Юрий Корочков
На крыльях Зари

1

Вот уж не думал не гадал, что буду иметь дело с охранкой! И кто? Я! Кандидат в члены партии Социалистов Революционеров! Так нет же – жизнь порой поворачивается к нам самыми неожиданными сторонами! Вчера меня посетил ни много ни мало сам господин подполковник Кудрявцев – первый заместитель начальника охранки Одессы.

Эта скотина оказалась полностью в курсе партийной жизни города, и пришла ко мне не с пустыми руками – с теми материалами, которые собрал подполковник, меня хоть сегодня можно отправлять на каторгу, но этот пройдоха даже не обмолвился о такой возможности. Знает, умная бестия, что истинного революционера таким не проймёшь!

Гораздо хуже, что он продемонстрировал мне компромат на руководство нашей ячейки и пообещал сделать так, что для товарищей будет однозначно ясным, что в охранку сведения на них передал я. Тут уже приятной прогулкой в хорошей компании не отделаешься! Революционная справедливость – она посуровее законности.

И ведь даже не предложил, гад такой, работать на него. Мол, единственное, что ему от меня нужно, так чтоб я проявил себя истинным патриотом, и отправился помочь нуждающемуся в братской интернациональной помощи болгарскому народу, ведущему тяжёлую неравную войну с исконным врагом – турком! Мол, есть в Болгарии самолёты, а скоро и ещё прибавится, а вот лётчиков толковых совсем ничего.

И вот со всей матушки России готовы прийти на помощь патриотичные пилоты, но пока они ещё доберутся, а разведку воздушную в интересах болгарской армии вести надо было ещё вчера. Вот и поручил ему, пышущий любовью к славянским братьям государь император найти в Одессе достойных сынов родины. А кто в Одессе лучшие пилоты? Известно – братья Михаил да Тимофей Ефимовы. Михаил сейчас во Франции, а Тимофей здесь – вот он я! И так удачно сложилось, что есть у господина полковника неотразимый аргумент, которым можно на славного летчика воздействовать.

Так что получил я пакет с письмом болгарскому главнокомандующему, карту с маршрутом, на котором для моей «Зари» (это мой собственный аэроплан типа Блерио XI) уже заготавливают запасы бензина и касторового масла и строжайшее предписание вылететь в район Адрианополя не далее как через три дня!

2

Заместитель начальника жандармского отделения Одессы подполковник Кудрявцев довольно потирал руки. Похоже, сегодня ему удалось сделать сразу два добрых дела на пользу России. Во-первых, он выполнил задание руководства и раздобыл для фронта одного из талантливейших русских авиаторов, параллельно спасая его же от неминуемого ареста, а то и физического устранения. Он давно выслеживал все контакты революционеров в своём городе, и только строжайшие указания из Петербурга «точно следовать букве закона, обеспечивая стопроцентную доказательную базу при каждом задержании» не давали ему возможности выполоть заразу на корню.

Ну а как «следовать букве закона», когда кретины присяжные готовы оправдать террориста только за то, что он, видите ли идейный политический борец?! На всю страну гремит слава адвоката Плеве, выводящего из-под обвинения откровенных преступников, разводя слюни да сопли! Революционеры, да и вся прочая сволочь, вполне законно воспринимают это как слабость власти и ведут свою работу всё более нагло и открыто. По глубокому убеждению подполковника, система, настолько мягкая по отношению к своим врагам, неизбежно должна за это поплатиться.

Если бы дело происходило в любой другой стране, он только позлорадствовал бы, но сегодня из-за политической близорукости петербургских чинуш гибнет его родина! К счастью, ещё не перевелись в России твёрдые профессионалы в жандармерии и армии, и они-то осознают, насколько опасно положение. Вот, к примеру, его новый, буквально пару месяцев назад назначенный на должность шеф – бывший начальник московской жандармерии полковник Павел Павлович Заварзин. Заварзин прославился, как гений сыска, но чересчур прямолинейный и ершистый, открыто несогласный с проводимым импотентским курсом офицер. Родом из Одессы, Павел Павлович отлично ориентировался в обстановке, сложившейся в южных губерниях. Из Москвы талантливого офицера в угоду либерально настроенной публике пришлось убрать, но, слава Богу, хватило ума не отправлять его в отставку.

