Внуки говорят
Про тех, кто будет после нас
Алексей Макаров

Корректор Александра Приданникова

Дизайнер обложки Елена Миронова

© Алексей Макаров, 2023

© Елена Миронова, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0051-6343-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Внуки говорят

Предисловие

Когда мы, взрослые, смотрим на своих детей и внуков, то нам порой забавно, как они воспринимают жизнь, учатся этой жизни, как они её познают.

А ведь совсем недавно и мы были точно такими же любознательными мальчишками и девчонками.

На нас точно так же с любовью смотрели наши родители и точно так же смеялись над нашими проказами или серьёзностью восприятия окружающего мира.

Читая про эти моменты из жизни наших детей и внуков, немного улыбнись и порадуйся за них, что они у нас такие жизнерадостные и непоседливые.

Оставайся в душе сам таким же! Ты этим самым продлишь свою жизнь, оставаясь в душе таким же, как и они, юным и непосредственным.

Ведь в этом и есть залог твоего долголетия и всей нашей жизни.

С любовью ко всем вам, взявшим в руки эту книгу.

Алексей Макаров

Алёшка

Алёшка (4 года) стоял у крыльца дома и смотрел вниз на альпийские луга, которые простирались вокруг посёлка Верхний Згид.

Настроение у него было неважное. Уж очень сильно в последнее время у него болел живот.

Солнышко припекало, на улице было хорошо. Можно было бы и побродить вокруг дома, но сил у четырёхлетнего мальчишки на такую прогулку было ещё мало.

Мимо, в сторону больницы, проходил главный врач. Он был другом Алёшкиного папы и только вчера был у них дома и прописал Алёшке много лекарств.

Все они были горькие и противные. Но, чтобы не болел живот, их приходилось пить. Мама за этим строго следила и пичкала ими Алёшку.

У дяди Вити Собанова настроение было хорошее. Он ещё издали помахал Алёшке рукой и громко прокричал:

– Как дела, Алёшка?

При виде Сабанова в животе опять что-то ёкнуло, и Алёшка недовольно ответил:

– Пвохо.

– А что такое? – участливо спросил Сабанов.

– Всё равно жидко какаю, – жалким голоском пожаловался он.

– Ну что же. Будем продолжать лечение, – так же весело пообещал Собанов.

В животе опять что-то забурлило, гулять срочно расхотелось. И Алёшка бегом отправился домой.

Папа уже который день вечерами пытался научить Алёшку (3 года) говорить букву Р. Он ставил его перед собой в комнате и начинал занятия.

Но из горла эта буква Р так и не выходила. Вместо предлагаемых слов с буквой Р, таких как «рис», «рыба», «кукуруза», вылетали только какие-то бульканья и хрипения.

Вот и сегодня папа пытался научить Алёшку этой букве Р.

– Скажи: КУКУРУЗА, – уже в сотый раз требовал папа. И голос его всё время повышался и становился громче и грознее.

Но у Алёшки вместо звонкого Р опять раздавалось только какое-то рычание и бульканье. На глазах у него уже были слёзы отчаяния, а букву Р так и не получалось выговорить.

Сосед с первого этажа не вытерпел издевательств над трёхлетним Алёшкой и прокричал:

– Алёшка, да скажи ты ему «маис», и он тогда от тебя отстанет!

Папа понял, что и сегодня занятия прошли впустую.

Инночка

Маленькой Инночке (2,5 года) надели новые варежки. Они ей очень понравились. Она подняла вверх ручки и удивлённо спрашивает маму:

– А сто у них там зимается и сикается?

Мама с трудом поняла, что шерсть варежек щекочет ручки у Инночки.

Маленькая Инночка (3 года) не слушается маму и бегает по квартире. Уставшая от её беготни мама спрашивает дочь:

– Ты будешь слушаться или нет? – на что дочь, смеясь, отвечает ей, продолжая бегать:

– Ибуду сусаться! – и убегает в другую комнату, а затем, выбежав оттуда, заявляет: – Ибуду сусаться и уйду от вас в сопки.

От неожиданности мама садится в кресло и нарочито громко отвечает непокорной дочери:

– Ну и уходи. Я тебя держать не буду.

Инночка прерывает бег, останавливается посередине комнаты и задумывается. После недолгого размышления она уже более спокойным, задумчивым голосом спросила маму:

– Да… а сто я там буду кусать? А где я там буду зыть?

Мама беззвучно смеётся над рассудительностью своей дочери.

Папа учит Инночку (2 года и 6 месяцев), как правильно говорить слово «молоко».

– Ну, давай ещё раз скажем слово «молоко», – ласково упрашивает дочь настойчивый папа. – Повторяй за мной: мо-ло-ко.

Инночка старательно выговаривает:

– Мо-ло-ко.

Папа доволен, что добился результата, несмотря на недоверчивые взгляды мамы. И ласково просит Инночку:

– Ну а теперь скажи целиком это слово. Давай, говори – «молоко».

– Минёй, – подчиняется Инночка папиным просьбам и продолжает вертеться у него на коленях.

У папы от бессилия опустились руки, а мама смеётся над великим педагогом.

Инночка (6 лет) и Аннушка (6 лет) пошли к бабушке.

Позвонив в квартиру, они ждали, когда бабушка откроет им дверь. Бабушка открыла дверь и с интересом посмотрела на девочек:

– И что это вы, мои хорошие, пришли? – поинтересовалась она, впуская девочек в квартиру.

– Бабушка, – скромно обратилась к ней Инночка. – Мы хотим купить мороженое.

Бабушка очень любила свою внученьку Инночку, но по каким-то неведомым причинам недолюбливала её двоюродную сестру Аннушку, поэтому она, достав кошелёк и заглянув в него, горестно произнесла:

– А у меня денежек есть только на одно мороженое. – И, вынув из кошелька десять копеек, вручила их Инночке: – Иди и купи его.

– А Аннушке? – в недоумении произнесла Инночка.

– А у меня больше нет денежек, – категорично произнесла бабушка и убрала кошелёк в шкаф.

Расстроенные девочки вышли из дома и не знали, что же делать с десятью копейками. Ведь на них можно было купить только одну порцию мороженого.

Повертев в руках монетку, Аннушка предложила:

– А ты скажи бабушке, что потеряла эту денежку, – она указала на монетку, – и бабушка даст тебе ещё десять копеек. Тогда мы купим ещё одну порцию мороженого.

– А так можно? – удивилась Инночка.

– Можно, можно, – успокоила её Аннушка. – Я знаю, что у бабушки есть ещё денежка.

Инночка, поднявшись к бабушкиной квартире, вновь позвонила в дверь.

Дверь быстро открылась, и бабушка в недоумении посмотрела на Инночку.

– Что случилось, солнце моё? – обеспокоенно спросила она.

– Бабушка, – чуть ли не плача, слезливым голосом обратилась Инночка к бабушке, – я потеряла денежку, она упала на дорогу и куда-то потерялась. Мы её искали, искали, но она пропала, – со слезами на глазах, еле слышно и горестно всхлипывая, рассказывала Инночка о своём горе.

– Ой! Как же так! – запричитала бабушка, глядя на расстроенную внучку. – Ну не надо так переживать из-за этого, солнце моё, я тебе дам другую денежку. – И она кинулась к шкафу, где лежал кошелёк.

Достав ещё десять копеек, он вложила их в кулачок плачущей Инночки со словами:

– Не надо расстраиваться, ласточка моя. Иди, купи себе мороженое. Только не плачь.

Инночка, сжав в кулачке монетку, вышла на улицу, где её с нетерпением ждала Аннушка.

– Ну что? – кинулась та к Инночке. – Дала?

Инночка, разжав кулачок, с гордостью показала сестре монетку, и они вместе пошли к ближайшей мороженщице.

Когда мороженое было съедено, девочкам показалось, что по одной порции им было мало, и они решили пойти к тёте в банк.

Увидев их, тётя от радости, что племянницы пришли её навестить, одарила их ещё денежкой.

С другой тётей и дедушкой произошла та же самая история. Все они были рады видеть своих девочек и одаривали их чем могли, а маленькие проказницы все эти дары тратили на мороженое.

Наевшись, они вернулись домой, где мамы попытались усадить их за стол.

Но девчонки, отказавшись от обеда, убежали играть во двор, чем очень удивили мам.

Алёша

Папа мастерил двухъярусную кровать. Вокруг него лежал различный инструмент, доски, кучи опилок и стружек. Алёша (6 лет) с Лёлей (3 года) всячески старались помогать папе. Они постоянно находились рядом с ним, обо всём его спрашивали и по малейшему требованию подавали то молоток, то рубанок, то гвозди.

Лёле было очень интересно, как же это заколачиваются гвозди. Молоток всегда у неё был в руках. Ей была выделена дощечка, и она колотила по ней молотком, но гвозди никак не забивались.

В какой-то момент папа отвернулся от детей. Сдавленный крик побудил его быстро обернуться. Картина, которую он увидел, лишила его дара речи.

Оказывается, Лёле надоело стучать по дощечке, и она со всего маха треснула Алёшу молотком по голове.

Бедный Алёша от боли даже не мог кричать, он только сипел, пытаясь периодически вдохнуть воздух. А Лёля, ничего не понимая, ей ведь было всего лишь три годика, наивно хлопала глазами и не отдавала папе молоток.

Боль постепенно проходила. К Алёше со временем вернулся голос, и он уже начал рыдать в голос, а потом его плач постепенно стал затихать, но он ещё долго-долго всхлипывал.

Строительство на сегодня было закончено, папа всё успокаивал Алёшу и прикладывал ему к месту удара примочки.

Одно его радовало, что несмышлёная дочь не пробила Алёше голову насквозь.

Папа полностью одел Алёшу (6 лет) и Лёлю (3 года) в садик и удовлетворённо выдохнул:

– Ну всё. Пошли.

Но дети с места не сдвинулись, а по-прежнему смотрели на него, задрав головы.

Тогда папа с удивлением от того, что дети его не слушаются, вновь осмотрел их. Вроде всё нормально. Пальтишки и шапки надеты, шарфики повязаны, и вновь скомандовал:

– Ну, что стоим? Чего ждём?

На что Алёша наивно произнёс:

– А сапожки?..

Папа посмотрел на детей и в ужасе увидел, что дети хоть и одеты, но стоят в коридоре без зимних сапог. Он быстро надел им сапоги, и они вышли из квартиры.

Алёна

Мама собирала Алёну (3 года) в садик и уже намеревалась выйти из дверей в коридор. Но дочь не двигалась. Мама, не понимая, в чём дело, посмотрела на дочь.

– Пошли, чего стоишь? – недовольно произнесла она.

Но дочь так же упрямо стояла в коридоре.

Мама торопилась на работу, и ей некогда было разбираться с дочерью, поэтому она уже приказала ей:

– Некогда мне. Пошли.

Но Алёна, подняв голову на маму, спросила:

– А хахаль?

Мама осмотрела, как одета дочь, и заметила, что шарфик-то они не надели. Она быстро повязала шарф на шею дочери, взяла Алёну за руку, и они быстро вышли из квартиры, чтобы успеть в детский сад.

Бабушка Валя приводит Алёну (4 года) в коровник, чтобы показать ей корову.

Мама собирала Алёну (3 года) в садик и уже намеревалась выйти из дверей в коридор. Но дочь не двигалась. Мама, не понимая, в чём дело, посмотрела на дочь.

– Пошли, чего стоишь? – недовольно произнесла она.

Но дочь так же упрямо стояла в коридоре.

Мама торопилась на работу, и ей некогда было разбираться с дочерью, поэтому она уже приказала ей:

– Некогда мне. Пошли.

Но Алёна, подняв голову на маму, спросила:

– А хахаль?

Мама осмотрела, как одета дочь, и заметила, что шарфик-то они не надели. Она быстро повязала шарф на шею дочери, взяла Алёну за руку, и они быстро вышли из квартиры, чтобы успеть в детский сад.

Алена говорит: «Недоскрёб» (небоскрёб).

Данилка

Мама занята вязанием и попутно смотрит телевизор. Краем глаза она видит, что из спальни выходит Данилка (1,5 года), который в руках держит будильник.

Это был последний рабочий будильник, который ещё сохранился в доме.

Мама в страхе, что и этот будильник будет разбит, громко восклицает:

– Эт-то что такое?

Данилка, услышав мамин возглас, резко разворачивается, бросает со всего размаха будильник на пол и убегает в спальню. Будильник разбит вдребезги.

Мама подбирает будильник с пола и трясёт его возле уха, надеясь, что тот заработает. Но будильник не тикает. У мамы возникла очередная проблема покупки будильника.

Данилка (2,5 года) носился по двору в одних трусах. Очень жарко, и они с Алёшей (12 лет) уже вылили полбочки воды на дорожки огорода, поэтому ноги у них были все в грязи.

Бабушка только что помыла полы на веранде и постелила на пороге мокрую тряпку.

Она грозно стояла перед входом на веранду и ждала, кто из развеселившихся внуков первым ворвётся на веранду.

Забегающего Данилку она останавливает и воркующим голосом уговаривала его:

– Ты ножки-то три, три, Данилушка.

– Я три вытираю бабушка, три, – покорно отвечал ей внук, старательно вытирая ноги о мокрую тряпку.

Папа с мамой, дедушкой и бабушкой сидели поздним вечером во дворе дома.

Июльский вечер был тихий и тёплый. В темнеющем небе уже начали проглядывать первые звёзды, а на западе, за гольцами, небо оставалось слегка розовым.

Вдруг, нарушая тишину благостного вечера, из-за угла дома выбегает Данилка (2,5 года). Глаза широко раскрыты, щёки от возбуждения горят.

– Там, – он показывает за угол дома, – такая босая, клуглая зюла! – чуть ли не кричит он и пытается жестами объяснить, что же это такое, что так его удивило.

Все в недоумении переглянулись. Что же это такое может быть? А он, видя, что его не понимают, начал тянуть папу за руки за угол дома.

Папа с мамой поднялись и пошли туда, куда тащил их сын.

За углом дома и в самом деле на тёмном синем небе над лесистыми гольцами висела большущая ярко-жёлтая луна.

В поезде было душно и жарко, ведь была середина лета.

Дверь в коридор из купе была полностью открыта. Мы с Инночкой смотрели в окно на проносящиеся леса, луга, сопки, и за этими разговорами я как-то не заметил, что с нами нет Данилки (2,5 года).

Но тут он сам залетает в купе. Глаза широко раскрыты, волосы на голове взлохмачены.

– Там, – он тычет рукой в коридор, – такой босой и клюх, и такие крыгли! – он даже растопырил руки, показывая, что увидел там такое страшное, поразившее его воображение.

Мы с женой переглянулись в недоумении. Что там такое может быть большое в этом коридоре? Сын ухватил меня за руку, и мне пришлось выйти с ним туда.

Оказалось, что они с братом и сестрой смотрели в окно и увидели огромного орла. Он и сейчас парил высоко в небе, широко раскинув огромные крылья.

