# Когда мы мечтаем

Энн Петцольд

Что будет, если участник самой знаменитой k-pop-группы влюбится в обычную девушку?

Девятнадцатилетняя Элла – студентка. Ее жизнь заполнена лекциями, книгами и заботой о младшей сестре. Вместо шумных вечеринок и встреч с друзьями она проводит время с блокнотом для рисования.

Однажды Элла встречает Чжэ Ёна, обаятельного и уверенного в себе парня. Но Элла не догадывается, что он – участник NXT, самой известной k-pop-группы в мире.

Как долго Чжэ Ён будет скрывать правду о своей настоящей личности? И что он выберет: музыкальную карьеру или любовь?

When We Dream

Anne Pätzold


© В. Трошагина, перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

> Посвящается Симоне. 90 000[1] слов, ни одно из которых и близко не передает глубину моей признательности


## Глава 1

– Домашнее задание – проработать текст.

Аудитория заполнилась шелестом тетрадей и разговорами. Мои сокурсники встают, копаются в сумках – на профессора почти никто не обращает внимания.

– И не забудьте сдать его до пятницы, – добавил он, поправляя очки.

Большинство студентов уже просочились наружу через двустворчатую дверь в конце зала. Пряча тетрадь с конспектами и ручки в рюкзак, я подождала, пока схлынет основная волна. И только когда на передних рядах почти никого не осталось, закинула рюкзак за плечи и тоже вышла из аудитории.

«Международный менеджмент» был сегодня одной из последних пар, холл университетского корпуса почти опустел: все стремились как можно скорее оказаться дома. Я не исключение. С утра сидела в переполненных аудиториях и не могла дождаться, когда вернусь в свою комнату. Мысль о постели, хорошей книжке и чашке чая помогла мне продержаться остаток дня.

Я вышла на улицу, и мои руки лизнул вечерний холодок. Последние дни выдались необычайно теплыми для конца апреля, и я наслаждалась прохладой. От жары я становлюсь в лучшем случае вялой. Мне и так с трудом удается концентрироваться на лекциях. А если температура больше двадцати пяти градусов, мне это совсем не удается, и я могу думать только о том, чтобы сбежать от толчеи и залечь где-нибудь в местечке попрохладней. Как правило, спасительным островком становились родные стены. Квартира находится не слишком далеко от факультета, так что каждый день я радуюсь, что не надо тащиться через весь город.

Учеба уже вымотала меня. Вероятно, сильнее, чем должна бы. Постоянно чувствую себя замученной, но стараюсь не думать об этом. Как отчаянно по утрам все во мне сопротивляется необходимости выйти из дома!

И так ведь каждый раз?

Я тряхнула головой, воткнула в уши наушники и включила погромче музыку на телефоне. Под нежные, успокаивающие мелодии рассеиваются нежеланные мысли.

Моя жизнь хороша такой, какая она есть.

Голосок моей младшей сестры Лив слышно уже с лестничной площадки. Пока я, по дороге решившая побаловать себя горячим шоколадом, в одной руке держала стакан, а другой отпирала дверь квартиры, до меня доносилось ее громкое пение. Причем произвольный набор звуков – это определенно не английский. Я ногой толкнула дверь, но ее песня, даже став громче, осталась для меня бессмыслицей.

Я повесила ключ на крючок у двери, скинула ботинки, куртку и рюкзак в прихожей и проследовала за фальшивыми вокализами Лив на кухню. Она как раз собиралась поесть кукурузных хлопьев. Рядом с раковиной стоял пакет молока, и я не поняла – то ли она опрокинула миску, то ли пыталась приготовить хлопья прямо на столе.

Лив стояла спиной ко мне. Резинка еле держалась на растрепавшихся белокурых локонах. Я постучала по дверной раме, и Лив, обернувшись, вытащила телефон из кармана брюк. В следующую секунду музыка стихла, став просто негромким фоном.

– Ты тут без меня вечеринку закатила? – спрашиваю, смотря на лужу на столе.

Несколько прядок упало Лив на лоб. И только сдув их, она поясняет:

– Я слушала музыку и в танце опрокинула миску.

Усмешка на лице говорит, что она ничуть не раскаивается, и я невольно чувствую, как мои губы тоже растягиваются в улыбке. Сердиться на Лив – из разряда невозможного.

– Да уж, не услышать музыку было сложно. Миссис Эллиот тоже наверняка пританцовывала.

Миссис Эллиот – соседка из квартиры напротив и неофициальный член нашего скромного семейства. Если Мэлани, самой старшей из нашей троицы, приходилось задерживаться допоздна или уезжать в командировки, престарелая леди присматривала, не фастфудом ли единым мы живы. Кулинары из нас с Лив так себе, поэтому ее опасения не напрасны.

– Мэл еще на работе? – поинтересовалась я, ставя на стол свой полупустой стакан. Я подцепила с раковины тряпку и принялась устранять кукурузно-молочное месиво. Лив взяла со стола миску и отнесла ее в мойку.

– Она написала, что сегодня снова придет поздно.

Мэл работала в управлении крупной компании – организаторе торжеств. Она по горло в делах из-за церемонии награждения, которая состоится на днях в Чикаго. Уж не знаю, как Мэл следит за спонсорами, обслуживающим персоналом, светотехниками, модераторами и всеми прочими, обходясь при этом почти без сна, но как-то ей это удается.

Выкинув разбухшие кукурузные хлопья, я заглянула в холодильник. Я, конечно, ожидала встретить зияющую пустоту, но при виде кетчупа и пары ломтиков хлеба мое лицо все равно вытянулось.

– Завтра придется отправиться за покупками, – сообщила я Лив. – А сегодня, кажется, снова пицца-день.

– Я на шаг впереди, Элла! – фыркнула та, показывая на телефон в руках. – Как обычно «Маргариту»?

Я молча подняла бровь…

– Две пиццы «Маргарита» с дополнительным сыром. Сейчас, – улыбнулась Лив.

…И показала большой палец – «класс»!

