Эми Сароян
Потеряв меня, ты падёшь

Пролог

Столичный клуб, забитый до отказа, находился в ожидании главного события этого вечера, пока толпу разогревала местная рок-группа, которая уже успела засветиться на нескольких фестивалях, хорошо себя зарекомендовав; а их дебютный видеоклип, выпущенный в начале года, собрал миллионы просмотров, явив миру талантливых молодых ребят, чье творчество по достоинству оценили даже зарубежные коллективы, один из которых пригласил вокалиста принять участие в записи совместного сингла, и сегодня эта композиция впервые прозвучит вживую.

В то время как в фан-зоне по полной оттягивались самые отъявленные фанаты жанра, на краю танцевального партера стояли две девушки, с любопытством наблюдая за происходящим со стороны. Одна из них выглядела совсем неуместно в своем небесно-голубом платье до середины бедра и на высоких каблуках среди всей этой суматохи, но по выражению ее лица, – как она завороженно наблюдала за вокалистом на сцене, – можно было предположить, что ей все очень нравится. Ее золотистые волосы, завитые в крупные локоны, доходили до лопаток и задорно подпрыгивали, когда она вертела головой, не упуская из вида лидера группы, который просто не мог стоять на одном месте и постоянно перемещался по всей длине большой сцены.

До окончания выступления российской группы оставалось совсем немного, и фронтмен, допевая последнюю песню, стянул с себя футболку и бросил ее в зал. Пока все наблюдали за полетом мокрой одежды, девушка устремила свой взгляд на полуобнаженное тело молодого человека. Его грудь и руки покрывали многочисленные татуировки, которые было сложно разглядеть издалека, и юная блондинка неосознанно шагнула вперед, но ее быстро остановили, схватив за локоть.

– Эй, полегче, Джул, тебя там затопчут, – расхохоталась темноволосая подруга девушки, отдергивая ее назад. – Мы с ними скоро встретимся, так что не переживай.

– В каком смысле? – спросила с легким акцентом Джульетта, на миг окаменев от шока.

– А ты думала, как мы сюда так просто попали? Мой друг ударник в этой группе и у нас с тобой лучшие места в ВИП-ложе вместе с ними. – Девушка указала на второй ярус огромного помещения клуба, где располагалась изолированная площадка с отдельным балконом вблизи сцены. – Сегодня ты увидишь Bring Me the Horizon во всей красе. Чем не лучший День первокурсника, а?!

– Тань, не думаю, что твоим друзьям понравится мое присутствие…

– Ой, не начинай! – оборвала ее подруга, недовольно качая головой. – Парни из Smells Like Teen Spirit просто милашки, ты им сразу понравишься.

– Smells Like Teen Spirit? Так их группа называется? Это же название одной из песен Nirvana.

– Раньше он исполнял чисто каверы, а композиция «Smells Like Teen Spirit» была его любимой, – ответила Татьяна, пытаясь перекричать вой толпы, которая с ликованием встречала основных звезд вечера. – Пошли, сейчас начнется!

Девушка схватила Джульетту за руку и потянула к лестнице, где их поджидал один из ее друзей – тот самый барабанщик, что буквально пару минут назад отжигал на сцене.

– Серега! – воскликнула Таня, заключая своего друга в крепкие женские объятия. – Ваше выступление было просто офигенным, еще немного и вы окажетесь на одном уровне с Брингами!

– Ну да, ну да, – рассмеялся парень, проводя ладонью по влажным волосам. – Ладно, пойдемте, все уже в сборе.

Сергей сопроводил дам через охрану и через минуту они уже стояли возле накрытых столов, обставленных различными алкогольными напитками.

– А где… – протянула Джульетта, ища взглядом вокалиста группы.

– Расслабься, дорогая, он скоро присоединится к нам, – ответила Татьяна, уловив замешательство подруги. – Если нет сил ждать, можешь пойти в их гримерку.

– Что?.. Нет! Я просто… – девушка засмущалась, чем вызвала смех у присутствующих.

– Кто эта куколка? – все еще смеясь, произнес один из ребят, жадно рассматривая гостью. – Ты слишком хороша для него.

После его слов все снова рассмеялись, окончательно смутив Джульетту. Решив больше не задавать лишних вопросов, она села рядом со своей подругой и уставилась на сцену, где участники группы BMTH настраивали инструменты.

– Будешь? – Таня держала в руке рюмку, предлагая с ними выпить. Сначала Джульетта не решалась, но в итоге взяла предложенный напиток и вскоре об этом пожалела. Одним глотком осушив содержимое, она плохо рассчитала свои силы, ведь пить алкоголь ей приходилось впервые, особенно такой крепкий.

Джульетта вскочила как ошпаренная, позабавив парней своим несуразным поведением. Но сейчас ей было все равно, поскольку рот и горло пылали адским пламенем, и требовалось срочно потушить этот пожар холодной водой. Девушка решительно направилась в уборную, но не успела она выбежать в коридор, как тут же на кого-то налетела.

– Какого черта! – взревел суровый мужской голос, сильно напугав Джульетту, которая моментально отскочила в сторону и прижалась спиной к стене.

В коридоре горел тусклый свет, практически не давая рассмотреть проходящих мимо людей. Но пристально уставившись на девушку, парень с удивлением приподнял бровь; такой ухоженной и утонченной особы он не надеялся здесь сегодня увидеть. Больше всего молодого человека привлекли ее большие глаза, которые в прямом смысле опьяняли и того хмельное сознание.

– Извини… – произнесла девушка; от волнения у нее снова появился еле заметный акцент.

Незнакомец шагнул к ней ближе, и все страхи разом испарились. Перед ней стоял лидер группы Smells Like Teen Spirit, за которым она с упоением наблюдала из зала. Вблизи он оказался еще симпатичнее, и ей пришлось опустить глаза в пол, чтобы не покраснеть прямо перед ним.

Такая реакция парню пришлась не по душе и, подойдя к ней ближе, он приподнял указательным пальцем ее подбородок, заставив вновь на него взглянуть.

– Привет, – на его лице расцвела обаятельная улыбка, но было в ней что-то настораживающее. – Откуда ты здесь такая, малышка?

– Я… я… – Джульетта чувствовала себя крайне неудобно в такой близости с ним и не сразу смогла ответить. – Я подруга Тани… у нее друг… этот… – запнулась она вновь, забыв имя барабанщика.

– Вот оно как. – Он опустил голову, и их лица оказались на одном уровне, буквально в нескольких сантиметрах друг от друга. Вдохнув ее аромат, он медленно отступил, и, видимо, запах ему понравился; на его губах заиграла соблазнительная улыбка. – И что ты здесь делаешь… одна?

– Просто решила прогуляться, пока не начался концерт, и заодно немного освежиться, – попыталась четко ответить Джульетта, но под его долгим изучающим взглядом ее уверенность мигом испарилась.

Во время их недолгого разговора со стороны зала послышалась оглушающая музыка и крики толпы, что означало начало долгожданного представления.

– Ну, я думаю, нужно уже возвращаться, – произнесла с легкой улыбкой девушка и повернулась в обратную сторону.

– Да ладно тебе. – Парень схватил ее за запястье и потянул к себе. – Давай немного пообщаемся. У меня как раз есть немного времени перед очередным выходом на сцену, где мы с Сайксом исполним наш совместный трек.

Не дождавшись ответа, он повел свою новую знакомую в чилаут, который располагался прямо напротив ВИП-ложи, где веселились их товарищи.

– Куда мы идем? – пискнула Джульетта, начав беспокоиться.

В небольшом помещении стоял угловой диван, два кресла и низкий столик между ними. Сев на диван, парень усадил рядом с собой подругу, и закинул руку ей на плечи, притягивая к себе еще ближе.

– Как тебя зовут? – лениво поинтересовался он, не отрывая глаз с ее пухлых губ.

– Джульетта, – кротко ответила она, и чтобы поддержать беседу, решила поделиться своими ощущениями по поводу выступления ребят: – Моя подруга Таня о вас многое рассказывала, но сегодня вы просто нереально круто отожгли, было очень классно! Буду рада посетить ваш сольный концерт, если такой предвидится, слушать живьем твой голос – сплошное удовольствие.

– Хм, – его взгляд опустился на грудь собеседницы, и, указав на бутылки с алкоголем после минутного молчания, он снова заговорил: – Что выпьешь?

– Я не пью…

– Слушай, не надо прикидываться хорошей девочкой, здесь не перед кем красоваться, – Запустив пальцы в ее роскошные светлые волосы, вокалист повернул голову Джульетты к себе. – Хотя, признаюсь, такая лапочка, как ты, заводит куда сильнее тех куриц из фан-зоны.

Девушка попыталась оттолкнуть его, но мужская хватка была крепка. А когда она открыла рот, чтобы попросить его отпустить ее, несказанные слова растворились в страстном и настойчивом поцелуе, от внезапности которого у Джульетты чуть глаза на лоб не полезли.

Парень особо не церемонился, запустив следом вторую руку ей под подол платья, грубо поглаживая шелковистую кожу бедер. Он также не был скромен в поцелуях, его язык властвовал во рту девушки, заставляя ее пищать и стонать каждый раз, когда стальная штанга касалась ее языка.

– Остановись… – взмолилась ему в губы Джульетта. – Пожалуйста… не надо.

Молодой человек игнорировал все ее просьбы, считая девичье нытье обычной игрой, и все сильнее на нее напирал. Уложив свою спутницу на спину и скрестив ее руки над головой, он устроился между длинных и стройных ног, готовясь насладиться женским телом.

– Отпусти меня! – в панике начала брыкаться девушка, стараясь скинуть его с себя.

Но как бы она ни кричала, парню было плевать. Для него это очередная фанатка, которая даст ему все, чего бы ему ни захотелось

Свободной рукой он расстегнул ширинку, не в силах более сдерживать свой окаменевший член в узких джинсах. Следом его рука скрылась под платьем Джульетты, стянув с нее белые кружевные трусики.

– Не смей, слышишь! – повысила голос девушка, продолжая вертеться, чтобы высвободиться из плена. – Я не… А-а-а! – слова, что она не успела договорить, превратились в истошный крик.

Ее тело пронзила острая боль, и с каждым новым мощным толчком, женские крики становились все громче, но их все равно никто не услышит, особенно в чилауте во время хард-рок концерта.

От своей беспомощности Джульетта начала плакать, но ее насильника это вовсе не смущало. Он был слишком груб с ней и беспечен в момент крайнего возбуждения, находясь под действием марихуаны, отчего даже не заметил, как лишил хрупкую девушку невинности.

Парень дернул за бретельку платья, зацепив пальцами и бюстгальтер, и обнажил округлые груди, которые не давали ему покоя все это время. Красота, что предстала перед взором, воодушевила его до глубины души. Грудь девушки едва помещалась в большой мужской ладони, воспаляя в нем животное желание. Наклонившись, он схватил зубами один из сосков, не прекращая нещадно насиловать Джульетту, которая и пошевелиться не могла под тяжелым весом обидчика, не говоря уже о том, чтобы дать ему отпор.

– Пожалуйста, перестань, прошу… – рыдала она, чувствуя, как внутри нее все ломается. – Мне больно… остановись…

– Поздно лить слезы, – оскалился в ухмылке ее мучитель. – Ты прекрасно знала, на что шла.

– Что… что это значит?

Но ответа не последовало, лишь толчки стали стремительнее, а после парень замер, достигнув пика наслаждения. Получив свое, он также молча встал и застегнул ширинку.

– С тобой было приятно, местами даже очень, но ты слишком много ноешь, – равнодушно произнес он, рассматривая полуобнаженное и измученное тело Джульетты.

– Ты уходишь?.. – девушка была шокирована происходящим, так низко с ней еще никто не поступал. Он сломал ее и забрал у нее самое ценное, что она не намеревалась ему отдавать, а теперь решил уйти как ни в чем не бывало.

– Именно! – Распахнув дверь, парень в последний раз обернулся и проговорил с усмешкой: – Не будь наивной дурой, Джульетта, в этой гребаной жизни тебе не повстречать истинного Ромео, так что привыкай к обычному сексу без обязательств, где ты просто предмет для утоления нужд!

Глава 1

Я был глуп, очень глуп, если думал, что смогу оправиться после ее потери. Стоило ей появиться передо мной, и все снова рухнуло. Четыре года назад она помогла мне многое осознать, но сейчас я оказался на том же месте, откуда и начинал.

Месяц назад я без объяснения причин взял отпуск и вернулся в Москву, оставив Давида одного разбираться с делами отеля. К счастью, он не стал задавать лишних вопросов, за что ему громадное спасибо. То, что сейчас со мной происходило, не имело нормального объяснения.

За последние четыре недели ни одна ночь не прошла спокойно. Каждый сон превращался в кровавый кошмар, после которого я не мог еще несколько дней спать.

Не помню, когда дремал в последний раз, но сегодня голова гудела громче обычного, и с этим надо было что-то делать.

В последний раз попытка заглушить дикую боль обернулась крахом. Я снова и снова выбираю неправильный путь, который приводит меня к краю, где в любой момент можно запросто оступиться и упасть. Раньше мне всегда протягивали руку, помогая свернуть на праведную дорогу, но и этому скоро придет конец, ведь мертвеца никакими усилиями не поднять на ноги.

Сидя на полу своего нового пентхауса в шестнадцатиэтажной новостройке, я сутками смотрел на улицу через панорамные окна, думая о том, как разбиваю стекла и шагаю вниз. В этот вечер желание покончить со всем было как никогда сильным.

Подойдя к окну и приложив ладонь к холодному стеклу, я увидел свое жалкое отражение на фоне мрачного пейзажа ночной столицы. От недосыпания круги под глазами становились все темнее, а сами глаза покраснели. Вид был не лучше, как у какого-нибудь торчка. Сколько бы ни избегал этого, от судьбы не уйти.

Меня переполняла злость, которая скоро снова вырвется наружу, сметая все на своем пути, если я не возьму себя в руки. Закрыв глаза, попытался немного успокоиться, но звон мобильного телефона прервал мою ничтожную попытку справиться с безудержными эмоциями. В этот момент ладонь превратилась в кулак, и я со всей силы врезал по стеклянной стене, оставив на ее поверхности кровавый след от разбитых костяшек пальцев.

Я не ждал ни от кого звонка и брать трубку уж точно не собирался, но телефон не унимался на протяжении нескольких минут, продолжая звенеть и раздражать меня еще сильнее. Рванув в спальню, я был готов раздолбать этот кусок пластика об стену, но стоило мне подойти к прикроватной тумбе, как звон прекратился.

На дисплее смартфона высветилось десять пропущенных звонков от одного неизвестного номера, который я видел впервые. Отбросив телефон на кровать, двинулся обратно в гостиную, но в дверях меня что-то задержало, какое-то странное чувство, ранее мне неведомое.

Я подошел снова к кровати и схватил телефон, набирая неизвестный номер. Гудки шли, но никто не поднимал трубку, словно в отместку за то, что я проигнорировал все звонки. И как только собрался отклонить вызов, в динамике раздался женский голос на фоне оглушительной музыки:

– Алло, слушаю.

– Кто ты?

– Что? Ничего не слышно, говорите громче, я на концерте! – прокричала девица.

