Андрей Грачев
Библейская история древнего мира и античная мифология

Моим любимым жене, сыну и родителям посвящается

От автора

Современная историческая наука рассматривает возникновение культуры и появление первых государств как результат длительной эволюции человека в течение нескольких миллионов лет каменного века. Убежденность в ошибочности подобного подхода, являющегося продолжением морально устаревших теорий дарвинистского толка, побудила автора решить задачу по синхронизации истории древнего мира и данных античной мифологии с библейской историей. В книге рассматривается исторический период от Ноева потопа, соответствующего в геологии завершению мезозойской эры, до Воскресения Христова. Необходимо отметить, что неоднократные попытки установления соответствия истории древнейших государств с библейскими данными предпринимались не только в античности (Евсевий Кесарийский, Иероним Стридонский) или в средние века (Георгий Синцелл, Петавиус, Скалигер), но и в XX веке (Hеrmаn L. Hоеh, Д. Ролл, И. Великовский), однако, в связи с нехваткой всесторонней информации все они оказались неудачными.

Тем не менее, несмотря на столь длительный период изучения этой тематики, данное исследование является новаторским. Подкрепленные многочисленными доказательствами идеи автора никогда ранее не выдвигались, и потенциально могут быть признаны открытием в библеистике и исторической науке. Автор основывается на истинности библейских исторических сведений, их приоритете по отношению к имеющимся научным данным. В результате подобного подхода основные события древнейшей мировой истории и даже мифологические темы легко поддаются синхронизации с Библией и складываются в единую картину.

Когда в действительности происходили титаномахия, падение Фаэтона и гибель Атлантиды? Кому соответствовали в мифах Ной и его дети, Каин, Ханаан, Нимрод, Иосиф Прекрасный и Нин Ассирийский? На правление каких царей Египта, Ассирии и Эллады пришлись пребывание древних израильтян в Египте, времена Судей и царей Израиля, и кто был фараоном Исхода? Что представляли из себя египетские циклы Сириуса, как их правильно считать, и почему были построены пирамиды Гизы? Кем в действительности являлись рефаимы, пеласги, гиксосы, неандертальцы и «чудь белоглазая», и где находились Харибда Гомера, гора Меру, страны Пунт, Офир и Хавила, река Фисон и «железные ворота» Зу-ль-Карнайна, сдерживавшие народы Гога и Магога? Ответы на эти и многие другие вопросы читатель найдет в книге, предназначенной всем, кто интересуется Библией, древней историей и мифологией.

Пролог

Перечитывая многочисленные современные работы и справочные издания по истории древнего мира, не сложно заметить, что все они, так или иначе, основаны на атеистических теориях антропогенеза Ламарка, Дарвина, Маркса и пр. По учебникам и научно-методическим пособиям до сих пор продолжают кочевать «незыблемые» постулаты о миллионах лет эволюции гоминидов каменного века и «неолитической революции». Для тех, кто не готов принять как аксиому происхождение человека от обезьяны, в порядке факультатива предлагается теория о древнейших предках человечества – бушменах и готтентотах и жившей 200 тысяч л.н. так называемой африканской «митохондриальной Еве», гены которой якобы имеют все ныне живущие люди. Как следствие, древнейшая историческая эпоха выглядит чрезвычайно растянутой по времени и безликой. Не лучше обстоит дело и с освещением периода становления древнейших государств. О первых монархах восточных деспотий историки не могут сообщить ничего, кроме имен, сохранившихся в архивах; связное историческое повествование начинается не ранее правления III династии фараонов Египта. Что касается сведений об обожествленных правителях, то их можно почерпнуть исключительно из мифологических источников. В итоге историческая наука заняла свою нишу, мифология – свою, а Библия считается уделом верующих, но не повествуют ли они об одних и тех же событиях и людях, но разными языками?

Опираясь на тексты Священного Писания, данное исследование синхронизирует историю древнего мира с библейской историей. Воссоздавая события времен, канувших в лету, автор использовал сведения не только античных историков, но и безымянных создателей мифов, которые тоже когда-то были историей, но, искаженные обожествлением царей и аллегорическими экзерсисами жреческих корпораций, с течением времени стали считаться вымыслом. Впрочем, каждому веку свойственны свои заблуждения – в древности поклонялись языческим богам, а современные люди верят в «миллионы лет до нашей эры».

