Павел Сапов
Изменение культурного кода через личностную деформацию

Проблематика

Сегодня на различных телеканалах все чаще можно видеть молодых людей, жалующихся (да чего уж там – негодующих, как Грета Тунберг) на то, что якобы, в нашей стране нет социальных лифтов, и, собственно, им, несчастным, просто ничего другого не остается, как уезжать в западные страны. В принципе, в их словах есть доля истины, так как наше образование действительно полностью отформатировано под западные стандарты. Скажу больше – устроиться на приличную работу, обладая лишь набором знаний, предоставляемых отечественным учебными заведениями, действительно практически невозможно. Судите сами, ну кому нужен человек, умеющий решать тесты? Да, некоторые организации при приеме на работу ввели тестирование, но этим занимаются кадровики (сегодня они именуются английской аббревиатурой HR, что в переводе значит «человеческие ресурсы»), но только с целью выявления тяжелых психопатологий. К приему на работу сия процедура не имеет никакого отношения – она призвана лишь отсеивать психически нездоровых людей. А выпускники нынешних школ, как правило, могут успешно пройти только эту процедуру – их же учили в школе решать тесты. Работать они не могут, даже если у них в аттестатах высшие баллы по тестам – их, собственно, этому никто не учил.

В то же время, западная система гораздо примитивнее нашей, в меру того, что функционал сотрудника сузился буквально до формата хорошо дрессированной обезьяны, поэтому там наш выпускник вполне конкурентоспособен. Особенно на фоне наплыва мигрантов, которых выдает темный цвет кожи (его и уволить страшно – обвинят в расизме). А наш – белый, и, конечно, он предпочтительней.

Высшее образование также претерпело значительные изменения, и сегодня оно находится в некоторой рассеянности – все понимают, что его надо реформировать, но как именно, не знает никто. По сути, диплом выполняет функцию «проездного билета», позволяющего проехать в «общественном транспорте». Конечно, остались еще старейшие российские ВУЗы, дающие фундаментальное образование. Но их совсем немного, и они тоже не дают навыков эффективной интеграции в общественные процессы. Иными словами, выращивают специалистов, отдавая по окончании в руки капиталиста, который может и вовсе интеллектом не обладать (специфика отечественного капитализма). Собственно, так чаще всего и происходит – разбогатевшие в 90-е годы ребята, просто скупают специалистов по дешевке. Поскольку последние не защищены ни законодательством (его легко обойдет хороший адвокат), ни профсоюзами, им просто ничего не остается, как горбатиться на «реальных пацанов» за весьма символические деньги. Единственное, что им действительно гарантировано при любом развитии событий – 12 тысяч рублей в месяц, обозначенных в нашем законодательстве как минимальная заработная плата. Все, что сверх того – полностью на усмотрение «хозяина». А уж будет он благосклонен или нет, одному Богу известно. Естественно, что чаще нет.

Проблема усугубляется еще и тем, что молодой специалист вовсе не готов к такому «раскладу» – в ВУЗе его психологически и духовно готовили для совсем другого мира. Если угодно – советского, со свойственной ему социальной справедливостью. А попадает он в постсоветский, в котором какие либо морально-нравственные рамки попросту отсутствуют – здесь правят личностные интересы, без оглядки на совесть, честь, достоинство. Какая уж тут справедливость!

Для того, чтобы успешно функционировать в современном российском деловом социуме, необходимы не только аналитическое мышление, глубокое понимание исторических процессов, особенно происходящих в нашем обществе за последние 30 лет, стратегическое мышление, знания в области психологии и умение применять их на практике, но и четкое понимание собственных целей и задач. Очень важна выработка собственной социальной роли, так как, в отличие от СССР она теперь не определена сверху. Типичная ошибка, когда молодой человек определяет вместо самоидентификации место, где хочет работать. То есть, на вопрос «кем ты хочешь быть?», отвечает, например «хочу работать в банковской сфере». Иными словами, вместо ответа на вопрос «кто», отвечает на вопрос «где». Это фундаментальная ошибка, способная превратить в кошмар всю дальнейшую жизнь, так как вместо четкой социальной роли у человека будет туман. Поверьте, я повидал много личных трагедий, связанных именно с «размытием» структуры мышления, свойственному эпохе постмодерна.

