Арина Бродская
Когда я снова встречу тебя

День, когда я встретила тебя

У времени нет власти над любовью;

Хотя оно мертвит красу лица,

Не в силах привести любовь к безмолвью.

Любви живой нет смертного конца…

У.Шекспир

Пролог

Влажный песок прилипал к ногам и застревал в пальцах. Смотря на небо, сложно было сказать, что полчаса назад здесь прошелся дождь, что мгновенно обрушился водопадом. Розовые облака плавно сменяются на более красные, и теплый свет красиво окрасил окружающее.

Завтра утром церемония.

Боль снова разрослась во мне и ударила в грудь. Я так долго делала вид, что мне радостно, забыв о том, что я на самом деле испытывала при этом. Я обманывала себя.

Волна смыла песок с моих ног, и я решила подняться на небольшой пирс, с которого совсем недавно уплыла яхта, полная гостей. Невеста уплыла вместе с ними, подняв бокал с безалкогольным коктейлем над своей головой.

На небольшом пирсе был навес, а под ним столик и красивые мягкие кресла. По бокам было небольшое деревянное ограждение, чтобы человек, который сел на скамейку, не упал в воду. Красиво и богато. Это было ожидаемо.

– Эмма?

Я обернулась. Он изменился. Отрастил бороду, а волнистые волосы падали на глаза, из-за чего он постоянно поправлял их назад. Было странно видеть его здесь. Он настолько не вписывался в такую жизнь, что это должно быть заметно не только мне.

– В этом свете ты еще красивее, – сказал он, и от его голоса у меня пошли мурашки.

– Но сейчас уже почти темно…

Фонари зажглись по ограждению пирса. Я посмотрела на спокойный океан. Вода уже окрасилась в темный цвет, отражая в себе огоньки. Я не хотела смотреть в его глаза, и океан стал моим главным предлогом этого не делать.

– Эмма, я должен сказать…

– Не надо ничего говорить, – сказала я твердо, – это большая радость, и я счастлива за тебя.

Деревяшки чуть скрипнули, и я ощутила касание пальцев на своем плече.

– Но почему тогда я не счастлив?

Теплые губы коснулись моей кожи, и я сделала шаг вперед.

– Не надо.

Воздух будто покинул мое тело. Мне было сложно говорить то, что я должна, а не что хочу.

– Эмма…

Что-то защипало в глазах, а потом слезы потекли из моих глаз, явно оставляя на щеках черные разводы от туши. Его сильные руки развернули меня к себе, чуть прижимая к своему телу.

– Только скажи, и я все отменю.

– Нет.

Его тело напряглось.

– Я не люблю ее. Если бы не ее беременность, я не сделал бы ей предложение, Эмма. Но сейчас мне кажется, что, если я женюсь на ней, все будут несчастны. Вот, что станет неправильным.

– Не говори такого, – прошептала я, – пожалуйста.

– Я люблю тебя, я хочу быть с тобой, а не с ней. Я всегда представлял себе день свадьбы, как что-то счастливое…

– Это так и есть.

Его руки прижали меня к себе ближе, и я перестала сопротивляться.

– Нет! Это так, только если любишь, – твердый голос вызвал у меня дрожь, и еще одна слеза скатилась по щеке, – а я, кроме привязанности, ничего к ней не чувствую.

Я не могла найти слов, поэтому просто прижалась к нему.

– Я люблю тебя, – прошептала я.

Его губы нашли мои, и на этот раз я хотела довести дело до конца. Я сняла с себя майку и кинула ее за спину человека, которого люблю. Я не знаю, куда она улетела, и возможно, что я ее не найду, но мне это было неважно.

Я хотела напоследок узнать, каково быть с ним, прежде чем остаться без него.

Глава 1

Три месяца назад

Я стояла одна на пустынной мокрой дороге. Лужи, что отражали в себе высокие зеленые деревья и дома, в которых беззаботно спали люди, уже вернулись в свою прежнюю форму, оставляя темный след на асфальте. Воды стало меньше, ведь колеса, которые проехались по ней, забрали часть мутной жидкости. Я чувствовала себя, как эта лужа. Состояние было такое, будто по мне проехались, подняли меня, а затем снова проехались. А как назвать все это по-другому? Я вышла из машины вовсе не из гордости. Мой парень решил, что то, что происходит между нами, не вызывает эмоций, что чувства были, но огонь не разгорается, а ведь жизнь одна, и не стоит тратить ее на бессмысленные отношения. На самом деле, я уже давно знала, что у него другая. Другая, которой он дарит цветы, которую целует под дождем в теплый весенний день, которую подвозит с работы, ведь она целый день пахала, как лошадь. Вина вовсе не во мне. И я это знала. Поэтому я стою сейчас на пустынной мокрой дороге в пять утра вместо того, чтобы спать в своей мягкой кровати.

Я села на асфальт, постелив прежде синюю куртку от известного бренда. Вызывать такси я не хотела. И лишняя трата денег, которые всегда так нужны, и погода была почти замечательная для июня. Прохладный ветер остужал мои красные щеки и колени. А я для него купила джинсы с дырками, ведь они так нравились ему. Он постоянно говорил, что у меня красивые колени и что не стоит их скрывать.

И на этого человека я потратила два года…

Мне было семнадцать, когда я его встретила. Красивый спортсмен, который увлекается фотографией и машинами, вдруг обратил на меня свое внимание. Все говорили мне, что такие парни, как он, обычно западают на девчонок покруче. Подруги, все, как одна, твердили, что ощущение, что в нем нет любви, не покидало их головы. И, конечно же, я их не слушала. Каждый день он что-нибудь мне дарил: от шоколадного батончика до ювелирных украшений. Он делал мне постоянно комплименты, от которых я расцветала, ведь прежде я никогда не чувствовала себя красивой. Для себя я обычная. Таких, как я, много. Средней длины волосы, которые достают до плеч, но не достают до лопаток, не худая, но и не толстая, во мне нет ничего, за что можно было бы зацепиться. Но он заставил меня почувствовать себя красивой. Я влюбилась в него и считала, что он тоже в меня влюбился. Оказывается, я была переходным вариантом, затянувшимся на два года.

Я встала, взяла свою куртку, отряхнула ее от песка, но не от мокрых пятен, и пошла. Хорошо, что сегодня я должна была ночевать у подруги Лесли. Она как раз из тех покруче, которой не являлась я. Парней она меняла, как перчатки, и я давно перестала запоминать их имена. Она знакомилась с ними на вечеринках, куда я уже не ходила со школы. А зачем? У меня было все, о чем можно было мечтать: перспективное будущее, хорошие оценки, доверительные отношения с родителями и парень, в котором я утонула. У Лесли не было и половины из того, что я перечислила. Ее мама ушла от ее отца, когда та была маленькая, поэтому подруга не могла найти общий язык с мужчиной, который не понимал разницу между обычными и ночными прокладками. Их непонимание разрослось до небывалых размеров, поэтому, чтобы не усложнять жизни ни себе, ни другому, они решили, что проще будет, если они будут не семьей, а сожителями. Оценками Лесли никогда не хвасталась, да и нечем было. Но она была красавицей. Длинные густые волосы отдавали блеском и доставали ей до поясницы. Фигуре «песочные часы», которая выделяла ее грудь и бедра в выгодном ракурсе, а осиная талия лишь придавала ей изящность, завидовали многие девочки в школе.

Рядом со мной проехала машина, и лужа, которая была небольшого размера на дороге, огромным пятном оказалась на моих штанах. Коричневая Тойота остановилась и задним ходом подъехала ко мне.

– Эмма?

Я отвлеклась от своих грязных коленок и пятна и посмотрела на водителя, чей голос разлетелся по тихой улице.

– Ты почему одна в такое время?

Джеймс, лучший друг моего уже бывшего парня, был менее красив, но более добр ко мне. Удивительно, что когда-то мы с ним не ладили, ведь он честный и добрый человек, а я таких люблю.

– Привет. Решила вот прогуляться.

Джеймс выскочил из машины и уверенной походкой подошел ко мне. Так как было светло, от его глаз не ушла и растекшаяся тушь под моими глазами.

– Тебя обидел Майкл? Где он?

Я представила, как выгляжу на данный момент, и залилась краской.

– Наверное, у той, с которой у него разгорелся огонь.

Я хотела скрыться от пронзительного взгляда, убежать поскорее, чтобы пропустить ту часть, что он плохой, а я хорошая, ведь я и так это знала. Но мне не легче от осознания, ведь человек, которого я поставила на первое место, ушел от меня. Но Джеймс молчал. Он без звука подошел к пассажирской двери и открыл ее.

– Садись.

Его голос был твердым и уверенным, и я поняла, что сопротивляться бесполезно. Я забралась в машину, закинула грязную куртку назад и тупо смотрела в лобовое стекло, размышляя о том, что мне стоит сделать, чего я не делала из-за Майкла.

Джеймс даже не пытался завязать со мной разговор, он не расспрашивал меня, не успокаивал, и для меня это было важно. Я и в обычный день собеседник так себе, а сейчас, наверное, и слова лишнего никто не смог бы вытянуть из меня. Мне нравилось находиться в своих мыслях. Меня не напрягала тишина в салоне, даже наоборот, но некоторые вопросы стали меня волновать.

– Куда ты ехал в такое время?

Джеймс украдкой посмотрел на меня и снова направил свое внимание на дорогу.

– Это уже не важно.

Я решила, что больше задавать вопросы не буду, ведь человек явно дал понять, что не хочет об этом говорить. Его планы поменялись, и я должна быть ему за это благодарна.

Сидеть в мокрых джинсах было неудобно. Ткань жадно прилипала к ногам, оставляя на коже грязные подтеки. Я представила себя в горячем душе, под каплями которого я смывала бы с себя этот ужасный вечер.

– Значит, – сказал неожиданно громко Джеймс, – вы с Майклом больше не вместе?

Я кивнула и попыталась отлепить джинсы от ног, но получилось тщетно. Молчание вновь заиграло главную роль.

– Эмма?

– Да?

Джеймс остановил машину на красном свете светофора и мельком оглядел меня. Я уже не плакала, поэтому я не стеснялась своего внешнего вида. Когда я только села в машину, я автоматически опустила солнцезащитный козырек, в котором было зеркало. Пальцем я вытерла пятна от туши и привела прическу в более-менее приличный вид.

– Ты как?

А я только обрадовалась, что нет этих вопросов и поддерживающих слов.

– Жалею, что не узнала об этом сразу.

Джеймс понял, что я особо не хочу разговаривать, поэтому, нажав на газ, мы поехали дальше.

– Тебя отвезти куда?

– Только не к родителям, – и чуть успокоившись, добавила, – к Лесли. Только подожди, я должна ей набрать.

Я достала телефон из кармана штанов и, разблокировав экран, набрала номер своей подруги. Долгие гудки оставались без ответа, и я стала напрягаться. Я, конечно, предполагала, что она могла уйти на очередную вечеринку, ведь я должна была быть с Майклом, но не хотела об этом думать.

– Не берет.

Мысленно я искала ответы на вопросы родителей, почему я вернулась в пять утра, вся грязная и мокрая от подруги.

– Звучит ужасно, но мы можем поехать ко мне.

Я представила лица родителей, когда они узнали, что я должна была бы ночевать у Майкла, о том, что он меня бросил, и я осталась одна на дороге, а Лесли ушла на вечеринку, поэтому я вернулась домой.

– Согласна, но домой мне нельзя. Вези.

Джеймс сразу же свернул направо, и я, по закону физики, наклонилась непроизвольно налево, чуть соприкоснувшись плечом плеча водителя. Я посмотрела на него. Его руки были чуть загорелыми, а лицо и вовсе бледным, но ему шло. Куртка из искусственной черной кожи пахла изысканным мужским ароматом, а майка под ним – стиральным порошком.

– Ты ехал к девушке?

Джеймс остановил машину.

– Эмма, какая разница, куда я ехал? Я сейчас с тобой, хватит расспрашивать.

– Я не хочу мешать строить личную жизнь тебе, просто потому что у меня она сломалась.

Джеймс закатил глаза и почесал подбородок. Мужской жест от молодого парня.

– Послушай, то, куда я собирался, теперь стоит не на первом месте. Как ты думаешь, что я могу выбрать: девушку, которая ждала меня в нижнем белье, или тебя, разбитую и заплаканную, которой некуда идти и которая шла одна по дороге, еще и мокрая? Меня выводит из себя то, что ты ставишь такой большой акцент на этом.

Джеймс вздохнул и медленно поехал дальше. Отвечать на то, что он сказал мне, я не стала, решив, что такое должно остаться без ответа.

– Значит, ты ехал к девушке, – через минут пять я утвердительно сказала.