– Зачем ты мне звонила? – повысив голос, произнес в ответ, еле сдерживая в себе раздражение.

Девушка замолчала, и были слышны только крики толпы. Но через пару секунд она вновь подала голос:

– Звонила не я. Одна девушка попросила у меня телефон, чтобы связаться с кем-то, и, видимо, это кто-то – вы.

– Что за девушка?

– Ну, выглядела она странно. Молоденькая блондинка в голубом платье явно ошиблась клубом.

Я сразу же сбросил вызов и набрал сестру. Кроме нее, мне никто бы не стал звонить, но и она раньше никогда не звонила, хотя находилась в России уже несколько недель. Она каким-то чудом умудрилась уговорить мать, чтобы та отпустила ее на обучение в московский театральный институт, но при этом сестре было запрещено общение со мной и отцом.

Но Джульетта оказалось бунтаркой. Ей в первую очередь хотелось увидеть отца, а поступление в вуз стало поводом для переезда в Москву. Я видел ее всего один раз, вернувшись из командировки месяц назад. Мы собрались втроем у отца, и в тот день я впервые с ней познакомился. Прошло уже четырнадцать лет после нашей последней встречи, когда ей было всего три года. Можно сказать, что я заново обрел сестру. Она была моей полной противоположностью, но глаза нас объединяли: такие же зеленые, как и у нашего отца.

Я уже потерял счет, сколько раз набирал номер Джульетты, гудки шли, но она не отвечала. С другой стороны, зачем ей чужой телефон, если у нее был свой… Твою ж мать!

Набрав снова номер той девицы, я уточнил адрес клуба и устремился на подземную парковку. За те полгода, что мне пришлось работать с Давидом, я успел получить права, и, надеюсь, сегодня не лишусь их снова.

Меня окутало такое сильное беспокойство, что я даже не обратил внимания на то, как был одет: на мне были обычные синие джинсы и белая футболка, поверх которой успел накинуть серую клетчатую рубашку. Работа в гостиничном бизнесе отучила меня от обычной одежды, заставляя постоянно наряжаясь в костюм, и сейчас в кедах я себя ощущал немного странно.

Через несколько минут я подлетел к своему черному «Мерседес», который тут же завелся, стоило мне только взяться за руль. Ехать до клуба с учетом пробок не более получаса, если верить системе навигации, но я выжму из этой тачки максимум, и плевать что будет.

С ревом вылетев на дорогу, помчался по указанному адресу клуба, где в последний раз видели Джульетту, но не успел проехать и минуты, как современные технологии автомобиля меня притормозили, сообщив о нарушении скоростного режима и пересечении сплошной полосы. Теперь я понял, зачем Давид настаивал на этой модели седана; вот же засранец. Разбираться в настройках времени не было, поэтому скинул скорость и пристроился в свою полосу движения, иначе сегодня просто не доеду до места назначения.

Прибыв по нужному адресу раньше, чем прогнозировала навигация, я бросил автомобиль прямо напротив клуба. Сейчас судьба этого куска железа меня меньше всего волновала. Надо отыскать сестру, и чем скорее, тем лучше.

У входа меня остановили двое охранников, явно недовольные моей кривой парковкой. К счастью, в моем заднем кармане оказался бумажник, из которого я вытряс около двух десятков пятитысячных купюр. От такого подарка мужчины довольно закивали и спокойно пропустили меня в клуб, не задавая лишних вопросов.

Оказавшись внутри здания, моментально свернул в сторону женского туалета, где, по словам девушки, пряталась моя сестра.

– Джульетта! – закричал я, залетев в дамскую комнату.

Две девиц, стоявших у зеркала, ахнули от испуга и тут же вышли из туалета, видимо, не желая здесь больше находиться в обществе меня.

– Джульетта, где ты? – вновь закричал, подойдя к кабинкам, и после услышал звук щелчка замка. Последняя дверца приоткрылась, и за ней показалось заплаканное лицо моей сестры.

– Дэмиен? – прошептала она, заметив меня.

– Какого черта?.. – Подбежав к ней, я попытался осмотреть ее, но она отшатнулась назад и опустилась на крышку унитаза. На полу кабинки валялись ее туфли, а вот сумки нигде не было видно. – Что произошло?

Джульетта покачала головой и сжала губы в линию, пытаясь сдержать слезы. Она обняла себя руками и покачивалась взад-вперед, но я успел заметить на ее запястьях синяки.

– Можешь подбросить меня до общаги? – ее голос был таким тихим, что мне пришлось опуститься на одно колено рядом с ней, чтобы услышать. – Я потеряла сумку, а в ней были кошелек и телефон, поэтому не вышло заказать такси…

– Что ты здесь вообще забыла? – оборвал ее суровым голосом, и она мигом поникла, уставившись в пол. – Эй, извини, я не хотел кричать, просто…

– У нас сегодня был День первокурсника, и мы с подругой пришли сюда на концерт, потому что студенческое мероприятие показалось нам скучным, – произнесла она, взглянув на меня своими большими глазами, в которых что-то изменилось после нашей встречи несколько недель назад. Она была напугана и разбита.

– Почему ты плачешь? И где твоя подруга?

– Она решила остаться до конца, а я устала и хочу спать.

– Тебя кто-то обидел? – я с подозрением покосился на нее, но она тут же отвела взгляд в сторону.

– Все в порядке. Просто отвези меня, пожалуйста, в общежитие.

Хоть сестра и поступила на актерское мастерство, сейчас из нее была никудышная актриса. Но выбора у меня не оставалось, придется смириться с ее правдой. Протянув ей руку, чтобы помочь подняться, я случайно задел подол ее платья, на котором отчетливо виднелись засохшие капли крови.

– Это еще что такое? – вскрикнул я, указывая на заляпанное кровью платье.

– Что? – Джульетта с удивлением опустила голову, пытаясь разглядеть в тусклом свете ткань, и застыла в испуге, заметив пятна. – Я… я… не знаю, просто… что-то облила на себя, видимо.

– Ты можешь сказать мне, что с тобой, черт возьми, случилось? – от моего крика она вздрогнула, но говорить правду все так же отказывалась. Вот же глупая малявка.

Я помог ей надеть туфли, и поднялся на ноги, потянув ее за собой. Поначалу она сопротивлялась, но в итоге сдалась. Шла Джульетта медленно и крайне неуверенно, будто каждый шаг давался ей с болью.

– Что-то болит? – обратился к ней, остановившись в центре комнаты. В ответ она отрицательно покачала головой, не поднимая на меня глаз.

От ее поведения мое раздражение только усиливалось; я и так был на грани, а она своей глупостью делала лишь хуже.

– Если ты мне сейчас же все не расскажешь, я пройдусь по каждому в этом клубе, пока не узнаю, что с тобой стряслось!

– Я же сказала: ничего! – начала кричать сестра, оттолкнув мою руку. – И почему ты на меня злишься? Что я тебе сделала? Это из-за того, что побеспокоила тебя в этот пятничный вечер? Ну извини, такого больше не повторится!

Джульетта обошла меня и зашагала к выходу, но, не дойдя пары шагов до двери, остановилась возле стены. Она прижала ладонь к животу и захныкала. Если это был признак того, о чем я подумал в первую очередь, то кое-кто не выйдет отсюда живым.

– Какая тварь тебя тронула? – проговорил спокойно, хотя внутри уже поднимался вихрь гнева.

– Не понимаю, о чем ты говоришь, – ответила сестра, убирая пальцами слезы с лица. – Поехали…

– Никуда мы не поедем! – Схватив Джульетту за руку, я потащил ее в главный зал. – Ты покажешь мне, где этот ублюдок, и только попробуй снова соврать!

– Нет! Отпусти меня!

Она начала вырываться и бить меня свободной рукой, продолжая кричать, чтобы я ее отпустил. Но уже поздно, отступать не в моих правилах.

Пока тащил сестру к танцполу, всю дорогу пытался въехать, что это вообще за концерт такой. Из песни, которую сейчас исполнял на английском языке парень, или точнее сказать орал, я сумел различить на фоне воплей зрителей только одно слово «Obey».

Оглядываясь по сторонам, сложно было поверить, что сестра явилась сюда по своему собственному желанию. Эта атмосфера форменного безумия ей совсем не подходила.

– Куда мы идем? – закричала Джульетта, врезав в очередной раз кулаком мне в правый бок.

Я сам не знал, куда иду, и понятия не имел, где искать того козла, что надругался над моей несовершеннолетней сестрой.

Как только мы обошли танцевальный партер, мне на глаза попался охранник у лестницы, который заметив нас, а точнее Джульетту, отошел в сторону, решив, что она собирается на второй этаж. Я сразу же поднял голову, чтобы рассмотреть верхнюю ложу, куда вела лестница, и заметил группу парней, облокотившихся на защитное ограждение. Сильнее сжав девичью руку в своей ладони, потянул сестру наверх.

– Нет, стой! – начала она паниковать, всячески пытаясь вырваться из моей хватки.

Игнорируя ее, быстрым и решительным шагом двигался к молодым людям под сумасшедшую музыку, от которой вскипала кровь. В этот вечер я могу снова нарваться на неприятности, и бурлящий во мне адреналин только подтверждает сей факт. Но уйти сложнее, чем выплеснуть свою ярость.

– Эй, фрики! – окликнул группу из шести человек возле столиков у края ложи, среди которых была одна девушка, видимо, подруга сестры.

На мой зов обернулись пятеро; а один из парней, сидевший возле стены, даже не обратил на меня внимания, продолжая пялиться на экран своего смартфона. Подобравшись к ним ближе и не выпуская руки Джульетты, я снова заговорил:

– Кто из вас скотов ее обидел?

Но никакой реакции не последовало. Все смотрели на нас с таким удивлением, словно понятия не имели, что произошло.

– Мне повторить? – закричал я, шагнув еще ближе. – Кто, блядь, тронул ее, уроды?!

– О чем ты? – ахнула девушка, подбежав к Джульетте и с ужасом ее разглядывая. – Что произошло? – Но сестра продолжала молчать, склонив голову, чтобы спрятать красное лицо за занавесом из светлых волос.

В этот момент парень, который сидел дальше всех, поднял голову и наши взгляды встретились. А когда заметил рядом со мной Джульетту, мигом побледнел.

– Дэмиен? – произнес он дрожащим голосом, вскочив на ноги. Остальные парни тут же на него оглянулись, не понимая того страха в его голосе. Но я-то знал, и он тоже, что с ним теперь будет.

В последний раз мы виделись с Дмитрием четыре года назад на заседании суда, но, надеюсь, за эти годы он не успел забыть, на что я способен в гневе. Выпустив ладонь сестры, моментально рванул к нему и впечатал его тело в стену. Мои пальцы сомкнулись на шее этого ублюдка, и на его лице отразился ужас. Да, он определенно знал, что его ожидает.

Но, секунду спустя, что-то в нем изменилось, и он начал хрипеть от смеха, явно находясь под кайфом.

– Неужели я трахнул еще одну телку Дэмиена Дэвенпорта? – весело произнес он, забавляясь сложившейся ситуацией.

– Еще одну? – Почему-то эта фраза смутила меня больше, чем то, что он принял Джульетту за мою девушку.

– Да ладно! – удивился Дмитрий, и на губах появилась кривая улыбка. – Неужели она тебе не рассказала? Даже парни промолчали? Ну и ну!

– О чем ты, мать твою?!

– Мм, как же она была хороша… – протянул он, смакуя каждое слово. – Она буквально своими руками направила мой член в свою влажную киску!

Устав от этого бред, я прижал его сильнее, но парень усмехнулся и произнес имя, которое мне доводилось слышать только в своих мыслях последние несколько лет.

– Элизабет… Ты ведь помнишь ее, Дэмиен? Кажется, между вами было что-то серьезное, но ты облажался, и она выбрала меня.

Ее имя стало для меня триггером, из-за которого во мне пробуждалось варварские инстинкты. Я тотчас же замахнулся и врезал по наглой морде Дмитрия, окрасив белоснежную улыбку его же кровью. А потом саданул по нему еще несколько раз, пока в меня кто-то не вцепился, пытаясь оттащить.

Я не мог поверить, что она с ним спала, и почему мне от этого так больно. Сейчас я думал лишь об Элизе, полностью позабыв о проблемах сестры, как и о последствиях, если продолжу наносить удары по лицу парня, который уже еле держался на ногах.

Откуда-то сзади донесся чей-то голос, едва различимый на фоне криков вокалиста группы, который запел громче обычного строчку, где он сходит с ума. И я тоже, определенно, был не в себе, а точнее стал обычным собой ‒ зверем, находившимся постоянно на взводе и временами желавшим причинить кому-нибудь боль. Сегодня я, безусловно, достиг точки кипения и готов выплеснуть свое отчаяние наружу, пожертвовав при этом всем, что у меня осталось. Самое важное я уже и так потерял.

Моя рука вновь взлетела вверх, но кулак не сумел настигнуть конечной цели. Сразу трое парней схватили меня и с огромным трудом оттащили от своего избитого друга. Четвертый же подбежал к Диме и приподнял его безжизненное тело, распростертое на полу, и прислонил спиной к ограждению.

– Спирит, ты живой? – проговорил он в панике, осторожно встряхнув своего товарища.

– Кажется… – прохрипел Дмитрий, с трудом разлепив опухшее левое веко.

Зря он заговорил, лучше бы оставался без сознания, возможно, смог уйти отсюда живым. Я отбросил от себя руки парней, успев врезать двоим из них по роже, а третьему ‒ ногой в живот, и рванул к самому ненавистному человеку в моей жизни.

Во время суматохи некоторые столы разъехались, и один просто внаглую стоял на моем пути, но обходить его я не собирался. Подцепив рукой столешницу, я отбросил стол в сторону зала, и он с грохотом упал на пол первого этажа.

– Ты что творишь, долбаный псих?! – попытался меня остановить четвертый парень, но он был настолько хилым, что отпихнуть его в сторону не составило особого труда.

Сжав в кулаке футболку Дмитрия, я поднял его ноги. Наш рост особо не разнился, и он прекрасно мог разглядеть всю ту ярость, что искрилась в моих глазах. Стоит мне разжать кулак, и его тело полетит вниз вслед за столом.

– Знаешь, я думал, парни прикалываются, когда сказали, что ты убьешь каждого, кто к ней притронется, – проговорил он, выплевывая кровь, а вместе с ней и один сломанный зуб. – Но ты сам виноват. Это ты довел ее до такого состояния, что ей пришлось использовать меня, лишь бы на время забыть о тебе, придурок!

– Что? – Мой кулак остановился в нескольких сантиметрах от его носа.

Его слова вывели меня из колеи, о таком я даже не задумывался, но и верить в это не хотел. Она не должна забывать те ощущения, что я ей подарил. И она ни в коем случае не должна забывать о том, как сильно я ее люблю!

Мы настолько оказались увлечены нашей стычкой, что не заметили, как над нами загорелся свет, а зал накрыла гробовая тишина: теперь можно было услышать стук собственного сердца, даже не напрягаясь.

Взглянув за голову Дмитрия, я увидел тысячи глаз, обращенных в нашу сторону, а вместе с ними и сотни камер телефонов.

