Джеймс Чейз
Быстрые деньги

Глава первая

Рико вышел из своего кабинета и осторожно оглядел тускло освещенный ресторан. Столы в узком, вытянутом зале уже были накрыты к ужину, на украшенной цветами сцене и прямоугольной танцевальной площадке было пусто и тихо. Он внимательно прислушался, потом вернулся в кабинет и притворил дверь.

– Еще по крайней мере полчаса никто не появится, – сказал он. – Чего ты беспокоишься?

За большим столом, украшенным замысловатым орнаментом, сидел развалясь белокурый великан. Его мощные, накачанные плечи не умещались на спинке красного кожаного кресла. Одежда гостя была помятой и грязной, на фетровой шляпе с потрепанной лентой на самом видном месте расплылось масляное пятно. Большое, жесткое, словно гранитное, лицо было неприятного желтовато-белого цвета, а глаза бледно-серыми, как подтаявший лед.

Рико с беспокойством наблюдал за ним. Он всегда нервничал и чувствовал себя неуверенно, когда оказывался рядом с Бэрдом. Он знал, что Бэрд опасен, и все же был им очарован, как человек, завороженный змеей.

Бэрд вытащил грязный, мятый носовой платок и бросил на стол то, что было в него завернуто. Рико уставился на усыпанный изумрудами и бриллиантами браслет и внезапно ощутил, что называется, приступ жажды обладания. Он никогда не видел ничего красивее. Однако вскоре осторожность взяла верх над жадностью. Браслет был ему не по зубам: пытаться сбыть его – так же опасно и бесполезно, как карлику выйти на ринг против Джо Луиса[1].

– Сколько раз я просил не приносить мне всякий хлам? – грубо сказал он. Его злило сознание того, что он мелковат для такой крупной добычи. – Из этого ничего не выйдет, слишком опасно. Посмотри, камни как на подбор! Этот браслет имеет цену, пока он в таком виде, как сейчас. Разломай его, и он ни черта не будет стоить!

– Не корми меня этими байками, – сказал Бэрд. Для громилы его голос был на удивление мягким. – Он стоит пару кусков, даже если продавать по частям.

Рико покачал головой. Он никогда бы не признался Бэрду, что не знает никого, кому он мог бы предложить такую дорогую вещь. С самой первой встречи он пытался впечатлить этого великана своей важностью.

– Нет, я не буду в это ввязываться, – сказал он. – Слишком опасно.

Бэрд смотрел на Рико, внимательно изучая его своими бледными глазами.

– Ты все равно возьмешь его, Рико, – сказал он. – Я попал в передрягу. Эта девка, возможно, мертва.

Рико напрягся. Его сердце на секунду замерло, а затем бешено забилось снова.

– Это еще что такое? О чем ты?

Бэрд вытянул сигарету из портсигара на столе и насмешливо улыбнулся. Внезапный страх в глазах Рико позабавил его.

– Эта стерва пыталась закричать. А всего в десяти ярдах рыскал полицейский патруль. Мне пришлось ее ударить.

Рико выглядел так, будто сейчас упадет в обморок. С побелевшим лицом он вцепился в край стола.

– Ах ты, сумасшедший ублюдок! – яростно зарычал он. – Убирайся отсюда! Разве ты не понимаешь, что копы первым делом придут именно сюда? Они знают, что ты всегда здесь торчишь. О чем ты вообще думаешь? Убирайся вон и больше здесь не показывайся!

Бэрд продолжал вальяжно сидеть, расслабленно поигрывая мускулами. Он с самого начала знал, что Рико – трусливая крыса. Он выбрал его именно из-за его трусости. В городе было полно скупщиков краденого, но ни с одним из них не было так легко иметь дело, как с Рико, особенно в щекотливой ситуации. Кроме того, Бэрд чувствовал, что роковым образом притягателен для этого мелкого мошенника. В глазах Рико он выглядел большим, сильным, безжалостным, способным даже на убийство – таким Рико мог стать лишь в мечтах.

– Мне нужны наличные, – сказал Бэрд, закурил сигарету и бросил спичку в дальний конец комнаты. – Дай мне пять сотен.

Рико был напуган. Бэрд не стал бы говорить, что женщина умерла, не имей он веских оснований для этого. Убийство! Нет, Рико не рассчитывал на подобные осложнения, когда уверял Бэрда, что может сбыть все, что угодно.

Он подтолкнул браслет, и тот покатился по столу в сторону Бэрда.

– Ни цента! Забирай его и вали отсюда! Думаешь, я хочу, чтобы меня поймали как соучастника? Может, ты и сумасшедший, но я нет!

Мышца возле правого глаза Бэрда начала дергаться. Он расстегнул пальто, чтобы Рико увидел рукоятку кольта 45-го калибра, который он носил в кобуре под мышкой.

– Пять сотен, Рико, – повторил он, и Рико прочел угрозу в его бледных глазах.

– Нет! – яростно сказал Рико. Его рябое лицо заблестело от пота. – Ты не можешь так поступить со мной, Бэрд! Ты же не собираешься содрать с меня деньги за то, что я не намерен покупать! Мы же с тобой работали вместе…

– Пять сотен, – снова повторил Бэрд, – и пошевеливайся! Я хочу убраться из города, пока не запахло жареным.

Рико зарычал от злости и в бессилии согнулся над столом. Пот струился у него по лицу. В таком положении, да еще с оскаленными зубами, он стал похож на загнанную в угол крысу.

– Уходи! – сказал он. – И забери с собой этот браслет! Я не прикоснусь к нему, даже если ты отдашь его даром.

Бэрд стремительно вытянул руку вперед и схватил Рико за ворот рубашки. Он выдернул его из кресла, протащил через стол, сметая по пути бумаги, портсигар, подставку с авторучками и телефон, и поднял высоко вверх, так что ноги Рико оторвались от пола и он повис, как тряпичная кукла, таращась выпученными глазами на бесстрастное лицо великана.

