Анна Платунова
Тень-на-свету

© А. Платунова, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Пролог

Круглый каменный зал был похож на колодец. Вдоль стен горели свечи – десятки свечей. Желтое ровное пламя не позволяло увидеть существ, стоящих за линией, очерченной огнями. Но Геор пытался разглядеть лишь один из силуэтов. Он из последних сил приподнимал голову и вглядывался во мрак.

Его тело, растянутое на полу, удерживали толстые цепи, которые даже он, охотник первого разряда, не смог бы разорвать. Действие зелья давно закончилось, к тому же он потерял много крови. Наверное, придется смириться с тем, что это был его последний бой. Но прежде…

– Алена! – позвал он. – Если ты здесь… Если…

Из темноты скользнула фигура, закутанная с ног до головы в черную накидку. Именно скользнула – было в фигуре что-то неуловимо чужеродное, нечеловеческое.

– В нашем мире ее зовут Алья, – свистяще произнес голос. – Каково стать добычей, Тень-на-свету? Что ты чувствуешь теперь, за минуту до смерти?

Геор молчал, сглатывая кровь: губы были сильно разбиты.

– Алья, подойди.

Черная фигура выпростала из-под накидки руку, сжимающую загнутый, напоминающий зуб змеи, кинжал.

– Подойди и закончи дело!

Алья… Алена… Сейчас Геор в последний раз увидит ее. Маленькую хищницу, заманившую его в ловушку. Гибкое тело, серые глаза, точно дым над костром… Пепельные волосы заплетены в толстую косу…

Нельзя доверять нечисти! Никогда нельзя смотреть на них как на людей, потому что они не люди! Сколько раз Старый Дон пытался втолковать эту простую истину мальчишкам, которые только вступили в Лигу мастеров.

Маленькая тень перешагнула линию свечей. Белая девичья рука, не дрогнув, приняла нож, на миг прижала к груди и поклонилась.

– Да будет так, – произнесла Алья.

Проклятое наваждение. Порождение ночи. Убийца. Тварь… тварь…

Мягкие губы, покорные поцелуям… Тонкие пальцы проводят по щеке, щекочут мочку уха. «Зачем ты так коротко стрижешься, Геор? Мой грозный охотник…» Смех – переливы горного ручейка.

Геор запрокинул голову, подставляя шею под лезвие. Это лучше, чем мука, разрывающая его сейчас на части.

– Давай же!

Если бы можно было все изменить, отмотать назад…

Но Геор знал, что и во второй раз поступил бы так же.

Глава 1

Все началось обычным апрельским утром. Весна в этом году выдалась капризной. Еще вчера жарило солнце, ночью же ветер переменился, зарядил дождь, и Геор проснулся от того, что брызги воды залетают в открытое окно и попадают на лицо. Хотя он и не в таких условиях привык спать. Что такое капли по сравнению, к примеру, с водой, струящейся по стенам канализации. Да, однажды пришлось заночевать по колено в сточных водах, сидя в засаде на жмыха. Он, гаденыш, так и не появился.

«Жмых. Нечисть второго класса. Обитает преимущественно в канализации, а также в норах на берегах прудов со стоячей водой. Неразумен», – автоматически включился в голове классификатор.

Старый Дон, а в миру Дмитрий Донцов, шутил над пацанами: «Только тогда станете настоящими охотниками, когда весь классификатор изучите от корки до корки! Так, чтобы ночью вас разбуди – оттарабанили наизусть!»

Геор усмехнулся: что же, видно, он вправе считать себя настоящим охотником. Сон, и без того чуткий, окончательно покинул его. Он спустил ноги с кровати, хмуро оглядел свою холостяцкую берлогу. Анжела – кажется, ее Анжелой звали, ту пышногрудую девицу, которую он пригласил на рюмочку «чая» в прошлый четверг, – скривила губы, разглядывая однушку Геора.

– Сразу видно, что ты один живешь, Гоша.

Он представился Георгием, упустив из внимания тот факт, что малознакомые люди тут же превращали Георгия в Гошу, в Жору, даже почему-то в Юрика.

Но тут Анжела, прикинув, видимо, что владелец квартиры, пусть и однокомнатной, зато в центре города, заслуживает внимания, улыбнулась, словно мавка, учуявшая добычу.

«Мавка. Нечисть первого класса. Прежде населяла водоемы с проточной водой, теперь приспособилась к обитанию в городе. Для сохранения жизнеспособности мавке достаточно провести ночь в воде: в ванне, в бассейне, в водоеме. Почти неотличима от человека. Псевдоразумна».

