Дмитрий Путилин
Старый Кёнигсберг. Часть 2

Глава 1

Организовать наблюдение за Горским не представляло с технической стороны большой сложности. Напротив его особняка появился не приметный фургон, напичканный внутри самой современной техникой для прослушивания. В нем обосновались оперативники, наблюдая за домом. И на второй день они увидели, как в подвал особняка спустились три весьма живописные фигуры. Судя по одежде явно из многочисленной армии бомжей и нищих. Оперативники не могли видеть, что происходит в подвале, но зато все хорошо слышали.

А происходило вот что:

– Ну, голубчики, рассказывайте, как вы додумались до такого убийства? – жестким тоном проговорил Горский, брезгливо разглядывая парочку бомжей, которых привел в подвал его загородного дома, бригадир Иннокентий, больше известный в обиходе под именем – Кешка.

– Какое еще убийство? – строптиво откинув голову, поинтересовалась бомжиха.

– Мы ничего не знаем про убийство, – пропищал маленький бомж.

– Как это не знаете? – грозно нахмурившись, спросил Горский, – Ведь это ты бутылку коньяка из сумки у покупателя украл?

– Я, – задрожал мужичок в желтом берете.

– Ну вот! – повысил голос Горский , – Ты украл бутылку, вы в неё ввели через шприц цианистый яд, а телохранитель моей дочери выпил и тут же умер!

– Ты че гонишь? – грубо ответила бомжиха, закрывая собой маленького мужичка, который съежился за её широкой спиной, – Ничего подобного не было! Мы нашли эту бутылку в мусорном баке и отнесли Кешке, он нам дал за неё две бутылки водки. Дрянь была водка! Паленая!

– Значит, это ты отравил коньяк?– обратился Горской к Кешке.

– Скажите тоже, – скривился в подобие подобострастной улыбки тот, – Где я такую отраву возьму?

– Ею ос травят!

– У меня и ос – то никаких нет! – воскликнул Кешка, выставляя вперед обе руки.

– Дурака из себя не строй! Там еще стихи были на открытке!

– Клянусь здоровьем моей мамы, я никакой отравы в эту проклятую бутылку не подливал, – приложил обе руки к груди Кешка и всхлипнул, – Я маму очень люблю! Мамой клянусь!

– Бутылку ты принес? – гнул свое Горский.

– Я, – закивал головой Кешка, как китайский болванчик, – Но про то, что она отравлена я не знал! А стихи Мусик написал! И зачем мне эту бутылку травить, я что, похож на идиота?

– Здорово смахиваешь! – глаза Горского налились кровью. – Это надо же додуматься – принести в подарок коньяк с помойки!

– Так я не знал, что он с помойки, – взревел Кешка.

– Ну, ворованный!

– А что? – возразил Кешка, на высокой ноте, – Коньяк очень даже хороший, почти тысячу стоит! Принес – каюсь, не подумал, но я его не травил!

– Так кто же это сделал? – раздраженно спросил Горский.

– Она уже была отравлена! – уверенным тоном проговорила крупногабаритная бомжиха, – Я еще удивилась – зачем не початую бутылку на помойку выбросили?

– Да, да! – из – за её спины подал голос мужичек, – Манюся сильно удивилась.

– Манюся? – выкатил глаза Горский, – Мусик!

– Да, Манюся, – проговорил бомж, выдвигаясь вперед и закрывая тщедушным телом свою подругу, – А Мусик это я!

– У них это самое, – скривился Кешка, покосившись на бомжиху, – Любовь!

– Я тебе всю морду разобью, – закричал вне себя маленький мужичек, – Сам к ней подкатывался, но ничего у тебя не вышло!

– Больно надо! – огрызнулся Кешка.

Оперативники в своем фургоне покатывались со смеху, слушая эту разборку.

– Прекратите балаган, идиоты! – заорал Горский, – Последний раз спрашиваю – Кто отравил коньяк?