– Я сказал, пять сотен, – тихо проговорил Бэрд.

Он ударил Рико по лицу левой рукой. Потом последовали еще четыре удара, очень сильных, похожих на хлопок лопнувшего бумажного пакета, при этом голова бедняги моталась из стороны в сторону. Затем Бэрд отпустил Рико, и тот, шатаясь, с подгибающимися коленями, поплелся обратно к столу.

– Лучше возьми его, – сказал Бэрд, – или схлопочешь еще.

Рико добрел до своего места и сел. Потирая опухшую щеку, которая постепенно приобрела багровый оттенок, он открыл ящик, достал пачку банкнот и отсчитал пять. Дрожащей рукой подтолкнул купюры к Бэрду. Тот собрал их, кинул браслет Рико на колени и положил деньги в карман.

– К чему все эти сложности? – спросил Бэрд. – Когда я чего-то хочу, то получу в любом случае, черт возьми. Пора бы уже это усвоить.

Рико ничего не сказал. Продолжая потирать горящее лицо, он взял браслет и бросил его в карман.

– Я дам знать, где меня искать, – продолжал Бэрд как ни в чем не бывало. – Вернусь через неделю, если эта тварь не сдохнет. У меня есть еще одно дельце, из которого может что-то выгореть. Если услышишь о чем-нибудь стоящем, придержи до той поры, пока от меня не будет вестей. Договорились?

Рико облизнул сухие губы.

– Конечно, – хрипло сказал он, все еще держась за щеку.

– Ну, тогда пока. Глянь, что там снаружи. Я не хочу неприятностей.

Рико сделал над собой усилие и подошел к двери. Он высунул голову наружу и прислушался.

– Порядок, – подтвердил он. – Иди через кухню. И чтобы никто тебя не видел.

– Пока, – еще раз сказал Бэрд и, сунув руки в карманы, двинулся по тускло освещенному ресторану, огибая столы, мягко ступая и не оглядываясь.

Рико вернулся в кабинет и подвинул на место стол. Затем поднял вещи, упавшие на пол, и обессиленно опустился в кресло. Нащупав в ящике стола зеркало, он достал его и внимательно посмотрел на свое отражение. Его глаза яростно сверкали, пока он разглядывал синевато-багровую отметину на щеке. Положив зеркало на место, Рико направился к переносному мини-бару в углу комнаты. Смешав виски с содовой, он снова сел, вытащил из кармана браслет и стал внимательно его изучать. Прекрасная вещица. Наверное, стоит пять или шесть штук. Но кто ее купит? Рико нахмурился. Это было лучшее украшение, какое он когда-либо держал в руках, – лучшее и самое опасное.

Он встал и запер браслет в потайном настенном сейфе. Придется подождать, пока не выяснится, умерла та женщина или нет. Если она жива, будет не так сложно найти покупателя. Но если мертва… Рико поморщился и сделал большой глоток виски.

Чтобы облегчить боль, он пошел в ванную, примыкавшую к кабинету. Какое-то время он провел там, прижимая губку, смоченную в холодной воде, к горящему лицу. Его глаза все еще сверкали от ярости, а голова гудела от разных мыслей.

«Что за парень этот Бэрд! – думал он. – Ни единый нерв не дрогнул!» – «Когда я чего-то хочу, то получу в любом случае». И эти слова были чистой правдой. «Работа с таким партнером, как Бэрд, дорогого стоит, – убеждал себя Рико. – Это опасно, но зато каков улов!» Он осторожно вытер лицо. Он уже не чувствовал гнева или враждебности по отношению к великану за то, что тот его ударил. Это было еще одно доказательство целеустремленности Бэрда. Он не был похож на тех жуликов, которые обычно приходили к Рико. Никто другой не посмел бы его тронуть.

Рико поправил галстук, пригладил редеющие волосы и вернулся в кабинет.

Едва переступив порог, он остановился как вкопанный, и сердце его сжалось от страха.

В красном кожаном кресле сидел, пожевывая потухшую сигару, плотный коротышка с усыпанным веснушками лицом, песочными волосами и широко расставленными холодными зелеными глазами. На нем был серый костюм с растянутыми коленками и затертыми до блеска локтями и сдвинутая на затылок темно-коричневая шляпа.

– Привет, Рико, – сказал он, пристально глядя ему в лицо своими суровыми глазами. – Кто это тебя так разукрасил?

Рико попытался было улыбнуться, но губы его не слушались.

– Как вы сюда попали, лейтенант? – спросил он, подходя к столу. – Я не видел вас несколько недель.

Лейтенант Джордж Олин из отдела убийств закинул одну толстую ногу на другую, вынул сигару изо рта и посмотрел на нее с отвращением. Он бросил ее в мусорную корзину и достал из портсигара новую.

– Я вошел без стука, – сказал он, глядя на Рико. – Надеялся застать тебя врасплох. Получилось, да?

Рико попытался рассмеяться. Однако квакающий звук, который он издал, не показался убедительным ни лейтенанту, ни ему самому.

– Обычно это не так-то просто, – сказал он и сел. – Что у вас на уме, лейтенант?

– Думаю, ты-то мне и расскажешь, – сказал Олин. – За последние полчаса у тебя были посетители?

Пока Рико наполнял себе еще один стакан, мысли с бешеной скоростью проносились в его голове. За клубом следил патруль? Он не хотел сознаваться в том, что Верн Бэрд только что ушел, но, если за клубом наблюдали и видели Бэрда, было бы неловко попасться на очевидной лжи. Однако лгать для него уже было естественнее, чем говорить правду, поэтому он все-таки соврал.