– Тебе бы занавесочки на окна, цветочки…

Анжела мечтательно разгладила покрывало на кровати, точно уже представляла, как облагородит холостяцкое жилье молчаливого брутала милыми женскими штучками. А то ведь не дело – одежда брошена грудой на кресле, пузырьки, какие-то жестянки, шнурки с узлами и металлическими бусинами свалены на журнальном столике, лакированная поверхность которого прожжена и исцарапана. «Да что это вообще за хрень?» – читалось в ясных, не обремененных мыслью глазах.

Георгий молча откинул покрывало и впился в послушные розовые губы. Цветочки его не интересовали, равно как занавески или девушки, задержавшиеся рядом дольше чем на одну ночь…

Он вышел на кухню, включил чайник, кинул в кружку две ложки растворимого кофе. Пока вода закипала, сложил пустые контейнеры из-под еды в пакет – выбросит по дороге. Геор уже не помнил, когда в последний раз готовил сам. Ужин привозил курьер, на обед можно прийти в любой ресторан, с которым у Лиги заключен договор. Организация не скупилась: для охотников с лицензией все самое лучшее, и это не считая немаленькой суммы, каждый месяц перечисляемой на карточку. Геор мог бы обзавестись квартиркой посвободнее, но зачем? Его и так все устраивало.

Он неторопливо собирался. Утренняя подготовка давно превратилась в ритуал. Черный горький кофе, душ. Геор поменял лезвие на бритве: тупое лезвие может оцарапать кожу, а для охотника каждая ранка – лишний риск. Провел рукой по волосам, еще немного и надо стричься. Волосы не должны отрастать длиннее сантиметра: длинные волосы – помеха в бою.

Светлая рубашка, темные брюки, серая куртка-блейзер. Любой, кто встречал Геора на улице, видел клерка, спешащего на работу в офис, только рюкзак из потертой джинсовой ткани выбивался из образа. А еще от обычных сотрудников офиса Геора отличали слишком широкие плечи, острый взгляд и общая плавность движений, как у затаившегося хищного зверя.

Охотники шутя называли рубашку и брюки дневной экипировкой. К выбору же ночной подходили без смеха, тщательно и серьезно. Геор работал над своей вот уже два года – с того самого момента, как получил лицензию и значок охотника: летящую сову.

Напрасно сов считают дружелюбными птицами – интернет полон умилительных фотографий. На самом деле это опасные ночные хищники. И каждый, кто видел горящие золотом глаза, острые когти, нацеленные на добычу, расправленные крылья, тут же забывал о том, что хотел почесать пушистый комочек за ухом. Конечно, для людей совы не опасны, а вот для созданий ночи…

Ночную экипировку надевали, выходя на охоту. Здесь не было строгих правил, каждый охотник подбирал амуницию исходя из собственных привычек. В личной ячейке Геора хранилась пара кожаных наручней с серебряными заклепками, наплечник со вставкой из того же металла, чтобы отбить вкус даже у самой голодной и кровожадной твари, серебряный же кинжал, комплект ремней, который несведущий человек мог бы посчитать обычным украшением. Нет, у каждого ремня свое назначение: мастера-оружейники вплетали в них защитные заклятия. И стоил такой ремень небольшое состояние.

Перевязь для меча единственная не имела магических или защитных свойств, но вот сам меч был предметом гордости Геора. Он достался ему из рук самого Владимира Маковцева, после победы на ежегодном региональном соревновании.

Заключительная часть утреннего ритуала – проверка зелий. Они на всякий случай всегда должны быть под рукой. Мастера-алхимики каждый месяц пытаются разнообразить составы, создавая все новые снадобья. Представляют их потом на общем собрании в актовом зале. Но Геор давно решил для себя, что главные и основные зелья были изобретены еще в первые годы создания Лиги, а сейчас это так – деньги на ветер, должен ведь как-то отдел алхимиков оправдывать свое существование.

Иногда Геор соблазнялся обещаниями алхимиков и пробовал что-то из новенького. Вот и сейчас в рюкзаке валялся флакон с густой синей жидкостью. Уверяли, что после приема зелья охотник получит способность предугадывать удары противника, но Геор обзавелся только головной болью на двадцать четыре часа.

Алхимики! Что с них взять! Повезло, что тесты при устройстве в организацию сразу показали его как потенциального охотника. Не дай бог определили бы в алхимики. Или хуже того – в аналитики. Мастера-оружейники пользовались у Геора бо́льшим уважением, но все равно, зная свою неусидчивую натуру, он был уверен, что едва ли смог бы стать хорошим оружейником. А палачи! Геора передернуло. Хотя уж кто-кто, а он точно никогда не страдал сентиментальностью. Но эти так называемые коллеги, с которыми он вынужден мирно беседовать на совещаниях и корпоративах, ничего кроме гадливости и омерзения не вызывали.