Он закатил глаза и припарковал машину рядом с небольшим домиком без забора. Деревянные ставни на окнах и большая печная труба делали дом более уютным снаружи.

– Не так шикарно, конечно, но мне достался этот дом от отца. Внутри очень даже уютно. Пойдем.

Я неуверенно посмотрела на Джеймса, но увидев, что он уже хлопнул дверцей, решила, что это лучше , чем вернуться домой к себе. Я напоминала себе о том, что будет, если мои родители все узнают.

– Джеймс, зачем ты делаешь это все?

– А что я делаю?

Я знала, что он, действительно, не прикидывается дураком, а считает, что ничего такого в этом нет.

– Спасаешь меня, как супергерой какой-то.

Джеймс облизнул губы и сухо сказал:

– Пойдем в дом, ты можешь заболеть.

На небольшом крыльце стояло два плетеных кресла и маленький столик, на котором стоял букет засохших цветов. Большие стеклянные двери приглашали в дом, и я вошла в него. Парадная была небольшая, и вела она на кухню и гостиную. Я прошла прямо, несмотря на то, что Джеймс пошел в одну из комнат. Камин, стоявший в центре дома, являлся его сердцем, а еще одна стеклянная дверь ведет на заднюю террасу, где виднеется океан и небольшой пирс. Действительно, здесь очень уютно.

Джеймс подошел ко мне и провел туда, где находится ванная комната. Для меня она была ужасно маленькая. Я положила чистое полотенце, которое протянул мне парень, на сухую раковину, а затем, закрыв дверь, сняла с себя мокрую и грязную одежду.

Капли воды сначала были холодными, а затем стали нагреваться и нагреваться, от чего в комнате появился большой слой пара. Кожа противно сморщилась от перепадов температуры воды и излишней влажности.

Я вспомнила вечер.

Фонари еще не успели зажечься, но небо становилось все более темным. Прохладный ветер дул мне в лицо, пока я ждала машину Майкла на подъездной дорожке Лесли. Я представляла, как пройдет этот вечер. Когда он приехал, я была так счастлива, что готова была даже танцевать.

Я выключила воду. Капли, стекающие по волосам и телу, оставили подо мной лужу. Чистым полотенцем я сначала вытерла лицо, спускаясь ниже.

– Что ты хочешь мне сказать? – прошептала я с улыбкой на лице, ожидая, что это будет лучшей новостью для подруг. Ресторан, свечи… В тайне от всех я уже выбирала свадебное платье, но не признавалась в этом.

– Понимаешь, я не могу тебя обманывать, и поэтому очень волнуюсь. Ты мне очень сильно нравилась, но потом мои чувства начали остывать. Дело не в тебе. Просто огонь не разгорелся. Я встретил девушку…

Я вытерла пар с зеркала над раковиной и посмотрела в свои красные от слез глаза. Видок тот еще. Бледное лицо с красным носом и опухшими губами.

– Понимаешь, жизнь одна, – прошептала я, вытирая полотенцем шею, которую так недавно он еще целовал, – не стоит тратить ее на бессмысленные отношения.

Когда я повторила его слова, мне стало ненадолго легче, ведь он прав. Отношения должны приносить радость, а не слезы.

Короткий стук в дверь напугал меня, и я дернулась.

– Эмма, у тебя все в порядке?

Я, не прикрываясь и не одеваясь, открыла дверь. Джеймс посмотрел в мое лицо, а затем его взгляд медленно опустился вниз, окрашивая его щеки в красный. Смущение вмиг закрасилось желанием.

– У меня нет чистой одежды.

Но Джеймс почти не слышал мой голос. Он что-то пробормотал и ушел, а я задумалась, правильно ли, что я так сделала.

Но, с другой стороны, у меня был только Майкл, он быстро заполучил меня, и я не успела насладиться вниманием других парней. Я не ходила на тусовки, когда все ходили, не целовалась на спор, была тихой и спокойной Эммой. Я никогда не пила, а тем более лишнего, ведь Майклу не нравился алкоголь, и он запрещал мне.

Джеймс принес свою рубашку и остался смотреть, как я ее надену. Мне и не хотелось, чтобы он отворачивался, но одновременно мне было не по себе.

– Если бы я был художником, – сказал он, – я бы обязательно тебя нарисовал.

Слышать комплименты от другого парня было непривычно, поэтому я просто прошла мимо и зашла в комнату. Кровать была заправлена темно-красным покрывалом. Я медленно его сложила и собралась уже лечь, как голос меня остановил.

– Эмма, гостевая комната напротив.

– Можно я побуду с тобой?

Джеймс сглотнул и посмотрел на мои ноги.

– Извини, но ты мне, как сестра…

Я задумалась, а затем легла в кровать. Когда моя голова оказалась на подушке, а тело покрылось легким белым одеялом, я поняла, насколько я была уставшей.

– Эмма?

– Я не прошу заняться со мной сексом, Джеймс. Я просто не хочу оставаться одна.

Джеймс опять закатил глаза и улыбнулся.

– Черт с тобой.

Он снял с себя майку и джинсы и лег на другую половину. Кровать была большая, поэтому я особо его не стесняла.

– Думаешь о Майкле?

– Да.

Тяжелая рука легла мне на живот, и я напряглась.

– Спокойной ночи, Эмма.

Я посмотрела в окно. Солнце уже светило в окно, а птицы громко пели свои песни.

– Спокойной ночи, – ответила я.

А потом зазвенел будильник Джеймса.

Глава 2

На прикроватной тумбочке завибрировал телефон. Солнце уже не светило в окно, и оно не мешало держать глаза открытыми. Джеймс уже встал и куда-то ушел, лишь тихонько хлопнув одной из стеклянных дверей. Я неохотно протянула руку, решив посмотреть, кто звонит. Когда я увидела, кто именно хотел со мной поговорить, я вмиг потеряла способность думать. Воспоминания снова нахлынули на меня, как я ехала в машине с Майклом, а он утверждал, что все, что было между нами- неправильно, что он любит не меня. Я со злости ляпнула то, чего лучше не говорить.

– Выйди из машины, – сказал твердо Майкл.

Я сидела на месте, не понимая, правильно ли я услышала его.

– Я сказал, вон из моей машины.

Телефон не переставал вибрировать. За одним звонком следовал второй, и мне пришлось ответить на него, хоть мне и не сильно хотелось этого делать.

– Алло.

–Эмма, ты где?

Голос Майкла был напряженным и тревожным. Меня это выбило из колеи, ведь он всегда был уверенным в себе.

– Какая разница?

Я присела, облокотившись на спинку кровати, и взяла стакан воды, который оставил для меня Джеймс.

– Мне не стоило оставлять тебя на дороге.

– Думаешь?

Я сделала глоток. Я хотела, чтобы холод жидкости остудил мое горло, вновь давая ему способность говорить, но вода со временем нагрелась в душной комнате. Я оглядела помещение в поисках кондиционера, но так и не нашла его.

– Ты сейчас где?

Говорить своему бывшему, что я у его друга, вызвало бы кучу вопросов, учитывая, что Джеймс пользовался популярностью у девушек. И если бы он не был таким правильным, воспользовался бы и моим интересом.

– Не молчи.

Я понимала, что за этим «ты где» вскоре появится «я сейчас приеду», поэтому смысла врать не было, но мне просто не хотелось после всего сказанного общаться с этим человеком. Я осушила стакан с теплой водой и поняла, что выпила бы такой второй.

– Можешь не говорить. Просто позволь поговорить с тобой о том, что случилось вчера.

– Я не хочу об этом говорить.

Майкл сменил интонацию пугливого ребенка на уверенного позитивного мужчину.

–Тогда давай поговорим о том, что ты хочешь.

– Ты меня не понял, – медленно произнесла я, – я не хочу говорить с тобой.

Я поставила ударение на последнее слово для убедительности. Молчание в трубке подтвердило мое предположение, что он был напряженным с самого начала разговора.

– Моя мама узнала, что я с тобой расстался, – хрипло сказал он, – позвонила сегодня утром, чтобы спросить у тебя рецепт того пирога с клюквой, что ты готовила на ее день рождения.

– И зачем ты мне это говоришь?

– Я понял, что, кажется, совершил ошибку.

Надежда вновь появилась в моем сердце. Если Майкл сейчас скажет, что он бросил ту стерву, которая перешла нам дорогу, и чтобы я выходила за него, я , закрыв на все глаза, согласилась бы.

– Я должен был расстаться с тобой еще до того, как познакомил тебя с родителями.

Сердце сделало удар, а дыхание остановилось. Мои руки затряслись, и я дрожащими пальцами нажала на кнопку отбоя, не желая слышать, что он может сказать мне еще. Слезы копились у меня в глазах, словно спрашивая, можно ли им пролиться.

– Эмма, я принес…

Джеймс остановился на полуслове. На нем была синяя майка и шорты, а в руках он держал поднос с сэндвичами и чаем. Его лицо с беззаботного превратилось в обеспокоенное.

– Если ты заплачешь, я тоже заплачу.

Я представила плачущего Джеймса, что вразрез не подходило ему, ведь он всегда находит в каждой неудаче плюсы, и засмеялась, от чего слезы полились по щекам.

– Эмма.

Кровать продавилась под его весом. Пока я вытирала слезы рукавом его рубашки, Джеймс поставил поднос на свою прикроватную тумбу и сел ко мне. Его руки обняли меня и прижали к своему телу.

– Я делала все, что только могла, – в плечо говорила я.

– Я знаю.

Джеймс отодвинул меня на небольшое расстояние и посмотрел в мои глаза, большими пальцами вытирая слезы, что скатывались и оказывались на скулах и подбородке. Он нежно оглядывал меня, чуть приоткрыв губы.

– Джеймс.

Голос в парадной напугал не только меня, но и того, кого звали. Майкл.

– Я расстался с Эммой, – продолжал говорить он, звеня стаканами и бутылками на кухне.

Джеймс встал с кровати и показал мне жестами молчать. По моим испуганным глазам он понял, что если Майкл узнает, что я в его кровати, то неправильно поймет. Он, почти не издавая звуков, протянул мне пакет.

– Они чистые, – прошептал он.

Я заглянула внутрь и увидела свою одежду: она была чистая и сухая. Но когда он успел?

– Я ненадолго.

Джеймс оглядел меня и , прикрывая дверь, вышел за пределы комнаты.

Я слышала разговор двух друзей, но не могла понять их суть, ведь до меня долетали лишь обрывки фраз.

– Как кстати у тебя с той, по которой ты страдал?

Голос Майкла был еле разборчивым, и я поняла, что он пьян. Это так не похоже на него, что я стала задаваться вопросом: а знала ли я его?

– Нормально, – сухо ответил Джеймс, – давай как-нибудь потом, ладно? Я чуть занят.

Лишь непонятная речь доносилась до комнаты, где я была, а мне было так интересно, о чем они говорили. Я встала с кровати и подошла ближе к двери, чтобы прислушаться к разговору.

– Я рад, что расстался с Эммой. Она никогда не давала мне свободы, которую дает мне Лесли. Единственное, что она сделала хорошее для меня, так это то, что познакомила меня с ней.

Мое сердце разорвалось на несколько кусков. Ноги перестали меня держать, а в глазах потемнело. Я облокотилась на дверь, потому что стоять больше не было сил. Когда я звонила Лесли, она не взяла трубку, потому что была с Майклом.

Дверь скрипнула, и я провалилась, упав на пол с грохотом. Боль ударила по копчику, но то, что было в груди, притупило чувства.

– Эмма?

Я столкнулась взглядом с Майклом. Он был во вчерашней одежде, подтверждая, что он поехал к Лесли.

– И что ты здесь делаешь?

Из-за того, что Майкл был пьян до него долго доходило. Он почесал затылок, делая вид, что вся эта ситуация, действительно, сложная задача.

– Ты и Джеймс…

Он остановился, будто переваривая информацию. Я ничего отрицать не стала. Не хочу оправдываться перед человеком, который изменял мне с моей лучшей подругой.

– Ты и Лесли, – сказала я, – за моей спиной, пока я вас любила, верила вам…

Джеймс подошел ко мне и протянул мне свою руку. В его глазах было сожаление, получается, он тоже знал. Я встала, опираясь на стену, и ударила Джеймса по его руке, которая была до сих пор вытянута для меня.

– И ты мне не сказал, хоть и знал!

Слезы снова покатились из моих глаз, и я, сняв рубашку, вытерла ею лицо и бросила на пол. Я стояла в одних трусах, но я не чувствовала себя больше уязвимой. Я развернулась и пошла за своей одеждой.

Натягивая джинсы, я случайно засунула ногу в дырку на коленке, от чего я злостно швырнула их подальше. Майкл и Джеймс, находясь в гостиной, молчали, и мне придавало это сил. Я должна быть сильной и уйти гордо.

