Снова встречая рассвет
Валерий Водопян

© Валерий Водопян, 2021

ISBN 978-5-0053-4532-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1 Фотограф на юбилей

18 ноября 2019г

«Здесь так спокойно и непринужденно. С лёгким умиротворением всматриваясь в бескрайние горизонты, под шум морских волн, и лёгкий прохладный ветер, – забываешь о печали. Этот берег был всегда родным мне. Здесь прошло детство, незабываемые дни, наполненные счастья, и беззаботного детского крика. Но ни что не вечно, со временем нам приходится это принимать. И когда время начинает крушить твою жизнь, забирая родных, как бы больно от этого не было – приходится лишь молится, чтобы часы остановились и дали шанс всё исправить.»

Ранним осенним утром, молодая девушка с патрульной полиции Кира Кравец, стоит у берега Черного моря, вблизи своего родного села Санжейка, и наблюдает всю прелесть рассвета. Лёгкий прохладный ветер, окутывал её со всех сторон, развевая тёмные косы, оттеняющие светлую кожу. Кира больше похожа на маму – невысокого роста, небесного цвета глаза, и курносая. У неё был сложный характер, который менялся день ото дня. На смену доброй, спокойной, и отзывчивой девушке, приходил – упрямый, обидчивый, и эгоистичный образ. Форма была немного испачканной небольшими пятнами от грязи, и зелёной травы. Это были последствия вызова. Молодая девушка не выдержав побоев своего мужа, позвонила в полицию. Приехав по месту происшествия, вместе со своей напарницей Марией Устиной, пришлось усмирять пьяного громилу, посреди ночи, в дорогом ресторане Черноморска. Напарницы ненадолго остановились, чтобы передохнуть, после долгого ночного патрулирования.

– Кира, поехали! – Мария знала как важно для напарницы побыть одной сейчас, но время поджимало. Кира наблюдала за морем, бережно сжимая в руке мамин кулон. После смерти матери, она редко здесь бывала.

– Не стой на краю обрыва. Я сейчас приду! – Мария стояла на краю прибрежного склона. Здесь не часто, но случались обвалы суши вдоль берега. Между ними было расстояние близко тридцати метров. Им приходилось громко кричать, чтобы слышать друг друга. Кира не торопилась, в отличии от напарницы, у которой сегодня день рождения. Она не спеша поднималась вверх по склону. В этот день, здесь было по настоящему тихо. Туристы приезжали в основном летом, когда было тепло. Под конец осени сюда редко кто приезжает.

По дороге в отделение, Мария всё время разговаривает по телефону. Она хочет, чтобы этот день для неё стал особенным, как никак, – сегодня юбилей, – исполняется двадцать пять лет. Всё не может решится с фотографом. Хоть в наше время такие услуги может каждый предложить, но не каждый сможет позволить на зарплату патрульного полицейского. Ей приходилось быть немного мелочной во всех значениях этого слова, и экономить как на еде, так и на самом заведении, для того, чтобы вложится по своим деньгам. Выбрала недорогое кафе в Одессе, в котором в прошлом году отмечали двадцатипятилетие Киры. Им там очень понравилось.

– Нашла фотографа? – Кира задала этот вопрос глядя вперед на дорогу, ей не хотелось видеть переживания в глазах Марии.

– Да! Неопытная наверное. Берёт за услуги недорого, при том что фотоаппарат у неё очень дорогой. – Кира глядя на неё улыбнулась, хоть и улыбку на её лице редко увидишь. Мария всё время задумчиво всматривалась по сторонам, делая заумный вид, чем и развеселила подругу.

– Но для тебя главное что недорого? – Спросила Кира.

– Мне придётся отдать за кафе и фотографа, третью часть своей зарплаты. Ещё нужно за аренду квартиры заплатить в этом месяце. Хорошо что мы снимаем квартиру на двоих. Я бы сама не справилась.

– Ты просто транжира. Это у тебя в крови.

– Да! Знаю! – С улыбкой ответила Мария. – Ты думала о том, чтобы сменить работу?

– Иногда, а ты?

– Не знаю. Немного устала смотреть на все эти семейные бытовые ссоры. Часто хочется провалится сквозь землю, чтобы не видеть их конфликтов. Ведь кулачные бои у них возникают в основном после употребления спиртного. А я терпеть не могу пьяниц.

– Иногда их конфликты порождает отсутствие диалога.

– Согласна, но не нам их судить. Ещё пара минут, и мы в отделении на пересменке.

– Мне сегодня везёт! – Ещё больше, её сегодня могло осчастливить только чудо. Молодая студентка сегодня была в ударе. Её любимое хобби наконец-то начало приносить плоды. Время было уже позднее. Стрелка часов было повёрнута к десяти. Елена Саенко всегда была очень эмоциональной. Каждый успех ей приносил шквал эмоций, и она безудержно стремилась к новым вершинам. Её увлечение фотографией не знало границ. И при плохих отношениях с отцом, до того же он не был ей родным, – стремилась быть независимой в финансах. Она не знала отцовской любви, отец больше любил родного сына. Родители очень хорошо зарабатывали, и помогали ей во всем. Но для неё деньги не могли заменить отцовской любви. Худенькая, жизнерадостная, низкого роста девушка, жила в своих мечтах, и видела повсюду всё самое хорошее. Иногда вела себя как маленький ребёнок.

Эти бурные эмоции у неё, вызвала девушка с полиции, – позвонила утром, и попросила фотографировать её двадцатипятилетие. Она не могла не согласится, даже при том что ей придётся прогулять учёбу в Одесском Национальном Университете, где она изучала журналистику. Отмечали в небольшой уютной кафешке, без сильно дорогого изысканного интерьера, украшений. На окне стояла красивая большая ваза с цветами, издавая приятный аромат весны. Все гости чувствовали себя комфортно. Приглашенных было не то чтобы немного, виновница торжества позвала самых близких подруг. Их посиделки больше напоминали девичник. Ни на миг Елена не прекращала излучать позитив, на дне рождения. Её пригласили за стол, она не чувствовала себя лишней в их компании. К ней очень хорошо отнеслись, и её волнения что что-нибудь может не получится – были напрасны. Несмотря на её неопытность, все фотографии получились удачными.

Собираясь уходить с кафе, Елена получила сообщение от неизвестного абонента, который подписался как Виктор. У него возникли проблемы с поиском фотографа, и он хочет воспользоваться её услугами. Время позднее, а празднование дня рождения его дочери вот начнётся. Можно было бы обойтись и без фотографа, но её двадцатипятилетие должно запомнится ей надолго, и не только в памяти, но и отобразится на фото. Обещал много заплатить. Для неё это были большие деньги. Его семья живёт возле Бабичевого ставка. Он вместе со своей женой, и ещё двумя сынами – планируют праздновать юбилей дочери, в домашней атмосфере. Виктор очень сильно впечатлил Елену, и она не могла поступить иначе. Ей показалось, что из-за её отсутствия – юбилей будет провальным. К тому же, ей за это хорошо заплатят. И такое совпадение, как фотографировать два юбилея в один день, – огромная редкость для фотографа. День рождения отмечать планировали в полночь, но Елена могла приехать и раньше, если ей так удобно. Одно длинное сообщение уговорило студентку второго курса, помочь исполнить чьи-то желания.

Ещё десять минут, и кафе уже закрывалось. Уборщицы неугомонно трудились, убирая остатки еды после клиентов, которые сидели до самого закрытия. Подошла к зеркалу не спеша, и слегка подправив свои густые короткие волосы – Елена направилась к выходу. Открыв двери кафе, почувствовала как сильный ветер пытается её сорвать с ног. Кинув взгляд на вблизи стоящее такси, она увидела как Мария разговаривает по телефону, а её подруга садится в такси. Они были в метрах пяти одна от одной, соприкоснувшись взглядами – помахали рукой на прощание. После чего Елена направилась к своему стареньком скутеру, припаркованном вблизи кафе. Не успев подойти к нему, как кто-то прикоснулся к её плечам. Она испугалась. Это было очень неожиданно. Обернувшись она увидела Марию, которая быстро завершила свой телефонный разговор, чтобы ещё немного поговорить с ней.

– Хотела ещё раз сказать спасибо, – Мария стояла перед ней, придерживая свои темные волосы, которые ветер бросал ей в глаза. Карие глаза девушки полны счастья, – Тебе далеко ехать домой?

– Нет, но я пока что не еду домой, – сказала торопливо Елена, как будто ждала, что кто-нибудь спросит её о сегодняшнем вечере, – подвернулась ещё одна работёнка в сорока минутах езды. Я как раз собиралась уходить с кафе, как мне пришло сообщение.

– На этом? – Мария ткнула пальцем в сторону скутера, стоявшего рядом с Еленой. На улице никак не переставал дуть сильный ветер, и ей было не по себе, смотреть на легко одетую девушку в такую погоду, – ты не замёрзнешь?

– Всё хорошо, я в порядке.

– Удачи на дороге.

– Спасибо, и тебе.

Елена смотрит на стоящий перед ней кирпичный дом, на небольшой возвышенности. Адрес совпадал с тем, который был прописан в сообщении. Он стоит близко десяти метров от берега Бабичевого ставка. Старенькая деревянная изгородь, без ворот, аккуратно проложенная тропа с декоративного камня от дороги к дому, и ставку, невысокие деревья, маленькая беседка – очень хорошо смотрятся рядом с этим домом. Сегодня было очень свежо на улице, шум ветра доносил еле слышные звуки городской суеты. Здесь было очень спокойно, в отличии от центра города, где постоянные толпы людей всё время куда-то торопятся, создавая атмосферу бытовой рутины.

Она приподнялась, и слезла со своего скутера, поставив его на подножку, за пределами изгороди у асфальтной дороги. Не став дожидаться пока к ней кто-нибудь выйдет, направилась к входу в здание по каменной тропе. Идя лёгкими шагами, она рассматривала дом. Складывалось впечатление, что здесь вообще никто не живёт. Дом был не маленьким, но с виду, за ним давно не ухаживали. Слегка запачканные стены в некоторых местах, облезлые деревянные окна, местами выброшенные фантики по двору, старая шиферная крыша, и не покрашенные входные двери. Остановилась напротив входа в дом, который прикрывал небольшой навес. Посмотрев в окно, которое находилось слева, в метре от неё – увидела свет. По пути к этому месту она очень замёрзла, и ей очень хочется согреться. Её легенькая стёганная куртка очень холодная, как для этой погоды, под средину ноября. Она тихонько постучалась в дверь, но никто не торопился ей открывать. Простояла несколько минут в ожидании, развернулась, и не спеша пошла к скутеру. Как только отошла от дома на несколько метров, услышала уведомление о сообщении на телефоне. Он попросил извинить его: «Я поехал за дочерью, и её мужем. Остальные приедут через минут пятнадцать. Мы уже неподалёку, быстро заедим в супермаркет, и будем на месте. Извините нас Елена, если вы уже приехали в назначенное время, надеюсь вы подождёте еще недолго, мы немного не рассчитали время. Можете зайти в дом, на улице холодно.» Стояла на холоде, держа руки в кармане куртки, между домом и своим скутером, не зная что ей делать. И всё же приняла решения зайти в дом, и подождать хозяев дома, но не больше чем на пол часа.

С лёгким скрипом двери, она вошла в дом. Наверное петли, давно никто не смазывал, и вообще дом изнутри напоминал загородный домик. Сразу при входе, в глаза бросается старый обшарпанный ковёр под ногами. Напротив двери, посерёдке небольшой гостиной комнаты, стоял маленький стол. В доме было прибрано, на полу не валялось мусора. Стены были обклеены дешёвыми обоями, но смотрелись они очень аккуратно. Елена разулась, и пройдя пару метров по гостиной, положила вещи на стол. В доме было прохладно, но не так холодно как на улице. Из-за стены доносились звуки какой-то кулинарной телепередачи. Пройдя туда, напротив телевизора – она увидела старую деревянную двухспальную кровать, которую кто-то в спешке забыл застелить. Рядом, по обе стороны кровати, стояли тумбы. Они были такого же коричневого цвета, как и сама кровать. Слева от неё, возле телевизора, стоял книжный шкаф с несколькими книгами. Напротив двери в спальню, находилось два небольших деревянных окна, с которых можно было наблюдать голые ветви деревьев, колыхающихся на ветру. Недолго рассматривая комнату, она слегка застелила кровать, и прилегла, не снимая верхнюю одежду. В уме она постоянно себе повторяла одну и ту же фразу: «двести долларов», именно столько ей предложили за роботу в этот вечер. Больше всего она боялась уснуть. То желание подзаработать, что было ранее, уже давно испарилось. Глаза молодой студентки слипались от недосыпания по ночам – часто внезапно просыпаясь, уже не могла уснуть до утра. Она жуть как хотела прилечь в свою постель, выпив перед этим чашку горячего чая. Картинки с экрана телевизора, для неё были как сказки на ночь.

Внезапно пропало электричество. Наверное ветер оборвал провода, ведь такое случается из-за плохой погоды, которая сегодня, ни на миг не прекращалась. Лежа в постели, она наблюдала за рисунком на ковре, прибитом на стене в этой комнате. Ей уже не хотелось ни денег, ни фотографий, хотелось простого отдыха, проснутся по утру, пойти на учёбу. Встав с кровати она продолжала смотреть на ковёр, он был единственным местом – немного освещённым от уличного фонаря.

