Фальшивая любовь
Ирина Мельникова

© Ирина Мельникова, 2021

ISBN 978-5-0053-2195-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Эту историю я написала, когда мне было девятнадцать.

Её героем был вполне себе известный эстрадный певец – об этом просили мои читатели. То есть, конечно, читательницы.

Перечитывая старые заметки и первые пробы пера, я решила, что эта история о любви вполне достойна того, чтобы о ней услышали снова. Конечно, имена и фамилии пришлось изменить, текст прошёл лёгкую редакторскую обработку, но структура осталась неизменной.

Не воспринимайте это как глубокомысленную прозу, просто позвольте себе расслабиться, сделать короткую передышку в череде дел и приятно провести время с немного наивной, но увлекательной историей о любви.

Счастливого вам литературного путешествия!

Часть первая

– Вкуснотища! – воскликнула Света, наевшись до отвала и удовлетворённо откидываясь на мягкую спинку стула. – Жень, а давай это кафе будет нашим? Будем сюда приходить, отмечать наши большие и маленькие удачи. Мне нравится!

Она ещё раз восхищённо обводит глазами пространство вокруг, и я повторяю за ней. Двери кафе были стеклянными, а окна – большими, уходящими в пол. Внутри тоже очень уютно, и, что важно для меня, существует разграничение залов для курящих и некурящих. Я с детства не переношу запах сигаретного дыма, а потому меня окружают в основном некурящие люди – так уж повелось.

– Вот это город! – мечтательно протягивает Света, глядя в окно. – Я всегда мечтала тут жить, и вот – мечты сбываются!

– Подожди ещё, мы ведь даже с жильем не определились. А то ждёт нас обратный рейс в родной Новосибирск.

– Ну вот ещё! Не для того я уезжала, чтобы вернуться обратно. Всё, хватит! А с жильём всё почти решено: мы ведь договорились о квартире, так что не паникуй. Сейчас посидим ещё пару минут и сразу туда. Посмотрим, заплатим – и начнётся наконец настоящая жизнь – как мы хотели!

– Не понимаю, чем тебя до этого жизнь не устраивала, – хмыкаю я, доедая свой салат и соглашаясь с тем, что пока начало и впрямь весьма гладкое.

– Женька, ты невыносима! Что значит «чем»? А что хорошего в провинции? Ни возможностей никаких, ни самореализации, ни звёзд настоящих. Так если только, проездом.

– Это ты об Арсеньеве что ли? – саркастически хмыкаю я. – Тоже мне, звезда!

– Женька, – предупредительно произносит подруга, сурово нахмурив брови.

Запретную тему «не обижай любимчика» затронула. Как же, как же! Я к этой её страсти всегда относилась с иронией. Ну, любит девочка звезду, со многими случается. Возраст переходный, чувства зыбкие, мир розовый и так далее, и тому подобное. Но нет. Время шло, девочка росла и вроде бы должна была ума набраться, вот только его почему-то не наблюдалось. В отношении влюблённости в звезду уж точно. И вот на пороге двадцатитрёхлетия подруга надумала перебраться в Москву на ПМЖ¹, чтобы шанс встретиться с ним был наверняка. Без моего участия дело, естественно, не обошлось. Но я и не против. Москва никогда не была для меня эталоном счастливой жизни, но круг возможностей здесь действительно шире, а значит, можно попытаться прорваться. Однако у моей сумасбродной подруги на уме было совсем другое. Какая там карьера, какое саморазвитие?! Любовь! Арсеньев!

Вслух я ничего не высказывала, боясь ранить чувства Светланы и потерять нашу драгоценную дружбу. А она (Светка), поверьте, ни грамма не сомневалась в том, что рано или поздно станет, ни много ни мало, женой своего фаворита.

– Окей, и как же ты собираешься завоевать его сердце?

– Для начала мне нужно найти его.

– Разумно. Осмелюсь поинтересоваться, где именно ты собираешься искать?

– На концертных площадках, конечно. В театре. Знаешь, нам непременно нужно сходить в театр. Я уверена, после того, как ты увидишь его на сцене, в образе, ты навсегда изменишь своё мнение и… – заводит она привычную басню, и я, не став на этот раз дослушивать до конца, перебиваю.

– Допустим, что о Сергее Арсеньеве как об артисте я изменю своё мнение. Но ведь образ на сцене и реальный человек – совсем не одно и то же.

– Да ты не понимаешь! Я увлекаюсь его творчеством…

– …и жизнью, – вставляю я.

– И жизнью, – не стала спорить подруга.

– И личной жизнью, – опять дополняю.

– Настолько, насколько он открывает её зрителю. Так вот, благодаря интервью, видеорепортажам и его общению с поклонниками можно понять, каков человек на самом деле. И, поверь мне, Женька, он чудесный!

– Может и так, только я не хочу, чтобы потом ты рыдала, когда увидишь в его Инстаграме объявление о свадьбе с какой-нибудь светской дивой. Пойми, на поклонницах не женятся. Они лишь массовка, почитатели, серая безликая масса.

– Всё, хватит! Тот, кто не переживал этого сам, никогда не сможет понять и прочувствовать настоящую любовь, и не важно, к звезде она или к простому человеку. К тому же, если ты не веришь в чудеса, как они могут случиться с тобой, а?

Доля правды в её словах, определенно, присутствует, но она относится совсем не к той ситуации, к которой пыталась прилепить её Света. Артист и поклонники – два разных полюса, несмотря на иллюзию близости. Никогда им не поменяться местами, потому что одни – там, на олимпе, а другие внизу, у подножия горы, и им кажется, что солнце, которое светит с небес, такое большое и тёплое, светит только им. Но оно светит всем – от Урала до Сибири.

– Пойдём уже, – вздыхает Светка, поглядывая на часы. Она не любит, когда спор заканчивается не в её пользу. – А то отдадут кому-нибудь нашу квартирку.

Я абсолютно не думала об этом. Меня беспокоит иное: неужели теперь в нашей жизни будет так: я думаю о карьере и зарабатываю для нас двоих, а Светка станет бегать по концертным площадкам и театрам в поисках своей любви? Эдак дело не пойдёт, нужно будет сразу расставить все точки над «ё». Но это чуть позже. Сейчас нам действительно нужно спешить на Войковскую станцию и искать ту самую улицу и тот самый дом, где нам, возможно, предстоит прожить не один год своей жизни. Если повезёт, конечно!

Квартира нам понравилась. Ну и что, что однокомнатная и совсем крохотная. Мы со Светой девушки миниатюрные, поместимся.

Расплатившись с хозяйкой за два месяца вперёд и выслушав кучу наставлений, мы наконец оказались одни и можем спокойно вздохнуть.

Подруга тут же раскрыла ноутбук и зависла за любимым занятием, а я отправляюсь на кухню, чтобы разложить по полкам прихваченную с собой посуду. Здесь тоже тесно и очень скромно: стол, два стула, плита, однокамерный холодильник дореволюционного периода и небольшой телевизор. Последнее меня очень обрадовало. Я с детства не выношу тишины и даже когда готовлю или занимаюсь иным общественным делом, слушаю музыку или включаю фоном телевизор. То же самое я сделала и сейчас. По одному из двадцати доступных каналов шёл концерт, посвящённый какой-то исторической дате – её я пропустила мимо ушей, поскольку было нечто другое, что занимало меня сейчас куда больше. А именно – то, что находилось в холодильнике. Там была пустота.

