поклонилась. Во рту был противный привкус керосина, но меня это мало волновало – я наслаждалась своим триумфом. Позже Вадим сказал мне, что никогда не видел ничего подобного. Он восхищался мною, и я поняла, что покорила его.

– И после этого, думаю, вы стали встречаться? – уточнила я.

Инга кивнула.

– Да, он ухаживал за мною примерно год. А потом предложил выйти за него замуж. На тот момент я знала, что он занимается своим бизнесом, и родители не были против. Вадим и предложил мне заниматься файер-шоу серьезно – я имею в виду продвигать свою команду. Мы выступали на свадьбах, потом при помощи мужа я открыла собственную школу файера. К нам приходят подростки и взрослые, но с огнем я разрешаю заниматься только людям, достигшим восемнадцати лет. И не каждому разрешаю крутить боевые пои.

– Боевые? – переспросила я.

– Боевые значит асбестовые, которые горят, – пояснила Инга. – Начинают все с тренировочных инструментов – можно взять обычные теннисные мячики и прикрепить их к веревкам или к цепям. Можно взять длинные гольфы и положить внутрь мешочки с какой-нибудь крупой – это самый легкий вариант поев. Когда ученик выучивает базовые элементы, я даю ему боевые пои, и где-то месяц-полтора он занимается с ними, но не поджигает их. И только когда я полностью уверена в том, что человек справляется с инструментом, разрешаю ему попробовать поджечь пои. Естественно, под моим присмотром, чтобы не возникло никаких… проблем.

– Все это прекрасно, – заметила я. – Но пока мне непонятно, зачем вам нужна моя помощь. Насколько я могу судить по вашему рассказу, у вас все замечательно. Любящий муж, собственное дело, материальных трудностей, думаю, вы не испытываете. Дети, возможно, у вас тоже есть?

– Нет, детей у нас с Вадимом нет, – покачала головой Инга. – Мы к этому пока не готовы. Да, собственно, и не было у нас никогда в планах обзаводиться потомством. Школа и выступления отнимают все мое время, и заниматься с ребенком я физически не смогу. Но вы правы, пора мне ввести вас в курс дела.

Инга сделала глоток кофе, я тоже попробовала свой остывший эспрессо.

Кофе оказался очень крепкий – про такой говорят, «крепкий, как пот дьявола». Сравнение хоть и не слишком приятное, но в самую точку.

Инга проигнорировала пирожное, я же аккуратно отломила маленькой ложечкой кусочек своего тирамису, дабы продегустировать десерт.

Нежный сливочный вкус удивительным образом сочетался с кофейными нотками, и вынуждена признать, ничего вкуснее я еще не пробовала. Это пирожное хотелось смаковать, наслаждаясь каждым кусочком, подобно тому, как наслаждаешься букетом дорогого элитного вина.

– У меня скоро будет юбилей, – проговорила Инга. – Исполнится тридцать пять лет. Обычно я предпочитаю проводить праздники в тесном семейном кругу – то есть с мужем, – но в этот раз мне захотелось устроить фееричное шоу. Нечто грандиозное, с размахом. Будет много гостей и море огня, и к этому выступлению мы готовимся уже месяц. Это будет не обычное файер-шоу – ведь мы не просто крутим огненные пои и другие инструменты, мы сочетаем зрелищность огня с элементами классического танца. Этакий огненный балет с трюками и сложными танцевальными этюдами. Для празднества я сняла пансион на турбазе между Тарасовом и Покровским. Будут выступать ученики моей школы, а в финальном номере приму участие я сама. Этот последний номер – самый сложный, участвует пятеро актеров. У нас не будет права на ошибку. И мне нужен опытный телохранитель – мне кажется, что кто-то хочет сорвать выступление. И это – в лучшем случае.

– А с этого места, пожалуйста, поподробнее, – попросила я. – Что с вами произошло?