– Кто здесь? – Её напугала тень, которую она заметила рядом со своей, на ковре, когда поправляла одежду. Обернувшись, посмотрела в окно, но там никого не было. Елена была напугана. Находясь в полной тишине темноты незнакомого дома, она прислушивалась к каждому шороху, поглядывая в окна. Её разрывали мысли изнутри. Мелкими шагами она шла к дверном проёму, пытаясь рассмотреть каждый угол комнаты. Ветер на улице, стал менее пугать, чем тишина.

– Здесь есть кто-нибудь? – Она услышала как заскрипела дверь, – Я приехала, как вы и просили. – Сказала она дрожащим голосом, но снова никто не откликнулся. Очередной скрип входной двери – было слышно как двери закрылись. Кто-то едва слышно, медленным шагом, шёл в сторону спальни, в которой находилась Елена. Она в свою очередь не торопясь отходила вглубь комнаты, подальше от дверей. У неё начиналась паника, она не могла себя контролировать. Не знала что ей делать. Из-за стены было слышно чьё-то дыхание. Кто-то не торопясь приближался к ней. Пол был деревянный, каждый шаг был слышен хорошо. Ей было некуда бежать.

– Можно я заберу вещи и уйду? – После того как увидела чей-то силуэт в дверях комнаты, в которой она находилась – её голос был полностью неразборчив, со стороны можно было бы сказать, что она проговорила это про себя. Стояла неподвижно, боясь шевельнутся. Нервный тик охватил всё тело. Ей, как и любой другой девушке в этот момент, хотелось чтобы поскорее всё закончилось. Она до сих пор не могла понять что происходит. Казалось, что это сон, и вот-вот всё закончится, стоит только проснутся в своей квартире, одеться, и пойти в университет. Она была в трех метрах от двери. Стоя неподвижно, она заметила как силуэт человека в дверях, начал приближаться к ней – через пару секунд, она лишь почувствовала сильную головную боль, и упала.

Её разбудила сильная боль в ушах, и непонятный слуху шум. Как будто кто-то включил музыку. Она долго не может понять откуда доходят эти звуки. Может кто-то по соседству этого дома, включил очень громко музыку. С нескольких попыток ей удалось немного приоткрыть глаза. Она по прежнему находилась в этом доме, в полной темноте. Ей хотелось всё вокруг себя хорошенько рассмотреть, но это давалось ей с трудом. Движения головы сопровождались сильной болью. Всё что её окружало вокруг, сильно расплывалось в глазах. Сидела на каком то стуле, связана, и не могла пошевелить ни руками, ни ногами. Режущая боль в спине, трудно сделать хоть малейшее движение плечами. Трудно было дышать, воздух был пропитан неприятными запахами пота, грязи. Нос был забит. Чувствовала как кто-то лёгкими прикосновениями притрагивался к её волосам.

– Отпустите. Пожалуйста. – Она часто произносила эти слова, но её никто не слышал из-за какой-то тряпки во рту. Для того, кто её привязал к стулу – это звучало как непонятные стоны и мычание. К тому же с улицы доносилась в дом громкая музыка. Сильная ломота по всему телу, была ничем, в сравнении с мучительными жгучими болями по всему лицу. Она ощущала как кровь и пот, медленно стекают по телу. Из-за слёз, комната в её глазах расплывается. Музыка на улице стихла. Наступила прежняя тишина, и было слышно дыхание позади стоявшего мучителя. Теперь она слышала каждый шорох в этом безмолвии.

Глава 2 По скрытым следам

20 ноября 2019г

Погода стояла мрачная. Сильный густой туман, который не давал возможности хорошо рассмотреть местность, заменила мряка. Для соседей дома, который находится по улице Озёрная в Одессе – утро останется в памяти надолго. Они как всегда проснулись в ожидании очередной рутины. Здесь редко происходило нечто, заслуживающие пристального внимания. Машины сотрудников полиции. Кинологи. Эксперты-криминалисты. Журналисты. Новость об убийстве сильно всколыхнула этот район. Здесь было тихое уютное местечко, и никто не подумывал о возможном убийстве. «Только не на этой улице» – так ответил один из соседей на вопросы патрульных.

На обочине остановился старенький «Ниссан санни». Он вышел с машины, и скользил взглядом по лицам людей, собравшимся у здания. Не торопился подходить ближе. Дмитрию Орлову немного больше за тридцатку, высокий, среднего телосложения мужчина, с отсутствием чувства юмора. Работал в Следственном управлении, и очень дорожил своей работой. На него мало кто обратил внимание. Словно его здесь не было. Лишь журналисты робко кинули взгляд, не решаясь подойти к нему ближе. Он не любил любопытных.

– В доме кто-то есть? – Спросил Орлов. В нескольких метрах от него стоят патрульные. Неспешно подошел к ним, рассматривая местность в попытках заметить что-нибудь ценное в расследовании этого дела.

– Никого, кроме экспертов. – Ответил один из патрульных.

– Соседи что-нибудь сообщили?

– Опросили всех… но ничем не могу вас обрадовать.

– Всех? И этих двух, что стоят рядом с вами? – Орлов указал пальцем на двух мужчин, оцепеневших от холода. На дворе была не самая лучшая пора для рыбалки. Со стороны они выглядели сильно напуганными. Легко одеты в старую, пропитанную рыбными запахами одежду. Держат в руках удочки и какие-то старые потрёпанные пакеты.

– Они позвонили в полицию… после того как вошли в дом, и обнаружили труп на кровати. Так что мы их опросили первыми. – Рыбаки лишь молча смотрели в сторону следователя, который по прежнему видел в их глазах страх.

На улице погода только ухудшалась, на смену мряке – пришёл маленький дождик. Не уронив больше ни слова, Дмитрий оглянулся, и направился к входным дверям дома, улавливая на себе взгляды обывателей. Вошел внутрь. Пол был сильно испачкан следами грязных подошв. В нескольких комнатах здания, ведётся рутинная работа экспертов. Вошел в спальную. Видит окровавленное лицо девушки, которая лежит на двухспальной кровати. Ниже шеи, всё тело укрыто тканевым одеялом серого цвета, которое изредка покрывали коричневые мелкие пятна, полосы. На лице не было живого места. Волосы так же окрашены цветом крови. Кто мог так жестоко обойтись с ней? Вопросов становилось всё больше. В метре от кровати лежит стул, он выглядит полуразваленным. На нём видны небольшие капли крови.

– Её пытали? – Спросил Орлов, бросив взгляд на Светлану Крайванову, которая работала экспертом в рядах криминальной полиции. Он кивнул девушке в сторону того стула.

– Возможно. Но у неё под головой огромная лужа крови, на подушке. Видите те брызги на спинке кровати, и стене… на одеяле? – Спросила Крайванова.

– Да. Следы на стуле? На полу?

– Взяли… ждём результатов экспертизы. На полу виден один и тот же след к кровати, который ведёт от двери дома. Он чаще всех встречается. Жаль только что люди здесь очень много натоптали грязи. Это нам усложнит работу.

– Вещи на столе в гостиной? – Изначально зайдя в дом он обнаружил в гостиной небольшой стол. На нём лежала женская сумочка и фотоаппарат.

– Это её вещи… в сумочке лежал телефон, документы… всё как-то очень глупо.

– Что именно? – Перебил Орлов.

– Документы, деньги, и другие ценные вещи… всё на месте. Её убили не ради финансовой выгоды.

– Поторопите своих коллег, если это возможно.

Орлов вышел на улицу. Дождь ужезакончился. Лишь небольшие капли падают с ветвь деревьев. Он направился в сторону Бабичевого ставка. Людей перед входом стало вдвое меньше. Повернул за угол дома. Впереди узкая каменная тропа, выложенная с дикого камня, проложена параллельно самого дома в нескольких метрах. Приглянувшись вперёд, в сторону берега, увидел там какое-то сооружение, но трудно разглядеть что-либо за густыми кустарниками. Идя по узкой каменной тропинке в сторону ставка, видит следы втоптанные в землю, в размерах и по виду подошвы такие же, как и в комнате возле убитой. Медленным шагом проходит всё ближе к берегу по тропе. Теперь он видит причал, возле которого, если и должна была находится лодка, то её в данный момент не было. Лишь канат, намотанный на прибитом к причалу деревянном бруску мог говорить о том, что здесь кто-то пришвартовывал свое судно. Прокручивая в своей голове всю картину происходящего, он часто задавал себе вопросы, на которые пока что не мог ответить. Направился к дому, идя в пол метре от следов, ведущих от причала. След ведёт от самого берега, и к задней стене дома. В окне он видит Крайванову. Она позвала его, махнув ему рукой. Показалась ему чем-то взволнованной.

В гостиной стоят эксперты.  Их разговор оборвал Орлов, когда вошел в дом. Они кинули на него взгляд, и ждали пока он к ним заговорит.

– Что-нибудь обнаружили? – Орлов стоит у двери, смотрит по сторонам. По углам стен много паутины. Как будто никто здесь не прибирался последние несколько месяцев.

– На месте не стоим. Отправленные в лабораторию отпечатки пальцев девушки, дали результат – Елена Саенко, студентка, училась на втором курсе в местном университете. Ещё, мы нашли кулон, который просто лежал у неё на груди.

– Лежал? – Переспросил Орлов.

– Да! Его как будто специально положили. Думаю это сделал тот, кто её убил.

– Как давно она мертва?

– Где-то около двух – троих дней, но не могу сказать точно. – Неуверенно проговорила Крайванова.

– Это могло быть на сексуальной почве?

– Мы не исключаем этого, но она лежала одетой. На её теле не было обнаружено следов изнасилования. Дальнейшая экспертиза всё покажет, а пока что мы не можем сказать точно, и остаётся лишь ждать. Ещё что удивило… не обнаружили следов сопротивления. Она не сопротивлялась.

– Наверное она была сильно напугана, а быть может не ожидала удара. Стоит перепроверить её близких… всех до одного, даже если она с ними была в хороших отношениях. Орудие убийства нашли? – Спросил Орлов.

– Нет. – Крайванова покрутила головой, её карие глаза вскоре сомкнуться от усталости.

– Подслушал на улице болтовню патрульных… я так понимаю, что этот дом не принадлежит Елене Саенко?

– Николай Хортин. Он владелец этого дома. По словам рыбаков, он не часто здесь бывает. Живёт один в центре нашего города. Сюда приезжает порыбачить на лодке, которой они этим утром не заметили у причала.

– Они объяснили зачем вошли в чужой дом?

– Услышали музыку в доме и решили что приехал хозяин. По их словам, они просто зашли в дом чтобы выпить с ним. После того как увидели труп, выбежали на улицу и начали звонить в полицию. Сказали, что слышали как работал громко телевизор, но они его не отключали.

– Тогда кто выключил? – Перебил Дмитрий Орлов.

– Заходили соседи. Возможно они и выключили. Самое худшее что желающих посмотреть слишком много, и следы подошв на полу переливаются между собой во всех комнатах, особенно в этой гостиной, но кроме спальной, где обнаружен труп девушки. Там, у кровати, лишь несколько следов. Те следы и взяли на экспертизу.

– Я составлю список всех тех, кто заходил в дом, и позже перешлю вам. По месту жительства Елены Саенко уже выехали?

– Да. – Кивнула в ответ Крайванова. – Она живёт с братом, Олегом Саенко.

На улице стемнело, а прохладный ветер всё больше о себе напоминал. Внутри здания полиции в Одессе, этот вечер напряженный. Новость об убийстве молодой студентки разлетелась по всему городу. Пресса работает быстро. Полиция в их глазах ничем не занималась, а только становилась помехой журналистским расследованиям. Впрочем было некого больше винить.

Обычно Дмитрий Орлов всегда спокоен, но этим вечером его нервы сдали. Пытается обдумать все детали сегодняшнего убийства, стоя в нескольких метрах от порога отделения полиции. Сейчас на улице намного тише, чем в кабинетах полиции. Он привык к тишине Следственного управления. Дмитрий приехал в свой кабинет, сразу же после того, как уехал с места происшествия. Елена Саенко показалась ему слабохарактерной тихоней, не умеющей за себя постоять, и вряд ли бы она смогла кому либо дать отпор. Это всего лишь его мысли в голове, после пересмотра протоколов полиции, где они опросили однокурсников с университета. Опросили не всех, но в большинстве все подтвердили, что девушка была дружелюбной, и не конфликтной. Он так и не смог установить точный мотив преступления. На это есть свои причины. Владельца этого дома допросили ещё в обед. У него в квартире не нашли ничего существенного, что могло бы доказать его вину. Да и на месте преступления, всё что они нашли, не давало никаких прямых наводок. Орлов подумывал об ещё одной толстой папке с бумагами у него на столе, которую вскоре выкинет в глухари, если им не удастся исправить ситуацию.

На улице становилось всё холоднее. Орлов начал чувствовать как замерзают его кончики пальцев на руках. Собирался зайти к начальнику этого отделения полиции. Надеялся что он узнал что-нибудь нового в этом деле. Не успел обернуться, как перед ним проскочил быстрым шагом молодой парень лет двадцати, весь на нервах, рассержен. Остановившись в нескольких метрах от следователя, он постоянно пытался дозвонится кому-то. Но его звонок похоже не был важным по ту сторону.

– У вас не найдётся сигареты? – Следователь подошёл к нему, его фото он видел на фотоаппарате убитой. Это был её брат – Олег Саенко. Его просили приехать опознать тело в морге. Он был высокого роста, худощавый, тёмные волосы. Одет в тёплый зимний спортивный костюм черного цвета. Сестра была намного ниже него ростом.

– Сейчас, подождите… где-то в кармане. – Олег нервно ищет по карманам свои сигареты, но ничего не находит. – Наверное я их в машине забыл.