Я взяла свой телефон и набрала номер такси. На этот раз я не собиралась идти пешком одна. Машина должна была подъехать через минуту, и я быстро стала натягивать на себя те джинсы. Они чуть сели из-за стирки, но я знала, что скоро разносятся.

Я вышла в гостиную.

Джеймс смотрел в окно, которое выходило на океан, а Майкл сидел на диване со стаканом виски. Мне не было жалко его. Я смотрела на него и начала понимать, почему все считали, что он не может любить. Он на вид законченный бабник. Расстегнутая сверху рубашка, подчеркивающая его руки, смазливое, но по-мужски твердое лицо. Да он даже страдальческий вид делал на «ура».

– Я вызвала такси, – сказала я Джеймсу.

Он продолжал смотреть в окно, и я подошла к нему ближе.

– Спасибо за душ и кровать.

Джеймс посмотрел на меня и кивнул. Молча и как будто тайно.

– И за чистую одежду.

Я развернулась и пошла на выход. Майклу я не хотела ничего говорить, особенно после того, что узнала.

Я вышла из дома и села в желтую машину. Подтвердив адрес, я облокотилась на пассажирское кресло и стала анализировать всю ситуацию.

Майкл считал, что я не давала ему свободы.

Но больше он, кроме нее, ничего не получит.

Когда я приехала домой, родителей дома не было. Я сняла с себя одежду, надела пижаму и села за ноутбук. На главном фоне переносного компьютера стояла моя с Майклом фотография.

Удалить.

На рабочем столе со значком бабочки располагалась папка «Наши фотографии».

Удалить.

Я слезла с мягкой кровати и достала альбом, где так же были фотографии с Майклом. Я хотела разорвать их в клочья, но вместо этого просто достала их и убрала в шкатулку, которую сделал мне мой отец. Она запиралась на ключ, чтобы я могла в ней хранить свои личные дневники. Я достала ключ из своей любимой книги и открыла шкатулку. В ней лежала одна фотография и один дневник. После того, как я встретила Майкла, я не записывала ничего больше в него. Я положила стопку фотографий, которые так и просили разорвать их, и достала ту единственную, что лежала нетронутой два года. На ней мне пятнадцать лет, а рядом со мной парень. Он был красив, гораздо красивее, чем Майкл. Его лицо, помимо уверенности, вселяло и надежду.

– Как же я тебя любила, – прошептала я.

Но в жизни каждого человека встречается безответная любовь. Человек исчезает, а память о нем –нет. Я лишь жалею, что никогда не признавалась ему в любви, что не рассказывала ему о том, что чувствовала.

Я сложила все в шкатулку, закрыла ее на замок и поставила на место.

Телефон завибрировал, и я подскочила от неожиданности. На экране появилось уведомление от Джеймса.

Я у твоего дома.

Джеймс

Я выглянула в окно и увидела коричневую Тойоту на дороге перед своим домом. Я оглядела себя и решила, что я не хочу переодеваться. Уже вечер, и надевать эти джинсы я не хочу.

Я вышла и села в машину.

– Зачем ты приехал?

Джеймс сидел, сжав руль, и смотрел в лобовое.

– Я знал, но не хотел говорить тебе, потому что это причинило бы тебе боль.

– Ты причинил мне боль из-за того, что промолчал.

Джеймс кивнул.

– Простишь?

– Подумаю.

Джеймс улыбнулся. Его зубы были белыми и ровными, а ямочки на щеках делали его очень милым.

– Может, поедем ко мне? Я закупился чипсами, попкорном и фильмами.

Я задумалась. Провести вечер в компании себя в депрессии не лучшее времяпровождение.

– Я не хочу переодевать пижаму, – призналась я.

Джеймс рассмеялся и поцеловал меня в щеку.

– Это звучало очень мило. И мне нравится смотреть на тебя в пижаме.

Я улыбнулась ему, и мой взгляд опять остановился на его губах. Я раньше ни с кем не целовалась, кроме Майкла.

Пора это исправить.

Глава 3

– Я сделал попкорн, – Джеймс демонстративно потряс перед моими глазами большую прозрачную миску, наполненную кукурузой.

Мы расположились на удобном диване в гостиной перед телевизором. Мне не хотелось вспоминать, что происходило в этой комнате до этого, но почему-то не могла выкинуть из головы слова Майкла. Я не давала ему свободы? Я считала, что свобода- это не то, что должно быть в отношениях. Доверие, да! Но не свобода. Как можно давать ее человеку, когда ты знаешь всю мужскую сущность? Если знаешь, что его взгляд тут же метнется на задницу милой официантки, что весь вечер строила глазки. А может, что и похуже… Я доверяла не только Майклу, но и своей подруге, которая не так уж была верна дружбе. Наше знакомство пусть и не было таким, как у многих, по типу нас посадили за одну парту, и мы поняли, что стали лучшими подружками. Она блевала в унитаз в клубе. Тогда я еще не встречалась с Майклом, поэтому позволяла себе иногда выбираться на такие мероприятия. Лесли было настолько плохо, что я даже думала вызвать скорую, но ее мокрая рука остановила меня.

– Папа убьет меня. Не надо.

Я отключила телефон. Все мимо проходящие девушки пытались обойти нас стороной, но лишь я одна обратила внимание на состояние Лесли.

– Что ты пила? – громко выкрикнула я.

– Я… я не помню, – еле слышно ответила мне она, а затем ее снова стошнило.

Я терпеливо держала ей волосы, не понимая, почему я делаю это. Многие девушки прошли мимо, и я могла сделать так же, но что-то меня остановило.

Взгляд. Ее глаза были наполнены не только слезами, но и странным магнетизмом.

– Ты не думай, что я такая всегда, – в перерывах как-то сказала она, – сегодня я узнала, что моя мама, которая ушла, когда я была маленькая, вышла замуж и у нее двое детей.

Я не особо хотела выступать психологом для незнакомой девушки из клуба, но она продолжила свой рассказ.

– Я так хотела, чтобы она вернулась, когда она обо мне забыла напрочь!

На тот момент Лесли была уязвима. Я видела ее такой так редко, что казалось, что она и вовсе не умеет плакать и грустить. Ее несчастье в семье она скрывала под маской веселья на бесконечных вечеринках.

Мне стоило все же ее обойти стороной в тот день. Я знала душой, что если бы не Лесли, в жизни моего уже бывшего парня появилась бы другая, но больнее всего то, что это моя лучшая подруга.

– Ты смотришь?

Джеймс пристально смотрел на меня, но я взяла горстку попкорна и улыбнулась, прожевывая без всякого желания.

Наверное, мне стоило остаться дома и не портить ему еще один вечер, к тому же у него там девушка какая-то есть. Я представила, как на том месте, где сижу сейчас я, сидит та самая, к которой он ехал вчера, пока не встретил меня на дороге. Она была бы уже на его коленях, а их губы слились бы в поцелуе. Под ложечкой что-то засосало, и я взяла еще горстку попкорна, но когда я посмотрела на экран, то увидела две бледные палочки в середине.

– Я поставил паузу пять минут назад, а ты не заметила.

– Отвлеклась.

Джеймс отставил миску с попкорном и вздохнул. Он не смотрел на меня, как будто думая тоже самое, что и я, когда встретила Лесли: зачем я с ней вожусь? Я пододвинулась чуть ближе к нему, чтобы моя нога касалась его.

– Джеймс?

Он продолжал на меня не смотреть, но по рукам, что напряглись, как и спина, и по учащенному громкому дыханию я поняла, что мое действие как-то повлияло на него. Его губы чуть приоткрылись, а глаза медленно, словно в сон, закрылись.

– Что ты делаешь, Эмма?

Я столкнулась с его взглядом, что уже пристально впивался в меня.

– Я ничего не делаю.

– Ты ошибаешься.

Он встал с дивана и подошел к окну, но вскоре почти сразу обернулся, чтобы посмотреть на меня.

– Ты ко мне клеишься, Эмма. Назло Майклу? Он спит с твоей подругой, решила отомстить, переспав со мной?

– У меня была такая мысль.

Джеймс развел руками, будто сказав, что это и следовало ожидать. Его спина напряглась и стала казаться шире. Руки согнулись в локтях, и он снял с себя майку.

– Ну, снимай с себя эту пижаму и выбирай, куда пойдем: в спальню или, может, прям здесь?

Его голос ударил, словно пощечина. Грубость и нахальство в его словах, совершенно не то, что я хотела и даже ожидала когда-нибудь услышать от Джеймса.

– Зачем ты так?

Слезы снова начали наворачиваться на глаза. Белая пелена вдруг застелила передо мной очертания фигуры Джеймса.

– Неужели я задел тебя своими быстрыми действиями? Ты, наверное, любишь понежнее.

Он оказался надо мной и провел рукой по моей щеке наверх, убирая прядь за ухо. Его рука грубее, чем у Майкла, но прикосновения были более пронзительными и чувственными.

– Как ты больше хочешь: сверху, или дашь весь контроль мне?

Я влепила ему пощечину, руками оттолкнув его горячее тело. Все во мне сопротивлялось, но Джеймс позволил себе слишком многое, перейдя за рамку приличного. Я не поменяла свои принципы даже спустя два года.

– Извиняться не буду, – сказала я.

Джеймс поднял свою майку с пола и снова ее надел.

– Я тоже.

Он снова сел на диван и оставил приличное расстояние, прежде чем снял с паузы фильм. Напряжение между нами росло, но никто не пытался его устранить. Фильм был скучным, и я поняла, что начала засыпать. За окном уже было темно, и я даже не имела представления, сколько времени.

Джеймс выключил фильм только тогда, когда на экране телевизора появились титры. Он встал с дивана и ушел в комнату, не сказав ни звука, и я решила последовать за ним.

– Джеймс?

Из-за тишины я услышала звук расправления постельного белья в его комнате, поэтому я направилась туда.

– Сегодня опять хочешь спать со мной?

Его голос был жестким, и я чувствовала обиду, что затаилась в нем.

– С тобой.

Он кивнул мне, но даже не повернулся. Его руки разгладили простынь, и Джеймс положил сверху одеяло.

– Если хочешь спать, можешь ложиться.

Он уже направился к выходу, но я перегородила проем.

– А ты?

– Хочу выпить.

Его руки попытались меня подвинуть, но я намертво приклеилась к полу. Его глаза встретили мои.

– Эмма, дай мне пройти.

Я помотала головой, а затем обняла Джеймса. Его спина напряглась, и я поняла, что, наверное, сделала это зря, но его руки обхватили меня. Чуть отодвинув мое тело от себя, Джеймс посмотрел на мое лицо. Мои губы приоткрылись от его пристального взгляда, и от него это явно не ушло. Он поцеловал меня. Поверхностный поцелуй, который был что-то вроде дегустацией. Легкое соприкосновение губ. Джеймс настойчиво углубил поцелуй, и я подалась его порыву. Его руки ходили по моему телу, заходя за рамки неприличного, но мне было так хорошо. Страсть нахлынула на нас, и я не помню, как мы оказались на кровати. Джеймс прижимал меня к матрасу, а его сильные руки держали меня за бедра.

– Мы должны остановиться, – сказал он с одышкой.

Я притянула его к себе, показывая, что останавливаться я не хочу. Я не испытывала такое от поцелуев Майкла, и мне это нравилось. Рассудок потерял контроль, и я забила на свои принципы.

Джеймс отстранился, а затем и вовсе слез с меня. Пусть он и лег рядом, но он создал между нами дистанцию. Душевную.

Набравшись смелости, я спросила его.

– Ты меня не хочешь?

Джеймс молчал, а затем хрипло мне ответил.

– Я все время наблюдал, как Майкл тебя целует. Извини, но мне не так просто это забыть, как тебе.

– Думаешь, мне легко?

Я взяла одеяло, накинула его на себя и повернулась спиной к Джеймсу.

Глава 4

Я проснулась от того, что Джеймс толкал меня и говорил просыпаться. Я, еле открыв глаза, посмотрела на него. Голова раскалывалась, и я не понимала, что происходит. А потом я частично вспомнила вчерашний день… Точнее его конец.

– Эмма, мне нужно идти на работу, – нежно прошептал Джеймс, поглаживая мою щеку.

Я кивнула и попыталась покрыться полностью одеялом, с головой, но тяжелый груз помешал мне. Я опять открыла глаза и увидела перед собой лицо Джеймса.

– Ты такая милая, когда спишь.

Я, еще не проснувшись и не понимающая, что делаю, притянула его к себе и обняла.

– Ого.

Одеяло отлипло от моего тела и полетело на пол. И тогда я проснулась.

– Джеймс.

Он гладил своей горячей рукой мне живот, и у меня побежали мурашки. Случайными действиями я завела не только его, но и себя. Его рука плавно перешла на талию, отчего мое дыхание сбилось.