– У меня здесь никого не было, – осторожно сказал он. – Клуб открывается только в восемь. – Он взглянул на настольные часы. Было двадцать минут восьмого. – Я работал. Конечно, любой мог зайти в ресторан без моего ведома, как и вы.

Олин горько усмехнулся. Он знал о Рико все. Например, что тому не терпится стать большой шишкой. Полиция наблюдала за клубом и его владельцем в течение нескольких месяцев, ожидая момента, когда тот оступится.

– Все еще играешь с огнем, Рико? В один прекрасный день темные делишки доведут тебя до газовой камеры. Надеюсь, я тоже буду там, чтобы плюнуть тебе в лицо, прежде чем закроется дверь.

Рико продолжал улыбаться, но глаза его беспокойно забегали. Даже когда о смерти говорили в шутку, это приводило его в смятение.

– Какая муха вас укусила, лейтенант? Вы сегодня что-то не в духе. Выпьете?

Приземистая фигура лейтенанта зашевелилась в кресле: он пытался усесться поудобнее.

– Я не пью на дежурстве, – сказал он, потирая мясистый подбородок. – Кто тебя ударил? Бэрд?

Рико ожидал чего-то подобного, но хотя и был готов к этому, не удержался и вздрогнул, тем самым сообщив Олину все, что тот хотел узнать.

– Одна из девочек, – бросил Рико и пожал плечами. – Я думал, что ее легко уломать, но ошибся. Эта маленькая ведьма ударила меня расческой.

– Тем лучше для нее, – сказал Олин. – Где она? Может, я смогу убедить ее выдвинуть против тебя обвинение?

Рико засмеялся.

– Отправилась домой. Ничего такого не было, лейтенант, обычное дело. Но к чему это вы вспомнили Бэрда?

– Он был здесь сегодня вечером?

– Я его не видел, – сказал Рико, качая головой. – Я не видел сегодня вечером никого, кроме вас.

– И этой твоей подружки, – добавил Олин.

– Ну да…

Олин зажег сигару, несколько мгновений удовлетворенно ее потягивал, затем вынул изо рта и мягко подул на зажженный кончик.

– Примерно пару часов назад, – сказал он, глядя прямо на Рико, – Джин Брюс, актриса, если ты вдруг не знаешь такую, вышла из дома, намереваясь посетить какую-то вечеринку в «Галереях Мартино». По дороге ее ограбили: украли браслет с изумрудами и бриллиантами стоимостью пять штук. Судя по тому, как все было обставлено, я почти уверен, что это дело рук Бэрда. В двадцати ярдах от места ограбления стояла патрульная машина, но офицеры ничего не видели и не слышали, хотя все произошло среди бела дня. Такие безрассудства определенно по части Бэрда. А поскольку он ошивался в твоем клубе последние несколько месяцев, я решил заглянуть и посмотреть, не делите ли вы с ним добычу.

Рико отхлебнул виски, промокнул тонкие губы жестким льняным платком и посмотрел на Олина напряженным, больным взглядом. В этот момент он мечтал о том, чтобы никогда не иметь ничего общего с Бэрдом.

– Она не смогла его опознать? – спросил он. – Он же такой верзила. И мне не нравится ваше последнее замечание, лейтенант. Вам не стоит так со мной разговаривать.

Олин стряхнул пепел на ковер и осклабился, однако улыбка вышла невеселой.

– Не стоит? И кто мне помешает? Она не может опознать Бэрда, потому что мертва!

Рико судорожно сглотнул, и улыбка сползла с его лица. Он с ужасом подумал о браслете в сейфе.

– Он убил ее? – прохрипел он. – Откуда вы знаете, что это сделал Бэрд? Какие у вас доказательства?

– Он убийца, – тихо сказал Олин. – Я достаточно долго общался с мошенниками, чтобы знать, кто может убить, а кто нет. С тех пор как Бэрд объявился в городе, я наблюдаю за ним. Я знал, что рано или поздно он сорвется и прикончит кого-нибудь. Он очень опасен, Рико. До сих пор ты имел дело со шпаной, мелкими преступниками, хулиганьем. Но Бэрд не какой-то там хулиган. Он убийца. Послушайся моего совета и держись от него подальше. Парень, который хочет толкнуть тебе этот браслет, взял себе билет в один конец до газовой камеры.

Рико почувствовал, как холод пробежал по его спине. Он поспешно выпил остатки виски.

– У меня никогда не было неприятностей, – сказал он с перекошенным лицом. – У вас на меня ничего нет. Никогда не было и никогда не будет.

Олин устало отмахнулся:

– Не будь таким лопухом, Рико. У тебя ведь не какой-то маленький захудалый клуб. Ты нормально зарабатываешь. Держись подальше от таких парней, как Бэрд. Если знаешь что-нибудь об этом браслете, сейчас самое время рассказать. Как ты думаешь, почему я пришел сюда? Спроси себя, почему я не послал вместо этого своих парней, чтобы загрести тебя и выбить показания, черт бы тебя побрал. Я скажу тебе почему. Я готов заключить с тобой сделку, Рико. Поднимется ужасный вой, когда пресса пронюхает, что эту Брюс пришили. Я хочу, чтобы все было улажено максимально быстро. Если ты что-то знаешь об этом, расскажи, и я не буду тебя впутывать. Обещаю. Ты мне не нужен: моя цель – Бэрд!

Рико чувствовал, как пот ручейками стекает по его шее. Он знал, что может доверять Олину, но, если он сдаст Бэрда и тот узнает об этом до того, как до него доберется Олин, жизнь Рико не будет стоить и ломаного гроша.

Олин, пристально наблюдавший за ним, догадывался, что творится у него в голове.

– Мы схватим его через несколько дней. А пока, если тебе так будет спокойнее, можем упрятать тебя в хорошую безопасную камеру. Давай, Рико, будь умницей. Это был Бэрд, не так ли?

