Александр Эн
Сны земные

Из жизни – в жизнь, из мира – в мир

Бесплотной тенью сквозь Эфир

Не каждому дано пройти

Во сне по Млечному Пути

…Карнавал на круглой площади небольшого городка был в самом разгаре. Красочно разодетые люди, подпевая и пританцовывая под зажигательные ритмы чего-то латиноамериканского, двигались вокруг огромной темной сцены в центре. Все действо освещалось уличными фонарями по периметру площади и разноцветными гирляндами. В ночном небе время от времени беззвучно расцветали салюты, затмевая крупные южные звезды. Среди пышных полуголых танцовщиц взгляд выхватывал знакомые лица. Вот прошествовала пара девиц из бухгалтерии. Кадровичка Надя, в наряде из одних блестящих перьев, осуждающе покачала головой и отвернулась. В толпе мелькнула и пропала Вика, бывшая жена. На руках у нее был маленький сверток, красиво перевязанный розовой лентой. “Ты знаешь, что это” – прошелестел прохладный, невесть откуда взявшийся ветерок. Или это музыка? Слух – ненадежный источник.

На сцене вдруг вспыхнул прожектор, поймав легко узнаваемую фигуру в желтом блестящем подобии мундира с вытянутой вверх рукой. Музыка тут же стихла. “Жи-и-изнь дала тре-е-е-щину” – пропел в микрофон набриолиненный усач. На чистейшем русском и на мотив легендарной песни про чемпионов…

Нащупав на тумбочке телефон, Логинов разлепил веки и несколько секунд бездумно разглядывал свежую паутину трещинок на экране. Суббота, 7:30; -2 по Цельсию, небольшой снег. Повернул голову, поглядел на белую мошкару за окном – не врет телефон.

Голова ощутимо потрескивала. Странно. Вчера с Ефимычем, соседом по площадке, всего ничего посидели, снимая пробу со свежей партии его самогона. Так, больше за жизнь разговаривали, чем пили. Традиция у них с соседом такая пятничная. Несмотря на разницу в возрасте, – Ефимычу за пятьдесят перевалило года четыре как, Андрею тридцать два, – они как-то легко сошлись и приятельствовали со времени логиновского развода, случившегося года три назад.

Так вот ты какая, старость. Алконавт косорукий, телефон уронил на площадке, как от Ефимыча выходил. В ремонт или новый взять? Ага, с такой получкой хоть каждую субботу по смартфону покупай. Со Светкой пора завязывать, тут Ефимыч прав. Пока сосед не застукал. И не пристукал, хм… Сны еще эти… Перед карнавалом еще что-то было, совсем уж дурацкое, не пойми о чем.

Андрей полежал еще немного на неразложенном диване, избегая резких движений, чреватых головной болью, и пытаясь ухватиться за обрывки недавнего сна. Вскоре, однако, физиология взяла верх над мыслительным процессом и погнала бренное тело по привычному маршруту туалет – душ – холодильник.

Потоки воды, бьющие по темечку, срезали на взлете похмельную дурь, а яичница с колбаской и крепкий свежезаваренный чай с лимоном окончательно настроили на позитив. Логинов допивал “сиротскую”, граммов на шестьсот, чашку, когда в голове его кто-то неведомый вдруг щелкнул тумблером, и предпоследний сон во всех подробностях разом оказался в “оперативной памяти”.

…Темнота вокруг была прошита крохотными искорками: синими, оранжевыми, красными. Они то медленно плыли во тьме, то кружились в вихре в такт неслышному вальсу. Тело не ощущалось, не нужно было ни дышать, ни моргать. Глаз тоже вроде как не было, но взгляд вдруг заметался во все стороны, пытаясь зацепиться хоть за что-то более реальное, чем искры в пустоте. “Помер я, что ли?” – запаниковал Логинов. Идиотская для законченного материалиста мысль слегка отрезвила.

– Эй… Эй…Э-эй… Салюдо!.. Привет! Слышите меня? Вы меня понимаете? – уже довольно долго кто-то настойчиво добивался его внимания, переходя с русского на… непонятный и обратно. Звук голоса шел, казалось, отовсюду. Или наоборот, изнутри.

– Привет. А кто ты, голос в моей голове? – настороженно спросил Логинов. Вопросов, вообще-то, возникла уйма. Они уже толпились, спорили за место в очереди, толкались локтями. Но этот оказался самым шустрым.

– Вообще-то я очень далеко от твоей головы. Мое имя – Риннике. Могу я спросить, как тебя зовут?

Голос был обычным женским, не старым, довольно приятным. Почти безупречная речь звучала странно, будто ее обладательница тщательно подбирала и пробовала на вкус каждое слово. Похоже, русский для нее не родной.

– Меня зовут Андрей. Андрей Логинов. Логинов – это фамилия, если что.. эээ… родовое имя.

– Я знаю, что такое фамилия, – невидимая собеседница прыснула смешком.

– Слушай… Риннике, а что происходит-то и где это мы вообще?

