Алекс Блэк
Крис Кил

Пролог

Переполняясь странным, прежде неизведанным чувством, офицер глупо улыбался, уставившись на кнопку. – Красненькая, – бормотал он, – красивая. Для того что бы оторвать от нее взгляд, мужчина несколько раз пощелкал пальцами перед своим лицом. «А мне по душе наш новый врач!» – Подумал майор и почесал плечо в том месте, куда ему недавно сделали инъекцию. Все ощущения были обострены, он дальше видел, лучше обонял, он даже слышал, как бежит кровь по венам. Но резко ударивший в нос неприятный запах заставил мужчину перевести взгляд на длинный коридор, где рядами растянулись спальные капсулы его бойцов.

– Точно! – воскликнул он, опомнившись, – вот зачем я сюда пришел. Моргать тоже значит спать? – усмехнувшись, вспомнил он жалобы солдат.

Больше не думая он нажал кнопку.

Глава 1. Штар

1

Как неизменно Земля вращается вокруг Солнца, как нерушимо ночь сменяется днем, как устойчиво и прочно мексиканцы когда-то властвовали на рынках, так и Майкл, по обыкновению, не услышал будильник.

«Выпускной класс, можно не париться», – так одиннадцатиклассник рассуждал весь последний год, но сегодня он не мог себе позволить такие вольности. Его класс выиграл в конкурсе между школами и сегодня у них состоится встреча по поводу предстоящей недельной экскурсии, на которую юноше хотелось попасть даже больше, чем взобраться голышом на новую сногсшибательную учительницу по английскому.

Но только когда желтый луч света, уверено проникший в комнату еще четыре часа назад достиг лица парня, Майкл медленно разжал веки.

– О-о-о-о, – протянул он, зевая, – так рано надо встава-а-ать.

В углу комнаты что-то зашуршало, заскрипело, затем сказало:

– Вообще-то ты проспал.

Майкл приподнялся на кровати и бросил тревожный взгляд в ту часть комнаты, откуда донесся низкий электронный голос.

– Что ты сказал?

В ответ пристыжено замычали.

– Что-о-о ты сказал?! – проревел парень. – Проклятье! Ты же должен был меня разбудить!

Майкл вскочил с постели и первое, что попадалось под руку натягивал на свое тощее подростковое тело.

– Прости меня, – стараясь изобразить вежливость, отчеканил голосок. – Твоему организму требовался отдых, и я дал тебе поспать… подольше.

– Но зачем?!

– Ладно, – решил все же признаться голос, – я тоже проспал.

– Проспал? – юноша не выдержал и, выбрасывая ноги вперед, бросился ловить того, кто, по его мнению, был виноват в том, что он, Майкл, снова проспал.

– Как ты мог проспать, я тебя спрашиваю? Ведь ты машина, робот! Ты ведь не спишь даже!

– Прости юзер, но я запрограммирован вести себя так же как ты. Тем более я тебе не какой-то там будильник.

Парень яростно взвизгнул.

– Сколько раз я тебе говорил не называть меня юзер! Схватив со стола банку недопитой колы Майкл зашвырнул ее в робо-пса.

Аляскинский кли-кай. Внешне робот напоминал собаку, а точнее, уменьшенную версию хаски. Мобильная конструкция, небольшого размера. Состоял из головы, округлого туловища, четырех лап, и продолговатого хвоста с небольшой шестиугольной клешней на конце. Робот имел изящный дизайн, подвижный сложный корпус, очень напоминающий чешуйки рыбы. Маневренность конечностей и универсальность проистекали из дополнительных осей и шарниров, которые скрывались под туго затянутыми металлическими пластинами. Область применения робота была настолько обширна, что инструкция просто не входила в него, а вместо этого, мать Майкла целый месяц посещала специальные курсы, чтобы хоть поверхностно ознакомиться с функциями пса. Продвинутые гироскопические датчики, которые позволяли роботу удерживать равновесие, стоили как автолёт, поэтому приходилось использовать его с большой осторожностью. Датчики для обнаружения целей были утыканы через каждый миллиметр на крепком, но эластичном корпусе, поэтому робот всегда знал, с какой стороны находится тот или иной предмет, даже не поворачивая головы. Несмотря на характер, Кли Кай являлся технологическим чудом.

Будучи новым, он выглядел поистине на грани фантастики, но спустя семнадцать лет со сборки, он превратился в старенький помятый девайс.

Именно эту модель Майклу подарили на его первый день рождения, хотя, будучи младенцем он не отказался бы от питбультерьера. Настоящего. К сожалению, живых животных на Штаре иметь было запрещено, за исключением зоопарка, где томилась до сих пор живая собака Нэнси. Над бедолагой произвели столько операций по омолаживанию, что она в свои пятьдесят с лишним лет все еще была в состоянии радоваться, когда видела человека и приветливо шевелила хвостом. Еще щенком ее случайно привезли с Земли, когда человечество спасалось от «Зеленой смерти». Остальные виды были с других планет, и Нэнси жила на Штаре лишь в качестве исключения, как напоминание и символ о том, что когда-то в космосе у человечества был собственный шарик с множеством лесов, водой и животными.

Настоящий питбуль, возможно, и не увернулся бы от банки, но робот с легкостью запрыгнул на железную стену и мухой примагнитился к ней. Майкл знал, что, если пес не захочет, тот его в жизни не поймает.

– Имею удовольствие оповестить тебя, юзер, что последний космобус в школу пролетит здесь через десять минут шестнадцать секунд. Пятнадцать, четырнадцать… Для твоего удобства я продолжу отсчет.

– Закройся, Кли Ка́й. Майкл не особо заморачивался в придумывании клички. – Я закрою ставни, и ты неделю не выйдешь на улицу.

Услышав это, пес выдавил из себя звук напоминающий чем-то смех.

– Для меня в радость напомнить, что мои характеристики позволяют мне работать автономно на протяжении двух лет. Недельное отсутствие солнечного света, не сделает меня менее эффективным.

Майкла раздражало, когда Кли Ка́й начинал разговаривать как средневековый знатный лорд из утерянных древних книг. В основном, когда не нужно. Казалось, этот робот был создан лишь для того, чтобы поскорее вогнать его в могилу: он никогда не давал Майклу общаться с девушками так, чтобы они потом над ним не смеялись, не позволял уединяться, с тех пор, когда прыщи на лице и волосы в интимном месте впервые засвидетельствовали о половой зрелости подростка. (Да, он всегда ходил с ним в туалет). А еще он постоянно нес какую-то чепуху, и со стороны смахивал скорее на умственно отсталого, чем на помощника с продвинутым искусственным интеллектом. Возможно поэтому Майкл не мог считать механического питомца своим верным другом. Другое дело пес То́я, одноклассника Майкла. Вот у кого питомец само совершенство. Помогает с домашкой, никогда не влезает в разговор, а еще он сделан из редкого красного металла, добываемого на соседней сверхлёгкой планете, которая крутится вокруг солнца с такой бешенной скоростью, что садиться на нее просто самоубийство.

– Если юзер пропустит свой завтрак, переход на скорость звука будет довольно сносным, – заметил Кли Кай.

– И без тебя знаю, – огрызнулся юноша, запихивая в себя остатки кукурузной каши, что оставила на столе мать. Майкл не стал выходить в поле чтобы проведать ее, в последнее время ему жутко было видеть горбатящуюся в поте лица пожилую женщину.

– Сколько там до отправления?

Последовавшее молчание, немного ободрило парня. Еще бы! Если пес сломался, государство выдаст Майклу нового. Если нет, придется терпеть его до восемнадцати, пока робота не заменят на обычные наручные часы, которые если и говорят, так только «доброе утро хозяин, ты прекрасно выглядишь!».

– Кли? – осторожно позвал Майкл.

– Прости. Я, кажется, ошибся. Твой космобус… – робот поднял голову и напрягся словно к чему-то принюхивался, затем выпалил, – твой космобус ушел!

– Как ушел? Когда? – Майкл почувствовал, что он на грани срыва.

Механическое тело затряслось, глаза замигали разноцветными огнями. Кли Кай стал похож на сломанный светофор с мотором. Наконец вычислительный припадок окончился, и пес, опустив голову сказал:

– Вот, только что.

Лицо юноши перекосило. Робот понял, что сейчас лучше отступить и потому попятился, поджав под себя стальной недешёвый хвост.

– Лучше не произноси это вслух, Майкл, – предостерег его Кли Кай. – Не забывай, что я все слышу.

Тяжело дыша, Майкл ударил кулаком в дверь холодильника, надеясь, что это его хоть немного успокоит. Затем он сел на стул и запустил руку за затылок, почесать то место, где у всех жителей Штара в голове на уровне мозжечка был вмонтирован чип, чтобы помощники могли считывать их мысли. «Оторвать? – подумал юноша. – Нет, как-то еще хочется жить».

Лететь на космобусе до школы занимало порядка сорока минут, и помимо того неудобства, что космобусов в ту часть планеты сегодня больше не планировалось, семья Майкла жила в глуши, в которую «система» определила их выращивать кукурузу. Машины у них своей не было, а частное такси никогда не заезжало в такие глухие места как это.

– Не переживай юз… хозяин. Пес подбежал к Майклу и уткнулся мордой тому в колени.

– Самоуничтожься… – промямлил юноша, уже смерившись с тем, что он пропустил такое важное для него событие – поздравление от директора и последующий инструктаж по технике правил безопасности. Его класс первые, кому выпала честь полететь на Землю, что должно было стать отправным пунктом, дабы человечество вновь начало засеивать собой брошенный дом. Ведь как никак прошло пятьдесят лет, и как говорит разведка, зеленый туман на планете должен был уже рассеяться.

– Позже, – ответил Кли Кай. – Давай лучше я сам тебя отвезу.

– Ты хочешь, чтобы я задохнулся от скорости?! – вспылил Майкл. – Если ты забыл у меня нет костюма, отец забрал его на работу. «Семь лет назад, когда ушел от нас». Да и полети я своим ходом, меня заморозят, как только мы подлетим к столице. Не очень-то хочется проспать пару десятков лет на улице, облучаемый синим Солнцем, знаешь ли. Я хочу еще увидеть Солнце Земли. Оно одно, и когда наступает вторая часть суток, то приходит ночь. Майкл мечтательно вздохнул. – Вот бы увидеть это не только на фотографиях…

– Увидишь, если послушаешь меня. Мы одолжим костюм у моего друга, который живет через несколько сотен километров отсюда. Он говорит, что дома никого не будет целую неделю.

Майкл оживился. А ведь это уже как-никак идея. Церемония награждения все равно будет длиться целый день. Сейчас должно быть идет скучная, вдохновляющая лекция о том, как хорошо нам жилось на планете, где еда доставалась почти даром. Затем будут вызывать добровольцев, которые за всю историю Штара впервые согласились взять в руки оружие и сопроводить на планету группу детей. (Простите, с этого дня взрослых, самодостаточных людей, которые вправе пить, курить и нести за это все ответственность). И в качестве исключения, несмотря на то, что всем, кроме Майкла уже исполнилось восемнадцать, в целях безопасности власти разрешили им взять с собой помощников.

Ближе к обеду будут прокладывать маршрут, что обещало быть уже более интересным, но самое веселье начиналось только вечером. Камеры перестанут передавать на весь мир светящиеся от радости лица школьников, которые после этого станут еще счастливее, что наконец-то можно достать из-под стола алкоголь. Выключат свет и включат музыку, и всю ночь для них одних будет самый запоминающийся на всю жизнь праздник со вкусом выпивки, а для кого-то даже и секса.

Майкл облизнул губы. Может быть в приглушенном свете ему удастся полапать учительницу английского, так что в принципе идея с костюмом не так уж и плоха. Он должен попасть туда.

Пригород был в разы больше самой столицы и простирался так далеко, что практически касался фермы, где жил Майкл со своей матерью.

Пес фыркнул. – Мой друг говорит, что ему скучно.

– Ты с ним сейчас на связи?

Кли Кай замычал.

– А сейчас он говорит, что ты жалкий.

– Чего? – Майкл недоуменно уставился на блестящего пса.

– Я отправил ему видео, как ты в детстве описался, не добежав до дома. А потом плакал. Он говорит, что людишки смешные.