Рико принял решение. В течение прошлого года он имел дело с мелкими мошенниками и уже неплохо заработал на скупке краденого. Бэрд был его первым крупным поставщиком, и за последние месяцы он получил много денег на сделках с ним. Кроме того, если Рико сдаст Бэрда, остальные начнут сторониться его как прокаженного. Он не собирался поддаваться панике, когда наконец-то вышел на большие деньги.

– Если бы я что-то знал, лейтенант, я бы вам рассказал. – Он приветливо улыбнулся. – Но я ничего не знаю. Я не имею понятия ни о мисс Брюс, ни о ее браслете… ничего такого.

Олин некоторое время продолжал сидеть, глядя на Рико; его лицо напряглось от ярости.

– Уверен, Рико? – сказал он, наклонившись над столом. – Клянусь, тебе лучше отвечать за свои слова!

Рико испуганно отпрянул.

– Простите, лейтенант, – пролепетал он, – но я не могу сказать вам того, чего не знаю. Я не видел Бэрда с позавчерашнего дня. Мне ничего не известно о браслете…

Олин встал.

– Я схвачу Бэрда, – сказал он с угрожающим видом, – даже не сомневайся. И не надейся, что он не заговорит. Он не пойдет в камеру один. Если ты с ним в доле, то тоже там окажешься! Дам тебе еще один шанс, и лучше бы тебе им воспользоваться. Браслет у тебя?

– Говорю вам, я ничего об этом не знаю! – процедил Рико сквозь стиснутые зубы.

Олин протянул руку через стол, схватил Рико за ворот и, вытащив из кресла, яростно встряхнул.

– Да поможет тебе Бог, если я узнаю, что ты лжешь, маленький мерзавец! – зарычал он и швырнул Рико обратно в кресло с такой силой, что оно опрокинулось назад и Рико растянулся на полу. – И не думай, что видишь меня тут в последний раз! – Олин все не успокаивался. – Я вернусь.

Еще долго после того, как Олин ушел, Рико сидел за столом весь в поту, глядя пустыми глазами на дергающиеся руки.

Глава вторая

Высокий, долговязый Эд Даллас зашел в телефонную будку. Ожидая, пока его соединят, он наблюдал через стеклянную дверь за оживленной сценой в гостинице, переводя взгляд от одной красивой женщины к другой, пытаясь решить, с какой из них он провел бы ночь, если бы произошло чудо и ему представилась такая возможность.

Голос девушки отозвался в трубке:

– Международное детективное агентство. Добрый вечер.

– Это Эд, – сказал Даллас. – Дай мне шефа, дорогая.

– Подожди минутку, пожалуйста, – сказала девушка, и тут в ухо Далласу понеслись ужасающие трескучие звуки.

– Обязательно бить по мозгам? – посетовал Даллас, держа трубку на расстоянии вытянутой руки. – Нельзя как-нибудь помягче?

– Я бы с удовольствием, будь я уверена, что у тебя есть мозги, – дерзко ответила девушка и громким свистом на линии закончила соединение.

– Хармон Первис слушает, – сказал сухой, ровный голос. – Что случилось, Даллас?

– У Черномазого гости. – Даллас говорил так быстро, что светящийся кончик его сигареты все время подпрыгивал в дюйме от телефонной трубки. – Мужчина и женщина. Мужчина – важная птица, лет под пятьдесят, и выглядит так, словно набит деньгами. Женщина – изящная молодая блондинка, фигурка – глаз не оторвать. Черномазый явно ждал их. Они прошли мимо стойки и поднялись прямо к нему. Мне-то что с ними делать?

– Не называй раджу Черномазым, – холодно сказал Первис. – Он индиец благородного происхождения. Хотя он и цветной, не надо…

– Хорошо, хорошо, – перебил его Даллас. – Никогда не замечал разницы. Так что насчет этих двоих? Хочешь, чтобы я их прижал?

– Лучше узнай, кто они такие, – сказал Первис. – Мы не можем рисковать. Они его первые посетители, не так ли?

– Если не считать двух болванов из посольства и шлюхи, которая прошлой ночью лечила его бессонницу.

Первис сказал, что их можно в расчет не брать.

– Ну ладно. Посмотрим, что я смогу сделать. Позвоню тебе, когда что-нибудь разузнаю. До связи.

Даллас повесил трубку, открыл дверь телефонной будки и быстро прошел через вестибюль гостиницы «Космополитан» туда, где сидел Джек Бернс, прикрываясь расписанием скачек и одним глазом поглядывая на стойку регистрации.

Даллас нагнулся к нему и сказал:

– Старик хочет, чтобы я выяснил, кто эти двое. Останься и постарайся отработать свои деньги. Если кто-нибудь появится, позвони шефу.

Бернс застонал.

– Если я еще хоть немного пробуду в этом чертовом холле, то сойду с ума, – ворчал он. – Я и сам не прочь проследить за этой блондинкой. Возьми ее номер телефона, Эд. Может, она ходит на свидания вслепую.

– Не с тобой точно, – сказал Даллас. – Такая штучка, как она, нуждается в особом обхождении. Вот я бы покачался на волнах ее фантазий.

– Тебе пришлось бы ограбить банк, прежде чем ты оказался хотя бы в миле от нее, – сказал Бернс, вытирая круглое лоснящееся лицо. – Красотка с такими формами ничего не отдаст задаром. Это будет стоить тебе кучу денег.

– Пожалуй, тут ты прав. – Даллас выпрямился. – Не засни на работе. Старик считает это дело важным.

– Хотел бы я тоже так думать, – сказал Бернс, зевая.

Даллас пробрался через переполненный вестибюль к главному входу. Он сел в плетеное кресло, повернув его так, чтобы можно было наблюдать за лифтами, и начал ждать.