– Если что, буду у себя, – с этими словами я направилась по коридору к дальней двери, ведущей в мою комнату.

Первым делом я включила подсветку у книжных полок. Лампочки лишь немного рассеяли темноту, но мне нравилось, как уютно смотрится комната при таком освещении. Она небольшая, в самый раз, чтобы вписались кровать, письменный стол, два стеллажа с книгами и маленький шкаф для одежды, но это – мое королевство. Место, где можно быть собой и переноситься в другие миры, не беспокоясь о реальном. Выходить из дома сегодня я больше не планировала, так что отрыла в шкафу сверхудобные пижамные штаны и футболку-оверсайз. Мысленно я уже видела себя в кровати с пиццей в руках, когда Лив постучалась и заглянула ко мне.

– Еда будет через двадцать минут. Хочешь посмотреть со мной сериальчик?

Я высвободила волосы из-под ворота футболки и собрала их в хвост.

– Какие будут предложения?

– Мы можем продолжить «Друзей» или какое-нибудь аниме.

Я окинула взглядом хаос на своем столе.

– Вообще, я думала поработать над рисунком, который начала вчера, – задумчиво сообщила я Лив. А еще хоть немного насладиться тишиной перед завтрашней работой.

Впрочем, Лив отговорка не впечатлила.

– Бери альбом с собой!

То, что мне будет тяжеловато одновременно уделять внимание фильму, рисунку и болтовне, она намеренно проигнорировала.

Должно быть, Лив заметила мои колебания, но облегчать мне задачу не намеревалась.

– Или-и-и-и… – с хитринкой в глазах протянула она. – Мы включим диснеевский фильм, и ты сможешь во все горло подпевать!

Судя по широкой улыбке, она была уверена, ответить «нет» Диснею – выше моих сил. И она права. Она не успела ничего больше сказать, я вместо ответа протиснулась мимо нее и двинулась в гостиную. А альбом можно взять и на работу.

В свои пятнадцать Лив уже была обладательницей одного из самых обширных собраний DVD-дисков, которое я когда-либо видела, и стерегла его, как клад. Фильмы и сериалы были рассортированы в алфавитном порядке на этажерке у телевизора. Лив, при всей ее «любви» к уборке, должно быть, даже пыль там протирает.

– И ты говоришь, что я странная? Тот, кто не поет во время диснеевских мультфильмов, явно не в себе!

Я вытащила с полки «Мулан» и включила телевизор.

Лив отобрала у меня коробку и вставила диск в DVD-проигрыватель.

– А кто точно и полностью в себе?

Я запнулась. Разговор принял неожиданный оборот.

– На удивление мудро.

Она пожала плечами:

– Я младше, а не глупее.

– Да, знаю.

Иногда я забываю, что она уже не маленькая восьмилетняя девочка, которая пробиралась ко мне в кровать, потому что ей снились наши родители и она не могла заснуть одна.

Я стащила с дивана шерстяной плед и закуталась в него. Я, конечно, люблю прохладу, но Мэл с Лив осваивали на практике термин «ледниковый период». Я бы не удивилась, если бы из нашего кондиционера посыпались снежинки.

– Что будешь пить? – крикнула я.

– Давай колу, – немедленно прилетело в ответ. Лив и ее кола. Подчас я задаюсь вопросом, как ей вообще удается сохранять хорошие зубы при таком объеме поглощаемой сладкой газировки. Не сказать, что со мной дело обстоит лучше. До ужаса обожаю свой вечерний чай, а лучший чай – именно сладкий.

Вернувшись в гостиную с бутылкой колы и двумя стаканами, я поставила их на деревянный журнальный столик, упала на диван и вытянула под пледом ноги. Лив села на пол и привалилась к моему лежбищу спиной, устраиваясь поудобней.

До начала первой песни мы с головой ушли в мультфильм. Как только я всем существом настроилась на припев, раздался дверной звонок. Лив подскочила и побежала открывать курьеру, а я нажала на паузу. Аромат пиццы разнесся по квартире еще до того, как Лив закрыла дверь. Стоило ей водрузить коробки на стол и открыть первую, в животе у меня радостно заурчало.

Сегодня утром я слишком заспалась, пришлось собираться за двадцать минут и выбегать из дома с тостом в зубах, дожевывала я его по дороге на учебу. К полудню в библиотеке я съела шоколадно-ореховый батончик, сытным назвать его сложно. Поэтому огромная дымящаяся и ароматная пицца – для меня буквально воплощение мечты. Я настолько погрузилась в восхищение пиццей, что третью коробку, которая была гораздо меньше остальных, заметила, только когда ее впихнули мне в руки. В ответ на вопросительный взгляд Лив, широко улыбнувшись, плюхнулась рядом.

В нос ударил знакомый сладкий запах, и я снова уставилась на сестру.

– Это…

Лив так отчаянно закивала, что светлые волосы упали ей на лицо.

– У них в меню новинка. А если ты покопаешься в морозилке, то найдешь еще и мороженое.

Мне стоило больших усилий не наброситься сразу же на сладкое. Лив заказала к пицце шоколадный фондан – десерт, которым меня можно купить с потрохами. Пока я грела об него руки, от мысли о том, чтобы утопить его в шарике мороженого, набежала слюна.

– Ты лучшая!

– И горе тебе, если не начнешь с него! Я написала в комментарии к заказу, чтобы они поторопились и ты получила его еще теплым, – сказала Лив. Взяла кусок пиццы, откусила и, с наслаждением жуя, рухнула ко мне на подушки.

Я быстренько раздобыла себе миску, ложку и мороженое, а затем вернулась к Лив и снова включила мультик. Спокойные и уютные вечера вроде этого помогали мне пережить дни.

Меня разбудил приглушенный стук.

Лишь усилием воли удалось открыть глаза, а стоило попытаться подняться, шея напомнила, в какой скрученной позе я провела последние несколько часов. Лив, которая устроилась на другом конце дивана, уснула ко второй половине мультфильма. Ноги сестренка вытянула в мою сторону и, пока я спала полусидя, растянулась на весь диван.