– Это ваша машина? – Следователь указал пальцем в сторону старой синей «Мазды», припаркованной рядом с двумя машинами патрульной полиции.

– Да. Это машина моего отца, а вам какая разница?

– Я веду дело об убийстве вашей сестры. Вы приехали вместе с отцом?

– Нет. Я пытаюсь к нему дозвонится, но он не берёт трубку… мать в больнице, и не может приехать, чтобы помочь мне сейчас. А отцу наверное нет дела.

– У вас были хороши отношения с сестрой?

– Вы не представились. Я так понимаю, вам вовсе не сигареты были нужны? – Олег смотрел на следователя, и ещё больше нервничал. Складывалось мнение, что он что-нибудь скрывает.

– Нет, мне нужно знать о ваших отношениях с сестрой. К сожалению не смог приехать на обыск в вашем доме, и лично с вами поговорить. Меня зовут Дмитрий Орлов. – Он показал своё удостоверение Саенку, улавливая на себе недовольный взгляд собеседника. – Почему она поехала в тот старый дом?

– Я не знаю почему! Я уже всё рассказал! – Олег произнёс это очень громко, раздражённым тембром, и направился к машине. Видно в семье молодого человека есть ссора, из-за которой он так напряжен сейчас. Возможно боль потери родной сестры заставила его раздражаться от даже самого малого шороха. Но он не был подозреваемым или обвиняемым, потому Дмитрий не стал его останавливать.

Орлов направился к начальнику отделения полиции Максиму Бойко. Его кабинет сегодня как проходной двор. Он очень хорошо относился ко всем с пониманием. Его трудами, все сотрудники полиции этого отделения, действовали как одно целое. Ему вскоре на пенсию. Этого дня он ждёт как большого праздника. Долгие годы службы утомили. Он невысокого роста, с никому непонятным чувством юмора, и вечной болтовней. Он очень хорошо относился к Орлову, можно сказать что они друзья, но Дмитрий последнее время всегда сам по себе, и редко когда заводит новые знакомства, и редко навещает старых друзей. Орлов вошел в его кабинет. Старик кинул на него секундный взгляд, своими темно-карими глазами, и снова бросился писать в блокноте.

– Я думал вы обо мне забыли. – Бойко сидел за своим столом и всё время что-нибудь писал не отвлекаясь при общении с Орловым.

– Видел как выбегал брат Елены Саенко с отделения, весь на нервах. Я не помешаю вашей писанине, если присяду у стола?

– Нет, не помешаете. Олег Саенко был недоволен всем вокруг. Я понимаю его, он потерял родную сестру, но что странно, при этом ни разу не подал виду горести. В нём только злость, ненависть ко всем… винит полицию в задержке расследования. На многие вопросы не стал отвечать.

– А что на счёт родителей?

– Вам не прислали эти данные? – Удивлённо переспросил Максим Бойко.

– Прислали… – Ответил Орлов, и продолжал рассматривать бумаги на столе Бойка.

– Их родители живут не бедно. Отец, Антон Саенко, ранее был заместителем директора банка в Одессе, а позже получил предложения переехать в Киев, и стать на должность директора. Его мать, Анна Саенко, работает стоматологом. Она сейчас серьезно приболела, и не сможет хоть чем-то помочь сыну. Отец отказывается приезжать.

– Мне Олег говорил об этом. Он был только что у вас… как-то странно ведет себя их отец.

– Ему нет дела к неродной дочери. Наверное, жена изменяла ему не один раз. Как только он узнал об этом, перестал общаться с дочерью. С огромным трудом они сохранили свой брак. Так мне Олег и сказал. После вопросов о родителях и сестре, он занервничал, и попросту выбежал с моего кабинета… что с мотивом убийства?

– Её заманили в чужой дом. Экспертиза показывает отсутствие половых связей, что исключает мотивы убийства на сексуальной почве. Вещи лежавшие в гостиной того дома, вообще не тронуты. Дорогой фотоаппарат, телефон, деньги и документы в сумке – ничего из этого не было украдено, что исключает возможность говорить о мотивах заманить с целью ограбления. Конечно утверждать, что у неё не было при себе в то время других вещей, я не могу. Её забили до смерти ударами в область лица неустановленным орудием убийства, который отсутствовал на месте преступления. Кинологи прибыли первыми по вызову и ничего не обнаружили. Мотив один, и мне бы не хотелось о нём сейчас говорить вслух.

– Вам сказали о телефонной переписке и фотографиях с её камеры? – Бойко впервые за время общения со следователем поднял голову. До этого он изредка, на секунды отрывался от писанины, и кидал взгляд на Дмитрия.

– Да. Найденная переписка говорит лишь о том, что её заманили выгодным предложением. Убийца знал, где она находилась. Елена ему написала название кафе, в котором находилась в то время. Это всё очень странно, ведь у неё родители не бедные, и она наверняка училась за их счёт, и не нуждалась в деньгах. Я думаю что кто-то узнал её номер в интернете, где она выставила предложение своих услуг фотографа. Или может это тот, кто с ней знаком в университете, со школы, а может она с кем то общалась в это время. У неё был молодой человек?

– Её брат сказал, что деньги родители пересылали сестре, но Елена часто отказывалась от этих денег, и пыталась заработать сама. Что касается молодого человека, то об этом ничего не известно по перепискам на телефоне, и в соцсетях.

– Телефон этого Виктора отслеживается?

– Да, но пока что безрезультатно. Этот Виктор не глупый. – Подметил Бойко, сделав умный вид. – Кто знает, где он теперь. По данным оператора мобильной связи, он пересылал сообщение с того района, где и произошло убийство. Думаю вы сами понимаете, что нельзя отследить его точное местонахождение.

– То что он подписался как Виктор, ещё не говорит о том, что это его настоящее имя. Я составлю списки подозреваемых. Список её сокурсников будет кстати. Потом родственники, друзья, знакомые.

– Вы бы могли подумать на её брата? – Спросил Бойко.

– Мне он показался чрезмерно агрессивным, неадекватным. – Подметил Орлов. – Я не стану исключать причастность Олега к убийству сестры. Но должно было что-нибудь произойти, что могло подтолкнуть на такое убийство. Я видел на её телефоне совместные фото с братом. На всех снимках она была весёлой, жизнерадостной. Они почти на всех фото в обнимку. Мне трудно поверить, что у неё вообще могли быть враги. Снимки с её камеры мне ещё не показывали.

– Я видел эти фото. – Бойко перебивая следователя, взялся снова за свою писанину. – На её камере нашли снимки с кафе, где она фотографировала четверых девушек. Эти фотографии были последними на карте памяти. Нам не составило труда разыскать девушек с тех фото, поскольку двое из них служат в полиции Черноморска. Мария Устина отмечала свой день рождения в тот день. Она написала рапорт, в котором рассказала, что видела потерпевшую после кафе, когда она садилась на свой скутер, собираясь ехать на очередную подработку. Но на том они и попрощались. Её напарница, Кира Кравец, – написала то же самое. Остальные девушки уехали по домам раньше сотрудниц полиции. Их допросили, но они ничего не знают, и ничего не видели. Никаких конфликтов на праздновании в кафе не возникало по их словам. Это было несколько дней до того как её нашли мёртвой. Теперь мы знаем точную дату убийства.

– А что с владельцем этого дома? – Задумчиво спросил Орлов.

– Владелец этого дома – Николай Хортин. Мы его обыскали сегодня около тринадцати часов дня, в его квартире. Но там нет ничего того, что могло бы помочь следствию. А соседка напротив, утверждала что он последние несколько недель, ночует у неё. Соседи по подъезду ничего плохого о нём не сказали, и подтвердили что он ночует не в своей квартире. Так что мы не можем сейчас ничего ему предъявить.

– Как он объяснил убийство в его доме?

– Он без понятия кто это мог быть. Сказал что хочет продать этот дом под снос, и больше к этим стенам ни ногой.

– Обыск в его квартире совсем ничего не показал?

– Показал его сильную любовь к рыбалке. По его словам он не наведывается в свой старый дом несколько месяцев, с тех пор, как у него украли лодку, которая была пришвартована у причала за домом. Это дом его родителей, они умерли больше 10 лет назад.

– Мне не смешно, – сказал Орлов, – убийство было очень хорошо спланированным. Я просил патрульных проверить территорию вокруг ставка, в надежде, что что-нибудь прояснится. Но они ничего не нашли. Проводился обыск в доме тех рыбаков, которые обнаружили убитую?

– Да, но там ничего нет. Они живут напротив дома Хортина, по ту сторону ставка. Взяли их отпечатки пальцев. Ими были оставлены следы на вещах девушки и дверях. Весь дом завален уликами против них. Но никаких их следов не нашлось на места преступления, при том что каждый их отпечаток торчал в соседних комнатах. Возможно они хотели украсть эти вещи не зная что в соседней комнате находится труп. Сотрудниками полиции сообщалось, что они были очень напуганы.

– Эксперты сообщили, что следы обуви на месте совершения убийства, принадлежали человеку около ста семидесяти пяти сантиметров в росте, и восемьдесят килограммов в весе.

– Хортин высокого роста, около ста семидесяти сантиметров, среднего телосложения, хромает на правую ногу в свои сорок пять. На него можно думать в первую очередь, поскольку убийство в его доме. – Бойко положил в сторону ручку и поднялся с кресла. Не торопясь подошёл к окну, расположенного в метре, позади его кресла.

– Соседи?

– Странно, но никто ничего не знает. Все как будто спали. Дом стоит немного отдалённо от других по этой улице, но должен был хоть кто-то заметить скутер, который стоял у дороги, возле ограждения. Соседи в основном жаловались на громкую музыку на их улице, которую часто включает молодая пара.

– Вы смотрели записи видео наблюдения с того кафе?

– Проверяем… жду результатов от оперативников.

– Тем девушкам можно верить?

– Я доверяю словам тех девушек с полиции Черноморска, но и утверждать ничего не могу.

– Елене написали текстовое сообщение с предложением хорошо заработать именно в тот момент, когда она уходила с кафе. Я не особо верю в совпадения. За ней возможно наблюдали. Но сдерживает только тот факт, что ей прислали сообщение с другого района, если верить что данные оператора верны. – Орлов поднялся со стула и направился к двери, спросив напоследок. – Что с тем кулоном?

– Брату убитой мы не успели показать этот кулон, но на вопрос о том носила она кулон или нет, – он ответил, что она не любила носить украшения. Она даже кольца не носила. На нём была только кровь Елены и никаких больше следов.

Глава 3 В ночной тишине

27 ноября 2019

Прошло чуть больше недели с момента убийства молодой студентки в Одессе. Время быстро всё изменило. Новые события словно заставляли всех забывать прошлое. Пресса утихла, а люди нашли другие темы обсуждения. Цены на коммуналку, и очередное повышение тарифов по всей стране, оказались для всех самым важным вопросом уличной болтовни. В основном всё было тихо на одесских улицах. Мелкие грабежи и разбои, не смогли испортить настроение гражданам этого города. На счастье, подобных убийств не происходило больше в городе.

В полиции дела шли плохо. Им приходилось браться за старые нераскрытые дела, при постоянной суете расследования новых преступлений. Они так и не смогли разыскать убийцу Елены Саенко. Преступник словно испарился в воздухе. Его как-будто никогда и не было на месте убийства. Не оставил и отпечатка пальцев после себя. В глазах следователя, он был безжалостным психопатом, которому не нашлось места рядом с другими людьми, и совершил преступления ради удовольствия, поскольку следов грабежа или изнасилования, криминалисты не обнаружили. Девушку заманили в чужой дом, чтобы убить без какой либо выгоды. Мария Устина подтвердила, что у Елены больше не было других вещей, кроме сумочки и фотоаппарата. Рассматривался вариант ссоры с кем-то из сокурсников, но таких конфликтов не было обнаружено. С друзьями она хорошо ладила.

Было много разногласий о том, кто бы мог оставить у неё на теле кулон в виде сердца. У неё не было на тот момент никаких отношений. В доме, где она жила вместе с братом, ничего не обнаружили. Никаких любовных переписок в соцсетях, так же как и совместных любовных фото, в её комнате не было найдено. Версия, что к этому мог быть причастен молодой человек, с которым она поссорилась – навсегда отпала в сторону. Её образ жизни больше напоминал стиль карьериста. Хваталась крепко обеими руками за знания в библиотеке, чтобы в будущем стать полностью независимой от денег родителей. Не ходила в кино, бары, ночные клубы.

Проверка камер видео наблюдения в кафе прошла точно также безрезультатно. Среди небольшого количества посетителей в тот вечер, большая часть – семейные пары с детьми. Их опросили. Они в ту ночь спали, и больше ничего не смогли сказать. Некоторые из них, даже не заметили пятерых девушек за соседним столиком. На улице, за несколько метров, перед входом в кафе, находится парковка. Но все машины, которые были припаркованы у заведения, принадлежали посетителям. Орлов начал пересматривать дела в архиве, в надежде найти хоть какую-нибудь зацепку. Убийца мог быть ранее судимым. Зачастую убийства происходили на пьяную голову, в порывах злости, ревности. На этот раз столкнулся с настоящей загадкой. Его преследовала мысль, что убийца тот, кому она могла насолить, но ошибка таких подозрений лишь в том, что Елена была очень спокойной и всем вокруг дарила свою улыбку. Складывалось впечатление, что следователь сам запутался в своих подозрениях. Хортин, которого он допрашивал еще несколько дней после экспертизы, не признавал своей вины, так же как и рыбаки. Больше было некого винить.