– А я последний раз отвечаю, – задвигая маленького бомжа за свою спину, ответила Манюся, – Мы нашли бутылку в мусорном пакете, в баке, и она уже была отравлена. Подумай своей головой – кто будет выбрасывать хорошую выпивку на помойку?

– Действительно! Кто? – поддакнул Кешка, – С остатками еще можно поверить, но полную бутылку! Ни за что! Нет таких дураков!

– Так! – прошелся по подвалу Горский, – Кто же тогда её на помойку выбросил?

– На эту помойку домов десять ходят, – ответила бомжиха, – много чего выбрасывают.

– Безнадежное дело искать, – покачал головой Горский.

– В полицию нужно обратится! – посоветовала Манюся, – На бутылке, небось, отпечатки пальцев остались.

– Пожалуй ты права, именно в полицию, – в раздумье проговорил Горский, – Место этой помойки покажите. Давай сажай их в свою машину и дуйте вперед, а мы за вами.

– Выходят, – сказал Доронин еще не остывшим от смеха голосом.

– Быстро и незаметно следом, – ответил, прокашлявшись, Борисов.

Через полчаса все три машины подъехали к новостройке на окраине столицы и из первой машины выгрузились трое, из второй вышел только Горский.

– Вот это место, – показала ему Манюся на зацементированную площадку, огороженную стеной кирпичной кладки.

Горский внимательно осмотрел площадку и баки, стоявшие на ней, большие мусорные баки с откидными крышками.

– В котором из них?

– Вот в этом, – суетливо подбежал маленький бомж к одному из баков, стоявших слева у самой стены.

– Горский следственный эксперимент проводит, – рассмеялся Виталий.

– Хватит веселиться, – ответил Борисов – Выходим.

Оперативники вышли из машины, и направился к живописной группе.

– Как вы вовремя появились, – обрадовался Горский, и указал на сбившихся бомжей, – Вот они, преступники!

– Вы все трое поедите к нам в отделение, показания дадите, и у вас возьмут отпечатки пальцев для сравнения. – сказал Борисов.

– Чего это сразу арестовывать? – агрессивным тоном заявила бомжиха, – Мы ничего такого не сделали, кто-то бутылку выбросил, мы её нашли и забрали. Это наша территория!

– Мадам, никто не собирается вас арестовывать, – предельно вежливо ответил Доренко, – Наши эксперты уже доказали, что бутылка побывала в мусорном пакете. И вы этот самый пакет на помойке нашли. Нам для того чтобы дело закрыть нужны ваши показания

После того как все процедуры по снятию отпечатков у всех троих были закончены, и они отправились давать показания под протокол, Иван Алексеевич провел сравнительный анализ с отпечатками найденными на бутылке и удовлетворенно заявил:

– Остались только три женских отпечатка, как я понимаю продавщицы, дочери Горского и предполагаемой отравительницы

–И чтобы найти эту последнюю, необходимо обойти все квартиры в десяти девятиэтажных домах и задать жильцам только один единственный вопрос – это вы выбросили отравленный «Старый Кёнигсберг» на помойку? – ответил ему Борисов.

– Безнадежное это дело искать! – заверил его Иван Алексеевич.

Оперативники, окрыленные таким быстрым расследованием смерти телохранителя, скорым шагом отправились из лаборатории с докладом к полковнику Горячеву.

– Ну что воины, – встретил он их, – Знаю уже, знаю, отличились – оперативно раскрыли дело. Просто молодцы! Присаживайтесь и докладывайте.

– Теперь окончательно понятно, что сын Фетисова к преступлению не причастен, – начал Борисов, – Так что свою основную задачу мы выполнили.

– А преступник, который отравил коньяк и выбросил его на помойку? – спросил начальник отделения.