– Что такое? – спросил Дима, заметив испуг на моем лице, и тут же повернул голову к сцене, на которой музыканты также молча за нами наблюдали. – Твою мать…

В этот момент я вспомнил о Джульетте. Если ее лицо попадет хоть на одну запись, то отец меня точно возненавидит. Дьявол.

– Слушай. – Дмитрий взглянул на меня с надеждой, но в его голосе все равно были слышны нотки сомнения. – Давай оставим разборки на потом, а сейчас просто доверься мне, я могу сделать так, чтобы мы не попали в хронику криминальных новостей. Опять.

– Разве есть хоть какой-то способ исправить это?

– Ага, однажды я тебе уже помог на суде, так что просто доверься мне, что бы я сейчас ни сделал. Понял? – он в одночасье протрезвел и словно обрел ясный ум, готовый здраво размышлять.

У меня нет причин ему доверять, но и других мыслей, как выкрутиться из передряги, не имел. Поэтому пришлось кивнуть в знак согласия. Пусть что будет. Хуже точно не станет.

– Тебе чертовски повезло, что ты набросился на меня во время песни «Obey». – Тут Дима как-то странно ухмыльнулся и протянул руку к моим волосам. Сжав в кулаке волосы на затылке, он приблизил мою голову к себе. Я думал, он собирается мне что-то прошептать на ухо, но ошибся. Очень сильно, мать его, ошибся!

Стоило нашим губам соприкоснуться, как в зале все дружно заохали. Лучше бы я сам спрыгнул отсюда, чем целоваться с этим чокнутым парнем. Заметив мое сопротивление, он дернул меня за волосы, и я непроизвольно раскрыл рот, куда тут же проскользнул его язык. Как только мы покинем этот чертов клуб, я сразу его убью, и ни капли не пожалею!

Внезапно тишину нарушила музыка, которая вновь полилась из динамиков. И судя по мотиву, группа решила повторить ту же композицию, о которой упомянул Дима. Но перед тем как запеть, солист поблагодарил нас за маленькое шоу, и зал следом взорвался аплодисментами вперемешку с одобрительным свистом и криками. После чего свет в зале потух, и Дима отпустил мои волосы.

Я моментально от него отошел, вытирая рукавом рубашки губы. Металлический вкус крови во рту еще долго будет меня преследовать.

– Лучше бы я скинул тебя вниз, чем вот это все… – заорал на него, активно жестикулируя руками.

– Ну, как видишь, даже охрана ушла, а их сюда набежало человек шесть, в общем, можно сказать, что кризис миновал, – он невинно пожал плечами. – Да и вообще, поцелуй был не так уж и плох.

– Что? – я уже собирался рвануть к этому придурку, чтобы добить его, но меня не вовремя схватили за руку. – Какого хрена?!

Обернувшись, увидел рядом с собой Джульетту, точное выражение лица которой, сложно было определить.

– Ты серьезно собирался скинуть его вниз? – холодно произнесла она. – Да что с тобой не так?

– Да ладно тебе! Этот урод надругался над тобой, а ты его еще жалеешь? – Отряхнув ее руку, я повернулся к ней всем телом и снял с себя рубашку. Мне нужно было скрыть лицо сестры от всех камер, ее никто не должен увидеть рядом со мной.

– Что ты делаешь? – возмутилась Джульетта, когда я накинул на ее голову свою рубашку.

– Мы идем домой! – Взяв ее за руку, повел к выходу, но на лестнице резко остановился и повернулся обратно к Диме. – Даже не думай, что мы закончили, я вернусь за тобой, и ты ответишь за все!

Больше мне сказать ему нечего, пусть доживает последние часы своей счастливой жизни, пока я не доберусь до него снова.

К счастью, мою машину не эвакуировали, и мы могли спокойно отсюда свалить. Но когда я открыл переднюю дверь пассажирского сиденья, чья-то рука ее тут же закрыла.

– Ты это серьезно? – Рядом со мной материализовался Дмитрий, и, глядя мне за спину на Джульетту, озадаченно произнес: – Она, правда, твоя сестра? Но как?

– А что, у меня не может быть сестры?

– Я не… Просто, блин… Извини, – слегка запинаясь, проговорил он. – Серьезно, мне жаль…

– И что с того? Ничего уже не вернуть! – сделав к нему шаг, я прижал его к двери автомобиля.

– О чем ты… Что не вернуть? – его взгляд испуганно метался между мной и Джульеттой, которая даже не решалась поднять свою голову.

– Ты сейчас шутишь?

– Что? Я понятия не имею, о чем ты говоришь…

– Еще скажи, что не заметил, как лишил девственности несовершеннолетнюю девушку!

– Что… – Дима замер, и на минуту показалось, что он перестал даже дышать. – Сколько ей лет? Боже, черт… – Он схватился за голову обеими руками, начав вспоминать ранние события этого вечера.

– Видишь, облажаться могу не только я! – прорычал ему в лицо и оттолкнул его на тротуар. – Ей исполнилось семнадцать всего два месяца назад.

Открыв снова дверь, я усадил сестру на пассажирское сиденье, но обойти машину не смог, поскольку Дима преградил мне дорогу.

– Мне надо с ней поговорить, – из последних сил держась на ногах, заговорил он.

– Даже не думай…

– Пусть она сама решит, просто спроси ее! – парень сорвался на крик и выглядел крайне жалко. – Прошу тебя, я понятия не имел, сколько ей лет и что она… Я был слишком пьян, и еще эта травка… – Тут он упал на колени и с мольбой взглянул на меня. Но я не успел ничего ответить, так как Джульетта вышла сама.

– Мы можем поговорить наедине в твоей машине? – спросила она бесцветным голосом.

– Ты… ты это серьезно? – я настолько был ошарашен, что не сразу смог выговорить вопрос. – На кой тебе вообще с ним разговаривать?

– Это тебя не касается! – злобно огрызнулась Джульетта в ответ, и я молча отступил. Ссориться с ней мне хотелось меньше всего.

Сестра открыла заднюю дверь и пригласила Дмитрия, затем обошла автомобиль и села с другой стороны.

Теперь я был недоволен тонировкой стекол, поскольку ночью за ними вообще ничего не разглядеть. Завтра же сменю эту дурацкую тачку на более простую модель. Без умного компьютера внутри и тонировки снаружи.

Стоя на тротуаре и пялясь в темные окна, я просто не знал, чем себя еще занять. Разговаривали они уже больше десяти минут, но казалось, что прошел почти час. Когда я в очередной раз вытащил мобильник, чтобы проверить время, на дисплее высветился входящий звонок от Давида. По какому бы поводу он ни звонил, говорить с ним желания не было, поэтому отклонил звонок, отключив заодно и звук на устройстве. А когда я собирался положить телефон обратно в карман, появилось новое сообщение: «Живо подними трубку, сейчас же!». Следом заморгал индикатор, сообщающий о входящем звонке.

– Чего тебе? Я, вообще-то, спал! – соврал я, решив таким образом быстрее от него отвязаться.

– Во-первых, у тебя бессонница, ты вчера мне сам это говорил, а во-вторых, какого хрена твоя рожа снова засветилась во всех новостных ресурсах? – последние слова он произносил повысив голос, что с ним редко случалось.

– О чем ты?

– О чем я? – теперь он кричал, абсолютно себя не сдерживая. – Дэмиен, ты совсем умом тронулся?

– Ты прекрасно осведомлен о моем психическом состоянии, поэтому к чему эти вопросы?

– Если другие и поверили в ваше представление, то меня ты не обманешь! – его грозный тон начал немного раздражать, но я старался держаться, он все равно был прав. – Что ты не поделил с Дмитрием?

– Он рассказал мне кое-что интересное… то, о чем ты забыл со мной поделиться, когда вернулся из Питера!

В трубке повисло молчание, и я было подумал, что Давид отключился, но через пару секунд раздался тяжелый вздох.

– Тебя не должно это касаться, Дэмиен, – произнес он уже более спокойно. – У тебя нет никаких прав на нее.

– Будь ты сейчас рядом со мной, я бы и тебе врезал! – меня снова охватила злость, стоило вспомнить Элизу. – Скажи только честно, ты с ней тоже спал?

– Это настолько бредово звучит, что мог бы и не спрашивать!

– Почему же, если бы она захотела, ей никто не смог отказать.

– Даже если так, это все равно ее личная жизнь!

Да пошел он. Я прервал звонок и выключил телефон. Если я не могу быть с ней, то это не означает, что я не могу думать о ней. Я постоянно думаю об Элизе и о нашем ребенке, которому сейчас, должно быть, чуть больше трех лет.

После телефонного разговора с Давидом в теле появилась слабость, и пришлось присесть на тротуарную плитку, чтобы не рухнуть от головокружения. Закрыв лицо рукой, я попытался выровнять дыхание.

Последствия сотрясения в последние годы становились все хуже. Если раньше страдала моя психика, то сейчас боль стала физической. Голова временами раскалывалась так сильно, что даже обезболивающие не помогали.

Мой ненормальный дедуля хорошенько постарался, избивая меня до потери сознания в нашу последнюю встречу, подарив не только сотрясение головного мозга, но и переломы костей по всему телу.

Вырвав свою свободу кровью, я совсем не ожидал получить тот ад, что имею сейчас. Но видимо, я его заслужил. Каждый срыв заканчивался для меня полнейшим крахом, как и для всех, кто оказался рядом со мной в этот момент.

Сейчас я вправе делать все, что пожелаю, но, как назло, мне больше ничего не хочется. И ради такого убогого конца пришлось погубить две жизни. Теперь в кошмарах я вижу не только деда с клюшкой, но и парней из скейт-парка, чьи искалеченные лица навсегда сохранились в памяти.

Порой меня накрывала такая апатия, что было плевать на все, как бы важно или опасно это ни было. В погоне за острыми ощущениями, которые могли хоть что-то во мне разбудить, я совершил немыслимое количество ошибок и остался в итоге ни с чем.

Я готов отдать все, лишь бы отмотать время назад и принять свою первоначальную судьбу. Я должен был смириться с карьерой хоккеиста под надзором своего деда-тирана, и пусть меня это убило. Только так можно было избежать встречи с Элизой и не делать ей еще больнее. Мысли о ней вновь запустили головную боль, но в этот раз она стала в десять раз острее, я даже не мог подняться. Обхватив и сжав ладонями голову, попытался кое-как унять внезапный приступ, а уже через секунду потерял концентрацию и провалился в бездну.

– Дэмиен! – через толщу тьмы прорезался испуганный девичий голосок, который я сразу не распознал.

– Эй, мужик, ну ты чего? – раздался уже более грубый голос. – По роже получил я, а сознание теряешь ты? Странно это…

– Дима, замолчи! – рявкнула на парня Джульетта и опустилась на колени рядом со мной. Она помогла мне принять сидячее положение, но сознание к этому моменту не до конца нормализовалось, поэтому новая попытка подняться на ноги также провалилась. Я уже готовился к удару, но меня подхватили чьи-то руки.

– Ты когда успел так накидаться, что на ногах стоять не можешь? – придерживая меня, поинтересовался Дмитрий, отчего тут же заработал гневный взгляд от моей сестры. – Да ладно тебе, малышка, я же просто шучу.

– Это не смешно! – закричала Джульетта, чем сильно всех нас удивила. – Разве ты не видишь, что ему нездоровится?

– Полегче, – вмешался я. – Со мной все в порядке, не паникуй почем зря. – Отбросив от себя руки Димы, направился к автомобилю. – Поехали домой.

Но не успел я сделать и шага, как снова потерял равновесие, благо оказался возле машины и смог опереться на нее.

– Ты не можешь водить в таком состоянии! – осудила меня сестра, сурово скрестив руки на груди. – Я сейчас вызову такси.

– Ну, я мог бы вас подкинуть, чтобы тачку здесь не оставлять, ведь ее точно заберут эвакуаторщики, – выдвинул свое неуместное предложение Дмитрий.

– Да ты издева… – недоговорил я, ощутив резкую головную боль, и машинально прижал ладонь ко лбу.

– Значит, решено! Дима садись за руль, а мы с братом устроимся сзади, – начала уверенно раздавать команды Джульетта.

Я бы ей возразил, но звон в ушах не позволял вымолвить и слова. Открыв заднюю дверь, сестра осторожно усадила меня, а потом села сама.

– И сколько такая тачка стоит? – поинтересовался Дмитрий, как только тронулся с места, явно решив заполнить своим голосом гнетущую тишину.

– Шестнадцать.

– Шестнадцать чего?

– Шестнадцать миллионов рублей.

Тут машина резко затормозила, и парень обернулся ко мне.

– Серьезно? – он вылупился на меня, словно я назвал ему какую-то заоблачную цену, но, видимо, для него это была большая сумма.

– В отличие от тебя, я не шучу.

– О, ну ладно, – Дима развернулся обратно, и мы двинулись дальше, но куда медленнее, чем было до этого.

– Ты чего так ползешь? – проговорил с нескрываемым раздражением. Без своих успокоительных таблеток я долго не выдержу, а он с такой скоростью еле за час доедет до моего дома.

– Просто нет желания раздолбать твой дорогущий «Мерс», – заворчал он, скидывая еще больше скорость.

– Да плевать я хотел на эту дерьмовую железяку! – взорвался в ярости и ударил ногой по водительскому креслу. – Гони по адресу, сукин ты сын!

– Дэмиен! – пихнула меня в бок сестра, недовольно качая головой. – Будь чуточку любезнее.

– С какой стати мне с ним любезничать?

– Если ты этого не понимаешь, то сделай это ради меня. – Она мягко сжала мою руку в своей миниатюрной ладони, и злость сразу куда-то пропала. Я тут же замолк и закрыл глаза, борясь со своим недугом внутри себя.

В скором времени мы благополучно добрались до моего дома, но дойти до квартиры самостоятельно не вышло. Пришлось снова терпеть общество Дмитрия, который за последний час превратился в послушного щеночка, выполняя все поручения Джульетты. Он помог мне опереться на него, и мы кое-как добрались до лифта.

– Где твои ключи? – спросила сестра, переводя взгляд с замка на меня и обратно.

– Здесь не нужен ключ. – Шагнув ближе к двери, ввел пароль и приложил палец на панель считывателя отпечатка пальца, затем послышался звуковой сигнал открытия; оставалось только потянуть ручку на себя.

– Ох, – вздохнула Джульетта, придерживая дверь, чтобы я мог пройти внутрь.

– Погоди. – Я остановился в проеме и снял крышку с внутренней стороны замка для регистрации нового пользователя. – Приложи палец на панель.

– Зачем? – она удивленно заморгала.

– Я хочу зарегистрировать твой отпечаток, чтобы ты могла в любой момент попасть в эту квартиру, просто приложив палец на панель считывателя.

Сестра задумалась, но в итоге все же послушалась. Я быстро ввел нужные команды и внес ее данные в память устройства. Теперь она с легкостью может попасть сюда, если меня не станет.

С каждым годом я отчетливее чувствовал приближение конца. Он уже близко, я знаю. Ведь не может быть иначе, если сам подталкиваешь себя к пропасти.

– Куда тебя отвести? – голос Дмитрия прервал мои раздумья.

– Конечно же в спальную! – вмешалась сестра своим командным тоном и прошла вперед, чтобы отыскать в огромном пентхаусе нужную комнату. – Вот только где она… Дэмиен, зачем тебе такая большая квартира? – донесся ее крик откуда-то издалека.