Глава 1
Золотое царство

«И сказал [Господь] Бог: вот знамение завета, который Я поставляю между Мною и между вами и между всякою душею живою, которая с вами, в роды навсегда: Я полагаю радугу Мою в облаке, чтоб она была знамением [вечного] завета между Мною и между землею. И будет, когда Я наведу облако на землю, то явится радуга [Моя] в облаке; и Я вспомню завет Мой, который между Мною и между вами и между всякою душею живою во всякой плоти; и не будет более вода потопом на истребление всякой плоти»

(Бытие,9,12).

Первобытный хаос греческих мифов, холодное море Пополь-Вух майя, окаменевшие воды Нуна древних египтян и двенадцатиструйный Эливагар скандинавской Эдды, породившие все живое – все они являются различными наименованиями схлынувших вод потопа. Переход спасшихся восьми человек из старого мира в новый у древних символически изображала радуга, возникшая в небе после благодарственной жертвы Ноя Богу за спасение: «Тогда спросил Ганглери: «Какой путь ведет с земли на небо?». Отвечал со смехом Высокий: «Неразумен твой вопрос! Разве тебе неизвестно, что боги построили мост от земли до неба, и зовется мост Биврёст? Ты его, верно, видел. Может статься, что ты зовешь его радугой» (Младшая Эдда,13). Любопытно, что отрицающая всемирный потоп геологическая наука, невольно следуя Библии, в связи с разительным отличием эпох также разделяет их на мезозой («старую эру»), соответствующий библейскому допотопному периоду, и кайнозой («новую эру») – т. е. послепотопный период.

Подобно тому, как забывается младенчество, но детство мы всегда помним солнечным и счастливым, так и допотопная история почти стерлась из памяти наших предков, но нет народа, предания которого не знают блаженных времен «золотого века». Разнообразные мифы рассказывают, как на земле был благодатный климат («Вечно стояла весна; урожай без распашки земля приносила» – Овидий, Метаморфозы,1,105); для работы не требовалось усилий, реки текли в обе стороны и дети ходили сразу же после рождения:

Жили те люди, как боги, с спокойной и ясной душою,

Горя не зная, не зная трудов. И печальная старость

К ним приближаться не смела… Всегда одинаково сильны

Были их руки и ноги. В пирах они жизнь проводили.

А умирали, как будто объятые сном. Недостаток

Был им ни в чем неизвестен. Большой урожай и обильный

Сами давали собой хлебодарные земли. Они же,

Сколько хотелось, трудились, спокойно сбирая богатства,

Стад обладатели многих, любезные сердцу блаженных

(Гесиод, Труды и дни,110–120)

В современной терминологии наступление «золотого века» соответствует палеоцену (66–56 млн л.н.) – начальному периоду кайнозойской эры, когда после похолодания в начале палеогена произошло резкое потепление и по всей земле установился равномерно теплый климат. Если следовать и дальше геологической шкале, то «золотой век» древних продолжался вплоть до конца эоцена (35 млн л.н.).

Библейский патриарх Ной хорошо узнаваем в образе миролюбивого Нуна египтян и Океана эллинов – первопредка богов Гомера и Платона, а также первого царя атлантов Урана, о котором Диодор Сицилийский сообщает как о первом царе-цивилизаторе: «он собрал человеческие существа, которые жили в рассеянных жилищах, в укрытые стенами города и призвал своих подданных прекратить беззакония и звероподобный образ жизни, открыв для них употребление культурных плодов и способы сохранить их, и немало других вещей, которые приносят пользу человеку; и он также покорил большую часть обитаемой земли, в частности области на западе и на севере. И так как он внимательно наблюдал за звездами, он предсказал многие вещи, которые должны были проходить во вселенной; а для простых людей он ввел год на основании движения солнца, и месяц на основании движений Луны, и указал им времена года, которые повторяются из года в год» (Диодор Сицилийский, Историческая библиотека,3,56,3). Аналогичные сведения приводит Омар-Хайям о персидском Уране – первом царе Каюмарсе: «Рассказывают, что когда царь Ирана Кайумарс первый стал царем, он решил дать названия дням года и месяца и установить летосчисление, чтобы люди знали это. Он установил тот день, когда утром солнце входит в первую минуту созвездия Овна, собрал мубадов Ирана и приказал начать летосчисление с этого момента» (Наурузнаме). Эти описания деяний мифических царей фактически повторяют рассказ о Ное польского историка XVI века М. Стрыйковского, ссылающегося на Бероса: «Как пишет Бероэс, Ной также научил сыновей и потомков своей теологии и богословской науке и оставил им книги, в которых описал великие тайны природных явлений. Научил их также науке об обращениях небесных светил и разделил год на двенадцать месяцев в соответствии с движением Солнца. И преподал им из той науки все, что имело отношение к году» (Хроника Польская, Литовская, Жмудская и всей Руси,1,1). Память о Ное, воздвигнувшем после спасения Богу жертвенник, сохранили и Книги Сивилл (7, 66):