Я убрала с лица спутанные волосы и устало моргнула в сторону открывающейся входной двери. Мэл сняла шпильки перед дверью и тихо вошла в квартиру.

Я, разогнув ноги, потянулась и встала.

– Хей, – сказала я, чтобы не разбудить Лив.

Мэл оторвала взгляд от телефона, при ее работе – случай весьма редкий, и так же тихо спросила:

– Я тебя разбудила?

Я покачала головой и пошла за ней на кухню.

– Мы смотрели фильм и внезапно впали в голодную кому.

Мэл, даже не видя коробки из-под пиццы на журнальном столике, сразу угадала:

– Доставка?

– День такой длинный, а пицца всегда такая вкусная…

– Ты и сама можешь приготовить что-нибудь вкусное.

Мэл распустила тугую косу, которую чаще всего заплетала, выходя из дома. У нее такие же светлые волосы, как у нас с Лив, только прямые. Не то что мои, превращающиеся после мытья в кудрявый хаос.

– Но так меньше вероятность, что я спалю кухню, – ввернула я.

Фыркнув в ответ, Мэл со вздохом плюхнулась на стул.

Я взяла стул по другую сторону стола и села на него.

– Много работы?

– Можно и так сказать.

Мэл пригладила волосы и взялась перебирать спутавшиеся прядки.

– Все свихнулись из-за этой церемонии послезавтра. Старший менеджер давит на меня, а мне приходится давить на тех, кто работает с организатором. Как будто в первый раз через все это проходим.

Мэл уже несколько лет трудится на ниве ивент-менеджмента. Попросту говоря, она контактное лицо для всех сотрудников заказчика. Вместе с тем именно ей отчитываться перед старшим менеджером и отвечать, если что-то пойдет не так.

Каждый раз с приближением очередного шоу я наблюдаю, как круги у нее под глазами становятся еще чуть темнее. Для меня загадка, как она раз за разом выдерживает этот стресс. Меня доводит даже дедлайн по домашке. И ведь от него страдают только мои оценки, а не тысячи, если не миллионы людей.

– Хочешь кусочек пиццы? Лив не все уничтожила, – предложила я. Однако Мэл отказалась.

– Нет, мне и так неплохо, – она широко зевнула, прикрывая рот рукой. – Я сразу в постель. Не могу позволить себе завтра проспать.

Судя по виду, ей не помешал бы выходной.

Мэл натянула резинку для волос на запястье.

– Ты завтра снова в музей?

– Да. Я взяла смену Ланы и, скорее всего, просижу там целый день. Скучая.

Вскоре после начала учебы я решила подыскать себе работу. В университетской библиотеке мне случилось наткнуться на объявление, и я без лишних раздумий подала заявку на должность гардеробщицы в музее искусств. К счастью, требования были не слишком высоки. Учась в школе, я никогда не работала, так что мое резюме получилось довольно скудным.

Мэл просто кивнула. Очевидно, мысленно она уже переключилась на следующую тему, ведь ее взгляд устремился в гостиную.

– Ты разбудишь Лив или лучше мне? – спросила она.

– Ложись, – я решительно вздохнула и наконец встала. – Я разберусь.

Мэл кивнула и тоже поднялась. Она пододвинула стул обратно к столу, зевнула и вышла, тихо пожелав мне спокойной ночи. Щелкнул замок двери ее комнаты, и в квартире почти все стихло. Слышалось лишь, как тикают настенные часы да ворочается на диване Лив.

Я перевела взгляд в окно над раковиной: темноту разрывали фары мчащихся мимо машин и уличные фонари, освещающие ночной город. Я скучала по ним: по звездам в небе. Еще мне не хватало свежего, незагазованного воздуха.

Сестрам я бы ни за что не призналась, но подчас мне кажется, что на меня давят никогда не стихающий шум и огни. После смерти родителей мы с Лив переехали к Мэл в большой город. С тех пор прошло уже семь лет. Однако бывали дни, когда воспоминания о ночевках в саду под открытым небом или о долгих лесных прогулках вставали перед глазами как живые, будто это было только вчера.

Жизнь в городе может быть волнующей. Потрясающей. Конечно, многим нравится растворяться в толпе. Повсюду что-то происходит, ты никогда не бываешь один. А меня это невыносимо раздражает. Почти нет места, чтобы просто… жить. Без назойливых телефонных звонков, завывания сирен или автомобильных гудков.

Однако я давно приняла решение просто смириться. Мэл от многого пришлось отказаться, чтобы забрать нас с Лив и обеспечить всем необходимым. Я хотела закончить учебу, найти, не добавляя ей хлопот, хорошую работу – и хоть этим отплатить ей за малую часть всего, что она делала для меня в последние годы.

Сделать глубокий вдох и медленно выдохнуть, пытаясь расслабить плечи. Простое упражнение, но оно помогало мне в минуты, когда в голове становилось слишком шумно, а мысли разбегались.

Еще несколько секунд на кухне напитываюсь тишиной и – в гостиную будить Лив. Я потрясла ее за плечо, и она, сонно моргнув, пробормотала, что просто останется спать на диване. Я предприняла еще несколько попыток отправить Лив в ее комнату, но раз уж она хочет спать, то ни одной лошадиной силы не приложит, чтобы сдвинуться дальше необходимого.

В итоге я отправилась к Лив в комнату, чтобы принести с кровати подушку и одеяло. Стены там увешаны постерами групп, которые она в конкретный момент боготворит. По большей части они сменяются так быстро, что однажды мне просто расхотелось следить за этой круговертью. Не помню, чтобы у меня было так же, но, может, дело в том, что я всегда фанатела от вымышленных героев.

Вернувшись в гостиную, я подложила Лив под голову подушку и укрыла сестру одеялом. Она сразу же закуталась по самую макушку. Для меня загадка, как ей удается так долго спать на столь неудобном диване. Хотя в ее возрасте я частенько проводила ночи на полу, заснув за чтением. Должно быть, это те самые преимущества юных лет, о которых все говорят.