Одно дело – убить создание ночи в честном бою, совсем другое – изощренно пытать псевдоразумных или ставить опыты, надеясь лучше распознать природу твари, чтобы потом передать сведения алхимикам или оружейникам.

Геор стоял на пороге, когда зазвонил сотовый.

– Мы тебя ждем! – отрывисто сообщил Стас, начальник отдела. – Срочное дело.

– Что случилось?

– В городском парке сработал маячок на чмура. И тварь, вероятно, уже ведет жертву.

Глава 2

Лига мастеров располагалась в сером многоэтажном здании – то ли НИИ, то ли офисный центр. Очень немногие знали, что скрывается за непритязательным фасадом.

Охранник на входе привстал, но тут же сел на место, опознав Георгия. Махнул рукой: проходи. Геор скривился: он не терпел дилетантства.

– А если это не я?

– А кто? – придурковато спросил парень.

То ли строил из себя недотепу, то ли действительно не понимал. Новенький. И, видно, не задержится. Геор не стал объяснять простаку, что его образ мог принять безликий или сыть, что существует несколько видов тварей, способных так или иначе копировать человека. Он приложил ладонь к сканеру, мигнула зеленая лампочка, в двери щелкнул замок.

Поднялся на третий этаж, в отдел охотников. На входе столкнулся со Стасом и Витьком, они уже были полностью экипированы.

– Встречаемся в парке, – бросил Стас. – Мы приступим. Присоединяйся, когда будешь готов.

Геор отомкнул ячейку бляшкой с личным заклинанием. Для несведущего человека бляшка казалась поддельной копией военного жетона, но она хранила в себе информацию об охотнике. Если однажды Георгий не вернется с задания, его тело опознают именно по этому жестяному знаку.

Два года назад, только получив лицензию охотника, Геор с непривычки очень долго снаряжался. Подтягивал ремни: все казалось то слишком свободным, то тесным. По несколько раз прилаживал наручни, проверял, удобно ли будет вытащить меч из заплечных ножен. Теперь все проделывал на автомате, раздумывая над появлением в городском парке чмура.

Твари, хоть назывались созданиями ночи, прекрасно чувствовали себя днем и тогда же выходили на промысел. Только кое-какие виды были сугубо ночными существами, которые боялись солнца. Чмур солнца не боялся. Геор затягивал ремни и мысленно листал классификатор, освежал в памяти все, что знал об этих существах.

«Чмур. Нечисть первого класса. Прежде обитали в густых лиственных лесах, теперь можно встретить в городских парках, в лесополосах. Выбрав жертву, принимает облик человека, заслуживающего доверия. Псевдоразумен».

Классификатор всегда излагал факты скупо и сухо. Это был лишь указатель, но Геор, как любой лицензированный охотник, знал куда больше, чем содержалось в коротких строчках.

Чмура иначе называли водильщиком. Чаще всего он выбирал своих жертв среди одиноких детей или стариков. Выбирал и начинал водить, заманивая все глубже в чащу, хотя заблудиться люди могли даже в двух шагах от дома. Чмур дожидался, пока несчастный, утомившись, уснет, и после выпивал жизненную силу.

Подозрения о том, что в городском парке появился чмур, возникли месяц назад. Сначала пропала пожилая женщина. Отправилась в магазин за хлебом и решила срезать путь по аллее парка. На следующий день ее нашли погибшей. Официальная версия – заблудилась и замерзла. Две недели спустя пропал двенадцатилетний подросток…

Было совершенно непонятно, откуда взялся чмур в исследованном вдоль и поперек парке. Может быть, спал долгие годы, забившись в дупло или в трухлявый пень. Может быть, что вероятнее, пришел издалека: парк одним концом упирался в дачный поселок, а там уже и до настоящего леса рукой подать.

Расставленные маячки долго безмолвствовали, но вот сегодня наконец сработали. Чмур. Все-таки он.

Геор подвесил к ремню самые необходимые зелья, на всякий случай добавил кровеостанавливающую настойку. Зелье «Жар» открыл и выпил здесь же: день промозглый, а куртку придется оставить в офисе.

Захлопнул ячейку, и рука автоматически метнулась к оголовью меча над левым плечом, но тут же опустилась.

– Нервничаешь, охотник? – с ухмылкой спросил Петр.

Он стоял за закрывшейся дверцей. Геор не ответил, однако руку для пожатия пусть с неохотой, но протянул. Ладонь палача была твердой, прохладной и сухой.

– Ты по делу или мимо проходил? – без улыбки осведомился Георгий.

– Вообще-то, по делу, – улыбнулся Петр, который никогда на это не скупился, удивительно доброжелательный палач. – Ты должен зайти к нам в отдел, заполнить опросник. Ничего серьезного, так, выборка.

– Зайду, – коротко ответил Геор. – Позже, если время появится.