Серьёзно, неужели мы вправду рассчитывали, что нам сдадут квартиру в Москве, да ещё и едой снабдят?

– Свет, а что мы есть будем? – кричу я.

Но в ответ слышу невнятное:

– Что хочешь. Я вообще есть не хочу.

– Отлично, одной проблемой меньше, – выдыхаю вслух, хотя про себя не могла сказать того же. Лично мне пока есть хочется лишь немного, но думать о том, чем утолить голод, нужно уже сейчас.

– Выступает Сергей Арсеньев, – вклинивается в мои раздумья голос ведущего.

Замечательно! Только этого мне сейчас и не хватало.

Однако выключать телевизор я не стала, а, вздохнув, позвала подругу. Может, это и правда счастливый знак: только заселились, и он тут как тут?

В этот раз она даже не обиделась на обычно раздражающее её местоимение «твой» – а я этого певца только так и обозначала – примчалась за доли секунды и застыла перед экраном с таким умилительным видом, что я поспешила выйти. На этот раз совсем не потому, что не разделяю страсти Светы, а потому, что считаю себя лишней в этом «действе». Неужели это и правда любовь? Неужели этого ей достаточно? Мне всегда казалось, что любовь – это нечто большее. Гораздо большее! А как же поцелуи, прогулки и разговоры по душам? Вот и решай теперь: то ли я от жизни отстала, то ли Света не хочет этого понимать.

– Всё, – разочарованно вздохнув, подруга вернулась в комнату.

– Довольна? Это вместо сказки на ночь.

– Ха-ха, – выдавливает она с кислой физиономией, даже не улыбнувшись моей шутке. – Только ты зря завидуешь. У меня хоть какая-то радость в жизни есть, а ты чем подзаряжаешься?

– Странные у тебя понятия о радостях. Я вот смотрю на жизнь более оптимистично и, кстати, совсем не хотела бы зависеть от кого-то или чего-то, даже если бы вся радость жизни заключалось только в этом человеке или предмете.

Она не ответила, снова уткнувшись в монитор и давая понять, что разговор окончен. Не знаю, что это с ней произошло, но вместо привычной эйфории от выступления своего любимчика на её лице вырисовывается лишь наличие вселенской скорби, а потому я всё же рискую поинтересоваться:

– Что-то произошло?

– Да.

Только и всего? Немного я добилась.

И всё-таки предпримаю новую попытку разговорить мрачную подругу, хотя терпеть не могу лезть другим душу.

– Свет? Это, часом, не с твоим… – я тут же прикусываю язык и исправляюсь: – Не с Арсеньевым связано?

– С ним. Поэтому, думаю, тебе будет неинтересно.

– Да ладно, я готова потерпеть. Просто не могу смотреть, как ты сидишь мрачнее тучи, и я не понимаю, почему.

Пару секунд она молчит, обдумывая, готова ли доверить мне свою тайну, и наконец произносит тоном, который вряд ли удастся передать даже самой талантливой артистке – столько скорби в нем было:

– Он написал, что скоро покажет свою невесту.

– И? – осторожно интересуюсь я.

– У него скоро свадьба.

– Да ладно, сколько у него уже было этих невест?

– Женя, ты не понимаешь! – Она даже подпрыгивает от возмущения и начинает ходить по комнате туда-сюда. – Обычно это были «подруги» или «девушки». Или «любимые», в конце концов. А теперь «невеста»!

– Свет, да может это просто «утка» для прессы! Самопиар!

– «Утки» пишут журналисты, а Сережа говорит правду. И это значит лишь одно: что у него скоро свадьба. А невеста не я!

Высказав последнее, Светка разрыдалась. Дело дошло до абсурда. Ну надо же, я и не предполагала, насколько глубоко её задело. А как успокоить – понятия не имею. Накаркала, называется. Кто меня за язык тянул болтать сегодня об этой свадьбе? Хотя вряд ли дело во мне…

– Слушай, ну не плачь. Это он просто тебя ещё не видел. Вот сходим куда-нибудь в кафе, где он часто бывает, или в клуб на концерт – он увидит тебя, и сразу все девушки из его головы вылетят, – я понимаю, что говорю с ней как с маленькой девочкой и сама в эту ересь не верю, но если уж играть, то по её правилам. Мои всё равно с треском провалились.

– Да где мы его найдём? У него сольник только через полгода! А на маленьких сборных концертах он спел одну песню и уехал – и ищи его, как же!

– Но мы что-нибудь придумаем. Я тебе обещаю!

– Да что мы придумаем? Что тут можно придумать? Всё, Женька, я проиграла и надо это признать.

В моём понимании проигрыш мог случится только в том случае, если игра началась, а в случае со Светкой я не заметила даже этого, но снова тактично промолчала. Вернее, сказала, но снова не то, что думала.

– А вот и нет! Просто поверь мне, я обязательно всё устрою.

Мои слова утонули в громком плаче подруги, и я понимаю, что весёлая ночь нам обеспечена…

Наверное, если бы все девочки, которые были влюблены в Арсеньева, в эту ночь вышли на улицы Москвы, они бы затопили столицу слезами.

Уговорить взрослую Свету успокоиться и пойти спать я смогла лишь далеко за полночь, истратив все силы и нервы, и готовая уже в любой момент сорваться и накричать на неё, чтобы хоть как-то привести в чувство. До этого, к счастью, не дошло.

Но если чего-то действительно очень хочешь, и это связано с благим намерением по отношению к кому-то, а не к себе лично, оно сбывается. Просто не знаю, как объяснить иначе тот факт, что мне через два дня попался журнал с конкурсом, где в качестве приза было свидание с Сергеем Арсеньевым. Правда!

Разумеется, я написала гениальное сочинение о том, почему хочу выиграть это свидание. Не так, как все: люблю его и мечтаю об этом с пелёнок, и не правду о том, что моя сумасшедшая подруга бредит о свадьбе с ним. Просто рассказала (на самом деле придумала, потратив на поиски этих «совпадений» несколько часов в Интернете), как мы с ним похожи, и что мне безумно хотелось бы узнать о нём больше, потому что я люблю творческих и креативных молодых людей – таких, как Серёжа. И что моё явное преимущество перед другими в том, что мы сможем действительно спокойно пообщаться, без визга и слёз. В общем, всё в таком духе. Отправила и приготовилась ждать, а сама нервничаю. Я ведь уже почти убедила себя в том, что победа у меня в кармане, а вдруг проиграю? Может быть, у них там вообще всё давно куплено!

Но когда мне позвонили, первое, что я подумала: мир потихоньку сходит с ума. Потому что я выиграла!

А дальше всё пошло не по плану. Я заявила о своем желании подарить встречу подруге, но тут же получила ответ: это исключено, на встречу может отправиться только сам победитель.

Вот те раз! Я что же, зря старалась? И теперь вынуждена буду встретиться с этим певцом? Да уж лучше бы действительно уступила свой шанс той, которая по-настоящему мечтает об этом. Однако отчаиваться не стала. Мне в голову пришёл гениальный план!

А что, может, не так всё и плохо? Я, так и быть, схожу на это свидание (не нравится мне это слово – на эту встречу) и почти откровенно расскажу обо всем. О Светке, об этой идее во спасение и невозможности осуществления задуманного. Если он настоящий мужик (а я надеюсь на это, иначе вряд ли подруга так страдала бы по нему), он согласится встретиться ещё раз, но теперь с ней. Всё! От такого расклада настроение моё заметно улучшилось, и я ходила, напевая, несмотря на красные глаза своей соседки по комнате.