На секунду я замерла. Видимо, в душе мне все семьдесят два, а не девятнадцать.

Окинув напоследок комнату взглядом, я погасила свет и отправилась к себе. Укладываясь, я старалась не думать о том, что завтра мне предстоит еще больше лекций и душных аудиторий. У меня вырвался вздох облегчения, стоило голове коснуться мягкой подушки, а босым ногам скользнуть по холодной простыне. Не прошло и пяти минут, как на меня навалилась усталость и я закрыла глаза. Реальность сменили бессвязные сны.

## Глава 2

Голова гудела.

Я забилась в дальний угол библиотеки и нацепила наушники, чтобы приглушить звуки вокруг, но пульсация в висках не желала стихать. Концентрация на нуле, я с трудом пытаюсь вникнуть в текст по микроэкономике.

Спустя еще час мучений я решила остановиться. С домашкой и материалами к лекциям на этой неделе покончено – оставшееся можно отложить на завтра. Мне нравится узнавать что-то новое, если я этим горю. А вот к математике и статистике охладела еще в школе.

Я выключила ноутбук и убрала его вместе с учебниками и наушниками в рюкзак. Дело шло к вечеру, студентов в библиотеке битком. Одни хотят в тишине дописать свои работы, другие коротают время перед следующей лекцией. Несмотря на то что из-за стеклянного купола библиотека казалась большой и просторной, покинув это старинное здание, я вздохнула с облегчением.

Порыв ветра растрепал мои волосы. Правой рукой я заправила за ухо непослушные пряди и вытащила из кармана брюк телефон.


Я: Как насчет вафель с мороженкой?


Ответ не заставил себя ждать.


Эрин: Конечно. Дай мне дня два.

Эрин: И подкинь 1000 долларов, в последнюю минуту билетов дешевле не найти.

Я: Тебе ведь ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно было выбрать максимально далекую страну.

Эрин: Простите-извините.


Она скинула гифку песика с жалобными глазками и припиской внизу: «Please forgive dog» – «Пожалуйста, прости собаку». Я усмехнулась, глядя в телефон, и не в первый раз помечтала, чтобы пять месяцев пролетели побыстрее. В ноябре Эрин улетела на год в Австралию по программе «Work and Travel» – «Работай и путешествуй», – и с тех пор мы лишь изредка видел друг друга на экране.

Мы познакомились в интернете пять лет назад, еще в старшей школе, а позже узнали, что живем в одном городе. Вплоть до прошлого года мы почти не расставались. Но, как бы все во мне этому ни противилось, времена меняются.


Я: Вот это подстава. Ты же знаешь, перед зверятами мне не устоять.

Эрин: Я вынуждена пользоваться любыми твоими слабостями. На расстоянии в 14 500 км мои возможности ограниченны.


В 14 872 км и семнадцать часовых поясов, – уточнила я про себя.

Я спрятала телефон в карман и двинулась в сторону дома. К счастью, библиотека располагалась на окраине огромного кампуса с северной стороны. Я свернула на заставленную припаркованными машинами улицу и быстрым шагом устремилась прочь от библиотеки. Весь факультет – микс сменяющих друг друга готических зданий и новостроек. Как ни странно, сочетание дворцов, сверкающих стеклами, и увитых плющом домов представляет собой почти идеальную картину. Я уже не раз зарисовывала в своем альбоме здешние архитектурные контрасты.

Путь к моей любимой пекарне лежит через кафедру биологии и анатомии, дальше еще несколько улиц. Будь у меня больше денег, я бы, наверное, все меню утрамбовала в рюкзак. Но пришлось выбирать: кекс – Лив, для Мэл – чизкейк и два покрытых шоколадной глазурью брауни себе. Больше всего мне хотелось бы съесть все это в одиночку по дороге домой, но я держала себя в руках.

Вместо этого отправила Эрин фото своей добычи и, кляня себя за отсутствие регулярных тренировок для поддержания формы, преодолела последние метры. Наша квартира находилась на шестом этаже, лифт уже несколько недель как сломался, и, когда я наконец добралась до верха, мне пришлось ненадолго остановиться, чтобы глотнуть воздуха.

Войдя в квартиру, я услышала голос Мэл. Даже не помню, когда она последний раз возвращалась раньше меня. Судя по ноутбуку и документам на журнальном столике, она взяла работу на дом.

Слов Мэл я не разобрала. Но Лив следом заголосила на такой частоте, что не расслышать было просто невозможно.

– Пожалуйста, Мэлани, пожа-а-алуйста!

Я остановилась в дверях кухни и увидела, как Лив умоляюще складывает ладони у груди.

– Я не могу взять тебя к себе на работу, Лив. Тем более завтра! – покачала головой Мэл.

– Тем более завтра! Ты хоть знаешь, кто там будет?

Мэл выжидающе посмотрела на нее. Это заняло несколько секунд, однако даже я увидела, как с некоторым опозданием до Лив доходит, что знать это – и есть работа Мэл.

– Да, хорошо. Вероятно, ты знаешь, – она слегка смутилась. Но тут же снова включила щенячий взгляд. Будто отрабатывает его в свободное время перед зеркалом и только и ждет подходящего случая, чтобы им воспользоваться.

– Пожалуйста, пожалуйста, я тебя умоляю! Никогда больше ни о чем не попрошу! NXT – моя любимая группа! Объяви они пораньше, что там будут, я раздобыла бы билет на шоу! Но сейчас это, должно быть, мой единственный шанс увидеть их вживую. Мэл, пожа-а-алуйста! Весь год за тебя посуду мыть буду!

Мэл отложила овощечистку и закинула морковку, которую держала другой рукой, в миску к порубленным огурцам и мелко нарезанным помидорам с моцареллой.

Потом кивнула в мою сторону:

– Обычно с посудой разбирается Элла.