– Поцелуй меня, – сказала тихо я.

Мои губы приоткрылись в ожидании действий, но почему-то это не происходило. Я вопросительно подняла бровь и увидела улыбку Джеймса.

– Не торопи события, – он нежно щелкнул меня по носу, – пора вставать. Завтрак на кухне.

Джеймс встал с кровати и лениво потянулся. От того, что он размял мышцы у меня на виду, я тоже захотела и сделала так, но только в кровати.

Было странно видеть Джеймса таким после вчерашнего. Как будто ничего не произошло. Почему он решил, что это можно оставить без внимания?

Телефон на его прикроватной тумбе завибрировал, а затем тихо заиграл рингтон. Я пересекла всю кровать и взяла его.

Эмили

Я совсем забыла, что у Джеймса кто-то был. Мои щеки покраснели, и я поняла, почему он оттолкнул меня и не захотел пуститься в страсть со мной. Сердце сильно било в грудь, и я положила телефон обратно. Что я натворила?

Нашедшая силы я встала с кровати, привела волосы в порядок, насколько это возможно сделать без расчески, и пошла на выход.

Джеймс стоял у плиты, и запах бекона расплылся по гостиной и кухне. Притягательный аромат вел меня к тарелке, и желудок жадно заурчал.

– Садись, – сказал Джеймс, стоя у плиты, но в полразворота смотря на меня.

– Джеймс, мне пора…

Лопатка громко упала на столешницу, и взгляд теперь был прикован ко мне полностью.

– Куда?

Его вопрос выбил меня из колеи, ведь я не подготовилась в комнате, что ему сказать. Я понимала, что могла сказать ему правду, что ему звонила Эмили и я вдруг вспомнила, что у Джеймса есть девушка, ведь это было правильно, но мне не хотелось признаваться в этом.

– У меня много дел. По работе.

– Но ты же не работаешь.

Он слишком много обо мне знал. Я уволилась из ресторана, потому что не позволила распускать руки дружкам работодателя. Я была так убита, словно из меня все соки выжали, а ведь я там была не только официантом, но и администратором, но из-за того, что рук не хватало, мне приходилось выполнять не свою работу, за которую, естественно, не получала денег.

Я мечтала стать поваром. Подала заявление в университеты и колледжи, но они были отклонены. И я пошла работать. Выбора у меня не было. Я жила с родителями в одном из спальных районов, где дома людей стояли рядом друг с другом, и копила на свое жилье. Я хотела съехать от них, ведь я уже выросла, и мне не хочется рассказывать все, что я делаю или куда иду. Родительский контроль надоедал мне, и я хотела кричать.

– Эмма, все в порядке?

Я покачала головой, показывая ему, что все, жесть как, не в порядке. Слезы снова накапливались у меня в глазах, ведь я хотела того, чего на самом деле не хотела.

Я не хочу быть с Джеймсом, ведь он мне друг. Я никогда не рассматривала его кандидатуру, а сейчас на фоне стресса я повела себя странно.

– Мне просто пора домой.

– Хорошо.

Джеймс выключил газ, накрыл крышкой сковородку и направился ко мне.

– Позволь хотя бы довезти тебя до дома.

Я вытерла слезу и пошла на улицу. В пижаме было прохладно, и я невольно съежилась. Ветер обжигал лицо, несмотря на то, что на небе светило солнце.

Джеймс догнал меня. Закрыв дом, он открыл машину, чтобы я в нее села, но сам залез в тайоту лишь минут через пять. Все это время он смотрел куда-то в сторону. Я не заметила сразу, что в его руке был телефон.

Наверное, разговаривает с Эмили.

Странное чувство ревности вмиг укололо меня. У меня не было чувств к Джеймсу, но мысль о том, что у него есть девушка, почему-то огорчала меня.

Наверное, потому что я осталась одна. Когда я была с Майклом, я не раз присутствовала на двойных свиданиях и видела много потенциальных девушек Джеймса, но я никогда не грустила по этому поводу. Это все из-за разрыва.

Джеймс сел за руль и завел машину. Его взгляд был сосредоточенным, а тело напряженным.

– Звонил Эмили?

Я поняла, что сказала, только после того, как слова вылетели из моего рта.

– Да.

Молчание оглушало меня.

– И что она сказала?

– Это так важно?

Я кивнула, понимая, что он не видит этого. Я хотела знать, что я не испортила его личную жизнь, хоть и что-то внутри меня говорило иначе. Желание, что появилось на фоне расставания, пусть было и мимолетным, но почему-то оно оставило след, как бы это странно не было.

– Я отвезу тебя домой, – сказал Джеймс, – а потом съезжу к ней перед работой.

Я знала, что это правильно. Моя привычная жизнь закончилась, но она не закончилась для других. Я не представляла, как буду дальше. Я лишилась парня, лишилась подруги…

– Джеймс?

– Что?

Я набралась сил, чтобы сказать это.

– Забудь, что произошло, ладно? Я не знаю, что на меня нашло. Думаю, это все из-за расставания с Майклом. Он ушел, и все те запреты, что были окутаны отношениями, перестали ими быть, и я потерялась в этой свободе. Спасибо, что ты был рядом. Боюсь представить, что могло бы случиться, если бы не ты.

Мы подъехали к моему дому. Машины моих родителей не было, и это означало, что они уехали по магазинам, как это делали всегда.

– Спасибо.

Джеймс потер свой подбородок.

– Ты не поела ничего.

– Я же сказала, что у меня дела.

Звучало глупо, и понятно, что он мне не поверил. Его щеки чуть покраснели, дыхание стало более глубоким.

– Если станет грустно, или там захочется поплакать-звони. Я приеду к тебе.

– Странно, почему я раньше не хотела проводить с тобой вечера.

Я нелепо вылезла из машины и пошла по плитке к себе домой. Обернувшись у входной двери, я увидела, что коричневая тайота все еще никуда не делась, а ее водитель пристально смотрел на меня. Я помахала рукой и вошла в дом.

Меня встретила прохлада. Кондиционеры тихо гудели, пол слегка скрипел, когда я на него наступала, и фильтр аквариума неприятно громко шумел. Дома никого. Я так редко оставалась одна, что и забыла какого это. Раньше я всегда звонила Майклу и звала его. Мы проводили время перед телевизором в гостиной, а потом поднимались в мою комнату, переполненные желанием друг к другу.

Когда Майкл был на работе, а он работал почти всегда, так как он должен был поддерживать семейный бизнес, я звонила Лесли. Мы покупали винные коктейли и танцевали под разную музыку.

А сейчас я по-настоящему одна.

Мне некому позвонить, некому написать, не с кем провести день, пока мои родители в магазине. После того, как товары будут куплены, они привезут их домой, мама все разложит по полочкам , и они уедут на работу. И я останусь практически до ночи одна.

Мои родители работают в больнице. Мама- кардиолог, а папа- хирург. Думаю, понятно, где они познакомились. Они никогда не настаивали, чтобы я продолжала их врачебную династию.

Они работают сегодня в дневную смену. С полудня до десяти. Такой график. Раньше я и не заметила бы, что дом может стать удушающим местом одиночества.

Я прошла на кухню и вздрогнула. Там было холоднее, чем в гостиной , но дрожь вызвал не кондиционер.

Лесли, как ни в чем не бывало, сидела на барном стуле у стойки, попивая апельсиновый сок. Она увидела, что я вошла, но не сказала ни слова.

– Что ты здесь делаешь?

– Твои родители меня пустили.

Она поставила стакан на бар, и звук стука раздался по всему тихому дому.

– Эмма, я должна объясниться.

Видеть ее было противно после того, как я все узнала.

– Когда ты познакомила меня с Майклом…

– Проваливай.

Лесли округлила глаза, как будто не ожидая, что я могу так сказать.

– Я просто хочу, чтобы ты меня выслушала.

– Я ясно выразилась, чтобы понять, чего хочу я.

Она распустила волосы, и они упали ей на плечи.

– Как скажешь.

Она прошла мимо меня, оставляя аромат дорогих духов, что так не подходили к ее финансовому положению. Зато Майкл мог себе позволить такие купить ей.

Хлопнула входная дверь, а потом она почти сразу же открылась, и я услышала голоса родителей. Я мгновенно надела на себя маску, что у меня все хорошо, налила из кофейника кофе и села на тот стул, на котором только что сидела Лесли.

– Эмма, я думала, что ты решила остаться у Майкла, раз не у Лесли. Она дождалась тебя?

– Да, – сказала я, – но больше ночевать у Майкла я не буду.

Мама достала из пакета овощи и посмотрела на меня.

– У вас что-то случилось?

– Мы расстались.

Мама положила сельдерей на стол и хотела подойти обнять меня, но я показала жестом, что все хорошо.

Папа пришел со стопкой писем, но увидев мамино лицо, полное сострадания, остановился в дверях.

– Что-то случилось?

– Эмма рассталась с Майклом.

– Он всегда мне не нравился.

Папа улыбнулся и протянул мне письмо.

Конверт был нежно-зеленого цвета. На нем в левом нижнем углу были наклеены серебристые звездочки. Очень необычный выбор конверта.

Я посмотрела, от кого пришло письмо, и чуть не захлебнулась собственными слюнями от неожиданности.

Марк Фогель.

Парень, чья фотография лежит у меня в шкатулке.

Парень, которому я так и не призналась в любви и жалела об этом.

И вот его письмо я держу у себя в руках. Воздух нагрелся и обжигал, и я не обращала внимания на родителей.

Я встала со стула, чуть не подвернув себе лодыжку.

Я не слышала ничего о нем уже четыре года.

Аккуратно открываю конверт, боясь, что там может быть. Внутри лежал обычный лист. Я села на диван в гостиной и начала читать.

Дорогая Эмма!

Я долго не мог написать тебе, потому что улетел в Лондон. Я пытался найти тебя в соцсетях, а ты знаешь: если я захочу, то это обязательно случится. Через два года, как я сказал тебе, что ты меня больше не увидишь, я нашел твою страницу. На фотографии я увидел тебя… такую счастливую, что я вмиг потерял дар речи, чтобы описать, что тогда со мной произошло. На фотографии ты была не одна. Не знаю, что сейчас у тебя с ним, но тогда мне было неприятно.

Я вспоминал, как ты смотрела на меня, когда я тайком звал с собой смотреть на звезды.

Вспоминал, как ты светилась от того, что я взял тебя за руку.

Вспоминал, как я наблюдал за тобой.

Ты была красивой. Но сейчас…

Я знаю, что не должен тебе писать. Прошлое в прошлом, и все такое.

Но я снова в Америке. Хочу встретиться с тобой, хоть и безумно боюсь встречи. Я изменился, и ты, я думаю, тоже.

Если все-таки надумаешь, мой адрес у тебя есть.

И номер.

Марк.

P.S. брелок, что мы вместе покупали на ярмарке, до сих пор висит на моих ключах. А на твоих?

Я перечитывала письмо, не веря, что он, действительно, решил мне написать. Я записала его номер к себе в телефон, но набрать его не нашла в себе сил.

Я только что рассталась с парнем, за которого собиралась выйти замуж. Я узнала о предательстве. Готова ли я снова подпустить человека, который был моей первой любовью?

Марк Фогель учился в моей школе. Ему столько же лет, как и мне. И когда ему было пятнадцать от него уже сходили с ума девчонки. Несмотря на юный возраст, он обольстительно вел себя, но никогда ни с кем не встречался.

– Эмма, мне даже шестнадцати нет, – говорил он, закатывая глаза, – мне все равно, что на меня смотрит какая-то Стейси.

– Сара, – говорила я, – ее зовут Сара.

– Мне все равно, понимаешь? Я хочу влюбиться по-настоящему. То, что происходит в школе- глупости и недержание гормонов. Я хочу быть выше этого.

В столовой мы сидели одни, потому что ели последними. До звонка оставалось немного времени, и мы пытались как можно быстрее поглотить еду. Марк уже справился со своим сэндвичем и ждал, пока я съем свой.

– А если это произойдет, когда ты будешь в школе?

Он отвел взгляд и задумался.

Ответа не последовало, потому что прозвенел звонок.

Мы тогда только начинали дружить, и крепких чувств у меня к нему не было. Его смех не волновал меня, как и речь в общем, но когда Марк был рядом, я становилась другой. Я все время поправляла юбку, чтобы она не задиралась, ведь Марк мог подумать что-то такое, что я не имела в виду. Я распускала волосы, ведь думала, что с хвостиком выгляжу, как пугало.

Родители хлопнули дверью, и я осталась одна. На этот раз без сюрпризов.

Я встала и пошла в свою комнату, споткнувшись на лестнице, чертыхнулась, взяла ключ и шкатулку, а затем достала фотографию.

