Chorum
Edward Poll

Дизайнер обложки Рома Круликовская

© Edward Poll, 2021

© Рома Круликовская, дизайн обложки, 2021

ISBN 978-5-0053-4482-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Chorum

Глава 1

Слово для человека стало спасением, давая возможность общаться с помощью звуков во время первобытной охоты или налаживать быт со своими соплеменниками. Слово для современного человека – это оружие, способное как начинать войны, так и заканчивать их; это секты фанатиков, совершающих самоубийства по велению их новоявленного мессии; это речь диктатора с трибуны, которая зажигает идею в умах легко поддающихся контролю масс. А что же в нашем технократическом мире значит печатное слово? Это настоящие дебри. Ведь печатное слово – это меч, занесенный как над объектом, о котором пишешь, так и над самим пищущим. Этого не лишенного смысла изречения придерживалась и Эллен Уайт – ведущий журналист «Нью-Йорк Таймс». Полностью оправдывая надежды и вложения своих родителей, она успешно справлялась сначала с небольшой колонкой, набираясь опыта. В один прекрасный момент в ней разглядели журналистскую искру и раздули до гигантского пламени. Посыпались публицистические награды и премии, рукопожатия влиятельных людей, завистливые взгляды коллег по цеху. Скандальные разоблачения, аферы, теневой бизнес, взломы баз данных для подтасовки голосов избирателей на выборах в сенат – и это еще не весь список изысканных статей, выходивших из-под ее пера. Наступали времена Эллен. Доверие читателей росло, как и их преданная любовь, возведя репортера в ранг гласа народа. Многие могут подумать, что носить такой титул может только особенный человек, но нет. Эллен была самой обычной девушкой двадцати девяти лет, невысокого роста, с копной непослушных каштановых волос. До сих пор не выветрившийся юношеский максимализм или же просто чувство комфорта обязывало ее носить джинсы и майки, а в очень и очень редких случаях – платья. В такие моменты оказывалось, что Эллен обладает еще и шикарной фигурой, что смущало ее больше всего. Щеки наливались багрянцем, а карие глаза застенчиво смотрели вниз.

Но постепенно интриги и закулисье стали навевать скуку, пламя угасало. Необходимо было переключиться на что-то новое, такое, что давало бы и сенсацию, и адреналин. Вот тогда она и сама не заметила, как заболела полевой работой, ведя прямые трансляции с мест катастроф и захватов заложников. Скажите, не женская работа? Возможно. Много крови и смертей? Само собой. Но только в таких экстремальных обстоятельствах она чувствовала себя по-настоящему живой. Ощущала мир, держа руку на пульсе, вдыхая порох и гарь. Ни для кого не секрет, что рано или поздно Эллен направилась бы и в зону конфликта. Ее радости не было предела, когда Фрэнк Касл, непосредственный начальник и наставник, предложил ей осветить миссию зачистки не где-нибудь, а в Йемене. Причем это предприятие будет спонсироваться правительством США. Основной причиной отправки гражданского репортера в горячую точку было поднятие авторитета армии в глазах американцев и стремление показать, куда идут деньги налогоплательщиков, тем более, что люди доверяли Эллен, а она, в свою очередь, умела убеждать. Помимо этого, оборонная полуправительственная компания «Экзоджен» надеялась как получить рекламу своего продукта, так и привлечь новых спонсоров, рассчитывая не только на оборонный контракт. Правительство и компания платили огромные деньги за первоклассную статью – приятный бонус за поездку в самое пекло. Не скрывая своего восторга, Эллен согласилась, смотря на Фрэнка, как ребенок на Санта Клауса.

– Элл, прошу, главное – береги себя, – завел старую шарманку Фрэнк.

– Фрэнк, все будет хорошо, ты меня знаешь, – излучала тонны очарования Эллен.

– Вот потому и волнуюсь. Там ребята – профессионалы, сделают все сами, не лезь на рожон, я после каждого твоего репортажа удаляю письмо соболезнования твоим родителям, побереги мои и их нервы.

– Ты знаешь, насколько мне повезло иметь двух отцов? – съязвила, смеясь, Элл. – Вот только своего биологического я перестала слушать еще в старших классах, а тебя я не слушаю, я прислушиваюсь к тебе, ты же мне, как ни как, зарплату платишь.

– Очень смешно, – закатил глаза Фрэнк, – просто не выделывайся там, я очень тебя прошу, ты и меня пойми, за долгое время ты мне стала как дочь.

– Хорошо, Фрэнк, я обещаю, что не буду выделываться, —Элл подняла правую руку, как во время клятвы в суде.

Пребывая в возбужденном состоянии, Эллен не могла найти себе места, измеряя шагами квартиру и поглядывая на часы. «Ожидание смерти подобно», – думала она, вновь и вновь проверяя вещи в собранных чемоданах. С особой тщательностью проверила камеру, набор линз и батареи. Все должно работать идеально. Сюрпризы она не любила.

За ней заехали поздно ночью, погрузив все собранные вещи в багажник авто, и доставили в аэропорт Джона Ф. Кеннеди. Оттуда частным рейсом она отправилась в свое первое заграничное путешествие. Она недолюбливала самолеты. Правильнее было бы сказать, что она не любила все, что не могла контролировать. Смотреть фильмы она не хотела, чтение навевало скуку. Она уже который раз по памяти проверила, все ли необходимое оборудование взяла. Потом переключилась на летящих с ней людей. Сопровождали ее представители компании «Экзоджен», являя собой дуэт классических гиков. Общение с ними было большей частью бессодержательным и сводилось к обмену любезностями. Умники всячески пытались сделать ей комплимент и намекнуть на то, какая она мужественная и бесстрашная. И расхваливали свое творение, как какую-то дорогую игрушку. Хотя все, что ей необходимо было знать, по мнению высокопоставленных лиц, она почерпнула из предоставленных оборонным ведомством архивов. А вот ее больше интересовал совсем другой пассажир – полковник Росс. Бывалый военный летел в качестве куратора их боевой группы. Молчаливый седой мужчина. Лицо покрыто глубокими морщинами. Он весь излучал то, что называют мужественностью. А вот взгляд… В нем читалась печаль. Казалось, он очень устал от всего, а больше всего от того, что его дергают, как куклу. Тем более втянули в авантюру с участием гражданского лица. От осознания этого Элл захотелось вжаться в кресло и исчезнуть. Отвернувшись к иллюминатору, она решила отвлечься, вглядываясь в темноту ночи, изредка озаряемую вспышками молний. Но, как известно, если долго смотреть во тьму, тьма начнет всматриваться в тебя. Потому, прикинув, что лететь еще долго, а заснуть она не сможет, повинуясь инстинкту и старой поговорке «истина в вине», решила слегка опустошить бар. Добившись в этом нелегком деле определенного успеха, она уснула, как младенец.

Как только пилот получил разрешение на посадку в закрытом аэропорту Саны – столицы Йемена, Эллен разбудил один из техников «Экзоджен». В тот момент, как Элл практически пришла в себя, высветилось предупреждение «Пристегните ремни». Выполнив эту несложную процедуру, она посмотрела в иллюминатор. Солнце раскалило посадочную полосу, и рефракция вовсю искажала асфальт, превращая его в покрытый рябью мираж. Самолет мягко коснулся поверхности, гул турбин постепенно стихал. Сделав крюк, пилот направил аэробус в ангар, где их уже ждал эскорт из бронемашин, увешанных крупнокалиберным оружием. Эллен помогли спуститься по трапу. Их странную, по мнению Элл, делегацию встречал один из офицеров штаба, после чего всех четверых усадили в машину и под охраной внушительной свиты отправились в путь.