«Людишки смешные… Эти обновления для помощников делают в последнее время какими-то странными, – подумал Майкл. – Вписывают им чувства юмора, романтику, пытаются добавлять какие-то чувства, чтобы они социально адоптировались в обществе, и чтобы люди их не боялись. Но эмоциональный робот как раз-таки больше и пугает». Ведь после того как люди покинули Землю, еще не у всех родителей была восстановлена психика, и почему-то никто не любил об этом говорить.

Майкл стукнул кулаком по голове Кли Кая и взвыл от проникшей под кожу боли. Пес подхватил его стон и тоже завыл, изображая волка, а затем сказал:

– Ты странный. Мой корпус тверже твоих костей. Не понимаю, как ты вообще умудрился сдать школьные экзамены.

После этого пес замолчал и принялся издавать странные утробные звуки.

«Похоже, он полностью ушел в общение со своим приятелем», – подумал парень, и немного расслабился.

Майкл бы еще поспорил, кто из них двоих странный, но впадать в полемику с машиной хоть и с искусственным интеллектом, считалось среди сверстников психическим отклонением. Поэтому юноша не видел смысла обижаться на то, что один робот показывает другому постыдные моменты из жизни человека. Тоже что показать голую задницу стене. И не горя желанием продолжать перепалку, парень поднялся на ноги и два раза клацнул языком.

– Ладно, Кли. За мной.

Весело поскуливая, пес помчался вслед за хозяином.

2

К большим массивным воротам пригорода они подлетели менее чем через полчаса. Могли быстрее, но «тело человека такое хрупкое», о чем Кли Кай без устали всю дорогу напоминал Майклу. Задница юноши болела от неудобной металлической спины, и честно говоря, он давно уже вырос из таких вещей – кататься на своем роботе. В детстве это было весело, но сейчас, даже как-то немного неловко. Хорошо, что их никто не видел.

Еще до того, как они зашли в ворота, Майкл очень удивился. За стенами возвышались новенькие многоэтажки, которых еще месяц назад здесь не было. «И когда они успевают так быстро строить?», – удивлялся юноша.

– Беги вперёд, – сказал Майкл, когда они прошли в ворота. – Показывай дорогу.

– Хорошо, – отозвался Кли, но ничего не изменилось. Он все так же продолжал трусить около ног человека. Юноша вздохнул и просто пошел вперед по широкой, обставленной фонарями улице. На каждом фонаре виднелся черный стеклянный купол, который отливал синевой, и излучал ужас каждый раз, когда начинал работать. Эти камеры делались для того чтобы замораживать того, кто нарушал закон.

– Я люблю тебя, хозяин, – неожиданно проговорил пёс.

«Если на это человек не способен, то ты робот, тем более», – подумал юноша, вспомнив отца, и посмотрел на свое металлическое псевдо-животное.

– Не обижайся хозяин, но я кое-что скажу.

Майкл не был настроен на беседу, но это и не требовалось. Ни один человек не способен ни о чем не думать, а тем более заткнуть рот своему роботу. Поэтому Кли Кай продолжал.

– Для тебя не в новинку узнать, что мои мысли – ячейки, уложенные в великом множестве в огромное количество взаимосвязанных узлов в мозгу. Когда мне необходимо вспомнить или высказать что-то, то они извлекаются и вспоминаются в нужный момент. Этим на сорок процентов управляет мой искусственный интеллект, а остальные шестьдесят от тебя.

– Ну и что ты этим хочешь сказать?

– … и между моими ячейками есть сигналы, которые со скоростью света обмениваются друг с другом. Потом перемешиваются, сортируются, заново все уложенные и пересортированные, аккуратно, чтобы последние твои «запросы» стояли поближе к извлечению. – Робот дотянул хвост до своего лба и легонько постучал им. – Да, будь я наделен эмоциям, я бы впечатлился. Но одно из них, Майкл, уже дольше всех находится в первых рядах – голые бабы. Я имею ввиду неужели не только у тебя в голове такой бред?

«Бред? – подумал Майкл. – И откуда робот знает такие слова?» Юноша шумно вздохнул, вспомнив, что от него самого.

– Мне еле хватает памяти сортировать и обрабатывать все эти странные фантазии в твоей голове. Надеюсь к восемнадцати ты исправишься, и я смогу дать тебе положительную оценку. Иначе ты пойдешь под суд как потенциальный насильник и тебя заморозят, – сказал Кли, заметив, что Майкл смотрит на одну из висящих ламп.

Юноша закатил глаза.

– Кто бы вас не создал, – продолжал Кли Кай, – не понимаю, зачем вас наделили столькими ненужными программами – гневом, завистью, похотью. Это просто бессмысленно, – пес заурчал и видимо ушел в свои раздумья, так как опустил голову и заткнулся. Он порой так делал, Майкл воспринимал это как глюк старого робота. Но парень успел этому обрадоваться лишь на мгновение. Пес резко вскинул морду снова и заговорил.

– Кстати Майкл, а кто твой создатель?

Парень поморщился. Не каждый день в голове всплывает секс родителей.

– Я не об этом, – немного раздраженно отворковал пёс. – Я имею ввиду, что у тебя, как и у твоих родителей должен быть Создатель. Иначе ваше существование лишено смысла. Даже для нас роботов, возможность вашего случайного возникновения равна…

– Майкл!

Мягкий приятный голос за их спинами прервал Кли Кая. Юноша обернулся, и у него перехватило дыхание.

– Черт, только не это! – вскричал робот. Порой из его металлической пасти просто так вырывались юношеские мысли, и в такие мгновения Майкл его от души ненавидел. Бесплатно заменить его парень не мог, ведь робот тогда бы сказал комиссии, что вел себя так исключительно лишь в воспитательных целях.

Голос, который принадлежал учительнице английского звонко рассмеялся.

– Ты его так и не починишь, Майкл, – сказала молодая девушка, подходя ближе. Черные словно уголь волосы, ослепительно белоснежные зубы, пухлые розовые губы. На лице ее не было ни капли косметики, но выглядела она так, словно ее нарисовал лучший в мире художник.

– Я… я… Майкл не смог ничего ответить. Мисс Ди подошла настолько близко, что он почувствовал, как ее нежный запах окутал не только все пространство вокруг, но и затянул в этот приятный ароматоворот все его подростковое сознание. От нее пахло словно одновременно всеми цветами. У него начал привставать, но Кли Кай спас положение, нарушив возникшую паузу своим железным голосом.

– Он чинил, – встрял в разговор пес. – Но моя программа настолько сложна, что ни он, ни тот его старый друг, мастер-фломастер, в жизни не догадаются, где проблема. Хотя проблема, скорее не во мне…

– Здравствуйте, мисс Диана! – быстро проговорил Майкл, чтобы не дать псу отморозить еще какую-нибудь глупость. – Очень рад вас видеть!

– И я, Майкл, рада видеть тебя. Парень заметил, что при этих словах Кли Кай затрясся и юноша покраснел еще до того, как робот объявил, что она ему нравится, а затем стал бормотать себе под нос какие-то заклинания.

О том, что мисс Ди нравится Майклу, пес проговорил предательски громче обычного. Лицо юноши из красного превратилось в белое. «Вот бы сдохнуть», – подумал он, но Кли это уже не стал озвучивать.

– Он просто общается со своим другом, – запинаясь, проговорил юноша, пытаясь сгладить возникшую неловкую ситуацию, – мы идем к нему… в гости.

– Я так и поняла, – махнув рукой, рассмеялась девушка.

Майклу нравилась, что мисс Диана была всего лишь на несколько лет старше него. Помимо своей привлекательности она нравилась парням в классе еще потому, что разрешала называть себя сокращено «Ди». А еще потому, что понимала их подростковые шутки. И еще, потому что облегающие джинсы всегда сидели на ней, идеально, вырисовывая ее стройные длинные ноги. Но сейчас она была в юбке и это только усложняло ситуацию.

– А что вы здесь делаете? – спросил юноша, пытаясь смотреть учительнице прямо в глаза и ни за что, (ни за что!) не опустить свой взгляд ей на грудь.

– А! Да я здесь живу недалеко, – отмахнулась девушка и попыталась быстро перевести тему.

– Кстати, а зачем тебе костюм? – спросила она. – Если я помню, ты ведь должен быть сейчас в школе. Весь мир сейчас на вас смотрит…

– Да! Да! – неожиданно вскрикнул Кли Кай и так же внезапно замолк. Он стоял не шевелясь, уставившись в асфальт, мигая своими разноцветными глазами. Казалось он был совершенно не здесь.

Девушка нахмурилась.

– Кажется, он смотрит порно, – заметила она.

С плеч Майкла словно свалилась гора. Он рассмеялся.

– Да, с ним такое случается, – вздохнул юноша, – только непонятно зачем это ему. И тут же поспешил добавить, – я то ведь его не смотрю.

– И мне интересно. Ди, ласково улыбаясь, странно смотрела на юношу, и Майклу показалось, что она его любит. Хотя так скорее кажется всем подросткам, не достигшим восемнадцати, что-то в этом взгляде было действительно таинственным и очаровывающим. Диана присела на корточки и погладила пса по голове. Майкл увидел, как у нее обнажились коленки под юбкой и его сердце забилось чаще.

– Это бессмысленно, – проговорил пес, но все же заурчал кошкой. – У меня повышенный болевой порог. Точнее вообще отсутствует. Лучше погладь его, он будет не против. – Кли Кай указкой выставил хвост в сторону Майкла.

Кровь ударила в голову, но впервые в жизни Майкл был благодарен своему Кли. Первый раз он сказал что-то полезное. Конечно, он будет не против!

– А как вы собираетесь сами попасть в школу? По-моему, космобусы сегодня больше не ходят туда. Только в обратную сторону. Но тебе лучше это проверить, я к сожалению, уже не смогла попасть туда.

Этот вопрос вернул Майкла из игры воображения, где юбка учительницы была короче, а он сам был выше и накаченней. Он посмотрел на пса. Тот посмотрел на Майкла. Так они играли в гляделки до тех пор, пока Диана не положила руку на плечо юноши.

– Позвони отцу, Майкл, – сказала она, как всегда дружелюбно, – думаю, он тебе поможет. Ладно, мне пора бежать, рада тебя видеть! На этих словах девушка побежала к светофору, в надежде успеть на зеленый.

Майкл смотрел ей вслед ощущая неконтролируемую похоть, любовь, и еще шквал эмоций, которые в семнадцать лет сложно было отличить друг от друга. Юноша достал телефон и несколько раз сфотографировал с максимальным приближением. Девушка успела как раз, когда загорелся красный, и поток машин скрыл ее от глаз влюбленного школьника.

– Позвони отцу, – повторил Кли Кай.

Эти слова сперва показались еле различимым, приглушенным зовом из глубокой могилы, но, когда плечо юноши перестало чувствовать тепло женской ладони, ПОЗВОНИ ОТЦУ прозвучало словно молния ударила в колокол.

– Долго же ты соображаешь, – бросил Кли и потрусил дальше в ту сторону, где, как он говорил жил его друг.

«Может, стоило сказать, что я ошибся, и мы бы еще успели на космобус? – подумал робот, – нет, мне еще рано на металлолом».

3

Несколько минут Майкл слушал в телефоне, как отец ругается на своих подчиненных. Наконец, ровный мужской голос быстро проговорил.

– Да? Алло! Я слушаю!

Кли скакал рядом, посматривая на Майкла. Юноша догадывался, о чем тот думает. Точнее, о чем думает он сам, «ведь неспроста этот уродец так поглядывает на меня», – подумал Майкл. И между парнем и роботом метнулась одна и та же мысль: его отец до сих пор не сохранил номер собственного сына.

– Это я, Майкл.

– Какой еще Майкл? – В голосе мужчины улавливалось нарастающее раздражение.

Пес громко прыснул, и Майкл очень удивился такой реакции, – ведь ему было совершенно не до смеха.