Ее лицо оставалось беспристрастным. Не знай я ее всю жизнь, не заметила бы, что, стоило ей вновь перевести взгляд на Лив, выражение ее лица смягчилось.

Моя младшая сестренка захлопала ресницами.

– Стирка?

Мэл снова покачала головой.

– А ты за что вообще в хозяйстве отвечаешь? – спросила Лив, и мне стоило огромного усилия сдержать порыв хлопнуть себя ладонью по лбу. Над навыками ведения переговоров ей еще предстоит поработать.

– Думаешь, подобная постановка вопроса тебе поможет?

Мне показалось, что уголки губ Мэл едва заметно подрагивают.

Конечно. На Лив просто невозможно долго злиться. Она, бывает, ляпнет что невпопад, но никогда не со зла. Кроме того, она единственная из нас, кто первая извинится во время ссоры. Наверное, она была бы счастлива, цари между нами идеальное взаимопонимание, хотя это едва ли реально для трех разновозрастных сестер.

– Раз ты задаешь такой вопрос, – нерешительно протянула Лив. – Видимо, нет?

В поисках поддержки она бросила взгляд на дверь – я от нее так и не отошла. В ответ я пожала плечами. Не хочу лезть в этот спор. Лив придется выкручиваться самой.

– Все, что захочешь, если разрешишь пойти с тобой, – решительно предложила Лив.

Ответа Мэл пришлось подождать. Она, словно актриса, решила выдержать драматическую паузу, хотя все мы знали, что она скажет. Иначе Лив уже давно отстала бы.

Мэл вздохнула.

– Посмотрим, что можно сделать.

Лив просияла улыбкой. Она собиралась броситься Мэл на шею, однако та скрестила руки на груди:

– Но есть одно условие.

Радость Лив тут же улетучилась. Наверное, в душе она сразу приготовилась к худшему.

– Какое условие?

Мэл кинула взгляд на меня. Всего секунда, и у меня появилось нехорошее предчувствие.

– Элла тоже идет, и весь вечер вы проводите вместе.

Минутку.

– Что?! – я в растерянности уставилась на Мэл. – Ни за что…

– Согласна! – В один голос со мной воскликнула Лив. Она перевела на меня щенячий взгляд и беззвучно, одними губами изобразила: «Пожалуйста, пожалуйста».

– Нет, Лив, забудь! – твердо объявила я. – У меня лекции до пяти.

– Ты могла бы прогулять, – предложила она. – Студенты постоянно пропускают пары!

– Ты понимаешь, что мне придется потом догонять? – возразила я, покачав головой. – Нет, Лив.

Она закусила нижнюю губу и умоляюще посмотрела на меня.

– Пожалуйста, Элла. Ты же знаешь, я не просила бы, не будь это очень-очень важно.

По правде говоря, это аргумент. Не считая повседневных дел, она просит у меня что-то только в исключительных случаях. Должно быть, почуяв колебание, она послала в мою сторону робкую улыбку.

– И я даже весь следующий год буду мыть за тебя посуду, – с надеждой повторила она свое предложение.

Я запрокинула голову, будто на потолке могли найтись ответы на мои вопросы.

– Учитывая, что это только последняя лекция, пропущу я не так уж много…

Лив взвизгнула.

– Значит, ты идешь?

Я со вздохом кивнула, признавая капитуляцию.

– Спасибо, Элла!

Лив до того страстно обрушилась мне на шею, что я еле устояла на ногах. Я погладила ее по спине и отпихнула.

– Пообещай вести себя нормально, – с этими словами Мэл серьезно посмотрела на нее. – Если кто-то пожалуется на твое поведение, мне, скорее всего, сразу же придется искать новую работу.

– Никаких проблем, – отсалютовав, заверила Лив. – Я в принципе всегда демонстрирую себя с самой очаровательной стороны.

Она оторвалась от меня, чтобы быстро обнять Мэл, и, попискивая, выскочила в коридор. Секунду спустя хлопнула дверь ее комнаты. А я медленно повернулась к Мэл:

– И во что я сейчас ввязалась?

Мэл снова взялась за овощечистку и, не глядя, ответила мне:

– Не волнуйся. Запихнем вас в болото поскучнее, чтобы Лив даже не вздумала учудить что-нибудь.

Я улыбнулась.

– Звучит идеально.

## Глава 3

Церемония проходила на огромной арене. Где-то после третьего контрольно-пропускного пункта я сбилась со счета. Каждый раз, когда охрана запрашивала удостоверение Мэл и скептически оглядывала нас с Лив, у меня внутри все сжималось. Из-за бесчисленных досмотров беспокойство только усиливалось.

Вокруг сновали туда-сюда люди, некоторые здоровались с Мэл, другие с головой тонули в нервных переговорах по телефону, а третьи сбивались в группки и, кажется, обсуждали какие-то организационные вопросы. Само шоу начнется через час, но до той поры еще столько всего нужно успеть.

Мэл отвела нас в помещение с полностью зеркальной стеной. В углу, прямо у двери, висел телевизор, а с противоположной стороны расположился небольшой диванчик с журнальным столиком – и больше ничего. Наверное, обычно в таких гримерках готовятся артисты – я истово молилась, чтобы здесь никто больше не объявился и у меня получилось бы спокойно дочитать книгу, которую я днем закинула в рюкзак.

– До начала шоу я должна еще кое-что успеть. Наискосок по коридору туалет. Вон там, – она махнула в сторону столика у задней стены, – несколько бутылок с водой и снеки на случай, если проголодаетесь. Ждите здесь, пока я за вами не приду.

После этого она повернулась к Лив и сурово посмотрела на нее.

– И, пожалуйста, не создавайте неприятностей.

Лив широко распахнула глаза, стараясь выглядеть как можно невиннее.

– Почему ты смотришь на меня?

Мэл подняла бровь, подразумевая, что ответ очевиден. Она порылась в кармане куртки и протянула мне одну из своих визиток.

– На случай, если кто спросит, что вы здесь забыли, можете показать ее.