Фотография сделана на августовской ярмарке, той самой, когда мы купили парные брелоки. Он стоял рядом со мной, чуть приобнимая, и я не могу вспомнить, кто нас сфотографировал. Вроде какой-то незнакомец. Тогда Марк был чем-то обеспокоен. В конце вечера, стоя у моего дома, он сказал, что я его больше не увижу. На мои вопросы он не отвечал. Когда я пришла в школу после лета я не застала его за партой рядом со мной. Учитель скучающим голосом сообщил, что Марк Фогель переехал в Лондон. Я помню, как плакала в школьном туалете. Девчонки, что на этот момент смывали свои яркие помады, потому что были выгнаны учительницей, решили меня подбодрить.

– Сегодня в клубе крутая вечеринка, – сказала одна из них, – покажи вот это, и тебя пропустят.

Девушка протянула мне какую-то бумажку с непонятными надписями. Дрожащими пальцами я взяла ее.

В этот вечер я встретила Лесли.

Я убрала фотографию в защитное место и снова посмотрела на свой телефон. Разблокировав экран, я зашла в контакты и ткнула на «Марк».

Гудок был тихим и оглушающим одновременно. Сердце билось и как будто вырывалось из грудной клетки, но гудки продолжались.

А затем я услышала голос из прошлого.

– Да?

Глава 5

– Марк, это, правда, ты?

Молчание в трубке было невыносимым для меня. Сердце вырывалось из груди, хотелось кричать и бросить трубку.

– Эмма?

Из глаз полились слезы. Его голос стал более взрослым и низким, но все еще узнаваем. Воспоминания, как мгновение, пролетели перед моими глазами. Нам по пятнадцать, мы едим мороженое на главной площади города.

Марк обнимает меня и успокаивает, потому что я плакала из-за проваленного теста.

Я танцую перед фонтаном и смеюсь, а Марк фотографирует меня.

Мы лежим на заднем дворе и смотрим на звезды.

Марк берет меня за руку, и я останавливаюсь. Его взгляд, который он устремил на меня в этот момент.

– Тебе пришло письмо?

– Да.

Все слова вылетели из моей головы. Я не знала, что говорить, я растерялась и набрала номер, совершенно не подозревая, о чем нам разговаривать. Мы выросли, и общих тем у нас, наверное, уже не осталось.

– Марк, я не знаю, что сказать тебе.

– Я тоже, – хриплый смешок, – так странно, я давно хотел поговорить с тобой, а теперь веду себя, как какой-то тупой пень. Как ты? Как твоя жизнь?

И я сразу вспомнила Лесли, которая пила апельсиновый сок у меня на кухне; Майкла, который говорит о том, что огонь не разгорелся; Джеймса, который останавливает машину и сажает меня в нее.

– Ну, как тебе сказать… -мямлила я.

– Так и скажи.

И я рассказала. Марк на другом конце провода внимательно слушал, лишь иногда вставляя какой-нибудь вопрос, чтобы восстановить пробелы моей жизни.

– А ты? Как Лондон?

– Серый и туманный. Работал, иногда выезжал на экскурсии. Но я не чувствовал себя дома. Вот и переехал туда, где родился.

Стук в дверь отвлек меня от успокаивающего голоса Марка.

– Ко мне кто-то пришел. Мне нужно открыть дверь.

– Да, конечно.

Я сбросила трубку и быстро, пропуская ступеньки, спустилась вниз и открыла входную дверь.

Передо мной стоял худой парень в зеленой форме с голубой корзинкой цветов, перевязанной атласной розовой лентой. Я посмотрела на композицию, состоящую из бледно-розовых и белых роз, альстромерий, лизиантусов, и улыбка появилась на моем лице. Букет был нежным и красиво подобран флористом.

– Подпишите.

Парень протянул мне планшет с бумагами, надувая пузырь жевательной резинки, и я быстро подписала в конце страницы, что получила подарок, пока не оказалась полностью в липкой штуке, что могла вот-вот лопнуть.

Корзинка была тяжелее, чем мне казалось, а из цветов торчала небольшая розового цвета картонка.

«Говорят, звезды сегодня будут красивее, чем обычно. Проверим?

Марк».

Я находилась в шоке и набрала скорее Марку.

– Но как ты узнал, что я до сих пор живу с родителями? – сказала я, не успев даже услышать его голос.

Теплый смех раздался в трубке.

– Надеюсь, у тебя не появилась аллергия.

– Они прекрасны, Марк!

– А по поводу записки что?

Я покрутила в руках картонку перед своим лицом.

– На том же месте, где и раньше?

– Да.

Я скинула и улыбнулась. Взяв корзинку с цветами, я поднялась к себе и побежала в ванную, чтобы привести себя в порядок. Я не хотела разочаровать Марка по поводу того, какой я стала спустя четыре года. Я помылась, представляя лицо Майкла, когда он увидит меня с таким красавчиком, а потом попыталась убрать эту мысль из головы. Это было бы классно, но этого не будет.

Я стояла у зеркала в одном легком халате и думала о том, что мне даже некому рассказать эту новость. Раньше я бы позвонила Лесли. Я в прошлом не доверяла почти никому, и вот теперь я осталась одна. Не следовало доверять некоторым людям. Все остальные подруги были скорее подругами Лесли, и уж с ними мне точно иметь дело не хотелось.

Рингтон заиграл, и я подпрыгнула от неожиданности. На главном экране появилось имя, но брать трубку я не торопилась. Мне стало очень стыдно за свое поведение, и я подождала, пока в доме снова станет тихо. Но Джеймс набрал меня еще раз, и в этот раз игнорировать его было куда тяжелее, чем в первый раз.

– Слушаю.

– Эмма, мне звонил Майкл…– он сделал паузу, – сказал, Лесли приходила к тебе. Как ты? Я могу приехать…

– Не надо.

В трубке издавалось шипение, и я ждала, что скажет Джеймс.

– Может, сходим куда-нибудь?

– У меня уже есть планы, извини.

Я сбросила и отложила телефон. Взяла снова маленькую записочку, оставленную в цветах, и улыбнулась. Мне было интересно, каким он стал спустя столько времени, учитывая, что он жил в другой стране. Сердце от волнения быстро билось в такт музыке, которая играла в красной колонке JBL. Я открыла свой шкаф в надежде найти что-то подходящее для встречи, но все вещи невольно откидывали меня в воспоминания: синюю кофточку я надевала, когда Майкл повел меня в кино, а этот жакет с белой футболкой я надела, когда я и Майкл решили, что пора вынести отношения на новый уровень в его спальне, еще было темно-зеленое платье, но с ним так же имелось воспоминание с Майклом. Нужно признаться, я особо не любила ходить по магазинам, и все мои наряды были оценены другим мужчиной. Я надела свои джинсы, те самые с дырками на коленках, свой любимый свитшот и решила пройтись по магазинам, пока не поздно, но проблема заключалась в другом. У меня нет машины. Майкл хотел подарить мне, но я по глупости отказалась, решив, зачем нам две машины, ведь у моего любимого она есть. Глупое решение.

Я взяла телефон и прежде, чем нажать на клавишу позвонить, прорепетировала речь.

– Эмма, что-то случилось?

Голос Джеймса был похож на испуганный, и я сразу стала говорить, что все в порядке.

– Дело в том, что я сегодня вижусь с одним человеком, а у меня в шкафу ни одной годной вещи, что можно надеть. Я хотела бы поехать в какой-нибудь торговый центр, но у меня нет машины, и я подумала, не мог бы ты меня отвести после работы в магазин?

Молчание в трубке.

– Ладно, извини, забудь.

Я собиралась уже сбросить, как услышала голос Джеймса.

– Нет, все хорошо, я заеду за тобой, просто я чуть-чуть удивился, что ты позвонила с этим вопросом мне.

– Раньше бы не позвонила. Спасибо.

Я села на кровать стала думать о том, что все-таки может произойти на встрече с Марком.

Раньше он был умен, по крайней мере, мне так казалось, и наши беседы с ним проходили весело. Он скрыто флиртовал, и я замечала это, но не подавала виду. Я тайно надеялась, что он изменит мнение про то, что отношения в таком возрасте глупы. Многие девчонки не могли добиться внимания, а я сделала это совершенно случайно.

Поверить не могу в то, что мы скоро увидимся. Я так волнуюсь. Я не ходила на свидания два года, и я совсем разучилась общаться.

За окном раздался гудок автомобиля, и я посмотрела в окно. Увидев коричневую Тойоту, я посмотрела на часы, а затем снова в окно. Прошло всего десять минут, а Джеймс уже приехал ко мне, чтобы отвезти меня в торговый центр. Это было неожиданно, поэтому я взяла телефон и набрала Джеймсу сообщение.

Он вышел из машины и облокотился на дверь с водительской стороны. Подняв голову вверх, он увидел меня в окне и помахал рукой в знак приветствия.

Я, опять пропуская ступеньки, спрыгнула на первый этаж и открыла входную дверь. Жаркий воздух хлынул на меня, и я тут же стала мокрой. Зря я надела свитшот.

– Ты не спаришься? – будто читая мысли, спросил Джеймс.

Я представила себя в магазинах, красной и потной, меряющей одежду в примерочной, и тут же передумала выходить на улицу.

– Если я переоденусь, ты сильно будешь ругаться за то, что я трачу твое время?

– Я буду больше ругаться, если ты упадешь в обморок из-за теплового удара.

Я медленно поднялась на второй этаж, из-за жары это было делать тяжко, и пошла в свою комнату. Нашла какую-то старую майку синего цвета и надела ее. Кожа уже была мокрой, и к ней все прилипало. Идти опять в душ не хотелось, к тому же, когда тебя ждут, поэтому я нашла свое спортивное полотенце и вытерла свое тело, чтобы не оставалось пятен на одежде.

Когда я вышла, приведя себя в порядок, Джеймс уже сидел в машине, наверное, охлаждаясь под кондиционером. На улице стояла влажная духота, и волосы на лбу успели намокнуть, пока я шла до дороги к машине друга своего бывшего. Это было странно.

Я забралась в Тойоту и пристегнулась.

Думаю, мне казалось все странным, потому что неожиданно появился Марк, я рассталась с парнем, чуть не переспала по ошибке с его лучшим другом, а моя подруга, которую я считала сестрой, тайно занималась сексом с моим потенциальным женихом. С моими историями можно писать книги и снимать фильмы.

– О чем задумалась?

– Я думаю о том, как за несколько дней все изменилось.

Сочувствующий взгляд Джеймса меня чуть успокоил, а затем вогнал в краску. Хорошо, что он смотрит на дорогу, а не на меня.

– Эмма, я должен тебя спросить, но никак не могу решиться.

Мои колени предательски задрожали, и во рту стало сухо, а ведь я еще ничего не услышала. Не люблю, когда так начинают вопрос. Мои мышцы на ногах и спине напряглись.

– Ты идешь с кем-то на свидание?

– Не думаю, что это можно назвать свиданием, Джеймс. Я недавно рассталась с парнем, которого любила, неужели ты считаешь, что я готова прыгнуть в объятия другого человека?

Когда я это сказала, я подумала, насколько это глупо выглядит, учитывая, что я кидалась в его руки после того, как Майкл меня кинул.

– В общем, нет. Я раньше дружила с одним парнем в школе, но он уехал в Лондон,– я сделала вдох,– сейчас вернулся и написал мне письмо.

– А между вами что-то было?

– Я же сказала, мы дружили, разве нет?

Молчание в нашем разговоре переросло в душное застоялое напряжение. До торгового центра ехать еще, как минимум, полчаса, и я решила, что нужно перевести разговор на другую ноту.

– Как Эмили?

Джеймс откашлялся, а затем достал из дверки бутылку воды. Когда мы остановились на светофоре, он сделал жадный глоток, а затем предложил попить мне.

– Мы расстались.

Я вежливо отказалась.

– Из-за чего?

– Просто расстались. Не все встречаются друг с другом ради зарождения семьи, Эмма. Кому-то просто не хочется оставаться одному.

Я чувствовала недосказанность в словах Джеймса, но ничего не сказала по этому поводу. Это было бы даже неуместно, ведь он не особо и расстраивался по этому поводу.

– Я была влюблена в этого парня, но он не знал об этом. Думаю, догадывался, но не знал. У меня есть вещи в шкафу, но я хочу удивить его. Поэтому я еду покупать новую одежду.

– И зачем ты мне это говоришь?

– Хочу показать, что открываться людям не так уж и сложно, и если ты захочешь поговорить…

– Я понял.

Тишина была неизбежна. Джеймс включил музыку, и грустные гитарные мелодии наполнили машину.