– А что собственно этому преступнику можно предъявить? – заметил Николай, – Он просто выбросил ненужную вещь! Он никого травить не собирался! Тем более, что в уборочных машинах весь мусор попадает под пресс, и бутылка бы лопнула. Но бомжи достали её из мусора раньше.

– Самое большое, что можно официально предъявить – это причинение смерти по неосторожности, – отметил полковник, – А чтобы предъявить – преступника надо найти и доказать его вину. Можно эту работу быстро и качественно проделать?

– Чтобы обойти все квартиры нужно много времени, да и как собрать доказательства, если даже предположить невозможно – кто мог выбросить отравленный напиток в мусорный контейнер. Кто угодно и где угодно мог купить эту бутылку коньяка, он свободно продается во всех магазинах. Это не запрещено законом. А что каждый покупатель делает с купленным продуктом, никого не касается, употребляет его сам или выбрасывает испорченный продукт на помойку – это его личное дело. Никто сам не сознается, никто никаких показаний давать не будет.

– Это дело можно смело отнести к проказам его величества господина «Случая», – вставил свою реплику лейтенант Доронин, который любил различные художественные сравнения и аллегории.

– Вот – вот! А это значит, что выполнять безрезультативную и длительную работу на деньги налогоплательщиков не имеет никакого смысла. Нам этого никто не позволит, – заключил Горячев, – Произошел форс – мажор, такое бывает и в нашей работе. А если Горский хочет докопаться до истины, пусть нанимает представителей частного сыска.

– Вряд ли он станет это делать, – ответил капитан Борисов.

– Тогда все, пишите отчет о проделанной работе, и мы передаем дело в прокуратуру , пусть суд выносит решение по факту насильственной смерти потерпевшего. И если суд решит, что поиски преступника надо продолжить, тогда и будет другой разговор, – напутствовал их Горячев.

Оперативники встали и вышли, по дороге в свой кабинет лейтенант не удержался и сказал:

– Представляю Горского в зале судебного заседания, где он эту историю озвучивает. Просто комедия – королю нищенского бизнеса, бомжи подкинули на свадьбу любимой дочери отравленный коньяк с помойки! Вот уж желтая пресса развлечется по полной программе.

– Не будет он ничего подобного рассказывать, – возразил его начальник, -Пошли писать отчет.

Глава 2

В конце рабочего дня в отделении полиции объявился Фетисов, элегантный в модном осеннем пальто, цвета сухой листвы и при галстуке. Дежурный офицер провел его в кабинет начальника.

Фетисов поздоровался, прошел и основательно устроился в кресле, но видимо вопрос, с которым он пришел, сильно волновал его, его правая рука непроизвольно потянулась вверх, указательный палец проник под воротничок рубашки и оттянул его.

– Слушаю вас, – произнес полковник Горячев , отметив этот жест как признак сдерживаемого волнения.

– Я собственно с таким вопросом, – сказал Фетисов, – Вы нашли доказательство того, что мой сын в этом несчастном случае не виноват.

– Да нашли, – ответил полковник, – Результаты исследования улик доказывают, что ваш сын к смерти телохранителя свой жены не имеет никакого отношения.

– Это очень хорошо, и я вам благодарен за столь быстрый результат. И в связи с этим у меня к вам такая просьба – могли бы вы выдать мне письменное заключение, что мой сын в отравлении не виноват.

– Для чего вам необходимо такое заключение ? – спросил полковник и в его голове молнией пролетела догадка – уж не провокация ли это и не метит ли кто-то на его место.

– Для жены моего сына, – пояснил Фетисов,– Она не хочет возвращаться к нему, так как считает, что он к этому отравлению причастен.

– Мы таких письменных заключений не выдаем, тем более что никакого заявления от жены вашего сына по поводу его виновности у нас нет. Все материалы расследования переданы в прокуратуру и это задача суда, на основании предоставленных улик, выносить оправдательный или обвинительный приговор.