– Какова вероятность, что кто-то зайдет? – поинтересовалась я, взяв карточку.

– Относительно небольшая.

Она окинула комнату взглядом. Лив уже уютно устроилась на диване и уткнулась в телефон.

– Думаешь, вы справитесь?

– Не беспокойся. В крайнем случае я привяжу Лив к этому дивану.

Мэл благодарно улыбнулась.

– Я к вам еще загляну.

Я подмигнула ей, и она вышла в коридор. Я пересекла комнату и уселась подле Лив. Та скинула туфли и подтянула ноги к себе. На мобильнике беззвучно мелькало видео.

Мэл наверняка объявится только через час-два, так что я постаралась устроиться поудобнее. Но это оказалось непросто, ведь Лив, как обычно, развалилась почти на весь диван. И раз уж мне не хотелось оказаться у нее на коленках, мне ничего не оставалось, кроме как вжаться в подлокотник.

Я заняла относительно удобное положение и вытащила из рюкзака книгу «Ходячий замок». Мама, прочитав книгу, подарила ее мне. Уголки книги изрядно истрепались, а страницы пожелтели. В некоторых местах даже остались мамины заметки. Словами не выразить, как я дорожу этим воспоминанием о ней. Всякий раз, окунаясь в историю Софи, я будто возвращаюсь домой. Мне становится спокойней и уютней.

К сожалению, большинство людей знакомы только с мультфильмом. Но как бы хорош тот ни был, до книги ему далеко.

Когда я читаю, мир вокруг исчезает. Так что в планах у меня спокойно посидеть и закончить «Замок».

Лив же, напротив, с каждой минутой все меньше притворялась, что ее устраивает бездействие. Спустя полчаса она отложила телефон и принялась нетерпеливо барабанить пальцами по обивке дивана. Через десять минут спустила с него ноги и стала ими раскачивать.

Я искренне пыталась сосредоточиться на книге, но нервные подергивания Лив выводили из душевного равновесия и меня.

Спустя еще пятнадцать минут она подскочила.

– Мне нужно в туалет.

Я нахмурилась.

– Ты дома перед выходом три раза сходила.

– Я выпила литр чая, Элла. Он не испарится на полпути, – она двинулась к выходу.

Я положила визитку Мэл между страницами в качестве временной закладки и захлопнула книгу.

– Мне пойти с тобой?

Лив надулась.

– Туалет прямо напротив. Думаю, я и сама справлюсь.

В этом я не сомневалась. Меня скорее настораживала мысль, что стоит возникнуть на этом коротком пути кому-нибудь поинтересней – и Лив решит, что туалет может и подождать.

Она вздохнула.

– Да ладно, Элла. Ты даже не заметишь моего отсутствия.

– Пять минут, – решила я после коротких раздумий. – И только попробуй загулять. Мэл нам шеи свернет, если вернется и не застанет кого-то из нас.

– Да, хорошо, – пробормотала она и вышла.

Я бросила взгляд на телефон, чтобы засечь время. Потом снова открыла книгу и погрузилась в чтение. Я то и дело меняла позу, но не двигалась с места. Да и не нужно было. Герои книги составили мне компанию и взяли с собой в путешествие. Сидя на этом самом диване, я могла облететь весь свет.

Десять страниц, потом пятнадцать, двадцать… Я настолько ушла в книгу, что не заметила, как открылась дверь. Из моего маленького мирка меня вырвал тихий голос. Подняв глаза, я определенно рассчитывала увидеть Лив, но вместо ее белокурых локонов наткнулась на короткую черную стрижку и обтянутую таким же черным пиджаком спину незнакомца. Вошедший смотрел в сторону двери, игнорируя увешанную зеркалами стену. Иначе бы наверняка сразу же заметил, что не один в комнате.

Голос тихо утекал в телефон, который он прижимал к уху. Парня задело что-то, сказанное человеком на другом конце провода, я видела, как напряглась его спина.

В следующую минуту я осознала, что пялюсь на него, как на инопланетянина.

Обрати на меня внимание!

Я было открыла рот, чтобы обозначить свое присутствие, но тут он заговорил. И я не понимала ни звука. Никогда раньше не слышала этот язык. Очень красивый, мягкий, с будто округленными звуками. Впрочем, смысл за словами мой мозг все еще не улавливал. Я сосредоточилась, пытаясь выцепить из потока хотя бы знакомые конструкции. Но единственное, что я отметила, – это невероятно глубокий голос, который каким-то образом не до конца сочетался с языком.

Я закрыла книгу и положила ее рядом с собой. Стараясь не напугать гостя, как можно тише встала с дивана. Я просто прошла бы мимо и, пробормотав коротенькое извинение, скрылась в коридоре.

Мне оставалось всего несколько шагов, когда он внезапно обернулся. Я вздрогнула и неуверенно замерла. Наши взгляды пересеклись, и первым делом я подумала, что язык, видимо, был азиатским.

Волосы уложены слегка набок, с пробором. Правильные черты лица, пухлые губы и высокие скулы. Как ни странно, мой взгляд все время возвращался к его темно-карим глазам, наконец я поняла, в чем дело: их подчеркивал слабый макияж в темных тонах, заметный только со второго-третьего взгляда. Прошло несколько секунд, прежде чем я осознала, что уставилась на него. А он на меня. Рядом с ним и его черным костюмом я, в своем сером свитере и черной юбке, чувствовала себя одетой не по случаю.

Я откашлялась, чтобы прервать неловкую паузу, и, кажется, это положило конец и его молчанию. Он сказал своему собеседнику что-то невнятное и отключился.

– Прости, – я вскинула руки в извиняющемся жесте. – Не хотела помешать.

Я говорила медленнее, чем обычно. Четче. Пусть это и не изменит того, что английский ему не понять.

– Ухожу, – добавила я, сопроводив слова пантомимой: сначала показала на себя и затем махнула в сторону двери, делая шаг в его сторону.

Он вздернул темные брови, это придало его лицу раздраженный вид, и засунул мобильный телефон в карман брюк.