Ехать пришлось через центр столицы, и это помогло Элл увидеть своими глазами колорит этой восточной страны, где среди трущоб и бедности стояли немыслимые по красоте мечети и дворцы. Минареты отсвечивали глазурной керамикой, опоясанные ажурными шурфэ. Особенно ее поразила большая мечеть Саны, расположенная восточнее старого дворца Джумдан. Дворец, построенный в седьмом веке, выглядел величественным и в то же время покинутым. Его темные окна напоминали пустые глазницы брошенного умирать в пустыне чудовища циклопических размеров. Также поблизости мечети был городской рынок, что помогало обеспечивать безопасность, ведь гражданская война не прекращалась здесь на протяжении десятилетий. На узких улицах столицы часто встречались люди, завидев военную технику, они тотчас пропадали в домах или переулках. В их взглядах читались обреченность и испуг. Но чем дальше Элл уезжала от Саны, тем больше убеждалась, что это был не испуг, это была безысходность. Вокруг были взорванные и полуразрушенные дома, искореженные машины, стены, испещренные пулями. Когда-то белая побелка домов стала черная от копоти и крови. Эскорт объезжал завалы, как вдруг Эллен увидела играющих детей. Зрелище поразило ее до глубины души: беспризорники в обносках хватались за клочки загубленного детства. Их смех, такой наивный и незатейливый, особенно врезался в память и мгновенно нашел отклик в подсознании. Элл отвернулась от окна, уж слишком контрастировала эта картина с тем, что происходило вокруг. Сопровождавшие ее военные что-то живо обсуждали, казалось, они в каком-то своем далеком мире, где сердце закрыто под огромным слоем кевларовой брони, а глаза видят только через коллиматорный прицел. Покинув черту города, они какое-то время ехали по пустыне, что дало возможность Эллен восстановить шаткое душевное равновесие благодаря успокаивающим однообразным пейзажам высоких барханов. Военная база, как по мановению волшебной палочки, замаячила на горизонте. К их колонне присоединились военные дроны, сканируя территорию и сопровождая.

На контрольно-пропускном пункте документы Эллен проверили, после чего красная полоска сканера скользнула по лицу, фиксируя точки сравнения. Убедившись в соответствии и не найдя нарушений, облаченные в полную амуницию и вооруженные до зубов патрульные пропустили делегацию на территорию. Взводы, ведомые старшими, строем бегали вокруг построек комплекса, многие тренировались на спортплощадках. Казалось, что все были при деле, и каждый винтик в механизме был на своем месте, заставляя военную машину исправно работать. Кортеж остановился возле штаба командования. Для Эллен открыли дверь, давая возможность осмотреться вокруг и подойти к своей группе. Делегация во главе с полковником Россом и офицером направилась к зданию штаба. Они шли в кабинет командующего спецоперациями полковника Донована через прохладные коридоры, стены которых были увешаны военной агитацией. Росс открыл дверь не постучав, как в свои собственные апартаменты. Но что больше удивило Элл, так это доброжелательное выражение на лице полковника, словно он увидел старого доброго друга. Скорее всего, так оно и было. Пока проходил обмен любезностями и рукопожатиями, Эллен успела рассмотреть Донована. Это был огромный, совершенно лысый темнокожий мужчина с ослепительно белой улыбкой, которая полностью обезоруживала. Рукава на его кителе были закатаны до локтей, открывая бугристые мышцы предплечий. Эллен невольно отметила некий диссонанс между внушительных размеров человеком и таким скромным кабинетом. С фотографий на стенах смотрели счастливые люди, вполне возможно, сослуживцы Донована. Как предположила Эллен, это была его группа, с которой он побывал на разных спецоперациях. И чем новей были фотографии, тем меньше было лиц с предыдущих фото. «Я надеюсь, они уволились в запас», – подумала про себя Элл, не ожидая, что такое оптимистичное предположение было правильным. Большой стол, за которым расположился Донован, стоял недалеко от окна и отлично гармонировал с минималистичным военным дизайном интерьера.

– Очень рад всех вас видеть. Присаживайтесь, господа, – произнес басом полковник, указав на свободные стулья и диван.

Как только все удобно разместились, он продолжил:

– Приветствую вас на военной базе передового развертывания Салерно. Мисс Уайт, вам как гражданскому репортеру выпала честь первой лицезреть работу единственного в мире боевого подразделения, экипированного по последнему слову военной техники, – пафосно излагал полковник. – Группа состоит из пяти человек, на брифинге и подготовке вы непосредственно с ними познакомитесь.

– Спасибо, полковник, я рада работать с лучшими из лучших, – попыталась потешить его самолюбие Элл.

– Тогда вас сопроводят в крыло для приема делегаций, там наиболее комфортные условия. Полковника Росса я на время у вас украду. А вы, господа ученые, думаю, помните, где находится отдел разработок, – кивнул в сторону техников Донован, на что они активно закивали.

– Рико, сопроводите мисс Уайт в ее комнату, – нажав кнопку на аппарате внутренней связи, произнес полковник.

Эллен и ученые не успели встать со своих мест, как в дверь вошел молодой солдат, на его нашивке рядом с группой крови красовалась фамилия Рико. Отсалютовав полковникам, Рико жестом попросил следовать за ним. Элл была не против. Сопровождающий был крайне молчалив и серьёзен. Проведя ее по запутанным коридорам, солдат открыл дверь в помещение, похожее на комнату в общежитии камбуза университета, где уже стояли чемоданы Элл. Распрощавшись с Рико, она упала на кровать. Слишком много впечатлений за такой короткий промежуток времени. Все нужно было тщательно переварить. Впервые она почувствовала, что с чем-то не сможет справиться. Одно дело снимать пьяных политиков, сбивающих пешеходов, или последствия террористических актов, но совсем другое поучаствовать в настоящей войне. Ее пробрала дрожь. «Ну и где же твои бравада и спесь? Наверное, остались там, в трущобах Саны», – думала Элл, уставившись в потолок. Ясные серые глаза мальчика, игравшего на руинах его дома, всплыли в памяти. Мир должен увидеть этот ужас войны, в очередной раз встряхнуть, сорвать с глаз одеяло беззаботности. Почувствовать и пережить все то, что ощутила Элл. Да. Она готова идти до конца. Пусть ее и наняли по большему счету для рекламы, но никто не запрещал ей писать и о том, что ее волнует больше всего. Отличный ход и материал для двух репортажей. Один, коммерческий, раздутый от напыщенности и лоска, выхоленный на фоне развивающегося звездно-полосатого флага для сливок общества. Второй для тех, кто хочет слышать правду и не боится испачкаться в грязи. Предвкушение и азарт захлестнули Эллен. Вот теперь, растянувшись на кровати, она наконец-то пришла в себя, успокоив мечущийся разум.

Глава 2

В армейских буднях нет ничего интересного, все как будто зациклено на каждодневном повторении. Каждый день, словно день сурка. Зато всегда знаешь, что тебе уготовано сегодня, как и в любой день недели. Это ли не полная уверенность в завтрашнем дне, на которую все так уповают? Эллен никогда не понимала людей, нашедших свое призвание в службе, ведь зарубленное на корню собственное мнение и выполнение чужих приказов подавляло чуть больше, чем полностью. Но все-таки они вызывали у нее уважение. Ведь не каждому человеку по силам отдать свою жизнь за идею, держа в руках оружие, не задумываясь при этом, чья идея и какой бюрократ пропихнул ее на рассмотрение. А кто хоть раз ощутил едкий запах войны, уже никогда не будет прежним.

На военной базе Солерно Эллен могла себя чувствовать, как дома, выражаясь словами полковника Донована. Потому оставшееся время до всеобщего отбоя Элл бродила с важным видом, рассматривая окрестности да делая кое-какие пометки. Конечно, в закрытые сектора ее вряд ли пустили бы, но ей это было и не к чему. Насмотревшись на передовую бронетехнику и отказавшись от ужина, она решила лечь пораньше, ведь новый день обещал быть тяжелым. На инструктаже и подготовке должны были назначить дату и место зачистки. Под зачисткой подразумевалось тестирование опытных образцов вооружения. Как ей сказал один из ученых, «вы будете снимать, как ребята красуются, ничего более, пара – тройка часов в пустыне и ваш банковский счет увеличится на шесть нулей». Больше всего Эллен волновала команда, к которой ее приставят. Именно от этих ребят зависела ее собственная жизнь в случае форс-мажорных обстоятельств. С этими мыслями она провалилась в глубокий сон.

Громкий и настойчивый стук в дверь вывел Элл из сладкой дремы, словно ее облили ледяной водой.

– Господи, да сейчас, сейчас, – завопила Эллен, пытаясь понять где она и кто.

В дверь продолжали настойчиво стучать. Часы на письменном столе показывали ровно шесть утра. Сквозь горизонталь жалюзи пробивались лучи восходящего солнца. Откуда-то издалека через рупоры доносился национальный гимн США.