– Лера, ты навсегда запирала дверь как уходила с дому? – С удивлением спросила Ирина, копаясь ключом в замочной скважине входных дверей в темноте.

– Эти двери плохо закрываются, и я с трудом их, но закрыла.

– С трудом? Нам их наверное никогда не открыть из-за твоих усилий. Ещё один час и полночь. Мне не хотелось бы по вине одной глупой блондинки ночевать на улице. Еще и на окраине Черноморска. Ты их закрывала? – Ирина нервно передаёт ключи Лере, чтобы та открывала двери.

– Почему это я глупая? Ты ведь и сама блондинка. Ладно, давай мне ключи. – Из нескольких попыток у Леры получилось открыть дверь. Подруга глянула на неё с долей сарказма.

– Нужно было тебе открывать двери сразу же, как мы пришли. Я немного успела замёрзнуть. Пойду быстро в душ и приду. Сегодня твоя очередь на кухне.

– Хорошо, сделаю по быстрому бутерброды с чаем. – Лера ушла на кухню. Не успев достать с холодильника продукты, как почувствовала чье-то прикосновение на левом плече, сильно испугалась. Обернувшись она увидела свою подругу, которая была одета в одном халате.

– Я уже покупалась.

– Как же ты меня напугала. Но ведь прошло всего-то минута, когда ты успела? И даже волосы не намочила, – Лера до сих пор не могла остановить сердце, которое выскакивало с груди. Она всегда была пугливой и боялась каждой мелочи.

– Воды нет в кране. Нам везёт, – Ира была в хорошем приподнятом настроении, – я что-то не хочу кушать. Лучше пойду спать. Выключишь после себя свет.

– Хорошо, как хочешь. – Лера продолжала готовить себе бутерброды на небольшом столике. На кухне было не развернуться. На семи квадратных метрах поместилась вся кухонная мебель. Поставив электрочайник, слышит странные звуки, доносящиеся с улицы. Словно кто-то скрипнул дверьми. Ей становится не по себе и она идёт к подруге. – Ира, ты спишь?

– Да, пока ты меня не разбудила. – Ира говорила сквозь сон, с легким возмущением.

– Я услышала какой-то скрип на улице. Пойдём посмотрим вместе.

– Это наверное снова соседский собака в наших мусорных пакетах роется. Ложись спать.

– Мне не смешно, – Лера продолжала будить подругу, но она устала на роботе, и никак не реагировала. Спеша рано на роботу, они не всегда успевали выносить мусор в контейнер, и оставляли временно во дворе. Ограждение с улицы было невысоким, и соседский собака частенько забегал к ним во двор.

– Ну и спи дальше, сама посмотрю! – Лера не торопилась выходить на улицу. Окна одной из комнат дома выходят в сторону подвала. Она решила посмотреть не выходя на улицу. К тому же, на улице было темно, холодно, и она боялась выходить на улицу одной. Обычно эту вредную соседскую дворнягу прогоняла Ирина. Заглянув в окно, она увидела кучу разбросанного мусора по дворе и открытый подвал. Ветер качал старые деревянные двери заставляя дверные петли издавать лёгкий скрип. Во дворе была такая тишь, если бы не эти двери – подумала она, и присмотрелась. Внезапно в её взгляде, двери подвала остановились, словно их кто-то держит. Кто-то смотрит в её сторону. Видно лишь силуэт в этой полной темноте, и не понять реально ли всё это. В этой темноте не трудно сломать ноги.

– Ира, проснись! – Лера ухватила за плечи подругу, и нервно пыталась разбудить её. Они с детства дружат. Их матери учились в одном классе, и после школы продолжали общение.

– Ты снова за старое? Ну я же сплю уже. Что произошло? – Ира была немного рассержена на подругу. Но всё же поднялась с кровати едва приоткрыв глаза. – В этот раз я эту собаку пристрелю!

– Послушай меня! Я увидела чей-то силуэт в подвале. Нужно вызвать полицию. Где мой телефон? – Лера придержала за руку подругу, не дав ей подняться с кровати, и в истерике пытается отыскать свой телефон, но нигде его не может найти. Сердце девушки вырывается из груди, истерика.

– Успокойся! Ты уже вызывала полицию ранее. Они смотрели на нас как на дур. Нужно просто выгнать собачку с двору. И перестать выдумывать себе.

– Я видела там силуэт человека… хоть там и темно, но я видела!

– Тебе снова показалось! – Ира обняла её, доказывая обратное. Пыталась успокоить подругу. Лера вызвала полицию около полугода назад. Тогда их впервые напугал соседский пёс. – Мы сейчас вдвоём пойдём и посмотрим. Но если там никого нет, то мы ляжем спать?

– А если там кто-нибудь есть? – Лера вырвалась из её объятий. Не сразу, но всё же находит телефон. Он лежал у неё под подушкой, рядом с наушниками. Она всегда любила слушать музыку на ночь. Без раздумий позвонила в полицию.

– Ну вот, теперь мы снова будем как две дуры в их глазах.

– Прости, но я правда видела кого-то у дверей подвала. – Лера была сильно напугана. Страх темноты и одиночества был близок ей всегда. В детстве, она часто оставалась одна дома, пока родители ходили выпивать по барам.

– Слышала? Кажись полиция приехала. Не прошло и суток. – Ира снова начала включать свой сарказм. Спустя менее чем десять минут, машина патрульной полиции была у ворот их дома. Учитывая, что они живут на самом краю города Черноморска, машина как минимум должна была ехать полчаса, от местного отделения к их дому. Лера накинула в спешке лёгкую весеннюю курточку, которая была ближе к руке, и выбежала на улицу к воротам.

– Здравствуйте. Я с патрульной полиции, Кира Кравец. Нам пришёл вызов по вашему адресу.

– Да, это я позвонила. К нам в подвал кто-то пробрался.

– Оставайтесь на месте. Мы всё осмотрим. – Кира вместе с напарницей Марией Устиной, направились к подвалу. Двор не освещался. Лишь небольшое количества света, падало с окон тех комнат дома, что выходили во двор. Кира подошла к дверям подвала, ухватила в руки фонарик и пистолет. Попытки включить свет в самом подвале закончились неудачей. Всматриваясь внимательно в каждый сантиметр этого подвала, она не спеша спускается в подвал. Ступени вели на пару метров под землю. Стены грязные, везде паутина. Приостановилась перед самым концом ступеней. В этот миг полной тишины, можно расслышать тихие звуки, издаваемые насекомыми. Справа от неё находилась стена подвала, слева – неизвестность. Впереди под светом фонарика виден стол, на котором стоят большие бутыли, покрытые слоем пыли.

– Здесь есть кто-нибудь? – Сказала она в тишину, но никто не отозвался. Спустившись вниз, она резко повернулась и прицелилась влево. Но там никого не оказалось, кроме какой-то собаки, которая спряталась в углу и смотрела в сторону Киры испуганным взглядом. – Так вот кто напугал бедных девушек. – Подумала она.

– Что у тебя там? – Спросила Мария.

– Сейчас поднимаюсь. Здесь, кроме дворняги больше никого нет. – Кира услышала голос напарницы с улицы, и поднялась по ступеням наверх. Выйдя с подвала, она видит как ссорятся между собой девушки, позвонившие в полицию.

– Я могу выгнать этого наглого преступника с подвала. Но мне его как-то жаль стало. Может он сам по утру уйдёт? – Спросила Кира.

– Мы сами его выгоним. Это уже не первый раз, когда он пугает мою подругу, – ответила Ира, – извините за беспокойство.

– Я смотрела во двор из комнаты, не включая свет. Окна выходят с видом на подвал. И увидела как чей-нибудь силуэт, стоял в дверях подвала. Как будто смотрел в мою сторону. Я сразу же побежала будить Иру, и позвонила в полицию, – сказала сквозь слёзы Лера.

– Ты что-нибудь обнаружила? – Спросила Киру, кинув взгляд на Марию.

– Там ничего нет… я всё обошла.

– Тогда здесь никого нет, кроме спрятавшегося от холода пса в вашем подвале. К нам часто поступают подобные вызовы в полицию. Извините, не знаю чем вам помочь.

– Он её преследует около полугода, – подшутила Ира, – я устала и хочу спать, протокол составите без меня.

– Извините, что потревожила. Я очень сильно испугалась, что не стала рассматривать этот силуэт в темноте, – сказала Лера.

– Это наша робота, – сказала Кира, – не волнуйтесь. Вы живёте на краю города. Вижу соседей у вас здесь не густо. На будущее, – проведите себе освещение во двор, чтобы лучше видеть. Мы с напарницей ещё немного постоим у вашего дома, пока нам не придёт очередной вызов.

– Спасибо, но не нужно. Вы и так нам помогли. Не стану больше задерживать.

– Точно? Боятся не будете?

– Нет, не буду! Через три-четыре часа наступит рассвет, и будет видно всё вокруг. Только вот, жаль, что нет снега. Поскорее бы зима! Удачного патрулирования. И ещё раз спасибо.

– И вам удачи. Берегите себя.

«Если можно было бы найти ответы на все вопросы, которые каждого из нас затрагивают до глубины души, может тогда бы нам было спокойнее, и мы бы перестали тревожить своё сердце по мелочам. Каждая песчинка, которая не затерялась в песочных часах, даёт о себе знать со временем. Так хочется забыть обо всём, и просто перестать вспоминать. Как будто вновь в садике. И ты идёшь счастливо, излучая от себя только позитив. Тебя за руки держат родители, обнимают, и ты пытаешься выбраться с их объятий, чтобы снова сотворить какую-то нелепую детскую глупость.»

– Только не говори, что на службе уснула, – с иронией сказала Мария, глядя как Кира упёрлась лбом об боковое стекло патрульной машины, – нам ещё долго работать. На часах только восемь утра.

– Мы как раз заехали в мой родной посёлок, – сказала Кира, – можно я наведаюсь в родительский дом?

– Хорошо. Я пока проеду в центр, возьму что-нибудь попить.

– Набери меня, когда будешь возле дома.

– Я не задержусь надолго.

От Санжейки к Черноморску не долго ехать на машине. Расстояние между ними всего-то десять километров. Кира хоть и редко, но заезжает в старый дом родителей в Санжейке. Проведать всё ли на месте. Здесь частенько в заброшенные дома пробираются подростки, чтобы побаловаться всем запрещенным, вдали от родительских глаз. А иногда и обчистить сам дом. В основном жизнь зимними вечерами в этом посёлке куда более спокойная, чем летом. Гости приезжают наслаждаться отдыхом у черного моря – летом, и к самому концу сентября. Обычно этот пляж посещают те, кто хочет сэкономить на отдыхе. Здесь никогда не было постоянной суеты, и городского шума. Весь пляж находится под высоким глинистым обрывом, по которому можно спустится небольшими прорытыми тропами.

Родители Киры жили в небольшом кирпичном доме, за несколько сотен метров от берега моря, на краю посёлка. В этих стенах, таилось много воспоминаний. Как хороших, так и неприятных. После того, как Кире исполнилось шесть лет, – счастливое детство постепенно превращалось в замкнутую среду, где нет доверия, любви, жизни… Родители часто ругались. Порой невыносимые долгие ссоры перерастали в бой посуды, и кровные конфликты. Ей было не понять, почему всё это начало происходить в её жизни. До того как пойти в первый класс – она купалась в объятиях отцовской любви. Со временем, от приятных воспоминаний о жизни в счастливой семье, остались только мечты.

Отец часто уезжал на роботу в Одессу. Там у него было больше шансов хорошо заработать по своей профессии. Домой приезжал часто, чтобы увидеть свою дочь, которая была для него всем на свете. После рождения Киры, в его жизни произошло много изменений. Хотел, чтобы дочь ни в чём не нуждалась. Но всему пришёл конец, когда он застукал жену с любовником. Он не смог её простить. Домой стал приезжать редко. А когда приезжал, то кроме постоянных ссор и пьяного отца – Кира ничего больше не видела. Эти семейные драмы продолжались ещё пару лет, пока Кира не пошла в третий класс. Больше отец не приезжал к дочери. Он навсегда исчез с её жизни, и никак о себе не напоминал.

Мама Киры ни на миг не оставалась без внимания мужчин. Время не стояло на месте. Маленькая девочка взрослела, и ей нужен был отец. Каждый новый выбор папы, заканчивался побоями для матери, и её дочери. Всё та же постоянная ругань, и пьянки на глазах ребёнка. У матери были финансовые сложности. Пришлось устроится на работу уборщицей в школу, но этих денег было недостаточно. Другой работы найти не могла. А бывший ничем абсолютно не помогал дочери. Её постоянные попытки изменить свою личную жизнь не сложились. Усталость от постоянных конфликтов и надругательства, привела к нежеланию прилагать усилия для собственного счастья. Она умерла, когда дочери исполнилось девятнадцать.

Перед тем как вставить ключ в замочную скважину, Кира заметила, что кто-то уже побывал до её приезда в доме. Замок был взломан, при чём очень неаккуратно. Между самими дверьми и дверной коробкой, заметны следы взлома. Хоть и ломать особого смысла не было. Замок здесь стоял больше для красоты. Эти старые облезлые деревянные двери, ещё какой-то год или два, сами отвалятся. Лёгким движением руки она подтолкнула дверь от себя. В прихожей, на её глазах, создавался вид грязной мусорки. В этой небольшой комнате, на полу виднелись окурки сигарет, использованные кем-то шприцы, пустые бутылки с под пива и водки. – Как хорошо, что хоть кому-то весело в этом доме, – подумала она. Шагнув за порог, взялась немного приубраться в доме. Несколько шприцов с пола, кинула в небольшой пакет. Здесь не так много жителей в посёлке, и все знали друг друга. Ей не хотелось вызывать следственно – оперативную группу. Пол и без того очень сильно покрыт грязными следами от обуви. Она догадывалась кто это мог быть, но будет глупым решением, заявится в чужой дом с одними только догадками.