– Хорошо, – ответил он так же медленно и четко. – Я думал, здесь никого нет.

Одна, две, три секунды, и до меня дошло. У меня загорелись щеки, стоило мне осознать, что я его понимаю.

Его английский хорош. Даже очень хорош. Слышен лишь намек на акцент, почти теряющийся в бархатистых обертонах глубокого голоса.

Нормальный человек извинился бы и вышел, а я решила, что он меня не поймет. Из-за внешности и иностранного языка, на котором шел разговор по телефону.

Я лихорадочно обдумывала, как выпутаться из ситуации, чтобы не показаться еще более грубой. В голову не пришло ничего, кроме нервного смешка.

– Я не ожидала, что ты говоришь по-английски.

Разверзнись подо мной сейчас земля, в пропасть прыгнула бы добровольно.

Скрестив руки на груди, он склонил голову набок. Отдельные прядки упали на лоб, но он их не поправлял.

– Почему? Я не выгляжу как типичный американец?

Я взволнованно покачала головой.

– Нет! Нет, разумеется, нет.

Нервно разминая руки перед собой, я пыталась выдержать его взгляд.

– То есть, очевидно, не выглядишь, но Америка – страна иммигрантов, так что это ни о чем не говорит, да и английский – международный язык, мне…

Я остановилась, заметив искорки смеха в его глазах, и на секунду опустила голову, чтобы собраться с мыслями, перед тем как снова поднять на него извиняющийся взгляд.

– Мне сейчас лучше умолкнуть.

– Ты не говоришь на других языках, кроме английского? – с интересом спросил он.

Тот факт, что он не вылетел тут же из комнаты, а все еще говорит со мной, меня удивил, но и немного успокоил. То ли над ним слишком часто подшучивают, то ли у него высокий порог терпимости.

– На самом деле нет, – призналась я. – Не считая обрывков испанского.

И тот я учила только потому, что в старших классах нас обязали сдавать иностранный язык. Это не слишком помогло.

– И что ты тут делаешь наедине с… – Он бросил взгляд за мое плечо. – С «Ходячим замком»? Хорошая книга, кстати.

Я выпучила глаза.

– Ты ее знаешь?

Мой голос отчетливо звенел воодушевлением.

– Конечно, знаю. Мультфильм…

– О нет, – застонала я. – Мультфильм неплох, но книга гораздо лучше.

У него вырвался веселый и вместе с тем растерянный смешок.

– Да, – согласился он. – Дай ты мне закончить, я бы именно так и сказал.

– Ой, – я откашлялась. В конце концов, сколько косяков можно допустить за один разговор?

В уголках его губ притаилась улыбка.

– Но ты так и не ответила на мой вопрос.

Вопрос? Какой вопрос?

– Ах да! Я жду сестру.

– А почему ты не выкроишь время выйти? Там есть на что посмотреть перед самым-то шоу.

– Не слишком хорошо вписываюсь в… толпу.

Это правда. Мне даже интересно, почему сейчас я так легко в этом призналась. Возможно, из-за мелькнувшего в его глазах понимания или поблекшей улыбки, будто он точно знал, о чем я.

– Так как тебя зовут? – спросила я, стремясь вернуть разговор в приемлемое русло.

Стоило переключиться на нейтральную тему, на лице у него появилось прежнее насмешливое выражение.

– Чжэ Ён.

Я моргнула.

– Че… как?

Он на секунду поднял руку, прикрывая рот, словно прятал промелькнувшую улыбку, которую я все же заметила. Спустя мгновение он уронил руку. Я рассеяно отметила кольца на пальцах.

– Чжэ Ён, – на этот раз он произнес медленнее.

Я попробовала повторить движения его губ.

– Джей…

Все еще не то. Совсем не то, судя по последовавшему от него веселому хмыку.

Но все же он кивнул.

– Да, сойдет. Скажешь, как зовут тебя, и можешь называть меня Джеем.

– Элла, – ответила я и протянула ему руку. – Элла Арчер.

Он взял ее и коротко пожал. Его ладонь была крупнее моей. Теплая, но от колец шел холодок. Его лицо смягчилось. Будто напряжение от телефонного разговора отпустило его.

– Приятно с тобой познакомиться, Элла Арчер.

Я ощутила, как при звуках его бархатистого голоса, произносящего мое имя, екнуло сердце. Но сознательно проигнорировала это и опустила руку.

Пробежавшись взглядом по костюму, я не увидела бейджа, который давал бы ему допуск в эту зону арены. У Мэл такой болтался прямо на шее, чтобы не вынимать его каждый раз из кармана.

– И что ты здесь делаешь, Джей? – поинтересовалась я, подразумевая не только пребывание в этой комнате.

Он на секунду замешкался, прежде чем ответить.

– Я здесь работаю.

Тут я навострила уши.

– Ты тоже? Тогда ты, возможно, знаешь мою сестру. Мэлани Арчер.

Ни тени узнавания у него на лице.

– Высокая блондинка, все время носом в телефоне, – я попробовала кратко описать ее.

– Похожа примерно на половину граждан этой страны, – поддразнивая, улыбнулся Джей и подмигнул.

– Ой, точно. Ты прав.

Наверняка персонал шоу, подобных сегодняшнему на арене, состоит из сотен людей, похожих на мою сестру. Едва ли все друг друга знают, а Мэл здесь еще и внештатный сотрудник.

Пришлось слегка запрокинуть голову, чтобы было проще смотреть Джею в лицо. Он сильно выше – при моих метре и шестидесяти сантиметрах это не так уж сложно. Даже Лив выше меня, а ведь она еще ребенок. Что касается роста, я единственная получила мамины гены. Все еще помню, как папа шутил, мол, она такая малютка, что однажды он потеряет ее в толпе.

В груди все болезненно сжалось, стоило мне вспомнить мамин веселый смех и искрящиеся глаза папы. Их нет уже семь лет – долгий срок. Хоть и говорят «время лечит», но и сейчас случаются дни, когда боль так сильна, что не описать словами.