Спрос и предложение – взаимосвязь и пропорции

Как изначально можно оценить рынок? Безусловно, с точки зрения соотношения спроса и предложений. Существуют такие сегменты, где последние превышают объективную потребность, благодаря чему возникает конкуренция (порой даже сверхконкуренция), а есть где наоборот – нехватка квалифицированных специалистов, и, соответственно, компаний. И если в первом случае «хозяин положения» – клиент, который становится все более и более избирательным, взвинчивая требования к работе исполнителя и «утаптывая» его по цене, то во втором – все с точностью до наоборот, и здесь исполнитель часто диктует свои правила. В клиентском бизнесе все участники рынка вынуждены постоянно снижать цену и создавать иллюзию повышения качества (здесь уже начинаются как минимум ухищрения маркетологов, а как максимум – откровенное мошенничество), так как реально повысить качество при снижении стоимости невозможно. Либо оставляя стоимость прежней, улучшается качество сервиса и сопутствующих услуг. Здесь и возникает опасная для нашего менталитете грань – переход из сервиса в поведенческую проституцию (раболепный сервис). Сказывается тяжелое наследие крепостного права. И тогда бизнес начинает представлять собой омерзительную картину, даже если и приносит прибыль своему создателю. Люди же, работающие в такой структуре, постепенно деформируются в «недочеловеков», постоянно понижая собственную самооценку, что, в свою очередь, неизбежно приводит к личным трагедиям.

В сегодняшней Москве конкуренция достигла таких масштабов, что уже и раболепный сервис не в состоянии обеспечить успех бизнеса, и вот тут на сцену выходят наработки криминального мира – мошенничество. По введению покупателя в заблуждение (обман в рамках законодательства) и выманиванию денег сегодня существуют целые школы. Не будет сильным преувеличением утверждать, что значительная часть жителей столицы (как финансового центра) задействованы в этих схемах. Многие считают это работой – например, осуществление рекламных звонков по телефону. Но на самом деле, в масштабах страны, эта деятельность абсолютно вредна. Судите сами, в статистике все эти «работники» фигурируют, а никакой продукт не производят. То есть в нашей дроби в знаменателе они сидят, как суммарное население страны, а в числитель – производимый страной продукт, добавляют чистый математический ноль. Ничего удивительного в том, что коэффициент эффективности нашего специалиста, относительно среднеевропейского ниже в разы. А давайте попробуем убрать всех этих «менеджеров-холодозвонов» из статистики, и посчитать специалистов – среди специалистов показатели совсем другие, и в ряде случаев даже превзойдут наших западных конкурентов.

Так откуда же взялся этот экономический перекос? На мой взгляд все просто – когда вся наша огромная страна устремилась в одну точку, а именно, в Москву, здесь образовалась сверхконцентрация людей, повлекшая за собой сверхконкуренцию. Ну и конечно желание людей идти по пути наименьшего сопротивления – гораздо проще перейти к агрессивному навязыванию своего продукта/услуги, нежели разработать и выпустить на рынок что-то принципиально новое. Поэтому вместо бизнесменов и бизнеса, мы получили умопомрачительное количество торгашей, с весомым процентом жуликов среди них, а вместо бизнеса и цивилизованного рынка – базар.

Простая и сложная работа

Где же проходит грань, между профессиональным рынком и клиентским? Вполне очевидно, что клиентский бизнес, с точки зрения сложности услуги – крайне прост. В противном случае в нем не было бы задействовано столь умопомрачительное количество людей. Также для клиентского бизнеса не нужно высшее образование. Нет, конечно в вакансиях все равно его указывают как обязательное, но при этом допускается наличие диплом абсолютно любой специальности, и даже не связанный вовсе с деятельностью на занимаемой должности. Эта традиция берет свои корни в СССР, где было принято быть образованным, но сегодня, скорее просто формальность. Поэтому многие активные и люди не считают нужным изучать пять лет специальность, которая для реальной работы будет не нужна, и покупают дипломы либо на черном рынке, либо у частных ВУЗов, многие из которых ими откровенно торгуют. А ведь и правда, зачем, например, менеджеру, мерчендазейру, визажисту, продавцу, консультанту и прочим, высшее образование? Совершенно не нужно. В профессиональном бизнесе без высшего образования не получится. Судите сами, как можно собрать самолет, провести хирургическую операцию, построить многоэтажное здание, не имея профессиональных навыков и знаний? Все верно, никак. Здесь придется учиться. Но и отношение к специалисту внутри коммерческой структуры будет как к уважаемому человеку, а не как к прислуге. В этом принципиальная разница. Разницы в доходах, как правило, либо нет совсем, либо она не столь велика – это специфика России, с ее тяготением к социализму и равномерному распределению денег в государстве. Путаницу как раз и вносят дипломы о высшем образовании, розданные почти всему населению – у 90% их можно изъять или аннулировать, и, поверьте, разницы никто не вообще не ощутит. Скорее даже это пошло бы стране на пользу, по аналогии с денежной деноминацией, которую иногда проводят с целью оздоровления экономики.