– И что это мы такие веселые? – не удержалась она от любопытства на десятой минуте моей атаки.

– Да так, настроение хорошее.

– Ну-ну, – буркнула она и снова уткнулась в книжку.

Сегодня (в знак протеста что ли?) она даже не заходила в Интернет, а потому не знает, в каком он настроении и что ел на завтрак. С её стороны – уже подвиг. Может, всё к лучшему и скоро Светке расхочется следить за его жизнью? По крайней мере, так активно. Я надеюсь на это.

Деньги стремительно таяли, и нужно было искать подработку. Не для того ведь мы переехали в Москву, чтобы просто «тусить» в столице.

Однако этот пункт я решила отодвинуть на несколько дней, пока не закончу с планом А – Арсеньев.

К счастью, Света взялась за ум раньше и устроилась продавцом-консультантом, параллельно подыскивая что-то получше и ближе к кумиру, как, например, администратор концертного зала или хотя бы кассир. Поэтому объяснять ей, куда это я собираюсь вечером, не пришлось – у подруги рабочая смена до двадцати двух часов.

Несмотря на то, что я постоянно твердила о своей нелюбви к Арсеньеву, собираюсь на встречу довольно тщательно. Всё-таки раз в жизни бывает подобное, и ударить в грязь лицом не хочется. Нужно произвести должное впечатление, чтобы меня послушали и прислушались.

Ох, знала бы Светка, что я затеваю и куда иду – не то что обиделась, а попросту возненавидела бы меня! Но я молчу, а потому подруга спокойна. Даже удивительно, неужели у неё совсем никакого чутья нет? Хотя, возможно, виноват во всём затянувшийся траур.

Кафе, в котором назначили встречу, находится в самом центре Москвы, и я нахожу его без затруднений. Однако назвать это заведение скромным можно с трудом.

Это настоящий богемный ресторан! О такой обстановке я могла лишь мечтать или видеть по телеку, а теперь я здесь и прямо сейчас буду ужинать с представителем данной среды. Вот только где он?

– Девушка, – окликнула меня администратор у входа. – Добрый вечер! У нас можно ужинать только по предварительному заказу. У вас зарезервирован столик?

Видимо, по моему внешнему виду можно понять лишь одно: случайно забрела сюда с улицы.

Я немного тушуюсь, но всё-таки отвечаю:

– Да. У меня здесь встреча с Сергеем Арсеньевым.

Я говорю это и смотрю в лицо администратора: не подумала ли она, что я сумасшедшая.

Но та лишь уткнулась в планшет:

– Ваши имя и фамилию назовите пожалуйста.

– Евгения Ильинская.

– Да, всё верно. Вас уже ждут. Проходите сюда. Это VIP-зона, – проводя меня по светлому коридору, рассказывает она, после чего приостанавливается у одной из кабинок. – Вам сюда. Через пару минут придут за заказом. Приятного вечера!

Приоткрыв занавеску, девушка с профессиональной улыбкой пропускает меня внутрь. На секунду я замираю. Такие мгновения бывают лишь пару раз в жизни – те, которые будешь вспоминать затем вновь и вновь, анализировать, вспоминать детали и размышлять. Даже если это и не твоя мечта. Всё равно сказка, всё равно праздник.

И вот я вижу: сидит передо мной кумир девчонок уж не знаю какой возрастной категории, потому что те, кто подпевал песням той группы, где Арсеньев выступал ещё подростком, давно выросли, а те, кто с ним сейчас, возможно, ещё школьницы – в общем, просто кумир девчонок. В руках у него раскрытое меню, а перед ним – изящно сервированный стол, так что я не то что повторить такую красоту, я и запомнить её не смогу, даже если буду смотреть весь вечер исключительно на этот предмет мебели.

Заметив меня, певец расплывается в дежурной улыбке, приподнимается из-за стола и спешит навстречу. Ну надо же, прямо как обычный человек. Хотя что это я? Конечно, он обычный: две руки, две ноги – разве что профессия иная.

– Женечка, здравствуйте, рад Вас видеть. Присаживайтесь. А я всё представлял, какая Вы. Вы просто красавица!

– Спасибо, – немного смущенно произношу в ответ.

Знаю, что льстит мне, но совру ведь, если скажу, что его комплименты мне неприятны.

Я немного пугаюсь, потому что кроме нас двоих здесь ещё репортёр.

Перехватив мой взгляд, он отрывается от фотокамеры, чуть наклоняется в поклоне и поясняет:

– Я от журнала. Вы не обращайте на меня внимания, сделаю несколько фото для разворота, а потом возьму у Вас интервью.

– Предлагаю сначала заказать что-нибудь, а потом начать нашу беседу, идёт? – предлагает Сергей, вновь перехватывая моё внимание.

Я киваю и смотрю в меню. Ха! Заказать! Что может быть проще?! Только я не знаю ни одного блюда, скрывающегося за всеми этими хитрыми названиями. И что же мне делать? Неужели он думает, что я каждый день ем нечто подобное и выбрать для меня что-то из этого списка – легче лёгкого? И… подождите-ка… А сколько же это всё тогда стоит?

Сергей перехватывает мой встревоженный взгляд и улыбается:

– Всё за счёт организаторов конкурса, не беспокойтесь.

– Да нет, дело не в этом, – спешу оправдаться я и чувствую, что смущаюсь ещё сильнее. Так дело не пойдёт, надо собраться. – Просто не знаю, что выбрать. Мне мало что знакомо из этих блюд.

Вру немного, мне ведь ничего незнакомо, разве что слово «Меню» на обложке.

– М-м-м… Что же Вам посоветовать? «Брочетте» не хотите попробовать? Это шашлык по-испански.

– Да! – сразу же соглашаюсь я.

Он называет ещё пару наименований, и я с трудом пытаюсь запомнить их, чтобы потом озвучить официанту, но Арсеньев снова меня выручает. Заказ он делает сам, лишь поглядывая на меня, ожидая одобрения. Потом мы переходим к знакомству:

– Ну, о себе я вряд ли могу сказать что-то новое. Мне иногда кажется, что я знаю о себе меньше, чем кто-либо, – немного нервно смеётся он.

– Неужели совсем не осталось секретов? – поддеваю его я.

Он пожимает плечами и немного хмурится.

Я наблюдаю за его мимикой и понимаю, что да, он симпатичный, и если бы был не на звёздном олимпе, а учился, к примеру, в одной со мной группе, я бы тоже влюбилась. Возможно.

Но этого никогда не случится, поскольку Арсеньев лет на семь меня старше, да и живём мы на разных орбитах.

– Ну ладно, расскажу кое-что, – понижая голос, таинственно шепчет он и призывает ладонью ближе к себе.

Мы склоняемся над столом и я, глядя на него, слышу:

– Когда мне было семь лет, меня укусила собака. И даже остался шрам.

Он задирает рукав пиджака и демонстрирует небольшую отметину выше запястья.

– За что? – в тон ему шепчу я.

– Я её дразнил. Вообще таким хулиганом был в детстве, ужас, – он качает головой и отстраняется, откидываясь на спинку стула.

Я тоже возвращаюсь в исходное положение.