Я пожал плечами, хотя она это не увидела. На самом деле, выбирал такое жилье чисто по его конфигурации. Пентхаус располагался на верхнем этаже и повторял полукруглую форму самого здания. Но самой важной деталью в нем были панорамные окна, тянущиеся по всей длине квартиры. Я проводил долгие часы, а то и дни, просто глядя на стеклянную стену и мечтая шагнуть через нее.

– Видимо, для того, чтобы проводить здесь масштабные оргии, – крикнул в ответ Дима, за что получил от меня по печени. – Да ладно тебе, Дэмиен, мы-то знаем какой ты активный любовник.

Вот только он не знает, что после Элизы я больше не притронулся ни к одной женщине. Меня просто перестало тянуть к противоположному полу, как и к самому сексу. Единственная девушка, которую я хочу, не позволит мне и на метр к ней приблизиться. Она даже откажется находиться в одном помещении вместе со мной. И я точно уверен, что после нашей случайной встречи в отеле Светлогорска, Элизабет сразу же его покинула. А если узнает о новом владельце здания, так и вовсе не появится в этом городе больше никогда.

Неприятные мысли моментально подействовали на мое тело, и голова начала пульсировать дикой болью. К счастью, Дмитрий к этому моменту успел дотащить меня до постели, куда я и рухнул без сил.

– Там… в верхнем ящике… – прохрипел сквозь агонию, с трудом вытянув руку и указав на прикроватную тумбу.

– Что там? – запаниковала Джульетта, подбежав к кровати.

– Таблетки… Черт! – завопил я от боли и сжал в кулаках свои волосы. Перед глазами мелькнула белая вспышка, после которой начался оглушительный звон в ушах.

– Боже, – раздались рыдания сестры, пока она искала хоть что-то напоминающее таблетки. – Дима, звони в скорую…

– Не нужно! – перебил ее суровым тоном, и она уставилась на меня испуганными глазами. – Просто дай мне таблетки, пожалуйста.

Джульетта медленно кивнула и, порывшись еще немного в ящике, вытащила оттуда упаковку обезболивающих.

– Умница, а теперь дай мне три таблетки. – Я протянул руку, но сестра не спешила. – Ты чего зависла?

– Здесь написано, что нельзя принимать более одной зараз.

– Да плевать! Делай, что тебе говорят! – заорал на нее каким-то чужим голосом, больше не в силах терпеть жгучий приступ.

– Давай я. – Дима выхватил упаковку из дрожащих рук Джульетты, и подал мне три таблетки, которые я сразу же закинул в рот.

Опустив голову на подушку, через минуту почувствовал легкое облегчение, а после провалился в глубокий сон.

Благодаря сильнодействующим препаратам, я мог с легкостью уснуть, а вот проснуться во время кошмара уже не удавалось. Мне пришлось погрузиться в свои худшие воспоминания, которые безжалостно терзали мое тело и сознание.

Просыпаюсь я всегда одинаково: с криками и в поту. Кошмары кончаются на одном и том же месте, где я захлебываюсь в собственной крови. Первые минуты пробуждения я обычно пытаюсь понять, где нахожусь, а потом еще долго оттираю руки, видя на них уже чужую кровь.

Оглядевшись по сторонам, был немало удивлен, что за окном еще ночь. Я думал, прошло больше десяти часов, но, судя по всему, проспал недолго.

Неспешно скинул с себя одеяло и побрел в душ, опираясь одной рукой о стену, чтобы не упасть. Голова еще немного кружилась, но той лютой боли уже не чувствовал.

Прохладные струи воды взбодрили сознание и очистили тело. Впервые мне было так хреново. Некоторые вчерашние события просто стерлись из памяти, чего никогда раньше не случалось. Видимо, настало время посетить своего врача-невролога, иначе закончу не лучшим образом в какой-нибудь психушке.

Закончив дела в ванной, направился в сторону кухни за глотком воды. После ночных кошмаров меня всегда мучила жажда, которую я теперь утолял обычной водой, а не алкоголем.

По дороге я заметил кое-что странное и остановился в центре просторной гостиной. На полу валялась чужая обувь, а когда мой взгляд поднялся на диван, я просто охренел.

Джульетта спала, прижавшись спиной к груди Дмитрия, а тот обнимал ее за талию, будто она была его подружкой. Неужели я вчера что-то упустил? Да вашу ж мать!

Подойдя к ним, я еле сдержал себя, чтобы не стянуть парня силой, и лишь слегка потянул его за ухо.

– Что за… – пробормотал Дима, приоткрыв один глаз. Но когда заметил меня, тут же открыл и второй, который не хило припух после нашей стычки.

– Живо вставай, – едва слышно произнес я, чтобы не разбудить сестру.

Но парень оказался куда наглее, чем я думал. Он покачал головой и зарылся лицом в волосы Джульетты, притянув ее еще ближе к себе.

– Тебе жить надоело, засранец?! – произнес скрипя зубами, пытаясь не сорваться.

– Если я встану, она проснется, – ответил он тихо, слегка приподняв голову. – Мы легли всего час назад, а до этого она несколько часов дежурила возле твоей постели, так что имей совесть.

– Но какого черта ты остался здесь?

– Она попросила.

– Да быть такого не может… – У меня уже чесались руки его придушить, но внезапно Джульетта зашевелилась, и мне пришлось заткнуться. К счастью, она не проснулась, а всего лишь обняла руки Дмитрия, поднимая их выше к груди… Черт! И почему я на это смотрю?

– Мы решили начать встречаться, – подал снова голос парень, заметив мой вопросительный взгляд.

– Что вы решили? – тут я уже не сдержался и закричал. – Да как ты вообще до такого додумался, кретин?!

И как я полагал, сестра сразу же проснулась, стоило мне повысить голос.

– Что такое? – сонно спросила она, приняв сидячее положение.

– Ничего нового, малыш, твой брат снова пытался меня прикончить, – лениво проговорил Дима, нагло улыбаясь мне в лицо.

– Дэмиен, ну сколько можно? – тяжело вздохнула Джульетта.

– Какого… – я прикусил язык, чтобы не сматериться. – Почему этот парень еще здесь?

– Потому что он теперь больше, чем просто парень.

– И что это значит?

– Мы с ним теперь встречаемся.

– Видимо, не я один схожу с ума! Как так можно, Джульетта?

Я просто не понимал, что происходит. Как она могла за такой короткий промежуток времени принять этого ублюдка, да еще и окрестить его своим парнем! Это просто наивысший идиотизм…

– Мы поговорили, и он извинился, – ответила она, сплетя пальцы с Димой, и нежно ему улыбаясь.

– И ты вот так просто взяла и простила его?

– Ну, когда тебе кто-то нравится, можно простить многое.

Ага, конечно. Брехня все это. Я бы ей поведал о прощении, но, видать, она слишком молода и глупа.

– Да ради бога! – воскликнул в бешенстве и повернул обратно в спальню. – Как только наступит утро, чтобы я здесь вас не видел, ясно вам?!

– Неужели даже завтраком нас не угостишь перед тем, как выставить на улицу? – забавляясь, проговорил Дмитрий, чуть не заставив меня вернуться. Он чудом избежал очередного синяка под глазом.

Захлопнув дверь в своей комнате, я сполз на пол и закрыл лицо руками. Как сестра могла выбрать именно его, тем более после того, как он с ней так грубо обошелся? У меня просто в голове это не укладывается. Они знакомы от силы часов шесть, но она уже готова любить его и прощать ему все.

Теперь мне надо как-то вытерпеть три часа до рассвета, пока они не свалят отсюда. Я и раньше ночами не спал, но в обществе других людей, начинаю чувствовать себя некомфортно.

Чтобы отвлечься, у меня не было ни ноутбука, ни телевизора. Оставалось только включить смартфон, но и там нет ничего, что может меня заинтересовать. Кроме сообщений от Давида, которых оказалось довольно много.

В первых трех он ругал мою персону, в двух последующих – осуждал, а еще в нескольких говорил, какой я идиот. Все как обычно. Мне даже возразить нечем. Но под конец она написала кое-что новенькое.

В понедельник будет первое наше общее собрание с парнями по поводу работы над отелем, куда явится архитектор, приглашенный Давидом, и инженер, которого отыскал Макс через фирму отца.

У меня в запасе два дня, чтобы собраться с мыслями и не подвести друга. Я должен сделать хоть что-то хорошее в своей гребаной жизни. Пусть этот отель станет началом нашей дороги к искуплению.

Поднявшись на ноги, я зашагал к креслу возле окна. Смотреть в пустоту и слушать тишину – два моих любимых занятия последние четыре года. Все думают, что тюрьма меня изменила, но они глубоко ошибаются. Я всегда жил в тюрьме и неважно, где она находилась: в голове, в собственном доме, или в государственном учреждении. Одно могло меня сломать, и это даже не наркотики, а кое-что посильнее.

Ненависть одной девушки оказалась куда губительнее всего остального, и от нее невозможно излечиться. Единственное лекарство было в прощении, а его получить мне не дано. Никогда. Только не от нее.

Чтобы отвлечься от навязчивых воспоминаний, перевел взгляд на ночную дорогу, по которой в это время редко кто проезжал. Наблюдая с высоты за полосами алого света задних фар, проносившихся мимо авто, я смог ненадолго забыться. Если Элиза продолжит меня преследовать в моем же сознании, то долго выносить это не получится, и в итоге сломаюсь. Фактически я уже находился на грани.

Время до рассвета пролетело незаметно, и, надеясь, что сладкая парочка свалила из моего жилища, я вышел из спальни. К счастью для них, так и оказалось. Добравшись до кухни, обнаружил на барной стойке маленькую записку.

«Доброе утро! Надеюсь, твое самочувствие улучшилось. Я за тебя очень переживала, и, прошу, не пугай меня так снова. А если захочешь перекусить, я приготовила тебе полезный сытный завтрак. Ешь больше и не болей!» – написала Джульетта на обрывке бумаги.

Подняв голову, я заметил на столе несколько разных блюд. Видимо, проснулась она рано, раз успела столько наготовить. Но все равно ей ничем не перебить свою вчерашнюю глупость. До сих пор не могу поверить, что сестра решила встречаться с этим придурком.

Дмитрий притронулся к самым важным девушкам в моей жизни, и оба случая вызывали столько гнева, что каждый раз при встрече с ним хочется его прибить. Но если это сделаю не я, то парень отхватит от дедули Рассела, который сначала добьет меня, а потом примется за нового ухажера своей любимой внучки.

Дед души не чаял в маленькой Джульетте, чем она и пользовалась всю жизнь. А то, что ее отпустили на обучение в московский вуз, просто поразило нас с отцом. Возможно, сестра действительно одаренная актриса, если сумела уговорить деда и мать.

Как рассказала Джульетта при нашей первой встрече, она начала изучать русский язык с тринадцати лет, узнав об отце, и всячески размышляла о путешествии в Россию. Но приехать ей удалось намного позже, когда ее возраст стал приемлем для поступления в театральный институт.

Я был очень рад за Джульетту, что ее жизнь решалась ею самой, без всякого вмешательства со стороны. И как понял, сестре действительно нравится актерское искусство, поэтому рад вдвойне.

Если Дмитрий расстроит ее еще хотя бы раз, то ему придется отвечать передо мной. Я не позволю, чтобы Джульетта страдала. Она заслуживает большего, а не этого паршивого рокера, который спит со всеми фанатками и ловит кайф прямо на своих выступлениях.

Но как бы я ни придирался к окружающим, моя персона от этого лучше не становилась. Самое худшее в ее жизнь – я. Из-за меня все пошло к черту. Только по моей вине родители развелись, и наша семья раскололась на части.

Я мечтал о спокойной жизни вдали от спорта, но никто меня не слушал, поэтому пришлось им показать. Мне удалось очень четко выразить свою позицию на финальном матче МЧМ. В тот момент я думал, что одержал настоящую победу, но, как оказалось, это был мой первый проигрыш.

За свою своевольность мне пришлось дорого заплатить, и эта плата оказалась непосильно тяжела. Она въелась мне в мозг и мучает по сей день. И только однажды я смог забыться, в тот самый день, когда увидел Элизабет в кафе.

Когда шел на встречу, думал, что смогу замутить с очередной телкой на вечер, как обычно и делал со всеми девушками из «Парабеллума», но она была другая. В светло-серых глазах Элизы я увидел нечто такое, чего раньше никогда не встречал. Они выглядели как зеркала, в которых отражалась вся боль этой хрупкой и ранимой девушки. Тогда я еще не знал, что виновен во всех ее страданиях.

Все мои попытки осчастливить Элизу были тщетны. У нас не могло быть будущего, но и отпустить ее не получалось, за что горько поплатился. Тот ужас в ее глазах, когда она увидела меня на записи, до сих пор свеж в моей памяти. Я знал, что так и будет, но оттягивал до последнего. Мне следовало ей все рассказать, я должен был сказать, должен… Но не хотел ее терять.

Я просто наблюдал за ней, как она ищет Ди, подвергая свою жизнь опасности, и все равно молчал. По моей задумке мы должны были дотянуть до лета, когда отец закончит тренерскую карьеру, и я мог бы все рассказать Элизе. Почему-то казалось, что к этому времени она остынет, и, возможно, примет меня. Я даже купил кольцо и хотел сделать ей предложение, если все же получу прощение, но ничему из этого не суждено было сбыться.

Мне не удалось и оттолкнуть ее, когда узнал, кто она такая и как мы связаны. Я попытался сделать ей больно, но она все равно вернулась, сказав, что любит меня. Но этой любви оказалось слишком мало для самого главного прощения, или же мой обман просто убил в ней все, что она чувствовала к парню по имени Глеб.

Я не вправе от нее что-либо требовать, она ничем мне не обязана. Мне будет достаточно знать, что она в порядке и что с нашим сыном все хорошо. Но пока я никакой информацией не владею, так как просто не знаю, где она.

Чтобы не захлебнуться в воспоминаниях, я собрал все папки с распечатками по отелю и принялся их внимательно изучать. У меня впереди два дня и две бессонные ночи. После сегодняшних кошмаров следующие несколько дней я точно проведу без сна.

Проведя выходные за работой, и выучив все детали предстоящего плана реконструкции отеля, я был готов к нашему первому общему собранию. Но перед этим решил смотаться в тренажерный зал, дабы взбодрить тело и дух, которые за месячный отпуск совсем зачахли. Времени с утра как раз хватало, чтобы хорошенько размяться в местном зале, – еще один плюс этого многоквартирного дома. На первом этаже было практически все, что вполне могло облегчить жизнь любого человека.

После хорошей встряски вернулся в свой пентхаус и примерил один из новых костюмов, которыми пришлось закупиться по настоянию Давида. Ему очень не нравились мои черные комплекты. Он прочитал мне целую лекцию о том, что для делового стиля чисто черный не к месту и годится лишь для похорон или праздников, поэтому пришлось выбрать самый темный оттенок синего. Ну, и конечно, дурацкая жилетка. Как же она меня бесит. Мало того что пиджак сковывает все движения, так еще и жилетка ему в этом помогает.

