Зонт для Вероники
Татьяна Степа

© Татьяна Степа, 2021

ISBN 978-5-0053-3969-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

До закрытия банка оставались считанные минуты, и Вероника уже заполняла бумаги, когда услышала за спиной: «Всем стоять, это ограбление».

Она оглянулась с некоторым удивлением и недоверчивостью. Увидев людей в масках, Вероника замерла.

– Всем лечь на пол, – приказал один из них.

И люди начали медленно и тревожно располагаться на грязных плитках, зажавшись в тисках страха, гнева и инстинкта самосохранения.

Вероника невольно вцепилась в сумку.

Что ж так не везет-то? Она собиралась открыть отдельный вклад, чтобы копить на отпуск, и ей всего лишь нужна была вторая карта. А тут такое…

Вероника неуверенно последовала за всеми, не понимая, как это лучше сделать: «мордой в пол» нырять совсем не хотелось, прислониться к чему-то не представлялось возможным. На всякий случай она притянула сумку поближе и аккуратно улеглась на нее, прикрыв от посягательств.

Зря она деньги с собой взяла. Не на поездку на Багамы, но все-таки. Выдохнув, Вероника решила, что тем, кто хочет положить деньги на счет, – либо повезет, либо не очень. Хотелось бы, конечно, чтобы очень повезло.

Лежать было неудобно, замок впивался в живот, а твердая, кожаная поверхность не сминалась совершенно. Вероника старалась дышать реже и не очень глубоко.

«Я ценный сотрудник, – напомнила она себе. – Держи себя в руках. Ты нужна начальству, коллегам, маме».

С ужасом Вероника осознала, что она в своем самом дорогом костюме. Он настолько неприлично дорогой, что цену его знает только лучшая подруга. И что от него останется…

Грабители передвигались бесшумно, отдавая краткие приказания.

– Не двигаться. Спокойно лежать.

Как коршуны они скользили по залу. Вероника слушала их шаги. Хотелось прижаться ниже и тут…

Она увидела ботинки рядом с собой.

Кто-то из них стоял над ней.

«У меня ничего нет», – сказала она мысленно и прикрыла глаза. – «Уходи уже, уходи, я нервничаю».

Губы ее слегка шевелились, повторяя: «Уходи, уходи».

Вероника зажмурилась и вцепилась в сумку еще сильнее.

То, что они ушли, она почувствовала сразу.

Сначала холодок от двери пробежал по полу, потом наступила тишина.

Через какое-то время тишина стала наполняться отдельными звуками.

Люди начали медленно приподнимать головы, опасливо оглядываясь по сторонам и усаживаться на пол, чтобы растереть затекшие мышцы от напряжения.

Забегали служащие.

Кассир предупредила, что сейчас приедет полиция.

Вероника поднялась, растирая живот. Замок будто продавил его до позвоночника.

Она поморщилась. Новая серая сумка ей сейчас очень не нравилась. Вот старая, мягкая и бесформенная, служила долго и была бы союзницей в такой совершенно не понятный по своей несуразице день.

Старые вещи – они как верные друзья, все в них мило, только поношено, и хочется поберечь, чтобы надолго хватило.

Вероника озиралась, не понимая, что ей делать. Бутылка с водой, купленная по дороге, пришлась очень кстати – прохлада освежала липкие ладони, хотелось на них полить и смочить лоб салфеткой.

Вероника решила, что матери ничего говорить не будет, а отцу расскажет, если в этом будет нужда. А не будет – так и не надо. Зачем ему зря волноваться. Но этот пол в сберкассе, – его она не забудет точно, со всеми крапинками и трещинками.

Люди рядом возбужденно переговаривались, что опять нагнетало атмосферу волнения и страха.

Она достала книгу, которую давно не могла дочитать, и, чтобы переключиться, уткнулась в нее. Всего две страницы. Отгороженность и покой. Как это хорошо сейчас, как вовремя – и будто на перроне все сидят и ждут поезда. Все стало каким-то обыденным: встревоженные люди, ожидание, суета. Главное, вспомнила Вероника, деньги при ней, никого не постреляли, замок на сумке цел.

2

Полицейские всех опросили, переписали и отпустили. Как в тумане Вероника добиралась до дома, мечтая поесть и заснуть. А после столь неприлично долгого валяния на полу – встать под душ.

В двадцать девять лет Вероника считала себя уже довольно умудренной опытом, в отличие от мамы, которая в пятьдесят шесть так не думала даже о себе, не говоря про дочь.

– Наивность – черта семейная, наследуемая по материнской линии, – напоминала мама, если планировался ремонт, отдых или покупка мебели. – Поэтому, все вопросы – к отцу. Так Вероника привыкла почти во всем советоваться с отцом.