– Но, как же быть? – не на шутку разволновался Фетисов, его глаза судорожно заметались, кадык непроизвольно дернулся над узлом галстука, – Когда еще этот суд будет! А я очень хочу, чтобы Лиля вернулась к моему сыну как можно скорее.

– Сочувствую вам, но ничем помочь не могу, – ответил полковник.

– Может быть, есть возможность убедить ее, что мой сын не виновен в этой смерти.

– Если она лично придет в отделение, с таким вопросом, то мы можем повторить ей все, то же самое, что я сейчас сказал вам.

.– Она еще не совсем оправилась , и ни с кем говорить не хочет, – покачал головой Фетисов , – И в связи с этим у меня к вам огромная просьба – мог бы кто-то из ваших сотрудников поехать в дом её отца, встретится с Лилей и все ей объяснить.

Горячев ненадолго задумалась и, понимая, что Фетисов может обратиться с такой просьбой напрямую к генералу, и даже зная, почему он это может сделать, уклончиво ответил.

– Учитывая сложившуюся ситуацию, пожалуй, мы можем вам помочь и поговорить с женой вашего сына в доме её отца.

– Моя признательность не будет иметь границ. Убедите её, что мой сын ни в чем не виновен, – прощаясь, попросил Фетисов.

После его ухода, полковник вызвал к себе в кабинет Борисова.

– Только что был Фетисов и просил оказать ему услугу – поговорить с женой сына в доме её отца, говорит, что она еще не совсем оправилась, и приехать к нам не может. Нужно убедить её, что его сын к смерти телохранителя не причастен, он хочет, чтобы она как можно быстрее вернулась к мужу.

– И что вы ему сказали?

– В принципе можно съездить и поговорить с ней, просто сказать, что расследование выявило, что её муж не виноват, без всяких подробностей.

– А что, он к генералу побежит? – понимающе усмехнулся Борисов.

– Вполне может побежать, – подтвердил полковник, – Нам это надо?

– Нам это не надо! Если вы прикажите – мы вполне можем эту его просьбу выполнить.

– Вот и хорошо, заканчивайте сегодня отчет и завтра поезжайте, только осторожно там, ничего лишнего, нам никакие служебные расследования не нужны.

– Хорошо! Мы все сделаем – поедем и разъясним.

Глава 3

Осень справляла свой последний пир, в воздухе был разлит крепкий аромат увядающих кленов, деревья оделись пестро и ярко, оставшиеся кое – где зеленые ветви причудливо смешивались с осенними тонами. Оперативники, подъехавшие на служебной машине, высадились у ворот, и пошли по дорожке, покрытой густым слоем опавшей листвы, к хорошо знакомому особняку. Их вышел встречать сам Горский,

– Проходите, рад вас видеть.

Он пошел впереди, показывая дорогу, оперативники поднялись за ним по широкой лестнице на второй этаж. Горский открыл дверь, прошел в свой кабинет, который был красиво обставлен добротной офисной мебелью орехового цвета, от этого комната казалась выше и объемней. Посетители вошли вслед за ним.

– Так что же привело вас ко мне?

– Вчера к нашему начальнику приходил Фетисов и просил уведомить вашу дочь, что его сын в смерти Андрея не виноват.

– Понимаете, – стоя у стола, скорбным голосом произнес Горский, – Мы только два дня назад похоронили Андрея и Лиля сейчас не совсем готова говорить с вами.

– Нет, папа, ты ошибаешься, я готова, – раздался звенящий голос.

На пороге комнаты стояла высокая, стройная девушка с тонкими чертами лица, на котором выделялись огромные миндалевидного разреза глаза цвета морской волны. Каштановые локоны были собраны в высокую прическу на затылке, но своевольно выбивались из неё на висках и затылке. Она была бледна, но на высоких скулах горел лихорадочный румянец. Спортивные брючки и тонкая шелковая кофточка подчеркивали достоинства её великолепной фигуры, высокая грудь учащенно вздымалась при дыхании.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.