Накинув на себя халат, Эллен открыла дверь. Перед ней стоял ее молчаливый и скучный спутник Рико.

– Мисс Уайт, доброе утро.

– Доброе утро, капрал Рико, чем обязана?

– Полковник Донован и полковник Росс распорядились уведомить, что после завтрака они ждут вас в ангаре экспериментальных разработок.

– Спасибо, вы сегодня как никогда разговорчивы, – сонно улыбнулась Элл.

– Прошу вас не опаздывать, – выпалил Рико уходя.

Эллен хмыкнула и закрыла дверь. Скорее всего, у этого парня в контракте значился пункт, в котором отсутствие чувства юмора было обязательным. Остановившись посреди комнаты, Эллен пыталась заставить себя сделать хоть что-то. Вставать в такую рань – это точно не про нее, но когда работа требует, то это минимальная из жертв. В первую очередь надо было сходить в душ, а потом одеться. Причем с первым она справилась с удовольствием. Вчера ее предупредили, что носить придется военную форму. Это для того, чтоб она не маячила в гражданской одежде, как бельмо на глазу. Комплект подходящего ей размера лежал на кресле. Песочного цвета китель был без шевронов, лишь слово «ПРЕССА» вышито на лацкане левого нагрудного кармана, и «УАЙТ» на лацкане правого. Элл отлично смотрелась в военной форме, милитари определенно был ей к лицу. Камуфляжные штаны хорошо подчеркивали бедра, а черная футболка – красивую грудь. Завязав волосы в хвост и затянув китель вокруг талии, она довольно улыбнулась своему отражению в зеркале шкафа-купе.

Перекусив далеко не изысканным военным завтраком и выпив кофе, Элл решила не спеша пройтись к ангару. По пути встретив техников из компании, перекинулась с ними парой фраз, в очередной раз наткнувшись на уйму неумелых комплиментов. До ангара пришлось идти минут пятнадцать, хотя можно было воспользоваться и транспортом. Но Эллен захотела пройтись пешком, надышаться пока еще прохладным и свежим воздухом пустыни.

Ангар передовых технологий был огромным, в него с лихвой поместился бы пассажирский Боинг, и еще осталось бы место.

– Почему он такой громадный? – спросила Элл у спутников.

– Там не только цех сборки и программирования ядер контроля, но еще и мини-полигон для тестирования, – умничал высокий, худощавый парень, типичный книжный червь.

– В материалах, которые я просматривала, не было ничего про ядра контроля.

– Эти сведения и разработки высшей степени секретны, да и на тот момент у вас не было доступа, а сейчас вы все увидите своими глазами, – самодовольно улыбнулся второй.

Подойдя к объекту, их вновь просканировали и проверили личности, после чего пустили за автоматически открывшуюся стальную дверь.

Увиденное поразило Элл. Ангар был поделен на две части, как и говорили ее спутники.

– Мисс Уайт, в этой части комплекса наши специалисты и ваш покорный слуга занимаемся калибровкой так называемых экзоскелетов, во второй – тестированием, – он указал на дальнюю часть комплекса. – Конечно же, тестируем не мы, а специально созданная группа.

Обернувшись, Элл увидела, как на кронштейнах покоилось четыре экзоскелета, подключенные к компьютерам. Уйма проводов висела из их разъемов, сплетаясь в толстые оптоволоконные канаты. Бесчисленное количество мерцающих датчиков на мониторах сигнализировало о разнообразных запущенных процессах калибровки. Множество людей в халатах сновало туда-сюда.

Распрощавшись, сопровождавшие ее техники сразу же влились в общую толпу белых халатов. Элл подошла ближе, чтобы рассмотреть это чудо инженерной мысли. Металл экзоскелетов странно мерцал, сервоприводы мерно гудели.

– Какой странный материал, что это? – спросила Эллен одного из ученых, стоявшего рядом с экзоскелетом и сосредоточенно разглядывавшего пиктограммы на планшете.

– Это полимеризованный фуллерит, самое твердое вещество, известное науке на данный момент, – не отрываясь от экрана, проговорил техник, – одна из аллотропных модификаций углерода.

– То есть это не металл? – удивилась Элл.

– Нет, конечно, в разы прочнее и легче, – оторвавшись от планшета, техник наконец-то посмотрел на Эллен, как на глупую студентку.

Все эти напыщенные умники начинали выводить Элл из себя. Слишком большая концентрация интеллекта на квадратный метр. Эллен прошла вдоль стоек с массивным оружием. Такого она никогда не видела. Оно напоминало скорей футуристические ружья из фантастических фильмов, чем реальное огнестрельное оружие. Вдалеке она заметила группу людей, в которой с легкостью узнала полковника Донована и полковника Росса, остальных она не знала. Группа увлеченно смотрела сквозь защитный барьер. Подойдя ближе, Эллен осознала, что будущее ближе, чем она когда-либо могла себе представить. Ее удивлению не было предела, глаза округлились, а мозг точно забыл, как заставить легкие дышать. За барьером женщина, облаченная в экзоскелет, сражалась с военными дронами. Маркировка «Хантер» говорила сама за себя. Вот только победа явно была не на стороне охотников. Материал экзоскелета плотно прилегал к ее телу и повторял все движение с невероятной легкостью. Крепления представляли собой фиксаторы с датчиками. Сервоприводы, расположенные в местах сочленения костей пилота, натужно пищали от нагрузки. Бронепластины защищали грудь испытательницы и спину, где находилось ядро управления и топливные элементы. Словно валькирия, она бесстрашно атаковала летающих противников, легко орудуя двумя крупнокалиберными пулеметами. Осколки поверженных дронов фонтаном искр разлетались в разные стороны. Гильзы сыпались градом, устилая бетонное покрытие тренировочной зоны. Уклонения от контратак были молниеносными, словно искусственный интеллект заведомо просчитывал действие врага и направлял движения своего владельца. Такие действия явно были не под силу простому солдату.

– Родригес, холодное оружие! – скомандовал Донован.

Элл смотрела за этим танцем смерти, словно зачарованная.

Отбросив в стороны пулеметы и приняв боевую стойку, Родригес подхватила выброшенные из потайных ножен, встроенных во внешнюю конструкцию на бедрах, короткие мерцающие клинки из фуллерита. Оказавшись телескопическими, они в мгновение ока удлинились вдвое. Охотники еще яростней принялись атаковать Родригес. Некоторые пытались сбить ее своим корпусом, другие атаковали издалека электроразрядами. Гнев воительницы становился практически осязаем, словно волнами расходясь от нее. Преодолевая десятки метров одним рывком, она становилась слаборазличимой для человеческого глаза. Приобретая форму размытого пятна, Родригес, хладнокровно орудуя клинками, неслась вперед, сокрушая противников. Делая немыслимые контратаки, она разила клинками попавших в зону поражения дронов. Разогнавшись достаточно быстро, воительница совершила затяжной прыжок. Приземлившись на отвесную стену, она приняла практически горизонтальное положение. Продолжая бежать, она сметала один за другим зависших высоко над землей противников. Оттолкнувшись от стены, Родригес провернулась вокруг своей оси, разрезая, словно масло, два последних дрона, приземлилась точно перед барьером. Клинки были изъяты из ее ладоней набедренными механизмами. Один из охотников в дальней части комнаты подал признаки жизни. Мгновенно развернувшись, Родригес активировала энергетический репульсор на запястье. Вырвавшийся шар плазмы испепелил охотника, оставив только плавящиеся осколки металла. Ее яростный оскал вселял животный страх. Эллен судорожно сглотнула. Толпа, собравшаяся перед защитным барьером, аплодировала.

– Доброе утро, мисс Уайт, – поприветствовал ее Донован. – Я вижу, вас очень впечатлила демонстрация.

– Больше, чем вы думаете, полковник.

– Надеюсь, вы расскажете гражданским, что ни один их цент не был потрачен впустую.

– Для этого я и здесь, полковник: рассказать честным налогоплательщикам, что наши инновации идут впереди планеты всей, – задумчиво ответила Элл.

– Этот экспериментальный отряд перевернет представление о штурмовых отрядах и военных действиях в принципе, с остальной командой вы вскоре познакомитесь.

– Почту за честь.

– Прошу пройти с нами в комнату для брифинга, – торжественно произнес Донован, жестом приглашая Эллен.

Элл последовала за группой, возглавляемой полковником Россом.