По прибытии на новое место службы начальник быстро развернул активную работу. Они с Кудрявцевым составили достаточно, как казалось, эффектный план по борьбе с революционерами. План был прост, как три копейки. Турецкое подполье, активизировавшееся во время начавшейся войны, мстит «кинувшим» их социалистам-революционерам, поставившим заведомо некачественное оружие и взрывчатку. В процессе взаимных разборок обе силы, давно в печёнках сидящие у жандармов южного города, взаимно уничтожают друг друга.

Дело за малым – слить нужным людям в руководстве обеих бандитских группировок нужную информацию, и проследить за тем, чтобы взаимное уничтожение было действительно полным. Причём последнее ни в коем случае нельзя доверять своим, чересчур либерально настроенным подчинённым.

Для выполнения этой фазы операции полковник Заварзин планировал подключить свою агентуру из среды армян. Правда, такое решение грозило не вполне предсказуемыми последствиями, поскольку вражда между армянами и турками давняя и не на жизнь, а на смерть, но полковник рассудил, что после уничтожения боевого потенциала турецкого подполья он сможет взять ситуацию под контроль и не допустить в городе большой резни.

Подготовительная работа шла уже достаточно долго, и буквально на днях операция должна была вступить в решающую фазу. Турки заказали у революционеров крупную партию взрывчатки, и жандармерии удалось подменить опасный товар на безвредную «куклу». Конфликт из-за такого наглого «кидалова» полковник как раз и собирался использовать для стравливания противников. Сделка состоялась накануне, в Трабзон груз контрабандного динамита попадёт ориентировочно дня через три, там он будет проверен, и вот тогда…

К этому-то времени подполковник и решил вывести из-под удара лично ему симпатичного авиатора, которым он искренне восхищался, но который, по дурости, ввязался в сомнительные политические игрища. Тем более его действительно просили найти для болгар толкового лётчика.

Заграничная разведка узнала об обучении в Германии группы турецких военных авиаторов и закупке там нескольких военных самолётов, уже отправленных в Стамбул под видом совсем иных грузов. Затратив немало сил и средств, два самолёта удалось перенаправить в Софию, где они закономерно попали в руки предупреждённых о ценном грузе представителей Балканского союза. Но вот летать на этих аэропланах, несущих, кстати, все положенные опознавательные знаки турецкой армии, некому.

Вообще, как Заварзину конфиденциально сообщил курьер московской жандармерии, как раз и осуществившей операцию по перехвату самолётов, во всей Болгарии есть только один единственный опытный лётчик – поручик Симеон Петров, да пара недоучившихся пилотов с налётом менее десяти часов. В связи с этим, «братушки» активно нанимают по всему миру авантюристов с лётными дипломами, но толку от этих летунов будет мало.

Если Россия хочет реально помочь союзникам, то надо направить на фронт по-настоящему опытных, и главное – смелых авиаторов. В России такие есть, и сейчас из них формируют соединение, оснащённое по последнему слову военной науки, но времени упускать нельзя. Из Одессы можно организовать перелёт в Болгарию опытных пилотов прямо на аэропланах, и долг полковника такой перелёт организовать! Обеспечить бензином, маслом, людьми, а главное – самими самолётами и пилотами!

3

Ну вот, все недолгие приготовления и окончены! Под сиденье верной «Зари» приделан лист железа, что конечно не очень здорово из-за лишнего веса, но вполне может спасти мою драгоценную шкуру от шальной пули на этой ненужной лично мне войне. Бак под крышку залит самым качественным бензином, несколько бидонов с которым загружены на место наблюдателя, и я отдаю приказ «от винта». Старенький, но тщательно обслуженный «гном лямбда 5» ровно тарахтит под капотом, и «Заря» не торопясь разбегается по пожухлой осенней траве.

Загрузка сегодня максимальная, а мой аэроплан имеет не самую лучшую грузоподъёмность. Всё же «Блерио» достаточно устаревшая модель – моноплан образца 1909 года, обеспечивший своему создателю славу, перелетев через Ла-Манш, за три года прилично устарел. На новых самолётах и моторы помощнее моего слабосильного «гнома», и подъёмная сила побольше, да и обзор с биплана, оснащённого толкающим винтом, не в пример лучше, но есть то, что есть.

Выкатываюсь к началу взлётной полосы, вывожу обороты двигателя на максимум и начинаю разбег. Давненько я не летал настолько перегруженным! «Заря» передаёт мне своё недовольство резкой тряской, каждая мельчайшая кочка на укатанной полосе отдаётся болью в позвоночнике, но скорость уверенно растёт. Вот, наконец, на педалях и рычагах появляется усилие, тряска становится меньше. Колёса ещё катятся, но крылья уже уверенно опираются на воздух. Расслабляю кисть правой руки, слишком нервно взявшуюся за рычаг, чуть отдаю руль высоты, подравниваюсь по курсу педалями. Аэроплан поднимает от земли хвост, и продолжает разбег на передних колёсах. Подскок, ещё один, короткое зависание в воздухе, и вот мы, наконец, в воздухе!