Ему пришлось просидеть битый час, пока наконец появились гости раджи. Девушка вышла первой: элегантно одетая блондинка с большими голубыми глазами и холодным, уверенным выражением лица, которое озадачило Далласа.

Она грациозно двигалась, покачивая бедрами, и все мужчины в вестибюле оглядывались на нее. Она знала, какое производит впечатление, и принимала это как должное.

Ее спутником был высокий загорелый мужчина, немного расплывшийся в талии, но по-прежнему привлекательный. Его прямые седые волосы были гладко уложены, а подстриженные на военный манер усы слегка топорщились. Безупречный костюм придавал ему такой важный и самоуверенный вид, что даже Даллас был впечатлен, а это случалось нечасто.

Они прошли мимо детектива, не заметив его, и спустились по ступенькам отеля на улицу. Даллас выскользнул из кресла и последовал за ними. Он успел увидеть, как пара села в большой черный «ласаль»[2] с шофером-филиппинцем в шикарной форме. Машина так быстро уехала, что у Далласа не было ни малейшего шанса последовать за ней.

Он запомнил номер автомобиля и махнул рукой проезжающему мимо такси.

– Полицейское управление, – сказал он торопливо, – и гони как на пожар!

Через три минуты такси подъехало к зданию из бетона и стали, в котором размещалась полиция города. Расплачиваясь с водителем, Даллас увидел, как лейтенант Олин вышел из патрульной машины и начал подниматься по каменным ступенькам к главному входу, и побежал за ним.

– Привет, Джордж, – сказал он, поравнявшись с Олином. – Не слишком занят, можешь оказать мне услугу?

Олин нахмурился.

– Я очень занят, – сказал он неохотно, – но, думаю, могу уделить тебе минутку. Заходи. Ты слышал, что кокнули Джин Брюс?

Даллас вытаращил глаза:

– Хочешь сказать, ее убили?

– Именно это я и говорю. – Олин быстро зашагал по коридору к своему маленькому кабинету. Распахнув дверь ударом ноги, он вошел и сел за небольшой обшарпанный стол. – Ограбление, да еще прямо под носом у моих ребят, загоравших всего в нескольких ярдах от этого места. Парень сбежал с браслетом, усыпанным изумрудами и бриллиантами, стоимостью пять штук. Он ударил девушку в челюсть и сломал ей чертову шею.

– Вот это да! – присвистнул Даллас. – Есть идеи, кто это мог быть?

Олин кивнул:

– Да, но не бери в голову. Тебе-то что надо?

– Проверить черный «ласаль», номер АО 67. Хочу знать, кто владелец.

Олин взял сигарету, которую протянул ему Даллас, и закурил.

– Работаешь над каким-то делом?

– Кража пятнадцатилетней давности, – сказал Даллас. – Хочешь послушать об этом? Очень занимательная история.

Олин покачал головой:

– Кражи меня не интересуют. Кроме того, кого вообще волнует кража, совершенная пятнадцать лет назад?

– Страховые компании, когда речь идет о сумме в четыре миллиона, – серьезно заявил Даллас.

Олин выглядел пораженным.

– Четыре миллиона?

– Да. Страховые компании попали по-крупному. Они, конечно, заплатили, но все еще пытаются найти драгоценности.

Олин не отрывал глаз от горящего кончика сигареты.

– Мне кажется, я что-то помню об этом деле: это, случайно, не пропавшая коллекция раджи?

– Все верно. Сокровища магараджи Читтабада. Он одолжил все свои семейные реликвии музею Пербрайта. Это было пятнадцать лет назад. В музее проходила выставка самых известных в мире драгоценностей. Магараджа отправил свою коллекцию самолетом в Нью-Йорк. Она так и не прибыла, и с тех пор ее никто не видел. Год спустя к скупщику в Холленде явился Пол Хейтер с некоторыми из этих украшений. Помнишь Хейтера? Из всех похитителей драгоценностей он был самым ловким. Скупщик сдал Хейтера, потому что тот не согласился с его ценой. Хейтер был арестован, но так и не сказал, где спрятал добро. Он получил двадцать лет и все еще отбывает наказание, через пару лет должен выйти. Старик Первис представляет страховые компании, и все это время мы пытаемся найти пропавшие вещи. Теперь наш единственный шанс – дождаться, когда Хейтер выйдет, а затем присосаться к нему как пиявки, в надежде, что он приведет нас к тайнику. Мы получим четыреста штук, если вернем украденное, не считая ежегодного вознаграждения.

Олин выдохнул сигаретный дым на свою потертую записную книжку, затем раздраженно отмахнулся.

– Хейтер и правда сделал все в одиночку?

Даллас пожал плечами:

– Никто не знает. Экипаж самолета так и не нашли, равно как и сам самолет. Полагаем, что команда была заодно с Хейтером, но он никого не выдал. Мы почти уверены, что украшения так и не попали на рынок. Насколько нам известно, Хейтер единственный, кто знает, где все спрятано.

Олин угрожающе выдвинул подбородок вперед.

– Я думаю, мои мальчики заставили бы его говорить, – недобро сказал он.

– Не обольщайся. Его отделали так, что он выглядел, будто его пропустили через мясорубку. Но никакие жесткие методы – а они, поверь уж мне, постарались – не заставили его открыть тайник.

– Ай, к черту все это! – с нетерпением воскликнул Олин. – У меня тут убийство, которое нужно раскрыть. Так зачем тебе владелец этой машины?

– Пару лет назад магараджа умер, – объяснил Даллас. – Его сын получил все наследство. У этого парня свои представления о том, как надо жить: он сорит деньгами отца, точно пьяный матрос. Ходят слухи, что он уже потратил половину состояния старика. Внезапно он появляется здесь. Страховые компании думают, что он приехал для того, чтобы связаться с Хейтером. Они полагают, что наследник каким-то образом заключит с ним сделку, что-то в таком роде.