– Родригес, доспех на калибровку и зарядку, зови ребят, ждем вас через пять минут, – скомандовал Донован, после чего быстро догнал группу.

Комната для брифинга представляла собой помещение, оснащенное по последнему слову техники. Стены украшали голограммы парабол движения военных сателлитов. В центре комнаты стоял прямоугольный монолит, служивший столом. Яркие флуоресцентные лампы под потолком освещали серый пейзаж помещения. Росс и Донован стояли во главе стола. Эллен с техническим персоналом расположилась напротив них. Тут в комнату по одному зашли бойцы спецподразделения – суровые и закаленные в боях воины. Их хмурые лица вселяли уважение. Четыре мужчины и женщина. На данный момент единственные пилоты экзоскелетов.

– Знакомьтесь, подразделение «Немезида», – произнес Донован. – Сержанты Филипс, Ларкин, Охара, Чен. Ну а с Родригес вы все уже знакомы.

Все как на подбор подтянуты и физически развиты. Скорее всего, не так-то просто носить этот доспех, и не каждый военный мог бы с этим справиться.

– Этот отряд – элита вооруженных сил, каждый из них лучший в своем деле: подрывник, медик, снайпер, прикрытие, – сказал Росс. – Их вербовали из разных частей по всей стране.

– Это мисс Уайт, репортер. Она отобразит вашу первую миссию и разнесет весть о ваших подвигах далеко за пределы этой великой страны, – пафосно произнес Донован.

Элл кивнула. Ей ответили тем же.

– Исходя из предстоящей миссии, техники будут подбирать подходящее оснащение экзоскелетов.

– И в чем заключается миссия, сэр? – произнесла Родригес.

– Раз с формальностями покончено, можно приступать, – подытожил Донован.

Полковник опустил руки на черную глянцевую столешницу. Под его ладонями закружились цветные круги, переходящие во фракталы. Комната постепенно погрузилась во мрак. Стол осветили волны рассеянного белого света. Фокусируясь, они приобретали форму огромной голографической карты. Двигая руками по сенсорному блоку стола, Донован увеличивал выбранную на карте местность в реальном времени.

– Это руины Мариба, одного из древнейших городов Азии, – говорил Донован. – Городок расположен в ста тридцати километрах от Саны и со всех сторон окружен пустыней Хашаба. До недавнего времени мы считали этот город заброшенным. Две недели назад наши беспилотники начали фиксировать сигналы от пятидесяти герц до шести мегагерц. Как будто кто-то ведет видеотрансляцию. Мы перехватили часть сигнала. Обратите внимание на этого мужчину.

Над столом появилось окно проигрывателя видеозаписи.

На видео мужчина с оружием на фоне исламской символики эмоционально что-то говорил.

– Его зовут Аль-Ихван, он причастен к гражданской войне в Сане. На его счету организация подрывов миротворческих кортежей и истребление мирного населения.

– Что он говорит? – поинтересовалась Эллен.

– Призывает к тотальному уничтожению неверных, но не это самое интересное, смотрите дальше.

На видео двое мужчин в арафатках привели избитого, но подающего признаки жизни человека, разобрать половую принадлежность которого было сложно. Запись была сделана с жуткими помехами. Чувство страха росло в Эллен и подкатывало к горлу.

– Энтони Хоуп, представитель миссии ООН в этом секторе, его считали погибшим после подрыва делегации четыре месяца назад.

– Они хотят выкуп за него? – еле слышно произнесла Элл.

– К сожалению, нет, мисс Уайт. Через пару секунд на записи его убьют, – серьёзным тоном продолжал Донован.

– Так чего им нужно? – теряя терпение, спросила Родригес.

– Это видео было зациклено и передавалось каждый час, буквально пару часов назад его заменили на новое.

Донован открыл новый файл над столом. В видео женщину привязали к стулу, закадровый голос неразборчиво бубнил.

– Это Анна Хоуп, супруга Энтони, тоже представитель миссии. Была в списке без вести пропавших.

– И ее тоже убьют? – спросил бритоголовый Ларкин.

– Нет, сержант, вот за нее как раз и просят выкуп, женщин редко убивают, в большинстве случаев их продают в сексуальное рабство, – вмешался полковник Росс.

– Значит, прошлым видео они хотели привлечь наше внимание, – заметила Элл.

– Так и есть, мисс Уайт, – подтвердил Росс, – и вся миссия по зачистке переквалифицируется в миссию по спасению.

– Подразделение «Немезида» повторно проведет проверку оборудования со специалистами-техниками. Выступаете завтра ночью. Для долгих приготовлений нет времени. Жизнь Хоуп в приоритете, – сказал Росс.

– Так быстро? – удивленно заметила Эллен.

– Медлить нельзя, проверьте свое оборудование тоже, транспорт доставит вас к дальнему району пустыни, откуда вы пешком дойдете до этой точки, – Донован вывел на экран координаты. – Именно отсюда идет трансляция сигнала. Подробная карта с трекером будет загружена в ваши экзоскелеты. Советую оставшуюся половину дня потратить на подготовку и ознакомление с маршрутом.

– Что по поводу живой силы врага: количество, оружие, транспорт – хоть что-то известно? – поинтересовалась Родригес.

– Беспилотники уловили тепловые сигнатуры пяти человек. Но не расслабляйтесь. Уверен, будут сюрпризы.

– Согласна, сэр, – кивнула головой Родригес.

– На сегодня все свободны. Сбор завтра в двадцать два ноль-ноль в этом брифинг-зале, – закончил Донован.

Бойцы «Немезиды», что-то живо обсуждая, быстро покинули помещение. Эллен боялась пошевелиться. Она не могла оправиться от шока и страха, который ее охватил. Руки дрожали. Взгляд был расфокусирован.

– Мисс Уайт, с вами все в порядке? – спросил Росс.

– В порядке? Да вы в своем уме? Мы договаривались про репортаж обычного тестирования ваших опытных образцов, в кавычках названный зачисткой, – яростно выдохнув, Элл продолжала сокрушаться. – Мне сказали, что это займет пару – тройку часов, а вы предлагаете мне лезть в самое пекло.

– Мисс Уайт, все так и должно было быть. Съемка в пустыне, демонстрация способностей и всё, – с уверенностью говорил Росс, обходя стол-монолит. – Вы думаете, я в восторге от всего происходящего? Последняя запись попала к нам два часа назад, и эта женщина, может быть, еще жива. Я пойму, если вы откажетесь, так будет даже лучше, ведь я несу за вас ответственность. Мне не очень хочется оправдываться перед всей нацией на федеральном канале, что я не уберег их любимую Эллен Уайт.

Полковник громко выдохнул, потирая рукой подбородок. Элл смотрела на него не отрываясь.

– С другой стороны, мои ребята обеспечат вам защиту, а сама ситуация – первоклассный материал, – вмешался Донован. – Представьте, у вас есть шанс поучаствовать в спасении заложника.

– Что будет в случае отказа? – спросила Элл.

– В случае отказа вы подписываете бумаги о неразглашении и завтра утром отправитесь в аэропорт, откуда будете доставлены в Нью-Йорк.

– Я хочу эксклюзивные права на видео с возможностью публиковать его где я захочу и как захочу, – деловым тоном заявила Эллен.

– Вы же понимаете, что это невозможно, – ответил Донован.

– Тогда крепите своим воякам бодикамы, потом склепаете видео, я прекрасно понимаю, зачем я тут. Вся эта болтовня про заложника гроша ломаного не стоит. Вам нужно видео демонстрации военного потенциала этой разработки, чтобы выбить еще больше денег из бюджета или же найти спонсоров где-то еще. Возможно, не спонсоров, а покупателей.

– Мисс Уайт, я не собираюсь вступать с вами в полемику, просто объявите ваше решение и закончим на этом.

Донован явно нервничал. Росс, в свою очередь, продолжал молчать.

– Я соглашусь сотрудничать лишь на моих условиях. Из записей не будет вырезано ни минуты хронометража. Вы получите копию, с которой будете делать, что захотите.

– Хорошо, мисс Уайт, пусть будет по-вашему, – внезапно нарушил повисшую тишину Росс.

Донован раздраженно хмыкнул и поспешил покинуть комнату.

– Только помните, что мы работаем на одну страну и один народ, не наделайте глупостей, – подытожил полковник Росс.