– Зачем? Что можно было искать в детских вещах? – Прошептала она про себя, когда открыла двери в свою ранее детскую комнату, и увидела беспорядок. Детская одежда разбросана по всех углах. Отдёрнутые обои, спёртый об стену гардероб в левом углу комнаты, на половину разбитая, перевёрнутая вверх ногами кровать – создавали атмосферу непрерывных поисков наживы, но только вот непонятно, что можно было искать в детских шмотках. Из всех детских вещей лежащих на полу, её взгляд привлёк небольшой плюшевый мишка, который был по голову прикрыт одеялом справа от неё, в нескольких сантиметрах от кровати, и большого трехстворчатого окна. Складывалось чувство, что кто-то его намеренно так положил, ещё и укрыл сверху. Этого медвежонка ей подарил отец, когда она ещё ходила в садик. Это было единственное приятное напоминание о нём. Её детство прошло с прибитыми к полу игрушками. Она не росла избалованной девочкой. Вместо новых погремушек, кукол, развлечений и прочих детских безделушек, больше всего она хотела жить в счастливой семье.

Детская была не последней комнатой, где произошёл погром. Мусор, разбитая посуда, поваленная на пол мебель, старые фото, – разбросаны по всему дому. Люди склонны причинять зло ради своих аморальных прихотей, даже не соображая во что это выльется другому человеку. Кому-нибудь подобный бардак в чужом доме принёс много радости. Для кого-то это мог быть хороший шанс согнать всё зло на каких то тряпках или мебели. Но грязный след обуви на семейном фото, оставил такой же след в душе девушки, которая подняла его с полу. У Киры хоть и не было друзей как таковых, но и не было врагов. Её замкнутость с детства, не позволила заводить общение с одноклассниками, так же как и с новыми знакомствами в будущем. После школы она поступила в колледж по гостинично-ресторанному делу, и успешно его закончила. Позже, после колледжа, работала в Черноморску, администратором в одной из местных гостиниц, там и познакомилась с Марией. С тех пор они сдружились. Со временем, Кира узнала о наборе в полицию. Для неё это была возможность доказать, что она готова к большим вершинам, чем на работе в гостинице. Марию не пришлось долго уговаривать проходить курсы по набору в полицию вместе. С тех пор её жизнь изменилась.

У неё совсем не было времени на уборку в доме. Вскоре должна приехать напарница, и они поедут в отделение на пересмену. Вышла с дому и призакрыла легонько дверь. С таким надёжным замком как сейчас, после взлома, двери можно вообще не закрывать. Последний раз она наведывалась в этот дом дней десять назад, проезжая мимо своего дома. Тогда всё лежало на своих местах. Весь этот разгром произошёл вовсе недавно. Высокий каменный забор ограждал двор со стороны улицы. Он полностью бы закрывал вид во двор, если бы не украденные ворота. Видимо они кому-то очень понадобились, потому дом с улицы был открыт для всех. Дом не был большим, как и сам двор. В четырех метрах от дома стоял подвал, чуть дальше позади дома старый колодец.

– Хорошую ты себе работёнку подыскала, пока меня не было, – Мария подъехала к дому Киры, когда та выносила мусор. – Тебе не кажется, что мусора многовато, как для дома без хозяев?

– Кто-то взобрался в дом, пока меня не было. В доме погром.

– Звонила в полицию?

– Нет, не нужно. Я взяла несколько предметов на анализ. Отдам в лабораторию, и узнаю кто мне напакостил.

– Что унесли с дому?

– Ничего. Только слегка попортили мебель, раскидали одежду, и другие предметы по всему дому.

– Кто-то наверное примерял твои платья, – Мария вела себя словно выиграла джекпот в лотерею, постоянно подшучивая, даже в самой нелепой ситуации.

– Вот только платья детские. И не думаю, что тот кто приходил, мог в него влезть. Здесь есть одна многодетная семья, о них много сплетен ходило. Их дети не только травку курят. Почему ты такая весёлая? От кофе?

– Ты почти угадала, но нет. Поехали на пересменку, у меня сегодня счастливый день. По дороге всё расскажу. – Сев в машину, они направились в Черноморск. – Помнишь ту девочку с Одессы?

– Которая была у тебя фотографом на дне рождения?

– Да.

– И что? – Переспросила с удивлением Кира.

– Мне в фейсбуке написал её брат. Его зовут Олег. Он программист, и работает в одной крутой немецкой фирме. Предложил мне встретится сегодня в Черноморске после моей смены. Говорил что я ему нравлюсь. Мне кажется что он влип как мальчишка.

– Странно как-то это все со стороны. Надеюсь он не думает, что мы в этом как-нибудь замешаны…

– Ты к чему? – Нервно спросила Мария. – По твоему меня могут пригласить на свидание только ради информации?

– Я не то хотела сказать. Он потерял сестру. Её жестоко убили, даже можно сказать забили до смерти. И ты последняя, с кем она общалась. Просто будь осторожна.

– Он у меня расспрашивал о Елене. Я жалею, что не могу ничем помочь. Надеюсь что эта встреча не только ради моих знаний по делу о его сестре. – Мария расстроилась немного, она и сама не раз думала что её могут использовать.

– Извини меня. – Кира почувствовала свою вину. Её напарница совсем раскисла, и вот-вот потеряет свой оптимизм. – Может все не так плохо. Куда пригласил?

– В Эдельвейс. В этом ресторане я была только раз, – с улыбкой сказала Мария.

– Это когда мы приехали задержать пьяного громилу год назад? – спросила Кира.

– Да! Нас вызывают составить на кого-то протокол, а не выпить шампанского. – Пришел вызов по адресу, где проживают две девушки, к которым они уже приезжали прошлой ночью. Кира хорошо запомнила одну из них.

– Смотри, вызывают по тому же адресу, что и пару дней назад, только другие люди. Нам стоит поехать на этот вызов…

– Извини подруга, но у меня вскоре свидание. Так что нам на пересмену. Кто-нибудь другой приедет на вызов. – Кира принимает вызов на себя по рации. Мария промолчала, но по её глазам можно было разглядеть обиду, которая перерастала в раздражение.

– Мы ближе всех к месту происшествия. Быстро справимся и приедем на пересмену.

– Как скажете сержант Кравец. Похоже что моё свидание придётся отменить.

– Такая у нас работа. С этим ничего не поделаешь. – Кира жила работой в полиции, и всегда во всём пыталась преуспеть на службе, в отличии от подруги.

– Работа? Да у меня нет никакой личной жизни из-за этой работы. Тебе никогда не приходило в голову, что наш коллектив очень маленький для того, чтобы обеспечить порядок на весь этот город? И вообще нужно валить с полиции.

– Если хочешь уйти, то уходи. Только не говори, что ты здесь из-за меня. Вот и приехали. Наверное вызов пришел от тех людей что стоят у их ворот. – Кира припарковалась на обочине, и вышла с машины. Подошла к двум женщинам средних лет, стоявших возле невысоких ворот. Они чем-то встревожены.

– Здравствуйте. Я с патрульной полиции, Кравец. Что здесь произошло?

– Мы приехали только что с Одессы. Были в гостях у родственников. Когда проезжали мимо соседского дома, заметили что их двери открыты. Сразу же по приезду домой, пошли к ним, но не заходили в дом. Звали их с улицы, но никто не вышел. И мы решили, что будет правильным вызвать полицию.

– Оставайтесь на месте. Мы посмотрим. Мария?! – Кира обернувшись посмотрела на патрульную машину. Её напарница даже не вышла. Это был первый случай, когда между ними возникал конфликт. Мария сидела в машине, упёршись лбом об боковое стекло, и никак не реагировала на Киру. Ей пришлось идти одной внутрь здания. Нет времени на выяснение отношений.

Переступив через порог, почувствовав неприятный запах. Пошла влево по узкому коридору, в конце которого увидела большое окно, которое освещало небольшую кухню. Под ним стоял маленький стол на двоих. Слева от дверей стояли плита, холодильник, небольшие тумбы. Вернулась назад, в небольшую прихожую, в которой находится двое межкомнатных дверей. Приоткрыв те двери, которые находились напротив входных, увидела тех девушек, лежавших по обе стороны двухспальной кровати, которая занимала большую часть этой комнаты. Подошла поближе, чтобы разглядеть. Они были прикрыты одеялом с ног до головы. Лицо было разбито до неузнаваемости. Их волосы окрашены цветом крови. Кира слышит как прогибается деревянный пол, у неё за спиной.

– Картина не из лучших. – Сказала Мария, стоя у дверного проёма. Она смотрела в спину напарнице, которая находилась в метре от кровати.

– Если бы я им поверила в тот вечер, этого бы не произошло. – Проговорила Кира сквозь слёзы, не оборачиваясь. – Теперь уже ничего не изменить.

– Пойдём на улицу. Хватит здесь торчать. Вызови лучше следственно-оперативную группу, от них будет больше толку, чем от твоих глупых рыданий.

– Спасибо за совет. Ты мне очень помогла. – Она чувствовала свои вину за смерть этих девушек. Считала что могла бы всё изменить тогда. Вышли на улицу, Мария отошла за несколько метров от патрульной машины и начала общаться с кем-то по телефону. Кира вызвала следственно-оперативную группу, рассказав о всех подробностях увиденного на месте происшествия. Ей с напарницей приказали оставаться на месте, и ждать следователя Орлова. Криминалистов с кинологами уже направили к ним. Следователь должен прибыть с Одессы, возможно с опозданием. Кира направилась к двум женщинам, которые продолжали стоять у ворот этого дома.

– Как долго вы находились в Одессе? – Спросила Кира.

– Около недели, но я точно не помню. – Ответила одна из женщин, протирая слёзы. – Я слышала ваш разговор по телефону. Мне не верится в то, что это случилось.

– Что вы можете рассказать о них? Это их дом?

– Нет, я не знала их хорошо, но и плохого сказать не могу. Всегда были отзывчивыми. Этот дом они снимали в бывшего нашего соседа, который выехал где-то пару лет назад во Львов.

– Вы замечали, чтобы к ним кто-нибудь приходил в гости?

– Приходили, они были где-то их возраста. Они выходные в субботу и воскресенье. Вот в эти дни к ним изредка наведывались гости. А в будни дни они всегда на работе допоздна. Приходили домой, когда уже стемнело.

– Между девушками и их гостями, возникали какие-нибудь конфликты?

– Я не наблюдала за ними или их гостями. Когда я выходила на улицу, тогда и могла их видеть. Может и возникали между ними неурядицы. Их посиделки мне казались спокойными, хоть это всё я наблюдала только издалека. Мы можем идти домой?

– Да. Вы можете идти. – Сказала Кира, обернувшись назад. В метре от неё, кто-то проехал на синей «мазде», и остановился позади машины патрульной полиции, припаркованной напротив дома, где было совершено преступление. С машины вышел молодой человек. Он был высокого роста, одет в спортивный костюм, в руке держал букет красных роз. К нему радостно подбежала Мария. После недолгих соприкосновений взглядами, он начал задавать ей вопросы о произошедшем здесь. Наверное расследование убийства его сестры ни к чему не приводит, и он хочет найти преступника в одиночку. – Подумала Кира, и перевела свой взгляд на дорогу, и обнаружила приближение машин полиции. Они приехали даже раньше чем ожидалось. Кинологи сразу взялись за свою работу. Патрульные взялись за опрос всех жителей по улице этого дома. Видимо им заранее дали указание. Из всей группы которая прибыла на место, Кира узнала только Викторию Билоус, которая приехала вместе с местными патрульными. Она была невысокого роста, прямые тёмные волосы, карие глаза и острый нос.

– Привет. Что здесь произошло? – Спросила Виктория.

– Привет. Я не знаю… несколько дней назад они были живы… сейчас мертвы…

– На тебе лица нет. Как себя чувствуешь?

– Всё в порядке. Все кто прибыл в группе, откуда они?

– Вся группа с Одессы… Твоя напарница лопнет от счастья… кто же её осчастливил?

– Она с ним познакомилась вовсе недавно. Он брат той девушки, которую зверски убили в Одессе, после дня рождения Марии. – Кира наблюдала за тем, как её подруга, уехала с места происшествия, даже не сообщив ей об этом.

– Ей здорово за это влетит от начальства. – Виктория работала в полиции Черноморска, и была очень хорошим криминалистом, и хорошо знала Киру с Марией. – Интересно, что на неё нашло?

– Не знаю…

– Ладно, мне пора. Ещё увидимся.

Вокруг дома усердно работают кинологи, в надежде зацепиться за след преступника. Кира присела в машину, и упёрлась головой об руль. Этот день для неё выдался в край тяжелым. Спустя пару часов, к дому подъехала машина патрульной. С неё вышли люди без формы. Один из них посмотрел в сторону девушки.

– Вы сержант Кравец? – К патрульной подошел высокий мужчина, лет тридцати, тёмные волосы. Постучал в боковое стекло машины. Кира его не знала, но догадывалась о том, кто это мог быть. Она всего лишь кивнула ему головой. Он в спешке прошел на другую сторону машины, сел на пассажирское кресло, и ни слова не проронил в её сторону. Только начал листать какие-то бумаги, и перелистывать фото. – Где ваша напарница? Мне больше она нужна, а не вы. Почему её нет рядом с вами?