«Три Ему башни Уран великий поставил, в которых
Матери Бога теперь живут благородные. Имя
Первой – Надежда, второй – Благочестье и Набожность – третьей».

Разделивших землю трех сыновей Ноя, Сима, Хама и Яфета, Сивиллы называют первым поколением шестого («золотого») рода, и из текста можно понять причины их последующего обожествления:

Так поднялся тогда новый род и жизнь свою начал,
Первый и золотой, шестым был он и наилучшим…
О поколение первое рода шестого!.. Достойную славу
Я тебе пропою: цветок на смоковнице будет
Пестрый, до середины дойдут века и положат
Царской власти начало, что носит скипетр, и трое
Духом могучих царей, справедливейших, земли поделят.
Многие годы продлится их власть. Делить по закону
Между людьми они станут заботы и радость. Земля же
Будет гордиться плодами, что сами собой вызревают,
Вся расцветет и зерном осыпет счастливое племя…
Ибо Род их был родом блаженных и те изведали счастья,
В головы чьи заложил Саваоф глубокую мудрость —
С ними всегда обсуждал Он Свою безсмертную волю

(Книги Сивилл, 1,281–305; 3,110)

Библия не упоминает о рождении других детей Ноя, но первопредку, как бы он ни назывался у различных народов, мифология всегда приписывала рождение многочисленных великанов: «И сказывают, что, заснув, он (Имир) вспотел, и под левой рукой у него выросли мужчина и женщина. А одна нога зачала с другою сына. И отсюда пошло все его потомство – инеистые великаны» (Видение Гюльви,5). Подобным образом индийские мифы повествуют о рождении Дакши из большого пальца правой ноги Брахмы, а его жены Вирини – из пальца левой. В греческой мифологии детьми Урана (Ноя) также являются великаны:

Также другие еще родилися у Геи с Ураном
Трое огромных и мощных сынов, несказанно ужасных, —
Котт, Бриарей крепкодушный и Гиес – надменные чада…
Силой они неподступной и ростом большим обладали

(Гесиод, Теогония,145)

О росте отдельных представителей первых поколений «золотого века», еще сохранявших гены допотопных исполинов, можно судить по рассказу Плутарха о римском мятежном военачальнике Сертории, захватившем в I веке до РХ город Тингис (современный Танжер), названный в честь жены Антея, сына Геи: «Серторий приказал раскопать его гробницу, не веря рассказам варваров о росте Антея. Но, обнаружив тело длиной в шестьдесят локтей, он, как передают, был поражен и, заклав жертвенное животное, велел засыпать могилу; и этим Серторий способствовал еще большему почитанию и славе Антея» (Плутарх, Серторий,9). Если противником этого Антея действительно был Геракл, как сообщают греческие мифы, то можно однозначно утверждать, что им был не сын Алкмены, но так называемый древний Геракл (египетский Харшеф), который также принадлежал к поколениям «золотого века». Сведения о живших в древности великанах приводит и римский ученый I века Плиний Старший: «В целом же можно сделать верное наблюдение, что человечество становится меньше день ото дня, так что сыновья редко бывают выше своих отцов, так как пери од сгорания, к которому склоняется наш век, уменьшает плодовитость семени. На Крите на горе, разрушенной землетрясением, обнаружили тело длиной в 46 локтей, которое, по мнению одних, принадлежало Ориону, по мнению других, Оту» (Естественная история,7,73,16). Принимая во внимание единодушное мнение античных историков о гигантском росте людей в древности, подобную информацию просто невозможно игнорировать. При этом первому человеку, Адаму, коранические легенды (Саких аль-Бухари) приписывают еще более высокий рост – 60 локтей. Однако отметим, что когда в Книге Бытия говорится о Ноевом ковчеге длиной 300 локтей, то необходимо учитывать, что речь идет о локтях допотопных людей, т. е. как минимум в 10 раз больше современных. Соответственно периодически появляющиеся сообщения о якобы найденном в Араратских горах Ноеве ковчеге длиной 150 метров нельзя признать достоверными. Приблизительную длину ковчега, как бы невероятно это ни выглядело, можно определить как полтора километра, т. е. в 5 раз длинее современных океанских лайнеров, поэтому он и строился больше 100 лет.

