PRO любовь
Екатерина Гаврилова

© Екатерина Гаврилова, 2021

ISBN 978-5-0051-9064-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Я защищена

Я защищена. Не крестом – тем, что сильнее,

Тем, что мощнее. Твоею спиной.

И даже апокалипсиса пронзительный вой

Мне покажется шепотом

Рядом с родною небритой щекой.

Воды второго потопа расступятся смирно

За тобой.

Пусть я крепка, но все равно уязвима…

Ты часть моего мира. Ты – моя Сила.

Один звонок «я приехал»

Один звонок «я приехал» —

Все, воздух для меня уже не станет прежним.

Он разряжен, наполнен ароматом вешним,

Таким знакомым, здешним.

Ты не будешь честен, а я и не претендовала на загадку.

Сердце ведь уже давно в заплатках.

И что с того, что на одну прибавится

Победа, ради той, что таят твои визиты,

С клеймом обнаженной Маргариты,

Мнется сменный шелк отеля.

Старуха-ночь ключи сдала,

Я сдала – позиции,

Благодарю, что ты ослабил мои спицы.

В принципе, не век же инквизиций.

А там, где слышен скрип домашней половицы,

Стынет борщ, и детский смех разносится из ванной,

Бытовой сценарий

Моей земли Обетованной

Такие, как ты

Такие, как ты, не влюбляются

Рано.

Не страдают по пустякам, не целуются на виду у всех.

Мало

Таким, как ты, плотских утех

И ласки, общественного мнения.

Не обесценивайся, не сравнивай

себя – никогда.

Ты – это часть большого целого,

Что берегут три огромных кита.

Такие, как ты, не влюбляются

За что-то —

Тебе не нужен откат.

Такие, как ты, берутся за руки —

И вопреки всему уходят в закат.

Спустись с цыпочек, родная

Спустись с цыпочек, родная.

Каждый день как на войну.

Но не по существу,

А по собственному желанию.

Папа говорил, что ты барбарис,

Сладкая ягода для победителя.

Девочка моя, ты выросла с духом воителя.

Зашит очень плотно твой дамский каприз.

А Всевышний давно обещает скидку.

Принц точно свернет на твою тропинку.

Бывшие один на одного похожи.

Бесит уже… сильно… до дрожи.

Карьера, семья, четырехстенная коробка,

Как и должно быть, по ГОСТу.

Вот они – ценности взрослые.

И шпилька до неба, чтобы выше казаться.

А Всевышний смеется да сахар в чае мешает.

Спускайся с цыпочек, родная.

Передышка тебе не помешает.

Можно я буду в майке?

Можно я буду в майке?

Мятой, домашней,

Жизнью пропахшей.

Можно я буду собой?

Настоящей.

Свидание

А давай

Пойдем в уютное кафе? Устрицы есть.

Я буду в образе: красный платок на шее, как у Че,

и немного стервозности в лице.

И спрошу такая: «Не, ну а че?»

Эндорфинов передоз?

Эндорфинов передоз?

(Или просто не дорос

до такого великолепия?)

Мое человеческое оперение

Серо.

Я птица, птица в заточении.

Хорошо мудрейшим, они все уже умеют.

Научи меня: мантрам, янтрам и чтению между строк.

Не нажимай курок,

Преждевременно.

Не выставляй счета.

Помни, дорогой, женщина всегда права

В любом своем решении.

Весна

Скорее бы растаял снег

и потекли ручьи.

Маленький кораблик из пенопласта —

плыви!

Потому что я твой друг

Эта квартира насквозь пропитанная дымом и свободой.

Стол книжкой, граненый стакан, собака пролетарской породы.

На часах уже полночь, а мы все спорим:

О юношестве, родителях и детсадовской кори,

О времени, когда все было спокойно —

Когда мы искали себя.

Кляксы на парте,

Русая коса, что свела всех с ума.

Первый косяк на двоих, грязный двор московский.

3 утра на часах, мы не расходимся.

И кажется, что вот-вот постучит в квартиру Высоцкий

Или похожий: мечтатель с гитарой в руках.