Он вдруг вспомнил, как мать рассказывала ему, что еще до того, как люди прибыли на Штар, возник вопрос, какие профессии будут наиболее необходимыми в жестких условиях планеты, и каким образом распределять на эти должности людей. Для этого создали искусственный интеллект, прародителя Кли Кая и ему подобных, который разработал план по будущему заселению и предписал десять самых важных профессий. Учитывая особенности каждого человека, он определил, что мама и отец более всего подходят для работы на ферме, обеспечивать человечество едой. Но отцу вскоре это надоело, и он принял на себя другую роль – быть предводителем людей, тем кто командует. Как ему это удалось, Майкл не знал. Бросить семью вместо того чтобы сплотиться. Он ушел и вскоре стал богачом, и жил теперь в высотном здании, в то время как Майкл с матерью каждый день должны спасать себя и урожай от синего Солнца, властвующее в сутки десять часов из тридцати пяти.

– Папа это я, твой сын, – мрачно произнес Майкл, еле сдерживаясь, чтобы не закричать. Юноше показалось, что прошла целая минута прежде, чем человек на другом конце линии снова ответил: – Я тебя слушаю, сын.

Парень открыл рот, но мужской голос его тут же перебил.

– Передай этой… передай своей матери, что мне ей больше нечего дать! Она и так высосала из меня всё, даже молодость!

– Папа, я сам звоню. Мне нужна твоя помощь.

Вновь повисло недолгое молчание.

– Что случилось? – осторожно спросил мужчина, словно нащупывал мину в поле.

– Отец, я проспал на экскурсию, этот кри… – Он посмотрел на пса и решил опустить весь рассказ о том, кто виноват в том, что он проспал. Тем более отец был деловой человек, и не любил долгих разговоров вокруг да около.

– Отец, у тебя еще остались связи на таможне при въезде в город?

– Да. Ответ был сухим и быстрым.

– Мне нужно попасть сегодня в школу, иначе меня не допустят к экзаменам.

Майкл соврал, он уже сдал экзамены, но он знал, что это отличный ход. Хоть его отец и был грубый и жестокий тип, который без зазрения совести мог лишать людей домов и бросать родных, к учебе он относился требовательно. Человек старой закалки с новыми возможностями был еще той смесью дерьма.

– Что нужно сделать? – спросил мужчина, воодушевившись.

– Мы с Кли сами полетим в столицу, ты можешь устроить так, чтобы нас не заморозили на входе в запретную зону?

Недолгое молчание сменилось вопросом, по которому Майкл понял, что человек в трубке не особо его слушал. – Когда тебе надо в школу?

– Сегодня.

– Сегодня? – удивился голос. – Хорошо. Подожди.

Майкл посмотрел на своего робота.

– Помощник отца рядом с ним?

– Да.

– Ты не мог бы тогда…

– Ты ведь знаешь, что нет, Майкл. Помощники не передают другим мысли своих хозяев.

Майкл хотел дать пинка Кли Каю, но промахнулся. Тот отскочил и затявкал на парня.

– Что ж ты тогда слизняк всем болтаешь мои мысли?

– Алло?

– Да, отец, я тут.

– Через несколько минут тебе перезвонит человек, он продиктует код, который твой Кли должен будет передать на пункт управления при входе в запретную территорию. Он проверит твой статус и просмотрит всю твою жизнь. Ему нужно убедиться, что ты не один из тех космических тварей.

Пес блаженно застонал.

– Космическая тварь! Надо будет запомнить.

– Да, пап, хорошо. Спасибо.

Трубку повесили. Ни как дела, ни пока. Ни люблю тебя сын. Поэтому Майкл ненавидел деньги, они делали из людей бесчувственных ублюдков даже на другой планете.

Вскоре Майкл и пес поднялись на лифте на сто тридцатый этаж назначенного дома. Когда юноша посмотрел в окно его затошнило и закружилась голова.

– Тебе плохо на трехстах метрах, но хочешь лететь в космос, – пес это прорычал, разыгрывая как бы раздражение.

Парень подавил приступ тошноты, выпрямился и огляделся. Это был последний этаж, поэтому стены сделали здесь высокими. Даже как-то неестественно высокими. Большое панорамное окно напоминало выпуклый овал, словно толстенная линза очков очень плохо видящего человека.

«Странно, – подумал Майкл, – обычно такие дорогие окна ставят на космические корабли».

Свет был приглушен, лишь неоновые светильники под потолком слабо освещали помещение. По всему периметру стены, через каждые полтора метра были вмонтированы иллюминаторы. Казалось, этот этаж здесь действительно был лишним.

«И действительно, как корабль», – подумал Майкл и посмотрел на робота, что бы тот подтвердил его предположение. Но тот делал вид, что не слышит.

– Нужно будет обшить твою задницу кожей, – вздохнув сказал юноша.

– Зачем? – заинтригованно спросил пес.

– А ты прочитай мои мысли, – угрюмо проговорил Майкл. – Какая дверь?

Кли подбежал к серебряной титановой двери похожей на засов в банке, открыл пасть и послал несколько звуковых сигналов, которые слух Майкл не способен был уловить. Что-то громко щелкнуло, и круглая дверь с шумом отъехала в сторону.

– Если ты хочешь, чтобы мне стало больно, тебе не обязательно обшивать мой зад тактильной тканью, – проговорил пес. – Тебе достаточно вырасти.

4

Они прошли в огромную гостиную, которая оказалась единственной комнатой в этой квартире, в центре которой стоял одни металлический удлиненный стол. Кли запрыгнул на него и завилял хвостом.

Майкл медленно шел к нему оглядывая комнату. Высокие серебряные стены, серебряный потолок, и этот странный единственный серебряный предмет интерьера. Больше в комнате ничего не было, ни окон, ни даже стула.

– Какое необычное место, – проговорил Майкл. – Ну и где твой друг?

– Вот он!

Парень уставился на толстенную столешницу, с неестественно тонкими ножками.

– Это он?

– Да.

Майкл обошел его, пристально разглядывая. Должно быть хозяин квартиры уже взрослый, и его помощника просто переплавили в мебель. Как же я хочу поскорее вырасти, подумал юноша, чтобы и моего поскорее забрали.

– Ты уверен?

– Да точно, точно, – ответил Кли.

– Ладно, тогда бери костюм и пошли.

«Снова тупая шутка этого робота? Клянусь, если это так, я навсегда его отключу, и пусть меня заморозят хоть на тысячу лет. Прямо как тех трусов, которые добровольно на это идут, в надежде, что, когда они очнутся, то увидят лучший мир».

– Да… вот только…

Майкл приподнял бровь. – Что еще?

– Он в спящем режиме.

– Ну и что? – Юноша вдруг сообразил, что из-за того, что в комнату не проникает солнечный свет, то наверное, робот-стол просто не заряжается.

– Ему нужно на Солнце, чтобы зарядиться? – Майкл посмотрел на часы. До восхода синей звезды оставалось чуть больше восемнадцати часов. Времени еще навалом. Роботы заряжались от нее быстрее, чем от желтого светила, поэтому синее прозвали «звезда Айрондэй», а желтое так и оставили по привычке – Солнце.

– Вообще это защитный робот, – проговорил Кли, – и лишь звуковой сигнал, который я постоянно посылаю с тех пор как мы подошли к этому зданию, не дает ему нас убить.

– Ты же говорил, что он твой друг! «Почему он сказал убить? Парализовать, обезвредить, но убить он нас не может».

Пес покрутился вокруг себя, изображая погоню за хвостом, потом встал на задние лапы, а передние приподнял над мордой.

– Друг. Вот только для нас роботов это слово ничего не значит. Тем более его программу никто не отменял. Да и у меня не получается. Странный он вообще, будто его собирали из разных частей. Мне кажется, что он вообще не отсюда. Ладно. Мне придется испустить другой сигнал, что бы он отдал нам костюм, но тогда его защита спадет и у нас будет около десяти секунд что бы смыться отсюда. Поэтому иди к двери и будь готов.

– Готов к чему?

– Бежать.

Переполняясь гневом Майклу не оставалось ничего, кроме как повиноваться. Он обязан быть сегодня на встрече. Хотя Дианы, по всей видимости там не будет, он все равно должен там оторваться. Ведь еще остались одноклассницы. Так себе, конечно, замена, длинноногой красивой брюнетке, но что поделать. Майкл отошел от стола и встал около выхода.

– Ты точно готов? – крикнул ему Кли.

– Давай уже.

– Ну ладно.

Пес вздыбил спину словно кошка, предчувствующая опасность, и Майкл увидел, как под пластами металла, Кли начал нагреваться и краснеть. Затем по комнате внезапно распространилась волна неприятного звука, из за которой Майклу пришлось прижать ладони к ушам. Неожиданно из потолка в комнату пролился столб густого пурпурного света и в этом свете буквально из ничего стал проявляться костюм.

Майкл ошарашенный с раскрытым ртом смотрел на цилиндрический столб света.

– Материализатор? – прошептал юноша. – Но ведь они запрещены! Мы что дома у бандитов?

Тогда это многое бы объясняло. Отсутствие мебели, странный интерьер. Майкл не сомневался, что он конкретно влип.

Сильным толчком пес запустил себя в этот свет и схватил зубами костюм. Он побежал к Майклу, и тот заметил, что стол стал трансформироваться в неизвестную ему конструкцию, выставляя на них широкое, светящееся синим, дуло.

– Это Бессмертный! – сильно повысив громкость голоса сказал Кли. – Беги!

Майкл хотел дать деру, но силы в ногах резко покинули его. Бессмертный. Это синтетическо – биологическое оружие, как и любое другое, было запрещено из-за своей ужасающей силы. С прогрессом появлялось такое вооружение, что со временем чтобы уничтожить мир хватило бы одной кнопки. И перед ними сейчас было одно из них. Теперь Майклу стало понятно, зачем стены в комнате были сделаны из серебра. Оно должно сдержать эффект оружия, не позволив при этом разрушить несколько городов прежде чем волна раскалённой плазмы утихнет.

Поравнявшись с Майклом, Кли подпрыгнул и врезался головой в живот юноши, чем вышиб его из квартиры. Резко развернувшись, он ощетинился на дверь, и та стремительно захлопнулась.

Майкл приземлился на задницу и с ужасом посмотрел на ставни, сдерживающие то, что находилось в комнате. Оружие землян… Но откуда?

– Бессмертный?! – наконец выдавил он из себя. – Это то оружие, которое т отправило всех нас сюда. В этот ад…

Пес хмыкнул. – Любое оружие отправляет человека в ад, Майкл. Хотя вас кажется больше этому не учат, все же похвально, что ты об этом знаешь.

– В любом случае, – продолжал пес, – нам повезло, что он не успел выстрелить, иначе нас бы отправило в место, где нет таких понятий как пространство и время. Поговаривают, там бродят те самые сущности, которые похищают со Штара людей. Просто жуть! Его и запретили из-за того, что была угроза обратного проникновения. Вы же говорите, что до сих пор видите порой этих созданий здесь на Штаре. Но мне легче думать, что это ваша игра воображения, ведь тех существ не существует. А те, кто попадают под свет Айрендэя просто сходят с ума и уходят в пустыню, где и прячутся. Если, конечно их не успевают заморозить раньше.

Почему люди видели тех существ, а роботы нет, оставалось загадкой для Майкла. Но и не все люди тоже видели их…

Майкл поднялся и покачиваясь направился к панорамному окну. Он посмотрел на высотки, на пролетающие машины, на бесконечные экраны с рекламой. Зрелище мира за окном, суеты и жизни понемногу возвращала к реальности.

– Экскурсия, – проговорил пес, и Майкл на этих словах окончательно пришел в себя.

– Ладно, молодец, пошл…

Не успел Майкл договорить, как за толстой стеной послышался громкий хлопок, здание содрогнулось, а в следующее мгновение дверь, словно под прессом вышибло с такой силой, что пробило окно и улетело вдаль, даже не думая поддаваться силе гравитации. Майклу повезло, он стоял в стороне, но еще бы немного…

Юноша ничего не слышал, его оглушило. Костюм порванный валялся на полу. Кли Кая нигде не было.

5

Смерившись со столь скоропостижной участью, Майкл ждал, когда нечто выползет из квартиры, но прошло несколько минут, оттуда ничего не показывалось.

Аккуратно Майкл заглянул в салон и увидел горстку обуглившейся металлической пыли на полу, которую тут же подхватил сквозняк и унес бы в выбитое окно, если бы тут же не испарился. Комнату было не узнать. От жара в ней плавились стены, и Майкл, закрывая руками лицо отшатнулся. Быстро он побежал вниз по лестнице. О лифте он вспомнил, лишь пробежав этажей пятнадцать. Оказавшись внизу, Майкл выбежал через главный вход и хотел уже помчаться в ту сторону куда унеслась дверь, как сзади окликнул знакомый сдавленный голос.