Олин непонимающе уставился на Далласа:

– Какую сделку?

– Страховщики считают, что Хейтер будет рад продать вещи обратно радже по сдельной цене. Они утверждают, что раджа сможет избавиться от драгоценностей гораздо легче, чем сам Хейтер. Из того, что известно об этом индийце, они сделали вывод, что он вполне способен прикарманить как драгоценности, так и страховые деньги. Лично я думаю, что это чушь собачья, но поди докажи что-то этим психам из страховых компаний. Они наняли нас следить за раджей и докладывать им, с кем он встречается, пока находится здесь. До сих пор с ним виделись только двое: мужчина и женщина, которые уехали от его гостиницы в этом «ласале». Я хочу знать, кто они.

– Ну, думаю, придется с этим разобраться, – сказал Олин, потянувшись к телефону. – В прошлом Первис мне часто помогал. Как он вообще?

– Все так же, – мрачно сказал Даллас. – Не тратит ни центом больше, чем требуется, и все еще думает, что место женщины на кухне.

– Узнаю старину Первиса. Он подарил мне коробку сигар на прошлое Рождество, и могу поклясться, что он сам их скрутил.

– Считай, что тебе повезло, – ухмыляясь, сказал Даллас. – Мне он ничего не подарил. Ну так как, разузнаешь насчет машины? У меня нет времени трепаться весь вечер.

Олин что-то проговорил в трубку, затем ждал и слушал ответ и наконец сообщил:

– Машина принадлежит типу по имени Престон Кайл. У него есть дом на бульваре Рузвельта, который, надо сказать, обходится ему недешево. Это тебе поможет?

– Не особо. Ты не мог бы уточнить в архиве, вдруг у них что-то есть на него?

Олин вздохнул и набрал другой номер. Пока он ждал ответа, Даллас подошел к окну и уставился на нескончаемый поток машин, двигавшийся в обе стороны по главной улице. Он заметил грузовик «Геральд», выгружавший на углу газеты. Мальчик выхватил стопку у водителя и побежал по тротуару, возбужденно выкрикивая заголовки статей.

– Кажется, ваше убийство попало во все передовицы, – сказал Даллас.

– Вони-то будет, – поморщился Олин. Он продолжил телефонный разговор, потом повесил трубку и сказал: – У нас ничего нет на Кайла. Он нигде не засветился.

– Ну что ж, и на этом спасибо, – сказал Даллас. – Думаю, придется еще немного поработать ногами. У меня уже сыпь от этой работы. До скорого, Джордж. Надеюсь, ты найдешь убийцу.

– Уж поверь мне, – сказал Олин, нахмурившись. – Все ловушки расставлены. Это просто вопрос времени. Сыпь, говоришь… Да у меня уже язвы от этой работы! Пока. Заглядывай, а то я вечно занят.

Даллас усмехнулся и поспешил на выход. Он взял еще одно такси до редакции «Геральд», преодолел целый лабиринт коридоров, чтобы попасть к кабинету Хантли Фавелла, постучал в дверь и заглянул.

Фавелл был автором колонки светских новостей. В его обязанности входило знать все о любом человеке в городе, если его доход исчислялся четырехзначной суммой.

Даллас был немного сбит с толку, застав Фавелла в объятиях хорошенькой рыжеволосой девушки, – сцена в лучших традициях Голливуда. Они отпрянули друг от друга, увидев Далласа, и девушка с пунцовым лицом выскочила из кабинета.

Фавелл с совершенно невозмутимым видом холодно посмотрел на Далласа. Он походил на высокого худощавого Адониса с берриморовским профилем[3] и имел обыкновение тратить намного больше, чем зарабатывать, поэтому был не прочь приумножить свои доходы, время от времени продавая информацию агентству Первиса.

– Похоже, ты не имеешь представления о том, что нельзя вот так врываться в личный кабинет, – едко заметил Фавелл, усаживаясь за стол.

– Я не подумал, – ухмыляясь, сказал Даллас. – Прими мои извинения. В следующий раз пальну из пушки перед тем, как войти.

– Нечего тут иронизировать, – сказал Фавелл, тщательно вытирая рот платком. Он с недовольной гримасой взглянул на отпечатавшийся на ткани след губной помады и убрал платок. – И не пойми меня неправильно, – сухо продолжил он. – Ей что-то попало в глаз.

– Конечно. Я тоже всегда помогаю девушкам именно таким образом. – Даллас сел на край стола и протянул Фавеллу портсигар. – Мне нужна кое-какая информация.

Кислое лицо Фавелла просветлело, но он ничего не сказал, спокойно закурил сигарету и, откинувшись на спинку стула, приготовился слушать.

– Знаешь что-нибудь о парне по имени Престон Кайл? – спросил Даллас.

Фавелл выглядел удивленным.

– А что такое? С ним что-то случилось?

– Насколько мне известно, нет. Я заметил его с блондинкой, которая меня заинтересовала. А у него могут быть неприятности?

– У него редко их не бывает, – сказал Фавелл. – Вообще-то, у меня нет времени на разговоры с тобой, Даллас. Мне нужно закончить со своей колонкой.

Даллас достал бумажник, выбрал две десятидолларовые купюры и бросил их на стол.

– Это должно компенсировать пять минут твоего драгоценного времени, – сказал он. – Я хочу знать о Кайле все, что ты можешь мне рассказать.

Фавелл поспешно сунул деньги в карман.

– Я не то чтобы много знаю, – сказал он, расслабляясь. – Кстати, держи рот на замке насчет той рыженькой. Ее муж зарабатывает на боях и только ищет повод, чтобы подкопаться ко мне.

– Не беспокойся ты о ней, расскажи лучше про Кайла.