– Меня тоже кусала в детстве, – вздыхаю. – У бабушки была очень злая собака, овчарка. Кроме хозяйки с хозяином никого не признавала, а я хотела её погладить.

– У нас и впрямь много общего, – с довольным видом разводит руки в сторону кумир миллионов. – Ну а теперь расскажите о себе.

И я рассказываю. О том, что всего две недели назад переехала в Москву вместе с подругой, собираюсь работать в сфере журналистики и пиара, и надеюсь получить дополнительные знания в Москве.

– Здорово. Может, пойдёте ко мне работать?

– Неужели в Москве не хватает достойных пиарщиков? – хмыкаю в ответ.

– Но ведь если вы не будете работать на меня, то начнёте работать против, – то ли в шутку, то ли всерьёз замечает он. – Будете писать разоблачающие статьи, выискивать новые поводы для громких скандалов…

– Не все журналисты занимаются этим, – хмурюсь в ответ.

Между нами повисает напряжение, и я не понимаю, откуда оно взялось, ведь только пару минут назад всё было нормально.

Когда ужин подходит к логическому завершению, я отвечаю на вопросы для журнала, вежливо благодарю певца за приятный вечер и слышу в свой адрес ещё несколько комплиментов. Ох-ох, сейчас растаю!

И вдруг мне действительно становится дурно. Я ведь забыла о самом главном, о том, зачем вообще всё это затеяла.

– Просите, – кричу я вслед уже собравшемуся покинуть комнату Арсеньеву (мы же уже попрощались). – А Вы случайно не на машине?

Заметив его странный взгляд (так, наверное, смотрят на ненормальных фанаток), я спешу объясниться:

– Понимаете, мне просто домой очень нужно, по личным причинам. Может, Вы могли бы подбросить меня хотя бы до метро?

Боже, что я несу?! Тут метро в трёх шагах…

– Ну хорошо, – как-то нерешительно отвечает он, видимо, начиная подозревать, с кем на самом деле связался, и я мысленно благодарю его за проявленное благородство.

Знала бы мама, которая всю жизнь учила не садиться в чужие машины, что творит её дочь!

Я называю адрес чуть дальше от дома и настраиваюсь на серьёзный разговор. Только бы он выслушал и не отказал мне, только бы!

Пару минут мы едем молча. Я смотрю на огни вечернего города, слушаю негромкую музыку – это действует успокаивающе.

– Знаете… – произносим мы одновременно.

– Начинайте, – уступает он, и я не спорю, боясь, что попросту не смогу решиться вновь.

– Мне нужно рассказать Вам одну вещь. Только обещайте выслушать.

– Ну, другого варианта у меня просто нет.

– Моя подруга очень Вас любит. Нет, она не сумасшедшая, она просто Ваша поклонница, и я решилась на участие в этом конкурсе только ради неё. Но мне сказали, что встретиться с Вами можно только мне лично, – тараторю я, понимая, как нелепо звучит всё со стороны.

– А, так это она Вас сюда подослала?

– Нет, нет! – поспешно заверяю я. – Я сама решила ей помочь…

– Это как же? Взять меня в заложники? – похоже, он настроен скептически, но я не сдаюсь.

– Нет. Просто… Вы могли бы встретиться с ней? Ну, поговорить – так же, как со мной…

Он хмыкает и ничего не отвечает. Сейчас скажет, что у него слишком мало времени или общение с ним стоит дорого. Я уже готовлюсь произнести какой-нибудь веский аргумент, но неожиданно слышу:

– Я Вас понял. Только давайте договоримся: услуга за услугу. Идёт?

Я перехватываю его взгляд и моментально отвечаю:

– Да пожалуйста! – хотя не очень понимаю, чем могу быть полезна.

– Знаете, какой вопрос я чаще всего слышу в свой адрес?

Пожимаю плечами.

– Когда выйдет новая песня? – И прежде, чем он отвечает, мне в голову приходит новый вариант: – Или: есть ли у Вас девушка?

– Вот именно. И когда я женюсь…

– Угу, – медлю, соображая, к чему всё это.

Он что, решил мне душу сейчас излить?

И тут до меня вдруг доходит. Услуга за услугу! Он ведь не думает, что я соглашусь на что-то такое… Да нет, ну он же воспитанный мужчина, Света всегда так нахваливает его.

А если и правда… Ну нет, на такое я не готова даже ради лучшей подруги, хотя знаю, что многие поклонницы (и Света в их числе, я бы даже сказала, в первых рядах) всё бы отдали за то, чтобы оказаться сейчас на моём месте, в моём неловком положении. Они бы точно ни секундочки не колебались!

В прессе все эти звёзды такие «белые и пушистые», а вот что у них в головах на самом деле… Вот Арсеньев, например. Что у него в голове сейчас?

Не подозревая о моих внутренних терзаниях, артист продолжает монолог, глядя на освещённое фонарями шоссе и ловко лавируя среди машин:

– Вот и мне так говорят, мол, пора тебе, Серёжка, жениться…

Я вдруг вспоминаю о той недавней заметке в журнале (или откуда была эта информация?) о невесте, из-за которой Светка рыдала чуть не всю ночь, но тактично молчу, откровенно не понимая, как к этому разговору причастна я? Может быть, ему просто выговориться захотелось? Рисково, однако. Вдруг я подсадной журналист или проболтаюсь кому-нибудь. Или продам информацию.

– Вот я и решил: пора жениться.

– Здорово! – произношу в ответ.

– Угу, – равнодушно соглашается он. – Только дело тут вот в чем: невесты нет.

– В Вашем случае это не проблема: любая согласится, – обнадёживаю я, решив не раскрывать секрет, что знаю об информации с невестой. Он же, кажется, сам писал, не? Оказывается, невесты нет? Вот Света обрадуется!

– Вот ты сказала – я на «ты», ладно? – что любая будет согласна. А ты?

Я впадаю в ступор и даже не сразу замечаю, что он перешёл на упрощённую форму «ты».

– Ну, я вообще-то, имела в виду поклонниц. И уже объяснила, зачем пришла на встречу…

Я говорю неспеша, обдумывая параллельно, как бы сбежать теперь незаметно. Может, сказать, что мне плохо? Он тогда остановится и меня выпустит. Не захочет же, чтоб я испачкала его дорогую машину?

– Ты не говорила о поклонницах, ты сказала «любая».

– Ошиблась. Любая поклонница.

– Но поклонница ждёт от меня любви, а мне нужен фиктивный брак. Так, на пару-тройку лет, с пышным торжеством, потом якобы развестись и разойтись в хороших отношениях. Чтобы пресса отстала. И чтобы утечки информации не было.

– У-у-у, – протягиваю. – Так вы из таких, ну…

Он усмехается и отрицательно качает головой.

Не понимаю тогда, зачем это надо? Ему что, просто скучно?

– Не хочу, чтобы мои настоящие отношения кого-то касались. Поэтому нужно отвести взгляды…

– Ах, вот оно что…

– Так что? – он отрывается от дороги и смотрит на меня.

– Что? – тупо переспрашиваю я.

– Выйдешь за меня? – хмыкает в ответ.

Светка бы, наверное, упала в обморок. А я, в близком к тому состоянии, но совсем не от счастья, а от безграничного шока, невнятно бормочу:

– Да Вы что… Я не… Конечно, нет… Ну, то есть…

Так, куда подевались все мысли? Почему я не могу связать и трёх слов?