Впрочем, древние предания сообщают о существовании не только великанов, но и карликов, и подобно тому, как в настоящее время в Африке одновременно проживают и племена пигмеев ростом в 120 см, и двухметровые тутси, очевидно, точно так же было и на заре времен, просто, скажем так, видовое разнообразие было более выражено. В фрагментах трудов греческого историка Ктесия Книдского сохранилось описание пигмеев античности: «В Индии есть так называемые пигмеи. Их область по большей части находится в самой середине Индии, и люди они темнокожие, как остальные индийцы, и имеют одинаковый с ними язык, но очень малы; самые высокие из них в два локтя ростом, а большинство в полтора, и мужчины, и женщины. Дети, пока малы, носят древесную одежду и некоторое время ходят облаченные таким образом, а когда достигают юности, отращивают волосы. И все остальные пигмеи имеют очень длинные волосы, доходящие до колен и еще ниже, и борода у них больше, чем у кого бы то ни было из прочих людей, так что их бороды, говорят, дотягиваются до ног, так как они малы, а сзади волосы много ниже колен. Так вот, когда они отрастят большую бороду, они уже не одеваются ни в какую одежду, но волосы головы отпускают сзади, а волосы бороды спереди; затем, густо обросшие со всех сторон, они обвязывают волосы вокруг всего тела и, таким образом, волосами окутываются вместо одежды… Сами они курносы, безобразны и ничуть не похожи на остальных индийцев; женщины у них так же малы и гнусны, как и мужчины. И лошади их как бараны или немногим больше; овцы же у них маленькие, как ягнята; и ослы, и мулы, и весь прочий скот ничуть не больше баранов» (Ктесий Книдский, Индика, F45fα) Eхсеrрt Cоnst. Dе аn. 2.67 (Suррl. Аristоt. I 1 еd. Lаmbrаs р. 53.27). Как видно из текста, перед нами типичное изображение гномов европейского фольклора или ацанов нартского эпоса. У эллинов гномы назывались идейскими дактилями, первыми поселенцами Крита и изобретателями ремесел и магии, отсюда греческое gnоmоs – «знание»: «Будучи чародеями, они занимались заклинаниями, обрядами и мистериями и во время пребывания на Самофракии произвели на местных жителей сильное впечатление. На Крите Идейские Дактили открыли употребление огня, свойства меди и железа и изобрели способ их обработки» (Диодор, Историческая библиотека,5,65).

Очевидно, в течение нескольких поколений «золотой век» действительно оправдывал свое название, и на земле царили мир и благоденствие, поскольку у нас практически отсутствуют сведения о перипетиях того времени, за исключением поступка Хама. Из Книги Бытия хорошо известно о проклятии патриархом Ноем Ханаана за грех Хама. Преподобный Ефрем Сирин объяснял его тем, что Хам вместе со всеми вошедшими в ковчег получил Божье благословение, поэтому Ной проклял не Хама, а его сына: «И увидел Хам, отец Ханаана, наготу отца своего, и выйдя рассказал двум братьям своим… Ной проспался от вина своего и узнал, что сделал над ним меньший сын его, и сказал: проклят Ханаан; раб рабов будет он у братьев своих» (Бытие, 9:24). В античной мифологии данный эпизод фигурирует как оскопление Урана, при этом любопытно, что Уран, оскопленный младшим сыном, Кроносом, подобно Ною грозит карой не непосредственному виновнику-Кроносу, но титанам в целом:

После их всех родился, меж детей наиболе ужасный,
Крон хитроумный. Отца многомощного он ненавидел…
Неожиданно левую руку
Сын протянул из засады, а правой, схвативши огромный
Серп острозубый, отсек у родителя милого быстро
Член детородный и бросил назад его сильным размахом…
А когда обернулися годы,
Мощных Эринний она родила и великих Гигантов
С длинными копьями в дланях могучих, в доспехах блестящих,
Также и нимф, что Мелиями мы на земле называем…
Детям, на свет порожденным Землею, названье Титанов
Дал в поношенье отец их, великий Уран-повелитель.
Руку, сказал он, простерли они к нечестивому делу
И совершили злодейство, и будет им кара за это

(Гесиод, Теогония, 135,175)

Тем не менее, несколько забегая вперед, отметим, что Кронос Гесиода и финикийской мифологии не тождественнен Крону Сивилл, и об этом еще пойдет речь позднее. Хеттская «Поэма о царствовании на небесах» так передает библейский рассказ о надругательстве над первопредком:

Вниз с неба он Ану стащил. И он укусил Ану в ногу.
Откусил ему силу мужскую, И стала, как бронза, литьем
Она у Кумарби в во чреве. Когда проглотил бог Кумарби
Всю силу мужскую врага, Он радостно захохотал

В мифологии древних персов первопредок-Каюмарс аналогичным образом подвергается нападению Аримана, после чего возникают люди из ревеня: «И излились тогда из чрева Гаюмарса две капли, на горе Дамдад, близ Истахра, и из них выросло два куста ревеня. В начале девятого месяца на кустах появились члены, которые вполне развились в конце его, и [кусты] превратились в людей, то есть в Мешу и Мешану» (Бируни, Памятники минувших поколений,4,110). В то же время иранский Каюмарс со своим быком полностью соответствует великану Имиру Эдды, которого кормила корова Аудумла, а сыновья Бора убили. Изображение в мифах первопредка вместе с коровой или быком является своего рода аллегорией, отражением Божьего разрешения Ною употреблять после потопа в пищу мясо животных: «все движущееся, что живет, будет вам в пищу; как зелень травную даю вам все, только плоти с душею ее, с кровью ее, не ешьте» (Бытие, 9:3). Греческие гекатонхейры, а также гиганты, появившиеся из крови Урана – это те же инеистые исполины Эдды, «великаны от Имира корня». Что касается Имира, то он представляет из себя собирательный образ первопредка великанов – послепотопного Урана (Ноя) и допотопного Каина. Имя Каин, как и Имир, имеет многочисленные современные эквиваленты – эмир, каган, хан, коэн, иными словами вождь, властитель, и именно так и описывает Каина Флавий – как первого повелителя людей: «Свои владения он увеличивал грабежами и насилием, и, приглашая своих сотоварищей к совершению бесстыдства и разбойничанью, он становился руководителем и наставником их в разных гнусностях… Он первый поставил на земле разграничительные столбы, построил город и, укрепив его стенами, принудил своих близких жить в одном определенном месте» (И. Флавий, Иудейские древности,1,2).

Сопоставление основных элементов данных мифов – оскопление и смех, а также созвучие слов «евнух» и Нух (арабизированное имя Ноя) наводит на мысль, что нечто подобное имело место. Несмотря на то, что есть сведения, что у Ноя был четвертый сын («по выходе своем из ковчега, он жил еще 350 лет и родил, говорят, еще сына, по имени Манитон, и дочь по имени Астхик», Вардан, Всеобщая история,1,13), патриарх Ной – единственный, о ком не сказано в Библии, что он родил детей после потопа: «И жил Ной после потопа триста пятьдесят лет. Всех же дней Ноевых было девятьсот пятьдесят лет, и он умер» (Бытие,9:28). Возможно, подобные слова действительно имеют подтекст.