Она долго приучала себя не расстраиваться по каждому пустяку и достигла совершенства, натренировавшись восстанавливаться за пару часов от сильных волнений. От очень сильных – за два дня.

Так, расставание с бой-френдом внесло некоторую сумятицу в ее душевное равновесие, но она заняла себя на два месяца интенсивными курсами по изучению иностранного языка. Выбрала чешский. Для разнообразия.

Ей пришлось отказаться от съемной квартиры, и курсы очень облегчили период привыкания. Можно было снять жилье одной, но что-то не хотелось. Хотелось отогреться.

Возвращение после ограбления прошло не замеченным. Мама смотрела на кухне сериал, и на Веронику почти не обращала внимания, так что объясняться, почему такой хмурый вид, не пришлось.

Вероника прошла в ванну. Русые волосы перепутались и разлохматились, в серо-зеленых глазах будто застыла картина дня, отчего они казались темнее, чем обычно.

Или это освящение? Надо поменять лампочки. С пристальным вниманием Вероника оглядела любимую белую блузку и, успокоившись, забросила в стиральную машину. Нормально, тут без потерь, слегка запылилась. С брюками оказалось еще проще – их можно было почистить валиком и слегка отпарить.

Вероника работала ведущим менеджером по подбору персонала. Худощавая, с небольшим выпирающим животиком, выдающим всех любителей поесть, она обычно носила что-нибудь удобное: брюки, джинсы, а для особых случаев и встреч с вип-персонами у нее был костюм. И вот сегодня она его зачем-то надела. Очень кстати…

Справившись с отмывкой одежды, Вероника встала под душ. Струи били по плечам, смывая напряжение. Клубы пара мягко стелились по стенам, заволакивая пространство. Она начала тихо напевать детскую песенку, которая ей приходила на ум в не очень радостные моменты.

Завернувшись в полотенце, Вероника прошлепала до комнаты и облачилась в спортивный костюм. Волосы сушить феном не стала, завернула их локонами, подколола и отправилась на кухню.

– Ужинать будешь? – спросила мама.

– Нет, я так.

– Убираю тогда.

– Ага.

Заварив чай покрепче, Вероника уединилась в своей комнате и написала подруге Тасе о происшествии очень коротко, сообщив, что она ложится спать, поэтому все подробности потом.

Вероника забралась под одеяло, выхватила из памяти приятный момент, пытаясь на нем сосредоточиться, и забылась тяжелым, тугим сном, то просыпаясь, то снова ныряя в него.

Рано утром раздался звонок.

Ее вызвали для повторного разговора и уточнения деталей.

На работу Вероника отправила сообщение, что задержится, решив, что эту тягостную процедуру надо провести, не откладывая.

Ничего не подозревая, Вероника собиралась навестить полицию, уточнить для них детали, правда, ничего нового не вспомнила. Не помнила и из старого, даже о чем говорила накануне. Но решила, если вызывают, надо сходить.

В назначенное время Вероника постучала в кабинет. Ее пригласили, усадили и приготовились слушать.

– Вы отдохнули? – поинтересовался следователь. – Может, еще что-нибудь расскажете?

– Да ничего, пожалуй.

– Жаль, а то у нас показания свидетелей, что от одного из участников по отношению к вам, было проявлено довольно нестандартное поведение. Есть основания предполагать, что вы могли быть знакомы.

– Да нет. Ну что вы! – растерялась Вероника от такого предположения.

– Мы обязаны проверить все версии. Никаких предположений, кто бы это мог быть? Может, на что-то обратили внимание?

– Я, знаете ли, лежала «мордой в пол», как говорят, и даже аккуратно дышала. А вы говорите, внимание.

– Понимаю, ну все-таки, попробуйте вспомнить, может, они говорили между собой, голос вам ничей не показался знакомым?

– Нет, – Вероника все больше напрягалась.

– Ботинки, одежда, жесты? Что-нибудь?

– Нет. Ничего такого не было.

– У вас нет страха, когда вы об этом говорите. Все вспоминают с довольно эмоциональным выплеском, а вы – как будто это неприятность какая-то произошла, но не более того. Вы знаете, какая сумма была похищена?

– Не имею представления.

– А зря. Газеты не читаете? Уже в прессе появилось. Так что пристальное внимание к следствию обеспечено, а это значит, что мы будем работать усиленно и под наблюдением.

– А зачем вы мне это говорите?

– На всякий случай, чтобы вы понимали, что в таком деле лучше быть свидетелем, а не соучастником.

– Ну вы даете? Вы меня подозреваете на основании того, что я не так реагирую, как другие, что нестандартно, и что кто-то надо мной остановился. Может, ошибся, может, подумал, знакомую увидел! Это вы не рассматриваете?