Мы с «Зарёй» отрываемся от земли и отправляемся на войну. Летим невысоко – с такой нагрузкой мотор совершенно не тянет, ну да и неприятеля под нами сейчас нет, а ориентироваться так проще.

Два часа в воздухе пролетели как один миг, и уже видно поле, с которого мне приветливо машут флажками. Надо отдать должное этим гадам жандармам – организация перелёта не хуже, чем на всероссийских гонках Санкт-Петербург – Москва. Механика нет, и я сам осматриваю и тщательно чищу мотор, плотно обедаю, заправляю «Зарю» и вновь поднимаюсь в осеннее небо.

На что люблю летать, да и в дальних перелётах, типа «Петербург – Москва» участвовал не единожды, но этот путь запомнится мне навсегда! Во-первых, я один. Совсем один в бескрайнем южном осеннем небе. И так продолжается не десять минут, и даже не час, а целый день. Смертельно страшно за мотор – как то он переживёт такую длительную нагрузку! Не менее страшно заблудиться – трасса никак не обозначена, и приходится выискивать на местности ориентиры, как-то соотнося их с весьма условной картой. Лечу на высоте примерно полутора километров, стараясь не терять из виду береговую черту – уж она-то точно не подведёт!

На удивление легко прохожу границу. Болгарские пограничники приветливо машут фуражками и показывают направление на площадку, где для «Зари» приготовлен бензин, а меня ждёт плотный обед. Чувствуется, что братья славяне и впрямь крайне заинтересованы в лётчиках. Встречают меня очень сердечно, и не похоже, что это игра – пограничники искренне рады, что им выпала честь встретить столь необходимый на фронте самолёт. Места назначения – полевого аэродрома в местечке Мустафа-паша достигаю уже в вечерних сумерках. Усталая «Заря» занимает место рядом с новенькими «Фарманом VII» и «Депердюссеном-А». Сил нет совершенно, и меня буквально уносят от самолёта в палатку. Последнее, о чём успеваю подумать, перед тем, как провалиться в глубочайший сон – неужели долетел!

Наутро в лагере наблюдается суета. Оказывается, вчера был совершён первый полёт над позициями турок, и теперь в лагерь прибыло высшее начальство, в лице командующего авиацией генерала Янкова. Вчерашняя разведка принесла ценные сведения, и генерал просит повторить полёт. Более того – он придумал сбрасывать с аэроплана листовки с призывом сдаться, и задачей того, кто полетит сегодня, будет разбрасывание этих прокламаций, мешок с которыми генерал привёз с собой.

Странно, но из болгарских пилотов лететь вызвался лишь один совсем молодой поручик, но его, отчего то, достаточно грубо оттёрли в сторону и не дали сказать ни слова. Вызываюсь добровольцем. Отходим с генералом в сторону. Он просит уделить особое внимание позициям неприятеля у форта Карагач, листовки же желательно разбросать над самой цитаделью, недосягаемой для выстрелов из орудий.

За ночь механики навели на «Зарю» блеск, и теперь она сверкает свежеотдраенными цилиндрами мотора как невеста. Занимаю место пилота, и тут ко мне подходит тот самый болгарский поручик, который явно хотел лететь.

– Друг, возьми в небо хоть наблюдателем! – просит он, и я не могу отказать. Садимся в самолёт, разбегаемся по вытоптанному полю аэродрома и поднимаемся в воздух. Христо, так зовут моего попутчика, рассказывает, что вчера на задание летал временный командир отряда поручик Радул Милков с наблюдателем Проданом Трандычиевым. Слетали в целом неплохо, но над крепостью по ним начали стрелять, и Продан уронил блокнот с наблюдениями. Ребята малость перепугались и, будем честны, обделались. Теперь надо всё разведать заново. Если бы он, Христо, успешно выполнил задание, это был бы позор и для Радула и для Продана, потому в полёт его пускать не хотели.

Христо, как и я, из крестьян, и после вчерашнего конфуза благородным господам аристократам невозможно допустить мысли, что «мужичьё» справится с проваленным ими заданием. Особо невыносима эта мысль для Продана, натерпевшегося вчера насмешек.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.