У орла действительно был большой клюв и крылья с огромным размахом.

Бабушка, уставшая от энергичности внуков, сидела на скамейке и под лучами тёплого полуденного солнца начала дремать.

К ней подбегает возбуждённый Данилка (2,5 года) и теребит её.

– Бабушка, бабушка! – с нетерпением трясёт он её за руку. А бабушка в ответ только что-то невнятно промычала ему.

– Бабушка, – уже нежнее и с интересом спрашивает он у неё, когда та открыла глаза после минутного сна. – А что это у тебя губа такая, как у обезьяны? – и выпятил нижнюю губу, чтобы показать, какая она у обезьян.

Ошарашенная таким сравнением мама возмущённо прерывает сына:

– Данилка! Ну как ты можешь говорить так бабушке? – на что та смиренно вздыхает:

– Ну что же, ребёнок говорит правду, если это и в самом деле так.

Бабушка перед приездом внуков накупила им конфет. Три мешка. Каждый не меньше десяти килограммов. Конфеты в них были самые разные. Некоторые из них ей привезли даже из Москвы.

Весь двор был в разбросанных фантиках от конфет, и бабушка их безропотно собирала – всё-таки внуки – и никому на этот беспорядок не жаловалась.

Но через несколько дней, гладя по спине Данилку (3 года), она в недоумении спросила Инну:

– А что это у него вся спина такая шершавая?

– Да Вы бы им побольше конфет давали, мама, – со вздохом ответила Инна.

Бабушка подумала, собрала остатки конфет из мешков в вазы и поставила их на сервант.

– Всё. Отныне конфеты будут выдаваться только с чаем. – И с непреклонным видом уселась за стол.

Тут в кухню со двора влетает Данилка. Он бросается к месту, где прежде стояли мешки с конфетами. Но не обнаруживает их там.

В недоумении он смотрит на маму и бабушку. На что мама объясняет ему:

– Теперь конфеты можно будет есть только с чаем.

Данилка послушно устраивается на стуле за столом и молящим голоском просит бабушку:

– Ну ону, только ону маенькую буатинку, бабуска, с цяем. – и показывает ей один маленький пальчик.

Рассиропленная бабушка снимает с серванта вазу с конфетами, ставит её на стол и ищет там конфету «Буратино».

Данилка всовывается под бабушкины руки, находит желаемую конфетку, выхватывает её из вазы и даёт стрекача.

Ошарашенная бабушка только успевает выдохнуть ему вслед:

– А чай, Данилушка?

– Сама, бабуска, сама, – только и послышалось в ответ от исчезнувшего внука.

На Спортивной, за стадионом, было тихо в этот тёплый сентябрьский вечер. Данилке (3,5 года) было там полное раздолье. Он бегал вокруг папы, мамы и дедушки и, смеясь от радости, что-то кричал.

На одном из виражей он подбежал к маме и звонко прокричал:

– Мама, моти, как я бегую! У меня дазе голосы севелюца! – и помчался дальше.

Его светлые кучеряшки и в самом деле развевались на голове. К ним с его самого рождения ещё никогда не прикасались ножницы.

Мама с Данилкой (3 года) собрались за город. На улице холодно, но они всё равно стоят у дверей подъезда и ждут машину, которая вот-вот должна подъехать.

Мама волнуется и смотрит в сторону, откуда должна появиться машина, а машины всё нет и нет.

Продукты, приготовленные для пикника, мама оставила в коридоре, а Данилка время от времени пытается вынести их из подъезда на крыльцо. Мама всё время заставляет его отнести их обратно, чтобы они не остыли, но Данилке тоже хочется побыстрее уехать. И вот он в очередной раз выносит к маме китайский термос с чаем.

Увидев его вновь с термосом, мама раздражённо командует ему:

– Да поставь ты его, в конце концов!

Данилка моментально выполняет приказ мамы и ставит со всего размаха термос на бетонный порог подъезда, и мама в ужасе видит, что из днища термоса выливается горячий чай, паря на морозном воздухе.

Колба внутри термоса лопнула. Всё! Чая нет. Придётся вернуться домой и готовить новый чай, благо что дома есть ещё один термос.

Данилка (3 года) сидит за столом, ковыряется в тарелке с едой и не хочет кушать. Он жалостливо смотрит на папу, который строго наблюдает, как Данилка ест.

Видя, что ему всё равно придётся всё доесть, он тяжело вздыхает и жалостливо смотрит на маму:

– Мама, а пусть у нас папой будет дядя Виля.

– Какой дядя Виля? – не может понять мама.

– Ну тот, – пытается объяснить ей сын, – у которого вот такая, – он широко разводит руки, – босая масына.

Мама от заявления сына в шоке и не знает, что ответить на его вопрос. Она в недоумении смотрит то на сына, то на мужа, но, сделав паузу, переспрашивает его:

– Какая машина?

– Ну такая, босая, белая. – для пущей убедительности сын надувает щёки и округляет глаза.

Мама спрашивает:

– «Волга», что ли?

– Да, – подтверждает сын, согласно кивая головой, – босая такая, бевая «Уоуга».

– А где же он будет спать тогда, этот дядя Виля, если мы возьмём его к себе жить? – мама уже с интересом смотрит на сына.

– Тут, – сын показывает пальчиком на дверь спальни.

– А папа? Где он тогда будет жить? – мама уже с трудом сдерживает улыбку.

– А там, – машет рукой в сторону Данилка, – в кладовке.

Папа в недоумении смотрит на собеседников и потихоньку начинает понимать, о чём идёт речь. Это неделю назад они с другом Виктором семьями ездили за город. У Виктора как раз и была белая «Волга».

– Нет, сыночка, – объясняет Данилке мама, – нам без папы никак нельзя. Кто же нас тогда любить будет?

Сын понимает маму и с глубоким вздохом вновь принимается за еду.

Папа на кухне перетирает хрен. Он замотал лицо мокрым полотенцем, надел очки для подводного плавания, открыл окно для вентиляции и закрыл входную дверь на кухню.

Но пары хрена всё равно проникли через все защиты, и у папы непроизвольно рекой льются слёзы.

Папа Данилку (5 лет) к себе не пускает, но тому очень интересно, а что же он делает на кухне. Поэтому Данилка, поднявшись на цыпочки, неотрывно смотрит на папу через стекло кухонной двери и засыпает его вопросами:

– А что ты там делаешь? А почему ты замотался? А почему ты меня не пускаешь к себе? – и многими другими, которые из него вылетают, как из пулемёта.

Мама из соседней комнаты уговаривает сына:

– Данилка, не лезь к папе. Данилка, не мешай папе, – и ещё много всякого, только чтобы сын отошёл от двери на кухню.

Но Данилка так и простоял у дверей кухни, поднявшись на цыпочки и заглядывая через стекло двери, пока папа перетирал хрен.

Наконец-то папа закончил работу с хреном, разложил его по банкам, перемыл посуду, закрыл окно и только после этого впустил к себе сына.

Но тот всё равно не отставал от папы с вопросами – теперь уже другого порядка:

– А у тебя больше слёзы не текут? А почему они текли? А что там в банках?

Папино терпение лопнуло, и он спросил любопытного сына:

– Что? Хочешь узнать, почему я плакал и что там в банках?

Наивный сынок утвердительно кивнул головой.

– А хочешь понюхать, что же там такое интересное в банках? – папа с интересом посмотрел на любопытного сына.

Любопытству Данилки не было предела, и он вновь утвердительно кивнул головой.

– Ну тогда на, нюхни, – предложил папа.

Взяв одну из банок, вдохнул поглубже и, задержав дыхание, он открыл крышку, подставив банку под нос сына.

А тот, ничего не подозревая, вдохнул воздух из банки. Что тут началось!

Лицо Данилки сначала покраснело, потом побелело, дыхание у него перехватило, затем он начал кашлять, плакать и рыдать во весь голос.

На эти вопли прибежала мама. Ох и досталось же бедному папе! Он стоял в шоке и не мог выговорить ни слова, потому что узнал о себе столько нового и интересного, что переварить это всё его мужской разум сразу не мог.

А Данилка всё ревел, сморкался, кашлял и чихал. Через некоторое время приступ прошёл, и он успокоился на руках у мамы. Папа подошёл к нему.

– Ну что? Ещё хочешь нюхнуть? – поинтересовался он, глядя в зарёванное лицо сына.

Но тот только отрицательно замотал головой и уткнулся маме под мышку. А мама махнула в сторону папы рукой.

– Иди уже отсюда, экспериментатор, – миролюбивым тоном произнесла она.

Зато насморка и вечных соплей у Данилки долго не было.

Алёша (15 лет), Данила (5 лет) приехали в гости в Новокузнецк к дедушке Даниле и бабушке Кате.

Было лето. В квартире было очень жарко. Все сидели распаренные от жары. Один Данила безудержно носился по комнатам. Он был раздет до трусов. Энергия его переполняла. Он не знал, что ему ещё сделать.

Алёша, видя избыток энергии у брата, как бы невзначай предложил ему:

– А ты разбегись и врежься в стенку головой, может быть, тогда успокоишься. – и указал возбуждённому брату на стенку ванной комнаты.

Данила, недолго думая, разбегается и летит на стенку головой вперёд. После соприкосновения со стеной он ошарашенно посмотрел на окружающих и вновь понёсся галопом по квартире.

Хорошо, что стенка была деревянная и отыграла от такого соприкосновения, а не кирпичная, как все остальные в доме.

Данила (7 лет) в первом классе подрался в школе с девочкой. Учительница подозвала его к столу и пытается объяснить всю неблаговидность его поступка. Хорошо зная его семью, она пытается на примере родителей добиться раскаяния у ребёнка:

– Неужели и твой папа так же поднимает руку на маму и бьёт её?

– Да, бьёт, – безапелляционным тоном отвечает Данила. – Особенно когда напьётся, вот тогда и бьёт, – честно глядя в глаза учительнице, выпалил Данила, чем очень удивил её таким заявлением, ведь она прекрасно знала родителей Данилы и их отношение друг к другу.

Деня

Деня (2 года) слезливо жалуется маме:

– Мама-а-а! А бабушка шлёпнула меня по попе-е-е!

Алёна вытерла слёзы ревущему сыну и доверительно, наклонившись к нему, спросила:

– А за что это она тебя шлёпнула?

– А я рисовал фломастером на обоя-я-ях, – с рёвом сознался в содеянном Деня.

Алёна, с трудом сдерживаясь от смеха, таким же ровным тоном внушала сыну:

– А этого нельзя делать. Если бы ты так нарисовал у нас в доме, то я бы тебе ещё раз шлёпнула по твоей непослушной попе. Нельзя рисовать на обоях, – уже строже добавила она. – Ты будешь ещё рисовать на обоях?

– Не-е-е-ет! – уткнулся Деня в мамину юбку, безутешно рыдая.

Бабушка старается поймать Деню (2,5 года), который не слушается её и не хочет одеваться.

– Деня, солнышко моё, ну иди ко мне, надо уже одеваться, – устало говорит она, усаживаясь на диван, – а то уже скоро родители придут, а ты до сих пор неодетый.

Но Деня в одних трусах и майке со смехом убегает от бабушки в соседнюю комнату.

– А если папа придёт и спросит: «Где Деня? Почему он не одет?» – что мы ему скажем тогда? – как будто между прочим громко говорит бабушка.

Тут же в проёме двери появляется озорное личико внука.

– Нициво! – задорно заявляет он бабушке.

Но тут неожиданно раздаётся звук дверного звонка.

Деня моментально замирает и испуганно смотрит на бабушку, а та, видя его растерянность, подводит итог беготне:

– Ну вот, папа уже пришёл, а ты ещё не одет.

Выражение лица у Дени моментально меняется.

– Ой-ой-ой, папа идёт! – непроизвольно вырывается у него, и он с этими возгласами, приседая и пригибаясь, исчезает из проёма двери.

Бабушка встаёт с дивана и идёт открывать дверь.

В квартиру входят папа и мама. Бабушка целуется с ними, а мама интересуется:

– И где же это наш сын? – она осматривается по сторонам.

В прихожую молча заходит Деня.

– Я тут! – радостно возвещает он своё появление.

– Иди ко мне, сыночка! – мама раскрывает руки навстречу сыну.

Тот с разбегу влетает в мамины объятия. Сейчас на нём уже надеты колготки и рубашка.

– И когда же это ты успел одеться? – недоумевает бабушка.

Деня (2,5 года) крутился около дедушки, который выпускал воздух из батареи вместе с грязной водой в ведро.

– А сто ты там делаес? А зацем это тебе надо? – засыпал он дедушку вопросами.

Дедушка как мог отвечал внуку на все вопросы, стараясь удовлетворить его любопытство.

Но тут ведро наполнилось, и его надо было вынести и вылить.

Дедушка закрыл кран на батарее и, погрозив Дене пальцем, предупредил:

– Кран не открывать. Понял?

Внук подтвердил кивком головы, что информацию он принял.

Дедушка вылил воду в унитаз и задержался на кухне, где разговаривали Денина мама с бабушкой.

Закончив разговор с ними, он вернулся в комнату и остолбенел. Из приоткрытого крана хлестала на пол струя чёрно-коричневой воды. Она уже затекла под ковёр и продолжала заливать мебельную стенку.

Дедушка, вскрикнув от ужаса содеянного, бросился к батарее, чтобы закрыть кран.

Кран был закрыт. На дедушкино восклицание в комнату прибежали Денина мама с бабушкой. Они стояли онемевшие от такой картины.

– Как это получилось? – выкрикивали они наперебой.

– Как-как! Внучок наш постарался, – обречённо произнёс дедушка. – Только где он сейчас? Не видно что-то этого сантехника.

– Деня, Деня! – начали искать его женщины.

Вскорости они вытащили из-под стола, ревущего Деню.

Он был такой несчастный и зарёванный, что все тут же забыли про диверсию, произведённую им, и принялись его успокаивать.

На все замечания маленький Деня (2,5 года) постоянно отвечает: «Хаасо», – но ничего никогда не делает из обещанного.

Дедушку этот ответ развеселил, и он, бурча, повторил насколько раз:

– Хаасо так хаасо, но кто будет убирать игрушки?

Деня подбегает к дедушке:

– Дедуска, надо гаавить не «хаасо», а… – и начинает говорить по буквам: – Х-а-а-с-о.

И, довольный своими поучениями, убегает, оставляя дедушку убирать разбросанные игрушки.

Данила (19 лет) лежал на диване, рядом с ним расположилась кошка. Деня (2,5 года) подошел к ним с мягкой игрушкой в руках.

– Эма, – ласково говорит кошке Деня, – давай будем игвать, – но кошка в ответ только зашипела.

– Эма, – также ласково упрашивает Деня кошку, – не надо гаться, давай поигваем, – но на кошку эти уговоры не действуют. Она старается даже ударить Деню лапой.

Данила, чтобы кошка не оцарапала Деню, придержал её руками.