Многочисленные мифы о первой расе «деревянных» людей, отражающие умножение численности потомков Ноя после потопа, зачастую сообщают, что «деревянные люди» возникают после оскопления либо гибели первопредка. Это скандинавские Аск-Ясень и Эмбла-Ива («Шли сыновья Бора берегом моря и увидали два дерева… мужчину нарекли Ясенем, а женщину Ивой. И от них-то пошел род людской, поселенный богами в стенах Мидгарда» – Видение Гюльви,9); менквы, созданные Нуми-Торумом из лиственницы, двуполый прародитель Лунной династии индийцев Ила, «деревянные люди» Пополь-Вух и выросшие из куста ревеня Меш и Мешана (Мардж и Марджана) иранцев. В средневековой персидской хронике Тарих-и-Систан (2,74) Марджана даже считалась женой Артаксада, первого сына Сима: «Дали [Саму] жену из царских дочерей. Подобной ей по красоте и целомудрию не было на свете. У нее родился Арфахшад… Арфахшад женился на Маргане». В Древней Греции прототипом «деревянных людей» служили Инах и Мелия («ясень»), дети Океана, а также нимфы Мелиады («ясеневые»), порожденные из крови оскопленного Урана, которых мы, таким образом, можем отнести к поколениям Артаксада (р. 2 г. после потопа) и Каинана (137 г.). При этом «деревянные люди» Инах и Мелия также считались предками многочисленных нимф и сатиров греческой мифологии, о чем повествует Гесиод (Каталог женщин,38–39):

Чадо Ойнеи Инах – Крониду любезные воды…
Горные нимфы-богини от них затем появились,
Племя сатиров никчемных и нерасторопных в работах,
Также танцовщики игролюбивые – боги-куреты.

Рассказывает о первых «деревянных» людях и римский поэт Овидий (Энеида,8,315):

Племя первых людей из дубовых стволов тут возникло
Дикие нравом, они ни быков запрягать не умели
Ни запасаться ничем, ни беречь того, что добыто…
Первым пришел к ним Сатурн с высот эфирных Олимпа

«Оскопление» Ноя (Урана), вероятно, произошло в период между рождением Артаксада и Каинана, правнука Ноя, поскольку в Книгах Сивилл правнуки Урана и Геи называются уже не «золотым поколением», но титанами – именем, олицетворяющим дерзость и несущим отрицательное значение:

После на смену придет тяжелое, крепкое племя
Земнородных людей и будет по счету второе.
Имя тем людям Титаны, один на другого похожи,
Каждый ростом, лицом остальных напомнит.
Осанка, Голос будет один, какой был Богом заложен
Некогда предкам их в грудь. Однако и эти, имея
Дерзкий нрав, замахнутся на то, что им не по силам;
Смерть приближая свою, захотят сразиться со звездным Небом

(Книги Сивилл, 3,110 и 1,307)

Вскоре после смерти Ноя (350 г. после всемирного потопа) между его сыновьями разгорелась борьба за власть. Книга Бытия ничего не сообщает об этом времени, поэтому последовательность событий восстановлена нами исключительно на основе имеющихся мифов и Книг Сивилл, а именно первой Сивиллы, поскольку их было много. Следуя данным византийского словаря X века Суды, Николай Спафарий (Книга о Сивиллах,1) именует первую Сивиллу Самбетой, дочерью Бероса и Эриманфы, что является неправдой, и о чем она сама и предсказывала:

Станут тогда говорить в Элладе, что я – чужеземка,
Что родилась я в Эритрах, безстыдная; и нарекут мне
Имя Сивиллы и скажут, как будто Гностом и Киркой
Мать и отца моих звали, а я – безумная лгунья

(Книги Сивилл,3,810)

В действительности, имя первой Сивиллы, невестки Ноя, хорошо известно из греческой мифологии – это Фемида, жена Япета (Яфета Библии) и мать прикованного Зевсом Прометея. Этот вывод не сложно сделать на основе ее автобиографии:

Из Ассирийской земли, от мощных стен Вавилона
Я в Элладу явилась, как некий огонь, в исступленье
Ибо покрыли когда всю землю воды Потопа,
Славный муж лишь один в то время спасся от смерти:
Мне же стать довелось невесткой этого мужа…
И, среди первых спускаясь в долину смерти,
Господних Слов не сумела понять – за то пожрет меня пламень.
Люди меня погребут, проплывая по морю мимо.
Буду побита камнями, вещав, что велел мне родитель,
Сына я предала!