Будь его воля, он никогда больше не спустился бы в этот смрадный подвал…

Нет, на самом деле стены там были отделаны белейшими пластиковыми панелями. Двери, тоже выкрашенные в белый, закрывались герметично, как иллюминаторы на корабле. Геор предпочитал не заглядывать внутрь, чтобы не застать мастера-дознавателя за работой. Но в прошлый раз, когда он спустился, чтобы заполнить какие-то бумаги, одна из дверей приоткрылась и до слуха донесся нечеловеческий стон мучимого существа.

– Должно появиться! – Улыбка не стерлась с лица Петра, но голос прозвучал жестко.

Геор молча отправился к выходу. В конце концов, отдел охотников не подчиняется отделу дознавателей. Если какие-то претензии лично к нему – пусть пишут рапорт Большаку.

«Жар» еще не вступил в полную силу, и в первую секунду прохладный ветер омыл разгоряченную кожу, очистил от чувства гадливости. Геор был готов к охоте.

Он двигался сквозь толпу, но люди не удивлялись его странному виду, не пялились на меч за его спиной. Геор знал, что сейчас он для них лишь размытое темное пятно. Тень-на-свету. Его увидят только тогда, когда он сам этого захочет.

В обычном своем состоянии Геор добрался бы до городского парка за час, сейчас же, войдя в боевой режим, он сжимал пространство как гармошку: каждый шаг заменял десяток шагов. Его глаза с расширившимися зрачками не упускали ни одной детали. Людей он видел вспышками света – дети, полные жизненной силы, сияли как лампочки, старики светили тускло, мерцали.

Взгляд выхватил из окружающего пространства нечто, что заставило его остановиться. Тело среагировало быстрее, чем разум. Он заметил наполненную сиянием человеческую фигуру, вот только оно постепенно гасло. На плечи человека будто был накинут темный плащ. Он шевелился, как живой, наползая с плеч на грудь, обнимая живот.

Кинжал сам собой лег в руку. Сейчас хватит и его. Геор не любил, когда отвлекали на задании по пустякам, но придется поработать сверхурочно.

– Лапы прочь! – прошипел он.

Для людей охотник по-прежнему оставался невидим, а вот щуплый старичок в поношенном пальто шарахнулся, точно увидел свою смерть. Впрочем, так оно и было.

– Я с лицензией! – Старичок поднял руки к лицу, будто защищаясь. – Вот! Вот, смотрите.

Трясущимися пальцами он залез в карман, вытащил мятую бумажку и протянул ее Геору. Тот брезгливо развернул и, разглядев печать с совой, сразу понял, что прилипала не обманывает.

«Прилипала. Нечисть третьего класса. Принимает облик немощных, слабых людей или животных. Питается жизненной энергией, но смертельной угрозы не представляет. Псевдоразумен».

Псевдоразумную нечисть третьего класса, не причиняющего серьезного вреда людям, Лига не истребляла, а ставила на учет. С этими созданиями наладилось своего рода сотрудничество: они регулярно делали денежные взносы и за это получали лицензии «на питание».

Геор огляделся в поисках жертвы и заметил, что от них стремительно удаляется молодой мужчина. Остановился, повел плечами, отряхнул ладонью с рукава невидимую пыль – последствия вмешательства нечисти в ауру. Ничего, голова часок поболит и перестанет.

– Лицензия через месяц заканчивается, – процедил сквозь зубы Геор. – Не забудь продлить!

Старичок принялся кивать, кланяться и отступать спиной. Геор не стал тратить время, глядя, к кому из прохожих тот присосется, – и так задерживается. Если чмур нашел себе жертву, то надо поторопиться. Кто знает, сколько он ее уже водит.

Глава 3

Парк еще не очнулся от зимней спячки. Почки едва проклюнулись, пахло сыростью и гнилью, прелой листвой. За деревьями спрятались замершие аттракционы. На вагончиках детской железной дороги застыли нарисованные яркой краской улыбки, за зиму кое-где краска облупилась, обнажая железо, и казалось, будто вагоны скалят зубы.

Геор остановился, несколько раз вдохнул и выдохнул, закрыл глаза, прислушиваясь, принюхиваясь. Чутье охотника еще больше обострилось. Он мог ощутить все живые и неживые сущности в радиусе нескольких десятков метров. В этой части парка было людно, шумно – чутье сбоило, дробилось. Дети с родителями, компании подростков, старики, вышедшие в парк подышать, посидеть на скамеечке, подставив лица под первые лучи весеннего солнца. Птицы на ветвях, свора собак, копошение жизни в подлеске – все это чутье отметало автоматически.

Стас и Виктор ушли далеко – Геор не смог их почувствовать. Да и ему самому не было никакого смысла оставаться в этой части парка: едва ли чмур и его жертва обнаружатся за ближайшим кустом, эта тварь тоже не любит людных мест.