– Не надо гаться Эммоцька, – настаивает на своём Деня, но кошка по-прежнему продолжает шипеть.

Она даже прижала уши, вздыбила на холке шерсть и пытается достать Деню когтями.

Поняв, что с кошкой не договориться, Деня теряет терпение и со всего маха бьёт кошку игрушкой со словами:

– Не надо гаться, я тебе казяв, – но тут кошка не выдерживает, выскальзывает из Данилиных рук и уносится в другую комнату, где прячется под диваном.

Бабушка проведала дочь с внуком и собирается домой, но перед уходом она решила зайти в туалет.

Деня (3 года), увидев, что бабушка туда зашла, открывает дверь и бросается к ней с криком:

– Иди исюдава, я казяв. Это не тоё, это насая. У тебя там есть! – показывает он на входную дверь квартиры. – Тут моя мама писает! – чуть ли не кричит Деня, хватая бабушку за руку и выталкивая её из туалета.

Мама, онемевшая от такой картины, стояла в коридоре и давилась от смеха, не в силах произнести ни единого слова.

А бабушка была вынуждена покинуть туалет, хорошо, что ей до дома надо было идти всего лишь пять минут.

Деня (3 года) подошёл к бабушке и говорит ей по секрету на ушко:

– Бабуска. А папа говоит нехоосые сова…

– И какие это он говорит слова? – бабушка с интересом посмотрела на внука.

Деня, поняв, что его хотят выслушать, честно заявил:

– Он говоит суово «бьять». Пьявда зе это нехоосее суово? – заглядывает он бабушке в глаза.

А та, сделав серьёзный вид, подтвердила опасения внука:

– Конечно, Денечка, это нехорошее слово. Я скажу папе, чтобы он больше никогда не говорил такие нехорошие слова.

Деня, выслушав бабушку, тут же побежал к папе с криком.

– Папа! – во всю мочь кричал он. – А бабуска говоит, что суово «бьять» – это нехоосее суово!

Папа еле-еле сдержал смех от искренних намерений сына разъяснить ему нехорошие слова.

Бабушка Зина осталась с Деней (3 года) дома. Ей очень хочется сделать что-нибудь приятное для внука.

Она нагибается к нему и ласково спрашивает:

– Денечка, а что тебе приготовить покушать?

– Ницево не надо, бабуска. Посли луцсе в гистоган, та узе всё вкусное пъиготовьено.

Бабушка в недоумении смотрит на внука, и решительно заявляет:

– Нет, это ты с бабушкой Инной будешь ходить по ресторанам, а я тебе сейчас картошечки пожарю, – и уходит на кухню, оставив внука наедине с его мечтами.

Бабушка, врач-отоларинголог, только что осмотрела нос и уши заболевшего Владика (3 года). Тот при осмотре орал хуже потерпевшего пассажира с «Титаника».

Алёна говорит бабушке:

– А у Дени (3,5 года) тоже что-то в ухе не так. Он жалуется на какие-то боли.

Добрая бабушка поворачивается к внуку и нежным голосом воркует:

– Ну, иди ко мне, моё сокровище. Я тебе тоже ушко посмотрю.

Но внук, сделав серьёзное лицо, выставил перед лицом ладошку открытой стороной в сторону бабушки и с полной серьёзностью ответил на её намерение:

– Опасно, бабуска. Не надо так делать.

Бабушка получила письмо из какой-то рекламной кампании и с интересом изучает его.

Глядя на предлагаемые товары, она то многозначительно хмыкает, то издаёт какие-то невразумительные звуки.

Внук Деня (3,5 года) крутится у её кресла, старается заглянуть в проспект и выяснить, что же в нём такого интересного. От нетерпения он подпрыгивает и допытывается у бабушки:

– Сто там описано? Ну сто зе там описано?

Папа заходит в туалет и с удивлением смотрит на унитаз. Удивлению его нет предела. Унитаз закрыт крышкой, а она почему-то вся оплавленная и коричневого цвета.

Папа недоуменно смотрит на унитаз, и у него самопроизвольно вырывается:

– Эт-то что такое?! – но, оправившись от шока, он зовёт жену: – Алёна!

Алёна, войдя в туалет, тоже не меньше мужа удивлена произошедшим, но, что-то поняв, кричит:

– Деня!

– Что? – слышно из соседней комнаты.

– А иди-ка сюда, дорогой ты мой сыночек, – ласково повторят свой зов мама.

В туалет заходит Деня (4 года) и с видом невинной овечки наивно смотрит на родителей.

– Это что такое? – негодует папа, показывая на оплавленную крышку унитаза. – Кто это сделал? – и Папа поднимает оплавленную крышку, в котором ещё плавает пепел от сгоревших листов бумаги. – Кто это сделал? – повторяет папа, и в голосе его сквозит негодование.

– Это не я! – отрицательно машет головой сын. Голос его полон уверенности, и глаза излучают неподдельную честность.

– А кто это тогда сделал, по-твоему? – уже более спокойно интересуется папа.

– Это, наверное, бабушка Зина сделала, – делает предположение сын, по-прежнему честно глядя в глаза папе.

– Ага, – соглашается с сыном папа, – это она взяла, нарвала бумагу, бросила её в унитаз и подожгла. – Папа с пола поднимает коробок со спичками. – А когда она загорелась, бабушка испугалась и закрыла крышку унитаза. Так, что ли, получается?

– Да, – уже неуверенно бормочет сын. – А откуда ты всё это знаешь? – Деня вопросительно поднимает глаза на папу.

– А мне и знать ничего не надо. – Папа приседает около сына на корточки. – Я всё и так вижу! – и, взяв сына за ворот рубашки и слегка потряхивая его, уже жёстко начинает объяснять: – А если ты ещё раз возьмёшь спички, то я тебе вообще руки поотшибаю.

Деня испуганно, с полными глазами слёз смотрит на папу.

– Будешь ещё так делать? – грозно вопрошает папа.

– Не-е-ет! – начинает рыдать Деня, утыкаясь в папино плечо.

Дальше у папы уже не было сил ругать сына, и он только приговаривал, поглаживая его по голове:

– Ну нельзя брать спички, ты же весь дом спалить сможешь. Где же мы тогда жить будем? – на что сын всё так же безутешно рыдал.

Бабушка лежала в спальной комнате на кровати и читала книгу. Внимание её было сосредоточено только на содержании книги.

Внуку Дене (4 года) делать было нечего, и он начал лазать по бабушке. Та, чтобы не прерывать чтения, перевернулась на живот и продолжала читать.

Деня воспользовался этим и с разбегу запрыгнул на бабушкину спину. Та охнула и растянулась на кровати пластом. Книга выпала из рук бабушки, и от неожиданной боли в спине у неё перехватило дыхание.

Заботливый внук, сидя верхом на бабушкиной спине, перегнулся через её плечо и, стараясь заглянуть ей в глаза, участливо поинтересовался:

– Сто слуцилось, сто слуцилось? – а бабушке оставалось только охать и ойкать.

Бабушка решила проверить, как Деня (3 года) знает цвета, и на заднем сиденье автомобиля по пути на пляж всё время спрашивает у него:

– Деня, а солнышко какого цвета?

На что тот, не задумываясь, отвечает:

– Синего.

Но бабушка, хоть и была слегка озадачена таким ответом, всё равно продолжала допытываться:

– Ну а деревья какого цвета?

Ответ был идентичен.

– Синего, – уверенно ответил внук.

Вдруг дедушка увидел пожарную машину и, не отвлекаясь от дороги, потому что был за рулём, спросил Деню:

– Деня, а пожарная машина какого цвета?

Ответ был поражающе чёток:

– Синего!

У дедушки от смеха чуть руль не вывалился из рук.

Бабушка с Деней (4 года) возвращаются из магазина. В руках у бабушки несколько пакетов с продуктами. Деня ухватился за один из пакетов и старается нести его сам.

– Ты что же, солнышко моё, делаешь? Тебе же будет тяжело, – отговаривает его бабушка, пытаясь отобрать пакет. На что внук серьёзно ответил:

– Ты сто, бабуска? Я зе хоцю тебе помоць. Я зе увазаю зенсцин.

Растроганная бабушка позволяет внуку нести пакет дальше.

Деня (4 года) с дедушкой возвращается из детского сада. После вчерашнего проливного дождя с сопок всё ещё стекает вода.

По тротуару, по которому они идут, ручьём течёт вода вместе с потоками какой-то вонючей жидкости. Это из канализационного люка вытекает поток нечистот со зловонным запахом.

Деня заботливо берёт дедушку за руку и, пытаясь обойти этот поток по кромке тротуара, советует дедушке:

– Дедушка, ты туда не ходи. Там тимузация. Давай лучше обойдём её.

«Тимузация» пройдена, внук и дедушка довольны, что не испачкали обувь в этих зловонных потоках воды.

По пути из детского садика дедушка заходит с Деней (4 года) в магазин. Тот своим примерным поведением и просящим взглядом вынуждает дедушку выполнить его сокровенное желание.

Дедушка, поняв просящий взгляд внука, покупает ему «Милкис», а себе баночку пива.

В ближайшем скверике они садятся на скамейку и выпивают купленные напитки.

Выпив напиток из баночки, Деня бросает её под скамейку.

– Нельзя бросать банки на улице, – поучительно говорит дедушка внуку. – Видишь урну? – спрашивает он его, указывая на рядом стоящую урну.

Тот виновато смотрит на дедушку, но послушно кивает головой.

– Вот возьми эту банку, – дедушка указывает под скамейку, где лежит брошенная Деней банка, – и выкинь её в урну. Нельзя засорять улицу. Весь мусор надо складывать в урны.

Деня с пониманием выслушивает дедушку и, послушно достав брошенную банку, несёт её в урну.

– И мою заодно выкинь.

Послушный Деня выполняет и эту просьбу дедушки. И они довольные, взявшись за руки, вернулись домой.

Бабушка очень рада видеть внука и, расцеловывая его, интересуется:

– И что же вы с дедушкой делали, когда шли из садика? – она ласково смотрит на довольного внука.

– Бабушка! – заговорщически шепчет он ей на ухо. – Мне купили «Милкис», а дедушка пил пиво.

– Дедушка, и что же ты себе такое позволяешь? – бабушка возмущённо смотрит на дедушку.

Внук в недоумении смотрит на возмущённую бабушку. Ведь ничего же особенного не случилось. Он просто рассказал то, что произошло с ними по дороге домой.

– Эх ты, закладчик, – сокрушается дедушка, укоризненно глядя на замолчавшего внука.

– Но ведь я же пьявду казяв, – наивно оправдывается Деня.

– Не расстраивайся, мой родной, – гладит его по голове бабушка. – Это дедушке надо в следующий раз думать, что он делает.

Дедушка с Деней (4 года) возвращались из детского садика. Подходя к дому, Деня жалостливо посмотрел на дедушку:

– Что-то уж очень хочется пить, – в его голосе было столько страдальческих ноток, что дедушка поддался просьбе внука.

В магазине Деня указал на бутылку «Спрайта». Дедушка никак не мог отказать в желании внука и обратился к продавщице:

– Пожалуйста, дайте мне бутылочку «Спрайта» и банку вон того пива.

Деня тут же отреагировал на слова дедушки:

– Дедушка, а бабушка говорит, что пиво пить вредно.

– Да, Денечка, – глядя на внука, соглашается дедушка, – очень вредно. Права бабушка. Только я его пить не буду.

– А что же ты с ним будешь делать? – озадаченный таким ответом внук с непониманием посмотрел на дедушку.

– Я им ноги мыть буду, – схитрил дедушка.

Деня задумался и серьёзно посмотрел на дедушку.

– Тогда можно, – разрешил он, и дедушка купил себе пиво.

А обе продавщицы покатывались со смеху.

Дедушка пришёл забирать Деню (4 года) из садика. Внук был не в настроении. Вид у него был хмурый. Он отдельно от всех детей сидел на скамейке в углу площадки и чего-то думал.

Дедушка подошёл к нему и, погладив по голове, заглянул в глаза.

– А чего это ты сегодня такой расстроенный? – поинтересовался он.

Внук тягостно вздохнул и, махнув рукой, тяжело произнёс:

– Да достали меня эти девчонки!

– Чего это они такое сделали, что так тебя расстроили? – продолжал допытываться дедушка.

– Да непонятные они все какие-то. Всё, что я им ни сделаю, всё не так, – так же обречённо пыхтел себе под нос внук.

– В чём же таком они непонятные? – добивался дедушка, обняв внука за плечики.

– Да в чём! – встрепенулся внук, вырываясь из дедушкиных объятий. – Да во всём! Всё не так! Обижаются, идут и закладывают воспитателю. И вообще всё у них не так. Они даже из попы писают! – был последний аргумент внука, чтобы дедушка полнее понял это несоответствие.

Дедушке в ответ на такие веские аргументы только оставалось почесать затылок.

Деня (5 лет) с радостью говорит бабушке:

– Бабушка! А ты знаешь, что завтра праздник семейного счастья?

Бабушка этим заявлением озадачена и с удивлением смотрит на внука. А тот с прежним восторгом продолжает спрашивать:

– А можно мы у тебя сегодня останемся ночевать? И тогда ты всё сама увидишь! -бабушке такая постановка вопроса нравится и очень довольна, что внуки никуда не уходят и остаются у неё на ночь. Значит, завтра и в самом деле для неё будет день семейного счастья.

Дедушка и бабушка купили для внуков в детском магазине набор для пиратов. Там были сабли, пистолеты и прочее пиратское вооружение.

Деня (5 лет) и Никита (4 года) переоделись и, изображая настоящих пиратов, носились по квартире, устраивали засады, стреляли и добывали сокровища.

Но чего-то им не хватало для полной реализации пиратских событий.

Никита подбежал к мирно сидящему на диване дедушке и в запале возбуждённо выкрикнул ему:

– Дедушка, давай мы тебе отрежем ногу и выколем глаз. Тогда ты будешь нашим самым главным пиратом, и мы добудем все сокровища!

Дедушка, конечно же, не согласился с таким предложением и предложил прекратить поиски сокровищ. Чему внуки были не очень-то и рады. Зато бабушка была очень довольна, что дедушка остался жив и невредим.

Мама, Деня (5 лет), Вика (2,5 года), бабушка и дедушка выехали на море и загорают на пляже. Дедушке надоело сидеть без дела, и он, взяв с собой внука, пошёл в магазин за мороженым, оставив маму с бабушкой загорать.

Перед их уходом бабушка строго предупредила:

– Пиво не покупать. Только мороженое.

На что дедушка молча в знак согласия кивнул головой и ушёл с внуком в магазин.

После их возвращения все с удовольствием ели мороженое.

Деня с удовольствием облизывал стаканчик с мороженым. Вся его физиономия была им перепачкана.

Бабушка, доедая свой стаканчик, начала расспрашивать внука, куда и зачем он ходил так далеко с дедушкой и где они купили такое вкусное мороженое.