Из размышлений меня вырвал голос Джея.

– Раз ты не фанат таких мероприятий, то почему пришла? – он мельком оглядел комнату, освещенную лишь резкой люминесцентной лампой. – Точно не из-за уютной атмосферы.

– Разумеется, из-за нее. Обожаю такое освещение, когда все недостатки кожи бросаются в глаза, а еще тебя слепит.

Он, приподняв бровь, скользнул взглядом по моему лицу. Его молчание вызвало у меня неловкость, но, как только я приготовилась в очередной раз сменить тему, он заговорил.

– Не думаю, что тебе стоит об этом переживать, Элла.

Он произнес мое имя так поразительно… знакомо. Понятия не имею, как на это реагировать. К счастью, меня спас телефон, который вдруг громко запиликал в рюкзаке. Я вытащила его и, бросив на Джея извиняющийся взгляд, нажала «Ответить».

У меня над ухом раздался голос Лив.

– Эй, Элла, найдется минутка?

Лив. Все это время я о ней и не вспоминала. При этом выделенные ей пять минут уже давно прошли. Мне категорически не понравился тон ее вопроса.

– Да, а что? Что происходит? – Мой голос звучал несколько настороженно. Ее ответ мне вряд ли понравится, если только перед туалетом не столпилась очередь и ей не потребовалось больше времени.

– Ну, возможно, имел место маленький и ничуть не планировавшийся мной инцидент, правда, некоторые, похоже, думают, что…

– Лив, – оборвала я ее. – Короче!

– Да, ок. Так получилось, что я сижу перед свирепо выглядящим охранником, который не спускает с меня глаз.

– Что-о-о?! – потрясенно вскрикнула я. Не желаю знать, что случилось. Если она вляпалась, Мэл навсегда запрет дома не только ее, но и меня за то, что не усмотрела.

– Не нервничай! Это просто недоразумение. Но если бы ты смогла прийти и забрать меня, было бы круто. Кажется, этот милашка не верит, что я не свихнувшаяся фанатка.

Я протерла глаза, надеясь, что боль, появившаяся в висках, исчезнет.

– Где ты?

Лив кратко изложила, как до нее добраться, и мы распрощались. Я убрала телефон и резво закинула рюкзак за плечи.

– Прости, – извинилась я перед Джеем, который все еще стоял посреди комнаты и, казалось, с любопытством вслушивался.

– Это моя сестра. Нужно спасать ее из когтей охраны.

– Родственники – это прекрасно, – с этими словами он отступил на шаг, чтобы пропустить меня.

– О да! – Я пересекла комнату и собиралась открыть дверь, но слегка замешкалась.

– Увидимся, Элла Арчер.

Обернувшись, я слабо улыбнулась ему, хотя мысленно уже была с Лив в нескольких коридорах отсюда. Я выскочила наружу. Подставив горящие щеки спертому коридорному воздуху.


– Поверить не могу! Ты преследовала какого-то певца до его гримерной!

Хоть я и обращалась к Лив, взгляд при этом не отрывала от Мэл, которая в паре метров от нас объяснялась с охранником, сцапавшим мелкую.

– Я не знала, что это его гримерка, – пробормотала Лив.

– Ну да, – я фыркнула. – Это же в корне меняет ситуацию.

Было отчетливо видно, как Мэл пытается сдержать гнев, чтобы не наброситься на нас с Лив.

Я нашла младшую сестру на другом конце арены в помещении, где они с охранником молча сидели друг напротив друга. Я объяснила ему, что мы здесь плюс-минус легально, но он, похоже, уже не раз слышал такую отмазку. В конце концов у меня не осталось другого выхода, кроме как набрать Мэл.

Прошло полчаса, прежде чем она смогла оторваться от работы, и вот она здесь.

У меня в кармане завибрировал телефон. Пока мы ждали, я рассказала Эрин о нашем положении. У нее сейчас раннее утро, и, если я не ошибаюсь, ей уже скоро собираться на работу.


Эрин: …

Эрин: Это ты пытаешься мне сказать?

Эрин: Что она встретила Шона Мендеса и прозевала шанс взять автограф?

Эрин: ЧТО?

Я: Да, именно ЭТО корень всех бед, классно, что ты в теме.


Я умолчала, что в любой другой ситуации согласилась бы с ней.

Мэл отвернулась от охранника, двинулась к нам, и я снова спрятала телефон в карман. Вид у нее не слишком довольный. Не дойдя до нас несколько шагов, она остановилась. Вблизи было отчетливо видно, как она напряжена. Я ждала лекцию о том, что мы вляпались в неприятности у нее на работе, но она просто тяжело вздохнула.

– Вы обещали не доставлять хлопот, – сказала она, бегло оглядев нас.

Лив немедленно пристыженно склонила голову.

– Я правда не хотела…

Я незаметно пихнула ее локтем, чтобы замолчала. Она, не закрывая рот, оглянулась на меня и собиралась продолжить, но я вложила максимум настойчивости в немой посыл: не лучший момент для оправданий.

– Я не могу уйти, пока не закончится шоу, – начала Мэл, стараясь сохранять спокойствие. – Но вам я вызвала такси, оно ждет снаружи. Я провожу вас до выхода и вернусь.

На этих словах самообладание Лив лопнуло.

– Мэл, ты не можешь сейчас отправить меня домой! Мы будем сидеть тихо как мышки, обещаю! Ведь если я сейчас уйду, то не увижу NXT…

Мэл так посмотрела на Лив, что та тут же захлопнула рот. Очевидно, терпение Мэл на исходе.

– Раньше думать надо было. Это моя работа, и я не готова поставить ее на кон из-за того, что ты не способна следовать нашей договоренности.

Мысли Лив почти слышны. Хоть она и опустила голову, справедливой ситуацию вовсе не считает. Мэл испустила еще один тяжкий выдох и подняла руку к лицу, но, вспомнив про макияж, уронила ее.

# Примечания

1

Имеется в виду оригинальное издание.