– Она уехала…

– Я просил вас обоих остаться. – Перебил Орлов. Он выглядел рассерженным, и в то же время сильно усталым. Позвонил начальнику Черноморской полиции, разузнать о Марии. Она подала заявление на увольнение. Это ещё больше взбесило Орлова. – Что происходит с Марией Устиной?

– Мария познакомилась с парнем, и он пригласил её после пересменки сегодня в дорогой ресторан. Но я приняла вызов, и мы приехали сюда. Обиделась на меня. Позже тот парень подъехал к ней. Они здесь долго разговаривали, а позже посадил её в машину, и уехали…

– Имя у этого парня есть?

– Его имя Олег. Олег Саенко.

– Как они познакомились? Кто первый начал знакомство?

– Он написал ей первым, в фейсбуке. Вы кого-то из них подозреваете?

– Между убийством Елены, и этими двумя девушками есть связь, а какая именно – сообщить не могу. Но в каждом из этих убийств, вы были последними кто их мог видеть.

– После общения с Еленой, Мария села ко мне в такси, и мы уехали домой. Сразу же после того как отметили день рождения. Елена говорила что едет на очередную подработку, и мы не стали интересоваться куда именно она поехала. Если эти убийства и схожи между собой, то я не знаю как это понимать.

– А с этими девушками?

– Это я во всём виновата. Мы приезжали на вызов к ним прошлую ночь. Они были напуганы. Одна из них утверждала, что видела в темноте кого-то возле подвала. Я спустилась туда, но никого не обнаружила, кроме облезлого дворняги. Мы все подумали что её напугал собака. Если бы я ей поверила, то они были бы живы. Сегодня по пути на пересмену, я услышала, что по их адресу кто-то вызвал полицию. И я отреагировала… нас ждали их соседи. Зайдя в дом я увидела их мёртвыми.

– Не стоит себя винить. Если в их дворе кто-то и был, то вряд ли бы он ушёл от них далеко. А если бы и ушел… то возможно бы вернулся к ним, спустя какое-то время.

– Моя напарница полностью обошла всю территорию вокруг дома. Там она никого не обнаружила. – Сказала Кира, перебив следователя.

– Вы заходили в дом?

– Нет. Проверили только подвал, и во дворе…

– Тем вечером в кафе, перед убийством Елены, вам кто-то бросился в глаза? Может кто-нибудь к ней приставал или просто поглядывал в сторону вашей компании.

– Там было много семейных пар, с детьми. Вряд ли бы они…

– По вашему убийца должен быть не женатым, без детей, и ходить с топором?

– Я этого не говорила, но он не может быть обычным человеком, ходить ежедневно на роботу, и улаживать спать детей как ни в чём не бывало. Он явно какой-то бывший уголовник.

– Здесь вы не правы. Убийца может быть кем угодно. Подумайте ещё немного, может что-нибудь и припомните. Вы можете быть свободны, и поговорите с Марией. Удачи вам сержант Кравец!

Дмитрий вышел с машины и направился к месту происшествия. Кира ничего не проговорила ему в ответ, лишь подняла его визитку, которую он оставил на сидении. Призадумалась о Марии с Олегом. Начала сомневаться в том, всё ли она знает о своей подруге, которая действовала в своих личных интересах при исполнении своих обязанностей, и не стала прикрывать ей спину. Это не могло не расстраивать. И всё бы хорошо, если бы её новый друг, не был братом убитой девушки фотографа. Эти мысли не дают ей покоя. Она едет в отделение полиции.

– Вы с опозданием прибыли. – Сказала Крайванова, увидев Дмитрия у двери той комнаты, где нашли два трупа. Рядом с ней, продолжала свою работу судмедэксперт.

– Так получилось… рассказывайте. – Сказал Бойко, став в самый угол комнаты, и кинул взгляд на Орлова.

– Теперь мы можем предполагать, что убийца Елены Саенко и этих двух девушек, – один и тот же. Разбитая голова, нет никаких признаков изнасилования или грабежа. Они лежали укрыты одеялом с ног до головы. Под одеялом на груди, лежал точно такой же кулон как у Елены. Убиты в кровати.

– Орудие убийства? – Спросил Орлов.

– Судя по травмам в области головы, использовался тяжёлый металлический предмет. Но никаких орудий убийства мы не смогли обнаружить на месте происшествия.

– Значит с их дому ничего не унесли? – Удивился Бойко.

– Их деньги лежали в тумбе, у кровати… то же самое с украшениями.

– В других комнатах проверяли? – Перебил Орлов.

– Да! Но мы так поняли, что девушки не ходили в обуви по дому. У гостиной лежали несколько пар комнатных тапочек, и их подошва чистая. Пол везде был бы чист, если бы не посторонние. След сбоку кровати, видите? След грязный… и ведёт прямиком от дверей дома к их спальне.

– Следы взлома на двери? – Спросил Орлов.

– Никаких следов взлома не было. – Неуверенно проговорила эксперт.

– Значит кто-то вошел через открытую входную дверь, и забил их до смерти, среди ночи, в их же кровати? – Переспросил Бойко.

– К сожалению это так. Извините нам нужно продолжить работу. Как что узнаю, то сразу же сообщу вам об этом.

Орлов вышел на улицу, остановившись у входной двери. В нескольких метрах стоит кинолог с немецким овчаром.

– Что-нибудь обнаружили? – Спросил следователь, подойдя ближе к кинологу.

– В метрах двухсот от этого места, на обочине трассы, замечен след от протектора шин, возможно легковой машины. Водитель остановился в том месте. Были замечены следы обуви в направлении этого дома, и вокруг территории.

– Как будто он за ними следил, перед тем как напасть?

– Скорее всего что да. Мы все данные занесли в протокол, вместе с криминалистами, для дальнейшей экспертизы.

– Вы нам очень помогли. Спасибо.

Дмитрий выглядит напряженно. Ему больше всего хотелось по приезду на место преступления, чтобы все эти предостережения, о том что в Одессе мог появиться серийный убийца, оказались только догадками. Кто-то оставлял странный кулон на теле своих жертв. Ему позвонила Крайванова как раз в то время, когда он заканчивал составлять протокол: на фоне бытовой ссоры, выпивании спиртных напитков, сегодня произошло убийство в пригороде Одессы. Муж признался в том, что он под действием алкоголя не контролировал своих действий, и избил жену, после чего она умерла. Проснулся утром от жуткого детского крика, и выбежал в гостиную. Теперь дети останутся сиротами.

Оставался незакрытым вопрос в деле об убийстве Елены Саенко. Не были до конца понятны мотивы убийцы. Возможно он убивал ради удовольствия, безжалостно, и беспричинно. Стоял вопрос о его потребностях. Орлов направился к машине. На улице темно, у ограждения собрались соседи, журналисты, и те кто просто пришел посмотреть от любопытства. Единственное с кем он не хотел общения сейчас, так это журналисты. Ему было нечего сообщить им.

В машине патрульной полиции Дмитрий забыл свой телефон, который беззаботно лежал на пассажирском переднем сидении. На нем несколько пропущенных звонков от неизвестного номера.

– Вы звонили мне на мой номер. – Сказал Орлов.

– Извините, вы говорили позвонить если что случится. Кира Кравец, помните? Я волнуюсь за Марию, она странно себя ведёт, и очень сильно изменилась за последние дни, после знакомства с Олегом Саенко.

– Что именно вас тревожит?

– Мария собрала вещи, и уехала к нему в Одессу. Они ведь знакомы всего-то неделю. Я волнуюсь за неё. Она меня не слышит. Вчера мы были лучшими подругами, а сегодня я для неё хуже чем враг. Её не узнать.

– Вы позвонили рассказать мне о том, что ваша подруга вас не слушается?

– Мне некому больше звонить. Кроме Марии у меня никого больше нет. Этот Олег ведёт себя очень подозрительно. Зачем было писать девушке, которая видела последней его сестру живой. Я мало верю в совпадения.

– Я вас услышал, постарайтесь успокоиться. Ей вряд ли может грозить опасность сегодня.

– Вы правда так считаете?

– Да! Но в любом случаи, завтра я их допрошу в областном отделении полиции.

– Вы же не думаете, что она могла быть причастна к этому убийству?

– Здесь нечего думать. Время покажет. Составили протокол сегодня по месту прибытия?

– Да, я составила протокол. В полицию позвонили их соседи, они дали показания.

– И что же они вам рассказали?

– Никого из них не было дома. Соседи только возвращались с Одессы от родственников, проезжали мимо дома этих девушек, и заметили их входную дверь открытой. Поскольку сегодня четверг – они должны были быть на работе. Это и заставило их призадуматься что произошло ограбление. Но они не заходили в дом.

– Что ещё они вам сказали? К ним кто-то приходил?

– Были гости, но редко.

– Ссоры, конфликты между ними?

– Она не знает, и говорила неуверенно.

– Вы не думали о небольшом отпуске? Давно вы отдыхали от службы?

– Я не хочу сидеть в доме, мне спокойнее на работе. Почему вы спросили?

– Я вас наберу завтра. Подумайте об недельном отпуске.

Глава 4 Девушка с кулоном

30 ноября 2019

Этим утром Орлов поднял архив. Начал изучать старые дела связанные с убийствами, которые могли быть хоть капельку похожи. На рабочем столе добавилось бумаг. С самого утра, у него был неприятный разговор с начальником. Виктор Попов недоволен его пропусками собраний в управлении. Все бумаги Орлов передает Крайвановой, или своими коллегами, но никогда не делится информацией напрямую. По этим причинам, на него забрасывали спорные дела, которые другие боялись брать на себя.

В Следственное управление забежали Мария Устина и Олег Саенко, им уже доложили, что следователь хочет их допросить. Их поведение заслуживало внимания. Его отца в этом городе очень хорошо знали, и уважали. Они вошли громко хлопнув входной дверью. До того как зайти в кабинет Орлова, они успели попортить нервы охране.

– Вы считаете что это я убил свою сестру? – Олег не контролировал эмоций, и не боялся их показывать.

– Присядьте пожалуйста. – Орлов выказывал спокойствие. У него был скромный кабинет на восемь квадратных метров. Напротив входной двери стоял письменный стол, беспорядочно заваленный нераскрытыми делами. Справа от двери находилось большое окно, которое ему открывало вид во двор соседской пятиэтажки. Он стоял у окна, спиной к гостям, и наблюдал с второго этажа за прохожими, – у меня не вышло с вами пообщаться при нормальных обстоятельствах. Я хотел задать вам несколько вопросов о вашей сестре.

– Что именно вы хотите спросить? Я слышал о том что убийца, который убил тех двоих девушек вчера, и мою сестру – один и тот же.

– Хотите записаться в детективы? Вы всё правильно слышали, и если сравнять эти два убийства, то почерк их практически одинаковый.

– Вы ничего не сделали для поимки преступника, и он убил снова. Видели что писали в местных газетах? Ваше Следственное управление ничего не сможет сделать. Он убьет снова.

– Если бы расследование развивалось быстрее от слов прессы, то я бы начал читать газеты. Видите этот завал бумаг на моем столе? Половина из них, данные экспертиз по этим двум убийствам, а также протоколы составленные при опросе соседей и случайных прохожих. Здесь также лежат дела связанные с убийствами, которые происходили с нанесением тяжелых телесных повреждений без применения огнестрельного оружия.

– И что вы хотите мне сказать? То что убить мою сестру мог только её родной брат?

– Нет! Я этого не говорил. Если бы вы успокоились было бы легче всем…

– Тогда что?

– Наше мнение сводилось к тому, что убийца вашей сестры кто-то из её окружения. Кто бы хотел быть рядом с ней, но долго терпел неудачу. Иначе зачем бы он положил тот любовный кулон, который лежал у неё на груди. Мы пересмотрели всех кто мог быть в близости с ней или с ней враждовал. Но она как ангел. Ни с кем не ссорилась, не было серьёзных конфликтов. К ней никто не приставал в университете. Она была карьеристкой, и мало общалась с кем-либо. Мы просматривали этот вариант, пока не произошло второе убийство. Те две девушки, которые жили на краю Черноморска, никак не связаны с Еленой, при том что оба этих убийства отличить друг от друга трудно. Я вчера разговаривал с вашей напарницей, – Орлов перевёл взгляд на Марию, – она дождалась моего приезда, но вы уехали. При чём с братом, одной из потерпевших девушек от рук серийного убийцы.

– Зачем вы это говорите? Я находилась в одной квартире с напарницей, в Черноморску. Можете у неё спросить. Она всё подтвердит, – Мария сквозь эмоции пыталась доказать следователю свою невиновность. – Олег мне написал первым, и он мне понравился. Почему все мешаются в мою личную жизнь?

– Мне хочется верить, что это просто нелепое совпадение, которые изредка случаются. Мне нечего вам предъявить. Вы составили протокол после вызова, обыскали подвал, обошли территорию дома, и ничего не нашли, кроме испуганного пса. На следующий день их нашли мёртвыми. Судмедэксперт сообщил что они были убиты приблизительно около дня назад. Именно тогда, когда вы были на месте вызова с напарницей, или после того, как вы оттуда уехали.

– Мы уехали сразу же после того, как составили протокол. – Сказала Мария.

– Вам наверное не на кого уже свалить эти убийства. – Сказал Олег. – Это всего лишь случайность. И если бы вы занимались делом, то давно бы словили убийцу, не допустив новых жертв.