– И что спросил дедушка у тёти продавщицы, когда вы пришли в магазин? – задала она внуку очередной вопрос.

– «Пиво есть?» – тоненьким голоском ответило ей безвинное дитя.

Бабушка с укоризной смотрит на дедушку:

– А кто-то ведь обещал…

На что дедушка только развёл руками:

– Так действительно там пива и не было.

Деня (7 лет) смотрел телевизор. Шла передача о конце света. После её окончания он долго сидел и о чём-то думал. Наконец, не выдержав, спросил у дедушки.

– А это правда, что они говорили о конце света? И будет ли он? Ведь часы же остановились, – вспомнил он передачу.

Дедушка тоже смотрел эту передачу и, почесав затылок, задумчиво начал объяснять:

– Да врут они всё. Не обращай внимания. Ведь им надо же чем-то заполнить время, выделенное на передачи. Но исторический факт говорит о том, что каменотёс, который делал эти часы, напился их местной водки и не вышел на работу. Жрецы на него разозлились, потому что никакие общественные меры воспитания на этого каменотёса не действовали, и отрубили ему голову за нарушение трудового режима. Так что часы доделывать было больше некому. И поэтому записи на них прекратились на дате 31 декабря.

Внук с недоверием посмотрел на дедушку:

– Что? Правда, что ли?

– Я думаю, что об этом будет рассказано в следующей передаче, – многозначительно предположил дедушка.

Я с Деней (6 лет) шёл навестить тёщу и около её дома встретился с Леной, женой своего друга.

Мы оба были рады встрече и тут же начали расспрашивать друг друга о событиях, произошедших в наших семьях за последнее время.

Во время этого разговора я совсем забыл о Дене, который крутился рядом, желая обратить на себя внимание.

Но тут Лена, высокая и стройная женщина, прервав нашу беседу, увидела его.

– И кто это с тобой? – поинтересовалась она, присев на корточки рядом с Деней.

– Это сын Алёны, – пояснил я ей, – и мы вот решили навестить нашу бабушку.

– Ой, – удивилась Лена, – и какой же он большой стал! Как же он вырос!

Гордый от такого внимания Деня напыжился и гордо произнёс:

– Конечно, я же уже студент.

– И где же ты учишься, товарищ студент? – скрывая улыбку, Лена, сидя на корточках, взяла Деню за руки и заглянула юному «студенту» в глаза.

– Английский я изучаю, – выставив ногу вперёд и глядя сверху вниз на присевшую Лену, важно вымолвил Деня.

– Какой же ты молодец! – Похвалила его Лена. – И как твои успехи в изучении английского?

– Хорошо, – так же важно ответил Деня и продолжил: – мы даже считать научились, – и тут же начал показывать свои способности. – One, two, three… – начал старательно выговаривать он.

– Какой ты молодец! – прервала его Лена.

Но Лене надо было куда-то срочно идти, и она, извинившись передо мной, что ей надо уходить, погладила Деню по голове:

– Продолжай учиться, Денечка. Без английского нынче никуда…

Никита

Алёша (папа) подарил сыну Никите (3 года) маленькую скоростную машинку. Они долго гоняли её по квартире. И довольные уселись на диван.

– Ну и как? Понравилась тебе моя «тойота»? – поинтересовался папа у сына.

– Нет, это не тоёта, это моёта, – отреагировал Никита, прижимая машинку к груди.

Никита (5 лет), глядя на больное дедушкино лицо, которое всё в красных прыщах и гнойниках, сокрушённо говорит:

– Да, дедушка. У лягушки шкура и то приятнее, хотя с ней общаться намного хуже.

Бабушка и мама возмущены:

– Никита! Что ты такое говоришь?

На что дедушка сокрушённо вздохнул:

– Устами младенца глаголет истина.

Никита (12 лет) трясёт на коленях свою сестрёнку Аню (5 лет). Та довольна такой тряской и громко смеётся. Наконец она сквозь тряску и смех кричит:

– Никита! Ты меня всю срыгнёшь!

Серёжка

Маленький Серёжа (2 года) увидел по телевизору петушка из сказки и восторженно говорит дедушке:

– Дедуска, моти, какой писькакок.

Дедушку ответ внука развеселил, но он поправил его:

– Надо говорить не «писькакок», а «петушок», – на что умный внук сразу же ответил:

– Импаильно, дедиська. Паильно надо гаавить… – и он по буквам начинает выговаривать: – П-а-т-и-с-о-к!

А этот ответ ещё больше понравился дедушке.

Вася

Андрей (папа) с Васей (3 года) играют в квартире в прятки.

Андрей остаётся в комнате и начинает считать:

– Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать. Кто не спрятался, я не виноват.

Вася в это время под руководством дяди Лёши прячется в ванной.

Андрей, приговаривая:

– А где же Вася? Где же он мог спрятаться? – медленно обходит квартиру.

С теми же словами он приближается к ванной комнате. Подойдя к её двери, он останавливается и нарочно громко говорит:

– А где же Вася? Где же он мог спрятаться? – и стучит костяшками пальцев в дверь ванной.

Оттуда немедленно раздаётся голос Васи:

– Кто там?

Дверь открывается, и оттуда выглядывает любопытная мордашка Васи.

После долгого застолья всей семьёй решили прогуляться и поехали на трамвае на центральную площадь города. Я вышел первый и ждал, пока выйдут Инна с Данилой, Алёна – дочь и Алёна – мать Васи.

Андрей, крепко держа Васю за руку, начал выходить из трамвая.

Вася как куль вывалился из двери. И только благодаря тому, что его крепко держал за руку Андрей, чуть не разбился об асфальт.

Я, не ожидавший такого поворота событий, так и остолбенел у открытых дверей трамвая.

А Андрей, зная непоседливый характер своего сына, по-прежнему не отпускал его, оттаскивая подальше от трамвая.

А Вася, болтаясь на руке отца, исхитрился повернуться ко мне и радостно прокричал:

– Дядя Лёша, правда же я чуть не упал!

– Да-да! Чуть не упал! Ты чуть себе лоб не расшиб, – отчитывал сына Андрей.

Андрей пытается научить своего трёхлетнего сына Васю говорить слово «машина». У того ничего не получается. Тогда Андрей начинает выговаривать это слово по слогам.

– Говори за мной, – ещё спокойно начинает уговаривать сына Андрей. – Ма-ши-на.

Вася старательно повторяет:

– Ма-ши-на.

Довольный Андрей просит сына:

– Ну вот! Всё получается у тебя. А теперь скажи «машина».

– Сяся, – немедленно реагирует на слова отца Вася и доверчиво смотрит ему в глаза.

Вика

Вика (3,5 года) лежит в постели и говорит уходящей на работу бабушке:

– Бабушка, скажи Эммочке «пока».

Эммочка – это двухмесячный котёнок.

Вика (3,5 года) играет утром в постели между бабушкой и дедушкой. Она визжит и хохочет.

Эммочка, пятимесячный котёнок, прыгает на одеяло, под которым прячется Вика.

Вика высовывается из-под одеяла и заговорчески шепчет дедушке:

– Дедушка! Скажи Эммочке, что меня здесь нет!

Дедушка понимающе кивает головой и монотонно начинает говорить:

– Эммочка, а Вики здесь нет. Она ушла на кухню завтракать. Пойди и посмотри, где она там и что она там делает.

Эммочка продолжает скакать с кровати на подоконник, а из-под одеяла слышен довольный Викин смех.

Вика (3,5 года) попросила дедушку включить компьютер, чтобы посмотреть мультики.

Дедушка запустил компьютер, но звука у выбранных мультиков не было. Раздосадованный дедушка обратился к рядом стоящей внучке:

– И что же ты с ним такое сделала, что он сломался?

С наивным лицом и честной интонацией в голосе, показывая дедушке указательный пальчик, Вика тонюсеньким голоском чуть ли не пропела:

– А я пасиком зимила, зимила и ницего не назимила, и звук – неть.

Пришлось дедушке вызывать на дом мастера по ремонту компьютеров.

Мастер обследовал компьютер и удивлённо спрашивает дедушку:

– Как же Вы умудрились удалить целую кучу драйверов с Вашего компьютера?

– А вот этим «пасиком». Покажи дяде пасик, Викуля, – попросил дедушка внучку.

Вика с честным лицом и откровенным взглядом показала дяде свой миниатюрный пальчик.

Викин словарь:

Басяська с маукокой – лошадка с морковкой.

Писяука – русалка.

Бабагам – детский магазин «Бубль Гум».

Бабушка купает Вику (3 года и 2 мес.).

Вика плавает в ванне и все время повторяет:

– Бабуска, моти, я писяука.

Бабушка в недоумении переспрашивает:

– Кто-кто ты?

– Я писяука, – повторяет Вика, барахтаясь в теплой воде.

– А-а, – догадывается бабушка. – Ты русалка.

– Да! – радуется Вика, что её поняли, и продолжает плюхаться в ванне.

Вика (3 года и 3 мес.) убеждает маму, что ей нужна какая-то басяська с макокой.

– Чего-чего тебе надо? – в недоумении спрашивает мама.

А Вика стоит перед ней и наивным голосом, глядя снизу-вверх, повторяет:

– Басяську с макокой.

– Площадку, что ли? – теряется в догадках мама.

– Неть, – отрицательно мотает головой Вика. – Басяську с макокой, – так же просительно тянет она.

Тогда мама продолжает разговор по-другому.

– А где ты видела эту свою басяську с макокой? – присаживается она перед дочерью на корточки.

– Там. – Вика машет рукой в сторону улицы.

– Где «там»? – ничего не может понять мама.

– Там, – указывает рукой Вика в том же направлении. – Бабагам.

– В «Бубль Гуме», что ли? – начинает хоть что-то понимать мама.

– Да, – утвердительно кивает Вика.

– Так, – решает дедушка. – Пошли в этот «Бубль Гум», и ты мне покажешь, что это за басяська с макокой такая. Хорошо?

– Да, – соглашается Вика.

Они одеваются и идут в магазин детских товаров «Бубль Гум».

В магазине Вика, ухватив дедушку за палец, тянет его к одному из стеллажей с игрушками.

На стеллажах лежат различные игрушки, но среди них выделяется одна интерактивная игрушка. Это коричневая лошадка с огромными глазами и длинными ресницами. При поднесении к её рту морковки, прилагаемой в наборе, она начинала хлопать глазами и тихонько ржать.

– Воть, – показывает Вика на свою мечту.

Игрушка стоит дорого, у дедушки и бабушки с собой столько денег нет, поэтому, переглянувшись с бабушкой, дедушка спрашивает Вику:

– А ты хочешь, чтобы Дедушка Мороз принёс тебе эту лошадку на Новый год?

– Да, – снова утвердительно кивает головой Вика.

Через несколько дней дедушка пошёл и купил эту лошадку, а в новогоднюю ночь уложил её под ёлочку.

Вика, проснувшись утром, первым делом подбежала к ёлке, где увидела долгожданную лошадку.

В этот день счастливей Вики и Деда Мороза, которым чувствовал себя дедушка, никого не было.

Дедушка погулял с Викой (3,5 года) на улице, и они вернулись домой. Бабушка, недовольно поглядев на дедушку, спрашивает внучку:

– Вика, а дедушка сегодня пиво пил?

– Да, бабуска. Но только ону баноцьку. – и поднимает указательный пальчик на руке.

– А какое он пил пиво? Крепкое?

– Не знаю, бабуска. Но баноцька была твёрдая.

Вика (3,5 года) играет в игру «Немо». У неё всё хорошо получается. Она довольна.

Но ей всё равно скучно играть одной. Она подходит к бабушке и спрашивает:

– Бабушка, а ты умеешь играть в «Немо»?

Бабушке некогда, она занята приготовлением ужина.

– Нет, конечно, – отвечает она не задумываясь.

– Да, бабушка, – поучительно говорит Вика, – тебе надо учиться.

Вика (4 года) на заднем сиденье автомобиля сидела и, как обычно, говорила обо всём сразу.

Бабушка сидела за рулём и обсуждала с дедушкой, как лучше подъехать к заправке и заправить автомобиль.

Но вдруг Вика неожиданно спросила:

– А почему в машине заканчивается бензин?

Озадаченный разговором дедушка решил отмахнуться от этого вопроса:

– Ну, заканчивается, потому что заканчивается. Потому что машина едет, – но, обернувшись к Вике, он внимательно посмотрел на неё. Та непонимающе смотрела на дедушку огромными синими глазами.

– А почему? – наивно повторила она свой вопрос.

Дедушка был в растерянности и начал на ходу придумывать подходящий пример:

– Ну, вот представь себе. У тебя есть полная тарелка супа, и ты долго-долго ложкой ешь его. Так что останется в тарелке, когда суп закончится?

На дедушку смотрели уже понимающие озорные синие брызги Викиных глаз.

– Овощи, – тут же последовал безапелляционный ответ.

Полученный ответ заставил автомобиль содрогнуться от хохота.

А Вика с тем же невинным выражением лица начала пояснять хохочущим дедушке и бабушке свой ответ:

– Ну что вы смеётесь? Там же останутся капуста, морковка, лук.

Бабушка доверила дедушке прогуляться с Викой (4 года) на базар. При этом она добавила:

– Ну и купи ей чего-нибудь вкусненького.

– Чего, например? – поинтересовался дедушка.

– Ну, конфет, печенья к чаю. В общем, чего она захочет, – перечислила бабушка.

– А… Ну так бы сразу и сказала, – наконец-то понял он бабушку.

И, взяв внучку за ручку, пошёл с ней на базар. Там дедушка, следуя указаниям бабушки, накупил по указанию Вики всё, на что та показывала ему пальчиком.

На стадионе, где они принялись за дегустацию, Вика фантики от съеденных конфет собирала и относила только в урну, чтобы не загрязнять окружающую среду, о чём ей дедушка постоянно напоминал.

А остатки конфет из пакета они, придя домой, сложили в вазу.

Вечером, когда бабушка вернулась с работы, Вика подошла к бабушке и пожаловалась, что у неё чешется спинка.

Бабушка, посмотрев на руки и спинку внучки, охнула:

– Дед! Ты что наделал? Она же вся в сыпи. Откуда это у неё?

– Наверное, конфет много съела, – предположил дедушка.

– Сколько же она их съела? – негодовала бабушка.

– Откуда же я знаю, – недоумевал дедушка. – Может быть, полпакета, а может быть, больше. – и показал бабушке на вазу с остатками конфет.

Увидев полупустую вазу, бабушка ужаснулась и принялась устранять зуд кожи у внучки.

Вику мыли специальными шампунями и натирали различными кремами, а после всех процедур уложили спать.

Утром сыпь прошла. И Вика с дедушкой вновь пошли на базар. Проходя мимо кондитерских рядов, дедушка спросил Вику:

– Ну что? Купим ещё конфеток?

Та удивлённо подняла на него глазки и со знанием дела пояснила:

– Что ты, дедушка! У меня же на них пиленгрия.

Дедушка недоумённо хлопал глазами:

– Что-что?