Всю дорогу мы молчали. Я вспомнила, как впервые увидела Джеймса. Его золотистые волосы привлекли мое внимание. Небольшие кудри падали на глаза, и он постоянно их поправлял. Мы сидели втроем: Майкл, как же без него, я и Джеймс. Девушка, которую мы ждали для двойного свидания, так и не явилась. Джеймс не грустил, его компанией в этот вечер стала гитара и бутылка пива. Он пел со своей хрипотцой, иногда не попадая в ноты, но получалось достаточно красиво. «Друг моего парня чувствительнее, чем я… удивительно!». А на следующей встрече он сказал мне, что я подтираю задницу Майклу. После этих пьяных слов, я невзлюбила Джеймса, ведь считала, что все делаю правильно. К тому же я тогда принесла своему любимому всего лишь протеиновый коктейль, а не весь мир. Каждый раз, когда Майкл говорил мне о том, что Джеймс присоединится к нам, я закатывала глаза и надеялась на скорый конец встречи.

Торговый центр сначала показался вдалеке, а затем окружил собой все пространство перед нами.

– Ты пойдешь со мной или останешься в машине? – сказала я, когда мы припарковались около входа.

– Пойду с тобой, – уверенно сказал Джеймс.

На мой ошарашенный взгляд он добавил, что давно не обновлял себе гардероб.

– Будем как лучшие подружки, – я улыбнулась, – брошенные, но не сломленные.

Джеймс одарил меня убийственным взглядом, но я лишь громко засмеялась.

– Я больше никогда не пойду с тобой по магазинам.

Я кинула несколько пакетов назад и села на свое место.

– Ты не разбираешься в том, что нравится девушкам.

– Не знал, что вам нравятся мужские стринги. Я даже о таких не знал…

– Они были по акции, зря не купил, цена была отличная.

Джеймс хотел убить меня, но от этого мне становилось только смешнее. Я вспотела, и пятна под моими подмышками уже были видны. Я старалась не смеяться больше, но мои попытки закончились провалом.

– Серьезно? Если слушать тебя, чтобы покорить девушку нужно носить такие же трусы, как она. Гениально!

Мы залились хохотом и поехали обратно домой.

– Ты так и не показала мне, что купила.

– Ничего такого.

Но это было ложью. В таком наряде я могла бы выйти на красную дорожку, но при этом в повседневности никто не сказал бы мне, что я вырядилась.

Белый топ на тоненьких бретельках выгодно подчеркивал мою грудь, делая ее более пышной. Чашки такой майки были похожи на бюстгальтер, но в продолжении, если следовать по талии, дизайнеры указывали на изящность женской фигуры. Бледно-розовая юбка в складочку, доходя до колен, продолжала образ невинной нежности, и в дополнение к образу я купила белый кружевной кардиган. Легко и изящно. И открыто, но прилично.

– И когда ты видишься с этим своим одноклассником?

– Ночью. Мы раньше часто сбегали смотреть на звезды вместе.

– Будь осторожна, Эмма. Я понимаю, что раньше он был тебе близок, но сейчас это уже другой человек, которого ты почти не знаешь. Четыре года могут здорово исправить человека. И не в лучшую сторону.

Я посмотрела на Джеймса и поймала его взгляд.

– Все будет хорошо, я в этом уверена.

Я посмотрела назад на свои новые вещи, а затем снова представила себя в них.

Глава 6

Осталось уже немного времени до того момента, как я увижу Марка. Нервная дрожь прокатилась по моему телу, и я взяла телефон, чтобы позвонить ему и отменить встречу, но мой разум остановил меня. Я смотрела на свое отражение в зеркало, то и дело поправляя небольшой хвостик, потому что мне казалось, что он находится не по середине, а где-то сбоку. Волосы я убрала только сверху, оставляя внизу распущенные локоны. Легкий макияж под стиль, да и просто потому что уже темно и нет смысла как-то краситься по-вечернему. Я опять взяла телефон, нервничая из-за предстоящей встречи. Ни одного сообщения. А вдруг это все какая-то неудачная шутка?

В окно кто-то постучал, и мое сердце забилось скорее.

Это Марк. Он делал так четыре года назад, когда тайно приходил за мной.

Я улыбнулась и раздвинула шторы, но никого не увидела. Странно. Дерево, стоящее рядом с моим окном даже не шевелилось. Я задвинула шторы, а затем опять… Легкий стук.

Страх сковал мое тело, но я подошла к окну.

Опять никого.

Я открыла окно с гулко бьющимся сердцем, чтобы посмотреть внимательно вниз. Отлегло, когда я увидела там его. Он вырос… Но его силуэт по-прежнему узнаваем. Короткие волосы «ежиком», кожаная куртка и джинсы. Я улыбнулась. Марк помахал мне рукой и показал выходить. Я спустилась по лестнице вниз, тихо, чтобы никто не услышал и не задавал вопросов, так же тихо открыла входную дверь и вышла на улицу.

Воздух на улице был свежий, но тяжелый из-за влажности. Несмотря на то, что целый день палило солнце, ночью стало прохладно.

Марк стоял, облокачиваясь на то самое дерево, которое растет у моего окна.

– Прости, но возраст уже не тот по деревьям лазить.

Его голос… он, как молния, которая ударила меня. Куча воспоминаний вмиг пролетели передо мной картинкой, и я побежала обнимать его. Марк прижал меня еще сильнее, и я почувствовала тепло, которого мне так не хватало. С ним всегда так было.

– Эмма, – прошептал он, – я скучал.

Я отскочила и ударила его в живот.

– Ты бросил меня! Уехал и не сказал! Знаешь, что я чувствовала, когда в школе сказали, что ты теперь в Лондоне?!

Слезы накопились в моих глазах.

– Я даже не успела попрощаться с тобой, сказать все, что хотела!

– Прости.

В глазах Марка появилось сожаление, и это вывело меня из себя.

– Не смотри так на меня, ты реально накосячил.

– Но я же подарил цветы…

Слезы скатились, и я быстро вытерла их, пока они не успели высохнуть и оставить тянущие кожу соленые полоски на щеках.

– Цветами ты теперь не откупишься, Марк Фогель!

Он обольстительно улыбнулся и подошел ко мне.

– Ты выглядишь великолепно, – сказал он мне на ухо.

Я смотрела на него, узнавая того самого мальчика, с которым я дружила и сбегала из дома, чтобы посмотреть на звезды. Я вспомнила, какими мы были: смешными, легкими и свободными. Тогда казалось, что весь мир у нас под ногами и звезды светят специально для нас, что ночь существует только для Марка и Эммы, сбежавших из дома.

– Ты так изменилась, но отчитываешь, как в прежние времена.

– В этом я не изменюсь.

Марк взял меня за руку, и мы пошли по тропе, которая ведет на задний дворик, где можно было расстелить покрывало, не боясь высокой травы и высоких деревьев.

Удивительно, я так нервничала, но когда увидела его, мне стало легче, и я нашла спокойствие.

– Я боялась увидеть тебя.

Марк ухмыльнулся, и бабочки, спящие в моем животе два года, снова зашевелились, и я от неожиданности даже споткнулась.

– Осторожно.

Марк поймал меня и прижал к себе.

– Я думала о тебе два года после того, как узнала, что ты переехал в Лондон. Пыталась найти твой адрес, чтобы отправить письмо; узнать твой номер, чтобы позвонить, и …

– Эмма…

– Нет, дослушай меня… Ты знаешь, что мне сложно открываться людям. Когда ты уехал я встретила Лесли, я доверилась ей, потому что мне не хватало тебя. А потом я встретила Майкла.

Мы остановились, и Марк внимательно посмотрел на меня. Его рука сжала меня чуть сильнее.

– Я думала, что вот и все. Я выйду замуж за него, у нас будет семья, дети и что там еще. Подруга, муж, ребенок, дом, садик и собака. Я, правда, так думала.

– Эмма, я рад за тебя.

– Нет, этого не будет. Майкл спал с Лесли. Я доверилась людям, и они растоптали меня. Я доверилась тебе, и ты разбил меня. Но сейчас ты вновь появился, и я не знаю, как на это реагировать. Вся моя жизнь изменилась просто буквально за несколько дней.

Марк молчал, но потом заговорил, а голос его стал ниже.

– Мне пришлось переехать в Лондон, потому что моя мама сошлась с моим отцом. Они решили начать новую жизнь в другом городе, но вспомнили о старой мечте переехать в Европу. Я сопротивлялся, Эмма. Я говорил, что это глупо, что у меня здесь своя жизнь, но кто послушает пятнадцатилетнего мальчика?

Я два года страдала, понимая, что я больше его не увижу.

– Прошло четыре года с того самого лета, Эмма. Пусть все и началось после Рождества, но лето с тобой изменило меня. Я не хотел покидать тебя так. Прости меня.

Я кивнула, на миг представляя, как могла бы сложится у меня жизнь, если бы Марк не уезжал. Возможно, я никогда не встретила бы Лесли, Майкла, и была бы счастливой с Марком. Возможно, что он нашел бы себе кого-то, а я страдала бы из-за этого. Время- странная штука, когда касается этого «возможно». Все случилось так, как должно было случится.

– Я хочу посмотреть на звезды, – прошептала я.

Марк опять взял меня за руку и молча повел меня на наше место. На земле лежал плед в красную клеточку. Небольшие фонарики в виде свечек создавали уют. Они светили блекло, но можно было различить очертания бутылки вина и двух бокалов, стоящих на корзинке для пикника, как на столике.

– Я решил, что мы уже выросли все-таки.

– Я и забыла, что мы пили сок, который ты тайно брал из погреба.

– Он был на тот случай, если к нам кто-то придет в гости, а сок в холодильнике закончился.

Я улыбнулась, а затем за редким пением птиц различила тихую музыку. Марк протянул мне бокал, и я взяла его. Мы чокнулись, и звон стекла эхом разнесся по улице.

– Потанцуем?

Музыка была медленная, и я позволила обнять себя за талию. Мы двигались в такт песни. В моем сердце загорелись огоньки, и мне было так спокойно и уютно.

Мой телефон завибрировал в сумочке, но мне было так хорошо, что я решила не брать трубку. Не важно, какое имя там высветится. Я сейчас там, где должна быть, и за эти несколько дней я наконец счастлива.

– Кто-то хочет найти тебя.

– Даже смотреть не буду.

Мы выпили еще бокал и легли на плед. Небо слегка качалось, но звезды светили так ярко, что казалось, будто они специально зажглись ярче, чтобы я ими любовалась.

– А помнишь, как мы с тобой случайно подарили одинаковые подарки?

– Да, книгу, которую мы хотели оба прочитать.

Я хотела добавить, что выбросила ее в порыве злости на него, но не стала.

– Я выучил наизусть почти каждую страницу.

– Я тоже.

Прежде чем выбросить ее.

Я прижалась к груди Марка, как делала это раньше. Он был тверже, чем Майкл, но его тепло почему-то было для меня более успокаивающим.

– Что бы ты мне сказала перед отъездом?

– Что ты дурак.

Смех разлился по улице, наполняя ее теплом.

– А еще, что ты без меня не сможешь, – сказала я.

Марк поднял мой подбородок, и я задрожала. Подул прохладный ветер, остужая мои горячие от вина щеки.

– Я и не смог.

Мои глаза встретили его.

– Я думала, тебе было весело.

Марк притих, и я снова легла ему на грудь.

– Я был влюблен в тебя.

Эти слова отразились в моем сердце, которое готово было выпрыгнуть из груди.

– Я пытался скрыть от тебя это, ведь я говорил, что…

– Я тоже.

Мы оба задумались над сказанными словами, что наконец вылились наружу.

– И почему мы молчали? – прервала тишину я.

– Я- дурак, ты сама сказала.

– А я- дура.

Я улыбнулась, но Марк этого не видел. Его глаза были направлены на небо, где ярко для нас светили звезды.

– Скажи, если бы ты могла бы все изменить, ты была бы со мной?

– Я не могу ничего изменить, поэтому давай не будем об этом размышлять.

– Ты права.

Я отлипла от груди Марка и встала, поправляя юбку.

– Мне пора.

Фогель встал, и мы пошли по тропе, по которой сюда пришли. Ночь уже начинала уступать место утру, и вдалеке уже проглядывалась слабая полоска света. Обратный путь мы шли в своих мыслях, и это было понятно, учитывая ту информацию, что стала известной спустя столько время.

Вскоре показался мой дом, в окнах которого не горел свет.

– Спасибо за этот вечер, – сказала я.

– Завтра увидимся?

Я зевнула, прикрывая рот ладонью, и кивнула.

– Спокойной ночи, Эмма.

Марк наклонился и поцеловал меня в щеку.

– Спокойной ночи, Марк.

Я зашла в дом, удивившись, как внутри свежо. Мои щеки горели, и на этот раз не от вина.