– Вы говорили что Елена никогда не носила украшения. Как вы считаете, зачем убийца положил этот кулон вашей сестре после убийства? – Орлов дал Олегу лист бумаги, на котором изображен кулон лежавший на теле его сестры. Мария приглянувшись к этому снимку призадумалась, чем и привлекла к себе внимание следователя. – Вам эта безделушка знакома?

– Точно такой же я видела в Киры. Он ей кажись от мамы достался. Показывала его мне, но никогда его не носит из-за каких-то детских обид на родителей. Но она всегда была рядом со мной в то время, когда происходили эти убийства.

– Ты мне никогда не говорила об этом! – Произнёс на нервах Саенко.

– Потому что я никогда не видела того кулона, который проходит по этому делу. – Они начали скандалить. Мария выглядела встревожено. Олег показывал настоящий свой характер. Почему-то всегда так… трудно рассмотреть душу человека с первого взгляда, общения. Лишь со временем люди дают понять во что ты влип, общаясь с ними.

– Сядьте! – Крикнул вскрикнул Орлов. – Я поговорю с Кирой… где я могу её найти?

– Я дам вам её адрес в Черноморску. – Мария посмотрела в сторону Олега, и вырвала чистый лист бумаги со своего блокнота, и начала писать адрес Киры.

– Я сегодня поеду к ней, и поговорю. Попрошу не принимать никаких действий с вашей стороны. Я понимаю, что погибла ваша сестра. Но то что у неё похожий кулон, ещё не делает её обвиняемой. Не делайте глупостей. Поезжайте домой.

– Но если это она, я её сам пристрелю! – Олег выбежал с кабинета следователя в своей манере, громко хлопнув дверью, при том что Мария не успела выйти следом за ним. Девушка не стала открывать сразу дверь, обернувшись назад посмотрела на Орлова. Он смотрел задумчиво ей в глаза. Им можно было и не говорить вслух. Она после недолгой паузы ушла вслед за ним, тихо закрыв за собой дверь.

Следователь попытался дозвониться к Кире, но она не отвечала на звонок. Позвонив в отделение полиции города Черноморск, ему сказали, что она взяла пару дней выходных. Хотя изначально хотела подавать заявление на увольнение, но ей отказали. Действия девушки наводили на мысль о её причастности к убийствам, но если это так, то Мария соучастница. Они снимают одно жилье, и работают вместе, и последними видели тех девушек. Орлов взял на столе папку с бумагами, и вышел с кабинета. Он собрался ехать в Черноморск, разыскать Киру. Эти кулоны продаются на каждом рынке, в каждом углу. И не факт что она причастна хоть как-нибудь к этим убийствам. Но в порыве гнева, Саенко мог совершить самосуд. Чего следователь и опасался.

На часах десять утра. Последний день осени. Улицы покрыл дождь. И если бы не минусовая погода, машины на дорогах Одессы купались бы в грязи. Орлов подошел к своей легковой, припаркованной рядом с управлением. Этот «Ниссан санни» был старше него на года. Но это не было для него помехой. После того, как его жена умерла от рака лёгких – он потерял интерес к жизни, и спустя только долгое время смог смириться с потерей. Больно жить, когда знаешь что самый дорогой тебе человек болен, и его не спасти. Он любил её, но то что произошло в его жизни – уже не исправить.

«Ничто не сравниться с тишиной… Когда вокруг ни души, и ты стоишь одна у берега. Беспокойные волны пытаются преодолеть тонкую грань, чтобы прикоснуться к тебе, нарушить твой покой. Стоит ли соблюдать эту дистанцию? Может не нужно прятаться в безмерном спокойствии, в вечных попытках уединиться с тишиной, чтобы забыть прошлое? Может стоит сделать шаг вперед, запачкать ноги, а там будь что будет? В постоянных воспоминаниях, и поисках справедливости – трудно не свихнуться.»

– Неудачное выбрали время для загара. – Кира обернулась, к ней подошел мужчина лет тридцати, высокого роста, тёмные волосы. Одет в классический белый костюм, поверх которого – парка оливкового цвета. Его туфли были полностью испачканы морским песком. Для неё он показался причудливым. Здесь редко кто из местных так одевался. А как для туриста, то он приехал слишком поздно. Она повернулась к нему спиной. – Меня зовут Виктор. Я здесь только недавно обосновался. Вы местная?

– Да. Но вы не похожи на местного. Что вас сюда привело?

– Я работаю менеджером. Сегодня утром приехал чтобы заснять на камеру восход солнца над морем… здесь очень хороший вид. По прогнозу сегодня должно быть солнечно, но прогноз погоды у синоптиков вышел неудачно. Это моё небольшое хобби. Вы здесь работаете неподалеку?

– Я работаю в полиции.

– Ловите злостных преступников?

– Да… выписывая им штрафы за парковку.

– Вы не назвали своего имени. Это тайна? – Он пытался ей понравится, но она даже не смотрела на него. Всё время прятала взгляд, оборачиваясь по сторонам. Виктор подумывал о том, что ей не комфортно находится рядом с ним. Как будто она хотела сбежать. – Рад был познакомиться. – Он начал идти в сторону берега, но остановился в метрах пятнадцати от неё, когда услышал её голос.

– Меня зовут Кира. – Она сказала это еле слышным тоном, так чтобы он услышал. И продолжала смотреть на море ещё около минуты. Когда обернулась, то увидела его снова. Он не уходил. Лишь всё это время наблюдал за ней издалека. Подошла к нему. – Следите за мной?

– Я хотел вас угостить кофе, если вы не против?

– Нет, мне нужно идти домой. Много работы, и в доме полный бардак.

– Мне тоже нужно прибрать после себя в доме… здесь неподалёку есть кафе, может

передумаете?

– Мне намного больше убирать после себя, поверьте на слово. Может в другой раз… и только не сегодня! Но вы можете провести меня домой.

– Я буду рад составить вам компанию. Пойдёмте, а то я уже немного замёрз в туфлях.

– Классные туфли! Пляжные?

– Да, в них очень хорошо ходить по песку. Особенно в холодную морозную погоду. Вы далеко живёте?

– В трёхстах метрах от этого места, мой дом самый крайний по улице.

– Так мы соседи с вами? – Спросил Виктор

– Вы купили тот старый большой дом у въезда в посёлок?

– Да. Я вот недавно только переехал. Так что мы с вами почти соседи. – Расстояние между домом Киры и Виктора около сотни метров. В том старом доме давно никто не жил, после смерти его владельца.

– Никогда не думала что это место так популярно. Почему Санжейка?

– Здесь спокойнее, уютней. Мне захотелось тишины. В Одессе слишком шумно. Всё время люди куда-то торопятся, бегут, чтобы не опоздать. Точно так же как и мы сейчас.

– Я вам говорила заранее что тороплюсь. Сами предложили провести меня к дому. Теперь мучайтесь. Мы почти на месте, ещё несколько метров.

– У вас есть чувство юмора. Несмотря на то, что вы ни разу не засмеялись.

– Странно! …Да?

– Извините. Я не хотел вас этим обидеть.

– Вы и не обидели. Мы пришли, и вот мой дом.

– У вас красивый дом. – Они остановились у самого порога дома Киры, он смотрит как она долгое время не может открыть замок. – Что-то с дверьми?

– Сегодня утром мне поставили новый замок. Немного заедает… вот и открыла. – Она стоит возле двери, и впервые задержала взгляд на своём собеседнике за долгое время. – Спасибо что провели.

– Можно ваш номер телефона? – Ничего не ответив, она не торопясь вошла в дом. Он немного нервно отреагировал на такое поведение девушки. Ему казалось что она очень высокомерно себя ведёт по отношению к нему. Открыв двери, даже не глянула в его сторону, и ничего не сказала. Готов был уже уходить, но спустя несколько секунд услышал лёгкий скрип двери. Стоя на пороге, она протянула ему кусочек белой бумаги. – Можно вас набрать вечером?

– Я буду занята сегодня.

– Хорошо… тогда я вас завтра в обед наберу.

– Я пойду в дом. Пока!

– Хорошего вечера! – Он был достаточно легко одет. В этих его туфлях можно было спокойно пойти на свадьбу, вечеринку, где-то ранними весенними вечерами. Но никак не на пляж в последний день осени. То что он замёрз, можно было увидеть по его красным щекам, и наблюдая за его постукиванием зубами. Он ушёл, подождав пока Кира войдёт в дом. Она понравилась ему, но он не смог увидеть взаимности.

Сегодня утром она успела немного приубраться в доме. Осталась комната родителей. Так много воспоминаний, и так много грусти, можно было разглядеть в её взгляде, когда она открыла двери этой комнаты. Паутина по всем углам, пыль, раскиданные вещи по всему полу – не стали для неё неожиданностью. Большую часть комнаты занимала кровать, стоявшая в левом углу комнаты. Справа от кровати – небольшой комод. Она сложила всю одежду в комод, при этом заметила старые фотографии её родителей, лежавшие прикрытые другими вещами на полу. Сидя на полуразваленной старой кровати, она рассматривала снимки. Но себя там не находила. Это были фотографии её отца. Она хоть и не сразу, но смогла разглядеть черты лица малого мальчика на фото. Он сидел в метре от своих родителей, которые счастливо обнимались и ни чуть не смотрели в его сторону. Таких фото было много. Она ничего не знала о своём отце. Была маленькая когда он ушёл. Да и мама не хотела разговаривать на тему прошлого, не сложившегося брака. Аккуратно сложив фото в небольшую черную папку, которая лежала неподалёку этих фото, она положила их на комод. В этот момент она услышала шум двигателя, рядом с её домом. Кто-то посигналил. Ближайшие соседи были в двадцати метрах от неё. Но только кто мог приехать – было загадкой, так как она никого не ждала.

Перед тем как выйти, она приостановилась у порога. Увидела легковую машину, возле которой стоял Орлов, держа в правой руке какие-то бумаги.

– Здравствуйте. Всё таки послушались меня, и взяли себе небольшой отпуск? – спросил Орлов, продолжая стоять у машины.

– Да. Нужно навести порядок в доме родителей. – Она подошла к нему. Следователь смотрел на неё немного с недоверием, и ей было не по себе от этого.

– Я думал найти вас на рабочем месте, но там мне сказали, что вы ещё вчера попросили о небольшом отпуске на пару дней. Мария сообщила где вас искать. Часто наведываетесь в родительский дом?

– Нет, не часто. Вы ехали в такую даль, чтобы спросить меня об этом?

– Нет! Мне нужно с вами поговорить… здесь немного холодно, может пригласите в дом?

– Да. Но только вот в доме такая же холодина, как и на улице. В этом доме давно никто не платил за коммуналку. Газовая плита, и та работает от рядом стоящего баллона с газом.

– Как же вы будете ночевать в этом доме? – С удивлением спросил Орлов.

– В доме есть небольшой камин, но я боюсь его использовать. Думаю под тремя одеялами холодно не будет. А если замёрзну, то возьму ещё одно. Пойдёмте в дом, но только не пугайтесь. Я не успела полностью убраться.

– У меня в квартире постоянный беспорядок, так что меня не испугать толстым слоем пыли на диване, и тем более раскиданными вещами по всем углам комнаты. Видимо недавно меняли замок? – Орлов приоткрыл входную дверь, и заметил следы царапин и вмятин на старых деревянных дверях.

– Да. Чем вы так удивлены? Никогда не меняли замок на входной двери своей квартиры?

– Нет, не приходилось. – Зайдя в дом, он рассматривал небольшую прихожую, в которой был очень грязный пол. Среди следов кроссовок Киры, можно разглядеть следы детской обуви. При чём кто-то несколько раз испачкал обои вблизи дверей, которые вели на кухню с прихожей, оставив там следы грязной подошвы. – У вас были гости?

– Кто-то пробрался в дом, мне не хватит и двух дней, чтобы здесь полностью прибраться.

– Что-нибудь украли?

– Нет, но зато раскидали вещи по всему дому, попортили мебель. Я не успела помыть пол, воды в доме нету. Как раз собиралась идти за водой в магазин, но тут вы подъехали.

– Наверное, было бы легче его продать, и эти деньги потратить на себя. Зачем вам нужен дом без каких-либо удобств?

– Наверное, но вот только дом мне не принадлежит. Отец уехал от нас. Мне тогда лет семь исполнилось, а может и меньше. Позже он несколько раз ещё наведывался к нам. Но на этом всё закончилось. И больше его никогда не видела. Дом принадлежит ему, но мне бы не хотелось, чтобы здесь было грязно. Поэтому изредка приезжаю сюда, чтобы прибраться. Давайте оставим тему этого дома, моих родителей. Вы меня задеваете своими вопросами. – Кира становилась нервной. Она видела поведение следователя достаточно странным, как будто он что-нибудь скрывал от неё. – Зачем вы приехали?

– У меня был неприятный разговор с вашей подругой, и её другом. – Орлов начал ходить с комнаты в комнату, всматриваясь в каждую деталь. Кира мелкими шагами ходила за ним следом.

– Так вы приехали пожаловаться мне? Могли бы просто позвонить…

– Может вы перестанете паясничать, и всем от этого станет легче?

– Хорошо.. извините. А вы перестаньте вымазывать пол, и мне от этого станет легче. Теперь нужно весь пол мыть заново. Что вы хотите увидеть в моём доме?

– Простите. – Орлов и не заметил, как оставил после себя следы грязных ботинок по всему дому, когда рассматривал дом Киры. Она бросала на него свой недоверчивый, задумчивый взгляд, пытаясь понять суть его приезда к ней. Она всё больше становилась раздраженной, неуправляемой. – Мария с Олегом ворвались в мой кабинет сегодня утром. Ваша подруга была более спокойна, в отличии от него. Много вопросов… почему хотели уволиться с работы?