– Ну ты же видел вчера, что после конфет я вся чесалась.

– А, – понимающе закивал головой дедушка. – Аллергия, значит.

– Ну конечно же, она. Я же тебе и говорю – пиленгрия, – по буквам повторила внучка. – Только по-другому у меня не получается говорить, – извинилась она за своё произношение такого трудного слова.

В магазине дедушка собирается купить к чаю печенье. Рядом стоит Вика (4 года) и с нежностью водит пальчиком по стеклу витрины, под которой лежит чупа-чупс.

– Что? Чупа-чупс хочешь? – дедушка с интересом посмотрел на внучку.

– Да, хочу, – обречённо выдохнула она.

– А мама тебе разрешает их есть? – озабоченно спрашивает дедушка, помня последний инцидент с конфетами.

– Нет. Не разрешает, – печально вздохнула Вика.

– А почему? – уже притворно недоумевает дедушка.

– Она говорит, что там одна химия.

– Ну, вообще-то, она права, – соглашается дедушка со словами внучки.

– Но так хочется попробовать чупа-чупс, – загадочно шепчет Вика, прикрывая глазки, и предлагает дедушке: – А давай мы его всё равно купим. И это будет нашей маленькой тайной. – и с просьбой смотрит на дедушку.

– А разве хорошо обманывать маму? – делано удивляется дедушка.

– Нет. Не хорошо, – потупясь, сокрушённо вздыхает Вика.

Тогда дедушка нагибается к Вике и тоже шёпотом говорит ей на ушко:

– Но мы его всё равно купим. Но это уже будет нашей очень большой тайной.

Глаза у Вики загорелись.

– Хорошо, дедушка, – шёпотом отвечает она и, довольная, прячет купленный чупа-чупс в карман.

Вика (4 года) сидит и перебирает листики увядших цветов. Её пальчики медленно разрывают их, и она приговаривает:

– Как же мне вас жалко. Вы все такие вянутые. Бедные вы, бедные, – причитает она.

Дедушка, не выдержав, поправил внучку:

– Не вянутые, а увядшие.

Вика недоумённо поднимает на него взгляд:

– Дедушка, ну что ты так неправильно говоришь? Они же вянули. И поэтому они сейчас завянутые.

Бабушка готовит блины с яблоками. Тесто очень вкусное. Вика (3,5 года) всё пристаёт к бабушке с вопросами, как и что надо правильно делать, чтобы блинчики были вкусными.

– А тесто можно пробовать? – пристаёт Вика к бабушке.

– Нет. Нельзя, – отмахиваясь, говорит ей бабушка, – а то живот заболит.

Вика всё так же крутится около бабушки и честно признаётся:

– Бабушка, а тесто-то очень вкусное. Я его незаметно попробовала.

Дедушка решил полежать на диване после сытного обеда. Вика (3,5 года) скачет вокруг него, но у неё ничего не получается. Она постоянно соскальзывает с дедушкиного живота.

Недовольная Вика говорит дедушке:

– Дедушка, почему у тебя такой большой живот?

Полусонный дедушка что-то бормочет в ответ. На что Вика с наставлением уверенно советует ему:

– Да, дедушка, а тебе надо худеть.

Викин словарь:

Перегоряченная – кипяток из крана.

Размахлатилась – косички растрепались.

Сольница – солонка.

Из-за капорелого театра – из погорелого театра.

Жаворотник – воротник у рубашки.

Раскудрячилась – у бабушки после мытья головы волосы стали кудрявые.

Песок не песочный.

Гуська – гусеница.

Номано – нормально.

Маняно – понятно.

Поёбоська – коробочка.

Вику (4 года) мама привела к дедушке и убежала на работу. Сегодня детский садик был закрыт на карантин.

Дедушка помогает Вике раздеваться и попутно интересуется у неё:

– Как твои дела?

– Номано, – серьёзно отвечает Вика.

– А жизнь как идёт?

– Номано, – так же важно отвечает Вика.

Выражение лица Вики и тон, каким она отвечала на вопросы, дедушке очень понравились, поэтому он вновь поинтересовался:

– А здоровье как?

– Номано, – не меняя тона, отвечает Вика.

– Значит, всё у тебя идёт нормально? – дедушка заглядывает в лицо внучке.

– Да, всё номано, дедуска. – Вика подняла на дедушку глаза. – Теперь тебе всё маняно? – и, закончив раздеваться, пошла в игровую комнату.

Дедушке всё сразу стало понятно, и он, складывая Викины вещи, старался повторить интонацию, с которой Вика отвечала на его вопросы, всё время повторяя:

– Номано, номано, номано…

Вика (4 года) подходит к дедушке и просит:

– Дедуска, отвой мне эту поёбоську, позауста, – и протягивает ему коробку из-под печенья.

Зная Викин словарь, дедушка сразу понял, что надо внучке.

Он открыл крышку и отдал коробку внучке.

– А зачем тебе эта коробочка? – поинтересовался он.

– А там будет спать моя куковка. – Вика укладывает небольшую куколку в коробочку и возвращается в игровую комнату.

Вика (4 года) в задумчивости спрашивает дедушку:

– Дедушка, а когда у меня будет муж?

Дедушка, не ожидавший такого вопроса, начинает издалека:

– Ну, сначала тебе надо вырасти. Пойти в школу и закончить её. Потом поступить в институт, а там ты, возможно, познакомишься с юношей, который, может быть, и станет твоим женихом. А потом уж, когда вы полюбите друг друга, то он и станет твоим мужем.

Вика с умным лицом всё это выслушала, посидела, глубоко вздохнула и ушла на кухню к бабушке.

Бабушка на кухне готовила ужин и стояла у плиты.

Вика подошла к ней и подёргала за край халата.

– Бабушка, а почему мне так долго надо будет ждать этого юношу, который будет моим мужем? Он что? Принц, что ли? – разочарованно поделилась она своим горем с бабушкой.

Бабушка, оторвавшись от плиты, погладила внучку по голове и поцеловала её:

– Всему придёт своё время, солнышко моё. Ты только сильно не переживай.

– Хорошо, – печально согласилась Вика и вернулась к дедушке.

Вика (4 года) смотрит с бабушкой турецкий сериал «Великолепный век». Главная героиня в родовых муках кричит страшенным голосом.

Вика удивлённо смотрит на экран и со страхом спрашивает бабушку:

– Бабушка, а что? Я тоже так же буду кричать, когда буду рожать ребёночка?

– Ну что ты, родная, – пытается успокоить внучку бабушка. – Это только артистки так кричат в кино, чтобы все поверили, что им на самом деле больно. А у тебя всё будет хорошо. Врачи этого не позволят.

– Ладно, – облегчённо вздохнула Вика. – А то я уж и в самом деле испугалась.

Беременная тётя Оля с трудом ходит по дому. Ей тяжело. Она то сядет на стул, то приляжет на кровать. Вика (3,5 года) подходит к ней и жалеет её, а потом, погладив по животу, спрашивает:

– А что там у тебя в животике?

– Ребёночек там у меня, – устало вздохнула Оля, присаживаясь на стул.

Вика отстранилась от Оли и в недоумении смотрит на неё.

– А как он туда попал? – она в недоумении подняла глаза на Олю.

В комнате повисает тишина, никто не знает, что ответить Вике, но тут Данила начинает объяснять племяннице:

– А тётя Оля взяла во-от такого маленького человечка, – он показывает пальцами размер человечка, – и проглотила его. А потом он там лежал, лежал и вот такой вырос. – он тоже подошёл к жене и любовно погладил её живот.

От таких слов у Вики в ужасе раскрылись глаза, и она после некоторого замешательства еле-еле тихо вымолвила:

– Ты сто? Ребёнка, сто ли, созрала?

Такой реакции на свое объяснение Данила не ожидал. А дедушка с бабушкой едва сдерживали смех.

Вика (4 года) чем-то озадаченная сидит на диване и даже не смотрит мультики. Бабушка, увидев загрустившую внучку, подсела к ней, обняла её за плечики и ласково спросила:

– Ты что такая задумчивая, солнышко моё?

Вика подумала и серьёзно посмотрела на бабушку.

– Вот представляешь, бабушка, а я ведь будущая мама… – начала объяснять она своё состояние.

Не ожидав такой откровенности от внучки, бабушка непроизвольно поинтересовалась:

– И когда же ты собираешься стать мамой?

– А нам в садике об этом ещё не рассказывали, – наивно ответила внучка, – но этого ещё надо очень долго ждать.

– Слава богу, что не завтра, – облегчённо вздохнула бабушка, поглаживая внучку по голове.

Папа с мамой едут в автомобиле и слушают музыку. На заднем сиденье сидит Вика (4 года) и поёт, слушая песню из приёмника.

Из эфира несутся слова: «Расскажи мне, мама, что я сделала не так. Расскажи мне, мама, почему я виновата…»

Вика с воодушевлением, точно подражая певице, выводит:

– Расскажи мне, мама, что я сделала не так. Расскажи мне, мама, почему я кривовата…

Мама с папой от услышанного окончания песни разразились неудержимым смехом, а папа чуть не выпустил руль из рук.

Дедушка на кухне моет посуду и слушает щебетание Вики (4 года), отвечая междометиями на её вопросы.

Вдруг та притихла и о чём-то задумалась.

Озадаченный дедушка обернулся к замолчавшей внучке:

– Ты чего это загрустила?

– Да сон мне сегодня приснился. Он был очень страшный.

– И что же это такое страшное тебе приснилось? – обеспокоился дедушка, повернувшись к внучке и прекратив мыть посуду.

– Мне приснился лес, и там мы с мамой собирали грибы. Мы насобирали полную корзинку грибов и пошли домой. Мы проходили мимо школы, и там во дворе играли дети. А я взяла корзинку из рук мамы. А в корзинке вместо грибов были гранаты. Я пошла в школу, положила гранаты в подвал и с пульта их взорвала. Мне так стало страшно, что я проснулась, заплакала и пошла к маме в постель.

Озадаченный дедушка почесал в затылке, и у него непроизвольно вырвалось:

– Ну ты и террористка!

У дедушки на большом пальце ноги стал врастать ноготь. Он причинял дедушке много неудобств, на которые тот жаловался.

Наконец-то бабушка собралась с духом, взяла необходимый инструмент для резекции ногтя и приказала ему садиться у стола, на котором разложила инструмент.

Вика (4,5 года) крутилась рядом. Ей было всё интересно. Но когда она увидела, что дедушка поставил ногу на стол, а бабушка взяла в руки шприц, она недоуменно, с сочувствием посмотрела на дедушку:

– Ну ты, дедушка, и попал!

Вика (6 лет) допытывается у дедушки:

– Дедушка, а ты знаешь, что такое мозг?

Дедушка почесал в затылке и нарочито задумчиво начал рассуждать:

– Это, наверное, какое-то серое вещество, которое находится в голове.

Но Вика тут же перебила его:

– Нет, дедушка, ты ничего не знаешь о мозге! – и начала объяснять: – Мозг – это такая программа в голове, которая отвечает за чувства. Если тебя ущипнуть, то ты почувствуешь боль. Значит, программа дала сигнал на кожу, и на коже будет боль. Понятно?

Дедушка такой постановкой вопроса был очень удивлён, а воодушевлённая Вика продолжала:

– Неужели вас в школе этому не учили?

– Да вообще-то в наше время таких наук ещё не было, – начал оправдываться он в своей безграмотности.

Вика поняла, что она намного умнее дедушки, и поучительно произнесла:

– Придётся, дедушка, мне взяться за твоё образование.

Дорогой Дедушка Мороз.

Моё желания это чтобы мама и папа были здоровые, счастливыми и меньше злились. Успехов им. А моему брату чтобы не болел, и чтобы хорошо выучился. Родственникам, чтобы уехали из России (прости, не говори родителям) и, чтобы жили они до (111111111111111111111111111) или лучше 120 и больше лет!

И я их люблю. Прошу выполни это. Мне больше от тебя ничего не нужно.

От Виктории Диановой (31.12.2019) (12 лет)

Дедушка с Викой (12 лет) учат английский язык. Они разбирают артикль и с правильным акцентом пытаются произнести каждое слово в тексте.

Вика читает по-английски:

– У меня есть домашнее животное. У него длинные уши, короткий хвост и мягкая шерсть…

Дедушка прерывает Викино чтение вопросом:

– Ну и кто это?

– Слон, – не задумываясь отвечает Вика.

Бабушка, которая слушала это чтение, тут же поправляет её:

– Нет же, солнышко моё, это кролик, – а дедушка потерял дар речи от смеха.

Аня

Мама Ира готовит обед на кухне. Папа Алёша сидит за столом и пытается что-то посоветовать жене о принципах приготовления обеда.

Вдруг на кухню влетает Анечка (2,5 года). Она сначала подбежала к папе и, заглянув ему в глаза, потёрлась о коленку. Затем метнулась к маме и обняла её за ногу. Голова Анечки оказалась под платьем у мамы. Анечка приподняла платье и, задрав головку, заглянула под него. Неожиданно у неё вырвалось:

– Ницего себе, какая босая зопа! – и, быстро опустив подол маминого платья, шлёпая босыми ножками, вылетела из кухни.

Алёша сползал со стула, корчась от смеха, а Ира недоумённо смотрела по сторонам, не понимая, что же сейчас произошло.

Анечку (6 лет) уложили спать, но ей чего-то не спалось, и она всё думала о собачке, которую ей обещала купить мама. Она чувствовала, что собачки ей не видать, и поэтому ей взгрустнулось. Она уткнулась личиком в подушку и тихонько всхлипывала от обиды.

Мама заглянула в спальню и, услышав всхлипывания, подошла к дочери и наклонилась над ней.

– Что случилось? Почему не спим? Почему у девочки моей глазки такие мокрые? – ласково приговаривала она, обнимая дочь и пытаясь её успокоить.

Анечка оторвалась от подушки и уткнулась маме в грудь, продолжая всхлипывать.

– Ну, всё, всё, успокаивайся, – гладила мама по головке Анечку. – Чего же ты плачешь?

– Да мама! У тебя есть папа, у Никиты (старшего брата) есть Пушок (белый ангорский кот), а у меня даже собачки нет, – причитала и всхлипывала несчастная Анечка.

– Ну, успокойся, успокойся, – гладила мама по голове Анечку. – Купим мы тебе собачку.

Поверив в мамины обещания и согретая её руками, Анечка вскоре заснула.

А через неделю у них в доме появилась маленькая Бусинка. Двухмесячный щенок чихуа-хуа.

Мама разговаривала с бабушкой о предстоящем отпуске, и они обсуждали все насущные проблемы, касающиеся всей семьи.

– Куда же вы разместите всю вашу живность? – интересовалась бабушка, указывая на Бусинку и Пушка.

Мама, подумав, поделилась планами насчёт животных:

– Пушка отдадим на эти две недели соседям, он у них уже прекрасно жил во время нашего предыдущего отпуска. А Бусинку отдадим вам.