– Ты не спеши, – он мотает головой, не отрываясь от дороги. – Я оставлю тебе свой номер, а ты обязательно мне позвони, какое бы решение не приняла. Это просто сделка и ничего больше: вместе появляемся на публике, играем в любовь, устраиваем обалденную свадьбу с гостями-знаменитостями, я буду помогать тебе – изучишь на практике все основы пиара, ну и материальную базу, если потребуется, обеспечу. Это вроде такой компенсации. И подругу твою пригласим к нам на свадьбу.

– Да Вы с ума сошли! Это шутка такая?

– Это не шутка. Это шоу-бизнес, – горько хмыкает он.

А потом останавливает машину, и я судорожно оглядываю окружающие нас дома, пытаясь понять, где мы находимся.

– Ты же сказала, что здесь живёшь, – напоминает Сергей, наблюдая мою растерянность.

– А, да, я в Москве просто недавно… Плохо ещё ориентируюсь.

Чувствуя, какую чушь несу, я отрываю дверь и чувствую его прикосновение:

– Мой номер.

Я забираю визитку и вспоминаю о подруге.

– Вы сможете встретиться с моей подругой? Она Ваша поклонница и очень мечтает об этом.

Кажется, я уже говорила об этом. Да ладно, что уж теперь, и так себя дурой выставила.

– Да, конечно, – легко соглашается он, хотя я ждала шантажа с его стороны. – Давай послезавтра, в это же время, там же. К этому дню жду и ответа. Только подруге о нашем тайном разговоре ни слова, ага?

Я растерянно киваю и отхожу от машины. Автомобиль Арсеньева скрывается из виду, и я неспеша бреду прочь. На меня опускается состояние вселенской тяжести, и я не могу осознать, правда ли то, что было пять минут назад.

Света сидит у компьютера (сорвалась всё-таки), и я, заглянув через её плечо, снова вижу физиономию певца. Мне становится тошно. Но, преодолев себя, я говорю ей самым невинным тоном:

– Светик, а знаешь, что я для тебя сделала?

– Купила заварное пирожное? Или устроила меня на работу агентом Сергея Арсеньева? – абсолютно безразличным тоном спрашивает она.

– Почти. Выиграла конкурс. И послезавтра в одном модном московском ресторане у тебя состоится свидание с ним!

Она оборачивается и пристально смотрит мне в глаза, а потом выдавливает с нескрываемой злобой:

– Очень смешно!

– Да я не шучу! Свет, правда! На, смотри!

Я достаю свой выигрышный «купон» и предъявляю в качестве доказательства. Она неверящим взглядом впивается в него и заявляет:

– А дата почему сегодняшняя?

– Встречу перенесли. Там у него концерт какой-то или… я не знаю… Мне сегодня вот только что его вручили.

Упс! Прокол.

– Концертов сегодня нет. Может, съёмка? Хотя он ничего не писал… Так это правда?

– Ну конечно!

– А ты? Ведь ты же выиграла!

– Ты же знаешь, что мне Арсеньев не нравится. Я только ради тебя попытала удачу.

– Женька!!! – подруга с радостным криком повисает на моей шее, и я боюсь задохнуться, но счастлива не меньше, потому что понимаю: всё было не зря.

А о том, как выбраться из щекотливой ситуации с предложением Арсеньева, решаю подумать потом. Может, он сам за два дня поймёт, что погорячился. Или просто забудет – ведь бывает такое?

Эти два дня наполнены суетой. Света просыпается и засыпает с безумными от счастья глазами, и я каждый раз облегчённо вздыхаю, радуясь, что эта участь поклонения кумиру меня миновала. Перебрав весь наш гардероб и не найдя ни одной «подходящей по уровню» вещи, мы отправляемся в дорогой бутик, где, к моему ужасу, спускаем почти половину наших денежных запасов на платье, туфли и сумочку. Кое-как пережив этот сумасшедший период, я отправляю Свету к месту назначения и возвращаюсь к вопросу, который, как могла, оттягивала. Что делать с поступившим мне предложением? Если я откажусь, то ничего не потеряю, и у нас со Светой всё будет как прежде, то есть неопределённо. А если соглашусь? То потеряю подругу. Но обрету связи, роскошь и популярность за счёт «мужа». А если… Нет, от Светки не скроешь. Даже если на первых порах мне это удастся, то потом пресса всё равно раскроет все карты и будет хуже. А терять подругу я не хочу.

Значит, решено. Я отказываюсь. Быть может, увидев Свету, он вообще передумает и предложит «сделку» ей?

Через три часа подруга возвращается домой и почти до утра восхваляет кумира:

– Он такой… Нет, ты не представляешь! Он пододвинул мне стул, спрашивал, давно ли я в Москве и говорил, что сначала будет трудно…

Я-то представляю… Но молчу как партизан.

– А ещё Серёжа сфотографировался со мной на память. Хочешь покажу? И автограф оставил. Смотри! «Очаровательной Светлане на память от Сергея Арсеньева». Ой, Женька, я такая счастливая! Спасибо тебе!

Я улыбаюсь. А потом спрашиваю, поздно вспоминая о том, что наступаю на самый больной мозоль:

– А про свадьбу не спросила?

Света обиженно замолкает.

– Нет, – выдавливает наконец.

Мы больше не говорим ни слова, и я кусаю локти в прямом и переносном смысле, потому что только теперь понимаю, куда вляпалась. Причём со всех сторон.

Я не даю о себе знать ещё несколько дней, а когда понимаю, что тянуть дольше невозможно, звоню по указанному на визитке номеру. Пропадать просто так как минимум невежливо после того, как он всё же нашёл в своём графике время для моих глупых просьб.

После нескольких гудков мне отвечает мужской голос, и, хоть я узнала его моментально, интересуюсь на всякий случай:

– Сергей?

Всё-таки разговор конфиденциальный.

– Да, здравствуйте.

Его голос напряжён. Скорее всего, принял меня за очередную малолетнюю фанатку, купившую его номер телефона в метро за небольшую сумму и боится допроса с пристрастием.

– Это Евгения. Мы с Вами в ресторане…

– Ах, да, Евгения! – радостно выдыхает он. – Прости, не признал. Чем могу быть полезен?

– Я приняла решение… По поводу Вашего предложения, – стараюсь говорить строго и уверенно, но со вторым пунктом у меня явно большие проблемы.

Не давая мне сказать больше, он перебивает:

– Давай там же, сегодня, хорошо? У меня сейчас не очень много времени. Извини.

Он отключается, и мне не остаётся ничего другого, как снова отправиться в этот пресловутый ресторан.

Мне везёт: у Светы сегодня снова дежурство, поэтому вопросов удаётся избежать. Но я твёрдо намерена расставить все точки и расстаться с ним навсегда. Не нужно мне ничего – денег, славы – пусть подарит другой! Я в эти игры не играю.

Я правда собиралась отказать ему. Честно. Я даже приготовила твёрдую и непоколебимую интонацию и решительный взгляд, но что-то пошло не так. А теперь я сижу на балконе, глядя на моросящий за окном дождь, и боюсь показаться на глаза Светке. Она пока ничего не подозревает, и я, как могу, оттягиваю этот момент. Может, позвонить ему и сказать «нет»? Ведь ещё не поздно! Машина ещё не запущена! Но что-то изнутри толкает меня и говорит: поздно. Потому что я уже сказала «да».