– Он приехал из Сан-Франциско пару месяцев назад, купил на бульваре Рузвельта большой дом, за который еще не расплатился и, вероятно, никогда не расплатится. Три года назад он успешно занимался какими-то махинациями на бирже и сорвал большой куш, но с тех пор, похоже, отошел от дел. Много времени проводит на ипподроме. Должно быть, он выигрывает больше, чем теряет, потому что других средств к существованию у него нет.

– А что за неприятности ты имел в виду?

Фавелл потушил сигарету и взял еще одну из портсигара Далласа.

– Скорее скандалы, чем неприятности. Этот парень так и не повзрослел. Выпивка, женщины и разъяренные мужья. Причем замужние женщины – это его любимая тема, и несколько мужей уже стреляли в него в прошлом. Один раз его даже ранили. Это дело замяли, но он так ничему и не научился. Он ввязывается в драки так же легко, как ты тащишь девчонок в койку. И пьет слишком много, а когда переберет, начинает буянить. В его возрасте уже пора бы разобраться в каких-то вещах, но горбатого, как видно, могила исправит.

– Кто та блондинка, с которой он сейчас крутит?

– Ева Гиллис. Неплохая штучка, а? Он вытащил ее из местного варьете около месяца назад и поселил в квартире на Роксбург-авеню. Но это ненадолго. Он из того сорта парней: легкие интрижки и никаких обязательств. Хотя судя по виду девушки, она получит от Кайла все, что сможет, прежде чем он даст ей от ворот поворот.

– Они встречались с раджей Читтабада около часа назад, – задумчиво сказал Даллас. – Судя по тому, что ты мне рассказал, они не очень-то похожи на людей из круга раджи.

Фавелл выглядел заинтересованным.

– Да уж. Ты уверен, что это были они?

– Да, я видел, как они заходили к нему в номер.

– Ты все еще работаешь над историей с пропавшими драгоценностями?

– Конечно, это основной источник доходов Первиса.

Фавелл на мгновение задумался, постукивая ногтями по своей папке с бумагами.

– Может, ты и нащупал что-то, – сказал он наконец. – До меня доходили слухи, что Кайл имеет связи с преступным миром. Только слухи, заметь, ничего конкретного. Мне ни разу не удалось получить доказательства. Он проводит много времени в клубе «Фру-Фру». Управляющий там – малый по имени Ральф Рико, мелкий скупщик. Дела Рико мало-помалу идут вверх. Меня не удивит, если за ним стоит Кайл. Возможно, есть смысл присмотреть за Рико.

– В полиции ничего на Кайла нет, – сказал Даллас, хмурясь.

– Я знаю. Говорю же, когда-то Кайл играл по-крупному. Некоторые из его сделок были немного сомнительными, но ведь большинство финансовых акул иногда так или иначе переступают черту. Что меня смущает, так это то, что уже два года он не в деле. Все признают за ним большое состояние, и он, безусловно, умеет вкладывать деньги. Может, и правда стоит прощупать его связь с Рико. Возможно, он что-то замышляет.

– Да, конечно. – Даллас соскользнул со стола. – Если услышишь что-нибудь интересное для меня, позвони.

– Если там ничего не обнаружится – без обид, – сказал Фавелл, потянувшись к пачке бумаг в лотке. – Эти слухи о Кайле могут оказаться пустой болтовней.

– Знаю. Половина наводок, которые я получаю, ведут в никуда, – мрачно сказал Даллас. – Это самое поганое в моей работе. Ну, до встречи. В следующий раз, когда будешь вынимать соринки из глаз, лучше запирай дверь.

Он вышел, приветственно приподнял шляпу перед рыжеволосой девушкой, которая деловито печатала на машинке в приемной, ухмыльнулся, когда она резко вскинула в ответ голову, и быстро направился на улицу.

Глава третья

Значит, она мертва!

Верн Бэрд раздраженно смял газету. Его бледные глаза блуждали по шумному залу кабака, заполненному людьми, клубами сигаретного дыма, резкими голосами, смехом и звуками музыкального автомата. Никто не смотрел в его сторону. Он бросил газету на пол и пнул ее с глаз долой под сиденье.

«Будь проклята эта девка! – ожесточенно подумал он. – Вот так вот умереть!» (Он и ударил-то ее всего раз! Сломанная шея! Это просто невероятно!)

Теперь ему придется убираться из города, иначе Олин наверняка к нему прицепится. Какой же он дурак – потратил драгоценный час в этом кабаке! Он должен был уехать, как только получил свою долю от Рико. Теперь выбраться будет значительно труднее. Каждый коп в городе его ищет.

Он подал знак ближайшему негру-официанту.

– Еще одно пиво и порцию ржаного виски, – сказал Бэрд, – и побыстрее.

Пока официант отправился в бар за напитками, Бэрд закурил. Его не мучили угрызения совести из-за смерти этой женщины. Он не впервые лишал человека жизни, и сам факт убийства ничего для него не значил. Если кто-то вставал у него на пути, он убирал его с дороги. Даже собственная жизнь не имела для Бэрда ценности. Он знал, что рано или поздно полиция загонит его в угол, и тогда придет его черед умирать. Но пока-то он еще был жив, и поэтому его приводило в ярость любое вмешательство, любой сбой в его планах, а смерть этой женщины как раз грозила эти планы расстроить. Он больше не сможет свободно бродить по улицам, сидеть в баре или гнать в своем разбитом «форде» по шоссе, когда захочет убежать от городского шума и заторов на улицах. Теперь он должен глядеть в оба. Он не может зайти в заведение, пока не проверит, какие там выходы, не спрятался ли внутри коп, не потянется ли кто-нибудь к телефону, как только его увидит…

С тонких губ Бэрда сорвался сердитый рык. («Будь она проклята! Иметь такую хрупкую шею!»)