– Может, и ошибся. Может, и подумал, что знакомую. Вот и вы подумайте, вдруг покажется тоже что-то знакомым, – так же лениво протянул следователь, вручая ей пропуск. – Вспомните все необычное за последние недели две, а может, и за месяц. До свидания. Если что – звоните.

3

Вероника вышла из здания и резко выдохнула. Первой мыслью было позвонить Тасе. Кому в голову взбрело соединить ее и кого-то из грабителей? Она же не работник банка, к чему все эти вопросы? Чушь какая-то.

Тася только что сменила профессию и переквалифицировалась в психолога. Брать клиентов она пока опасалась и тренировалась на знакомых. Тася все еще оставалась администратором в фитнес-клубе, что по ее наблюдениям очень перекликалось с ее новым профессиональным уклоном.

– Будет возможность, пойду в психофизиологи. Профессия будущего, как я думаю. Мозгам тоже нужен хороший тренер.

– Или хотя бы тренажерный зал, чтобы сгонять стресс физическими упражнениями.

– Да. Получишь коктейль полезных гормонов: дофамина, серотонина, и выгонишь выброс кортизола, который вырабатывается при стрессе, – говорила Тася, не расставаясь с телефоном даже на беговой дорожке, по которой размеренно шагала. – Стресс оставляет зажимы в теле, их нужно снимать. Либо релаксацией, либо физкультурой. Или сексом, наконец. Сексом лучше… но можно и просто в баню сходить.

– Понятно. Я тогда на велосипеде прокачусь или побегаю, – отзывалась обычно Вероника.

– Тоже пойдет. Ладно, а то мне ускоряться надо. Позже созвонимся.

Нет, днем ее лучше беспокоить. В это время она больше инструктор по фитнесу. Да и не по телефону такое. Слишком много надо обсудить. И еще самой понять.

Пустая скамейка во дворе утопала в листве. Уединение и покой, как раз чтобы подумать, вспомнить, перевести дух. Вероника присела, крепко обхватив сумку, словно обнимая ее, и закрыла глаза.

А если все-таки следователь прав? И кого-то она встретила, но не узнала? Что за причина заставила грабителя подойти именно к ней и пристально разглядывать? Она помнила ботинки, обычные ботинки. Такие все носят. И правда, то кто бы это мог быть? Просто из предположений…

Из старых друзей вряд ли, она всех их знает давно, и нет таких, кто бы решился.

А из новых знакомых? Вдруг это кто-то из новых знакомых? Сколько их? Трое, нет, четверо.

Костик на грабителя тянет меньше всего, денег у них с отцом больше, чем в этом банке. Леонид? Тоже с натяжкой, не похоже, чтобы он нуждался, и работа у человека имеется, и доход. Парень из кафе быстрых знакомств? Чудной, но она с ним виделась один раз. Так это мог быть любой из тех пятнадцати в этом кафе. Почему нет? Вот тебе и задачка…

А тогда, это могли быть и посетители их бизнес-центра, и кто-то со двора. В общем, это все вилами на воде…

Нет, она даже думать об этом больше не будет. Пусть разбираются сами. Еще и пугать ее вздумали. Это надо!

Вероника резко выдохнула, откинула волосы назад и направилась к магазину. Хоть мороженое купить или воды. На работе она договорилась, что придет к обеду.

Задумчивая, она вышла с брикетом пломбира и снова устроилась на скамейке в тихой аллее. Людей было немного, что даже успокаивало. Уютно.

Все-таки надо вспомнить две недели. Или даже месяц. А может, и всю жизнь. Нет, всю, наверное, не стоит. С чего начать?

4

Месяцем ранее

По утрам Вероника заряжалась от солнца позитивом у окна. Если солнца не было, то она его себе представляла. Руки вверх, настрой и умиротворение.

Русые прямые волосы рассыпались по плечам, худощавую фигуру с небольшим животиком – любила поесть, да еще на ночь – она прятала под свободными майками. Спала тоже в футболке, специальной ночной футболке, на что получала от матери недовольную гримасу, что совершенно неженственная, и ведет себя, и одевается, как мальчишка.

Совершенно не согласная с оценкой матери, Вероника не спорила, а хитро улыбалась. Женственного в ее гардеробе тоже хватает, просто в этом не очень удобно ходить и надевать надо по случаю. На праздник, к примеру, или свидание.

Правда, вчера вероломный Костик появился неожиданно, забрал ее в джинсах и кедах на фуршет, и даже не предупредил. Чувствовала себя там… как подросток на балу дворян прошлого века. Машина времени такая получилась, несуразная.