Дальность охотничьего чутья у Геора неплохая, до пятидесяти шагов, правда, со Стасом ему не сравниться, у того охват территории почти сто метров. «Отправлю тебя на курсы повышения квалификации!» – то ли грозился, то ли обещал начальник отдела, но дела все прибывали, только успевай разгребать, так что курсы откладывались на необозримый срок.

Геор поправил перевязь, подтянул ремни и отправился кружить по парку, сам толком не представляя, куда направляется. Одно ясно: подальше от людей, вглубь, да не по дорожкам, которые уже успели вымести и присыпать песком, а под деревьями, по мокрой листве, туда, куда ни один нормальный человек не сунется.

– Тенью по земле, тенью по траве, тенью по воде… Создание ночи, выйди ко мне… – бормотал Геор простенькое заклинание призыва, которому учили мальчишек-подмастерьев: сил оно не тратило, но иногда оказывалось действенным.

Парк затаился, притих, будто перед грозой. Замолчали птицы, насекомые спрятались в траве. Они тоже ощущали призыв охотника.

И это безмолвие помогло – Геор что-то почувствовал. Он не сразу понял, что это было – какой-то особенный запах? Звук? Что заставило напрячься все мышцы? Сделал шаг – колючая ветка, словно когтем, провела по лицу: «Стой!» Наклонился и увидел на кустарнике на уровне груди красную нитку, она трепыхалась на ветру, как одинокий огонек. Осторожно снял, намотал на палец, зная, что последует за этим.

Вспышка. Цепочка следов по земле. Но Геор видел не отпечатки, примятые травинки уже распрямились, он видел слабое свечение там, где наступала маленькая нога. А рядом тянулись черные, точно покрытые слизью, трехпалые отметины.

Секунду он видел ее – девочку-подростка в алой куртке. Шапку сняла и несет в руке, дуреха – ветер еще прохладный. Растерянно оглядывается. Вроде бы где-то рядом остановка и дом репетитора по английскому, с которым она уже полгода занимается. И в парк-то заглянула ненадолго, просто проверить, не заработали ли аттракционы.

– Бабушка, а далеко еще до дороги?

Старушка с лицом добрым, морщинистым, будто печеное яблочко, настоящая бабушка, такой только сказки внучкам рассказывать, улыбается и берет девочку за руку. Крепко берет, решительно.

– Туда, туда, деточка. Туда. Я тебя выведу…

Пока не истаяло в памяти видение цепочки следов на прошлогодней бурой листве, Геор, не теряя времени, поспешил вдогонку за девочкой и тварью, что уводила ее все дальше от людей.

Он скоро увидел девочку, лежащую на земле. В первую секунду представилось страшное: алое пятно на серой земле слишком походило на кровь. Пришлось напомнить себе, что чмуры, как и многие другие создания ночи, питаются не живой плотью, а жизненной силой. Алым горела куртка пропавшей девочки. В откинутой руке вязаная шапка, светлые волосы на палой листве. А рядом, на корточках, сидела бабка. Непонятно, почему чмур не стал возвращать себе истинный облик, ведь жертва уже потеряла сознание. Возможно, это случилось совсем недавно, а значит, у Геора есть все шансы спасти девочку.

Бабка покачивалась, причмокивала, чавкала, будто упивалась сочным блюдом. Да так оно и было: жизненная сила юной девушки – для нечисти деликатес. Тварь положила сухие ручки на грудь жертвы, а Геор знал: присосалась намертво, хуже клеща. Теперь, даже если он снесет гадине голову, энергия продолжит течь по рукам и выплескиваться наружу, а девчонка точно погибнет.

Подкрался. Еще шаг. Еще. Вытащил из ножен меч, вот только сейчас он не поможет. Прокрутил в голове скудные знания о чмурах. Прежде он никогда с ними не сталкивался.

Огляделся. Ни Стаса, ни Витька. Как сквозь землю провалились, даром что ушли раньше. Где их носит?

По всему выходило, что избавиться от присосавшегося чмура могла только жертва, пока у нее оставались силы. Есть несколько способов, теперь бы привести девочку в чувство.

Геор осторожно обошел тело в красной куртке, сел по другую сторону от бабки. Сколько он тварей видел за свою службу – и то с трудом заставил себя не отвести взгляд: на человеческом морщинистом лице белели пустые глаза. Даже к лучшему: тварь сейчас настолько срослась с девочкой, что видит и чувствует только ее. Геор для чмура не существует.

Охотник провел по лбу девочки. Холодная влажная кожа. Сколько ей лет? Сейчас она казалась совсем юной. Двенадцать, тринадцать?

– Очнись! Открой глаза!