– В последнее время мне неоднократно посылают письма, – пояснила Инга. – Страшные письма. К счастью, Вадим о них не знает, иначе он запретил бы мне выступать. Поначалу я думала, что это чья-то неудачная шутка, но шутник, видимо, человек с черным чувством юмора. Эти письма – они письма ненависти. Я понимаю, что к знаменитым людям невозможно относиться равнодушно – их или обожают, или ненавидят. Мне могло бы польстить подобное отношение, если бы все не было так… так серьезно. Мне уже кажется, что меня попросту собираются устранить. Думаю, вы понимаете, о чем я.

– У вас есть эти письма? – поинтересовалась я.

Инга кивнула и вытащила из своей сумочки от «Lana Marks» несколько белых конвертов. На конвертах были напечатаны только фамилия и имя получателя. Естественно, текст набирался на компьютере, а потом распечатывался. Я и не надеялась, что отправитель окажется настолько глупым человеком и решит написать текст письма от руки.

Я взяла в руки первый конверт, достала оттуда свернутый в четыре раза белый лист бумаги.

Текст письма был небольшим – всего-навсего пять слов. Слов, источавших ненависть и мрачную злость:

«Гори в аду, мразь. Расплата близка».

– Весьма лаконично, – заметила я.

Инга безмолвно указала на второе письмо.

Следующая записка оказалась интереснее – хотя бы потому, что написана она была в стихах.

Я прочла:

Я проснулась в темноте,
В голове вопрос «Я где?»
Почему же я лежу?
Неужели… я в гробу?!
Я рыдаю, я ору,
Стенки я ногами бью.
Мало воздуха осталось.
Помогите, задыхаюсь!

– Это письмо было первым, – пояснила Инга. – Я тогда и решила, что кто-то пошутил, но весьма неудачно. Никому, естественно, ничего не сказала, но было неприятно. Скоро мой день рождения, а тут такое… Но на следующий день пришло второе письмо, то, которое вы прочли первым. Тогда мне уже не казалось, что это шутки. А потом пришло вот это…

И она указала на третий конверт.

Третье послание тоже было в стихах:

Ты умрешь в страшных муках, моя дорогая,
Ты подохнешь, о смерти меня умоляя.
Ты сгоришь в адском пламени страшных страданий,
Смерть станет твоим самым страстным желаньем.

Я перечитала письмо несколько раз.

Да, на шутку все эти послания явно не были похожи. Кто-то желал зла Инге, причем очень сильно. Кому она перешла дорогу? В принципе, женщина права – у знаменитых людей полно врагов. Да и не только врагов. Известно немало случаев, когда обезумевший фанат какой-нибудь звезды убивал своего кумира или наносил тяжкие телесные повреждения. Быть может, у Инги тоже имеются подобные поклонники, один из которых и шлет ей эти послания?…

– Когда пришло последнее письмо, я не на шутку перепугалась, – призналась Инга. – Игнорировать эти угрозы я уже не могла. Я ведь не только за себя боюсь – мало ли что придет в голову этому безумцу! Вдруг он покалечит Вадима или моих родителей? Или сожжет мою школу? Я не могу закрыть на это глаза! И если за Вадима я относительно спокойна – у него есть личный водитель, который заодно выполняет роль телохранителя, то за школу я очень сильно переживаю. Родители мои сейчас живут в столице – они давно собирались переехать, поэтому я надеюсь, что до них преступник не доберется. Но если он решит ударить меня побольнее, то сотворит что-нибудь со школой и с моими учениками. Я очень этого боюсь!

– Давайте проясним ситуацию, – проговорила я. – Вы хотите, чтобы я охраняла вас или вашу школу? По-моему, записки были адресованы вам лично. В письмах ни слова не говорилось о вашей школе.

– Это уже мои домыслы, – тихо произнесла Инга. – Я уже не знаю, что думать… Просто мне очень страшно – и за себя, и за своих близких. Но и отменить праздник я тоже не могу – ведь он был запланирован давно, и я столько сил вложила в осуществление своего проекта! Да и не поймут меня ни участники выступления, ни приглашенные. Вы ведь согласитесь мне помочь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.