– По-мо-ги-и-и…

Майкл обернулся и увидел Кли Кая, плашмя вдавленного в асфальт. То, что еще минуту назад его раздражало, жалко лежало на земле и умирало. Майклу стало безумно жаль своего Кли. Он бросился к нему встал на колени и принялся собирать его, складывая конечности в костюм.

– Ты не погибнешь! – в голос прокричал юноша и сам удивился себе. Он и не думал, что так тяжело будет расставаться с роботом.

Прохожие даже не смотрели на них.

– Я спасу тебя!

– М-а-а-а… Робот замолчал. Огоньки в его глазах потухли.

6

Майкл бежал по улице, пока не оказался перед дверью, которая имела странную сенсорную задумку. Когда кто-либо подходил к ней, то дверь начинала извиваться словно змея, и чтобы попасть в мастерскую, требовалось подловить момент, и сильно извернувшись впрыгнуть внутрь. Благодаря молодости, относительно легко Майкл проник в плохо освещенную комнату, выволок на рабочий стол то, что осталось от робота и стал упорно бить ладонью по старинному звонку на стойке.

– Иду, иду, – раздался как всегда веселый голос.

«Опять он курил эти водоросли?», – подумал юноша, но не стал заострять на этом слишком много внимания. Он лишь закричал:

– Эзар! Пожалуйста! – отдышка делала свое и Майклу хватило воздуха лишь повторить это слово еще пару раз. – Пожалуйста! Пожалуйста!…

– Что случилось? Жилистый мужчина в рабочем фартуке на голый торс, который стал темнеть еще лет десять назад от работы около раскаленной печи, вытирая руки от чего-то желтого подошел к столу и посмотрел на пса.

– Что ты с ним опять сделал, Майкл? – Эзар взглянул на взмыленного от пота юношу. – Или, вернее, что он сделал тебе? – Эзар как сумасшедший расхохотался.

– Пожалуйста! Это… это не я. Пожалуйста!

– Ладно тише, спокойнее. – Мужчина посмотрел на куски металла, отдаленно напоминающие конструкцию робопса, которого он видел уже не один десяток раз.

– Что с ним произошло? – спросил механик.

– Он упал со сто тридцатого этажа.

Эзар недовольно скривил губы. – А я тебе говорил поменять его корпус на более прочный. Сейчас в нашем мире ничего не разбивается, упав даже с бо́льшей высоты. Даже мои девушки. – Эзар снова рассмеялся, хлопнув Майкла по плечу. – Конечно! Они же резиновые!

Что еще стоило ожидать от человека, для кого «трахаться» – самый безобидный синоним, чтобы описать свои выходные? По большому счету, все, что Майкл знал о сексе, он узнавал от Эзара.

– Ладно, – вздохнул мужчина, слегка огорченный тем, что его шутка не встретила должной похвалы, – иди и посиди в приемной, я тебя позову.

Майкл нехотя стал пятиться, но сильные рабочие руки быстро вытолкнули его из мастерской, и юноша оказался в небольшой сырой комнате с одним лишь стулом, которую Эзар гордо называл «приемной». Место подстать тому, где разделывают трупов, но Майкл и так знал, что Эзар по ночам подрабатывает в морге. «Сыро, холодно – только так ко мне приходит муза, – отшучивался мужчина». А Майкл про это думал: – «хоть переодевался бы».

Как вообще такой лентяй и бездельник как Эзар смог найти себя в обществе?

«Мои предки берут род из древнего народа, – говорил тот гордо, – и мое имя означает помощник. Вот я и помогаю».

Прошло около часа, когда Майкла снова позвали. За столом, хмурясь и опустив голову, сидел вспотевший мужчина. Со лба его стекал пот, было видно, что все это время он работал не покладая рук. Хотя по вздутым мышцам он выглядел так будто он целый час качался.

– Подойди, – мрачно произнес мужчина.

Майкл повиновался.

– Держись, мой мальчик. – Эзар встал и положил руку на плече юноши.

Неожиданно на глазах Майкла проступили слезы. Он не понимал от чего больше. От того, что он потерял какого-никакого друга, или, что новый робот стоит около ста тысяч, и это точно не гарантийный случай.

– Держись, – повторил Эзар, – как бы тебе ни было тяжело, ты должен принять это. Он широко улыбнулся. – Я соболезную твоему горю, Майкл, но твой Кли Кай еще жив.

Парень не сразу сообразил, что над ним смеются. И только когда пес выпрыгнул из-под стола, ярость и радость обуяли юношу.

– Кли! – вскричал он, обнял пса, затем оттолкнул и стукнул его по лбу. – Провести диагностику.

Эзар откашлялся.

– Гмх. К сожалению, я не смог разобраться в одной поломке, и теперь он лишен дара речи. Так что в любом случае тебе придется его заменить.

– Лишен дара речи? – глупо переспросил парень.

– Да. И кое-что повредилось в его микрофоне, поэтому он практически оглох.

Майкл улыбнулся так широко, что у него разболелась челюсть.

– Не нужно…

– Не понял?

– Не нужно его менять.

Мужчина опешил. – Но мне следует сообщить об этом. Я же все-таки официальный сервис. – Эзар с гордостью обвел рукой в воздухе радугу, приглашая оценить обшарпанные полуподвальные стены. – Да и на кой тебе глухонемой робот? – удивился мужчина, – он же теперь практически бесполезен.

– Не нужно сообщать! – взмолился юноша. – Я мечтал об этом всю свою жизнь! Пожалуйста оставь все как есть. До восемнадцати мне тем более осталось совсем немного.

Эзар вздохнул. – Ладно. Я помогу тебе. Но ты сам знаешь закон есть закон. Нужно сделать так что бы вы хоть как-то могли друг друга понимать.

Спустя еще полчаса Эзар с Кли Каем вышли на улицу, где их ожидал взволнованный Майкл. Он не мог больше выдерживать находиться в мертвецки холодном помещении и потому вышел на летний приятный воздух.

– Я сделал все, что смог, – проговорил Эзар, подходя к Майклу. – Теперь он тебя хотя бы слышит.

– А мысли тоже?

– Разумеется. В этом то и соль.

Майкла и это устраивало. Что было важнее так это то, что он остался жив. Только сейчас Майкл осознал, насколько он был привязан к своему псу, и даже не только из-за денег. По сути, это был единственный самый близкий для него.

– Правда, если ты захочешь ему что-то сказать, тебе придется подходить к нему чуть ли не вплотную, – сказал Эзар.

– А зачем мне это?

– Ну, знаешь… всегда приятно видеть ответную реакцию на свои слова. Тем более чем реже ты будешь разговаривать с ним, тем чаще он будет копаться в твоей голове.

– Понятно, – вздохнул Майкл.

– Я тебя прекрасно понимаю, – продолжал Эзар, – но ты не переживай. Теперь ему гораздо чаще нужно будет заряжаться, а в спящем режиме у него будут проблемы с тем, чтобы слышать твои мысли. Мужчина подмигнул, – так что можешь теперь вдоволь надрочиться. Небось это будет твой первый раз. – Эзар продолжал улыбаться, – но, если тебя спросят, то я здесь не при чем. Но если тебе нужен совет, как это делается, то главное правильно подобрать запах смазки…

Майкл закатил глаза, махнул на Эзара рукой и склонился над Кли Каем.

– Дружище, ты меня слышишь?

Кли смотрел на него, продолжая вилять хвостом.

Майкл нагнулся еще ниже и прокричал ему прямо в ухо:

– АУУУУУУУУУУУУУУУ!

– Майкл, извини, но динамик у него теперь в другом месте.

Эзар улыбался как идиот. В принципе, как всегда.

Юноша удивленно разглядывал робота. Он был помят, краска была стерта практически везде. Выглядел он жалко.

Эзар развернул Кли Кая задницей к Майклу и поднял хвост, указывая на то место откуда земные собаки обычно справляли нужду. – Вот, – проговорил мужчина, – говори сюда.

– Ты должно быть шутишь?! – вспыхнул Майкл. – Я не собираюсь разговаривать с его задницей!

В кармане юноши зазвенел телефон. На фоне событий Майкл и забыл, что ему должны были позвонить.

– Кли запоминай! – прокричал парень, нагнувшись прямо к пятой точке робота.

– Алло?

Разговаривая по телефону с незнакомыми людьми, Майкл всегда пытался сделать голос старше, чем он есть на самом деле, но сейчас что-то пошло не так и прозвучал он надрывисто и пискляво.

– Майкл?

– Да, это я!

– Я назову тебе код один раз, не запомнишь твои проблемы. «БИСОВЕРЕН-22»

Дальше раздалась тишина. Не последовало даже гудков. Майкл не понял собеседник отключил вызов или просто выбросил мобильник в озеро.

– «БИСОВЕРЕН-22», «БИСОВЕРЕН-22», – Кли, ты запомнил?!

Робот стоял не шевелясь.

– Проклятье, да что это за день? Я всего лишь хотел в эту проклятую школу! Единственный раз в жизни.

Юноша принялся выкрикивать в зад своего пса: – БИСОВЕРЕН-22! БИСОВЕРЕН-22!

– А я смотрю вам весело, мальчики.

«Ну конечно же! Более подходящего времени она не нашла».

На мгновение Майкл возненавидел учительницу английского, но, когда развернулся и увидел ее в облегающем черном комбинезоне, вся ненависть развеялась, словно пыль в той квартире, где Майкл едва не отдал свою жизнь. Эзар присвистнул.

– Так это она?! – удивился он. – А ты не говорил, что она настолько красотка. Эзар толкал парня локтем, и специально говорил это все громко. Он пошел к ней навстречу потягиваясь, демонстрируя мускулы. После чересчур долгих рукопожатий и порций похабных комплиментов, которые Эзар не стесняясь вывалил на девушку, Диана наконец смогла подойти к Майклу. Выглядела она взволновано, и юноше даже на мгновение показалось, что мисс Ди в ярости.

– Простите, что вы увидели его таким, – сказал Эзар, догоняя ее.

– Мы тут чинили его робота. Теперь он у нас глухой. Ой…

– Глухой? – удивилась девушка. По ней явно было видно, что она с трудом сдерживает злость, причину которой Майклу почему-то очень захотелось узнать. Пухлые губы девушки сжимались, а большие глаза были сощурены. – Что случилось? – спросила она, и Майкл заметил, как она разжала кулаки.

Юноша пожал плечами. «Да так, просто нас чуть не прикончил робот».

– Попал под летоцикл.

– Бедный. Как же вы теперь будете общаться?

Майкл злобно посмотрел на ухмыляющегося качка. – Да, как видите. Мастер-ломастер забыл, где у животных должны быть органы слуха.

Лицо Дианы посветлело и расслабилось. Видимо, хорошие шутки могли вывести девушку из любого негативного состояния, и Майкл решил это запомнить. Мисс Ди легонько рассмеялась, но повернувшись к мужчине снова приняла суровый вид.

– По нему не скажешь, что он мог такие места перепутать. Думаю, не по наслышкам ему прекрасно известно для чего нужно это отверстие. Особенно собачье.

Эзар рассмеялся, а Майкла поразила подобная откровенность своей учительницы, ведь в школе она разговаривала совершенно иначе.

– Мой жених работает в компании по производству роботизированных помощников, но его сейчас нет в городе, – произнесла мисс Ди, снова обращаясь к юноше. – Вернетесь с экскурсии заходите, он во всем разберется. Она бросила взгляд на небольшой покосившийся дом со странной извивающейся дверью.

«Жених…», – уныло подумали оба парней.

– Ну, я пошел, – сказал Эзар, махнув рукой. – Ты как всегда мой должник, пацан. Сказав это, он протиснулся обратно в свою мастерскую, ненадолго задержавшись чтобы еще немного попялиться на девушку. Но вскоре дверь скрыла его массивное тело. «Вот бы и мне такое», – подумал Майкл, а пес закивал.