Бабка заворчала, пошевелилась недовольно.

– Очнись!

Геор несильно похлопал ее по щекам. Девчонка застонала, заворочалась, подняла веки. Вздрогнула.

– Тихо, тихо, малышня. Я пришел тебе помочь. Ты видишь эту тварь?

Девочка скосила глаза и вскрикнула, еще сильнее побледнела от ужаса.

– Ба-абушка? – хрипло протянула она.

– Это не бабушка. Это вообще не человек…

Геор запнулся: не время читать лекцию.

– Эта тварь пьет твою силу. Меня она не замечает, к тебе присосалась так, что не оторвать.

Девчонка всхлипнула, на рыдания у нее просто не хватало сил.

– Дядя… Я боюсь…

– Все будет хорошо, малышня. Сейчас я тебя подниму, и мы потихоньку пойдем. По дороге избавимся от злой бабки. Давай-ка!

Он поднял ее легко, как пушинку, помог удержаться на ногах. Бабка рук не отняла, захлюпала, заворчала, завертела головой, силясь отыскать что-то невидящими глазами, – жуткое зрелище. Девчонка пронзительно взвизгнула.

– Идем, идем… Потихоньку.

Они побрели втроем, издалека напоминая странное шестиногое существо, которое плелось шатаясь как пьяное. Геор почти нес девочку, с другой стороны ковылял чмур, кряхтел и пил-пил-пил жизненные силы жертвы.

– Дядя, ты зачем без куртки? Холодно…

– Я привык.

– А это у тебя что – меч?

– Меч. А любопытной Варваре на базаре нос – знаешь что?

– Ой, а откуда ты знаешь, как меня зовут?

– Варя, значит? Так, Варвара, слушай меня внимательно.

Геор наконец заметил то, что искал: дерево с выступающим над почвой корнем, образующим подобие арки.

– Лезь под корень. Давай.

Этот способ сбивал нечисть со следа. Но поможет ли, если чмур уже присосался?

Геор отпустил Варю, и она шлепнулась на четвереньки, замотала головой. Бабка тут же села на землю, удовлетворенно зачавкала.

– Вперед! – мягко подтолкнул он растерявшуюся девочку.

Она поползла под корень, пачкая ладошки и колени в земле.

– Ой, а шапка моя…

– Потом найдем, Варвара. Потом.

Как хотелось Геору отсечь твари голову одним ударом! Он положил руку на оголовье, стиснул так, что кристалл впился острыми гранями в ладонь. Нет, нельзя. Для девочки это верная смерть. Сначала чмура надо оторвать от нее.

Варя с трудом переставляла трясущиеся руки и ноги, но ползла упорно. Вот ее белобрысая макушка, усеянная крошками мха и коры, показалась из-под корня. Однако чмур не отвязался, видно крепко запустил в ауру девочки свои лапы. Он как-то ужался, перекривился, но прополз следом. Теперь это уже была не бабка, а чудовищная карикатура: одна рука достает до земли, пальцы загребают листву, другая будто вросла в грудь девочки. Ноги сделались птичьими, с тремя острыми когтями.

– Чавкает… – жалобно пробормотала Варя. – Ой, боюсь… Ой, мамочки…

Геор подхватил худенькое тело, удержал за пояс.

– Идем, Варвара-краса. Сейчас мы эту тварь… Сейчас…

Как же еще избавиться? Тьфу ты! Лес… Что еще можно сделать в лесу? Вода! Точно! Нужна проточная вода!

Геор судорожно попытался представить план парка, вспоминая, есть ли на его территории речушка или хотя бы ручей. Нет, так он до утра вспоминать будет. Воду можно почувствовать!

Прикрыл глаза, каждой клеточкой тела впитывая ветер. Охотник всегда найдет проточную воду. Вот и сейчас ощутил, как долетел до него запах водорослей, рыб и мокрых камней. Плюнул с досады: слишком далеко, Варя не дойдет.

И тут же вспомнилось верное средство задержать чмура, обмануть. Как бы только девчонка не испугалась.

– Варвара-краса, мне нужен лоскуток твоей куртки.

Девочка кивнула. Кинжал отхватил кусок рукава, и Геор сплел ткань в подобие куколки: голова, ручки, ножки, перевязал ниткой.

– А теперь мне нужна капелька твоей крови.

– Ой, нет…

– Варвара, ты ведь взрослая девушка, неужели боишься палец уколоть? Смотри, я не боюсь.

Геор демонстративно чикнул лезвием по подушечке большого пальца.

– Раз – и все. Или хочешь с бабулей и дальше прогуливаться?

– Я… Нет… Я не хочу-у-у!

Варвара зарыдала навзрыд, ее потряхивало от ужаса и от того, что силы заканчивались. Геор это видел и только усилием воли заставил себя не проявить самоуправство: секундное дело – порезать девчонке руку, но пусть решится сама.