Глава 7

Я, на удивление себе, достаточно быстро оказалась в кровати. Я не прокручивала слова Марка перед сном, не вспоминала его голос, лицо и взгляд. В моей жизни был пробел, который наконец-то заполнился. Я вспоминала Майкла. Не так просто расстаться с мыслями о человеке, несмотря на то, что ваши пути разошлись. Я не готова была проститься с ним. Мне нужно было время свыкнуться с потерей и принять это. Принять, что я останусь с воспоминаниями о том, какие рассветы я встречала тогда и какие закаты провожала каждый день. Это осознание должно было прийти постепенно, а не как молния поражает дерево своим зарядом. У меня было то, что я могла вспоминать. Его тело, манера речи и поведения отличались от всех парней, с которыми я была знакома. Он был самоуверенным из-за чего и понравился мне. Майкл добивался меня из-за того, что я не кинулась ему сразу в объятия, как это делали другие девушки. Но он заполучил меня достаточно быстро. Когда мы пошли на первое свидание на улице была гроза. Гром сотрясал землю, а вспышки молний освещали уже ночную темноту. Я сказала родителям, что пошла на ночь к Лесли, но сама пошла на свидание с парнем моей мечты. Я вспоминала тогда Марка, но уже как пройденный этап, но сейчас… Мои мысли запутаны, и я не могу разобраться в них.

– Ты выглядишь так, будто собралась фотографироваться на обложку какого-нибудь крутого журнала.

Я привыкла уже слышать такие странные комплименты, принимая их за искренность.

На мне было темно-зеленое платье в пол, украшающим элементом которого были открытые плечи. По бокам золотыми нитками был вышит узор. Такой образ мало походил на повседневный, но отлично подходил для свидания.

Майкл повез меня к себе, и я была не против. Я представляла, что произойдет что-то особенное, но как выяснилось парни не всегда приглашают к себе, чтобы переспать. Ложь. Они приглашают только для этого.

Майкл поцеловал меня, как только закрылась дверь в его комнату. Его широкие плечи были под моими руками, и я уже поняла, что он хочет. Но я сомневалась.

– Майкл.

Он не слышал меня или делал вид. Когда он положил меня на кровать, я оттолкнула его.

– Все в порядке, если ты не хочешь, – сказал он.

– Не хочу.

Майкл попросил прощения и включил компьютер, который стоял недалеко от его кровати.

– Посмотрим кино?

– Да.

Мы остановились на боевике, но выбирал фильм Майкл. Я тогда не замечала эти мелочи, которые казались мне неважными.

Я сломала систему, не отдавшись ему сразу. Я динамила его, и когда он приглашал куда-нибудь пойти, я отказывала ему, пока наконец не сдалась.

Но сейчас, сходив на свидание с парнем, к которому у меня были чувства в прошлом, я вспоминала своего бывшего. Я соскучилась по нему. По его рукам, нежно поглаживающим мой живот перед сном, по его голосу, который говорил мне, что мы- навсегда, по взгляду, которым он одаривал меня, когда я делала то, что ему нравилось.

Просто наступила ночь. И мне пора забыться в ней, пока она не сыграла со мной в злую шутку.

Утро наступило неожиданно быстро, и я, еле поднявшись с кровати из-за духоты, включила ноутбук и стала смотреть вакансии. Было достаточно сложно найти работу, считая, что меня должны на ней все-таки уважать. Таких вакансий было мало, но я откликнулась на них, ожидая звонков, которые так и не поступили на мой телефон.

После ночи воспоминаний и встречи с Марком ничего нового на следующий день не произошло. По-прежнему светило солнце, по-прежнему было жарко и по-прежнему я одна.

Сообщений и звонков от Марка не поступило. Я не знала, где он остановился сейчас, да и искать его снова сил не было. Я посмотрела на корзинку с цветами. Этот жест указал на то, что сейчас Марк готов добиваться меня, но готова ли я? Я представляла нас как пару, когда мы учились, но когда он уехал я осталась без него. Мне пришлось свыкнуться с этой мыслью, что моя первая любовь не станет моим счастливым опытом.

И почему он появился тогда, когда я рассталась с Майклом? Как будто все подстроено!

Из-за громкого звонка я дернулась и чуть не уронила свой ноутбук со своих колен. Номер не определился, и я подготовила свой официально-деловой тон, чтобы ответить, ведь работодатель должен сразу понять, что у меня серьезные намерения.

– Привет, Эмма. Я потерял свой телефон вчера, когда шел в отель, прости, что не связался с тобой раньше, – сказал Марк.

– Я только что тебя вспоминала.

– А я думал о тебе все это время.

Я улыбнулась. Внутренняя богиня во мне ликовала, говоря, что я просто бесподобна, и не было даже маленького повода сомневаться в этом.

– Я рада слышать тебя, пусть и непривычно.

– Что ты делаешь сегодня?

Я вообразила себе страницы ежедневника со всеми моими делами на сегодня и пришла к выводу, что она осталась чиста. Признаваться в том, что мне совершенно нечего делать, я не хотела.

– Есть кое-какие вещи, которыми мне нужно заняться, – сказала я, – но если ты хочешь куда-нибудь меня позвать, то я перенесу.

Смешок голоса из прошлого вызвал во мне бурю эмоций, и мурашки побежали по моим рукам, как электрический заряд.

– Тогда жду тебя на месте, где раньше мы покупали мороженое в жаркие дни.

– Но там уже не продают ничего. Ту лавку снесли почти сразу, как ты уехал.

– В любом случае мы сможем там погулять. Вроде неподалеку от того места есть парк.

– Да, хорошо. Через час я буду ждать тебя у его входа.

Звонок скинут, и я пошла собираться на второе свидание с Марком. На этот раз мне пришлось надеть старые вещи, и я достала их из своего шкафа. На улице снова убивающая жара, а раз мы решили встретиться у парка, я достала свои джинсовые шорты и красный топ. Чтобы волосы не слиплись на лбу, я их убрала в высокий, на сколько это возможно, конский хвостик.

Мне было непривычно думать о другом. Мне было непривычно думать о свиданиях.

Лесли оставила голосовое сообщение сегодня утром, но я, не прослушивая, его удалила. Я хотела бы сказать, что прошлому нужно отказывать, но не смогла об этом даже заикнуться, поскольку шла на свидание с человеком из своего прошлого. Пусть и хорошего, полного теплыми воспоминаниями, но прошлого.

Добираться до того парка на машине заняло бы минут десять, но так как у меня нет даже велосипеда, мне пришлось идти пешком. Солнце сначала приятно грело кожу, но вскоре мои щеки на лице покраснели, руки и плечи стали горячими, и я пожалела, что не взяла себе бутылочку с холодной водой. Но прогулка удалась. Мое настроение поднялось, и это было кстати перед свиданием.

– Эмма.

Я обернулась и увидела Марка с двумя рожками мороженого. Я выхватила один из них и начала жадно его поглощать.

– На улице невыносимо жарко!

Марк смеялся. Его смех до сих пор вызывал у меня целый спектр эмоций, и я не могла определиться все же каких.

Сегодня на нем была свободная черная майка, почти не прикрывающая его грудь и живот, джинсовые шорты почти достающие колен. Его непринужденная поза и прикид притягивали к себе внимание, и я вновь поняла, что со мной происходит что-то странное.

– Я много думал после того, как мы вчера расстались, и я хочу побороться за тебя, Эмма.

– В каком плане?– прожевывая хрустящий рожок, сказала я.

– Я потерял слишком много времени, и мне придется многое исправлять.

Мимо проехали дети на велосипедах, и я с Марком остановились, чтобы их пропустить. Среди трех мальчишек была одна девочка. Она была такой свободной, что я даже ей позавидовала. Она хохотала во весь голос, не обращая ни на кого внимания.

– Я хочу быть с тобой, Эмма. Я знаю, что ты откажешь мне сейчас. Тяжелый разрыв, предательство подруги, а тут я со своими предложениями… Но я буду бороться за тебя. С этого дня.

– Я даже не знаю, что сказать.

– А тебе ничего и не надо говорить, – Марк вытер рот салфеткой, – я буду это делать с твоим разрешением или без. Я и так многое уже упустил.

Внутри меня вырос какой-то комок тепла, и на душе стало спокойно и радостно.

– Эмма?

Тень загородила меня от палящего солнца, и я подняла свой взгляд. Майкл стоял в пляжной одежде, а рядом с ним была какая-то красотка.

– Ты выглядишь прекрасно, хочу сказать, – сказал с гордостью он.

Марк стоял рядом со мной, но не нарушая мое личное пространство, за что я сейчас ему благодарна. Я вспотела от волнения, и холод распространился от моих ног к лицу. Но почему-то оно стало гореть.

– Я не буду говорить, что рада тебя видеть, – твердо сказала я.

По голосу я держалась уверенно, но никто не знал, что в этот момент я чуть ли не падала на землю от боли.

Красотка взяла локоть Майкла и показала своим скучающим видом, что она хочет продолжить прогулку.

– Я смотрю, ты быстро нашла мне замену, – мой бывший указал кивком на Марка, но я не хотела смотреть на него.

– А я смотрю, ты нашел уже замену и Лесли, – я специально оценивающе провела по ней взглядом, а затем добавила, – какой же ты урод.

– Кто такая Лесли, дорогой?

Голос у нее был писклявым и полностью пропитан тупизмом.

– Потом расскажу тебе.

Он отошел чуть в сторону, а затем выпалил:

– Я всегда знал, что ты такая стерва. И знаешь, я может и сделал бы тебе предложение, но только потому что ты нравилась моей маме. Мне ты никогда не нравилась.

С этими словами он ушел, ведя за собой новую жертву. Тупая красотка не могла сохранить его темп, так как была на каблуках, поэтому она кричала на весь парк, чтобы Майкл шел помедленнее.

Марк подошел ко мне ближе.

– Мне жаль.

В моих глазах что-то защипало, и я с радостью бы выплакалась в чью-нибудь жилетку.

– Все в порядке.

Марк обнял меня, и я дала волю слезам. Я плакала навзрыд, а он утешал меня, поглаживая по голове.

– Плачь, я знаю, тебе станет легче.

От этого я заплакала еще громче. Я была уверена, что на нас уже все косились, но мне было все равно.

– Плачь настолько громко, на сколько тебе хочется. Плачь так, как будто никто тебя не видит.

И я сделала так, как он сказал мне. Вся боль выходила из меня через глаза, что я спрятала, прижавшись к Марку. Спустя какое-то время слезы закончились, и мне стало немного получше.

– Спасибо.

Я с благодарностью отлипла от тела Марка.

– Тебе надо было это.

– Наверное, я все испортила…

– Нет, ничуть.

Я посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что на меня никто не смотрит.

– Думаю, мне пора домой, я еще кажется не все выплакала…

– Я никуда тебя в таком состоянии не отпущу. У нас свидание, и никто его не испортит, слышишь?

Я посмотрела на Марка и поняла, что он тот, кто мне нужен сейчас. Я кивнула и улыбнулась.

– Не думала, что буду стоять по середине парка с тобой и плакать.

– Никто не знает, что может случится. Самое главное, нужно верить в то, что это неспроста. У каждого события есть свои планы.

– Узнать бы эти планы.

Марк вопросительно поднял свои плечи и улыбнулся. Его улыбка была непринужденной, и я чувствовала, что она шла от сердца. Искренность в его словах поражала меня, когда мы начинали дружить, но как он смог сохранить ее спустя четыре года? Время жестоко к таким проявлениям.

– Я думаю, что когда-нибудь все будет хорошо, – сказал он, – ты поймешь, что Майкл был всего лишь горьким опытом. Но ты и этому будешь ему благодарна.

– А у тебя была девушка в Лондоне?

Марк задумался на мгновение, и я увидела в его глазах тоску. Его карие глаза наполнились влагой, но он посмотрел на солнце, а затем на меня.

– Да.

– И что у вас случилось?

Марк напрягся, и я поняла, что совершила ошибку, спросив его об этом.

– Прости, я не должна была спрашивать.

– Нет, все нормально. Она не была моей девушкой. Мы с ней познакомились в школе, в общем, типично для всех знакомств в таком возрасте, но она была больна.

Мое сердце сделало удар, потому что я видела, как больно было Марку об этом говорить.

– Она умерла, Эмма. Ей было восемнадцать. Она мне нравилась, но она не позволяла мне приблизиться к себе.

– Как ее звали?

– Тереза.

Я больше не спрашивала про нее, ведь воспоминания задевали Марка. Все это было грустно, и я не знала, как поддержать в такой ситуации человека. Я знала, что должна была посочувствовать, но слов не находилось.

Мы шли по дорожке и пришли к пляжу. Океан сегодня был спокойный, и куча людей плавали и загорали. Я хотела бы окунуться в прохладную воду, чтобы остыть от палящего солнца, но я не прихватила с собой купальник. По взгляду Марка я поняла, что он думает о том же самом.