Чтобы не привлекать излишнего внимания и не встречать обесценивающие взгляды, пробегающие сверху вниз или снизу вверх, она отобрала у Костика фотоаппарат и делала вид, что репортер на задании, и все это обычная суета. Иногда срабатывало, а если не очень, то Вероника тоже мерила особо наглых взглядом – и сверху, и снизу.

– Если, чтобы войти в высшее общество надо стать дерьмом, то я не хочу такого общества, – сказала она Костику, когда они уезжали.

Костик. Если бы Веронику спросили, что у них общего, она не смогла бы ответить. Странное знакомство, странные отношения. Он почти всегда в костюме или брюках, она – в кедах и джинсах, хотя пару костюмов у нее тоже имеется. У него отец – босс чего-то там, Вероника даже не может запомнить названия, да оно ей все равно ни о чем не говорит. Не интересуется она такимим вещами.

А сын просто ходит на приемы, чтобы поддерживать бизнес отца. В этом заключается его вклад в общее дело. Не очень понятно, но пусть так, вроде как – по связям с общественностью.

Вероника работала в кадровом агентстве по найму обслуживающего персонала. К ним обращались в поисках нянь, домработниц, официантов для фуршетов и горничных для особняков. Так они с Костиком и познакомились.

Он пришел заказать персонал для обслуживания юбилея. Дополнительный персонал, потому что фирма, устраивающая праздник, не закрывала потребность в сотрудниках. Понадобилось слишком много. Еще десять человек отправила им Вероника. Двоих потом оставили на постоянную работу, а Костик стал частым гостем – заезжал с кофе, коробкой конфет, показывал фотки, иногда подвозил.

Отношения удерживались на «дружбе по службе». Но Костик бомбардировал ее сообщениями каждый день и все время куда-то звал. Ее внешний вид для него не имел никакого значения. И хотя в офисе дресс-код соблюдался, в летнее время делали поблажки. Особенно в понедельник, потому что шеф приезжал с дачи, и по понедельникам была полная демократия.

А к середине недели требовался более официальный вид. И Вероника решила порадовать себя и маму – оделась, как на праздник, и чтобы компенсировать вчерашний вечер. Длинная шифоновая юбка, облегающая кофта, туфли-лодочки.

День предвещал быть жарким.

И он был – и не только жарким, но и душным. Синоптики обещали дождь в середине дня, но так свое обещание и не выполнили. А кулер с водой стремительно пустел.

Костик в этот день приехал очень рано, уточнил заявку – ему требовался повар, и вскоре сбежал на водохранилище.

Все разошлись, пока Вероника просматривала резюме, отмечая, кто подойдет под требования. Еще и иностранный язык. Зачем повару английский и французский? Там шеф-повар иноземный?

Надо узнать, а то может и пары слов достаточно.

Она закрыла дверь в офис и выкинула мысли и о работе, и о Костике.

В этот день ее ждала еще одна незабываемая встреча.

5

Вероника немного замешкалась у проходной в поисках пропуска, затерявшегося на дне сумки, поэтому из здания бизнес-центра выходила последней. Как только она открыла дверь, гром прокатился по сизому небу, и упали первые капли дождя, крупными кляксами растекаясь на асфальте. Дождя летнего, но уже достаточно холодного, чтобы пожалеть о забытой ветровке.

– Отлично, – буркнула Вероника, прячась под козырьком на крыльце, затем последовала небольшая тирада, разряжавшая напряжение за вчерашний день, который опять напомнил о себе забытым зонтом.

В легких лодочках на босу ногу, в новой длинной юбке, которую приходилось все время придерживать за подол – и зачем она ее только купила! – Вероника рассматривала хмурое небо, которое сердито извергало потоки воды, и не знала, что делать.

Улица вмиг опустела, парковка у здания тоже. Ни одного знакомого, ни даже незнакомого.

Возвращаться – смысла нет.

Может, переждать и вызвать такси?

Вероника оглянулась по сторонам. Пока подъедет троллейбус, она успеет добежать, и остановку отсюда видно хорошо. Портфель на голову – и бегом. Можно еще туфли снять, жаль пакет с собой не взяла.

Вероника осталась на крыльце из серо-бурого мрамора, обведенного хромированными перилами. Словно из ложи театра смотрела она на лужи досадной реальности, и ее тонкие губы изогнулись в легкой ухмылке. Посмеивалась над собой. Над своими утренними приготовлениями, хлопотами, чтобы разгладить складки, отутюжить манжеты, загнуть воротничок. Куда старалась?

– Ну что за невезуха такая.

Стихия поймала ее в самый неподходящий момент. Настроение было ноль, теперь минус два. А еще в кафе хотелось по дороге зайти, и выпить кофе с пирожным, и послушать музыку любимую. И встретиться с Тасей, наконец, – очень умной подругой, которой уже сорок два года, но это не имеет никакого значения, потому что с ней интересно и свободно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.