– Как просто оказалось от него отделаться, – улыбнулась мисс Ди. – вообще-то там работает мой знакомый. Заходи Майкл, он будет рад помочь моему лучшему ученику. – Она подмигнула ему. В этот момент парень понял, что значит быть самым счастливым. Так плохо начался день и так хорошо теперь все складывается. «Нет жениха, я ее лучший ученик, мой робот заткнулся. Кажется, у меня есть все шансы не сойти с ума».

Костюм был порван, но оставался еще один вариант –вокзал.

– Ну ладно, мы пошли. До скорого, мисс Ди!

Девушка проводила юношу холодным взглядом.

– Да, до встречи, Майкл.

7

В диаметре планета Штар была объемнее Земли в десять раз, с населением, немного не дотягивающим до миллиарда. И потому чтобы дотянуться до всех ресурсов планеты, нужно было заселить ее каждый уголок.

Семья Майкла пустила корни на юге, поближе к огромному озеру, чтобы кукурузное поле могло питаться от дождей и подземного течения. Это казалось правильным и логичным, до того, как отец с матерью разбежались. Но после того, как это случилось, Майкл частенько подумывал перебраться к отцу и жить с ним, и к своему удовольствию видеть того не чаще раза в неделю. Но Майкл не мог оставить мать одну на ферме в окружении роботов, которых необходимо было время от времени чинить. Все же юношу злило, что он не может жить в столице, как и большинство его одноклассников.

Было не так поздно, поэтому Майкл надеялся, что на платформе он застанет хотя бы последний космобус. Как никак, а проверить это стоило. Ведь лететь на комфортабельном транспорте куда лучше, чем влезть в наспех починенный скоростной костюм, привязать себя к собаке, а затем познать на собственной шкуре, что такое две тысячи миль в час.

По пути на платформу Майкл прокручивал в голове все, что с ними произошло. Было до нелепости странно, что его до сих пор не схватила полиция, хотя, если та квартира принадлежала бандитам, то возможно первые просто не успеют его поймать. Однако это последнее, что занимало его голову. Ведь бандиты, возможно, даже простят его, когда узнают, что перед ними ученик того самого 11-ого «Б». Он привезет им с Земли настоящего мяса, если они его не тронут.

Парень, испытывающе поглядывал на своего пса, пытаясь понять, слышал тот его вообще или нет. Ведь если космобуса не будет… Он надеялся, что Кли запомнил код, в противном случае ему придется насладиться тем моментом, когда с органами тела происходит медленная перфузия, а затем организм человека впадает в криосон. Но в его случае все будет по-другому. Заморозка будет мгновенной, жестокой, и болезненной. Майкл уже представлял себе, как он будет подлетать к городу, и как Кли Кая заглючит, ровно в тот момент, когда необходимо будет передать пароль. На них со стены направят белый ледяной луч, и юноша так и останется в позе наездника, пока Кли Кай не притащит его обратно домой через несколько месяцев. Вот Майкл и узнает ответ на когда-то заданный учителю вопрос, впадает ли человек в сон при такой криозаморозке или он все видит и понимает.

– Кли? – позвал юноша.

Пес молча повернул к нему голову.

– Ты слышал код? Бисоверен-22. Как думаешь, что это значит?

Молчание.

Очень непривычно было не слышать ответа, и парень даже немного испугался. Ведь это его вина. Если бы только он не проспал, ничего бы этого не случилось. Вот бы мама ничего не узнала.

«Кли, прости», – подумал юноша и через секунду почувствовал, как робот легонько укусил его за ногу.

– Да, так просто я не отделаюсь, – улыбнулся юноша. – Но это не только моя вина. Не надо было взламывать чужого робота. О чем ты думал вообще?!

Пес больше не смотрел на Майкла. Он вглядывался к двум странным типам, которые с ног до головы были одеты в черный латекс и быстро к ним приближались. Часто оглядываясь и скрывая лица голограммической маской, даже на фоне чудаковатых людей они выглядели довольно подозрительно.

Кли стиснул металлической челюстью штанину юноши и рванул в обратную сторону. Майкл упал и сильно стукнулся головой. Единственное, что он успел выкрикнуть перед этим: – Кли! Гандон!

Придя в сознание, Майкл хотел протереть глаза, которые жутко чесались, но что-то не давало рукам подняться. Голову он тоже повернуть не мог, двигались только глаза, да и толку от этого было совсем немного. Что разглядишь в такой-то темноте.

Неожиданно, вслед за громким щелчком вспыхнул яркий свет. Но глазам от перехода яркости не стало больно. Что-то густое и зеленое обволакивало зрение и это что-то ощупывало парня с ног до головы, облепляя его собой словно клей, не давая возможности пошевелиться. Но различать силуэты через густую пелену юноша мог. Рот его был приоткрыт, и парень чувствовал кисло-горький привкус этой мерзкой субстанции. Напоминало смесь бензина с мазутом, которым Майкл смазывал старый комбайн, которому зачем-то при сборке приделали длинный металлический нос. Нос! И зачем роботу нос?!

Майкл был озадачен. Но спустя пару мгновений сообразил. Хозяин квартиры все-таки нашел его и теперь прощай два солнца, что светят над Штаром, прощай мама, прощай экскурсия.

За его спиной раздались шаги, а когда человек, которому они принадлежали попал в поле зрения юноши, грудь Майкла стиснуло и перехватило дыхание.

– Мисс Диана! – завопил он, но было тихо, словно в мозгу выключили звук.

Судя по глазам и бледному лицу девушки, вид у нее был измученный. Придвинув к себе стул, она села на него, и положила ногу на ногу (чему не смотря на ситуацию, Майкл порадовался). Ди взмахнула рукой, и зеленая слизь сразу же исчезла. Майкл плюхнулся на пол и понял, что все это время он висел в воздухе, и судя по болевым ощущениям в коленях там было не меньше двух метров.

– Майкл, это очень печально, – вздохнула мисс Ди.

Парень кашлял и не мог пока говорить.

– Очень, очень жаль. А ты мне нравился.

– Нравился? Не понимаю, – выдавил, наконец, из себя юноша, – что происходит?

– Что происходит, спрашиваешь?! – вспылила девушка. – Вы со своим щенком ворвались ко мне домой, и уничтожили мой корабль! И вы теперь знаете кто я. Мне ничего не остается, как избавиться от вас.

Стоя на четвереньках и разминая шею, Майкл заметил, что его пес парит над землей в такой же зеленообразной оболочке, состоящей из (должно быть дерьма и блевотины). Майклу показалось, что его мысли на обыкновение спокойны, что абсолютно не вписывалось в столь нагнетающую и непонятную обстановку. Вероятнее всего, что он никак не рассчитывал увидеть хозяином квартиры учительницу английского, поэтому не мог это просто всё принять.

– Что вы имеете ввиду «знаете кто я?» И какой еще корабль?

Майкл задал эти вопросы, хотя и так знал уже ответы на них. Да, точно! Мисс Ди пират, а ее космический корабль был замаскирован под последний этаж в высотке. Или же… Майкл сглотнул ком, внезапно подпрыгнувший к горлу. Или мисс Ди – одна из тех тварей из космоса…

Девушка вздохнула и поманила парня пальцем к себе. Майкл приподнялся над землей, и словно в невесомости, двинулся в ее сторону.

– Это что магия?! – Юноша явно был озадачен, больше чем страх, его обуревали вопросы.

–Для вас людей все магия, что не вписывается в ваш жизненный распорядок, – угрюмо проговорила девушка.

– Для вас людей? Майкл настолько близко подлетел к Диане, что какие-то пару сантиметров отделяло их лица друг от друга. Он снова почувствовал, как сладко от нее пахнет и ему безумно захотелось ее поцеловать. (Да! сделай это! Это твой единственный шанс!). Майкл шустро обежал глазами ангар, пытаясь понять, откуда он слышит явно лишний голос. Не из собственных ли штанов?

– Я прибыла сюда из другого мира. – Девушка не улыбалась. – Из измерения, которое вы открыли пятьдесят лет назад, когда, поджав хвосты сбежали со своей родной планеты. Это ответ на первый твой вопрос. – Девушка смахнула со лба прядь волос. – Тот этаж в высотке, на всякий случай, был моим билетом отсюда. Но из-за идиотов, которые лезут туда, куда не следует, – она прищурилась, – мне придется тратить силы того мира, которых во мне и так почти не осталось.

– Того мира? – переспросил юноша. – Так ты одна из этих…

– Из тех, что вы видите, когда попадаете под лучи, как вы ее сами называете звезды Айрондэй? – Девушка усмехнулась. – Нет. Это лишь ваши галлюцинации, забавно, что ваши роботы вам об этом ничего не говорят.

«Значит, она тоже их не видит. Да кто же она такая?»

– Когда твои предки пятьдесят лет назад взорвали на земле ту бомбу, то открылись врата в наш мир. Я прошла Границу между мирами и стала такой, какой ты меня сейчас видишь.

Майкл понял это как призыв к действию и к своему удовольствию еще раз оглядел Диану.

И ей пятьдесят лет?! – Удивился юноша. Даже если она и инопланетянка, то выглядит она просто сногсшибательно! Вот бы попасть в их мир, где, должно быть, все молодые красотки.

– Да, вам очень идет это тело! – подтвердил Майкл.

– Извини, Майкл, но мне придется это сделать, – произнесла девушка, помрачнев еще больше. – Не бойся смерть, она не то, чем вам кажется…

Гладкая и приятно пахнущая кожа неумолимо манила Майкла к Диане. Больше не в силах сдерживаться парень вытянул шею и впился в мягкие губы учительницы, и тепло судорогой пронеслось по всему его телу. Ди, резко махнула рукой, отшвырнув юношу в стену. Майкл не совсем понял, что хрустнуло, лист металла, его спина, или и то, и другое вместе, но если первый поцелуй всегда такой болезненный, то парень ни капли об этом не сожалел. Именно, первый! Кли Кай наконец-то не смог ему помешать.

Ди встала во все глаза таращась на парня. Наконец она стала выкрикивать.

– Ты с ума сошел?! Что…?! Что…?! – У Дианы не хватало воздуха произнести следующие слова, а может ей просто не хватало самих слов, Майкл мало, что сейчас понимал. Ему и происходящее казалось каким-то чудаковатым сном, от которого он вот-вот очнется.

Майкл заметил, что бледное лицо девушки покраснело. Была она смущена или пребывала в ярости – парню оставалось только надеяться на первое.

Юноша с трудом, но поднялся.

– Мисс Ди, простите за это. Но вы мне нравитесь. Очень. И если умирать так только после этого.

Девушка не проронила ни слова. Она стояла ошеломленная, затем щелкнула пальцами и свет в помещении погас.

К тому моменту, когда Майкл нашел выключатель, Дианы уже не было, а Кли обездвиженный валялся на полу и крепко спал. «Похоже, что эта зеленая штука каким-то образом вытягивает энергию, – подумал парень, зевая, – и похоже, что я все-таки не сплю».

На руках с Кли Каем, Майкл вышел на улицу, посмотрел на Солнце и с горечью вздохнул. Он пробыл в этом ангаре большую часть дня, и поэтому на церемонию он уже опоздал. Зато он еще успеет домой, прежде, чем синяя звезда начнет плавить мозг, и за ним придут несуществующие призраки собственного разума. «Надо вызвать такси, – решил юноша. Только вот все деньги на спящем роботе и придется тогда отдать костюм. Хотя какая разница, он мне больше не понадобится». Утром он сядет на космобус, приедет к точке сбора, и они всем классом отправятся в открытый космос. А там Земля. Если Кли до тех пор не зарядится, ничего страшного, он скажет, что робот просто сломался.

«Хороший все-таки выдался день, – подумал юноша, улыбаясь во весь рот, – особенно последняя его часть».

Через час Майкл был уже дома. Было тихо, свет горел только на кухне. На столе лежала еда и записка. «Поужинай! Люблю тебя! И не забудь закрыть ставни дома, брезент над полем я уже натянула».

Когда семнадцать лет подряд, каждый день видишь, а потом еще сам и делаешь одинаковое действо, то оно становится выработанной привычкой, на уровне почистить зубы перед сном. Майкл всегда закрывал ставни сам, а вот открывать, уже доверял Кли Каю. Так что о закрытии окон можно было бы обойтись и без напоминаний. Майкл сердито поморщился. Когда ему стукнет восемнадцать, он заставит маму переехать с ним в столицу, над которой круглосуточно нависает защитный купол, и где они найдут себе новое призвание. Эти мысли сверлили его уже не один месяц, но когда-то он уже должен стать взрослым, принимать собственные решения и жить своей жизнью.