Тут до него дошло, что официант о чем-то шепчется с барменом, пока тот наливает пиво в кружку.

Бэрд сунул руку под пальто. Прикосновение к кольту его успокаивало. Он наблюдал, как негр разносит напитки по залу, и видел, как его глаза все больше округляются от неожиданных новостей.

Негр поставил напитки на стол и прошептал:

– Пара легавых идут по улице, босс. Они обыскивают каждый кабак.

Бэрд жадно проглотил виски и пододвинул пиво к официанту.

– Есть запасной выход? – спросил он, практически не шевеля губами.

Негр кивнул. Бэрд видел, как по его черному морщинистому лицу ручейками стекает пот.

– Через дальнюю дверь, вниз по коридору, – сообщил он и радостно оскалился, когда Бэрд выложил перед ним доллар.

– Позаботься о пиве, – сказал Бэрд, после чего встал и, не торопясь, прошел через задымленный зал к двери, на которую указал официант.

Когда он толкнул дверь, кто-то крикнул:

– Эй! Не в эту сторону, мистер. Это служебный ход!

Бэрд внезапно почувствовал ярость и еле сдержался, чтобы не развернуться и не разбить лицо окликнувшему его человеку. Не оглядываясь, он вышел в полутемный коридор и быстро зашагал к двери в дальнем конце.

Из соседнего помещения показался толстый низенький итальяшка в майке и штанах, подпоясанных веревкой. Он лениво почесывал голые волосатые руки, и по его красному небритому лицу было видно, что он еще не вполне проснулся.

– Сюда нельзя, – сказал он, махнув рукой Бэрду. – В другую сторону, пожалуйста.

Бэрд окинул его взглядом и даже не подумал остановиться. Итальяшка, разинув рот от удивления, поспешно отступил назад и молча наблюдал, как этот верзила открывает дверь и выглядывает в темный переулок.

Бэрду не понравилось, что он там увидел. Из переулка был только один выход, и тот на главную улицу. Другим концом он упирался в восьмифутовую стену, за которой виднелись очертания высокого темного здания.

Бэрд предусмотрительно ослабил кобуру и, тихо прикрыв дверь, вышел наружу. Он немного постоял, прислушиваясь к реву машин, проносящихся по главной улице, потом осторожно подобрался к стене, поднял руки и, зацепившись за верхний ряд кирпичей, подтянулся. Мгновение он висел, глядя на темный пустынный двор, затем перекинулся через стену и спрыгнул.

На противоположной стороне двора он заметил поднятую железную пожарную лестницу. Бэрд решил, что безопаснее идти по крышам. Ему без труда удалось дотянуться до лестницы и схватиться за ее конец. Лестница медленно, поскрипывая, спустилась и мягко стукнулась о землю.

Он быстро и бесшумно поднялся по ней, останавливаясь на каждом этаже, чтобы убедиться, не скрывается ли кто-нибудь за темным окошком, выходящим на площадку. В итоге, так никого и не встретив, он добрался до самого верха. Внизу все было тихо. Бэрд прошел по крыше, низко пригнувшись, чтобы его не было видно на фоне ночного неба, спрыгнул на крышу пониже, потом спустился по стальной лестнице на верх гаража, а оттуда – на темную улицу, идущую параллельно главной.

Бэрд укрылся в подворотне и осмотрелся. Не обнаружив ничего подозрительного, он быстро пересек улицу и нырнул в переулок – отсюда оставалось всего ярдов сто до дома, в котором он снимал две комнаты.

В конце переулка Бэрд снова замедлил шаг. Не выходя из тени, он оглядел дом. В квартире его интересовали некоторые личные вещи: альбом с фотографиями, чемодан с одеждой и новый пистолет. Для других эти фотографии ценности не представляли. Это были снимки, сделанные им еще в детстве: родительский дом, мама, брат с сестрой, собака – единственные ниточки, связывавшие его с далеким прошлым.

Мать случайно убили агенты ФБР во время перестрелки с отцом. Сестра теперь промышляла на улицах Чикаго и в этот самый момент, вероятно, заманивала какого-нибудь пьяницу в свою квартиру, а брат отбывал двенадцатилетний срок в Форт-Ливенворте[4] за разбой. Что касается собаки, то она убежала из дому, когда пришли фэбээровцы, и с тех пор ее никто не видел.

Бэрд не хотел вспоминать, что с ними стало сейчас. Он хотел помнить только о прежних временах, когда отец еще не связался с Диллинджером[5], когда ферма была счастливым местом, а мать постоянно смеялась, несмотря на нескончаемые хлопоты по хозяйству.

Но если Олин его подозревает, значит за домом уже установлена слежка и Бэрд попадет в ловушку, как только туда сунется. Продолжая прятаться в тени, он наблюдал за подъездом. Ничего подозрительного как будто не происходило. Два его окна, выходящие на улицу, были погружены в темноту. Однако инстинкт призывал Бэрда быть настороже и не рисковать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Джо Луис, или Джозеф Луис Бэрроу (1914–1981), – американский боксер, многократный чемпион мира в тяжелом весе. – Здесь и далее примеч. редактора.

Вернуться

2

«Ласаль» (LaSalle) – марка американских автомобилей класса люкс, выпускавшаяся компанией «Дженерал моторс» в 1930-е годы. Названа в честь французского исследователя Северной Америки Кавелье де Ла Саля.

Вернуться

3

Джон Берримор (1882–1942) – американский актер театра и кино. Вошел в историю в том числе благодаря своей внешности, считавшейся эталоном мужской красоты.

Вернуться

4

Форт-Ливенворт – военная база на северо-востоке штата Канзас, на территории которой находится одноименная федеральная тюрьма строгого режима.

Вернуться

5

Джон Диллинджер (1903–1934) – американский бандит: грабитель банков и убийца полицейских; был застрелен агентами ФБР.

Вернуться