Итак, отличительной особенностью клиентского рынка является не высокая квалификация работников, для получения которой достаточно непродолжительных курсов. В профессиональной деятельности придется получать фундаментальное высшее образование, причем, для успешной работы большинство частных ВУЗов просто не подойдут, по причине того, что они чаще всего лишь имитируют подготовку профессионалов, но на самом деле зарабатывают деньги. В современной российской действительности есть один серьезный дефект – очень часто люди с фундаментальным высшим образованием попадают в клиентский бизнес, и поначалу бывают шокированы скотским к ним отношением, но впоследствии с ним смиряются и привыкают. Это, в свою очередь, влечет за собой не только массу личных трагедий, но и дико тормозит развитие отечественной экономики в целом, так как сей дефект носит массовый характер. Каков выход из этой ситуации? На мой взгляд только один – внесение ясности. Иными словами четкое разделение труда на низкоквалифицированный и высококвалифицированный. Но как это сделать, когда дипломы о высшем образовании розданы почти всему населению страны? Только отменой большинства из них, чтобы они превратились просто в бумагу. Иначе путаницы не избежать. На бытовом уровне понять где именно трудится человек не сложно – достаточно уточнить, по специальности ли он трудится, или нет.

Сегодня все чаще встречаются люди с двумя, тремя, и даже четырьмя высшими образованиями. В большинстве случаев это как раз побочный эффект вышеупомянутого системного дефекта – людям не удается перейти из разряда «прислуги» в разряд «уважаемых», но получая все новый диплом, они снова оказываются в том же низовом социальном слое. Только уже трудятся по другой специальности. Некоторые пробуют еще раз, и еще – чаще всего безрезультатно. В том то и фокус, что переход из клиентского бизнеса в профессиональный в сегодняшней России нигде не обозначен, не прочерчен, не регламентирован. Осуществить переход из одного в другой, способны лишь люди, с очень развитыми аналитическими способностями и социальными навыками.

Архитектура и реклама

Теперь перейдем непосредственно к практической стороне вопроса. Я рассмотрю те сферы, в которых мне довелось трудиться самому, и которые я, со свойственной мне наблюдательностью, изучил досконально.

В чем, по большому счету состоит основная задача архитектуры? Многие скажут – изящество пропорций, другие возразят, что в приоритете функция, третьи – детали декор. Каждый по-своему будет прав. Но главное – архитектура, по моему глубочайшему убеждению (и не только моему), является искусством умиротворения, искусством, создающем ощущение стабильности, устойчивости, уюта. Одним словом, основной задачей в эмоциональном плане является формирование гуманной, комфортной среды обитания. Архитектура, в моем понимании, вещь принципиальная, не подстраивающаяся под конъюнктуру рынка. Этого, к сожалению, нельзя сказать о дизайне – он, в большинстве своем, особенно наш, российский, создан сугубо под клиента. В нем, собственно, от автора проекта, нет вообще ничего. Это абсолютно клиентоориентированный (правильнее даже будет ввести термин «клиентосозданный») продукт, где дизайнер (хотя корректней было бы назвать его «визуализатором») выполняет работу, схожую по своей сути с функцией швейцара, таксиста, официанта. Однако, дизайн неразрывно связан с рекламой, и, по сути своей в эпоху перепроизводства, в которую нам довелось жить, является некой ее производной. Здесь принципиально иная задача, нежели у архитектуры. Если в первом случае авторы произведения стремятся к гармонии, то во втором задача противоположная – возбудить зрителя, заставить испытать некие яркие, не всегда даже положительные эмоции. И чем эти эмоции ярче, чем быстрее они вызываются, тем эффективней реклама. Как мы с Вами понимаем, задачи архитектуры и рекламы диаметрально противоположны, но все же у них есть точка пересечения. А именно – выставочная сфера. Здесь как раз и происходит соединение этих двух, казалось бы, разнонаправленных векторов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.