Полностью одевшись, собирался уходить, но внезапно зазвенел мобильник, и я даже не удивился, когда там высветилось имя сестры. Она все выходные мне названивала, практически каждые три часа, чтобы узнать о состоянии моего здоровья. Сейчас было то же самое, пришлось слушать и поддакивать, поскольку любое мое неповиновение могло стать поводом шороха: Джульетта обещала рассказать о моих приступах отцу. Как бы хорошо я ни относился к отцу, лишняя опека мне не нужна. Да и не хотелось его отвлекать, ведь он точно бросится ко мне, чтобы попытаться помочь. Отец всегда винил себя в том, что со мной случилось, хотя я больше винил мать, которая прекрасно знала, в каких условиях я рос под опекой деда. Но все это в прошлом.

Сейчас я имею полную свободу и буду наслаждаться ею, пока последствия травмы головы и наркотического прошлого вконец не погубят меня. Сегодня даже не поленился и записался к врачу, должен же я все-таки узнать, сколько мне осталось. Надеюсь, мучиться придется недолго, и за это время успею закончить дела с отелем.

Спустившись на подземную парковку и увидев свой «Мерседес», в очередной раз задумался его сменить. За выходные совсем о нем забыл, но на этой неделе подберу что-то другое.

Ехал я недолго до нашего офиса, который Давид организовал в одном из бизнес-центров столицы. Не знаю, зачем ему понадобился целый этаж с площадью более тысячи квадратных метров, если нас там будет всего человек шесть. Может, он просто любит простор, и по вечерам играет в гольф в опустевшем офисе.

Добравшись до нужного этажа, проследовал в зал совещаний, где планировали собраться, и был удивлен, когда увидел всех парней в сборе.

– Давно не виделись, – помахал мне Роман, разодетый в светло-синий костюм под цвет своих глаз. А сидевший рядом Макс, просто кивнул в знак приветствия, на что я ответил тем же. Он тоже был в костюме, но уже коричневого цвета. Стараниями Давида, мы из шпаны превратились во взрослых мужчин, хотя в голове мало что поменялось.

– Ты вовремя, – произнес Давид, поднявшись с места, чтобы пожать мне руку. – Сейчас должен подойти Егор, а чуть позже инженер.

Не успел он договорить, как стеклянные двери распахнулись, и в зал вошел светловолосый парень в очках. На его лице сияла широченная улыбка, словно он был несказанно рад здесь оказаться.

– Доброго дня, парни! – с воодушевлением воскликнул он и начал подходить к каждому, чтобы поприветствовать. – Рад с вами познакомиться, надеюсь, мы сработаемся.

– Спасибо, что принял приглашение, Егор, твой талант нам очень пригодится, – похлопав парня по плечу, высказался Давид.

Они обменялись еще несколько парой фраз, пока разговор не прервал очередной гость, и все дружно оглянулись на дверь.

– О, здорово, народ, – улыбнулся Дима, но заметив мой хмурый взгляд, тут же убрал ухмылку с лица.

– А он что здесь забыл? – не удержался я и обратился к Давиду, по виду которого сразу стало понятно, что он в курсе.

– Мне нужно поговорить с тобой наедине, Дэмиен, – произнес Дмитрий.

Зал погрузился в тишину, и я даже не знал, о чем думать и что от него ожидать, поэтому молча вышел вслед за ним. Мы прошли в мой кабинет, который со всей любовью обставил Давид, ни разу не спросив о моих предпочтениях.

– Какого черта тебе надо? – с ходу налетел на него.

– Эй, полегче, – он выставил перед собой руки, держать от меня на расстоянии. – Ничего такого, просто есть одна просьба…

– Что?! И с чего ты взял, что я вообще захочу тебя слушать? – вскипел я, шагнув к нему ближе.

– Ну, во-первых, Джульетта сказала, что ты не будешь против…

– Не смей ее втягивать в свои дела! – оборвал его криком, едва услышав имя сестры.

– Ты чего так взбесился? Я ведь ничего такого не сказал.

– Просто ты меня бесишь, так что проваливай к черту!

– Слушай, у меня совсем небольшая просьба. Тебе ничего делать не надо, нужно только твое присутствие.

– О чем ты?

– После того случая в пятницу, видео с нашим маленьким шоу стало вирусным и набрало миллион просмотров, а еще заработало кучу положительных отзывов.

– К чему ты клонишь? – мое терпение было уже на исходе, а то, что он вспомнил про тот ужасный вечер, взбесило меня еще сильнее.

– Завтра у моей группы сольный концерт в одном из клубов, ну и, в общем, наши фанаты хотят тебя увидеть, ты стал настоящей звездой.

– Ты… – в голове крутилось столько матерных слов, что я не смог выбрать что-то одно, и просто замолчал, сверля его свирепым взглядом. – Неужели, ты решил, что я соглашусь, совсем, что ли, псих?

– Да что в этом такого?! – возмутился он. – Просто придешь, помашешь ручкой и свалишь в закат.

От такой наглости я взорвался. Рванув к нему, схватил его тут же за футболку и прижал к стене.

– Этого не будет, ты меня понял? – прорычал ему прямо в лицо, и он малость напрягся, но взгляда не отвел. – И только попробуй взять с собой в клуб мою сестру!

– Она сама решит, что делать. Ты ей не опекун!

Я уже был готов ему врезать, но тут открылась дверь, и в кабинет зашел Давид.

– Скоро прибудет наш последний гость, так что заканчивайте свои разборки, – произнес он строгим голосом, и мой кулак машинально разжался. – Давайте все дружно успокоимся и пройдем в зал совещаний. Свой разговор вы продолжите позже.

– Мне с ним больше не о чем говорить, – развернувшись, я вышел, зашагав в сторону зала.

Усевшись во главе длинного стола, подальше от остальных, погрузился в свои распечатки. Зачем-то решив их перечитать, хотя все прекрасно помнил. Парни на том конце что-то обсуждали, что меня пока не касалось. Через некоторое время вернулся Давид, а вместе с ним и Дима. Меня словно испытывали на прочность. Не знаю, на что парень рассчитывал, но я точно не подпишусь на этот цирк, даже если об этом попросит Джульетта.

Словно было мало, что он заявился сюда, так еще и сел рядом со мной. Надеюсь, он будет молчать, в ином случаем я познакомлю его лицо со стеклянной столешницей. К счастью, Дима решил не рисковать и молча глядел на остальных, а я вернулся к чтению. Когда двери снова распахнулись, все моментально замолчали, но в этот раз было что-то большее, чем просто удивление, мне даже показалось, что сидевший рядом Дмитрий не на шутку напрягся.

– Добрый день, – донесся до меня мужской голос, видимо, принадлежащий человеку, которого мы ждали. Но мне было плевать, так что даже не стал поднимать голову. – Меня зовут Александр Климов, я представляю проектное бюро и являюсь главным инженером проекта, а это наш проектировщик, – он сделал паузу, и послышалось тихое цоканье каблуков. – Элиза Архипова.

Я думал, мне показалось, но подняв голову и поймав ее испуганный взгляд, у меня чуть сердце не остановилось. Судя по ее смятению на лице, она явно не знала, куда шла. Остальные парни также уставились на нее, не в силах что-либо сказать. Ну, кроме Егора, который первым шагнул к ней, чтобы пожать ей руку.

– Какое красивое имя, – произнес он, приветливо улыбнувшись. – Буду очень рад с вами порабо…

Но не успел он договорить, как Элиза развернулась и выбежала из зала. Егор и Александр вопросительно переглянулись, и только мы с парнями знали реальную причину столь яркой реакции девушки. Но начальник Элизы не растерялся и рванул за ней, как и я.

Я ее так просто не отпущу, мне надо с ней поговорить.

Глава 2

Выбежав из переговорной, сразу же услышал ругань в приемной, а потом уже заметил Александра, который вцепился в руку Элизы, не давая ей уйти. Мужчина на повышенных тонах отчитывал свою молодую ассистентку, и было хорошо видно, как она едва сдерживала слезы.

– Ты что себе позволяешь? – кричал Александр, махая перед ее лицом рукой.

– Я хочу отказаться от этого проекта…

– Сдурела?! – перебил ее грозный мужской голос. – В нашей сфере никто ничего не выбирает, и делать ты будешь то, что тебе дадут! Ты должна быть благодарно за эту работу, она принесла хороший заработок в виде аванса, который, напомню, уже потрачен тобою!

– Вы можете взять кого-нибудь другого, а деньги я верну, прошу вас, – взмолилась Элиза, пытаясь вырваться из мертвой хватки.

– И как ты собираешься это сделать? Ты сама говорила, что еле вытягиваешь ипотеку и ребенка, откуда у тебя деньги?

– Я возьму кредит! Только не заставляйте меня с ними работать, умоляю…

– Нет, нет, нет, – Александр неодобрительно покачал головой, ни капли не веря словам девушки, и сильнее сомкнул пальцы на руке Элизы, отчего ее кожа покраснела. – Так не пойдет.

Больше я смотреть не мог на это издевательство. Пусть она меня и ненавидит, но я не позволю никому с ней так обращаться. Подойдя к ним, схватил мужчину за руку и оттолкнул его, вставая между ним и Элизой.

– Не смей ее трогать, – проговорил ледяным голосом, глядя в удивленные глаза Александра, который замер на месте с открытым ртом. – Она ничего возвращать не обязана, раз вы не соизволили ей поведать о заказчике работ. А когда отыщете другого проектировщика, мы выплатим вам новый аванс, об этом можете не беспокоиться!

Пока высказывал свое мнения, сзади послышались удаляющиеся шаги, и было несложно догадаться, кто вновь от меня уходит. Бросив в последний раз суровый взор на мужчину, помчался за Элизой.

Догнал ее у лифта, едва успев проскочить в закрывающиеся двери лифта. Стоило мне там оказаться, как она в панике начала нажимать на кнопку открытия дверей, но я оказался быстрее, активировав на панели полную остановку лифта.

Девушка не оставляла попыток, стуча по всем кнопкам, и пытаясь завести лифт. Вот только у нее ничего не выйдет, пока я не введу пароль офиса.

– Прекрати, – постарался произнести спокойным голосом, чтобы не спугнуть ее еще больше. – Лифт не заработает, что бы ты ни делала, поэтому просто выслушай меня, а потом я уйду.

Элиза полностью игнорировала меня, глядя куда угодно, только не в мою сторону. Забившись в угол кабины и обняв себя руками, она начала дрожать.

– Боже, Элиза, я тебя не трону, – от ее испуганного вида у меня сердце разрывалось. Чтобы не смущать девушку, пришлось отойти до противоположной стены. – Ты не обязана с нами работать, если не хочешь. И можешь не волноваться по поводу аванса, я все оплачу…

– Мне от тебя ничего не надо! – закричала она, подняв на меня свирепый взгляд. Такой взвинченной я ее еще никогда не видел. Теперь было сложно понять, боится она или злится. Но скорее всего, второе.

– Тот мужик сказал, что у тебя проблемы с деньгами, поэтому я хочу помочь, ведь ребенок…

– Заткнись! – оборвала меня Элиза и решительно шагнула вперед. – Он тебе никто, как и ты для него. Не смей больше говорить о нем!

Ладно. Она права. Но я не собирался влезать в жизнь ребенка, просто хотел хоть чем-то помочь. И видимо, зря, только разозлил ее сильнее.

– Хорошо, – поднял руки ладонями вверх, признав свое поражение. – Тогда… я бы хотел извиниться…

– И твои извинения мне не нужны! – произнесла она так же свирепо, как и смотрела на меня. – Твои слова ничего не изменят!

– Но…

– Я даже твой голос не желаю слышать! – снова не дала мне договорить Элиза, и повернулась к панели управления. – Запусти этот дурацкий лифт, живо!

Спорить с ней было бессмысленно, но я не спешил расставаться. Пока она стояла ко мне боком, мой взор скользил по ее прекрасному лицу и соблазнительной шее, опускаясь все ниже. Ее длинные темные волосы были собраны в высокий хвост, а строгий внешний вид придавал ей еще больше сексуальности. Обтягивающая белая рубашка прекрасно подчеркивала ее шикарную грудь, а узкая черная юбка лучшим образом демонстрировала женскую задницу во всей красе. Всю эту офигенную картину завершали туфли на высоком каблуке. Как бы я хотел развернуть ее лицом к стене и хорошенько…

– Какого черта ты на меня так пялишься?! – раздраженно произнесла она, тут же разрушив все мои грязные фантазии. – Если ты в течение пяти секунд не откроешь двери лифта, я позвоню в полицию!

Ого. А это уже реальная угроза, ведь она точно не блефует. После такого пропал любой смысла продолжать разговор, мне ничего не светит.

Шагнув к панели, быстро ввел пароль и запустил лифт. Как только механизм пришел в движение, я открыл кнопкой двери кабины и ушел. Снова.

В приемной меня уже дожидались парни, но среди них не оказалось Александра. Заметив мое замешательство, Давид объяснил, что мужчина ушел по лестнице, обещав завтра вернуться с новым проектировщиком.

Не прошло и нескольких минут после расставания с Элизой, как меня начали одолевать головные боли. Чтобы не афишировать свое нестабильное состояние, я попрощался с ребятами и направился в свой кабинет. Я бы с радостью уехал домой, но за рулем может случиться все что угодно, если приступы усилятся.

Скрывшись за дверью кабинета, опустился на диван и закрыл лицо руками. Я не мог поверить, что ничего не вышло. Столько лет размышлял о нашей встрече и о словах, которые хотел ей сказать, а в итоге меня просто заткнули. Я понимаю, что заслужил такое отношение, но от осознания этого не становилось легче.

От беспомощности во мне начал бурлить гнев, который пришлось заглушить ударом вазы об стену. Стеклянная посудина разлетелась на сотни осколков, оставив после себя огромную вмятину на гипсокартоне. На шум тут же кто-то примчался, жаль я не сообразил запереть дверь.

– Ты что, черт возьми, творишь? – оглядев беспорядок, произнес Давид.

– Снимаю стресс, – лениво ответил я и рухнул обратно на диван. Чтобы не видеть его хмурое выражение лица, пришлось откинуться на спинку и закрыть глаза. Так я мог притвориться уставшим, и он бы ушел.

Выругавшись, друг оставил меня в покое, но этот миг продлился недолго. После его ухода кто-то снова зашел.

– Ты там как, живой? – раздался голос Дмитрия, который, я надеюсь, пришел не болтать о своем сольном вечере, ведь иначе ему не поздоровится.

– Свали отсюда, – сказал тихо, все еще держа глаза закрытыми.

– Я бы с радостью, но Джульетта меня не простит, если оставлю тебя здесь во время очередного приступа. Или ты хочешь, чтобы она сама сюда приехала?

– Только попробуй! – прорычал я и молниеносно вскочил на ноги. – Уходи по-хорошему. Не вынуждай меня идти на крайние меры!

– Ладно, можешь не угрожать, я сейчас же уйду, остынь. – Он развернулся в сторону выхода, но перед тем, как скрыться за дверью, произнес: – Знаешь, не тебе одному больно ее видеть.

Какого хрена?.. Я не сразу понял, что он имел в виду, а когда осознал, – его уже не было. Чем чаще он будет напоминать мне об их близости с Элизой, тем скорее я его придушу.