– Ла-адно…

Он уколол тонкий палец и испачкал куколку, стараясь, чтобы на ткань попало как можно больше крови, а потом со всего маху всадил в куколку кинжал, пришпиливая ее к земле. Живая кровь жертвы должна отвлечь чмура. Должна! Иначе ничто уже не поможет…

Прошла секунда, другая… Бабка на курьих лапах повела носом. Она чуяла кровь, которая неодолимо влечет всех созданий ночи. Всхрапнула, отлепила от Вари руку и поковыляла в сторону муляжа.

– Уходи, Варвара, – приказал Геор, и девочке даже не пришло в голову его ослушаться. – Вон, к тому дереву. Иди, не оборачивайся.

Чмур тянул руки, теперь напоминающие лапки паука, к куколке. Геор зашел твари за спину, плавно вытянул меч, крепко сжал – рука не дрогнет. Мгновение, и черная голова с острой мордочкой покатилась в сторону. Кончено.

Поднял кинжал, оттер от земли – надо будет почистить. Нашел глазами Варвару. Девочка сидела, привалившись к стволу, моргала круглыми глазами.

– Я сплю, да? – тихо спросила она. – Это ведь сон такой страшный?

– Да, – подтвердил Геор. – Сон. Ты где живешь, Варвара-краса?

– На Котельниковой, дом пять.

– Угу…

Он проводил ее до двери. Положил ладонь на лоб, увидел, как сонно опустились веки. Варвара заснет, а когда проснется, то забудет обо всем, что с ней произошло в лесу. Вернее, будет помнить другое: потерялась, долго блуждала, перепачкалась, вон и рукав где-то разодрала. Несколько дней девочка будет хотеть мяса, желательно даже с кровью. Но постепенно остаточные следы чмура в ее ауре рассеются, силы восстановятся, плохое забудется.

Вот только сны еще долго могут мучить, как они мучили Геора, когда… А уж это совсем неважно! Тряхнул головой, загоняя муть, поднявшуюся из глубины души, туда, куда положено: на дно.

Глава 4

Стас вернулся почти следом за Геором, когда тот, сняв экипировку, собирался в душ.

– Заблудились?

Стас пригляделся к сотруднику: по лицу Геора невозможно было понять, шутит тот или злится. Улыбнулся, похлопал по плечу.

– Представь! Как-то мы разошлись. Пока ты с чмуром разбирался, мы с Витьком Сергеевым в противоположном конце парка были, – и, предупреждая вопрос, пояснил: – Знаю уже, что ты с ним расправился: видел дохлятину. Молодца! К вечеру растворится… Что жертва?

Геор промолчал: на него вдруг навалилась тупая усталость последних дней. Тяжелая выдалась весна.

– Ладно, не отвлекаю. Про отчет не забудь, подготовь до вечера.

– Угу…

Геор терпеть не мог бумажной волокиты, каждый раз мучительно подбирал слова для отчета. Если бы можно было предоставить это кому-то другому, а самому только выходить на дело! Это проще, понятнее. Глоток зелья, меч в руку – и вперед. В охоте на нечисть есть один неоспоримый плюс: никогда не сомневаешься в своей правоте. Нечисть – зло, а ты защищаешь мир от чудовищ.

Геор повесил на плечо полотенце и уже отправился в сторону душевых, когда его догнал голос Стаса. На этот раз Стас не притворялся закадычным дружком, включил начальника.

– В пятнадцать ноль-ноль пятиминутка в зале собраний. И… Ты когда в последний раз заглядывал к психологу? Не хуже меня знаешь регламент… – Голос чуть смягчился. – В конце концов, зачем мы держим штат этих бездельников?

Геор кивнул, не оборачиваясь. Дверь в душевую готов был приложить со всего маха, придержал в последнюю секунду. Выкрутил до упора кран с горячей водой, не обращая внимания на то, что струи обжигают кожу. Почему бы им всем не оставить его в покое? Психологи, начальники, палачи! Чего им всем от него надо? Он плохо делает свою работу?

– Паскуда! – прошипел Геор, точно не зная, кого имеет в виду. Наверное, среди прочих больше всего чмура, но отчасти и Стаса.

Мозгоправов он терпеть не мог, хотя первый год, после того как получил лицензию, исправно посещал каждый месяц. В штат психологов будто нарочно набирали молоденьких, симпатичных и чрезвычайно сострадательных девочек. Хотя… почему «будто»? Для психологической разгрузки охотников – самое то. Сядет напротив такая фея с оленьими глазами, улыбнется нежно – у кого угодно язык развяжется.