– Поплаваем?

– Я без купальника.

– И что?

Марк стянул с себя майку и уже начал расстегивать себе шорты, но остановился, посмотрев на меня.

– Неужели тебе не все равно, в чем зайти в воду?

– Не все равно, здесь много людей, а я стесняюсь и просто в купальнике зайти поплавать, а ты говоришь…

Марк снял шорты и бросил их на горячий песок.

– Ты сглупишь, если не пойдешь купаться в такую погоду.

Марк уверенным шагом направился к воде, а мне представилась возможность посмотреть на его тело. Он стал более накаченным, и от этого я сходила с ума. Но фигура Марка остановилась, а затем он пошел ко мне.

– Водичка оказалась холодной?

Марк поднял меня на руки и понес к воде. Океан выпускал волны на берег спустя несколько секунд, но они были спокойными и плавными.

– Марк, что ты делаешь?

– А разве не понятно? Несу тебя купаться.

– Я не хочу.

– Не ври.

Я попыталась спрыгнуть с его рук, но он забросил меня на плечо. Я кричала, но никто не смотрел в нашу сторону.

– Марк!

Мы приблизились к воде, и он медленно заходил в воду.

– Это нечестно! Я буду ходить полностью мокрая, а ты будешь сухой!

Марк смеялся, а меня выводило это из себя. Когда у тебя мокрые штаны, тебе неприятно, а когда вся одежда полностью…

– На мне босоножки, они расклеятся, если ты кинешь меня в воду.

Я ожидала, что он отнесет меня на берег, но вместо этого он просто с меня их снял и кинул на песок.

– Марк!

Мои лодыжки почувствовали теплую воду, и я готовилась, что скоро окажусь в воде, но Марк остановился. Я задержала дыхание, ведь он должен сейчас скинуть меня в воду, но вместо этого он нежно поставил меня на ноги. Воды мне было по грудь, и она приятно охлаждала.

– Я думала, ты меня кинешь в воду.

– Зачем мне так делать?

Он оттолкнулся от дна и поплыл к буйкам. Я смотрела на то, как его тело быстро отдалялось от меня, и я поплыла за ним. Нырнув с головой, я почувствовала, как охладилась моя голова, и это было так приятно.

Когда я приплыла к буйкам, Марк уже держался за один из них.

– Я хотела бы на тебя злиться, – сказала я, – но вода такая хорошая, и я не могу.

Марк улыбнулся, а я, когда он этого не ожидал, провела рукой по воде, чтобы полностью его обрызгать. У нас началась настоящая водная битва. В перерывах, когда во рту не было воды, я смеялась, но Марк начинал побеждать, и я нырнула под воду. Шорты сковывали мои движения, как и топ, но я проплыла за спину Марка и прыгнула ему на спину, топя его.

– Это нечестно! Ты играешь не по правилам, – кричал он.

Я спрыгнула с него и подплыла к буйку.

– Я тебя победила, смирись с поражением.

Его сосредоточенный взгляд был прикован ко мне, и моя улыбка сошла с лица.

– Только не говори, что на моей голове осьминог.

Марк молчал и не улыбался. Я нервно стала трогать свои мокрые волосы, но там ничего не было.

– О чем ты задумался?

Марк нырнул и снова появился передо мной. Его взгляд остался таким же напряженным, но легкая тень улыбки появилась передо мной, и я немного расслабилась.

– Просто подумал о том, что такого момента больше не будет, а я даже не могу сфотографировать его на память. А ты сейчас такая красивая…

Я улыбнулась, но прекрасно понимала, о чем говорит Марк. Я хранила ту единственную фотографию, потому что она была не просто бумажкой, она доказывала, что это было со мной, что я не выдумала эти события.

– Мы сделаем фотку после того, как приплывем на берег.

– Но у меня ее не останется.

Я обняла его в воде, но она меня подняла, и мне пришлось обвить свои ноги вокруг талии Марка, ведь я не хотела захлебнуться водой. Мне не удавалось расслабиться и плавать на спине. Я все время тонула, не доверяя стихии.

– Торопишь события? – спросил Марк, ухмыляясь.

Одна его рука прикоснулась к моей ноге, и я захотела поцеловать его. Губы Марка были приоткрыты, но я не хотела доверяться этому порыву. К тому же мне было интересно, как Марк собирался за меня бороться.

– Не в этот раз.

Я отлипла от его тела и поплыла к берегу, пару раз захлебывая соленую воду. Когда я шла мокрая по песку, я думала о том, что я уже не провела этот день бессмысленно. Я испытала такие же эмоции, как тем летом перед отъездом Марка. Свобода. Вот, что я сейчас испытывала.

Я могла говорить, что думаю, могла плакать, если захочу, могла засмеяться во весь голос, пока брызги воды попадали мне в рот.

– Думаю, пора перекусить чем-нибудь. Неподалеку находится кафе, в котором очень вкусно кормят.

Марк уже надевал майку, и я удивилась, как быстро он догнал меня. Когда я плыла к берегу, он стоял на месте и не собирался меня догонять.

– Я не взяла деньги, – призналась я.

– Тебе брать и не надо.

Мы пошли по парку, где больше пахло океаном и теплом, чем деревьями. Людей становилось все больше, и в парке становилось все громче от посторонних звуков.

Когда мы подошли к кафе, на входе нас встретила управляющая заведением.

– Извините, но в мокрой одежде к нам нельзя, – сказала она с неприязнью.

– Я вспотела.

Марк сдерживался, чтобы не засмеяться, что усложняло мне задачу делать вид, что я говорю правду.

– У меня быстрый обмен веществ.

Я прошла внутрь, взяв Марка за руку, и мы расхохотались, как только сели за столик с кожаным диваном.

– Вспотела, значит?

– Первое, что в голову пришло.

Нам принесли холодный лимонад, и мы с радостью осушили по стакану прежде, чем принялись за картошку фри под сырным соусом.

– Помнишь, мы раньше сидели с тобой у фонтана и говорили маленьким детям, что если нырнуть туда и достать монетку, то желание сбудется.

Я засмеялась и взяла ломтик картошки.

– А потом к нам подбежала мамочка с обеспокоенным и злым лицом, – добавила я.

– Здорово снова туда сходить.

– Я завтра свободна, – я взяла стакан с лимонадом и сделал глоток.

Я улыбалась, надеясь, что ничего не застряло у меня в зубах.

– Тогда я завтра заеду за тобой.

Марк показал рукой официантке, чтобы она подошла.

– Не могли бы вы дать мне ручку и бумажку?

– Да, конечно.

Милая официантка достала из фартука свой блокнот, вырвала из него листочек и протянула ручку.

– Спасибо.

Марк что-то написал на листочке и отдал предмет, который одолжил.

– Это мой новый номер, – сказал он и протянул мне бумажку, – я купил новый телефон и пришлось сменить его.

– Я должна тебе позвонить?

– Звонить буду я, просто, чтобы ты понимала, что это я.

Я сложила листочек вдвое и убрала в карман шортов. Я начинала уже высыхать.

Я доела последний кусочек картошки, и Марк расплатился с официанткой. От того, что она так мило с ним разговаривала, я начинала ревновать, но делала вид, что все прекрасно.

– Я тебя подвезу.

Что? На чем?

Мы вышли на улицу и снова оказались в жаре. Солнце чуть-чуть уже опустилось, но воздух стал душнее. Сейчас бы дождик…

– У тебя есть машина?

– Да.

– И где она?

Марк указал кивком на новенький черный мерседес.

– Подожди, ты знал, что мы сюда придем в конце свидания?

– Ага.

– Она же дорогая!

Я потрогала капот машины и вылупилась на Марка.

– Я точно все о тебе знаю?

Марк засмеялся и открыл дверцу с моей стороны. Из салона вышел запах новой кожи.

– Не все, но обязательно узнаешь.

Глава 8

Я сидела за ноутбуком, просматривая социальные сети. Вечер был спокойным, легкий дождь успокаивающе стучал по крыше, и я собиралась посмотреть кино. Так как настроение у меня оставалось романтическим после свидания, я искала какую-нибудь известную мелодраму, которую я еще не смотрела.

В машине Марка было гораздо удобнее, чем у Майкла. Я вытянула свои ноги и расслабилась, наслаждаясь поездкой до дома. Кондиционер охлаждал мое соленое от океана тело. Легкая музыка сопровождала меня до дома. Марк молчал, и я не произнесла ни слова, когда села в его мерседес. Я все еще была под впечатлением. Марк не отличался положением раньше. У них была непримечательная машина и небольшой домик, в котором было очень уютно. Мне было интересно, откуда у Марка такая машина, но воспитание не позволяло это спросить.

– Я собираюсь купить дом, – сказал он, подъезжая к моей улице, – только пока не решил, где будет лучше.

– Мне очень нравится жить на тихой улице, где все стали уже близкими, но я, когда заработаю, хочу жить рядом с океаном. Ты никогда не задумывался, что люди не ценят того, что у них есть? Маленький домик, но зато на берегу океана! Они каждый день могут на него смотреть, просто выглянув в окно! А если грустно, просто выйти на берег и сидеть смотреть на волны. Я им завидую.

Марк завернул на мою улицу, ища дом, в котором я провела всю свою жизнь.

– Предлагаешь купить на берегу?

– Нет, я поделилась тем, чего хочу я. А ты купи себе там, где хочешь.

Марк остановил машину рядом с моим домом и уже наклонялся поцеловать меня, как я открыла дверцу.

– Спасибо, – быстро сказала я, – мне пора. Позвони мне.

Я улыбнулась и выскочила из машины.

Я нашла какой-то фильм, но настроение смотреть его испарилось. Мне хотелось мечтать. Лежа на кровати и смотря в потолок, я просто представляла, каково это быть счастливой с кем-то, кто действительно любит тебя. Была ли я счастлива с Майклом? В первые месяцы точно. Он даже заботился обо мне, а потом я решила, что конфетно-букетный период закончился, и такое поведение- норма.

Я могла написать Лесли про то, как видела сегодня Майкла с какой-то девицей, но не стала даже набирать сообщение. Я хочу, чтобы она узнала об этом так же, как и я. Это не месть. Я считаю, это справедливостью, к которой я даже не коснусь.

Я представляла завтрашний день. Раньше мы добирались на автобусе в то место, где стоял тот фонтан, и признаться, я там не была после того, как Марк переехал.

Новый день еще не начался, а я уже сильно ждала его. В предвкушении нового свидания я решила заказать себе новые вещи на те деньги, что остались у меня на личные траты, но, зайдя на несколько сайтов, я отложила эту затею, потому что ничего подходящего не нашла. Я покупала себе скромные вещи, и мне захотелось это исправить, но покупать настолько откровенные я была не готова, особенно за такие деньги. Проще самой разрезать платье и выйти голой на улицу совершенно бесплатно.

Я взяла свой телефон с тумбочки и набрала Джеймсу. Я знала, что это перебор просить его снова отвезти меня в магазин, но я ничего не потеряю от этого звонка.

Джеймс взял трубку, но молчал. На заднем фоне у него было шумно, музыка орала, люди громко разговаривали, и я поняла, что позвонила не вовремя.

– Эмма, что-то случилось?

– Нет, забудь, ты занят, не буду мешать.

Я скинула трубку. Конечно, у Джеймса своя жизнь, и он не всегда сидит без дел, ожидая, когда ему позвонят, но почему-то стало обидно, что он пошел на вечеринку, или даже устроил ее, и не позвал меня. Да, мы не были близкими друзьями, но было обидно.

Я посмотрела в окно. Темно, и лишь где-то вдалеке горел уличный фонарь. Дома, конечно же, опять никого не было, и это неудивительно. Я достала из шорт бумажку, вспоминая, как Марк ее взял у официантки, и уже хотела набрать номер, но экран загорелся, и я быстро взяла трубку.

– Эмма, какого черта ты кинула трубку?

– Ты занят. Я не хотела тебя отвлекать.

– Я сказал тебе, что занят?

Я задумалась. Он вообще тогда ничего практически не говорил.

– Нет.

– Больше так не делай, что у тебя случилось?

Я задумалась, стоит ли говорить Джеймсу о том, что я снова хотела его попросить свезти меня по магазинам.

– Эмма?

– Ничего, я просто хотела узнать, как у тебя дела.

Джеймс вздохнул и кинул трубку. И как это понимать? Я разозлилась еще больше на него и даже начала говорить вслух. От возмущения, а не потому что схожу потихоньку с ума.

Я открыла свой шкаф, в надежде, что там что-то появится, но я обнаружила полупустые полки со старыми вещами.

Гудок автомобиля раздался за моим окном, и я подбежала посмотреть в окно. Машина Марка стояла рядом с моей подъездной дорожкой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.