На сегодня все дела в офисе закончены; парни решили предварительно пробежаться по эскизам, и мое присутствие им не требовалось, поэтому решил съездить в больницу, пока не начал вырубаться прямо на работе. Немного посидев в своем кабинете, пришел медленно в чувство и рискнул сесть за руль.

В последний раз я был в больнице по своей воле… никогда. Недолюбливаю это место, потому что оно всегда напоминало о случае в Монреале, которое никак не выходило из головы как в переносном смысле, так и в прямом.

Еще два раза меня откачивали в разных клиниках, пытаясь отучить от алкоголя и наркотиков. В итоге я соскочил, но точно не благодаря им.

Пройдя сегодня полноценную диагностику, получил массу замечаний от врача, который был крайне удивлен запущенностью моего состояния. Он изучил всю историю болезни и не мог поверить, что я все еще на ногах. По его расчетам, с такими осложнениями, как у меня, люди не доживают и до тридцати, но чаще всего просто теряют разум. И да, это определенно мой случай.

Мне выписали десятки препаратов и настоятельно рекомендовали сделать повторную диагностику, чтобы держать состояние под контролем и не запустить его окончательно.

Вернулся я домой поздно вечером и был сильно удивлен, когда заметил в гостиной Джульетту. Она сидела в позе сердитой мамочки, скрестив руки на груди, и с непроницаемым выражением лица.

– Ты почему не отвечал на звонки? – спросила она, и я только сейчас вспомнил, что так и не вывел телефон из бесшумного режима, когда покинул больницу.

– Был занят. – Я прошел в кухню и незаметно вывалил все препараты в один из ящиков.

– И чем же ты был так занят, Дэмиен, что за четыре часа не смог поднять трубку? – возмущенно прошипела она и, встав с дивана, подошла ко мне. – Где ты был?

Если Дмитрий слил ей информацию о моем здоровье, то пусть пеняет на себя, я за себя не ручаюсь. Терпеть нотации от младшей сестры – просто возмутительно. Так дело не пойдет.

– Где я был? – переспросил с язвительной улыбкой. – Я был у одной своей подруги, с которой мы знатно покувыркались. А потом к нам присоединились еще две телки, поэтому все руки оказались заняты, так что прости, что не смог поднять эту долбаную трубку!

От моего крика Джульетта отшатнулась назад, и, я думал, она тут же свалил, но нет.

– Не знала, что у тебя есть девушка…

– Девушка? – фыркнул я, едва сдержав горький смех. – Нет у меня никакой девушки! Мне не нужны эти дурацкие ярлыки, чтобы кого-нибудь трахнуть!

Судя по тому, как ее лицо омрачилось, ей было непривычно вести такие разговоры, собственно говоря, и мне тоже, но я должен был как-то от нее избавиться. Жаль только, что в голову пришел именно такой жалкий способ.

– Ты постоянно на всех кричишь? – произнесла она дрожащими губами, вероятно, собираясь разреветься. – И знаешь что, грубить тоже было необязательно. Я просто хотела узнать, как ты себя чувствуешь, и не случилось ли что с тобой.

Договорив, она демонстративно развернулась и поспешно направилась к выходу. Оно и к лучшему. Не нужна мне сейчас компания, особенной такой малолетки без мозгов.

Когда дверь захлопнулась, я вспомнил про позднее время и бросился вслед за ней. Понятия не имею, как она до меня добиралась, но отвезти ее обратно – моя обязанность.

– Притормози! – окликнул ее в главном холле здания, когда наконец добрался до первого этажа. Но мелкая зараза проигнорировала меня и вышла на улицу. – Эй, Джульетта, стой!

Догнав ее, попытался схватить за руку, но она ловко увернулась. Глаза девушки покраснели, и, судя по всему, обидел я ее сильно.

– Слушай, извини… – попытался извиниться, пока она быстрым шагом удалялась от меня. – Да ладно тебе, чего это ты вдруг стала такой чувствительной? И куда, черт возьми, ты идешь?!

– Не твое дело! – крикнула сестра, продолжая нестись по улице. Но потом внезапно остановилась и обернулась. – Хотя нет, все же скажу. Сегодня я ночую у Димы, и выражаясь твоим языком, мы будем с ним трахаться, прямо до самого утра!

Что… Давно меня так никто не шокировал. Да она просто издевается! Какого хрена?! Я тотчас же перешел с шага на бег, и быстро нагнал ее на повороте. Но стоило мне взять сестру за руку, как возле нас остановилась старенькая модель «Хендай» с черными абстрактными граффити по всему кузову. Из автомобиля выскочил Дмитрий, и сразу же бросился к нам.

– Что происходит? – поинтересовался он у Джульетты, заметив, как я держу ее.

– Она никуда не поедет, ты понял меня?! – проговорил сквозь сжатые зубы, встав между ними. – Если узнаю, что ты снова полез ей в трусы, я тебя прибью, скотина!

– Что? – он выпучил на меня глаза, словно сама невинность. – О чем ты, черт возьми?

– Я сказала, что еду к тебе! – раздался позади голос сестры, которая следом ударила мне в спину своим маленьким кулачком.

– Но… – начал Дима, но Джульетта тут же его перебила.

– Он не имеет права меня задерживать и, тем более, решать с кем мне спать!

– Кончай этот спектакль! – разозлился я, дернув ее за руку. – Мы сейчас вернемся на парковку, и я отвезу тебя в общежитие.

Вместо ответа в меня снова врезался ее кулак, который не причинил никакой боли, а затем послышались тихие всхлипы.

Дмитрий немедленно оттолкнул меня и подлетел к Джульетте, заключая ее в свои объятия. Прижав девушку к своей груди, он начал успокаивающе гладить ее по волосам, но рыдания не прекращались. Почему-то мне показалось это все хорошо организованной постановкой. Моей вины здесь точно не было.

– Дэмиен, когда ты уже прекратишь доводить людей до слез?! – обратился ко мне Дима, в глазах которого искрился огонь ярости.

– Если бы ты не тащил ее к себе домой, этой херни сейчас не произошло бы! – ответил с той же злостью.

– Да что ты несешь? – он снова на меня странно глянул, будто не понимая, о чем речь. – Она хотела посмотреть сегодняшнюю генеральную репетицию, раз ты запретил ей идти в клуб. А после я отвезу ее к подруге, которая живет недалеко от института, поскольку в это время общага будет уже закрыта.

Признаюсь, я был немного озадачен такой действительностью. Сестра ответила мне тем же приемом, которым я пытался от нее избавиться. Возможно, рядом со мной она испортится быстрее, чем в компании этих фриков.

– Да плевать, делайте что хотите, – развернувшись, двинулся обратно в дом. Хватит с меня на сегодня переживаний. Я не нянька этой девчонке, пусть в следующий раз обращается к отцу. Он-то точно никого не убьет в гневе, ведь он само спокойствие, и таким мне уже никогда не быть.

Когда вернулся в пустую квартиру, мысли унеслись к моменту встречи с Элизой. Только я сумел немного усыпить в себе воспоминания о ней, эта девушка снова ворвалась в мою жизнь.

Элизабет с годами стала еще краше. Такая идеальная и такая прекрасная. Как бы я хотел к ней прикоснуться, ощутить ее тепло на своих пальцах, и вдохнуть сладкий аромат ее тела. Ни одна девушка меня так не сводила с ума, особенно столько времени спустя. Память о ней была так свежа, что, казалось, после нашей последней близости прошло всего несколько дней, а не лет. Я до сих пор слышу ее сладострастные стоны и крики удовольствия. Как же нам было хорошо и как все ужасно закончилось.

Проведя по лицу ладонью и стряхнув с себя мысли об Элизе, направился в кухню, куда вывалил свои таблетки. Впереди меня ждала худшая ночь, но если усну, – станет намного хуже.

Я даже не знал, хорошо это или плохо, что Элиза отказалась от работы с нами. Будь она рядом, я бы мог со стороны наблюдать за ней, и этого мне хватило с лихвой. Может быть, со временем удалось бы смириться. Но теперь уже поздно об этом думать, ведь она не осталась.

Приняв по рецепту несколько таблеток, схватил деревянный стул и направился к панорамным окнам. Не дойдя до них пары шагов, замахнулся и бросил стул в стекло. Раздался глухой удар, а затем на пол посыпались части деревянной мебели. Я даже немного жалел, что в пентхаусе установлены стеклопакеты с триплексом. Их и ломом не пробить. Зато они выдерживали все, чтобы в них не прилетало, при этом не оставалось ни единой царапины.

Психовал я довольно часто, и сломанной мебели уже было не счесть в доме, как и электроники. Я переломал десятки смартфонов, иногда даже просто без причины, лишь бы что-нибудь бросить и остыть.

На втором этаже пентхауса я бывал однажды – в день переезда, и больше моей ноги там не было. Там находилась основная спальня и еще несколько комнат, но пугало меня кое-что другое. Со второго этажа имелся прямой выход на открытую террасу, и соблазн сигануть оттуда рос с каждым днем, но я пока оттягивал это удовольствие.

Мне требовались рамки, дабы оградить навязчивые мысли от их исполнения. Последней такой защитой для меня стала девушка, которая одним своим присутствием могла прогнать все страхи и развеять самые жуткие кошмары. Ее любовь вдохнула в меня жизнь, а ненависть – погубила.

Всю ночь бродил по залу гостиной, пролистывая один за другим распечатки по отелю. Мне нужно было собраться и не опозориться повторно перед новым сотрудником. Впереди ждала долгая работа по разработке проекта реконструкции здания, за время которой придется как-то вытерпеть присутствие Егора. Этот парень почему-то сразу начал меня бесить. Если припрется еще и проектировщик такой, то я не знаю, как доживу до конца.

Через несколько часов, когда наконец рассвело, я, как обычно, первым делом направился в тренажерный зал. Вид у меня за несколько бессонных ночей стал не лучше: под глазами все те же темные круги.

После двухчасовых тренировок едва дополз до квартиры, но после душа снова взбодрился. В гардеробной облачился в темно-зеленый костюм с белой рубашкой, и немного стал похож на человека.

Когда прибыл в офис, не застал никого в приемной. Даже подумал, что опоздал, но на часах было ровно одиннадцать часов, хотя собраться мы планировали в двенадцать.

Пройдясь по пустым кабинетам, решил в итоге дойти до переговорной, где должно пройти собрание. В нашем офисе со свободной планировкой многие помещения имели прозрачные стеклянные стены, и я сразу же заметил ребят за столом, только не понял, почему они тусуются там так рано. Вид у них был напряженный, и все смотрели на кого-то во главе стола, лицо которого перекрывало тело вчерашнего мужика.

Парни оказались настолько увлечены процессом, что даже не сразу меня заметили, пока я не зашел. А когда Александр повернулся на звук скрипа двери, я смог без труда разглядеть сидящего рядом с ним человека.

– Она передумала, – произнес мужчина, заметив мое шоковое состояние.

Элиза сидела опустив голову и положив руки на стол, скрепив пальцы в замок. По ее виду было несложно догадаться, что выбора у нее не оставалось. Но что теперь делать мне?

– Дэмиен, присаживайся, – окликнул меня Давид, положив руку на спинку соседнего с собой стула. – Ну же, мы скоро начнем.

Он издевается? Я не собираюсь ее мучить своим присутствием, но, черт подери, и уйти не могу!

Смирившись, двинулся к противоположному краю стола, максимально далеко от Элизы. Вот только от этого она никуда не пропала. Я мог видеть ее, куда бы ни сел. Она заполняла собой все пространство.

Я даже не слышал, о чем говорят парни, полностью сосредоточившись на ней одной. Пока внимание Элизабет было обращено на интерактивную ЖК-панель, где мелькали кадры с эскизами нового отеля, у меня имелась отличная возможность полюбоваться ею.

Стоит ей слегка повернуть голову, и я спалюсь. Но она точно это не сделает, лишь бы не видеть меня. Не думал, что найдутся плюсы в такой ситуации, а вот дальше пойдут сплошные минусы. Сейчас невозможно представить наше дальнейшее сотрудничество, особенно в таком маленьком кругу, где будет Егор, она и я.

И чего мне не сиделось дома… На кой черт я принял предложение Давида?!

Внезапная паника охватила мое тело, и было сложно сдержать мелкую дрожь в руках, отчего пришлось спрятать непослушные конечности под столом. Никогда еще так не нервничал и не ощущал себя настолько слабым.

Но не одному мне было сейчас плохо. Элиза с трудом держалась, чтобы не вскочить с места и не убежать от меня подальше. Даже несмотря на то, что ее лицо не выражало никаких чувств, я все равно замечал в ней раздражение. Я знал ее, возможно, лучше, чем она сама.

Внезапно завибрировал телефон, заставив меня вздрогнуть. Я вытащил мобильник и взглянул на входящее сообщение: «Прекрати на нее пялиться!». Вот же засранец. Вероятно, Давид думает это просто сделать, но я-то знаю, что это невозможно.

Ему очень повезло, что смотрел он сейчас не в мою сторону, иначе бы в полной мере ощутил всплеск ярости в моих глазах.

Чтобы повторно не отвлечься на дурацкие сообщения друга, перевел аппарат в бесшумный режим.

Следующие полчаса Егор нес какую-то скучную лабуду, отчего я чуть не уснул прямо на столе, но тут же взбодрился, когда на лице Элизы появилась легкая улыбка. Она внимательно слушала этого козла, даже, кажется, была увлечена его речью. И парень периодически поглядывал на нее, не упуская возможности улыбнуться ей в ответ. Ну, зашибись!

Я так сильно сжал челюсть, что можно было расслышать скрежет зубов. Как только наше собрание закончится, надо будет поговорить с Егором наедине. Я не позволю ему к ней подкатывать. Только через мой труп!

– Это что за ангелочек там стоит? – с восхищением проговорил Роман, уставившись на стеклянную стену переговорной. Все присутствующие разом повернулись в сторону, куда он указывал пальцем, но я проигнорировал и уткнулся в свои записи, делая пометки о грядущем разговоре с Егором.

Через пару мгновений дверь распахнулась, и до меня донеслось цоканье каблуков, а потом все снова погрузилось в тишину.

– Я могу вам чем-то помочь? – поинтересовался Давид, подходя к двери.

– Ах, извините, не хотела вам мешать, просто Дэмиен не отвечал на звонки…

Услышав знакомый голос, я чуть не словил второй сердечный приступ за сегодня.

– Ого, не может быть! – воскликнул Роман и повернулся ко мне. – Это твоя новая девушка?

И почему эти придурки воспринимают Джульетту моей девушкой? Как же бесит!

Давид выглядел сильно озадаченным; про сестру я ему не рассказывал, как и о многом другом, что казалось слишком личным.

Поднявшись, быстрым шагом направился к Джульетте, которая, заметив меня, расплылась в широкой улыбке. Если она так приветлива сегодня, значит, ей что-то от меня нужно. И вероятнее всего, получит это.

– Эй, мужик, ты нас даже не познакомишь? – возмутился Роман, подходя к нам. Но Давид его притормозил, напомнив про работу. – Да ладно вам, нам все равно нужен перерыв, а то моя голова скоро взорвется!