– Я не удержалась… мне не по себе, от того что я чуть ли не главная подозреваемая. Мария не разговаривает со мной, и у меня теперь больше никого нет. На работе мне сказали что обзавёлся серийный убийца. Мой начальник заставил писать рапорт… хотел что бы я всё ему рассказала. Как будто ждал от меня рассказов о какой-то тайне.

– Да, между этими убийствами есть много общего в почерке, но нет пока ни одного человека, который бы мог знать и Елену, и этих двух девушек. Конечно кроме вас с Марией. Вы обе видели их последними.

– Я вам уже сообщила всё что знаю. – Перебила Кира. – Что вы ещё хотите услышать?

– Те девушки… как они себя вели, когда вы приехали к ним?

– Когда вышла с патрульной машины, одна из них меня встретила у ворот. Она была напугана. Говорила что в подвале кто-то есть.

– Она видела что кто-то спустился в подвал?

– Нет. Она сказала что видела силуэт человека возле двери подвала. К чему вы клоните? Это просто совпадения, и я знаю что всё могло быть совершенно по другому, если бы я не сглупила, и не поверила в то, что это был просто пёс. – Её глаза слезились, она разговаривала дрожащим неразборчивым голосом. Следователь впервые за время их общения, почувствовал себя неловко.

– Уже поздно думать о том чего не изменить. Постарайтесь успокоиться. Я не делаю вас виновной. Та девушка была сильно напугана? Можете припомнить её слова подробно?

– Да! Она была сильно напуганной, и всё время доказывала своей подруге обратное, что это был не пёс. Больше я ничего не помню. Мы сели в машину и уехали, когда она пошла в дом.

– А её подруга?

– Она ушла намного раньше от нас. Сильно хотела спать. Я с ней практически не общалась. Мария стояла рядом с ними возле подвала, после того как обошла всю территорию вокруг дома. Я их увидела как только проверила этот подвал.

– Она обошла весь двор быстрее чем вы проверили подвал? – Удивился Орлов.

– Я не считала сколько времени ушло на то, чтобы спуститься в этот подвал. Время тогда замедлилось для меня. Там было темно. Спускаясь под землю, я всё ждала кого-нибудь увидеть в этой темноте. Но там была всего лишь маленькая дворняга.

– Она не могла осмотреть двор за такое короткое время. – Орлов призадумался, для него это выглядело странным. Мария утверждала что достаточно хорошо проверила местность, и ничего не обнаружила. – Посмотрите на это фото. Что вы видите на нём?

– Кулон в форме сердца. – Кира всмотрелась в рисунок на листе бумаги. – У моей мамы был точно такой же, и я до сих пор храню его.

– Зачем вы его храните?

– Моя мама умерла. У неё был рак лёгких. Это единственное напоминание о матери. Но я никогда не видела, чтобы она его одевала.

– Видно у вас были очень хорошие отношения с мамой.

– Нет. Мы с ней редко общались. Она уставала после работы, приходила поздно домой. И если можно, то я бы не хотела обсуждать с вами своё прошлое. Думаю такой кулон можно купить на каждом углу рынка. Особенно в виде сердца. Это самый романтичный подарок для каждой девушки. Хотя во вкусах сойтись трудно.

– Этот кулон мы находили на телах убитых девушек. Кто-то специально клал им его на грудь, после убийства. Это во многом и склоняет к мысли о серийных убийствах. Я сегодня показывал это фото вашей бывшей напарнице. Она сказала что видела такой же кулон у вас. Вы его часто одеваете?

– Я не одеваю его. Лишь ношу с собой. Я уже всё рассказала вам что знаю, и мне больше нечего вам ответить. Такой кулон может быть ещё у сотни человек в ближайшей округе. Вы намекаете на мою причастность к этим убийствам из-за того, что у меня есть такой же кулон?

– Зачем он это делает? – Орлов в ответ промолчал на её вопрос, лишь снова задал вопрос.

– Что именно? – Переспросила Кира, немного удивившись.

– Зачем класть эту безделушку на труп? Что этим можно сказать?

– Может какой-то религиозный фанатик или психопат. Такой подарок дарят в знак любви. Я не имею малейшего понятия, зачем класть его на тело убитой девушки. Моя голова забита другим хламом.

Раздался звонок мобильного. Орлов достал телефон с кармана своей куртки, и вышел на улицу. Кира вышла за ним, и стала у порога. Закрыла дверь. Его телефонный разговор длился всего-то несколько минут. После чего он снова к ней подошёл.

– В доме холодно, нет воды, электричества. Вам не будет страшно спать в этом доме?

– Я не умру… можете за меня не беспокоиться.

– В следующий раз вызовите оперативников. При таких следах, которые оставили ваши гости, они быстро их схватят. Мне нужно ехать, и если хотите могу подвезти в Черноморск. В вашей съемной квартире будет теплее ночевать, чем здесь.

– Спасибо, но мне нужно закончить с уборкой.

– Как знаете. – Сказал Орлов, и направился к своей машине. Когда он обернулся, то увидел что она уже вошла в дом. Орлов сел в машину и уехал. Кира в этот момент наблюдала за ним из окна. После их общения, она чувствовала себя истощенно. Это был не самый приятный разговор. Но она вела себя в общении с ним открыто, что ей и не давало покоя. Этот барьер её замкнутости в себе, редко кто мог преодолеть.

Уже стемнело. Стрелка часов показывала без пяти семь вечера. Орлов приехал в Одессу, где по улице Платанова, полицейские нашли тело молодой студентки в колодези. Когда он находился в Санжейке, ему позвонил Бойко, и попросил приехать посмотреть. Он вышел из машины, и направился к начальнику полиции, который стоял неподалёку невысокого, старого, деревянного ограждения со стороны дороги.

– Вы достаточно быстро приехали. – Сказал Бойко. – Наверное выжали последнее со своей древней машины.

– Нет! Вы так ничего и не сказали по телефону. Есть какое-то сходство с теми серийными убийствами? – Орлов подошёл к нему. Он был очень усталым, хотя для его дурацких шуток, ему не нужно было много энергии.

– Обнаружили тело убитой ещё в обед, но поскольку здесь работал ваш коллега Платов, то мы не стали вас тревожить. Никакого сходства нет. Это подтвердилось, когда подняли её труп с колодезя. Парень поссорился со своей девушкой, после чего нанёс ей тяжелые травмы теми предметами, которые ему попались под руку в его гараже, где они и поскандалили. Ужасное зрелище, на ней живого места нет. Знаете, я немного утомился этими убийствами. Порой мотивы некоторых преступлений напоминают детские обиды.

– И какие же детские обиды преследовали этого парня? – Перебил Бойка следователь.

– Она хотела расстаться с ним, и забрать свои вещи, которые она оставила у него прошлую ночь, но он отказался отдавать ей эти шмотки. С этого начался скандал ещё больше. Мы проверили его. Он не был пьян, и тем более не был под воздействием наркотиков. Ему только хотелось, чтобы она любила его. Он желал этого при том, что ей этого было не нужно. Дети точно так же купаются в желаниях, и делают неосознанные поступки для достижения своих целей. Вы себя помните в детстве? Наверняка совали ногами в детских магазинах игрушек, когда мама вас пыталась увести домой.

– Как их зовут? Он не рассказывал почему она хотела бросить его?

– Павел, а её звали Наташа. Это всё произошло сегодня утром, если полностью верить его словам. Мне показалось что он сам ещё не понимал что наделал. Она начала оскорблять его, но он не стал рассказывать о том, что именно она ему говорила. У него сдали нервы. Через время он сам вызвал полицию, но перед этим выбросил труп в колодезь. Соседи в свою очередь, так же позвонили в полицию, когда увидели как он тащит окровавленное тело девушки в колодезь. Теперь ему грозит немалый строк за решеткой.

– Вы меня просили приехать, чтобы рассказать об этом? – Спросил Орлов, – у меня такими делами весь стол заваленный. Вам ещё повезло что парень сам раскаялся.

– Знаете, ей бы исполнилось девятнадцать через полторы недели. Он раскаялся. Вот только перед этим живого места на ней не оставил. А ведь они встречались около двух лет. Их родители до сих пор не верят всему этому. Ранее в их страницах соцсетей куча новых фото, где они влюблены в друг друга. Теперь… Она было сокурсницей Елены Саенко. Но о самих взаимоотношениях Елены и Наташи, я ничего сказать не могу. Поскольку они учились в разных группах. К тому же Елена больше думала о деньгах, нежели о посиделках с друзьями. Мы спрашивали о Елене в этого парня, он её не знает, или быть может притворяется что не знает. Нужно будет опросить в их сокурсников.

– Думаете это может быть как-то связано? – Орлов призадумался, но в тоже время не спешил с выводами.

– Думаю всё проясниться после ещё нескольких экспертиз, а пока что трудно сказать. По отпечаткам пальцев можно сказать о его непричастности к тем убийствам. Да и того странного кулона нигде не обнаружили. Мне хотелось бы верить, что в скором времени нам удастся зацепиться за того психопата. Но этот псих, и тот кого вы ловите – разные люди, хоть их людьми сложно назвать. Если что-нибудь узнаю, сообщу немедленно.

– Что с орудием убийства? Он признался в том как он её убил?

– Монтировка, большой трубный ключ, и ещё несколько более мелких предметов, которыми он в неё бросал. Он сказал, что не заметил как она умерла. Что всё произошло достаточно быстро. Девушка стояла возле его машины, он нанёс несколько ударов в область груди, после чего ненадолго остановился. Но его самолюбие снова обидели, и он не удержался. Мне трудно об этом говорить. Попросите копию протокола у своего коллеги следователя. Я чуть слезу не пустил, когда смотрел как вытаскивали эту беднягу со дна колодезя. Наверное мне пора на пенсию.

– Я буду скучать за вашим необычным юмором. Может ещё подождёте немного с уходом с полиции?

– Сколько вам Орлов? Тридцать с лишним? А мне уже вскоре пятьдесят лет, буду отмечать юбилей. Возможно и вас позову, если не будете издеваться над моим тонким чувством юмора. Вам бы не помешало иногда улыбаться. Подвезите меня к отделению, заодно обсудим детали тех двух убийств.

Они не успели сесть в машину следователя Орлова, как у Бойка зазвонил телефон. Пол пути по дороге в отделение, они слушали его жену, которая рассказала ему новость получше тех, что ему приходилось слышать каждый день в полиции. Сегодня его дочь родила ему внука.

– Поздравляю. – Сказал Орлов, не успев его собеседник опустить телефон, – теперь вы стали дедом.

– Вот уже как четыре года прошло с тех пор, как меня начали называть дедом. Вам бы кстати не помешало обзавестись семьей… знаю что вы потеряли жену, но время не стоит на месте. Не боитесь остаться одни?

– Мне так никто и не сообщил о результатах опроса соседей этих девушек, – Орлов в который раз избегал разговоров о своей личной жизни, каждый раз делая вид, словно никого не слышит, – что-нибудь разузнали?

– Почему вы перевели тему? Опрос соседей ничего не дал. Опросили каждый дом по той улице.

– По месту работы?

– В кафе, где они работали, нам сообщили что видели как к ним приставали пьяные посетители. Личность каждого из них устанавливается. Но только вот жаль, что их видео наблюдение не захватывает каждый угол их заведения. Из-за этого мы можем что-нибудь упустить.

– Не может он провалится сквозь землю. Кинологи обнаружили след его машины на обочине дороги. Эксперты проверяют след шин, и вскоре мы будем знать ориентировочно какую модель машины нужно искать. Что он хочет нам сказать этим кулоном?

– Я думаю он хочет запутать след этим кулоном. – Сказал Бойко. – Полицейские опросили однокурсников Елены Саенко на следующий день после того, как её обнаружили в том доме. Они ничего не знали о её возможном любовном романе. И все до одного заявили, что у неё никогда не было парня. А те две девушки, так вообще никак не были связаны с Еленой.

– Я думал о том же. Он пробирается в частные дома, к девушкам, которые не могут себя защитить. Заманивает в ловушку жертву, в чужой дом, и там убивает. Это не так легко сделать в тайне, при том, что всегда находятся свидетели. А здесь свидетелей никаких. Он явно уже не первый день этим занимается. Возможно кто-то с бывших заключенных. Но я проверил много дел с архива, и ничего похожего не обнаружил. Думаю вы можете быть правы, и он действительно путает след, чтобы его не нашли. Но это только наши догадки.

– Тогда какие варианты?

– По той трассе ездит много машин. Думаю следует написать в прессу. Пусть выложат в соцсетях все подробности. Водители, которые проезжали вблизи того места, тем вечером, могли видеть эту машину. Повезёт, если их видео регистратор работал в то время.

– Так мы можем испугать преступника. Возможно он заляжет временно на дно или изменит свои действия, чтобы ещё больше запутать свои следы.

– Другого выбора у нас нет. – Подметил Орлов. – Если сможем узнать марку его авто, то продвинемся в расследовании этого дела.

– Ваше предложение мне нравится. Возможно он остановится, и эти убийства прекратятся.

– Он не остановится. – С уверенностью сказал Орлов. – Рано или поздно, он даст о себе знать. Вы у меня спрашивали о мотиве? Это явно мужчина. Возможно моих лет. Сильный. Он не забирает с собой материальных ценностей своих жертв, все их вещи остаются нетронутыми. Мотив на сексуальной почве отсутствует. Наверное он больной психопат, и его мотив в самоутверждении за счёт жизни ни в чём не повинных людей. Вы связывались с родителями этих двух девушек?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.