– А ты чего мёрзнешь? – Света показывается в дверях и протягивает мне плед. – Грустишь?

Я улыбаюсь. Какая же она всё-таки милая. Заботится обо мне.

– Ну так, если только немного, – пытаюсь приободриться я. Улыбка выходит кривой – я это чувствую.

– Это бывает, но всё проходит, ты же знаешь, – подруга садится рядом и вспоминает: – Ты же помнишь, как я страдала из-за той статьи, а потом всё прошло. Может быть, ты права, и свадьба – всего лишь пиар-ход. Ведь об этом действительно ничего не слышно.

– Ты его сильно любишь?

– Серёжу? Да… Иногда самой страшно. Понимаю, что со временем пройдёт, но… а вдруг нет? Ведь мне уже не пятнадцать, чтобы верить в эти сказки, да и он однажды и вправду женится, и у него будут дети, а я… что, если я всё так же не смогу смотреть ни на кого кроме него?

– Всё будет хорошо, – шепчу я, обращаясь скорее к самой себе, нежели к подруге.

– Ну конечно! – Света обнимает меня и повторяет: – Всё будет хорошо!

Москва закрутила нас в своём потоке дней с первых же минут. Я точно знала, что не должна вляпаться ни во что плохое: не общаться с дурными компаниями, не тратить время и деньги на клубы, а думать о карьере и Светке, но что в итоге? Получается, я вляпалась в ещё худшую историю, чем могла предположить…

На следующий день мне перезванивают. Это не сам Арсеньев, а его пиар-менеджер. Она представилась Лизой и предложила приехать в студию по озвученному адресу. Я уточняю время и подтверждаю, что смогу быть.

Свете пришлось врать о собеседовании, и от её вдохновляющих речей о том, что у меня всё получится и она в меня верит, стало не по себе.

– Ну не знаю, – пожимаю плечами. – Всем ведь москвичей подавай, с пропиской и опытом работы, а я кто? Провинциалка…

– Ну ничего! Зато мы работоспособные, не то что изнеженные жители столицы. Тебя обязательно примут, поверь мне!

Я киваю и, поспешно одевшись в самую обычную одежду – джинсы и свитер, отправляюсь в студию.

Лиза встречает меня прямо у входа и торопливо вводит в курс дела:

– Женя, да? Очень приятно, я Лиза. Мы сейчас отправимся в костюмерную, затем на грим. И я дам Вам почитать сценарий клипа.

– Что, простите? – едва не поперхнулась я.

– Серёжа не говорил, что Вы не в курсе. Хорошо, тогда слушайте и запоминайте: для разработки вашей с ним истории любви мы взяли самую простую и правдивую историю. Вы прошли огромный кастинг из поклонниц и профессиональных моделей и попали на съёмки в качестве главной героини. На площадке у вас вспыхнули чувства, соответственно, родились отношения. Это для прессы. Понятно?

Она говорит быстро и по-деловому, а в моей голове царит настоящий хаос. Я пытаюсь понять и переварить, но не получается: я теперь – девушка Сергея Арсеньева. Бред… Бред какой-то!

– А я… Я же не знаю ничего о съёмочном процессе…

– Ничего, это просто, поймёте по ходу. Сейчас у вас костюмерная, это налево. Я подойду чуть позже.

И она, указав рукой в нужном направлении, отправляется в противоположную сторону, оставляя меня одну. А мне приходится знакомиться с работниками этого отдела, слушать их болтовню (к счастью, ко мне они не пристают) и готовиться к съёмкам. Интересное начало… И снова вопрос: куда же я вляпалась?..

Отличная команда, которая привыкла работать даже с такими неумехами как я, помогла расслабиться. С шутками и улыбкой на лице мы справились со съёмками клипа меньше чем за сутки – это тот самый видеоролик, который запустит машину обмана. И Светка, конечно, увидит его в числе первых, узнает меня и… что тогда будет?!.. Она ведь может пронюхать и раньше: из репортажей, статей, которые постоянно отслеживает в Сети.

Решив подождать ещё хоть несколько дней и оттягивая тягостный разговор, я переключаюсь к мыслям о съёмке клипа. Я вовсе не трусиха, но целоваться с парнем, которого знаешь всего пару дней и который тебе даже не симпатичен (хоть не противен, и на том спасибо!), да ещё перед камерами и группой малопонятных людей – испытание ещё то!

Арсеньев как профессионал, который перецеловал в своих клипах уже добрый десяток девиц (ну не могу я выражаться без иронии в его адрес, привычка что ли?), сразу даёт мне указание:

– Не зажимайся! Чем меньше ты будешь думать об этом, тем легче будет расслабиться.

Но не думать об этом я не могу, потому что тогда в моем сознании всплывает образ подруги и становится ещё хуже. Однако сцену мы сняли, и, к моему счастью, уже со второго дубля. Всё остальное – «особые» взгляды, прогулку по саду и прочие моменты обыденной жизни влюблённой парочки давались мне легче. А уж про неизменную фишку – ссору, которая как раз закончилась финальным поцелуем, – и говорить нечего. Я с удовольствием хлестанула его по щеке, и оттого, наверное, сцену получилось снять с первого дубля.

После завершения съёмочного процесса в половине четвертого ночи, каждый отправился к себе домой, и Арсеньев даже не поинтересовался, как я доберусь в столь поздний час. Женишок! Мог бы и позаботиться о невесте: вдруг меня украдут по дороге или изобьют сумасшедшие фанатки? Однако до дома я добралась без приключений. На такси. Фанатки меня ещё не знали, а маньяки и прочие неприятные личности, к счастью, не встретились. Подруга уже спала. Для неё я придумала очередную ложь, сообщив в смс-ке, что буду поздно, на что Света беспечно заявила:

«Странная ты какая-то стала. Уж не вляпалась ли во что-нибудь?»

«Во что, например?»

«Ну не знаю. По ночам обычно работают в не очень приличных местах».

«Ну спасибо! Просто пробуюсь в один ролик… Только давай ты не будешь ни о чём меня спрашивать. Расскажу, если получится, а то боюсь сглазить».

«А что за ролик? Рекламный?»

«Не скажу!» – отправила я и убрала телефон подальше.

А теперь вот смотрю на спящую подругу и мысленно прошу у неё прощения. Что я творю?

Но тогда почему, если меня грызет совесть, не откажусь от этой затеи?

А потому, что мне самой интересно, куда же всё выльется. Потому что мне нравится эта игра – настоящее приключение! Такая вот взрослая и рассудительная девочка, а сама, между тем, творит тако-о-ое…

Бросив ещё один грустный взгляд на Свету, недолго думая, я с удовольствием следую её примеру и вскоре проваливаюсь в мятежный, но такой нужный мне сейчас сон.

Утро наступает неожиданно.

Я ощущаю, как кто-то сильно меня пихает, причём нешуточно – больно, а затем слышится крик:

– Вставай! Вставай, тебе сказали! Ну и где ты вчера была? С ним, да? Отвечай! Вставай или я тебя сейчас!..

Я с трудом открываю глаза – бессонная ночь даёт о себе знать.

– Ты чего орёшь? – лениво протягиваю, глядя на перекошенное от злости лицо подруги.

– Это я ору? Я ещё не ору! – продолжает кричать она. – Ты что, снималась в клипе у Арсеньева?

Упс! Уже? Откуда утечка информации?