– Я вас поняла, полковник, – пытаясь держать себя в руках, ответила Элл.

Бросив укоризненный взгляд, полковник прошел мимо нее, направляясь к выходу вслед за Донованом.

Наконец Эллен выдохнула. Ей стоило титанических усилий сдерживать поток окутавшего ее страха. Собрав волю в кулак, она заставила свое тело двигаться к выходу. Вот снова кто-то тренировался за защитным барьером. Всюду сновали люди, торопились, суетились. Вот только Элл шла, как во сне, словно пробиралась сквозь кисель. Но все больше в нем вязла. На улице она попыталась надышаться, чувствуя, что воздух пустыни уже начал раскаляться. В итоге решила вернуться к себе в комнату. Такое с ней впервые. Чувство вины и страха в равных пропорциях терзали ее душу. Она чувствовала себя виноватой перед подразделением: мало того, что надо спасти женщину, так еще и тянуть с собой балласт в виде репортера Эллен Уайт. Боялась, что это может быть ее последний репортаж. Ох, как она хотела поговорить хоть с кем-то из своего окружения в Нью-Йорке! Как ей не хватало поддержки Касла и его отцовского ворчания! Вот только вряд ли он одобрил бы ее сегодняшний выбор. Но связаться с ним шансов не было. Операция совершенно секретная, лишь в случае положительного исхода она сможет опубликовать свой материал, и Элл это прекрасно понимала. «Ты сама на это подписалась, будь добра терпеть все тяготы и невзгоды», – думала про себя Эллен, бредя в свою комнату. Для себя она твердо решила, что сделает все, чтобы как минимум не быть обузой, а как максимум постараться не сдохнуть в этой чертовой пустыне.

Глава 3

В назначенное время «Немезида» в полном составе и Эллен Уайт были в комнате для брифинга. Получая последние наставления полковников Росса и Донована, они изучали последние данные с сателлитов. Всё обсудив, команда вышла в общий зал для подгонки амуниции. Для Эллен подготовили черный комбинезон, который делал ее практически незаметной ночью. В качестве защиты подобрали бронежилет с пластинами из фуллерита, подогнав его четко по фигуре. От правого плеча отходил подвижный кронштейн, повторяющий движение головы Эллен. На нем крепилась камера повышенной чувствительности.

– Мисс Уайт, вы когда-либо держали в руках оружие? —спросил полковник Росс.

– Мы с отцом часто бывали в тире, но я так понимаю, ответ отрицательный.

– Это Глок 17, последняя модификация, – он снял со стойки и передернул затвор пистолета, с укором глядя на Элл, – практически нет отдачи, вес уменьшен за счет нового компонента.

– Ваш секретный материал, – сухо заметила Элл.

– Именно так, – протянул ей оружие полковник.

Пистолет лежал в руке, как влитой, и приятно холодил. Мерцание ствола и рукояти указывало на то, что он практически весь был изготовлен из фуллерита. Вложив пистолет и два магазина в набедренную кобуру, Эллен принялась наблюдать за подгонкой экипировки отряда «Немезида». Охара, Чен и Филипс надели и запустили практически одинаковые экзоскелеты. Фиксаторы защелкнулись, датчики на предплечьях одновременно зажглись, показывая физические параметры своих пилотов. Техники крепили к подвижным приводам на спинах штурмовое оружие. Филипс резким движением завел руку за голову, пневмопривод мгновенно подал в раскрытую ладонь приклад штурмовой винтовки. Охара и Чен повторили то же самое для проверки систем боя. Самым массивным экзоскелетом обладал не менее массивный бритоголовый Ларкин. Сервомоторы его доспеха были в разы больше, а бронепластины покрывали спину и грудь. Казалось, это был двуногий танк, особенно после того, как техники подключили к его ядру два огромных крупнокалиберных пулемета. Но больше всего Эллен заинтересовала Родригес. Во время боевой имитации она не обратила внимания на некоторые детали экипировки. Вокруг Родригес сновали не только техники, но и врачи. Элл подошла ближе. Родригес, облаченная в экзоскелет, была зафиксирована в круглой раме, словно витрувианский человек. Рама вращалась, давая врачам проводить какие-то технические манипуляции.

– С ней что-то не так? – спросила Элл у полковника Донована, стоявшего рядом.

– Вот как раз с ней все очень «так». Она особенная. Если в экзоскелетах остальных всеми функциями управляет ядро без вмешательства пилота, то у нее с ИИ полная нервная синхронизация.

– Не совсем вас поняла, – Эллен удивленно посмотрела на Донована.

– Присмотрись, у основания ее черепа находится разъем, через который к ней напрямую подключается ядро. Она не просто пилот, она одно целое с этой системой. Оттого быстрее и сильнее остальных.

– Почему других не подключили так же?

– Это невозможно, она наш опытный образец, единственная в своем роде. Ее нервная система не отторгла вмешательство наших инженеров. И приняла машину как свою неотъемлемую часть. В отличие от остальных.

– Что с ними случилось, с этими остальными?

– В большинстве случаев инвалидность и хорошая военная пенсия.

– А в худшем?

– Мисс Уайт, вы же не священник, и душу перед вами я раскрывать не собираюсь, все мы не без греха.

Эллен замолчала, продолжая наблюдать. Люди в белых халатах подключили Родригес к ядру. И экзоскелет словно ожил, повторяя мельчайшие телодвижения, будто являлся высокотехнологичным протезом.

Рамка стала вертикально, зажимы открылись, выпуская Родригес на свободу. В сравнении с остальной командой она была просто крохотной, но в разы смертоноснее. Сканер на предплечье показывал процент синхронизации, который доползал до ста. Ножны на бедре раскрылись и закрылись, демонстрируя рукоять телескопического клинка. Техники монтировали странного вида прямоугольный предмет на штифты ее экзоскелета. Сделав шаг вперед, Родригес занесла руку за голову. В ту же секунду она уже держала рукоять странной формы, с силой прижав приклад к плечу. С мерным жужжанием фрагмент за фрагментом в ее руках собиралась высокоточная импульсная снайперская винтовка. Тихий щелчок ознаменовал фиксацию всех компонентов оружия и готовность к бою. Блестящая хромированная поверхность винтовки отражала свет флуоресцентных ламп. Сбоку активировалась голографическая панель с процессами загрузки и калибровки. Эллен не могла поверить глазам. Как будто попала в павильон, где снимают научно-фантастический фильм с огромным бюджетом.

Донован скомандовал идти за ним. На выходе из ангара их ждало три бронированных пикапа, в кузовах которых легко разместились бойцы «Немезиды». Эллен села в кабину.

Ехали, углубляясь в пустыню. Водитель указал Эллен на ухо, после чего она активировала передатчик.

– «Браво один», «Браво один», это «Немезида», проверка связи.

Голос Родригес был слегка искажен статическими помехами, но слышно было довольно хорошо.

– Слышу вас на пять, «Немезида», ни пуха, ни пера.

– К черту, «Браво один».

Огромная луна, нависшая над барханами, превращала пейзаж в фантастический рельеф далекой планеты. Этой ночью все казалось нереальным. Огни базы давно скрылись, теперь перед ними был сплошной песок и пронизывающе холодный ветер пустыни. Три бронированных пикапа, как караван верблюдов с тяжелой ношей, медленно и уверенно двигались к цели. Когда постоянные спуски и подъемы уже порядком надоели Эллен, она увидела приближающиеся руины древнего города. Мариб в лучах лунного света казался экзистенциальной фантазией художника. Руины мертвого города словно нависали друг над другом. Казалось, из каждого окна смотрели прямо в душу призрачные тени, конденсируя мелкие капли ужаса, которые через мгновение могли превратиться в неконтролируемый поток панического страха. Элл сильнее втиснулась в кресло.

– До высадки две минуты, – послышался голос Родригес.

Колонна остановилась на окраине у полуразрушенного трехэтажного здания. Эллен покинула кабину пикапа. Включила камеру. Кронштейн тихо загудел, а камера мгновенно синхронизировалась с движениями головы Эллен.

– Ларкин, ты наш щит, идешь первый. Охара и Филипс по бокам. Чен, прикрывай Уайт. Двигаемся в тени зданий. До места назначения двадцать минут ходьбы, – раздавала указания Родригес.