(Книги Сивилл,4, 809)

В трудах Страбона (География, 9,5) первая Сивилла, дочь или невестка Урана (Ноя), она же греческая «богиня» Фемида, фигурирует уже как пер вая пифий ская жри ца Фемоноя.

Итак, согласно Книгам Сивилл (3,110) после смерти Ноя между его сыновьями Титаном и Кроносом началась борьба за власть:

Кронос, Титан и Япет над миром стали царями,
Люди их называли сынами Урана и Геи,
Имя земли и небес потому к царям прилагая,
Что наилучшими были они средь того поколенья…
Землю натрое всю разделили и бросили жребий,
Каждый стал управлять в удел полученной частью;
Но Умер старый отец. И, клятвы нарушив преступно,
Дети тогда меж собой учинили раздор величайший…
Тут вражда началась у Титана и Кроноса злая.
Рея – сестра, мать Гея, Деметра и Афродита…
Всех отцов и потомков, кто кровью был близок созвали.
Те же держали совет и решили, что Кронос над всеми
Царствовать должен, поскольку он старше, благообразней.
Должен был Кронос Титану поклясться страшною клятвой
В том, что мужского потомства иметь никогда он не будет,
Чтоб после смерти отца не мог его сын воцариться»

Исходя из этих сведений, можно заключить, что древние называли Кроносом царя, который наследовал верховную власть. Позднее царей на востоке так и продолжали именовать Кроносами (властелин времени» или «царь времени»), что легко заметить, перечитывая «1001 и ночь Шахерезады». Имя Кроноса у Сивиллы носит старший сын Ноя, Сим, что также напоминает описание Крона Диодора Сицилийского, который характеризует его как справедливого царя и культурного героя: «Крон, который был самым старшим, стал царем и сделал так, что люди из дикого состояния перешли к благоразумной жизни. Удостоившись за это великих почестей, Крон посетил также многие страны мира, утверждая всюду справедливость и кротость нравов» (Историческая библиотека, 5,66). Соответственно, Титан Сивиллы – это библейский Хам.

Как это часто бывает, в противостоянии Кроноса (Сима) и Титана (Хама) не обошлось без женщины, и из сообщений Диодора о рождении первого Диониса мы можем понять предысторию этого конфликта: «Аммон, царь той части Ливии, женился на дочери Урана, которую звали Рея, и которая была сестрой Крона и других титанов. И однажды, когда Аммон обходил свое царство, рядом с горами Керавнии, как их еще называют, он наткнулся на девушку необычайной красоты, чье имя было Амальтея. И влюбившись в нее, он возлег с девицей и родил сына дивной красоты и телесной силы… Когда доблесть и слава Диониса стали широко известны, Рея, как говорят, разгневалась на Аммона, сильно желая получить Диониса в свою власть, но не в состоянии исполнить свои замыслы, она покинула Аммона, уйдя к своим братьям-титанам, и вышла замуж за Крона, своего брата. Крон, по настоянию Реи, вел войну с помощью титанов против Аммона, и в последовавшем сражении сторонники Крона одержали верх, в то время как Аммон, который испытывал трудности из за нехватки припасов, бежал на Крит, и женился там на Крите, дочери одного из куретов, которые в то время были царями, получил власть над этими районами, и остров, который до этого времени назывался Идайя, он назвал Крит в честь своей жены. Что касается Крона, миф сообщает, что после победы он сурово управлял областями, которые раньше принадлежали Аммону, и отправился с большим войском против Нисы и Диониса» (Диодор, Историческая библиотека, 3,68). В другой части своего труда Диодор называет Аммона критским царем Зевсом и братом Урана (Историческая библиотека, 3,60), но в Книге Сивилл царя Аммона не трудно узнать под именем Титана (библейского Хама).

