# История одного монастыря

Алексей Тенчой

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Дорогой читатель! Вы станете участником необыкновенной истории создания, разрушения и возрождения буддийского монастыря. Из века в век происходили с его монахами чудеса и удивительные случаи. В 30-е годы 20-го века монастырь был разрушен, как и многие храмы в те времена. Необычна и история восстановления монастыря в наши дни. Эта книга создана на основе реальных фактов из жизни четырех буддийских монастырей, надеемся на то, что для вас она будет интересна и познавательна.

© Алексей Тенчой, 2021


ISBN 978-5-0051-5057-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## СТРОИТЕЛЬСТВО МОНАСТЫРЯ

Солнце неспешно шествовало к горизонту. Изнуряющий зной сменялся живительной прохладой. Во дворе монастыря маленькие монахи в бордовых накидках толпой окружили старого ламу, который устроился под раскидистым деревом. Они расселись вокруг учителя и тот начал рассказ:

– В давние времена, в Европе рыцари верхом на конях, в кольчугах и латах, скрещивали копья на рыцарских турнирах, показывая свою силу, удаль и отвагу. Нечто похожее происходило и на Востоке. Только, в отличие от европейцев, восточные мужчины соперничали между собой не в физической, но в духовной силе. На территории Индии, Тибета, Монголии практиковали высшую магию. Освоение этих знаний открывало совершенно иные возможности достижения внутреннего сосредоточения. Например, старики утверждали, что каждый такой практик чувствовал присутствие другого на дальних расстояниях, и появлялось желание соперничать друг с другом, особенно в невидимой человеческому глазу силе.

Среди обладающих магическими способностями также попадались чернокнижники и колдуны. Простолюдинов и людей, не занимающихся такими практиками, они не замечали, для них они были объектами, недостойными их внимания. Многие из этих магов не обладали высокой этикой и нравственностью. Они не считали это обязательным для себя качеством, поэтому некоторых из них переполняло тщеславие, в угоду которому они отправлялись на магические турниры сражаться с более известными, практикующими магами, что бы прославиться.

В этих турнирах принимали участие только самые лучшие и самые сильные маги. Все, кто практиковал, получали известия о предстоящих поединках, которые часто заканчивались гибелью проигравшего и славой для победившего.

Некоторые буддийские монахи в те времена занимались тайными практиками, для них обретение сверхспособностей было необходимо для защиты всех людей от вредоносного влияния магии. Монахам очень часто приходилось сталкиваться с сангаспа, ибо последние постоянно нападали на них без предупреждения.

Несколько столетий тому назад, на просторах Монголии, люди решили, что без буддизма им не обойтись.

– Надо принять Прибежище в Трех драгоценностях, если хотим, чтобы дети наши жили в мире и были счастливы, последуем учению Будды. – Говорили они друг другу.

Иногда к ним приходили монахи и рассказывали о превосходстве очищения своего сознания от негативных склонностей, обуздания ума, порождения доброго сердца, принятия ответственности за свою судьбу. Изо дня в день обсуждали, взвешивая все «за» и «против», решили люди своими силами построить в этой местности дацан, посвящённый Будде.

Пригласили монахов из Тибета построить храм по всем канонами.

Обойдя окрестности, монахи выбрали подходящее место для будущего дацана. Сначала, соблюдая обычаи, ламы совершили обряд подношения хозяину местности, так как не обращаются с просьбами под прибежище к сабдакам, а угощают их. Потом монахи сделали обряд подношение хозяевам воды – нагам. Для выполнения ритуала, монахи принесли молоко красной коровы, белой козы и благовония. За день до ритуала, все ламы проводящие обряд, соблюдали пост, ограничивая себя в употреблении в пищу чеснока, лука и мяса.

Обряд прошел удачно, все знаки природы свидетельствовали об этом – и двойная радуга, и небольшой дождик.

Некоторые местные жители, словно загипнотизированные звуками литавр, и мерным стуком барабанчиков, утверждали, что видели огромную змею, которая проползла мимо монахов и какое-то время внимательно слушала обряд.

Монахи, совершавшие обряд, утверждали, что наги пообещали не мешать в будущем этому дацану, и даже помогать в пропитании монахам. Данное обещание касалось той территории, которую сейчас, перед закладкой первого камня, монахи сами себе отмерят. Потому ламы очертили нужную для будущего дацана землю, вырыли там ров глубиной в метр и засыпали его пеплом.

Настало время строить храм. Местные жители были счастливы, что все так удачно складывается. В постройке храма участвовали почти все мужчины местности. Каждому хотелось быть причастным к святому делу, поэтому отстроили дацан довольно таки быстро.