Бойцы «Немезиды» активировали оружие. Ларкин, несмотря на габариты, двигался быстро и проворно, бесшумно перескакивая завалы из камней. Родригес постоянно сверялась с датчиком движения, пытаясь отыскать ловушку раньше, чем команда в нее угодит. Чен ни на шаг не отставал от Элл, своим присутствием вселяя в нее уверенность и чувство хоть какой-то безопасности. Родригес хлопнула по спине Ларкина, и он остановился. Сканер показывал четыре цели впереди. Охара и Филипс заняли позиции, скрывшись в тени разрушенного фасада. Ларкин нажатием на панель управления подал питание на два огромных пулемета. Все заняли места за укрытиями. Сердце Элл выдавало бешеное стаккато. Родригес жестом указала направление. Мимо упавшего здания через улицу от них пробегала стая голодных койотов. Вожак, двигавшийся первым, остановился, учуяв необычный запах. Все шумно выдохнули. Камера выдвинулась вперёд, уловив движение. В гробовой тишине улицы фокусировка линз была уж слишком громкой. Эллен поморщилась. Глаза стаи горели призрачным светом, отражая бледный свет луны. Родригес скомандовала общий сбор. Сверившись с трекером, она указала направление. Команда продолжила движение через аллею фонтанов, точнее, через то, что от нее осталось. Сейчас она напоминала торчащие из песка кости исполинских животных. До места назначения оставалось около трехсот метров. Необходимо было пройти по узкой улице, мимо пары заброшенных домов. Сканер Родригес не обнаруживал движения, что заставляло всех ощутимо нервничать. Зайдя в ближайшую лачугу, она скомандовала занять позиции и вести наблюдение. Через окно была видна цель. Это была полуразрушенная мечеть. Наверное, единственное строение в этом богом забытом городе, в котором присутствовала целая деревянная дверь. Сквозь пустые окна виднелись блики огня. Складывалось ощущение, что там определенно кто-то был. Или же кто-то хотел, чтобы подразделение «Немезида» так думало.

– «Браво один», запрашиваю подтверждение цели.

С серьёзным выражением лица Родригес вызывала базу, не спуская глаз с дверей мечети.

– Слышу вас, «Немезида», подтверждаю присутствие тепловых сигнатур по заданным координатам.

Голос, раздавшийся у всех в наушниках, не вселял доверия. Выход был только один. Доверять интуиции и проверять все самостоятельно.

– Приняла, конец связи, – прервала сеанс Родригес.

– «Немезида», слушать меня внимательно, – обратилась она по внутреннему каналу. – Мне очень не нравится то, что тут происходит, я уверена, вам тоже. Потому действуем так: Ларкин, обходишь мечеть с тыла. Охара и Филипс, на вас крыши соседних домов с флангов, с них следите за подступами к зданию. Чен и Уайт, прикрываете меня. Я иду к входу. Как только что-то пойдет не так, делайте то, что умеете лучше всего. Убивайте все живое.

Глаза Родригес вспыхнули яростью и жаждой крови. Ее улыбка была призвана вселять в разум врагов животный страх. Элл вытянула из кобуры пистолет, сняла с предохранителя.

– Он в первую очередь для твоей безопасности, просто держись рядом со мной, – Чен одобрительно кивнул, – не высовывайся.

Команда «Немезиды» постепенно заняла свои места. Родригес, Чен и Элл наблюдали за действиями членов команды. Ларкин быстро добрался закоулками к тыльной стене мечети, готовый сокрушить стену и уничтожить любое сопротивление. Охара и Филипс заняли позиции на крышах. В этой шахматной партии все фигуры были расставлены и готовы к решающему ходу. Родригес перескочила сквозь зияющую дыру от попадания крупнокалиберного снаряда, ведущую на главную улицу. Молниеносно пересекла ее и прижалась спиной к стене в метре от двери. Видно было, как она мельком заглянула в окно и сразу же активировала телескопический клинок. В мгновение ока, приоткрыв дверь, скользнула вовнутрь. Раздались статические помехи радиосвязи.

– Нас подставили! – яростно повторяла она. – Ждите сюрпризов и смотрите в оба!

Повисла гнетущая тишина. Воздух звенел от напряжения.

– Чен, что происходит? – не успела договорить Элл, как вдруг сияющая вспышка ворвалась в боковую стену мечети с оглушительным грохотом.

Земля содрогнулась, подбрасывая мелкие камни и сбивая с ног Эллен. Стена сложилась, как игрушечный конструктор. Купол, накренившись, рухнул на ближайшее здание. Чен схватил Элл за плечи и поставил на землю. В его глазах читался непередаваемый ужас. Прижав пальцем микрофон, он попытался выйти на связь с командой.

– «Немезида», на связь, «Немезида», отвечайте, – Чен повторял раз за разом, как мантру.

Внезапно раздались помехи.

– Чен, это Охара, купол упал на позицию Филипса, я его не вижу.

– Ларкин, Ларкин, на связь, отвечай, твою мать!

– Да тут я, Чен, только оклемался, дай прийти в себя, – злился Ларкин, – мной пробило стену дома, а ты орешь на ухо.

– Это Филипс, меня прижало обломками, не могу выбраться.

– Не шевелись, я иду к тебе, – произнес Охара.

– Родригес, прием, Родригес? – нервно произносил, чеканя каждое слово, Чен. – Родригес!

Безмолвие радиоэфира прервали звуки автомобильных двигателей.

– «Немезида», прием, это «Браво один», какой-то электромагнитный всплеск заставил сбоить ваш сигнал, мы подтверждаем многочисленные цели, идущие на вас с юго-запада.

– «Браво один», эта миссия изначально была ловушкой, Родригес не выходит на связь, Филипс под завалами. Без них мы никуда не уйдем.

– Убирайтесь оттуда немедленно. Перехватчики уже поднимаются в небо.

– Перехватчики, вы издеваетесь? – Чен был вне себя от злости. – Вы не убедились, живы ли мы, а сразу решили сравнять тут все с землей? Что за дерьмо, сэр?

– Через пятнадцать минут там не останется камня на камне, незамедлительно покиньте зону поражения.

Следующий электромагнитный заряд яркой вспышкой оглушительно взревел на соседней улице. Связь с «Браво один» моментально оборвалась.

– Чен, что нам делать, если нас не убьют террористы, то взорвут свои же? – безумно напуганная Элл пыталась прийти в себя.

– Так и есть, командование подчищает за собой, – ответил Чен.

– Не понимаю логики.

– Они готовы похоронить тут нас вместе с экзоскелетами, чтоб их разработка никому не досталась, тем более террористам. Так что проще отписать пару бумаг про неудачную миссию, чем обнаружить сумасшедшего в таком доспехе в Белом доме, – Чен внимательно посмотрел на шокированную Эллен. – А теперь соберем всех и будем выбираться.

Чен проверил магазин штурмовой винтовки, сметая куски штукатурки, обильно покрывавшие оружие.

– «Немезида», вы слышали все сами, надо выбираться, мы с Уайт идем к позиции Ларкина, там общий сбор, поторопитесь, гости на подходе и их много.

Охара стоял на краю крыши, смотря, как темное небо озаряют многочисленные фары автомобилей. Вложив винтовку за спину, он длинным прыжком преодолел узкую улицу, приземляясь на балки, оставшиеся от крыши мечети. Купол практически полностью разрушил соседнюю крышу, провалив ее своей тяжестью.

– Филипс, я уже рядом, вижу тебя на трекере, но не вижу, в какой точке здания ты находишься.

– Точно сказать не могу, но надо мной огромная брешь, спускайся в нее, не ошибешься.

Сервоприводы натужно заревели. Охара разогнался для длинного прыжка. Преодолев в полете около двадцати метров, он приземлился точно возле зияющей бреши. Обломки вместе с Филипсом пробили глубокую дыру в полу.

– Я слышу тебя, ходи осторожно, не хочу, чтоб еще и ты на меня упал, – крикнул Филлипс.

Охара прыжком спустился на этаж ниже через дыру. На этом уровне виднелись обломки, привалившие его товарища.

Деревянные сваи и камни плотно прижали Филипса. Нижняя часть его тела была скрыта под завалами. Поднятая в воздух пыль туманом металась в бледных лучах света.

– Ну-ка не шевелись! – крикнул Охара.

– Очень смешно!