Ты рассуждаешь: нужно преодолеть свой страх,

Стать чище, добрее к людям,

Забыть обиды, синяки и собрать наконец свои камни,

Те, что раскидали еще в лучшие годы.

Это не противоречит моей природе —

Очередной вечер разговора по душам.

Укутайся в шерстяное пальто, по прогнозу замерзнут лужи.

И звони, даже если самая сильная стужа,

И когда доказывать всем уже станет не нужно,

Звони.

Я отзовусь, обещаю.

Потому что я твой друг.

Слово

Тихо!

Не смей перебивать женщину.

За ней всегда последнее

Слово.

Пусть даже и в рифму.

Это ее лингвистическое золото:

Серпом и молотом,

выбивалось оно,

Держалось в черном теле в 90-х,

И сейчас вновь обрело свободу

Слова.

Вставайте, творческие люди:

Писатели, актеры,

Художники, поэты, режиссеры,

Те, за кем последнее

Слово,

Пришло наше время: творить, создавать, вести за собой,

Замолвить за каждым доброе

Слово,

Для кого беседа, кому и ссора.

Вставайте, люди,

Наконец, вам дано

Слово!

Взмах пшеничных волос

Я навсегда запомню этот момент.

Взмах пшеничных волос,

Как прощение. Как прощание.

Не нужно слов.

Бесполезны движения.

Этот момент – откровение.

И я хочу верить, что оно предназначалось только мне.

Не я, но ты беспечное творение.

О, бог явно был в хорошем настроении,

Оказав честь, создав тебя.

Глаза, а в них искра

И невинная вера, что все хорошо

Что каждый день – воскресение,

И так будет всегда.

Бесконечный катарсис.

Я разрисую скулы, выщипаю брови

Я разрисую скулы, выщипаю брови.

О, как будет счастлив прожорливый бог моды.

Я грудь раздую до трендовых размеров.

Засверкают фарфоровые зубы,

И по швам пойдут накачанные губы.

Ресницы наращу, как крылья птицы Рух,

И по головам пойду всех моих подруг.

Блестками увешусь, как елка в Новый год,

А попу накачаю, чтоб разгрызть не смог.

Волосы от стайлера уже совсем спалила.

А мозги потом, еще не накопила.

Суженое-ряженое

Суженое-ряженое,

Молодое, не изгаженное,

обещанное раз,

Поделеное дважды.

Сладкое и спелое,

Наивное и неумелое.

Теплое и светлое

На волне одной мечты.

Мое первое чувство любви.

Он все ждал ее, под домом, у машины

Он все ждал ее, под домом, у машины.

Припаркованные лимузины

Отражали его силует.

Дрожь в руках, наш герой считал свои вздохи.

Глаза, подернутые поволокой,

Снились каждый день,

По собственной воле или воле рока,

Тот, кто так и остался не повзрослевшим богом.

Смотрел, как увядает роза

В четырех стенах собственного замка.

А время нещадно наступало на пятки.

Потерян смысл продолжать играть в прятки.

А он все стоит, ища ее под дождем,

Как мантру шепча: «Подождем… подождем».

Золотая молодежь

Жизнь раздвигает ноги только тем,

кто в рубашке родился от Гуччи или Прада.

Хорошо, что у тебя золотой папа.

Ты как вишня, пьяная и в шоколаде,

Танцуешь на этом шесте

В роскошном платье,

Не стыдясь искусственного лоска.

Броско

Выглядят губы на пол-лица.

Зачекинься со мной, дива недоступного мира,

Где дорога домой, цвета мела,

Тебе ведь сама Примадонна пела

На твое совершеннолетие.

Твой кусок торта с кремовой розой.

Нервозно

И страшно потом смотреть на тебя на Первом:

Худой, без волос и с гнойниками на коже,

И сдутые губы в улыбку сложишь.

Ведь папа проплатит, и это хайп тоже.

Ты, я, пачка «Мальборо» и капучино

Ты пахнешь, как колумбийский барон: гремучая смесь мускуса, табака и арабики.

Я готова вновь надеть эти потертые Адики

И побежать по улицам старого Ленинграда.

Найти наше потерянное сокровище.

Вниз по набережной, со стороны Адмиралтейского сада,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.