Стоящая рядом с мамой Анечка (6 лет) обнимала маму и внимательно слушала все её слова. Услышав последнюю фразу, она подняла голову на маму:

– А меня куда? – глаза её выражали глубокое непонимание.

– Да не беспокойся ты так. Тебя уж обязательно заберём с собой, – погладила по голове Анечку мама, продолжая разговор с бабушкой.

Таня и Сёма

Танюшке два с половиной года.

Бабушка, уходя из дома, говорит ей:

– Танечка, солнышко. Дай я тебя поцелую в щёчку.

На что Танечка недовольно машет на неё рукой:

– Нет. Иди исюдова.

Тогда бабушка хитрит:

– А если я тебе дам конфетку, тогда можно будет поцеловать щёчку?

Ответ последовал незамедлительно.

– Да! Конефно, – уже мирно говорит она и подставляет кругленькую щёчку бабушке.

Родители привели Танечку (3 года) к дедушке и бабушке. Бабушка рада внученьке и просит её:

– Танечка, солнышко моё, дай я тебя поцелую в щёчку.

Танечка машет на бабушку рукой:

– Неть, иди исюдова!

Но бабушка так же ласково настаивает:

– Ну, давай. Только один разочек. Только в щёчку!

Но внучка отвечает ей в категоричной форме:

– Неть, итоги Танецьку!

Бабушка удивлённым голосом опять спрашивает внучку:

– А почему?

На что та отвечает:

– У меня ицо амазяно манюцим къемом.

– Да ничего он не вонючий, – смеётся мама. – Он питательный.

Бабушка покормила Танечку (2,5 года) и уговаривает её лечь поспать.

– Танечка, внученька моя сладкая, давай будем баиньки ложиться.

Внучка убегает от бабушки с воплями:

– Отянь, иди исюдова, ибуду баиньки.

Бабушка зашла в комнату, чтобы позвать Танечку (2,5 года) покушать. Танечка смотрит мультики и не обращает внимания на бабушку.

– Танечка, пойдём кушать, – просит её бабушка.

– Брысь исюдова, – машет та на бабушку рукой.

Танечка (2 года и 10 месяцев) смотрит на пузатого дедушку и жалостно говорит:

– Дедушка съел шарик, и у него болит животик.

Танечка (3 года) из окна машины смотрит на трубу ТЭЦ, из которой идёт огромный столб дыма, и восклицает:

– Бозе мой, какая босая дыма!

Танечка (3 года) бегает по дому с пакетом, в котором находятся шоколадные шарики.

Бабушка ласково спрашивает у Танечки:

– А что это у моей золотой внученьки в пакетике?

Танечка недовольно машет на бабушку рукой:

– Это тебе нельзя, у тебя от этого зубки заболят.

Мама спрашивает Танечку (3 года):

– А что вы сегодня делали в садике?

Танечка, неохотно отрываясь от шоколадной конфеты, отвечает:

– Ипили.

– А что же вы лепили? – не унимается мама.

– Титьку, – так же невнятно отвечает Танечка.

Все в недоумении смотрят на Танечку. А дедушка с Данилой заливаются хохотом.

– Ах, птичку! – догадалась мама.

Танечка (3 года) утром просыпается от звона будильника и толкает маму:

– Мама, у папы дибильник вонит, а он не встаёт.

Танечке (3 года) очень нравится сидеть на унитазе, на который положен детский стульчик. Его по случаю их приезда принесла Яна.

Она взяла за привычку подолгу сидеть на нём с Викиным (7 лет) детским компьютером.

Когда эту картину увидели Оля (мама), Данила (папа), Алёна (тётя), то они все прибежали с фотоаппаратами к туалету, в котором сидела Танечка. А Данила даже был с видеокамерой. И они начали снимать этот шедевр. На что Танечка спокойно посмотрела на них и, по-прежнему уткнувшись в компьютер, махнула в их сторону рукой:

– Не мешайте! Что вы мне все здесь мешаете?! – продолжая играть в игры на компьютере.

Танечка (3 года) подошла к Саше (дяде), у которого сильно болела травмированная нога, и долго-долго водила по ней пальчиком. Потом, подняв на Сашу голубые глазки, заботливо спросила:

– У тебя что, ножка болит?

На что Саша, скрежеща от боли зубами, просипел:

– Болит, болит.

Тогда Танечка, продолжая смотреть на Сашу с сочувствием, посоветовала:

– Надо быть осторожнее, когда бегаешь, – на что у Саши от смеха даже слёзы полились, и на этот момент он забыл о боли.

Оля (мама Танечки) приготовила Танечке (3 года) завтрак и зовёт её:

– Танюшка! Дочь моя, иди завтракать!

Из глубины квартиры тут же раздался ответный звонкий голосочек Танечки:

– Бегу, бегу, мамочка!

Но Танечка так и не появилась. Видно, у неё там, в комнате, были очень неотложные дела.

Саша, сидевший за столом и завтракавший, чуть не подавился от смеха чаем.

Танечка (3 года) весь день провела на пляже с родителями. Те, как могли, мазали её кремами от загара. Но утром Танечка пришла к маме и разбудила её:

– Мама, у меня плечики болят, меня солнышко покусало. Смотри сюда. – И показала маме покрасневшие плечики.

Танечка (3 года) сидит на кухне за столом и громко кричит:

– Оля! Оля!

– Зачем так громко кричишь? – спрашивает её Алёна (тётя).

– Пусть быстрее идёт сюда и Танечку покормит, – отвечает та и продолжает кричать:

– Оля! Оля! – пока мама не появилась на кухне и не начала её кормить.

Танечка (3 года) идёт, плача, к маме, показывая ей ручку.

– А-а-а! – стенает Танечка. – Мама, поругай Маню, она меня поцаяпала! – продолжая плакать, она показывает маме ручку.

– А что ты сделала Мане, что та тебя поцарапала? – прекрасно зная свою дочь, спрашивает мама.

– А-а-а, я её хотела поймать за хвост и поносить на ручках. А-а-а! – продолжает рыдать Танечка.

– Нельзя таскать кошек за хвост. Им это не нравится, и поэтому они царапаются. Видишь, Вика (7 лет) не таскает Маню за хвост, и та её не царапает, – наставляет мама дочь.

– Ага, Вика не таскает, – Алёна (тётя) невольно улыбнулась. – Это после последнего урока, который ей дала Маня, та вообще на руки её не берёт.

Они вместе с мамой обнимают свою любимицу и зацеловывают ранки на её ручке.

Танечка (3,5 года) с бабушкой играют в прятки. Бабушка лежит на диване и прячется под плед, а Танюшка считает:

– Три, четыре, пять, я иду искать! – она открывает глазки, смотрит по сторонам и, не видя никого вокруг себя, плаксиво спрашивает:

– Бабушка, а ты где?

Бабушка начинает ворочаться под пледом. Танечка, видя шевеление на диване, бросается туда и находит там бабушку. Радости нет предела. Все смеются, хлопают в ладоши.

– Ну, Танечка, молодец! Нашла бабушку, – со смехом говорит бабушка.

Танечка, очень довольная от такой похвалы, тут же заявляет:

– Я тоже хочу прятаться.

Бабушка зовёт на помощь Данилу (папу), и тот начинает считать:

– Раз, два, три, четыре, пять. Я иду искать.

А Танечка в это время прячется под плед на диване.

– Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать, – повторяет, улыбаясь, папа. – Кто не спрятался, я не виноват. – и, прекратив счёт, спрашивает: – А где же наша Танечка?

Танечка тут же высовывает голову из-под пледа:

– А я тут!

Все опять смеются и хлопают в ладоши от радости, что Танечка нашлась.

Танечка (3 года) и Андрюшка (3 года) бегали на даче. Вдруг у Танечки расстегнулся сандалик и свалился с ноги. Танечка попыталась вернуться, но Андрюшка оказался проворнее. Он подхватил сандалик и начал бегать с криками радости вокруг Танечки, не отдавая ей сандалик. Бабушка, увидев такое безобразие, грозно говорит Андрюшке:

– Это что такое?

На что малолетний хулиган, ничего не ответив, убежал за угол дома.

Когда он понял, что его проказа обнаружена, он остановился и, оглядевшись по сторонам, зашвырнул сандалик в грядку с клубникой. А Танечка встала в позу: правая нога вперёд, руки упёрла в бока и, покачивая головой, застыдила Андрюшку:

– Такой большой, а такой нехороший мальчик.

А Андрюшки уже и след простыл, только раздосадованная бабушка полезла в клубнику искать Танечкин сандалик.

Бабушка Ира на берегу моря нашла очень красивый белый камень. Он напоминал античный мрамор. Бабушка положила камень в пакет и вернулась в береговой домик.

Она положила пакет с камнем на лавку и забыла о нём.

Варя (3 года) увидела пакет и утащила его на улицу. Она осторожно вытащила камень из пакета и начала его разглядывать. Пробегавшая мимо Танечка (3,5 года) увидела камень в руках у Вари и вырвала его у неё из рук, а потом вбежала в домик.

Варя, почувствовав себя обворованной, с воплем «Отдай мой камень!» стремглав кинулась за Танечкой. Но Танечка бегала по дому и не отдавала Варе камень.

Тогда Варя догнала Танечку и вцепилась ей в волосы. Они очень громко вопили и дрались, как две торговки на базаре. Обе рыдали. Обе были в слезах. У обеих были в кровь разодраны лица, так они драли друг друга ногтями. Но камень Танечка так и не отдала. Спор разрешили только бабушка Ира и дедушка Юра. Они разняли дерущихся девчонок.

Денис (12 лет) оттащил рыдающую Танечку от визжащей Вари и спросил:

– Ты почему отняла у Вари камень и отлупила её?

Танечка моментально перестала рыдать и встала в позу. Она выдвинула вперёд правую ногу, упёрла руки в бока, гордо подняла голову и, прищурив голубые огромные глаза, заявила:

– А потому, что я злючка! – с вызовом ответила она Денису и, развернувшись в сторону бабушки Иры, вновь залилась горючими слезами с протяжными воплями.

Денис (12 лет) устал играть вместе с Таней (3 года) и Викой (7 лет) и пришёл к бабушке Инне – полежать на кровати. Вслед за ним в комнату врывается Таня и тянет Дениса за руку, чтобы он продолжил с ней игру. Но Денис устал и продолжает лежать с бабушкой.

Расстроенная Таня вышла из комнаты с рёвом. Но на этот рёв никто не обращал внимания, а Денис даже сказал:

– Вот-вот, это продолжение концерта.

Но тут Танин рёв прекращается, и она, развернувшись, вбежала в комнату. Глаза горят. Лицо красное, в глазах – ни слезинки. Стоя на пороге комнаты и вытянув в сторону Дениса руку, она пальцем указала на него и, зло прищурив глаза, выкрикнула:

– Я злюсь на тебя, потому что я злюсь! – затем резко развернулась и выбежала из комнаты, но уже без рёва.

Танечку с дачи привезли к дедушке и бабушке.

В руке она держит тюбик с кремом.

Но вопрос бабушки:

– Что это у тебя в ручке?

Танечка гордо ответила:

– Это бабуска Саса дала. Это «Детский кем», писяйний.

И тут Танечку мама позвала мыть руки. Она положила крем рядом с бабушкой и приказала бабушке:

– Аханяй.

На что бабушка улыбнувшись, ответила:

– Слушаюсь!

Бабушка утром лежит в кровати и зовёт к себе Танечку (3 года), чтобы продолжить утреннее блаженство.

Танечка прибегает к бабушке и ложится между дедушкой и бабушкой. Она ласкается к бабушке и отталкивает деда.

– А ты иди и убирай мою кроватку, – приказывает она ему, а сама остаётся ласкаться с бабушкой.

Вика (7 лет) и Танюшка (3 года) играют в комнате. Неожиданно Танюшка спотыкается и падает. Вслед за падением последовал громогласный вопль, а Вика, стоявшая рядом с ней, не могла сообразить, что же ей делать и что произошло.

Танюшка же рыдала от души:

– Ой! Моя ручка болит! Ой! Моя ручка не сгибается! Ой-ой-ой! Пальчики не гнутся, силы в них нет.

Это недавно бабушка ходила с гипсом на правой руке и вечерами выговаривала те же самые слова при вечерних процедурах. А Танюшка всё интересовалась, как же это у бабушки болит ручка.

На неожиданные Танюшкины вопли прибежали бабушка и мама.

Бабушка осторожно взяла Танечку за ручку, покрутила её, постучала по ней и подмигнула маме – мол, всё нормально, но озабоченным голосом произнесла:

– Да, ручку надо лечить. Надо где-то взять волшебное лекарство, чтобы ручка перестала болеть. У меня, вообще-то, есть такое. Я сейчас тебе его принесу. – Она встала и пошла на кухню, оставив рыдающую Танюшку на руках у мамы.

Там она достала из холодильника мороженое и положила его в тарелочку.

Когда бабушка вернулась в комнату, Танюшка по-прежнему рыдала. Но бабушка уговорила её съесть ложечку мороженого.

– А ты попробуй это волшебное лекарство, – начала уговаривать она внучку. – Ну, чуть-чуть. Если попробуешь, то ручка вылечится, – заверяла внучку бабушка.

Танюшка взяла ложечку в левую руку и с глубокими всхлипываниями начала есть мороженое.

Через какое-то время черпания ложкой из тарелки участились, тем более что по телевизору показывали увлекательный мультик. Забывшись, Танюшка взяла ложку в правую руку и, продолжая смотреть мультик, поглощала мороженое.

Мама посмотрела на дочь и с удивлением заметила:

– Какое волшебное лекарство дала тебе бабушка! У тебя что? Ручка перестала болеть?

Танюшка с удивлением посмотрела на свою правую руку, в которой была ложка, и подняла глаза на бабушку.

– Бабушка, ты что, колдуньица, что ли? – ничего не понимая, произнесла она.

– Да не колдуньица, а волшебница твоя бабушка, – поправила Танюшку мама.

Бабушка сварила макароны, заправила их сливочным маслом и позвала Танечку кушать.

Танечка (3 года) с удовольствием уплетает макароны.

Тут она увидела, что бабушка полила свою порцию макарон соевым соусом. Она заинтересовалась странным цветом макарон.

– А что это ты сделала? – поинтересовалась она.

– Это я полила макароны соевым соусом, – объяснила бабушка.

– Дай и мне попробовать, – попросила Танечка бабушку. Бабушка не смогла отказать внучке.

Танечка осторожно положила в рот одну макаронину и скривилась, едва начав её жевать.

– Фу! Какая это гадость! Не ешь эти макароны, бабушка, а то у тебя на попе будут прыщики, – уверенным тоном посоветовала внучка бабушке и принялась дальше уплетать макароны из своей тарелки.

Танюшка (3,5 года) идёт по коридору, вытянув руку с оттопыренным пальчиком, и воет:

– Ой, ай, вай! Мой пальчик болит! Папа мне на него наступил!