– Упрись со своей стороны в сваю, а я толкну со своей, давай же, упирайся, – натужно проговорил Охара.

Сервомоторы выли от нагрузки, казалось, что экзоскелет развалится от поднимаемой тяжести. Тогда их обоих точно похоронят под собой обломки. Свая поддалась, высвобождая ноги Филипса. Откинув с себя обломки, он отполз подальше. В ту же минуту Охара отпрянул вбок, отпуская деревянную балку. Вся конструкция этажа пришла в движение и начала с грохотом рассыпаться.

– Идти можешь? – спросил Охара.

– Приводы вроде бы в порядке, да и кости целы.

– Значит, выбираемся отсюда.

Протянув руку Филипсу, Охара помог ему встать на ноги. Вдвоем они быстро нашли выход на полуразрушенную крышу. Рев двигателей стал еще отчетливее. Обернувшись на звук, они увидели вереницу автомобилей, въезжавшую в заброшенный город. Внезапно раздались тяжелые выстрелы пулеметов. Четыре пикапа остановились на холме и теперь обстреливали здание из противотанковых пулеметов. В воздух вздымалась россыпь раздробленной штукатурки и камней. Трассирующие пули чертили длинные полосы в ночном небе.

– Скорее, скорее! – кричал Охара пригнувшись.

Вместе с Филипсом они пересекли развалины, спрыгнув в переулок между домами. Экзоскелет, компенсировав давление, смягчил посадку, проломив под ногами тротуарный камень.

– Поторопитесь, у нас мало времени! – вышел на связь Ларкин.

Чен с Эллен пересекли улицу под градом пуль. Отстреливаться не представлялось возможным. По заваленной обломками улочке они добрались до позиции Ларкина. Там их ждали Охара и Филипс.

– Все целы? – спросил Чен.

– По всей видимости, целей, чем Родригес, ее надо найти, – тихо произнес Ларкин.

– Такой взрыв вряд ли кто-то смог бы пережить, боюсь что- либо предполагать, но, Ларкин, ты сам все видел, – положив руку ему на плече, сказал Охара.

Выстрелы звучали совсем близко.

– Выбираемся отсюда! Ларкин, прокладывай путь! – закричал Чен.

Его голос заглушали длинные автоматные очереди. Двигаясь вдоль испещренного пробоинами длинного здания, они наткнулись на автомобиль, прочесывающий окрестности. Ларкин первым увидев машину, разогнался и на всей скорости врезался в авто с вопящими от страха пассажирами. Перевернутая машина, вращаясь вокруг своей оси, разбрасывала во все стороны искореженный металл и запчасти. С мощным гулом она врезалась в стенку противоположного дома. Команда, моментально активировав оружие, изрешетила автомобиль. Отряд боевиков выбежал из соседнего здания, которое они прочесывали. Развернувшись, Ларкин активировал смертоносные пулеметы. Людей разрывало пополам, подбрасывая конечности в воздух. Длинная очередь разрушила перекрытие и обвалила первый этаж, похоронив под собой остальных террористов. Боевики не прекращали стрельбу по команде «Немезиды». Одернув увлекшегося Ларкина, они бросились в переулок, где наткнулись на превосходящие силы противника. Чен скомандовал занять оборону в одном из домов. Они были зажаты противниками со всех сторон, необратимость ситуации угнетала. Элл, запыхавшись и невероятно устав, сползла по стене вниз, объектив ее камеры ловил каждое движение, каждое событие. Присев, она закрыла лицо руками. Чен, Охара, Филипс и Ларкин заняли огневые точки, уничтожая противников меткими выстрелами. Стены близлежащих домов были усеяны пробоинами и обильными подтеками цвета охры.

– У нас два выхода: либо у нас закончатся патроны, либо у них люди! – с улыбкой сумасшедшего крикнул Филипс, пуская одиночный выстрел прямо в голову нерасторопному боевику.

Террористы наступали все яростнее, стали использовать помповые гранатометы, заставляя весь дом содрогаться от взрывов. Эллен закричала. Огромные пласты штукатурки сыпались на голову.

– Господи, они нас всех тут похоронят! – крикнул Ларкин. – У меня пусто!

Подняв оба пулемета, Ларкин отключил фиксаторы, отбросил их в сторону.

– Полмагазина и пистолет, – отчитался Чен.

– Пустой полностью, – проверил свою винтовку Охара.

– Один магазин, – крикнул Филипс.

– Делите патроны, будем прорываться с боем, – скомандовал Чен.

Как только они распределили патроны, наступила тишина, не предвещающая ничего хорошего. Автоматы замолчали. В окне показалась чья-то голова. Рефлекторно перебиравший снаряжение Чен выхватил пистолет, приставил его к виску незнакомца, спустил курок. Голова в ту же секунду лопнула, словно мыльный пузырь, разбрасывая содержимое черепа вокруг оконной рамы. Сквозь кровавую дымку тотчас же ворвались автоматные очереди, откалывая куски противоположной стены.

– Подумали, что перебили нас, пустили проверить смертника, – зловещим басом засмеялся Ларкин.

Внезапно стрельба прекратилась вновь. Чен приподнялся, чтобы посмотреть в окно.

– Они куда-то убегают, ничего не пойму, – озадачено произнес Чен, – не нравится мне это.

В двухстах метрах от них из-за поворота выехал танк, пыхтя дизелем.

– Твою мать, у них долбаный танк! – крикнул Чен. – Ларкин, стену!!!

Отпрянув от своего укрытия, Ларкин, словно буйвол, влетел в стену, вынося часть ее.

– Все в проход, быстро, быстро!!! – закричал Чен.

Башня танка повернулась в их сторону. Видно было, как он наводится на цель. Гигантский белый цветок увенчал дуло, из которого со свистом вылетел снаряд. Мини-ракета влетела через окно и словно остановилась в центре комнаты в тот момент, когда Чен выталкивал через проем Эллен. Раздался оглушающий взрыв. Ударная волна подхватила Чена и Элл, оторвав их от земли и заставив сделать невероятный кульбит, выбросила на улицу. Ларкин лежал на развалинах через дорогу. Охара был отброшен в стену дома. Тело Филипса упало в пыль на дороге. Лицо Чена заливала кровь. Придя в себя, он попытался открыть глаза, но безрезультатно. Эллен приподнялась над землей. Медленно перебирая руками в пыли, попыталась встать. Перед глазами все плыло, а голова гудела, как улей. Прикоснувшись к уху, она увидела кровь на пальцах. От взрыва ее барабанные перепонки лопнули. Пытаясь фокусировать взгляд на объектах, она поняла, что ее периферийное зрение частично пропало. Лишь яркие вспышки отвлекли ее. Свет сконцентрировался возле развалин дома, откуда их выбросило. Он странно мерцал и манил к себе. Внезапно ее дернули за руки, останавливая на полпути к развалинам. Чен что-то кричал ей, смотря одним глазом, второй был скрыт под кровавым отеком. Постепенно члены команды «Немезида» приходили в себя. Раненные и вымотанные, они ожидали своей участи, полостью покорившись судьбе. Откуда-то со стороны раздался глухой рокот. Чен, поддерживая Эллен, вместе с ранеными Охарой и Филипсом остановился у стены рядом с Ларкиным. Они сели, прислонившись к ней. Ларкин тяжело дышал.

– Наверное, это все, ребята? – сплевывая кровь, спросил он.

– Я не знаю, что тебе ответить, – тихо произнес Чен.