– Да ну, ты что, – ляпаю зачем-то, но не очень-то убедительно.

– Я то! В интернете уже фотки бродят, где вы целуетесь.

Быстро же сработали журналисты. Я судорожно пытаюсь придумать, как вести себя в сложившейся ситуации. Не думала, что этот момент настанет так быстро.

– Свет, ну это работа. Он пригласил, я…

– А ты не растерялась, молодец! «Арсеньев придурок», «Арсеньев отстой», а сама, как только момент выдался – раз, и в клипе засветилась. Даже целоваться не противно было.

– Противно, – признаюсь я.

– Да знаешь, кто ты после этого?

– Светка, послушай…

– И, слушай-ка, что это значит, пригласил? Вы что, уже общались раньше? Были знакомы, да? – продолжает она истерику.

– Да не пригласил, а кастинг был…

– Какой кастинг? Не было никакого кастинга! Почему я, отслеживая всю информацию о нем двадцать четыре часа в сутки, не знала ни о каком кастинге, а ты попала туда, а? Скажи-ка?

– Случайно. Можно сказать, мимо шла…

– Ах, мимо! Как мило! – заговорила она стихами, не понижая тона. – А мне тогда почему не позвонила? Может, я бы тоже попробовалась? И о каком кастинге вообще речь, если ты Арсеньева на дух не переносишь?!

– Мне нужны были деньги… – лепечу первое, что приходит мне в голову, понимая, какой ахинеей звучит вся история.

Но Света меня и не слышит.

– Я знать тебя больше не хочу! Подружка! С такими друзьями и врагов иметь не нужно, – с этими словами она судорожно хватает свой чемодан и начинает бросать туда вещи, не глядя.

– Ну куда ты пойдешь? – пытаюсь вразумить её я. – Мы же никого здесь не знаем!

– Ничего, справлюсь!

Она ещё пару секунд машинально продолжает запихивать вещи, а потом вдруг резко тормозит и выпрямляется:

– А действительно, чего это я? Уйдёшь ты!

– Свет…

– Проваливай!

– Но куда я…

Она не даёт мне закончить фразу:

– Куда угодно, меня это не волнует! Хоть к самому Арсеньеву! Вон!

Я боялась сумасшедших фанаток Арсеньева, и одна из них как раз оказалась под одной крышей со мной. Никакие уговоры не помогли. Иллюзию певца, который никогда не будет с ней, она променяла на реальную подругу. Ну что ж…

Собрав свои вещи, я громко хлопаю дверью подъезда, как будто это хоть чем-то поможет. Гордость всегда была моей спутницей. Но теперь играть не перед кем, а жить дальше как-то необходимо. Но как? Я покусала губы, раздумывая, и решила позвонить Арсеньеву. В конце концов, он заварил эту кашу, пусть помогает мне выкарабкаться.

Сонный голос сообщил мне, что Арсеньев явно не рад тому, что его потревожили в такую рань. Вкратце обрисовав сложившуюся картину дважды, потому что мозг его спал, я услышала:

– Приезжай ко мне! Адрес скину.

Но вместо этого он сбросил вызов. А потом, действительно, прислал адрес.

Что, вот так просто?

Спорить бесполезно. Да и спать нестерпимо хотелось. В общем, я отправилась в сторону метро, стараясь держать глаза открытыми. Доброе же утро, ничего не скажешь!

Стол… Пол… Шкаф…

Стол… Пол… Шкаф…

Я медленно перевожу взгляд с одного на другое и чувствую, что схожу с ума. Кто я? Что я тут делаю? В жизни такого не бывает. Но со мной случилось. И это не сон.

Спать не хотелось. Я так и не сомкнула глаз, снова и снова проматывая в голове события минувших часов.

Сонно потирая глаза Арсеньев впустил меня в квартиру и провёл небольшую экскурсию. Трёхкомнатная, с современным интерьером и очевидной рукой креативного мастера.

– Красиво, – выношу я вердикт.

– Угу, – равнодушно отзывается он, приоткрывая дверь в третью комнату. – Твоя спальня.

– Я только пару дней, – тут же принимаюсь объяснять. – Найду себе комнату и сразу же…

– Так даже лучше, – перебивает он. – Нас не смогут уличить в том, что не живём вместе и вообще редко видимся. Так что располагайся. Отныне эта твоя комната.

Он выходит и прикрывает за собой дверь. Ему явно не хочется вести долгие беседы, а хочется одного – спать. А я бы хотела заснуть, да не смогла.

Ему-то, конечно, «к лучшему», а я не могу просить себе своего поступка. Только сейчас мне стало понятно, что я упрекала подругу в её безрассудности, а сама поступила во много раз хуже!

Я судорожно хватаю телефон и набираю её номер. Бесполезно. Она игнорирует мои звонки – сначала сбрасывает, а потом попросту не отвечает. Пару часов я просто сижу, обдумывая свои действия, настоящее и вероятное будущее, то подходя к окну, то снова возвращаясь к кровати. Наконец нависшее надо мной грозовое облако мыслей стало невыносимым.

Я быстро собираю свои вещи и направляюсь к двери. Что я делаю? Ведь я не такая! Я не могу лгать, притворяться, что влюблена и платить за это столь дорогую цену. Мне ничего не нужно. Я ухожу.

У дверей меня замечает Арсеньев. Схватив за плечи, преграждает дорогу:

– Куда?

– Я ухожу. Это не для меня.

– А как же контракт? Чем ты раньше думала? Я ведь давал время.

– Да это бред какой-то! Я не знаю, зачем согласилась. Я не могу так, понимаешь? Не могу, – и начинаю реветь прямо перед ним.

Плевать. Мне не стыдно.

Однако эта реакция не возымела успеха.

– Тебе тяжело, но это пройдёт, – абсолютно спокойно говорит он, как будто каждый день лицезреет такую картину, и на него она не производит уже никакого эффекта. – Нужно просто подождать. Ты привыкнешь.

– А если я не хочу привыкать? – восклицаю, сбрасывая его руки с плеч.

– Привыкнешь, – повторяет он.

Несколько мгновений мы просто стоим в коридоре. Я беззвучно плачу, а он смотрит и ничего не делает. То ли не знает, что именно нужно, то ли не хочет ничего делать…

Наконец, понимая, насколько безвыходная ситуация, я вытираю слёзы и ледяным тоном бросаю:

– Ладно. Прости меня, – и возвращаюсь со своим чемоданом в комнату.

Весь день я просто сижу, погрузившись в себя. Не хочется ничего. Я слышу, как Арсеньев пару раз куда-то звонит. Один раз до меня доносятся обрывки фраз:

– Хотела уйти… Да не знаю я, что делать!.. Нет, это исключено. Пресса уже подключена и… Да, ладно, буду наблюдать… Не денется никуда!..

Ещё звонили по работе. Я слышала слова «студия», «трек», «дорожка» и некоторые незнакомые слова, вероятно, тоже относящиеся к творчеству.

К семи часам вечера он не выдержал. Постучал в мою комнату и заглянул:

– Можно? Ты не спишь?

– Заходи, – бесцветным тоном отвечаю я, сидя к нему спиной и глядя в окно – насколько позволяет мой рост.

– Как ты?

– Терпимо. Прыгать из окна не буду, не думай.

– Я сейчас уезжаю…

– Я не сбегу, – понимая, к чему он это, качаю головой.