– А что ты видишь?

– Да почти ничего. Темно и будто искры из глаз. О, в одном месте искры гуще.

– Забавно. У всех по-разному. Ладно, не важно. Андрей… можно, я буду так тебя называть, без фамилии?.. Ты… не пугайся, это всего лишь сон. Особенный сон, один на двоих.

– Все, приплыли. Такого мне еще не снилось: невидимый робот разговаривает со мной в космосе.

– Кто? Почему – робот? – явное замешательство в голосе.

– Говоришь слишком правильно, прямоугольно как-то. “Голосовой помощник” отдыхает.

– А-а, поняла. Просто я совсем недавно начала говорить по-русски и у меня практики мало. Идиоматические выражения сложно даются, но я учусь. Нет, я не робот. Я человек, как и ты, только мы живем на разных планетах.

– Инопланетянка, значит. Круть. А откуда ты знаешь, что я – человек? Может, я рептилоид какой-нибудь с планеты Нибиру? Или, к примеру, искусственный интеллект? – Андрея несло. Накатило дурное веселье. Так бывает, когда вляпался в непонятное, но на всякий случай бодришься.

Снова смешок, и в такт ему искорки завихрились, сделались ярче и как будто гуще. “Вот что значит – смех красивый” – подумалось Андрею. Про себя подумалось, не вслух. Или для нее это – “вслух”?

– Мысли я не читаю, но уверена, что ты – человек с Земли. Такие вот особенные сны – чисто наш способ общения, человеческий. Хочешь, я тебе покажу кое-что? Как у вас говорят, лучше сто раз увидеть, чем услышать, – новую знакомую явно забавляло андреево состояние.

– А давай, показывай. Хуже не будет.

И темнота взорвалась. Логинов рефлекторно попытался прикрыть глаза, но это не понадобилось: он видел не глазами…

Чашка вслед за сковородкой отправилась в раковину. Интересно, шпионов так же вербуют? А то вот так поговоришь с приятным человеком, а потом придут товарищи из соответствующих органов: “Гражданин Логинов, вы задержаны за разглашение гостайны представителю иной цивилизации”. Во ржака-то.

Шутки – шутками, но разговоры во сне с инопланетянкой – это уже к психиатру, таким ни с кем не поделишься. Даже с Ефимычем.

Мытье посуды и уборка в доме непостижимым образом способствуют наведению порядка в голове. Вроде ни о чем серьезном не думал, и тут нате – все по полочкам. В общем, через полтора часа Логинов принял серьезное решение, что с ним в последние годы бывало нечасто. Для него это нетрудно, а людям, глядишь, пользу принесет. Да и любопытно было еще с этой Риннике пообщаться, если это все не его пьяный бред, конечно.

…“О-ох, ё-оо!.. Это я ее глазами смотрю, получается” – догадался Логинов. Они находились, видимо, в кабине какого-то летательного аппарата. Всю переднюю, скошенную вперед, стену кабины (или все-таки рубки?) и часть боковых занимало окно с частым переплетом. Двое мужчин в креслах, должно быть пилоты, были сильно заняты – взгляд бегло прошелся по россыпи рычагов, циферблатов, тумблеров перед ними и устремился вперед. Закатное небо в облаках пылало пурпуром и золотом, справа и слева по курсу синели горы. Внизу простирались обширные зеленые пространства с более темными участками рощ, заплатками полей и огородов. Мелькнула неширокая полоска реки, какие-то строения. Стадо животных, похожих на коров.

Глаза Риннике как будто моргнули, и картина изменилась. Песчано-желтая и серо-стальная ленты – грунтовая и железная дороги – сходились в клубок железнодорожной станции… Следующая сцена – приличных размеров река с проходящими по ней разнокалиберными судами, судя по дыму и пару – в основном пароходами… Степь от горизонта до горизонта… Лесистое плоскогорье… Дремучий ельник… Ленивый прибой при луне… Вполне себе земные пейзажи.

– Наша планета называется Сейя. Она очень похожа на Землю, как сестра. Климат, растения, животные. И люди, – быстрая смена картинок: деревья, кусты, трава, овцы, лошади, непривычно одетые люди на улице колоритного городка.

– А это я, – просто, как о мебели, сказала о последнем “кадре” собеседница. Это было настолько неожиданно, что Логинов на пару мгновений даже растерялся.

– Прекрасно выглядишь, Риннике.

Лет 25 или около того, худощавая, среднего роста, с недлинными, недостающими до плеч прямыми темными волосами девушка смотрела на него из зеркала в деревянной раме. Одета во что-то неброское и простое, видимо, домашнее. На скуластом лице не видно косметики, тонкие губы без помады вытянуты в линию, как на фото в паспорте. Широкие выразительные глаза вдруг моргнули, испортив серьезность момента, отчего картинка пропала.

“Это она специально “сфотографировалась” для нашего разговора” – понял Логинов – “Блин, а свою физию небритую с зубной щеткой во рту я, пожалуй, попридержу”.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.