# Под сиреневым небом

Елена Шевич

Герои рассказа, оказавшиеся на далёкой планете, делают нравственный выбор – каждый свой.

## Под сиреневым небом

– Помните, нарушение инструкций грозит гибелью… Свенсон, Ямамото, Роббинс… желаю вам счастливого возвращения. Выход на связь по расписанию… выход на связь по расписанию… выход на связь по расписанию…

Роббинс с трудом открыл глаза – перед лицом плыли блёклые огни аварийного освещения.

– Баскин, Баскин…

Превозмогая боль в шее, Роббинс повернулся:

– Что, что? Говори…

Ямамото удивлённо смотрел на Роббинса, изо рта у него выдувались красные пузыри.

Свенсона не было видно. Где он?

– Джонни… – прохрипел Ямамото, захлебнулся и умолк навсегда.

«Надо же! Он помнит моё имя». Никто в экипаже не называл Роббинса по имени. Кличка «Баскин» – по названию сети кафемороженых – прилипла к нему, как вторая кожа. Что было такого в его огромных чёрных глазах, что почти каждый, едва взглянув на него, пытался начать помыкать им? Рабская покорность его предков – искателей жемчуга с тропических островов, или что-то ещё?

– Свенсон!

Молчание.

…Всё пошло наперекосяк. Они должны были приземлиться там же, где исчезнувшая экспедиция Райта. Но едва они вошли в атмосферу – пропала связь с базовым кораблём, отказало управление и заглохли главные двигатели. Пытались запустить резервные и приблизиться к заданной точке. Момент падения растянулся в памяти Роббинса, как замедленная съёмка. Корабль беспорядочно «крутило». С треском вырвалось кресло, в котором сидел Ямамото, накрепко пристёгнутый ремнями. Он налетел грудью на приборную панель. Свенсон, громко ругаясь, судорожно вцепился руками и ногами в своё кресло, которое угрожающе раскачивалось, но пока ещё держалось. Сиденье Роббинса осталось на месте, но не выдержали нагрузки крепежи ремней – Джона выкинуло из кресла и несколько раз ударило о переборки. Внезапно чьито мягкие «лапы» подхватили его тело… Тёплое прикосновение к лицу – и он впал в спокойную полудрёму. А потом они просто грохнулись на поверхность злополучной планеты Z18.

…В трещину обшивки задувал ветер. Машинально взглянул на датчики – содержание кислорода пониженное. Потянулся к кислородной маске, но потом махнул рукой: «Не всё ли равно?» Рассовал в карманы комбинезона всё, что предписывает инструкция – сухой паёк, фляжку с порошком для утоления жажды, галактический навигатор, коекакие личные мелочи. Входной люк был открыт. «Свенсон подумал, что мы мертвы и ушёл?» Роббинс выполз на землю, или что тут у них? Бурая поверхность, похожая на сухую глину – на такой следов не останется, вдали чернеют скалы. Он перевернулся на спину – в сиреневом небе поднимались два солнца. Одно с розоватым отливом, другое синее. Глаза спокойно выдерживали их тусклый свет, а вот дышать было бы тяжело, если бы не тёплый лёгкий ветерок. Джон пробовал подняться, но не смог изза головокружения и боли в спине; на четвереньках пополз в сторону скал – там что-торосло… Несколько раз пытался кричать пересохшим горлом, звать своего командира – но крики словно увязали в воздухе. Сыпанул из фляжки в рот порошка, от кислой слюны свело скулы. База пришлёт за ними спасательную «шлюпку» не раньше, чем через три дня после последнего сеанса связи, значит НЗ надо поберечь…

Целое поле цветов – высотой с небольшие подсолнухи. Синее бугорчатое соцветие размером с ладонь напоминало сосредоточенную мордашку. Коричневые листья, жёсткие на ощупь – едва Роббинс дотронулся, лист вырвался из его руки и прижался к стеблю. Через некоторое время осторожно вернулся в прежнее положение. Джон легонько погладил листик пальцем – тот погладил его в ответ, а мордашка изобразила нечто вроде улыбки… Вверху полыхнуло сиреневым огнём – два солнца встретились в небе. Все цветы как по команде прижали листья к стеблям и… «провалились» под землю. Почва затягивалась как жидкая грязь и тут же вновь отвердевала. Роббинс не успевал удивляться, а в небе полыхали… или разливались розовые, сиреневые, лиловые, фиолетовые, пурпурные, ещё Бог знает какие краски. На Земле такого не увидишь – он улёгся на спину и наслаждался зрелищем. Стало заметно жарче… Боль в спине понемногу проходила. Попробовал встать на ноги – вроде ничего… Прошёлся, приблизился к чёрным, похожим на базальт, скалам. Короткий день на планете Z18 подходил к концу. Светила давно разошлись в разные стороны. Из ущелья потянулся лиловый туман, за ним наступала мгла. Изпод земли, как чёртики из табакерок, выскочили цветы, расправили листья. Джон отошёл подальше, чтобы не повредить их в темноте. Туман наползал на равнину. Роббинс почувствовал чьёто присутствие. Поднял голову – с неба спускались полупрозрачные, с металлическим блеском шары. «За мной следят?» – только успел подумать… и понял, что проваливается под землю.