После того, как дацан был построен, следовало пригласить настоятелем образованного мудрого учителя. Делегация местных жителей отправилась в один из больших монастырей, где им посоветовали попросить Норбу-ламу стать настоятелем их дацана. Это был знаменитый учёный, а его ученики практиковали повсюду.

К Норбу-ламе отправили делегацию с подношениями и низким поклоном, и конечно же, с просьбой возглавить построенный дацан. Норбу-лама был рад, что в людях жива вера настолько, что им самим удалось возвести дацан, и он, с радостью дал своё согласие, и вскоре засобирался в путь. И вот только Норбу-лама вместе с учениками подъехал дацану и увидел его, как сердце учителя тревожно заколотилось, а затем, наоборот стало биться тише, а потом, и вовсе остановилось. Норбу – лама, прижав руку к груди упал с лошади на землю. Пока подбежали его ученики, чтобы оказать ему помощь, он уже ушел в мир иной. Для местных жителей, которые верили в приметы, случившаяся трагедия была очень дурным знамением, они конечно же, осознавая недобрый знак, огорчились, потеряли былую уверенность, но ничего поделать в данной ситуации не могли. Монахи, прибывшие вместе с Норбу-ламой, своевременно совершили обряд погребения Норбу-ламы, тело усопшего предали огню.

Погоревав о случившемся местные жителя опять собрали делегацию, и направили ее на поиски настоятеля.

Теперь в монастыре им посоветовали Таши—ламу из Тибета. Он также был мудрым, известным учителем, кроме того слыл добрым и отзывчивым человеком. Делегация, в которую были включены несколько учеников Таши-ламы, поехала с ходатайством в Тибет.

Таши—лама, выслушав прибывших, дал свое согласие на служение Будде в стенах нового дацана, и не мешкая, отправился в путь, но, на горном перевале его лошадь, неудачно шагнув, подвернула ногу и упала в расщелину. Сам Таши-лама, не удержавшись в седле, сорвался с лошади и упал на огромный скол каменной глыбы. Сломав от жесткого удара о камень позвоночник, Таши-лама умер, так и не приходя в сознание.

Так, в силу злого рока, дважды не удалось новым настоятелям живыми добраться до дацана. Эта весть быстро разлетелась повсюду и дацан, который с такою любовью и желанием возводился, в силу трагичных знамений, получил в народе славу заколдованного.

Делегация прихожан в третий раз прибыла в монастырь с просьбами о помощи. Настоятель монастыря отправил письмо Аняа-ламе с предложением стать настоятелем дацана, при этом подробно изложил все сложности, которые возникли при поиске настоятеля.

Аняа – лама, получив послание, несколько раз перечитал письмо, и хорошо подумав, согласился. И с тех пор, уважая твердость внутреннего духа, его все называли его Аняа-ламахай. Этот учитель на протяжении тридцати лет изучал философские трактаты, а затем тантрические практики в монастыре Гюдмед и был известен как очень сильный, могучий практик тайных знаний. С виду он ничем не отличался от сотни других пожилых лам, такой же жилистый, суховатый, бородатый, вот только связь с тайными божествами у него была крепкая, он с легкостью, даже не погружаясь в медитации, общался с ними. Поэтому ламахай, имеющий очень сильную веру в Три драгоценности, не отказался от столь опасного пути.

Сел ламахай на своего вороного коня, такого же крепкого, жилистого, как и он сам, и в сопровождении двух монахов, вызвавшихся добровольно следовать за ним, чтобы продолжать у него свое обучение, смело отправился в путь. После долгого пути Аняа-ламахай увидел золотую крышу дацана, но вдруг, насторожившись, остановил коня, и, словно прислушиваясь к внешнему миру, замер. Ламахай поднял указательный палец вверх, подавая знак следующим за ним монахам, чтобы те притихли.

Так, в тишине, прислушиваясь, Аняа-ламахай, простоял несколько минут, затем, быстро свернул коня на тропу, уводящую в сторону от основной дороги, и поднялся на пригорок, с которого открывался вид на дацан. Ученики последовали за ним.

На самой вершине горы ламахай слез с коня, потоптался на месте, а после, попросил своих учеников, раскопать землю под ногами. То была, видимо, давно засыпанная яма. Монахи удивились, но безропотно повиновались приказу. Яму вдвоем они раскопали быстро, и обнаружили на ее дне с затянутой на шее и завязанной в узел петлей, мертвую собаку. Труп собаки в яме был уложен так, что ее голова была мордой направлена в сторону монастыря.

Увидев труп животного, Аняа-ламахай удовлетворённо кивнул, затем спокойным тоном попросил:

– Развяжите узел веревки и положите ее рядом с собакой, потом разверните голову собаки назад, и снова закопайте ее могилу.