– Георгий, давайте начнем наш разговор с событий двенадцатилетней давности, – говорила очередная Дарья Михайловна или Светлана Игоревна, всем своим видом излучая доброжелательность и профессионализм. – О том времени, когда вы впервые узнали о существовании Лиги мастеров…

– Я уже тысячу раз говорил!

Ни тени обиды на лице.

– Да, конечно. – Торопливо перелистывает блокнот. – Но будет проще строить дальнейший разговор, если не станете держать в себе то, что вас мучает.

– Меня ничего не мучает.

– Отлично. Хорошо. Я правильно понимаю, что двенадцать лет назад вы сами стали жертвой нечисти… – Опускает голову, подчеркивая строчки на листе, а на самом деле прячет глаза. – Безликого. Верно?

…Геор закрыл горячую воду и включил ледяную. В голове постепенно прояснилось.

На обед пошел, как обычно, в «Имбирь» – там он давно облюбовал столик в углу, подальше от входа. Напрасно Витька Сергеев несколько раз пытался вытащить его куда-то еще, тряс рекламным буклетом, подготовленным мастерами-аналитиками:

– Зря, что ли, люди стараются! Смотри, вон даже стриптиз-клуб в этом месяце в список вошел!

Геор скользнул взглядом по яркой листовке, усмехнулся.

– Думаешь, тебе стриптиз покажут во время бизнес-ланча?

Сам Геор в стриптизе не видел смысла. Нафига издалека любоваться на то, что можно получить целиком и просто так? В телефоне хранился длинный список девиц, каких-то Анжел, Жанн, Кристин, чьи лица стирались из памяти на следующий же день. Георгий каждый раз демонстративно забивал телефон очередной Анжелы в память смартфона: вот, мол, видишь, у меня далеко идущие намерения, это не на одну ночь… Знал ведь, что на одну. Но почему потом не стирал номера? Загадка.

После обеда отправился в тренажерку – еще один отличный способ избавиться от ненужных мыслей. Охотник за нечистью не обязательно должен иметь накачанные мышцы. Что Витек, что Глеб – доходяги ведь, как ни посмотри. Правда, на скорости реакции и на силе это никак не сказывалось, даром, что ли, алхимики зелья-усилители составляют. Но Геору нравилось тягать железо, нравилось напряжение мышц, разогретое тело и удивительная легкость, возникающая в голове. Можно на время забыть об отчете, об опроснике, о рабочем совещании, о психологинях… Просто не думать.

– Гоша, на совещание! – В зал заглянула Верочка, секретарша Большака.

Она каждый раз обегала этажи, вытаскивая затаившихся в курилке алхимиков, аналитиков, делающих вид, что они самые занятые сотрудники Лиги, дознавателей, уверенных, что их-то за работой точно никто не потревожит. Нет, Верочка была неотвратима и неумолима, как сама смерть, от ее взора в здании Лиги не укрылась бы и мышь.

– Гоша! – Верочка немым укором застыла в дверях, потому что Геор старательно игнорировал секретаршу. – Три минуты, Гоша!

В зале совещаний набралось от силы два десятка человек. Геор уселся на предпоследнем ряду, демонстративно уткнулся в телефон.

Пятиминутка, как водится, растянулась на час. Первыми выступали аналитики. Геор пропускал мимо ушей скучные цифры статистики. Лига мастеров с самого возникновения пыталась взять нечисть под контроль. И если с псевдоразумными получалось вести хоть какой-то учет, неразумные твари плодились и перемещались совершенно безнадзорно.

Потом на сцену поднялся Маковцев. Бывший охотник расплылся, погрузнел – вот что с человеком делает сидячий образ жизни.

– Вчера в руководстве, – он ткнул пальцем вверх, ссылаясь, видимо, на генерального, возглавляющего отделение Лиги в столице, – было принято решение перевести тавуль в нечисть первого класса.

«Тавуль. Нечисть третьего (теперь уже первого) класса. Предстает в виде прекрасной женщины с белой кожей и черными волосами. Появляется в зимнее время года, заманивает случайных путников, замораживает, выпивает жизненную силу. Псевдоразумна».

По залу поползли шепотки. Первый класс автоматически лишал нечисть каких бы то ни было прав: ей больше не выпишут лицензии «на питание», мастера-дознаватели получат возможность ставить опыты, допрашивать и изучать, охотники, подготавливая отчеты после ликвидации, избегнут необходимости заполнять кучу бланков. Геор довольно ухмыльнулся. Но решение руководства не всем пришлось по вкусу.

– Превосходно, – проворчал пожилой мастер-аналитик. – И лишимся дохода от лицензий!

– Если на одну чашу весов поставить доход, а на другую человеческие жизни, то что перевесит? – встрепенулся Антон, молодой и горячий мастер-оружейник. – В руководстве знают, что делают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.