Майкл поужинал, поднялся к себе в комнату, выставил Кли Кая на подоконник и закрыл за ним ставни. Забравшись в постель, юноша накрылся с головой одеялом, достал из кармана телефон и стал листать сделанные днем снимки. Диана. Какая же она классная, думал парень, стягивая с себя одной рукой штаны.

Сегодняшняя встреча определенно стала бы завязкой любовных отношений между фотографией и юношей, но Кли этому помешать уже не мог. Он крепко спал.

8

Когда в сутках по тридцать пять часов, двадцать пять из которых приходится бодрствовать, обычно ценишь время, оставшееся на сон. Но Майкл, как и все его поколение, рожденное на Штаре, были сделаны из другого теста. Они с легкостью переносили жару, и могли подолгу не спать, даже если на это не было преследующих молодые головы причин. Организм младенцев на удивление быстро привыкал к атмосфере на новой планете, и люди, сошедшие с корабля, буквально видели своими глазами как на Штаре возникает следующий вид человечества. Более сильный и выносливый.

С первый по второй час нового дня Майкл приседал и отжимался. Так рано он не вставал с детского сада, и уже позабыл, что обычно принято делать в подобных ситуациях. Тем более после всего того, что вчера произошло, ему жутко хотелось понравиться Диане, и потому нужно было срочно накачать пресс. Майкл не помнил, кода ему еще так сильно хотелось просыпаться в этот мир.

Еще с вечера Майкл положил Кли Кая на окно, чтобы с первыми лучами желтой Звезды пес ожил. Но прошло уже два часа с тех пор, как Майкл поднял ставни, а огоньки в глазах робота все еще медленно и лениво пульсировали, оповещая, что идет заряд. Майкла это тревожило. Он не хотел лишний раз беспокоить свою мать тем, что за небрежное отношение к имуществу, государство обяжет ее оплатить понесенные расходы. Благо Эзар будет держать рот на замке. Странно почему он вообще помогал Майклу. Должно быть он знал, что значит иметь родителей, но по сути жить одному.

– Сколько можно спать? – Майкл раздражался всякий раз, когда глядел на своего питомца, которого он вчера едва не потерял. Но теперь все хорошо, зачем лишний раз переживать?

– Встава-а-а-а-а-й! Знаю, он проснется и скажет, что запрограммирован вести себя так же как я. Хотя минуточку, – Майкл улыбнулся, – больше он ничего не скажет. Ведь так?

Юноша напрягся. Вчерашний день очень смахивал на сон, и ему в голову стали вкрадываться сомнения. Поцелуй. Неужели он смог отважиться и прикоснуться к тому, что считал, по крайней мере в ближайшие несколько лет за гранью своих сил? Да, подумал Майкл, страх толкает людей на глупые поступки. Легкий запах сирени и хвои до сих пор преследовал его, и это воспоминание о Диане всякий раз отдавалось вполне реальным отвердеванием в районе паха.

«Нет, это точно все было взаправду, – подумал юноша, – доказательством тому мой помятый пес».

– Встава-а-а-а-а-й! – Майкл принялся тормошить его. – Давай уже! Мы не можем и сегодня пропустить экскурсию.

Отправление было назначено на десять часов, и у Майкла в запасе еще было достаточно времени, но он не мог сидеть просто так дома и ждать. Он хотел поехать в школу и, если надо пробыть там до тех пор, пока не начнут подтягиваться участники экспедиции. Сумка была собрана, вакцина от земных болезней сделана еще неделю назад, что еще? Оставалось позавтракать, попрощаться с матерью и в путь. Три месяца вдали от дома для подростка как-никак важный шаг на пути к взрослению.

Хвост Кли Кая пришел в движение. Он начал извиваться словно змея, но шевелился настолько слабо, что Майклу даже хватило сил его удержать. Почувствовав ладонью, прогретый металл, он снова вспомнил о Диане.

– Да, – признался себе юноша, – это действительно был лучший день в моей жизни. Я о таком и мечтать не мог. Диана…

Майкл не заметил, как хвост пса перестал шевелиться. Кли Кай вскочил на ноги, опустил голову и стукнулся лоб в лоб с юношей.

– Ай!

Форма глаз Кли Кая выдавала в нем раздражение. За семнадцать лет совместного существования, казалось парень уже и так мог понимать своего пса, тому даже не нужно было что-то говорить.

– Завидуй молча, – гордо произнес Майкл, и потирая лоб направился в кухню. Кли повернулся к окну и развернул гладкие черные панели, которые вылезли у него из груди, подставляя их лучам.

Спустившись в кухню Майкл увидел, что мама не спит. Ее длинные, рано поседевшие волосы были распущены и помяты. Значит встала она недавно, подумал парень, в последнее время она не особо следит за собой.

– Майкл присядь, мне нужно с тобой поговорить. – Сказав это, женщина даже не посмотрела на сына. Она продолжала топить в воде местных моллюсков, которые с громким криком пытались опротестовать свою напрасную смерть. Майкл с детства ненавидел эти штуковины, по вкусу напоминающие сопли, а на вид плавленый сыр, который в добавок обкатали в грязи.

– Ты че сейчас не занят? Выговор людей, сошедших с корабля немного отличался от тех, кто был рожден на Штаре, но Майкл понимал мать потому как прожил с этой женщиной всю свою жизнь.

Когда вода закипела, крики моллюсков умолкли.

Майкл с тревогой смотрел на женщину в красном халате. Ну, разумеется. Она уже все знает. Она человек, который не любит давать в долг, а уж тем более быть должной сама. Это он уже уяснил себе очень давно, когда за то, что Майкла вырвало в школе, его мама вызвалась убирать и мыть там полы. Ее никто не заставлял, уборкой занимались роботы, но эта женщина настояла на том, что она должна исправить поведение своего сына, и это мол лучший для него урок. Так ему должно было стать стыдно, и он в следующий раз подумает прежде, чем блевать на пол. Будто бы желудок юноши его об этом спрашивал. Никто не смеялся над Майклом, но должный эффект это все же произвело. Юноша стал бояться мать. Ее спонтанных поступков. И если она узнает, что Кли Кай поломан, она начнет еще больше работать, в два раза усерднее чтобы в итоге заработать денег и швырнуть их Эзару в лицо.

А может быть нет? Она же не видела Кли Кая, и может она просто хочет поинтересоваться почему она меня не видела вчера по телевизору? Или же она знает, чем он три часа занимался у себя в комнате под одеялом? Замешательство юноши перерастало в панику. В любом случае, когда мама говорит: «Нам нужно поговорить», то это значит, что разговор будет серьезный, поэтому нужно смириться, сесть и покорно слушать. А в конце, как всегда признать свою вину, извиниться и тихо выскользнуть из дома. Последний раз такое было четыре года назад, когда Майкл пытался зайти на запрещенный сайт для взрослых, а Кли Кай начал издавать рев, созвучный сирене, предвещающий войну или катаклизм на другом конце Галактики. Жалкий предатель.

Наконец, мама взяла чашку с холодным кофе и с таким же выражением лица села напротив сына, пристально глядя ему в глаза. По не совсем синхронному морганию, Майкл понял, что в кофе добавлена нехилая порция бурбона.

– Майкл, – произнесла женщина. – Я хочу рассказать тебе как мы покидали Землю.

В планшетах по истории информации об этом было навалом, но каждый раз, когда Майкл затрагивал эту тему, мать краснела, а ее глаза выпучивались и едва не лезли из орбит, после чего она плакала и уходила в ванную. Наверное, вспоминает отца, думал парень, ведь они познакомились еще детьми на том корабле, когда он вроде бы еще был нормальным. Хотя Майкл его таким никогда не видел.

– Да я в принципе знаю, нас учили…

– Забудь о том, чему вас учили в этой гребанной школе! – сорвавшимся голосом крикнула женщина. Ее лицо покраснело, и она уставилась в свой стакан. Сделав глубокий вдох, она продолжила уже спокойнее.

– Прости меня, – проговорила она. – Всем, кто сошел с корабля было запрещено рассказывать правду, поэтому в ваших учебниках сплошная ложь. Я знаю людей, кто писал эти книги.

– Книги? – переспросил Майкл и тут же пожалел, что перебил. Он тут же заткнулся.

– Не книги, а эти ваши до жопы дорогие хреновины. Лучше бы как по старинке. Рубили деревья и делали бумагу.

Майклу было до безумия дико, что его мать не знает, что такое планшет. Или может она просто делала вид? Но зачем?

Женщина водила пальцем по черной пене в стакане.

– Все это было просто ужасно, – сказав это, она резко вскинула голову и огляделась. – Где твой робот? Я не хочу, чтобы он слышал, то, о чем я тебе собираюсь рассказать. Ты выключил его?

– Мама, это невозможно. Он всегда меня слышит даже когда спит. «Черт, ты же и это знаешь, да что с тобой не так?!»

– Хорошо, – произнесла женщина, – ты можешь его куда-нибудь отправить?

Майкл похолодел. Невозможно не заметить во что превратился робот. Он был помят и исцарапан, а Эзар закрасил слишком вызывающие места ярко-зеленой краской. Юноша собрался с силами и крикнул чтобы Кли Кай спустился. Тот на удивление быстро появился на кухне. Майкл дал ему задание сбегать в ближайший магазин, который находился в двухстах километрах купить такники – ягоды, которые растут на Штаре только раз в семь лет, о чем юноша не упомянул в своей просьбе и надеялся, что Кли об этом тоже не спросит. Так и произошло. Порой он все-таки бывает послушным.

Когда дверь за роботом закрылась, женщина придвинулась поближе к сыну. Майкл напрягся, готовясь к удару.

– Майкл, ты знаешь, что я тебя очень люблю, и не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

«Что? Она не заметила?»

– Послушай меня очень внимательно, это важно, – продолжала женщина. – Когда мы взошли на корабль и отчалили, мы все прилипли к иллюминаторам, наблюдая за тем, как наш родной шарик становится для нас навсегда потерянным. Зеленое облако обволокло целую планету и с этого момента мы не знали, какое будущее нас ждет, и ждет ли оно нас вообще.

– Мы долетели до луны, затем разогнались до скорости света, и через три минуты уже подлетали к Марсу. Через четыре часа в иступленных молитвах мы достигли Нептуна, а дальше… Женщина отпила кофе и скривилась. – За пределами нашей Солнечной Системы координат никаких не было, а система навигации зависела лишь от того, насколько пилот был готов пожертвовать своим сном и постоянно следить за радиолокационным прибором. В любую минуту в нас мог врезаться астероид или метеорит размером с город, поэтому мы все молились, Майкл. Ты, наверное, даже не знаешь, что это такое.

Юноша пожал плечами.

– Даже самое маленькое астероидное облако изрешетило бы наш корабль, тогда обшивка еще не была такой прочной. Это постоянное ощущение, что твоя жизнь висит на волоске, но знаешь… Через месяц мы были еще живы, и как говорил один певец: «Ты привыкнешь детка даже к дерьму под носом», так и мы смирились с тем, что в любую секунду с нами может быть покончено. К нашему удивлению шли года, но мы так и не наткнулись ни на одну пригодную для жизни планету. Наши запасы таяли на глазах, а кислород хоть и пополнялся искусственно, но на корабле стали появляться младенцы.

Женщина глубоко вздохнула. – Кажется нам вкалывали тогда что-то чтобы мы меньше хотели есть, но это неважно. Мне тогда было пять, и несмотря на ситуацию мою голову занимали игры и капризы, поэтому детям не давали право голоса, ведь они не особо разбирались в том, что происходило.

Слеза скатилась с ее порозовевшей щеки и упала в чашку. Майкл ужаснулся, взглянув в старое измученное лицо. Не так часто думаешь о том, что твоей матери уже пятьдесят пять лет, а тебе лишь семнадцать. И пропасть между вами настолько велика, что порой и забываешь, что вы родственники.