Всполошившаяся бабушка подбегает к Танечке и пытается «вылечить» пальчик. Она дует на него и приговаривает:

– У кошки болит, у собачки болит, а у Танечки не болит.

Но Танечка, несмотря на все усилия бабушки, по-прежнему продолжает рыдать. Вдруг её плач на мгновение замирает, и она абсолютно спокойным голосом говорит, хитро заглядывая бабушке в глаза:

– А волшебное мороженое у тебя есть?

– Конечно же есть, – поняв ситуацию, тут же отреагировала бабушка.

– Тогда полечи меня им, – уже вновь страдальческим голосом стонет Танечка.

Бабушка заглядывает в холодильник, достаёт мороженое, и они с Танечкой садятся за стол.

Танечка с удовольствием уплетает мороженое, забыв про «сломанный» пальчик.

Дедушка налил Танечке (3,5 года) свежего борща и уговаривает её:

– Танечка, смотри, какой вкусный борщик. Бабушка его для тебя только вчера приготовила.

Но на все дедушкины увещевания Танечка не реагирует. Наконец-то жалостливо глядя в глаза дедушке, чуть ли не стонет:

– Лучше ты меня покорми!

Дедушка, не ожидавший такой просьбы, пытается найти способ, чтобы заставить внучку есть:

– Но ты же большая девочка, можешь и сама кушать, – выдвигает он последний довод.

– Нет! – С трагизмом в голосе продолжает Танечка. – Не могу, потому что бабушка говорит, что я ещё ребёнок.

Аргумент был настолько весом, что дедушке ничего не остаётся делать, как сесть рядом с внучкой и кормить её с ложечки.

Танечка (3,5 года) носится по дому с купонами из супермаркета, где нарисована реклама цирка. Она их всем показывает и хвастается:

– А завтра я пойду в цирк с мамой и Варей, тётей Таней и Андрюшей.

Бабушка просит Танечку посидеть спокойно и не бегать. На что Танечка агрессивно реагирует:

– А тебя мы в цирк не возьмём. Ты не слушаешься и плохо себя ведёшь. Поэтому ты останешься дома!

Бабушка делает вид, что очень расстроена, и спрашивает у Танечки:

– И что же? Я одна останусь дома? Мне же станет страшно, и тогда я буду плакать.

На что Танечка безапелляционно заявляет бабушке:

– Ну и плачь! Можешь начинать хоть сейчас! – она отворачивается и убегает смотреть мультики.

Танечка (3,5 года) разбаловалась на руках у дедушки и в игровом порыве треснула его ладошкой по лицу. Не ожидавший такого поворота событий дедушка слегка в ответ залепил Танечке в лоб щелчок. Щелчок получился не сильный, но Танечка моментально изменилась в лице, скуксила личико, слезла с колен дедушки и ушла в соседнюю комнату.

Обеспокоенная произошедшим бабушка тут же помчалась за Танечкой. Она щебетала над внучкой:

– Танечка, солнышко, что случилось? Тебя дедушка обидел? Пойдём назад в комнату.

Танечка исподлобья посмотрела на бабушку.

– Не мешай мне, я грустная, – скорбно ответила она на бабушкины нежности.

Танечка (3 года) переночевала у дедушки и бабушки. За ней приехал папа, и они собираются домой. Наконец-то Танечка стараниями бабушки и папы одета. Но надеть ботинки невозможно. Они куда-то пропали.

Бабушка с интересом спрашивает:

– Куда же делись твои ботиночки, Танечка?

Танечка, не задумываясь, отвечает бабушке:

– Это дедушка пылесосил тут в коридоре и куда-то их засунул.

Бабушка удивлённо смотрит на дедушку:

– Ох уж этот дедушка! Вечно он куда-нибудь Танечкины ботинки засунет.

Танечка поддакивает бабушке:

– Да! Хулиган этот дедушка. Ох, какой же он хулиган! – хотя пылесосила в коридоре днём бабушка, а Танечка ей активно помогала.

Виноватый дедушка только смеётся от таких заявлений.

Ботинки оказались под лавкой. Общими усилиями они были надеты на Танечкины ножки, и Танечка была готова уходить.

Перед уходом папа ей говорит:

– Таня! Поцелуй бабушку!

Танечка подставляет щёчку бабушке, куда та её целует и прижимает к груди со словами:

– О, моё ты солнышко.

– А теперь – дедушку, – руководит действиями Танечки папа.

Танечка растопыривает ручки, бросается к дедушке в объятия и целует его. Дедушка в ответ смачно чмокает внучку в щёчку. Танечка вытирает щёку ладошкой и направляется к двери.

Папа ей вновь напоминает:

– Скажи до свидания дедушке и бабушке.

Танечка уже с лестничной площадки кричит:

– До свидания! Желаю счастья и здоровья!

От такого прощания дедушка и бабушка вновь радостно смеются.

Танечку (3,5 года) привезли с Варей (3 года) в офис для дачи интервью.

Корреспондент посадил девочек рядом с собой и начал задавать им вопросы. На вопросы почему-то отвечала только Танечка, а Варя, застеснявшись, всё время молчала.

Корреспондент: Ты знаешь, что такое корпоратив?

Таня: Это когда папа пиву пьёт.

Корреспондент: Пиво пьёт?

Таня: Да!

Корреспондент: А сколько он его пьёт?

Таня (начинает считать на пальчиках): Один, два. Они две выпивают. Да! Пацаны обе выпивают.

Корреспондент: Две полторашки?

Таня: Да. Две полторашки.

Корреспондент: Ты знаешь, что такое зарплата?

Таня: Зарплата – это копеечки, и они у меня в сумочке, эти копеечки.

Корреспондент: А у папы что, зарплата в копеечках?

Таня: Да.

Корреспондент: А большая зарплата у папы?

Таня: Папа получает много денег, а ездит на работу на самолёте.

Корреспондент: А ты знаешь, кто такие гаишники?

Таня: Это человеки, которые грабят людей.

На что корреспондент, скромно усмехнувшись, закончил интервью.

Танечка (3,5 года) и дедушка оделись, и им было очень жарко стоять и ждать, пока бабушка закончит одеваться. Они вышли в коридор на лестничную площадку. Там было прохладнее.

Танечка принялась разглядывать стены. На одной из них висел почтовый ящик с рисунком человека с дыркой во лбу. Его ещё нарисовал Илья, Данилин друг, больше пятнадцати лет назад, когда они с Данилой баловались в этом же подъезде.

Танечка внимательно посмотрела на рисунок и заинтересованно спросила дедушку:

– А почему это у дяди дырка в голове?

Дедушка с нетерпением ждал конца бабушкиных одеваний и поэтому просто отмахнулся:

– Выстрелили в него, потому и дырка.

Танечка всё не могла успокоиться:

– А почему язык у него набок вывален?

– Да дядька этот мёртвый лежит, вот потому и язык у него набок.

Но Танечку такой ответ ещё больше озадачил:

– А почему?

– Да все мёртвые дядьки так лежат, – в очередной раз отмахнулся дедушка. И для наглядности показал, как они лежат. Раскинул руки, откинул голову набок, закатил глаза и вывалил язык на левую сторону рта.

Танечку это объяснение удовлетворило, и она продолжила беготню по лестничной площадке. Но тут бабушка закончила одеваться и вышла на площадку.

Дедушка начал закрывать дверь в квартиру, а Танечка вилась вокруг бабушки. И вдруг она остановилась и, задрав голову к бабушке, спросила её:

– Бабушка. А ты знаешь, как мёртвые дядьки валяются?

Бабушка была ошарашена таким кошмарным вопросом и непроизвольно выдавила из себя:

– Ну и как?

– А вот так! – и Танечка раскинула руки, откинула голову набок, закатила глаза и, вывалив язык на левую сторону, изобразила мёртвого дядьку.

Бабушка была в шоке от такого зрелища.

– И кто это тебе показал такого мёртвого дядьку? – сквозь смех и слёзы еле произнесла она.

А Танечка, чистосердечно глядя на смеющуюся бабушку, указала пальчиком в сторону дедушки.

– Дедушка, – только и вымолвил честный ребёнок.

– Ох уж этот дедушка! – продолжая смеяться, шептала бабушка. – Хулиган это, а не дедушка.

Танечку (3,5 года) уложили спать, но она никак не могла угомониться. Тогда дедушка лёг рядом с ней и начал рассказывать ей сказку, которую тут же сам сочинял. Он бубнил её на одной ноте монотонным голосом, который, по его мнению, должен был убаюкать Танечку. Бабушка, лежавшая с другого бока от Танечки, даже толкнула его в бок:

– Дед, чего это у тебя язык стал заплетаться? – прошептала она ему.

– Ой, – встрепенулся дедушка. – По-моему, я сам засыпаю.

А Танечка продолжала так же вертеться, несмотря ни на какие сказки.

Но потом она вдруг подняла голову и скомандовала:

– Всё! Хватит сказок. Туши свет. И не мешай мне спать. – она повернулась на бочок и положила ручку под щёчку.

Уже через пару минут дыхание её выровнялось и стало более глубоким. Танечка спала.

Дедушка зашёл в спальню и начал будить Танечку (3,5 года). Надо было просыпаться и начинать собираться в садик. Но Танечка не собиралась просыпаться. Она полностью накрылась одеялом и жалобно просила:

– Ещё немножко. Ещё чуть-чуть. Не надо в садик. Ещё ночь. Садик закрыт.

Дедушка нашёл глубоко под одеялом внучку и начал осторожно её тормошить. Но Танечка не желала просыпаться и только тихонечко хихикала где-то в глубине постели, а потом, высунув голову из-под одеяла, посмотрела на дедушку непонимающим взглядом.

– А ты где был? Почему ты тут не спал? – показала она на вторую половину кровати. Ведь когда дедушка рассказывал ей сказку перед сном, он лежал рядом с ней.

От такого вопроса дедушка удивился.

– Где, где? Да там я спал, – показал он на соседнюю комнату, где у него была расстелена постель.

– А-а-а, – протянула Танечка. И, как будто прощая загулявшего дедушку, протянула к нему ручки. – К тебе хочу…

Танечка (3,5 года) и дедушка собирались идти гулять. Бабушка же ещё собиралась в спальне. Танечка была одета, поэтому дедушка с Танечкой вышли в коридор на лестничную площадку, чтобы им было не так жарко.

Бабушка вышла в прихожую и, посмотрев на Танечку, всплеснула руками:

– Ох уж этот дедушка! Шапку-то надели задом наперёд!

Дедушка посмотрел на Танечку и хмыкнул:

– Поди найди, где у неё перед, а где зад.

Бабушка развязала Танечке шапку и надела её правильно, а Танечка укоризненно посмотрела на дедушку и покрутила пальцем у виска:

– Ты чего это, дедушка! Вообще, что ли?

А дедушке только и оставалось, что смеяться над своей ошибкой.

Бабушка заглядывает в кладовку и пытается найти рис. Она не находит пакет с рисом и кричит на весь дом:

– Дедушка, а куда ты положил золотистый рис?

Дедушка из соседней комнаты говорит:

– Не помню. Он, наверное, лежит где-то на кухне.

Танечка (4 года), услышав этот разговор, прокомментировала его:

– Ничего не помнит этот дедушка. У него, наверное, дырка в башке.

Дедушка и бабушка с Танечкой (4 года) сидят в цирке на третьем ряду и смотрят, как клоун веселит народ.

Клоун с кувшином подходит к зрителям первого ряда и просит их бросить туда монетку. Кто-то из родителей бросает туда по монетке. Клоун кричит:

– Не жадничайте! – берёт руку ребёнка и трясёт ею над кувшином. Из руки ребёнка в кувшин сыплются монетки.

Клоун подходит к другим родителям и проделывает ту же процедуру. После каждого такого фокуса он трясёт кувшином, и там звенят монеты, что показывает, что кувшин заполняется.

Дети со всего зала кинулись к клоуну со своими монетками.

Танечка с интересом смотрит за манипуляциями клоуна. Она очень сосредоточена на движениях и гримасах клоуна.

– Грабитель, – подвела она итог действиям клоуна.

Танечку (3,5 года) привели из детского садика. Она молча прошла в прихожую и начала раздеваться. Мама, чувствуя плохое настроение дочери, начала её спрашивать, чтобы переключить внимание ребёнка.

– А что вы делали сегодня в садике? – ласково допытывалась она у дочери.

– Ничего, – грубо отрезала дочь.

– Как так ничего? – удивилась мама. – Совсем-совсем ничего?

– Да! Ничего. Только в углу стояли, – насупив брови, неохотно начала рассказывать Танечка.

– Как в углу? – не могла понять мама. – За что?

– А мы цветы поливали.

– Кто поливал? – продолжала допытываться мама.

– Я, Макар, Егор и Алина.

– А как вы их поливали?

– А мы принесли бутылку и начали их поливать. Бабушка же поливает цветы, – чистосердечно начал рассказывать ребёнок. – А цветы стояли в вазе. А потом из вазы полилась вода. Мы её хотели вытереть, а ваза упала. И на полу было много воды. Почти озеро. – И Танечка расставила ручки, показывая, какое это было огромное озеро.

– А потом что было?

– А Нина Витальевна поставила меня, Егора и Макара в угол.

– А Алину что, не поставили в угол?

– Нет. Она попросила прощения.

– А ты не просила прощения? – поинтересовалась мама.

– Нет. Не буду я у них просить прощения. Я лучше в углу буду стоять, – гордо ответила Танечка и с высоко поднятой головой ушла к себе в комнату.

Дома жарко, и Данила (папа) ходит дома в одних трусах.

Танюшка (3,5 года) смотрит с удивлением на папу, а потом подходит к маме и тихо говорит:

– Мама, а папа сейчас все продукты потеряет.

Дедушке надо сделать укол. Бабушка уже всё приготовила для этой процедуры и говорит дедушке:

– Давай, дорогой, ложись-ка ты на кроватку.

Дедушка, кряхтя, приспускает спортивные брюки и ложится животом на кровать.

Папа с Танюшкой (3,5 года) присаживаются рядом, и папа приговаривает:

– Вот, доченька, смотри, какой дедушка храбрый. Он ничего не боится. И даже не плачет, когда ему делают уколы.

Но Танюшку это не интересует. Она подходит к бабушке, тянет её к себе и говорит ей на ушко:

– А что, у дедушки совсем нет трусов? Они что, все в стирке?

Бабушка моет посуду на кухне. К ней подходит Танюшка (4 года) и в завлекательной позе выставляет ей своё лицо для просмотра.

Бабушка краем глаза взглянула на Танюшку:

– Что, губы накрасила?

– Да, – томно ответила она, но тут же поменяла тон: – Это же хулиганство – так раскрашивать лица! – громко говорит она и, возмущённо задрав указательный пальчик над головой, машет им, наверное, подражая маме.

С утра шёл сильный снег. Но мама всё равно решила отвести Танюшку (4 года) в детский садик.