– Поддерживаю, – влез со своим мнением Александр. – Проект действительно сложный, и немудрено, что многие устали. Пойду выпью чашку кофе.

Когда мужчина ушел, я практически оказался рядом с Элизой, которая сидела прямо напротив двери.

– Ну так что, как зовут твою девушку? – Роман довольным видом кивнул в сторону моей сестры.

Мне показалось, или когда он произнес слово «девушка», Элиза слегка нахмурилась? Вот черт! Это что-то должно значить?

– Нет! – неосознанно громко крикнул я и добавил следом спокойнее: – Нет, она не моя девушка.

– А, ясно, – ухмыльнулся он и сел обратно на свое место. – Значит, одна из твоих постоянных подружек.

Не будь здесь Элизы и Джульетты, я бы прибил этого придурка на месте.

– Вы не так поняли, – ахнула сестра, пройдя ближе к столу, но мне удалось вовремя сдержать ее за руку, чтобы она ничего лишнего не сболтнула.

– Она моя сестра, – поспешил ответить, чтобы ее заткнуть.

– Самая тупая отмазка, что я слышал, – раздался голос Макса. – Да вы совсем непохожи, если только не сводные.

– Почему непохожи? – искренне удивилась сестра. – Очень даже похожи, просто я больше в папу, а он в маму.

Потянув ее за руку, попытался вывести из помещения, иначе я не выдержу всей этой херни и точно сорвусь.

– Ай! – вскрикнула Джульетта, когда потянул ее сильнее. – Погоди минутку.

Еще чего, как будто она мало наболтала. Разговоры про родителей раздражали меня постоянно, а говорить и вовсе не хотелось.

– Остынь, – положив ладонь мне на руку, тихо проговорил Давид.

– Так что, она правда твоя сестра? – снова вскочил на ноги Роман, светясь от радости.

– Я же сказала, – надула губки Джульетта, устав доказывать наше родство.

Тут парень как-то резко рванул к нам, удивив даже Элизу, которая уже, наверное, жалела, что согласилась работать здесь.

– Во дела, а девушки в семействе Дэвенпортов необыкновенно хороши! – восхищенно заговорил парень, без стеснения пожирая глазами Джульетту с ног до головы. – Я, кстати, Роман. А ты?.. – Он протянул руку в знак приветствия.

– Джульетта, – лучезарно улыбаясь, пожала ему руку сестра. – Но только не Дэвенпорт, а Уайт. Так уж вышло после развода…

Ну все, хватит. Дернув ее за плечо, потащил к выходу. Но она начала вырываться и случайно наступила мне на ногу своей туфлей. Я едва сдержал стон. Мелкая зараза.

– Ты не видишь, мы разговариваем, Дэмиен?! – она сердито покачала головой и снова повернулась к Роману. – Извини, мой брат иногда ведет себя излишне грубо.

Тут же раздались смешки: Максу и Роману явно было весело. А вот Давид, напротив, вел себя тихо, и это немного пугало. Скорее всего, позже он меня хорошенько отчитает.

– Так какими судьбами ты к нам залетела, ангелочек? – сверкнул белоснежной улыбкой Рома, приблизившись к ней практически вплотную, и я был готов переломать все его зубы.

– Вообще-то, я… – начала сестра, но потом умолкла, заливаясь краской от смущения. – Я хотела поговорить с братом насчет сегодняшнего вечера.

– А что сегодня? – хором спросил мы с Романом.

– Концерт в клубе, – произнесла она, невинно хлопая глазками.

Если Дмитрий прислал ее, я убью его. Ведь я вчера ясно ответил ему по этому поводу, но он, видимо, не понял. Сукин сын.

– Мой парень играет в группе…

– У тебя есть парень? – разочарованно произнес Роман, падая духом.

– Ага, и он невероятно поет!

Глядя сейчас на счастливую и светящуюся Джульетту, мне с трудом вспоминалось ее печальное лицо, когда этот ублюдок Дмитрий причинил ей боль.

– Вот как… – парень опустил взгляд и на секунду задумался, а потом снова взглянул на мою сестру и проговорил: – Может, тогда ты нас всех пригласишь на концерт своего парня?

– Ни хрена! – заорал я, напугав всех присутствующих своим криком.

– Почему это? – нахмурилась Джульетта, повернувшись ко мне. – Диме будет приятно. Он ведь твой друг, не будь такой занудой, Дэмиен!

Услышав в одном предложение «Дима» и «друг», парни вопросительно переглянулись, и я молил Бога, чтобы они не догадались.

– Ты про Спиритова, что ли? – спросил Макс, сломав все мои надежды на спасение.

– Да! Вы его тоже знаете? – сестра засветилась еще ярче.

– То есть… твой парень тот самый Дмитрий Спиритов с татухами? – глядя на меня удивленными глазами, спросил Роман у Джульетты, и она кивнула. – Твою мать!

– Выбирай выражения! – повысил голос Давид, еле сдерживая свое невозмутимое состояние. Я знаю, он тоже шокирован, но не показывает это. Да и мне до сих пор не верилось во все это.

Вдруг раздался скрежет, и Элиза поднялась со стула. Даже удивительно, что она смогла столько выдержать в нашем маленьком аду.

– Я, пожалуй, пойду подышу воздухом, – произнесла она и направилась к выходу.

– Подожди! – окликнула ее Джульетта и подбежала к ней. – Ты ведь тоже придешь? Я была бы очень рада женскому обществу!

Да быть этого не может… Только не это! Я уже собирался броситься к ней, но Давид удержал меня.

– Извини, не могу, – коротко ответила Элизабет.

– Ну почему? – схватив ее за руки, сестра жалостливо заныла. – Будет весело, обещаю!

– У меня маленький ребенок, поэтому мне не до клубов, – машинально ответила она, надеясь, что такой аргумент избавит ее от любой назойливой мухи, но прямо здесь такое говорить нельзя было.

– Ребенок? – переспросили парни, в числе которых оказался даже Егор.

Осознав свою ошибку, Элиза лишилась дара речи, застыв на месте.

– Ты знал? – раздался за спиной голос Давида, который что-то заподозрил по моей нейтральной реакции. После таких откровений я должен был сойти с ума, узнав, что у нее есть ребенок, но я подозрительно спокойно держался.

– Что он знал? – Роман уставился на меня, а потом повернулся к Элизе.

Я уже собирался открыть рот, но Элиза внезапно покосилась на меня своим обжигающим взглядом, и пришлось заткнуться.

– Вас это не касается, – сухо ответила она и покинула комнату.

Чтобы не объясняться с парнями, которые смотрели теперь только на меня, пришлось тоже уйти. Заодно прихватил с собой сестру, благодаря которой все пошло к чертям.

– Отпусти, мне больно! – заныла она, когда я силой завел ее в свой кабинет.

– Чтобы я тебя здесь не видел никогда, ты меня поняла?! – набросился на нее с криком, словно озверев, и девушка тут же сникла, прижавшись спиной к стене. – И передай своему другу, что если он еще раз попадется мне на глаза, я на нем живого места не оставлю!

– Почему ты такой злой? – произнесла она с горечью в голосе, подняв на меня мокрые от слез глаза. – Видимо, дедушка был прав на твой счет, и лучше бы мы с тобой и вовсе не встретились!

Не дожидаясь моего ответа, она стремительно выбежала из кабинета, захлопнув за собой дверь. От этого оглушительного грохота я понемногу начал приходить в себя, поскольку после ее слов был погружен в странную прострацию и не мог мыслить нормально.

И что эта гнида Рассел успел ей рассказать? Теперь вся моя ярость была обращена на деда. Конечно, глупо отрицать мое дурное поведение, но и он не святой. Наши характеры очень похожи: я весь в него такой отморозок. Вот только своим поступком дед сделал еще хуже. Он собственноручно превратил меня в бездушную тварь.

– Дэмиен! – закричал Давид, влетев в мой кабинет. – Что на сей раз ты учудил?

– О чем речь? – непонимающе взглянул на друга.

– Ты сейчас серьезно? – он молниеносно приблизился и схватил меня за пиджак. – Твоя сестра рыдает в приемной, придурок!

Вот же дерьмо… И почему она не ушла?

– Успокойся, – убрал его руки от себя и двинулся к двери. – Я сейчас быстро ее прогоню.

Не успел я шагнуть к выходу, как меня резко развернули и врезали по лицу. Удар оказался настолько сильным, что я свалился на пол.

– Ты совсем идиот? – заорал Давид, нависая надо мной. – Надо ее успокоить, а не прогонять! И вообще, ты не должен был изначально доводить ее до такого состояния!

Я провел пальцами по ушибленной щеке, куда со всей силы влетел кулак Давида, и молча поднялся на ноги. Он пытался мне помочь, протянув руку, но я проигнорировал этот дружеский жест, потому что собирался врезать в ответ.

– Не смей указывать мне, что я должен, а что нет! – с этими словами кинулся на друга и ударил его по лицу. Надеюсь, ему было так же больно, как и мне. Только этот сукин сын удержался и не упал, а заодно умудрился зацепить ногой журнальный столик, отчего по всей комнате разнеслись звуки ломающегося стекла.

Пока его внимание было сосредоточено на погроме, я снова ринулся к нему, собираясь в этот раз приложить максимум усилий, дабы свалить его с ног.

– Вы что творите? – донесся до меня приглушенный голос Макса, блокируемый звуком ударов моего бешеного сердца. Я был настолько возбужден и заряжен адреналином, что полностью потерял связь с действительностью.

Благодаря внезапному появлению Макса, Давид успел вовремя меня заметить и увернулся в последнюю секунду от летящего в него кулака. Но на этом я не сдался, вновь заведя руку для очередного удара.

– Какого черта… – ахнул Роман, выглянув из-за спины Макса. – У кого-то снова поехала крыша?

Вспомнив, как это придурок подкатывал к сестре, я повернулся к нему. Если бы он не лез с тупыми вопросами, мы бы не дошли до этого.

– Эй, полегче, парень, – выставив руки вперед, произнес Максим, за которым трусливо спрятался Роман. – Тебе надо остыть…

– И ты туда же? – разозлился я, сжимая кулаки и готовясь налететь на него. – Я сам решу, что мне надо!

Сделав шаг навстречу парням, меня сзади обхватили руки Давида, который решил таким способом удержать мой порыв кого-нибудь убить.

– Ты уже переходишь все границы, Дэмиен! – прорычал он у моего уха. Таким взбешенным я его видел только однажды, когда мы стояли на верхней трибуне скейт-парка. Вспомнив о том дне и о том, что сейчас в офисе находится Элиза, я словно пробудился от сна.

Понадобилось всего несколько секунд, чтобы злость отступила, но на ее место тут же пришло беспокойство. Мне срочно надо найти сестру и извиниться перед ней. Уже в который раз я переходил черту, а она каждый раз закрывала на это глаза.

– Можешь отпустить, – произнес спокойным голосом, обращаясь к Давиду. Но тот не спешил выпускать меня из своей крепкой хватки. – Я остыл, слышишь?! Или желаешь дождаться новой волны?

Друг фыркнул и отступил, слегка подтолкнув меня в спину.

– Только попробуй снова такое вытворить, – пригрозил он, тыча в меня указательным пальцем; затем покинул кабинет, прихватив с собой парней.

Я бы рад его послушаться, но эта хрень, что творится со мной, выходит не по желанию. От своей беспомощности порой приходил в полное отчаяние. Мне ничто не помогало. Последней надеждой станут таблетки, но если и они не помогут… Придется уже кончать со всем. Я устал бороться за бесполезную жизнь, причиняя другим боль.

Закрыв глаза и подняв лицо к потолку, вдохнул воздуха полной грудью. Кулаки, что еще секунду назад сжимались до белых костяшек, – ослабли, и руки безвольно повисли вдоль тела. Но сейчас некогда было прохлаждаться, надо поговорить с Джульеттой. И извиниться.

Войдя в приемную, я чуть не врезался в ребят, которые выстроились в живую стенку, внимательно за чем-то наблюдая. Взглянув между их голов, увидел сидящую на диване сестру, а рядом с ней… Элизабет. Она обнимала Джульетту одной рукой и пыталась ее успокоить какими-то словами, которые было невозможно расслышать с того места, где я стоял.

Это очень и очень плохо. Элиза теперь возненавидит меня еще сильнее. А если она расскажет сестре, какой я на самом деле урод, то и Джульетта впишет меня в свой черный список, если не успела уже сделать это раньше.

Да уж, здесь мне делать больше нечего. Я развернулся, собираясь дождаться всех остальных в переговорной, но сделал это не слишком скрытно.

– Дэмиен? – позвала меня сестра тихим беспокойным голосом. – Дэмиен, что случилось?

Сначала я не понял, а когда она вскочила и побежала ко мне, был даже немного озадачен. Ее тонкие пальчики коснулись моей щеки, и боль вспыхнула повторно.

– Кто тебя ударил? – ахнула сестра, с трепетом разглядывая меня, затем перевела быстрый взгляд на парней и увидела среди них Давида с такими же ушибами.

Дальше я не успел вовремя среагировать, и она бросилась к нему, явно собираясь его отчитать.

– Зачем ты это сделал? – закричала Джульетта, встав напротив моего друга, который в этой ситуации был ни в чем не виноват.

Давид от такой резкой смены настроения сестры просто остолбенел, не зная, что ей ответить. И пришлось его выручать.

– Отстань от него, – дернул ее за руку, пытаясь увести подальше от ненужных зрителей, но она вырвалась и снова зашагала к обидчикам.

– И какие вы после этого друзья?! – произнесла Джульетта, хмуро оглядывая парней, пока я понемногу начинал выходить из себя.

– Эй, малышка, твой братец немного не в себе, за что, собственно говоря, и получил, – непринужденно ответил Роман, выйдя вперед.

Похоже, эти слова пришлись Джульетте не по душе, и она побагровела от возмущения.

– Когда человек злится, не означает, что он не в себе. На самом деле, мой брат хороший! – излишне громко произнесла сестра, выставив меня на всеобщее посмешище. Лучше бы она так не считала, ведь я точно знаю, что подведу ее. А когда Джульетта разочаруется во мне, будет больно нам обоим.

– Прекрати нести эту чушь и свали уже отсюда! – указав на выход, обратился к сестре. По ее щекам тут же покатились свежие слезы, а пухлые губы сжались в тонкую линию.

Она должна держаться подальше от меня. Подальше от моего прошлого и, тем более, будущего. Там нет места для нее, как и для меня самого.

К моему большому сожалению, эта зараза не ушла, а вернулась к Элизе и зарыдала пуще прежнего, уткнувшись лицом ей в грудь.

– Я тебе что сказал? – кричал на Джульетту, подходя ближе к диванам.

Тут мое внимание отвлек звон лифта, откуда вышел запыхавшийся Дмитрий, и рванул в нашу сторону. Заметив его, сестра побежала к нему навстречу и бросилась в его объятия.

– Теперь каждая, кого я обижу, будет бежать к этому придурку? – сказал достаточно громко, чтобы слышала и Элиза. Меня до сих пор коробило от мысли о ней с Димой.

Парень тоже понял, что я имею в виду, и, надеюсь, он будет помнить, как сильно меня бесит.

Все это время я боялся взглянуть на Элизу и даже не представляю, о чем она сейчас думает. Она так и не проронила ни единого слова. Но все же шелохнулась и поднялась на ноги, когда я уже думал свалить отсюда подальше.

– Неужели, ты думаешь, что кто-то захочет быть с тобой рядом? – произнесла она едва слышно, чтобы услышать мог только я. От ее ледяного голоса замерз бы и ад. – И знаешь что, я ни о чем не жалею.

– Да что ты! – притворился удивленным и шагнул к ней ближе. – Так скажи мне, пожалуйста, он помог тебе забыть меня, или же его член оказался недостаточно хорош?

В ее глазах сверкнули молнии, и тишину прорвала звонкая пощечина, окрасившая алым цветом мою вторую щеку. Затем она молча удалилась, оставив меня наедине со своими мыслями.

Боль меня не тревожила, я больше переживал о том, что не получил ответ на свой вопрос. Почему она ничего не сказала, и что значила эта пощечина?

– Какого черта ты творишь? – изобразив гримасу боли на лице, произнес Дима. Он все еще прижимал к своей груди Джульетту, которая внезапно перестала плакать. – Как ты вообще додумался ее о таком спрашивать?

– Слушай сюда, козлина, больше повторять не буду, – повернулся к Дмитрию, держась из последних сил, чтобы не размазать его по стенке. – Хватай свою подружку, и чтобы я вас здесь больше никогда не видел, как и у меня дома, вам ясно?!

Благо он не стал возражать и, взяв Джульетту за руку, повел ее к лифту. Отлично. Одной проблемой меньше.

– Думаю, тебе лучше уехать, – раздался за моей спиной голос Давида.

– Чего?

– Сейчас ты не в состоянии вести важные дела, поэтому возьми отгул на несколько дней. Сегодня к вечеру вышлю тебе новые материалы и запись совещания, которую ты, вероятно, проморгал. В общем, поработаешь пока из дома.

Я даже не стал возражать. Хрен с ними. Просто развернулся и направился к лестнице, лишь бы поскорее отсюда свалить, не дожидаясь приезда лифта.

Буду даже рад не возвращаться сюда обратно и не видеть Элизу. Я знаю, что не имею права на нее злиться, но почему-то не могу сдержаться.

Эта злость не такая, как обычно, она таит в себе нечто большее. Я злюсь на нее только потому, что не в состоянии больше любить. Мне надо отпустить ее и забыть о тех чувствах, что она вызывает, пока до конца не сошел с ума. Элиза уже не вернется, и я должен смириться с этим.

Она никогда не любила Дэмиена Дэвенпорта. Ее мысли были заняты лишь Глебом, который стал ее мужским идеалом, а когда его не стало, закончилась и вся эта игра в романтику.

Одного я не понимал, почему она оставила ребенка. Она прекрасно знала от кого он и могла спокойно покончить с ним. Разве можно кого-то ненавидеть всем сердцем, а потом нянчить его ребенка? Или… он стал ей заменой того, что я у нее отобрал. Черт. Ведь не просто так Элиза назвала его именем своего погибшего брата.

Пока спускался до первого этажа, чуть не выдохся. Десять этажей оказались намного утомительнее занятий в спортзале.

Мой организм был настолько истощен стрессом и физическими нагрузками, что сегодня мне уже точно не избежать сна, как и кошмаров.

Следующие несколько дней я переживал те же страдания, которые постоянно мучили меня последние годы. Лишь отчасти некоторые из них стали менее болезненными, после начала приема препаратов, назначенных врачом-неврологом.

Я также мало спал и больше времени проводил за работой, которую ежедневно присылал мне Давид.

Джульетту я не видел с того дня, как мы поцапались с ней в офисе, но, надеюсь, у нее сейчас все хорошо. На самом деле, надежда тут ни при чем, я довольно часто звоню отцу, узнавая у него последние новости о сестре.

В выходные Давид удивил меня звонком, а когда сказал, что надо зайти в понедельник на работу, я даже не поверил сразу. По его словам, наше дело сдвинулось с мертвой точки, и мне доверена важная задача.

Как оказалось, моей задачей стала поездка в Светлогорск. Я должен был передать оригиналы каких-то документов на рассмотрение главой муниципального образования. В общем, ничего сложного – прилететь, оставить и вернуться.

Самолет у меня был где-то после обеда, поэтому не стал заезжать в офис слишком рано, чтобы не мотаться туда-обратно два раза. Зайдя в приемную, набрал сразу же Давида, решив не искать его по всему огромному помещению, а сразу позвать к выходу с документами. Я звонил три раза и каждый раз мне говорили, что абонент занят. Разозлившись, направился на его поиски, чтобы ненароком не опоздать на свой рейс.

Первым делом решил заглянуть в переговорную. Она как раз была по пути к его кабинету. Приблизившись к стеклянной коробке, замер от той картины, что предстала передо мной.

Огромный стол был весь завален эскизами и чертежами, а вокруг него крутились Егор и Элиза, весело проводя время вместе. Я впервые за долгое время увидел ее улыбку. Хватило одного лишь взгляда на нее такую счастливую, чтобы мое сердце и душа восставали из пепла. И как я собирался ее забыть? Ее нереально забыть! Она будет мучить меня до конца жизни.

– Привет, – дотронулся до моего плеча Давид, но я продолжал стоять к нему спиной и смотреть на Элизу. – Прости, что не ответил, был важный звонок. И вот, держи. – Он протянул пачку бумаг в папке. – Эти документы надо доставить сегодня до вечера.

Я не глядя взял папку из его руку, но не спешил уходить.

– Дэмиен, ты чего завис? – спросил друг, проследив за моим взглядом, пока не заметил в переговорной Элизу и Егора. – Тебе лучше уйти.

– Конечно, я не собирался мешать их свиданию, – произнес сквозь зубы, с трудом сдерживая себя в руках.

– Не глупи, идиот, они просто работают, – проворчал он, задев слегка кулаком меня в плечо. – Если ты не в курсе, то работа архитектора и проектировщика тесно связана между собой. А то, что им комфортно вместе, ничего не значит, хотя это их дело, и тебя не касается.

– Хреновый из тебя друг, Давид, – прорычал в ответ и зашагал в сторону лифта.

– Для тебя же лучше начать новую жизнь, а не цепляться за старое! – крикнул он, когда я уже скрылся в холле.

Ему легко такое говорить, но проблема в том, что для меня нет жизни, где нет ее. А старое всегда будет преследовать меня, пока не получу ее прощения. Поэтому я просто лишен будущего, как и всего остального.

Я потерял любимую девушку и ребенка, а также лишился семьи. И как бы ни пытался найти виновного, за все в ответе я один. Только я повинен во всех несчастьях, что происходят со мной.

Моя поездка до Светлогорска и обратно прошла на удивление хорошо. Даже несмотря на мое нервное состояние, которое, честно говоря, пришлось подавить успокоительными таблетками. Но все равно Давид мог гордиться мной, в этот раз я его не подвел. И очень надеюсь, что в дальнейшем также не подведу друга.

Он постоянно поддерживал меня и никогда не отворачивался, как бы я ни пытался его прогнать. Любая наша ссора, – где всегда был виноват исключительно я один, – сходила на нет через день, а то и за пару часов, и все благодаря ему.

Не будь Давида рядом, я бы мог совершить куда больше непростительных вещей, погубив при этом не две невинные жизни, а десятки. Тогда я ни о чем не задумывался; желал лишь украсить свою бесцветную и скучную жизнь, пока она не покрылась багровым покрывалом. Но прозрел я не сразу, для этого пришлось потерять самое дорогое.

После поездки Давид снова разрешил мне приходить в офис, но пересекаться с Элизой больше не приходилось. Ей выделили отдельный стол в рабочей зоне, где были столы и остальных ребят. Только у нас с Давидом имелись изолированные кабинеты, чему был несказанно рад. Находясь в отдельной комнате, я не видел и не слышал никого, а редкие встречи в зале во время совещаний, давались мне с каждым разом легче. Обычно я даже голову не поднимал, чтобы не видеть ее, но больше бесили их разговоры с Егором. Хоть они и общались чисто по работе, меня все равно это дико раздражало.

За прошедшие две недели Элиза даже слова мне не сказала, постоянно избегая встреч со мной. А в моменты, когда мы случайно пересекались в приемной, которая связывала наши рабочие места, она невозмутимо шла мимо, словно не замечая моего присутствия. Да уж, лучшего наказания и не придумаешь. Она была так близка и при этом совершенно недосягаема.

Очередное утро начиналось как обычно, пока Давид не обрадовал меня замечательной новостью.

– Наши планы немного сдвигаются, – начал он, зайдя ко мне без стука. – Егору надо отъехать на месяц в Берлин по новой работе, поэтому общаться придется по онлайн-связи.

– Замечательно, – равнодушно произнес в ответ, хотя чувствовал настоящее облегчение, что он сваливает. – А разве он не закончил свою часть, зачем ему возвращаться?

– К его возвращению Элизабет должна закончить с проектом, а без согласования с Егором мы не сможем его сдать. Конечный вид отеля зависит только от него.

– Какой важный тип, – фыркнул я и откинулся на спинку своего кожаного кресла.

– Ах да, – Давид остановился у двери, вспомнив что-то важное. – В связи с тем, что его не будет в городе, некоторую работу придется делать тебе. Все детали он напишет сам, я скинул ему твой номер.

– Буду с нетерпением ждать от него сообщения, – помахал другу, язвительно ухмыляясь, на что он устало закатил глаза и удалился.

Теперь у меня стало на одну проблему меньше. Но, на самом деле, Егор никогда не являлся проблемой, ведь ею был я. Неважно, кто будет рядом с Элизой, от этого она не побежит ко мне. Такая вот суровая реальность, с которой просто невозможно соперничать.

После очередного собрания, где Роман поделился своими успехами в плане поиска инвесторов, я зашел к Давиду для обсуждения некоторых вопросов касательно моего профиля.

Мы просидели с ним довольно долго, обсуждая не только работу, но и личную жизнь, которой, по сути, ни у одного из нас не было.

За столько лет знакомства я не мог понять, почему у него до сих пор нет девушки. У моего друга было все: деньги, внешность, манеры, но только не вторая половинка. Может, он также страдал от неразделенной любви, а может, просто еще не нашел ту самую. Хотя он особо и не старался кого-то найти. Для него работа стала важнее всего, а остальное его мало волновало.

Короткий звон прервал нашу беседу, и мне пришлось отвлечься на мобильник, на который только что пришло новое сообщение. Взглянув на незнакомый номер, я было решил, что это Егор, но текст сообщения говорил совсем о другом. От первого же предложения по моему телу прошлась волнительная дрожь, а ладони мгновенно запотели.

«Привет, это Элизабет. У меня есть несколько вопросов, могу я задать их тебе сюда?»

– Твою мать! – заорал я, схватив свободной рукой себя за волосы.

– Что случилось? – спросил Давид, явно обеспокоенный моим странным поведением.

– Она… Она… Она написала мне! – запинаясь от волнения, повернул дисплей телефона в его сторону. – Смотри!

Но на его лице отразилось что-то неопределенное, и он сжал губы, оттягивая свой приговор.

– Что такое? – с подозрением взглянул на друга, а он между тем достал свой смартфон и начал в нем рыться. Через пару мгновений Давид нахмурился, что меня насторожило еще сильнее.

– Прости, – тихо проговорил он. – Я, видимо, случайно отправил ей твой номер вместо номера Егора. Она сегодня просила его контакты, чтобы уточнить некоторые детали проекта. Вероятно, номер Егора не скопировался, а твой был последним в буфере, а я по дурости не проверил. Но сейчас мы быстро все исправим.

Пока он говорил, мое сердце разбивалось на части. Неужели, я думал, что она может написать мне? Какой же я наивный идиот. Раз она не хочет со мной общаться, то почему бы не стать на время тем, с кем ей комфортно. Открыв обратно вкладку со входящими, я написал: «Привет, Элизабет! Конечно, задавай».

– Я уже все исправил.

– О чем ты? – друг в испуге уставился на меня, отложив свой телефон.

– Написал ей.

– И что же ты написал, позволь узнать? – он поднялся на ноги и двинулся ко мне.

– То, что нам сейчас нужно.

– Какого хрена ты сейчас несешь?

– Мне надо с ней поговорить, даже если придется на время притвориться другим! – воскликнул в отчаянии, надеясь, что друг меня поймет. Но ошибся.

– Нет, Дэмиен! Нет, нет, нет! Да твою же мать, сколько можно над ней издеваться?! – взревел Давид, пытаясь выхватить у меня из рук телефон. – Я не позволю тебе сделать ей больно. Снова!

– Клянусь, я не скажу ей ничего такого, просто немного поболтаю с ней от лица человека, которого она не ненавидит. Ну же, Давид, ты должен меня понять! – взмолился я, хватая друга за руку. – Она не узнает, с кем говорит!

– Ты совсем идиот? Как ты вообще собрался вести с ней диалог по работе, не соображая ничего в архитектуре и строительстве?

– Так я просто напишу Егору, а то, что он ответит, скопирую Элизе.

– О боже… – прошептал Давид, закрыв лицо ладонью. – Ты сделаешь только хуже, поэтому не надо, прошу…

– Извини, но уже поздно. – Раздался новый звуковой сигнал, и на экране загорелось уведомление о новом входящем сообщении от Элизы. – Обещаю, это станет моим заключительным капризом.

Глава 3

Кто бы мог подумать, что человек, который меня бесил, в итоге станет моим спасением. Нацепив на себя маску Егора, я без труда нашел общий язык с Элизой. Она не стала отказывать мне, а точнее Егору в общении, и у меня появилась отличная возможность наладить с ней контакт.

Поначалу я даже не знал, чего хочу и чего добиваюсь, но видя, как Элиза улыбается каждому новому сообщению, я решил просто продолжать ей писать.

Из приемной мне открывался отличный вид на рабочую зону, где она сидела за компьютером. Я отчетливо видел ее счастливое лицо, и как она хваталась за телефон, едва услышав звук уведомления о новом сообщении.

Я знал ее очень хорошо, как никто другой, даже лучше, чем знал самого себя. Поэтому мы сдружились с первых же минут общения и быстро перешли от стандартных СМС к онлайн-чаты в мессенджере.

Все то, что она спрашивала по работе, я сразу же отправлял Егору, заявляя ему на полном серьезе, что любое общение между работниками должно проходить через меня, потому что такова политика нашей фирмы. Парень верил мне беспрекословно, выполняя все, что я скажу, и никогда не задерживал с ответом.

Все полученные от него материалы я моментально передавал Элизе, и пока никто ничего не заподозрил. Надеюсь, так все и останется. Но я сильно увлекся, что грозило мне полным провалом.

Ежедневное общение с Элизабет возродило все чувства, которые я испытывал к ней когда-либо. С каждым новым сообщением ситуация становилась тупиковой. Я желала ее все сильнее и сильнее, а эти разговоры в онлайне ни к чему не приводили.

Сколько бы мы ни говорили, наши пути все равно не сойдутся. Своими действиями я обманывал ее, и она уже начинала что-то чувствовать к Егору, которым я сейчас притворялся. К чему бы мы ни пришли, мне придется за все ответить, ведь по возвращении этого парня Элиза будет воспринимать его совсем иначе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.