– Было принято всеобщее решение о том, что никто не может доживать до тридцати пяти, чтобы другие могли жить. Иначе мы бы все погибли. Могу поспорить, что это решение далось всем с большим трудом, ведь никто не решался приводить столь ужасный приговор в исполнение. Поэтому оборудовали специальную комнату, куда человек достигший определенного возраста заходил сам и больше уже не выходил. Уже намного позже я узнала, что человек, заходивший туда, нажимал кнопку, открывался отсек и его вышвыривало в космос. Это было великим самопожертвованием, возможно за всю нашу историю такого никогда не было.

– Шли годы и понятия между расами и языками стирались как мел на доске. Что такое мел, ты скорее всего тоже не знаешь. Со временем все люди на корабле стали одной национальности. Мы были сплочены как никогда, но эти смерти… женщина запнулась, увидев, что робот стоит на пороге и смотрит на нее.

– У меня нет этой информации, – произнес он. – Мне необходимо связаться с сервером, запросить подтверждение.

– Стой! – закричал Майкл, – не надо! Это всего лишь сказка на ночь. Так мамы всегда делают своим детям, когда их любят.

– Но сейчас начало дня, – помигал пес глазами.

– Я знаю тупая машина! Но если родители очень любят своих детей, они им рассказывают сказки, когда хотят.

Робот подвигал ушами, сказал хорошо, пронес через кухню в зубах пакет с ягодами и бросил его на стол.

«Надо же, – подумал парень, – оказывается сейчас именно тот год, когда эти ягоды растут». Но когда юноша взглянул на пакет и увидел в нем черные ягоды, вместо зеленых, Майкл сразу все понял. Робот купил не то, о чем его просили. Возможно по дороге его перехватил торговец, который всунул робо-псу какую-то дешевку, от которой видимо сам хотел избавиться. Должно быть это А́лис: ягоды, из которых делают лекарство от запора. Теперь понятно почему он так быстро вернулся. Майкл сделал Кли Каю замечание на этот счет, но пес прошел мимо в комнату матери Майкла, взобрался на подоконник и уставился в окно на кукурузное поле.

– Мама, – произнес юноша, – он кажется сломан, вчера его сбил аэросипед…

Женщина смотрела в сторону приоткрытой двери, куда ушел робот, затем повернулась к Майклу и шепотом сказала: – я видела… видела на корабле людей, которые не старели. Когда мне исполнилось двадцать пять я видела несколько мужчин, которых даже не касались морщины. Они ни капли не старели, понимаешь? Они долетели с нами до этой планеты. А вчера я видела одного из них в магазине. По логике ему должно было быть уже за шестьдесят, но он выглядел совершенно таким же как тогда. Майкл он выглядел почти как ты! Я не сумасшедшая, я просто прошу тебя будь там осторожнее.

Тут женщина вспомнила, что она что-то готовила и подскочила обратно к плите. – Что ты будешь пить? – спросила она, и Майкл понял, что серьезный разговор на этом закончился. Кажется, он вырос, и его мать видимо это уже понимала. Нет смысла его больше отчитывать или волноваться за его поведение. Он большой и взрослый, даже летит на другую планету. Скоро он сам заведет собственную семью и будет строить свою жизнь. Но чтобы осознать это требовалось время.

– Буду коку, спасибо. Одно из немногих, что перешло с человечеством в другой мир была кока-кола.

– Колы нет. Если хочешь отправь свою убогую телегу.

– Ага, – кивнул Майкл, – чтобы он опять притащил наркотики?

Женщина громко расхохоталась. Этот случай ей запомнился очень хорошо. Она частенько рассказывала его подругам, когда их робот пошел в магазин за продуктами, а вернулся с целым ящиком разноцветных конфет. Майкл был еще ребенком и чуть не попробовал разом целую горсть, благо мама была рядом и вовремя его остановила. Она заметила, что конфеты были все без фантика. Благодаря этому полиция раскрыла целый синдикат по производству наркоты. В память об этом Кли Кая наградили золотой гравировкой на корпусе «Настоящий Патриот». Но когда Кли отдыхал, Майкл исправил последнее слово и получилось «Настоящий Идиот».

Поев, Майкл отправился в свою комнату, лег на кровать и уставился в потолок. Кли зашел следом и прыгнул в ноги хозяину. Он молчал.

Майкл моргнул и это стоило ему часа времени. Вскочив на ноги, он посмотрел на часы и облегченно выдохнул. Он еще успевал. Но юноша решил больше не сидеть дома. Он оделся, надел на пса сдерживающий ошейник, что бы тот от него далеко не убегал и вскоре они уже были на вокзале.

На платформе Майкл вертел головой, выискивая странных людей в обтягивающей черной резине. Да кто это был вообще? Майкл попытался их вспомнить. «Нет, – решительно сказал он себе, когда его посетила нелепая мысль, – что, если бы один из них был Дианой, он бы это сразу понял». Обтягивающий латекс на ее теле смотрелся бы просто бесподобно. Такое он бы точно не забыл. Парень вновь почувствовал твердость своего естества.

Мне пора прекращать так часто нервничать, подумал юноша. Насчет этого он оказался прав. Его сердце колотилось с такой частотой, что колибри взмахом своих крыльев намного бы отставала от него.

Майкл не особо был удручен тем, что они взорвали необычную квартиру учительницы, но словно сама судьба свела все к тому, чтобы на пару ближайших месяцев Майклу снились бы эротические сны. Диана. Теперь это точно его любимое имя. Но Майкл решил думать об этом поменьше иначе все вокруг заметят, что он стоит немного согнувшись и пытается что-то там спрятать в кармане.

Спустя несколько минут образ Мисс Ди размыло ветром, когда сверху опустился белый металлический шар, на корпусе которого светилось аккуратно выведенное слово «Аргус» – название столицы, куда Майклу необходимо было попасть.

– Это наш, пошли, – сказал парень псу. Майкл зашел внутрь, сел на мягкое откидное кресло и пристегнулся. Кли колебался, и юноша, заметив это, позвал его.

– Ну что ты дружок? Пойдем ка, ну же. – При людях Майкл старался разговаривать с псом более-менее вежливо, но все эмоции были написаны на его перекошенном от нетерпения лице; «Железный урод, а ну быстро ко мне!»

– Парень, забирай своего робота. – Мимо Майкла пролетела ржавая бочка на обратной тяге. – Мы задерживаемся на три минуты, – объявил он уже громче, удаляясь вглубь салона. – Готовьте билеты.

Кли запрыгнул в космобус и дверь за ним тут же закрылась. Майкл с ужасом посмотрел вслед изжившему свой век роботу.

– Ко-контролер…? Кли прыгнул на колени юноши и его подвижные элементы металлической морды расплылись в ухмылке. «Да, – говорил этот взгляд, – у меня тоже нет денег».

9

– Дамы, господа и наши меньшие! – прозвучало из динамиков корабля. – Просим вас пристегнуться.

Майкл свистнул, и пес носившийся по коридору за контролером, прибежал на зов и запрыгнул парню на голову. Под тяжестью металла у Майкла чуть не сломалась шея. Смахнув его, и положив себе на ноги, парень произнес:

– Спасибо, конечно, что взломал того робота, «вообще не догадываюсь откуда у тебя эта способность, наверное, Эзар постарался», но веди себя прилично. На нас все смотрят.

Пес гавкнул, но звука не было. Лишь открылась и захлопнулась металлическая пасть.

– Мы покидаем атмосферу Штара и вскоре начнем движение, – предупредил голос из динамиков. – Вынуждены сообщить, что гипердвигатели неисправны, поэтому мы не сможем перейти на скорость света. Не переживайте, в любом случае полет будет не долгим. Также мы отключим все лишние устройства, в том числе ваших роботов. Надеемся на ваше понимание.

На этих словах, в салоне космобуса погас основной свет и зажегся другой неоново – небесный, растянувшись двумя тонкими полосами по всему потолку корабля. В этот момент Кли закрыл глаза, и голова его поникла. То же произошло и с другими роботами, и Майклу стало даже слегка жутко от того, что они вырубились настолько синхронно. Он бросил взгляд на контролера, который отключился, но продолжал плавно и размеренно парить между сидений. Майкл вспомнил, что старые роботы держатся в воздухе за счёт магнита, а не на обратной кинетической тяге как он сперва подумал.

Так как эта мысль была бесполезной и пришла в голову подростка, так же сумбурно, как и все остальные, парень закрыл глаза и переключился на воспоминания о поцелуе с Дианой. Раз уж его Кли Кай в отключке и не сможет грызть ему ногу, то, пожалуй, Майкл в своих фантазиях зайдет даже немного дальше чем просто поцелуй.

Она была голой и красивой. И она была далеко. Это все, что он успел увидеть. Корабль слабо трухануло, но этого хватило чтобы нагло вытащить Майкла из сна. Посмотрев на часы, юноша удивился: он проспал лишь каких-то пять минут. Уснуть больше не получалось и надев наушники, Майкл включил телепанель, встроенную в спинку соседнего кресла. Крутили какую-то передачу про дикую природу планеты Дайли. Ведущий BDC interstellar монотонно рассказывал про модифицированных летучих мышей, из которых добывали черное молоко.

– Никакой краситель не может справится с этим густым непроницаемым цветом, – пыхтел тот, пытаясь в колбе с черной жидкостью разбавить хлор, – я бы на вашем месте такое не пил. Но, если добавить газы… Майкл зевнул и переключил на другой канал.

– …со времен войны никто больше не встречал «охотников», – сказал лысый мужчина, сидя в красном большом кресле. Он пристально смотрел в камеру и казалось, что он глядит прямиком в душу. «Нам бы такого учителя, – усмехнулся про себя Майкл, – мы бы его быстро привели в чувства».

– Никто еще не встречался с «охотниками», – повторил он, – но будьте уверены, они еще живы. И они здесь на этой планете.

В зале где проходили съемки раздались тихие смешки, а камера переключилась на ухмыляющуюся физиономию ведущего.

– Если вы только что переключились, то я напоминаю, вы смотрите шоу «Арэна», и у нас в гостях человек, который на сегодняшний день дольше всех пребывал в состоянии криогена и вышел из него. И его имя, как он сам утверждает Билл Наван. Спонсор и поручитель Билла сегодняшний гость Монки, актер и певец, чей талант простирался бы на край Вселенной, если бы не его пристрастие к лени, или же наш страх эту Вселенную постигать.

Камера выхватила из толпы толстого смазливого мужчину лет тридцати пяти. Он был одет в черную куртку, шляпу и оптические очки, которые сильно подчеркивали его ввалившиеся красные глаза, которые так же были частью его нелепого образа. Он вяло и равнодушно помахал публике рукой.

Майкл слышал об этом шоу, но никогда еще не видел его. Этот ведущий Арэн находит на улице замороженных людей, узнает их биографию, если это представляется возможным, затем находит того, кто готов заплатить чтобы его разморозили. Тем, кто платил, Арэн предлагал известность и признание, и это было в большей степени выгодно тем, кто занимался новым промыслом и хотел, чтобы о нем узнали. На этом Арэн построил целое состояние, ведь по сути он стал одним из первых людей, запустивших медийность и снова породивший интерес к телеразвлечениям.

Майкл убрал руку с пульта.

– И я напоминаю, что Билла заморозили лишь за то, что он слишком много курил, – проговорил в чувствах ведущий. – Наверное, неожиданно было для вас внезапно узнать, что запрещено курить на детской площадке и вдруг лишиться всех чувств на десять лет? Скажите, такие люди как вы, понимают, что с ними происходит там? Может, вы видите странные сны?

Мужчина в растерянности забегал глазами по залу. Он остановил взгляд на Монки.

– Что вы несете?! – закричал он. – Я пытаюсь объяснить вам, что мы все в опасности! Охотники…

– Да, да мы уже это слышали, – отмахнулся Арэн, – вас забирают инопланетяне, что-то там с вами делают и возвращают обратно.

– Вот именно! – выкрикнул тот и в подтверждение своих слов сильно закивал головой.

Арэн, уставше, но с озорным блеском в глазах, облокотился головой об кулак, все так же продолжая хитро улыбаться.

– То есть вы утверждаете, что тот взрыв пятьдесят лет назад открыл некие врата в другое измерение, откуда в наш мир хлынули толпы пришельцев, как вы их сами называете охотники?

– Да!

– И что же они там с вами делали, Билл?

Мужчина посмотрел себе на туфли с таким выражением лица будто впервые в жизни увидел эту обувь. Хотя скорее так оно и было, перед тем как мужчину привезли в студию, его хорошенько отмыли и переодели.

– Я не… не…

– Не помните, правильно! – воскликнул Арэн. Он развернулся в сторону кулис и махнул рукой. – Эй там, покажите ему.

Стена позади оказалось огромным экраном, на котором вспыхнула идеального качества картинка. Посреди улицы стояло несколько человек. Один мужчина находился с телефоном в руке, подняв голову к небу, он словно собака вытащил язык, надеясь, что сейчас пойдет дождь. Другой что-то поднимал с пола и пытался это отправить в рот, третий кусал себя за запястье. Они были разными по возрасту и телосложению, но связывало их одно – они все были обездвижены. Словно манекены из магазина или музея восковых фигур.

– Как мы знаем, – проговорил Арэн, – есть закон. Те, кто его нарушает подлежит немедленному аресту – заморозке.

Билл смотрел на экран, не понимая, зачем ему это показывают.

– Я поясню, – произнес ведущий, прочитав его мысли. – Они, как и ты попали под свет звезды Айрондэй, и их пришлось угомонить. Ведь все мы знаем, что случается с человеком, когда он попадает под ее облучение, потому-то закон и запрещает находиться в это время суток на улице.

– Но вы же сказали, что я курил…

– Я пошутил, – хохотнул Арэн, и вслед за ним зал тоже зашелестел смешками. – За такой пустяк не обездвиживают на десять лет. Я просто хотел вам хоть как-то поднять настроение.

– Но я не понимаю…

Ведущий покопался в стоящем рядом шкафчике и извлек оттуда книгу в кожаном переплете. Увидев настоящую книгу зал ахнул.

Арэн открыл ее, полистал, и сделал знак, что бы его микрофон сделали погромче.

– Безумие, – прочитал он, – а точнее сумасшествие, – поведение, преступающее границы принятой нормы в нашем с вами обществе. Ведущий показательно захлопнул книгу. – Тот зеленый туман, обволокший Землю имел частицы схожие по составу с частицами света этой синей звезды. Не особо разбираюсь в этом, но эксперты говорят там присутствовал опиат чего-то там, который убийственно воздействует на мозг и человек моментально становится другим. Если вкратце: «психом», но последствия – стремительные и очень серьезные. Все, кому сейчас больше пятидесяти находятся в зоне риска, ведь они были еще на Земле и их необузданное поведение может проявиться в любой момент. Но это уже мое сугубо личное мнение. Покажите ему дальше, – скомандовал ведущий. Свет в зале снова погас и экран ожил.

Камера, и по совместительству крио-луч, как и все другие, установленная на одном из домов, следила за прохожим, который шел в сторону остановки. Его левой ноги коснулась синеватая тень, затем правой, потом покрыло все его тело. Меньше чем через мгновение улица наполнилась плотным жутким синим светом. Мужчина остановился и развернулся в сторону дороги. Затем он сорвал с себя верхнюю одежду и бросился бежать за роботом, который мирно шел себе по улице, должно быть, неся кому-то посылку.

– Человек попадающий под луч звезды перестает контролировать свое поведение, и агрессивно себя ведет к любому движущемуся объекту, – проговорил Арэн и ткнул пальцем на экран. – Пока мы его не спасли и не покрыли криослоем, он был в таком состоянии около минуты. Он бегал так быстро, что крио-луч никак не мог его поймать. – Ведущий вызывающе посмотрел в зал. – А вы ведь знаете, что у такого человека повышаются сила и выносливость, потому такие люди и считаются опасными. Минута на Айрондэй – год в заморозке. К сожалению, на сегодняшний день мы имеем только такое лекарство, – Арэн глубоко вздохнул и замолчал. – Но вы знаете, – проговорил он спустя несколько секунд. – Волосы. Почему их волосы на голове отпадают? Вот как у вас, Билл.

Билл смотрел в никуда. Затем он медленно заговорил.

– Я не сумасшедший… Земля… Она больше не наша…

– Что? – не понял Арэн.

– Нам нельзя возвращаться на Землю… – повторил мужчина. – Она теперь не наша.

Арэн сильно шлепнул себя ладонью по колену.

– Точно! А ведь он прав! Это моя вина простите. – Арэн откашлялся и покраснел словно рак. – Мы поздравляем старшую школу четвертого сектора с победой! Ученики одиннадцатого «Б» летят сегодня на Землю, на планету, которая была нам домом, с миссией довольно завидной – провести там целое лето. Пляжи, океаны, горы и даже снег, все это они увидят, потрогают, и, если захотят даже попробуют на вкус. Кстати, надеюсь, они привезут оттуда настоящего мяса кабана, поэтому я жду не дождусь, когда они вернутся и соизволят прийти к нам в гости в нашу студию. – Он поднес ладонь к губам и тихо добавил, – я им за это даже заплачу.

Зал снова рассмеялся.

Арэн деловито крутанулся в кресле на 360 градусов. – Ну, а нам остается пока лишь завидовать им. Вскоре, после того, как они вернутся, человечество вновь начнет заселять брошенную планету, так что мяса за пятьдесят лет там, наверное, хоть отбавляй.

– Нам нельзя туда! – загорланил Билл и резко вскочил с кресла. – Я был там, я видел…

– Дорогие зрители, кажется нам пора прощаться с Биллом, – сказал Арэн и махнул охранникам рукой, призывая как можно скорее навести порядок в студии.

На этих словах в камеру ворвались два амбала, схватили мужчину под руки и быстро увели его. Монки, сидевший в это время, не издавая до этого не единого звука, громко фыркнул, поднялся и вышел вслед за своими зря потраченными деньгами. Хотя, возможно, в этом и был смысл, иначе про него все просто забыли бы. Актер неудачник. Какая никакая память.

– Но вы не переживайте, – проговорил Арэн, обращаясь в зал. – Мы приглашаем в гости доктора профессора Найджела Пресли, и он поделится с нами информацией, каким же образом все насильно замороженные люди видят один и тот же сон. Это очень интересно!

В студии раздались громкие аплодисменты, отчасти наигранные.

Майкл знал, что на таких передачах людям, сидящим в зале платилиденьги за то, что те громко хлопают и смеются, когда им говорят смеяться. Эфир записывается достаточно долго чтобы несколько часов подряд хлопать в ладоши одинаково воодушевленно, поэтому лучшая мотивация здесь была – деньги.

На смену Биллу на сцену вышел молодой парень. Назвать его профессором, тоже, что назвать еду в школе Майкла вкусной. Юноша знал, что эпатаж и ругань на этом шоу его визитная карточка. Потому оно так и завораживало.

Молодой человек в шортах и футболке прошел и сел в кресло, где еще мгновение назад сидел Билл. Он поерзал на нем, убедился, что ему достаточно удобно и заговорил:

– Да, это правда. Почти все мои пациенты видят одно и тоже сновидение. Им кажется, что за ними приходят, забирают, и проводят над ними какие-то ужасные эксперименты. Причем их забирают на Землю, но конкретно, что с ними там делали они не могут вспомнить.

Он обвел взглядом зал.

– Я знаю, люди не хотят платить налоги на содержание тюрем, а от смертной казни мы отказались еще как только сошли на эту планету, – последнюю фразу молодой человек словно выплюнул, – и вы снимаете свое дебильное шоу, в то время как в данную секунду много людей, на самом деле психически больные переживают великие страдания и их лечение тянется месяцами, лишь из-за нехватки средств и оборудования. Может, вы сделаете, какое-то шоу посвященное больницам, а?

Майкл сам того не ожидая зауважал этого Найджела. Молодой человек сложил пальцы домиком. По его губам Майкл прямо-таки прочитал: «Ладно, хрен с вами!»

– Мы провели беседы с десятками людьми, – продолжил он на выдохе, – вышедшими из своего рода комы, и им практически всем кажется, что кто-то разгуливает не только по Земле, но и по этой планете, кроме нас с вами. Что это якобы какие-то существа, которые выглядят как мы, но они убеждены, что существа отсюда.

– Хорошо, – проговорил Арэн, – даже если это так, то что же такого в НИХ опасного? – поинтересовался ведущий, – нам всем крайне интересно знать.

– Во первых, это плод их воображения, – сказал Найджел. – Во-вторых, я уже упомянул, что лишь некоторая группа людей видит одно и тоже. Как уже было сказано ранее, те, кто прилетели на корабле, больше подвержены чудовищным изменениям…

Внезапно в кадр ворвался Билл. С его лица стекала кровь, а физиономию искажала гримаса боли. Зал ахнул, когда увидел в его руке нож.

– Мир теперь живет в мире! – проорал он, – но мы не должны позволять кому-то еще разгуливать по нашей планете! Это непростительно!

– Психопат! – послышалось в зале.

– Да гоните уже его! – закричал другой.

Кто-то запустил в лысого человека ботинок, который угодил ему прямо в голову, но мужчина даже не моргнул.

– Непростительно! – повторил он и бросился на того, кто зашвырнул в него обувь. На этом картинка прервалась.

– Ну, вот блин, – расстроился Майкл, – как всегда, на самом интересном. Так теперь его снова заморозят? Нужно будет почитать потом об этом в новостях.

Майкл прибыл в столицу довольно быстро. Сойдя с платформы, они с Кли Каем направились в сторону школы. По дороге юноша зашел в магазин и позвонил матери, попросить, что бы она перевела ему на робота немного денег, а то он забыл наличку дома. Через минуту глаза Кли Кая ярко оповестили, что произошло, что-то хорошее и Майкл понял, что его электронный кошелек пополнен. Это единственное оповещение от Кли Кая, которое было довольно-таки приятным.

Юноша зашел в отдел с алкоголем и жалобно посмотрел на своего пса, который взмахнув хвостом, невербально послал юношу в будущее, приблизительно на полгода вперед. Хотя Майклу показалось, что тот его просто послал нахрен. Робот сдвинул брови: «Купи, купи бутылку», – говорил этот железный взгляд, «если, конечно сможешь». Если не было налички, то робот в сущности контролировал все юношеские доходы и расходы. Майкл, поникнув головой, смотрел на заветные бутылки с желанной жидкостью и жалел, что не спер у мамы хотя-бы немного бурбона. Лететь на Землю около восьмидесяти часов, и чем ему теперь себя занять?

– Ты лучше не думай, а то еще перелом мозгов заработаешь.

Услышав знакомый голос, Майкл широко улыбнулся. Он обернулся и увидел, как из-за соседнего прилавка с бакалеей, вывернул его одноклассник. Короткостриженый брюнет, ростом немного ниже Майкла, пружинистой легкой походкой он шел навстречу юноше, то и дело поправляя на лбу стальной обруч, призванный связывать их с питомцем на время экскурсии. Дополнительные меры на случай если кто-то потеряется.

Одноклассника Майкла звали Той Третий Младший, странный парень со странным именем, и с такой же странной синей теплой кофтой, которая никак не вязалась с погодой. Даже на Земле сейчас практически везде было лето, если не считать Антарктиду, Гренландию и северо-восточную часть России. Из тех уроков, которые Майкл не прогуливал, он хорошо это запомнил.

– Родители решили подшутить над тобой и родили тебя? – парировал Майкл, и еще раз оглядел Тоя, – походу прямо в этой кофте? – Его настроение моментально стало повышаться.

Тою было восемнадцать, поэтому все странности парня на данный момент отходили на третий, или на четвертый план. Первое, что тянуло уголки рта Майкла в улыбку, это возраст одноклассника, позволяющий ему теперь покупать алкоголь.

– А я смотрю ты новые джинсы купил, – проговорил Той, подходя к Майклу, – на этот раз с молнией спереди.

Майкл нервно хохотнул. Не найдя, чем подколоть одноклассника в ответ, он быстро спросил, боясь, что вопрос убежит и больше к нему никогда не вернется.

– Купи мне что-нибудь отсюда! – прокричал Майкл и так быстро ткнул пальцем на полки с бутылками, что едва не свалил оттуда несколько из них. Это был совсем не вопрос, но кого это волнует, когда почти утраченное желание обрело новую надежду и вот-вот может сбыться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.