Он молча кивает, медлит ещё пару секунд и идёт обратно к двери.

Я слушаю, как он собирается, захлопывает дверь, вызывает лифт.

Оставшись одна, решаю ещё раз осмотреть квартиру, чтобы лучше понять человека, с которым мне придётся находиться какое-то время. Выбравшись из своего уединённого места, заглядываю в гостиную. Обстановка весьма гармонична, всё тонко и со вкусом, ничего лишнего. И как-то по-мужски. На полках книги, пара ранних фотографий в рамках, небольшой бар, распечатанные из интернета листы с нашими фотками. Оперативно…

Заинтересовавшись, я пробегаю глазами по тексту: «Популярный певец Сергей Арсеньев наконец-то представил миру свою новую избранницу. Правда, пока неофициально. Но наши журналисты уже выяснили, кто эта девушка. Ею стала 22-летняя красавица из Новосибирска по имени Евгения. Сергей даже пригласил её сняться в своём новом видео. По рассказам друзей, играть чувства парочке не приходилось – до того искренней была их симпатия друг к другу. Страсти на съёмочной площадке горели не шуточные – Арсеньев пылко целовал девушку, кружил на руках и поглядывал с явным интересом. Причём не только в кадре…»

– Глупые сплетники! – в сердцах бормочу я, небрежно швыряя листы на стол.

Но мы ведь добивались именно этого. Винить некого. Да и себя тоже поздно…

Я засыпаю, не дождавшись своего «жениха», а утром разбужена им же.

– Вставай, у нас скоро гости будут.

– Что? – с трудом раскрывая глаза, бормочу я.

Интересно, он вообще не спит? Или у него есть какое-то чудодейственно средство держаться на ногах по двадцать часов в сутки? Ведь пришёл неизвестно когда, и уже в начале девятого утра будит меня, чтобы встречать каких-то гостей.

– Твои родители? – почему-то предполагаю я.

– Нет. Съёмочная группа. Вставай давай, нам ещё подготовиться нужно, а то они любят задавать каверзные вопросы.

Мне требуется рекордно малое количество времени – всего десять минут, чтобы привести себя в порядок, после чего, усевшись в кресло напротив Арсеньева, я приготовилась слушать.

– Значит, так. Обстоятельства меняются. В клип ты попала уже будучи моей девушкой.

– Да ты шутишь? Я только в Москву две недели назад приехала.

– Этого никто не знает. И не узнает. Так вот, мы познакомились на вечеринке, ты теперь мой пиарщик.

– А Лиза?

– Лиза им тоже остаётся, ты числишься просто формально. Будешь ездить со мной на гастроли…

– Но мы так не договаривались! Мне это неинтересно: просто ездить с тобой на гастроли. Я тоже личность, и я тоже хочу развиваться!

– Ладно… Так… – он задумчиво запускает руку в волосы, и вдруг восклицает примерно так же, как Архимед в своё время «Эврика!» – Ты будешь работать. Один мой знакомый ищет сейчас себе пиар-агента, он ресторатор. Устроит?

Я колеблюсь, но всё же киваю.

– А мы познакомились как раз у него. Я с ним договорюсь насчёт этого. Да, мы познакомились на светском рауте.

– Не слишком ли много людей вовлечены в эту ложь?

– Ничего. Арчи свой человек, мы давно знакомы, и я доверяю ему больше, чем себе в некоторых случаях. Дальше. Мы встретились вновь, когда летели в самолёте в Америку. У нас были соседние места.

– Я не была в Америке…

– Ничего страшного. Никто не будет этого проверять. Мы обменялись номерами, стали тесно общаться. Это понятно. Значит, случилось это месяцев семь назад. Встречаемся уже несколько месяцев, живём вместе недавно. Соответственно, приехала в Москву ты около года назад.

– Ладно, – киваю, судорожно пытаясь запомнить все эти цифры.

– Теперь о дальнейшем. Я в своём блоге писал о скорой свадьбе. Но она будет тайной.

Я удивлённо смотрю на него. До он просто жуть какой непостоянный!

– Вроде как тайной, – поясняет он под моим удивлённым взглядом. – Это такая стратегия. Мы пригласим «избранных» журналистов за кругленькую сумму на эксклюзив. Вот и всё.

Как это мерзко! Зарабатывать на собственной свадьбе. Всю жизнь строить так, чтобы добывать деньги. Продать всё! Я слушала и всё больше удивлялась, что Светка нашла в этом продажном артистишке?

А Арсеньев, не догадываясь о ходе моих мыслей, продолжал рассказывать «наше прошлое», перемешивая с планами на будущее. До тех пор, пока не раздался звонок в дверь.

– Всё, это они. Ну, ты поняла, да? Это очень важно!

Он уходит на пару минут, чтобы встретить гостей, а я остаюсь и считаю мгновения – последние мгновения своей вольной и счастливой жизни перед тем, как начать играть противную, лживую роль.

Наиграно улыбаться и быть милой оказалось не трудно. В какой-то момент я даже ощутила дикий адреналин внутри. Не люблю лгать, но та ложь, которой мы «кормили» журналистов, неожиданно пришлась мне по душе.

Сначала была фотосессия в пределах квартиры. Представляю, сколько отвалят Арсеньеву за такой эксклюзив! Потом – интервью. Говорил в основном мой «жених», а я лишь улыбалась, вставляя редкие реплики. Но журналистам показалось этого мало, и они перешли к моей персоне.

– Скажите, Женя, Вы сразу влюбились в Сергея?

Я нежным взглядом смотрю на Арсеньева и пытаюсь себя убедить:

– Конечно. В него невозможно не влюбиться.

– Наверное, тяжело жить с мужчиной, который у всех на виду. Поклонницы то и дело пишут: «Он такой классный», «У него такое замечательное тело!». Как Вы на это реагируете?

– Важно доверять любимому человеку. Тогда ни поклонницы, ни карьера не станут между.

– А что насчёт тела? – шутит журналист.

Что я могу сказать?

«Не поверите, ребята, но я видела не больше, чем все его поклонницы на фотках!».

– Претензий нет, – со смехом пожимаю плечами. – Я думаю, в очередной раз подтверждать то, что пишут другие, уже бессмысленно. Хочу лишь сказать, что помимо внешности у Серёжи замечательная душа и сильный характер.

Адресат моих слов нежно сжимает мою ладонь и смотрит так ласково, что даже я проникаюсь и прямо сейчас ему верю.

А что же будет с другими? Со Светкой?

Оставшееся время интервью я пытаюсь отделаться от горьких мыслей о подруге, и о том, что я стану причиной всемирного потока женских слёз.

– Спасибо, – наконец говорит представитель прессы, убирая диктофон. – Надеемся получить приглашение на свадьбу.

– Хорошо, мы подумаем, – вежливо улыбается Арсеньев, но глаза уже снова холодные.

Он идёт провожать гостей, а я остаюсь в гостиной. Опираюсь на подлокотник и хватаюсь за лоб. Однако непросто всё это даётся. И как все эти звёзды не устают улыбаться перед камерами?

В такой позе меня и застаёт хозяин квартиры.

– Устала? – и, не дожидаясь ответа, продолжает: – Может, приготовишь что-нибудь? Есть хочется.

Я ошарашенно смотрю в его сторону.

– Чего-чего? Об обязанностях кухарки меня никто не предупреждал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Постоянное место жительства.

Вернуться