Слезы ручьем текли из глаз Элл. Хоть она и не слышала, о чем говорят ее товарищи, но поняла, что они прощаются. Внезапно камера Элл ожила, устремив свою линзу в небо. После взрыва она сложилась на плече и не подавала признаков жизни. Ее примеру последовала Эллен. Темная фигура с невероятной скоростью неслась по крышам, потом в одном длинном фантастическом прыжке приземлилась как раз перед отрядом. В тот момент, когда танк уже поворачивал свое дуло, фигура развернулась, забросив руку за спину. Штатив вложил в руку приклад. Отставив левую ногу назад, из ячейки на голени выдвинулись стабилизаторы. С хлопком они вонзились в каменную кладку, зафиксировав положение тела. Снайперская винтовка блоками сформировалась в руках и приняла футуристическую форму. Яркая голографическая полоска сбоку загорелась красным. Палец спустил курок. Стабилизатор экзоскелета завыл, компенсируя отдачу. Воздух словно вкрутило в дуло, образовав темное пятно, разбрасывающее в разные стороны статические разряды. Пятно с тихим шелестом устремилось к цели. Оно было настолько неестественно темным, что, казалось, свет, огибает его контуры, цепляя по пути мелкие осколки кладки и кирпича. Набирая скорость, оно поднимало все большие груды камней. В конце концов пятно вкрутило в себя практически все руины дома, через который команду выкинуло ударной волной. Танк успел выстрелить, заряд врезался в статику, идущую впереди темного пятна, взрыв был полностью поглощен. Выстрел снайперской винтовки угодил в башню танка, окутывая его разрядами и сминая метал. Образовалась вертикальная воронка, которая, словно черная дыра, втягивала в себя все без разбора. В этой воронке исчезли как взорвавшийся напоследок танк, так и обломки здания. Воронка захлопнулась, уронив на землю мелкие частицы непереваренного камня и побелки.

– Ну и как вы тут без меня? – повернувшись, спросила Родригес.

– Черт, Родригес, а ты умеешь эффектно появляться, еще и с портативной черной дырой, – засмеялся Ларкин. – Мы тебя уже похоронить успели.

– Хреново выглядите, парни, – съязвила Родригес. – Идти можете?

– Думаю, мы в состоянии, я лично расцелую того, кто создал эту экипировку. Выдержать взрыв танкового заряда – это нечто, – улыбнулся Чен. – Как ты выжила? Мы все видели, как залп угодил прямо в мечеть.

– Меня швырнуло через всю комнату, чем-то приложило по голове. Очнувшись, не могла понять, где я. Выбравшись из-под завалов, шла на звуки боя, – объяснила Родригес. – Что с Уайт?

– На первый взгляд контузия, дезориентация, плюс, как видишь, лопнули барабанные перепонки, полный набор, но жива, – ответил Охара, осматривая Элл. – Уверен, в лаборатории залатают и будет, как новая.

– Вижу, камера не пострадала, ну и материал же она собрала, – двигая руками перед камерой, заметила Родригес. – Ладно, выбираемся отсюда. Пока «Иерихон» на перезарядке, мы крайне уязвимы. Двигаемся вдоль этой улицы. Что у вас с боеприпасами?

– Просто зеро, – сложив пальцы в соответствующую комбинацию, сказал Чен.

Ячейка на бедре Родригес отъехала в сторону, высвобождая рукоять телескопического клинка.

– Я иду первой, держитесь позади, – скомандовала она. – Я слышала «Браво один». У нас не так много времени, за мной!

Поддерживая друг друга, команда «Немезиды» медленно продвигалась по узким улицам. Обратный путь был отрезан, потому пришлось делать большой крюк через руины старого города. Родригес надеялась, что пикапы находятся на прежнем месте, но после сегодняшней ночи не могла быть ни в чем уверенной. Сканер на предплечье сбоил после недавнего электромагнитного удара, с трудом пеленговал множественные цели, двигающиеся к ним. Обнаружив патруль, который преграждал команде дальнейшее продвижение, Родригес жестом приказала остановиться. Скрывшись в тени дома, она тихо подошла к углу и заглянула за него. Шестеро боевиков прочесывали квартал, заглядывая в разбитые окна лачуг. Родригес пригнулась, изготовившись для прыжка. Пальцы с силой сжали рукоять клинка. Дождавшись, когда группа догонит ее, одним длинным прыжком Родригес оказалась в центре сбитых с толку террористов. Сконцентрировав всю силу и вложив ее в один вертикальный удар, она рассекла преступника, стоявшего перед ней, надвое. Тело дернулось, выронив разрезанный автомат, упало на колени, раскрывшись как переспевший плод, обнажив внутренности, заливая окружающих кровавым фонтаном. Развернувшись, Родригес мгновенно оказалась возле вопящего мужчины. Перехватив направленное на нее оружие, спустила курок, уложив очередью стоявшего напротив боевика. Взмахнув клинком, снесла голову вопящему, чем прервала его предсмертный вопль. Трое террористов бросились бежать. Один из них попытался выйти на связь по рации. Не успев сказать ни слова, он упал лицом в пыль, заливая каменную кладку дороги багровым, являя миру зияющую дыру в спине от выстрела энергетического репульсора. Рация, упав на камни, разлетелась на осколки. Родригес опустила руку, все еще окутанную клубами энергетических нитей. Пробежав квартал, двое выживших спрятались в переулке. Бросив оружие, они тяжело дышали, пытаясь побороть страх и прийти в себя. Один из них судорожно пытался выйти на связь, заикаясь и всхлипывая, сжимал дрожащими руками рацию. Услышав шум на крыше, боевики одновременно подняли головы. Последним, что они увидели, была опустившаяся рядом мерцающая тень и отблеск лезвия в лунном свете. Обезглавленные тела бесшумно сползли по стенам, оставляя за собой длинный черный след.

Вернувшись, Родригес повела группу за собой. Эллен была в предобморочном состоянии, ели волочила ноги. И в момент, когда последние силы ее оставили, она пошатнулась. Чен подхватил ее, взяв на руки. В знак благодарности она попробовала улыбнуться. Окончательно потерять сознание ей не давали вспышки света, формировавшиеся в силуэты позади. Поскольку никто больше не обращал на них внимания, Элл решила, что это лишь ее галлюцинации. Добравшись до развалин городских ворот, они увидели покинутые пикапы. Водителей не было видно. Убедившись, что за ними никто не следит, они прокрались ближе к машинам. Корпуса были изрешечены множеством крупнокалиберных пуль. Кровь на лобовом стекле и в салоне. Родригес громко выругалась. Машины были явно не на ходу. Гул турбин ознаменовал приближение истребителей.

– Это перехватчики, господи, да они тут все сравняют с землей, – прохрипел Ларкин, и ужас блеснул в его глазах.

– «Немезида», уходим как можно скорее! – закричала Родригес. – Бегите!

Нагружая максимально сервоприводы экзоскелетов, бойцы подразделения «Немезида» неслись со всех ног подальше в пустыню. Небо озарили яркие вспышки каскадом возникающих ракетных залпов. Ударная волна с дикой силой настигла команду, подбросив ее в воздух. Эллен выхватило из объятий Чена и бросило на склон дюны. Последнее, что она увидела перед тем, как окончательно отключится, – это бездыханные тела своих товарищей, лежащих неподалеку. Вкус пепла и крови на губах отпечатался в памяти. Небеса горели, словно взорвалось солнце. Белые силуэты то пропадали, то появлялись все ближе и ближе. Отчаяние и страх завладели Эллен. Силуэты склонились над ней, протягивая свои горящие слепящим светом руки. Наконец-то сознание ускользнуло, окутывая ее мрачным забвением.

Глава 4

Карусель лиц вертелась без остановки. Люди в военной форме хаотично сновали повсюду. Постоянная смена силуэтов перед глазами и нарастающий гул в голове доводили Элл до тошноты. Хотелось закричать, но вряд ли она услышала бы свой крик. Как обрывки киноленты, в памяти возникали и гасли какие-то события, казалось, происходившие не с ней. Вот лопасти вертолета поднимают пыль. Он где-то приземляется поблизости. Ее вносят на борт, подключая к ней датчики системы жизнеобеспечения. Полевой врач суетится. Вот она видит выжженный дотла город через раскрытые вертолетные двери. Сознание вновь пропадает в меркнущем разуме. Лучи восходящего солнца вонзаются в закрытые веки Элл. Они приоткрылись, чтобы насладится невероятно красивым рассветом. Боль отходит на другой план, уступив место визуальной эйфории. Горячая слеза чертит на грязной щеке отчетливый белый след. И вновь темнота, словно в мозговом проекторе закончилась пленка.

Ее спокойный разум растревожил глухой щелчок в ушах. Откуда-то доносился еле слышимый голос. Элл боялась раскрыть глаза. Боялась того, что увидит. Попыталась, опираясь на доступные в данный момент органы чувств, понять, где она. Сконцентрировавшись, она глубоко вдохнула. Едкий запах медикаментов и этанола.

«Больница, – подумала она. – Уже лучше».

Вновь этот неприятный щелчок. Элл поморщилась. Голос в голове стал более отчетливым и понятным. Он называл ее по имени.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.