Они вдвоём вышли из дома, и мама вела Танюшку за ручку. Но идти по сугробам было очень тяжело. Танюшка еле плелась. Наконец она встала и заявила маме:

– Всё! Я больше идти не могу.

– Почему? – удивилась мама. – Надо идти в садик. А то мы опоздаем, и нас туда не пустят.

– Нет! – противилась Танюшка. – Не могу идти. У меня ноги кружатся.

Бабушка положила Танюшку (4 года) в кровать после вечерней ванны. Но Танюшка спать не хочет. Настроение у неё хорошее, и она смеётся от каждого слова, какое бы ей ни сказала бабушка. Вдруг Танюшка заявляет бабушке:

– Ты сумасшедшая, – и хитро смотрит на неё, выжидая, какое же действие окажут на бабушку её слова.

– Почему? – удивилась бабушка и, подумав, поинтересовалась у Танечки: – А кто говорил тебе такое слово?

– Папа, – моментально был дан ответ.

– А кому он так говорит? – не унималась бабушка.

– Мне, – без тени стеснения утвердительно ответила Танечка.

Танюшка (4 года) полезла в книжный шкаф и достала оттуда старую фотографию Алёны и Данилы, когда они были в Харбине. Там они запечатлены с маленькими тигрятами на руках.

Танюшка принесла эту фотографию дедушке со словами:

– Дедушка, смотри, какие у папы молодые волосы!

Даниле на фото было четырнадцать лет, и густой русый ёжик волос украшал его голову.

Дедушка с Танюшкой рассматривают на компьютере фотографии его очередного рейса. На одном из фото показана швартовка судна в Индонезии, где под причалом водились крокодилы.

Один из крокодилов даже перекусил швартовный конец. Крокодилы были огромные, до пяти метров в длину. На фото они плавали среди плавающих швартовных концов.

Дедушка подробно рассказывает Танюшке, сидящей у него на руках, всё об этих огромных рептилиях.

Вдруг Танюшка прижалась к дедушке, обняла его, подняла головку и озадаченно спрашивает дедушку:

– А они тебя не съедят?

– Нет, не съедят. Они же в воде, а я на причале. Я же к ним не полезу в воду.

– А если полезешь, то съедят? – не унималась внучка.

– Тогда съедят, – печальным голосом подтвердил дедушка.

– Нет! Не съедят! – громко возразила внучка. – Ты же ядовитый! – и ещё плотнее прижалась к дедушке.

Бабушка говорит Танюшке (4 года), чтобы она позвала Никиту (12 лет) кушать. Танюшка во всё горло кричит:

– Микита! Бабушка тебя зовёт кушать. Иди кушать!

Бабушка поправляет Танюшку:

– Надо говорить не «Микита», а «Никита». Ну-ка, скажи – Никита.

Танюшка повторяет:

– Микита.

– Да нет же, – вновь поправляет её бабушка. – Надо говорить – «Никита». Надо выговаривать Н. Скажи букву Н.

Танюшка говорит:

– Н.

– А теперь скажи – Никита.

Танюшка усердно повторяет:

– Микита.

Тут уже вмешивается дедушка:

– Надо говорить букву Н в начале этого слова. Ну вот, например, как в слове «никакой».

– Сам ты, дедушка, никакой, – обижается Танюшка, гордо разворачивается и со слезами убегает из кухни.

Дедушка с бабушкой лежат и нежатся в постели. Им так не хочется открывать глаза несмотря на то, что на улице уже совсем светло.

Вдруг дверь спальни неожиданно распахивается и на пороге спальни появляется Танюшка (4 года). Она громогласно заявляет:

– Всё! Пора вставать! К вам пришёл ваш самый лучший друг – будильник.

– Кто-кто? – ничего не понимая, спрашивает бабушка.

– Будильник! – так же громко отвечает Танюшка.

– А кто это такой – этот будильник? – уже более осмысленно продолжает бабушка.

– Таня! – так же бодро кричит Танюшка.

– А кто же назначил Танюшку будильником? – продолжает тем же тоном бабушка.

– Папа! – кричит Танюшка и бросается в бабушкины объятия.

Дедушка высадил рассаду сладких перцев на подоконнике. Эммочка (серая британская кошка) залезла и съела половину рассады, а остальные ростки повредила. Дедушка очень переживал и ругал Эммочку. Об этом рассказали Танюшке (4 года).

Через несколько дней, когда Танюшку привезли в гости, она первым делом спросила:

– А ты Эммочку отругал?

– Конечно, отругал. Теперь она больше не повредит рассаду.

А озабоченная Танюшка продолжала:

– А она покраснела?

Дедушка не понял внучку, а та, видя, что её не понимают, повторила вопрос:

– Ну ей стало стыдно?

– Конечно, ей стало стыдно. Ведь она больше не лазает на подоконник, – а сам подумал:

«После вчерашней порки эта Эммочка целый день ищет пятый угол в круглой комнате. Её не видно и не слышно».

Из словаря Танюшки (3 года и 9 месяцев):

Папаграфия – фотография.

Мамикюр – маникюр.

Убоженная коровка – божья коровка.

Олифкивиё масло – оливковое масло.

Стидидён – стадион.

Голосы – волосы.

Глинные – длинные.

Неулыбочный – грустный.

Вивиссипидист – велосипедист.

Шьюха – тётя, которая шьёт кофточки.

Нишайник – ошейник.

Шиморот – шиворот-навыворот.

Атамаран – катамаран.

Артуар – тротуар.

Папа играет с Танюшкой (3 года) и хочет поцеловать её. Но та извивается, и папе для поцелуя достаётся только попа. Папа приговаривает:

– Ох и поцелую же я сейчас Танечку в попу! – И целует попу.

Но на Танечке надеты колготки. Танечка сразу же прекращает баловаться и говорит папе:

– Ты же не попу целуешь, а колготки.

Танечку (3,5 года) стараются накормить, но та смотрит мультики и всячески избегает процесса кормления. Папа строгим голосом приказывает ей перестать смотреть мультики и начать кушать. Танечка в ответ показывает папе кулак. Папа не выдержал такого нахальства и слегка шлёпает Танечку по руке.

Танечка моментально корчит обиженную физиономию и пытается изобразить плач, начиная слезливо причитать.

– Да, ты ударил меня по ручке, – слезливо канючит она. – Она теперь у меня болит, и я теперь не смогу ей есть суп.

Танечка заворачивает ударенную левую ручку в платье и потихоньку скулит.

Дедушка, видя такую симуляцию, говорит Танечке:

– Так ты же ешь правой рукой, а завернула левую. Что у тебя, и правая рука не шевелится?

Танечка начинает шевелить правой рукой, затем вытаскивает из платья левую руку и тоже пытается ей шевелить. Когда она убеждается, что пальчики на обеих руках у неё шевелятся, она радостно смеётся, берёт ложку и начинает есть суп.

Папа идёт с Танечкой (4 года) из детского сада. Навстречу им идут два узбека и о чём-то говорят по-узбекски.

Танечка удивлённо спрашивает у папы:

– Папа. А они что, по-английски разговаривают?

Папа пытается ей объяснить:

– Нет, это у них свой такой интересный язык.

– Странно, – удивляется Танечка, – если бы они говорили по-английски, то я бы их сразу поняла.

От её слов папа остановился и, с интересом посмотрев на дочь, решил:

– Вот когда придём домой, то мы с тобой будем говорить только по-английски.

Мама старается научить Танечку (4 года) английским словам и спрашивает её:

– What’s your name?

Танечка обиженно отвечает маме:

– Я не майонез. Я Татьяна Даниловна Макарова. А вы меня иминезом называете.

Все смеются. Урок английского окончен.

Танечка (4 года) подходит к дедушке и икает. Обеспокоенный дедушка спрашивает внучку:

– Ты чего это разыкалась? Тебе надо попить водички. Тогда икота пропадёт.

– Нет, дедушка, не пропадёт. Это у меня никробы в животике появились, – печально отвечает Танечка.

– Таня, не ломай игрушки, – строго говорит внучке дедушка, когда та начинает откручивать голову кукле. – Ты её сломаешь.

– Ну и что же, – непокорно отвечает Танечка (4 года), продолжая откручивать голову. – Мама мне другую куклу купит.

– Купить-то купит, но где же она возьмёт столько денег? Ведь чтобы каждый раз покупать куклу, надо откуда-то брать деньги. Где же она возьмёт столько денег?

– Как где? – удивлённо отвечает Танечка. – В кошельке, – уже увереннее продолжает она. – У неё их там много.

– А откуда же это в мамином кошельке деньги появляются? – Дедушка с интересом смотрит на внучку.

– А их папа туда складывает, – без тени сомнения провозглашает ребёнок.

Дедушка с Танечкой (4 года) сидят на диване и смотрят, как бабушка играет в компьютере. Танечка присела около дедушки и начала рассуждать:

– А у мамы в животике вот такая лялечка. – и разводит ладошки сантиметров на двадцать.

– Да, лялечка ещё маленькая, – подтверждает правоту Танечкиных слов дедушка.

– А когда она вырастет, то станет вот такая, – уже серьёзно говорит Танечка и разводит ладошки полностью, пока руки не расходятся до конца.

– Конечно, лялечка вырастет и станет большой, – так же монотонно подтверждает дедушка, продолжая с интересом следить за бабушкиной игрой.

Танечка плотно прилегает к дедушкиной груди и гладит его по большому животу.

– А у тебя в животике тоже кто-то есть? – с интересом заглядывает она в дедушкины глаза.

– Конечно, есть, – подтверждает дедушка.

– А кто там у тебя есть? – Танечка удивлённо смотрит на дедушку.

– Кишки там у меня, – смеётся он.

Но Танечка всё продолжает гладить дедушку по животу, нажимая на него в разных местах.

Убедившись, что с дедушкиным животом всё в порядке и кишок она там не найдёт, она продолжает спрашивать:

– А их едят? – задаёт очередной вопрос, сбитый с толку ребёнок.

– Ты что, родная? Кто же их ест! В них же какашки, – смеётся дедушка. – Они же невкусные.

– Фу! Какая гадость! – Танечка брезгливо отдёргивает ручки от дедушкиного живота и пересаживается на другой конец дивана.

У Танечки (4 года) надо взять анализ крови из вены. Мама подготовила Танечку для этой процедуры:

– Тётя тебе сделает укол в ручку. Это будет немножко больно, но потом она тебе даст справку, что ты можешь идти в цирковую школу.

Танечка согласилась и пришла с мамой в поликлинику.

В кабинете врача она вела себя спокойно. Перед тем как делать укол, медсестра спросила Танечку:

– А как зовут такую смелую девочку?

Танечка повела плечиком, хмыкнула и голосом полного превосходства ответила медсестре:

– Татьяна Даниловна Макарова.

Медсестра едва сдержала улыбку от серьёзности пациентки и занялась приготовлением к уколу.

Танечка отвернула голову от перетянутой ручки. Чуть-чуть поморщилась, когда игла вошла под кожу, и стойко перенесла весь забор крови.

Медсестра была поражена таким поведением ребёнка:

– Молодец, Татьяна Даниловна! А теперь зажми ватку на ручке и пять минут не отпускай её.

Танечка согнула ручку, зажала в ней ватку и уже твёрдым голосом потребовала:

– А где справка?

– Какая справка? – не поняла сестра.

– С которой меня должны пустить в школу, – пояснила Танечка.

– Ах, справка, – медсестра увидела знаки, которые подавала ей мама Танечки. – Сейчас я её выпишу.

Справка была выписана, и Танечка в сопровождении мамы покинула кабинет, гордо неся в свободной руке справку, которая теперь являлась её пропуском в цирковую школу.

Бабушка, дедушка и Танечка (4 года) возвращались из зоомагазина, где смотрели рыбок.

Дедушка засмотрелся на рекламный щит, на котором была реклама о круизных рейсах на пассажирском теплоходе. Бабушка увидела, что дедушка отстал от них, и позвала его:

– Дедушка! Иди к нам. Мы тебя ждём!

Они с Танечкой остановились и ждали, когда же дедушка отреагирует на их призывы. Но дедушка был занят чтением рекламы.

Танечка не выдержала:

– Завис этот дедушка! – и, махнув рукой, подытожила: – Вот балбес!

Бабушка была поражена выражениями внучки и только и смогла вымолвить:

– Таня! Ну нельзя же так говорить про дедушку! – на что внучка не отреагировала, а взяв бабушку за руку, потянула в сторону дома.

Танечке (4 года) папа привёз самокат, который всю ночь простоял в коридоре. Ей так хочется покататься, что она пристаёт к дедушке с одним и тем же вопросом:

– А в квартире можно кататься?

Дедушке надоели эти вопросы, и он отмахнулся:

– Можно, можно. Бери самокат и катайся. Коридор длинный.

Танечка с радостью схватила самокат и начала носиться по коридору с криками:

– Дедушка! Я тебя обогняю!

Бабушка полила цветы и села в кресло передохнуть. Но Танечка (4 года) всё не унималась. Ей хотелось ещё и ещё поливать цветы. Но бабушка устала, и ей очень не хотелось вставать.

– Таня! Цветы уже политы. Их не надо больше поливать.

Но внучка всё никак не могла угомониться и всё скакала вокруг бабушки.

– Цветы уже поли́вились, и их не надо больше поли́вить, – всё приговаривала она, делая ударение на первую И.

Танюшка (4,5 года) допытывается у дедушки:

– Дедушка, а ты красивый?

Рука дедушки от такого вопроса даже потянулась почесать макушку.

– Вообще-то – нормальный. Красота мне ни к чему, – пробубнил он в ответ.

– А я красивая? – не унимается Танюшка.

– Конечно, красивая. Лучше тебя никого на свете нет, – облегчённо проговорил дедушка и поцеловал любопытную внучку.

Танюшка (4,5 года) стоит у раковины и тщательно чистит зубы. Дедушка её поторапливает:

– Хватит уже чистоту наводить. Совсем сотрёшь зубки.

Танюшка прерывает процедуру и возмущённо говорит дедушке:

– Ты что, дедушка?! А вдруг там дредные никробы останутся! – и показывает себе на открытый рот. Потом ещё несколько минут елозит щёткой по зубам и, показывая их дедушке, спрашивает: – Ну и какие теперь у меня зубки?

– Самые чистые на свете зубки, – хвалит внучку дедушка.

Танюшка (4,5 года) носится по дому. Она забегает во все комнаты со смехом и просит дедушку, чтобы он её ещё и ещё догонял. В квартире только и слышен её радостный смех. Бабушка выходит из кухни и умилённо говорит, протягивая руки к своей внучке:

– Ах ты моя коза-дереза!

Танюшка на мгновение останавливается, сурово бросает взгляд на бабушку и, дёрнув плечиком, говорит:

– Я не твоя коза деревянная! – и уносится в другой конец квартиры.

Танюшка (4,5 года) вернулась после парада на 9 Мая. Она возбуждена и пытается рассказать, что же она там такое интересное видела. Все её внимательно слушают, только бабушка спросила: