Денис Хрычиков
Хроники Вечной Тишины

Закрывающее от чужого взгляда чёрноё забрало было убрано роботизированной рукой, и я смог наконец увидеть до боли знакомое лицо. Совершенно холодные и безэмоциональные глаза и столь же неподвижное нечеловеческое лицо. Это был взгляд андроида, причём сделанного не совсем подобно образу человека, дабы не падать в пропасть «зловещей долины». Физиономия, равно как и тело, было выполнено в цвете серебра и золота, а синие блестящие глаза окружены гравировкой, словно циферблат дорогих часов. Робот напоминал собою детище стимпанка. Сейчас мода на такое начала возвращаться.

Я бы не уделял этому столько внимания. «Ну железка и железка – красивая и утилитарная, но не более». Вот только я сам был таким. Но не волнуйтесь, я ни в коем случае не бездушная машина. Я человек. Но не здесь. Ни на этом судне, что годами дрейфует в открытом космосе.

ИКЭ, или «Инициатива колонизации экзопланет» – тренд современной жизни, и я в этой жизни – маленькая шестерня, коих среди людей около 30%. Андроид напротив меня – Марк. Он тоже часть этого огромного механизма человеческих завоеваний. Марк сейчас заканчивает зарядку, а заодно ИИ проводит внешний осмотр его «второго тела». Опять-таки моего напарника здесь нет. Да и он ещё даже не подключился к роботу. Появлением столь потрясающей технологии можно быть благодарным гениальным физикам, открывшим квантовую сопряжённость. Ты просто берёшь два атома и сцепляешь их. Меняешь спин одного – меняется и другой. Причём мгновенно и на любом расстоянии. Где-то там, в десятках световых лет отсюда, специальное устройство меняет спины миллиардов сопряжённых атомов лишь для того, чтобы я сейчас мог смотреть на бездушные глаза андроида.

Внезапно голова робота дёрнулась, а взгляд оживился. Машина перевела свой взор на меня.

– О, Маковский! – радостно донёсся голос Марка, подключившегося к своему железному «телу». – А чего ты тут стоишь, смотришь на меня, заняться нечем, а? – в голосе моего компаньона прослеживались слегка надменные нотки, немного приправленные насмешками, но я давно уже смирился с этим, считая эти вещи признаком озорного экстраверта.

– И тебе доброго времени суток, Марк, – показательно сухо ответил я. – Я бы уже занимался этим самым «чем-то», если бы ты не опоздал на вахту.

– Это не я, – отмахнулся компаньон. – На центральном сервере неполадки в автоматической системе контроля, вот меня на 5 минут позже и подключили.

– Хм, главное чтобы это не отразилось на нас в будущем, – задумчиво ответил я.

– Ладно, идём! У нас проверка реактора! – громко и радостно сказал напарник.

– Эхх, – вздохнул я. – Сразу видно – новенький.

– И что? – не согласился со мною Марк – Взгляни на меня. Я машина! Неубиваемая, не требующая еды, воды и сна. Да что там говорить, Маковский? Я даже воздухом не дышу. – он сделал показательный жест, подняв и опустив руки подобно дыхательной гимнастике йога.

И тут он был прав. Ни я, ни он воздухом не дышали. И не только потому, что роботам воздух не нужен. Его здесь и не было. А смысл? Внутри корабля вакуум. Такой же, как и снаружи. Ведь на борту судна лишь два действующих андроида плюс ещё одна пара таких же для подстраховки. А как же тогда я слышу все эти недовольные возгласы Марка в этом безвоздушном пространстве?

– Взгляни сюда, – Марк перевёл мой взгляд на свою металлическую кисть, сделав характерный щелчок.

Внезапно мы упали на потолок, попутно перевернувшись. А с нами перевернулся и мир вокруг. Небольшое круглое помещение, в котором находились мы, поменяло верх на низ, а низ на верх. Все предметы, что находились здесь (круглый стол с двумя стульями, кофейный аппарат на этом столе, полки и свисающая зелёная растительность) плавно инвертировались по горизонтальной оси.

– Перестань сочинять жестовые команды! – приказал ему я. – Любое неосторожное движение может иметь последствия!

А ведь это были не пустые слова. Конструкция корабля была ни то, чтобы прям уж совсем хлипкой, но надёжность судна, как по мне, вызывала сомнения. И объяснялось это так же, как и то, что пол стал потолком. Всё дело в экономии. Зачем делать корабль из толстых стен с опорами и изоляцией, если можно сделать тонкие титановые стены, образующие не особо прочные комнаты. Вы думаете, здесь нужно материала побольше, ведь вон стол, вон полки массивные с кучами книг. Да что уж там, целые растения на стенах, а в соседнем помещении вон вообще дерево растёт.

Вынужден вас огорчить. Нашим миром правит не красота и любовь, а экономия и холодный расчёт. Зачем громоздить всё это, если можно просто нарисовать? Визуализация – так это называется. Дерево, стол, полки с книгами, которые можно прочесть. Кофе, который можно выпить. Да даже кот, которого я иногда визуализирую и глажу от скуки – всего этого нет. Но технологии в наше время спокойно могут доказать тебе обратное. Мало того, что ты видишь картинку, неотличимую от оригинала, так её ещё можно коснуться. Сенсоры андроида и система принудительного ограничения движений робота справятся идеально. Ты почувствуешь на ощупь шип визуализированной розы, почувствуешь её неповторимый запах, а когда насладишься вдоволь – можешь запустить этот кусочек пустоты в открытый космос, наблюдая исчезновение визуализации под кружечку горячего кофе, которого, конечно же, нет. Романтика.

– Ладно, перейдём к делу, – обратился я к своему напарнику визуализированным голосом. – Час назад я заметил небольшое отклонение в объёме плазмы. Около трёх процентов. Не знаю, с чем это связано, но необходимо откорректировать.

Марк мне кивнул, и мы направились к термоядерному реактору. Если вы думаете, что эффект земной гравитации тоже визуализируется – то нет. В комнатах магнитные полы. Так мой напарник и провернул трюк с переворотом. Всё, что нужно было сделать – перенести электромагнитное поле с пола на потолок.

– Чур я дежурю на ИИ, – сказал Марк.

– Как хочешь, – нейтрально ответил я. – Тем более усталость меня одолевает.

Мы оказались в комнате управления реактором. Это такое же помещение, как и предыдущее, только с тем самым деревом посередине. Этот деревянный ветвистый столб оплетал своими корнями находящуюся посередине установку, в которой находился центральный компьютер управления и небольшие экраны по бокам. Это была единственная система управления кораблём, не создаваемая визуализацией. Как её называет мой напарник: «На самый крайний случай». С другой стороны от входа располагался огромный визуализированный экран с такой же нарисованной консолью управления. Мы с Марком подошли туда и занялись стабилизацией реактора.

Когда я водил по табло рукой, на неё внезапно выпрыгнул кролик. От неожиданности я быстро убрал металлическую конечность, словно от огня.

– Прошу прощения, – сказал я. – Переборщил с визуализацией.

Марк посмотрел на меня с осуждением. Он не знал, что это был именно кролик, ведь зачастую люди для удобства делают себе разные миры.

– И что это у тебя там, Маковский? – запрашивая доступ у компьютера к моему «миру», говорит Марк. – Опять коты и кролики. Бери пример с меня. У меня эта комната – вообще целый клуб. Свет приглушённый. На сервере кальяны. Вон у двери диванчики. А на диванах девочки…

– Как говорится, Марк, чем бы дитя ни тешилось…

– Да ладно тебе. Я тут по десять часов в день. Мне что, по-твоему, в дурацком саду сидеть и с полок книжки читать?

Ответить на довод «андроида» я не смог. Меня словно что-то сковало. Неистовый звон в ушах дополнился ощущением, будто меня сдавило. Стало очень страшно. Словно ко мне подкралась сама смерть. Я сполз на пол.

– Эй, что случилось? – испугался Марк и подбежал ко мне. – С тобой всё в порядке?

– Был бы я в своём теле, – сказал я, – был бы белее снега. Похоже, опять паническая атака.

– С чего бы это? – недоумевая, спросил коллега.

– Даже не знаю. С тех пор, как я работаю здесь, это происходит всё чаще.

Робот с разумом живого человека помог другому такому же роботу встать.

– Иди, Маковский, возвращайся в реальный мир, – сказал Марк – я здесь пока справляюсь. Проспись.

Я молча кивнул и направился к коннектору для андроида. Рядом со мной пробежал тот самый пушистый кролик. Я на него взглянул. Внезапно, животное исчезло ровно на пол секунды. Потом снова. Потом телепортировалось на полметра вправо и через секунду исчезло совсем. Я испугался ещё сильнее. Спешно я подошёл к коннектору, что начал быстро подсоединяться к затылку механизма.

– Что-то здесь не так, – про себя произнёс я.

***

Вслед за яркой вспышкой света последовало томительное пробуждение. Я услышал звук открывающейся капсулы и раскрыл глаза. Свои живые глаза.

Это было огромное помещение со множеством гибернационных капсул, расположенных в форме лепестков по восемь штук. Подобных «лепестков» тут было бесчисленное множество. Будучи сонным, я медленно поднялся. В это время ко мне подошла девушка в белоснежной медицинской униформе.

– Добрый вечер, как ваше самочувствие? – доброжелательно спросила она.

– Не очень сегодня, – ответил ей я. – Но я справлюсь. Можете принести стакан воды, пожалуйста.

– Конечно, – ласково ответил медработник и выполнил просьбу.

Выпив воду, я в своём оранжевом комбинезоне, напоминающем одежду первых космонавтов, отправился отсюда прочь. Выход из этого места пролегал через музей космонавтики, где можно было встретить уйму образцов космической техники, начиная с ракетоносителей, работающих на кислородно-водородной смеси (их уже лет сто не применяют), заканчивая современной установкой, искривляющей пространство. Про популярнейшие ионные движки и солнечные паруса я вообще молчу. Это основные «рабочие лошадки» перелётов внутри звёздной системы. За время работы здесь я успел выучить наизусть каждую табличку и каждый экспонат. Потому я не имел особого желания долго здесь оставаться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.