Согласно сведениям Диодора, Дионис, собрав войско, победил титанов в ожесточенном бою и захватил Крона и Рею в плен, но затем даровал им свободу и просил поддерживать с ним родительские отношения, что очевидно соответствует описанному в Книгах Сивилл (3,110) решению титанов передать власть Кроносу. Скандинавская версия Книг Сивилл, «Прорицание вельвы» (21), так описывает эти события:

Помнит войну она первую в мире:
Гулльвейг погибла, пронзенная копьями,
жгло ее пламя в чертоге Одина, трижды сожгли ее,
трижды рожденную, и все же она доселе живет…
В войско метнул Один копье,
это тоже свершилось в дни первой войны;
рухнули стены крепости асов,
ваны в битве врагов побеждали.
Тогда сели боги на троны могущества
и совещаться священные стали:
кто небосвод сгубить покусился и
Ода жену отдать великанам?
Разгневанный Тор один начал битву —
не усидит он, узнав о подобном! —
крепкие были попраны клятвы,
тот договор, что досель соблюдался.

Пересказывая эти мифы в Младшей Эдде, Снорри Стурллсон полагал, что речь идет о нарушенном договоре асов и великанов во время строительства стен Мидгарда, однако, в текстах Старшей Эдды ясно сказано о войне асов Одина именно против ванов (т. е. кронийцев против титанов): «рухнули стены крепости асов, ваны в битве врагов побеждали». Аналогичным образом о вражде Одина (Крона) с братьями из-за жены Фригг (Реи) говорится и в Саге об Инглингах (3): «У Одина было два брата. Одного из них звали Bе, а другого Вили. Они правили державой, когда Один был в отлучке. Однажды, когда Один отправился далеко и долго был в отлучке, Асы потеряли надежду, что он вернется. Тогда братья стали делить его наследство, и оба поженились на его жене, Фригг. Hо вскоре после этого Один возвратился домой, и он тогда вернул себе свою жену».

Эддические мифы гласят, что после длительной войны асы (сторонники Крона-Одина) и ваны (титаны) заключили мир и обменялись заложниками, и асы отдали умнейшего среди них – Мимира, при этом заключение мира сопровождалось странным обычаем плевать в чашу – мотив, который также встречается в шумерской мифологии: «Боги враждовали с народом, что зовется ванами. Но потом они назначили встречу для заключения мира, и в знак мира те и другие подошли к чаше и плюнули в нее. А при расставании боги, чтобы не пропал втуне тот знак мира, сотворили из него человека. Он зовется Квасир» (Младшая Эдда, Язык поэзии, 5). Вскоре Мимир был предательски убит ванами: «Тут смекнули Ваны, что Асы обманули их. Они схватили Мимира и отрубили ему голову, и послали голову Асам» (Сага об Инглингах,4). Вот как звучит скандинавская история гибели Мимира и сотворения Квасира в изложении шумерского Мифа об Атрахасисе (220):

Энки раскрыл свои уста:…
Один из богов да будет повергнут!
«Премудрого» – Бе-Ила (бога), что имеет разум,
Они убили в своём собранье.
Из его тела, на его крови
Намесила богиня Нинту глины…
Когда она замесила глину,
Позвала Ануннаков, богов великих.
А Игиги, великие боги,
Слюной своею смочили глину

У Диодора Сицилийского Мимир, он же шумерский «премудрый бог» Бе Ил, назван Гиперионом, сыном Урана (Ноя), женатым на своей сестре Басилее. Как пишет Диодор, после смерти Урана братья из зависти убили Гипериона вместе с малолетним сыном Гелием, после чего Селена, сестра Гелия, совершила самоубийство, а их мать, Басилея, сошла с ума: «Когда это преступление обнаружилось, Селена, которая очень сильно любила своего брата, бросилась вниз с крыши, но что касается его матери, в то время как она разыскивала его тело вдоль реки, силы оставили ее и, упав в обморок, она увидела видение, в котором ей показалось, что Гелий стоял над ней и призывал не оплакивать смерть ее детей; ибо, по его словам, титаны понесут заслуженное наказание, в то время как он и его сестра превратилась, под действием некого божественного провидения, в бессмертные существа, так и то, что раньше называли «святой огонь» на небесах, будет людьми называться Гелий —»солнце», а то, к чему обращались как «mеnê» будет называться Селена – «Луна» (Историческая библиотека,3.57). Таким образом, исходя из сообщений Диодора, начало обожествления людей можно уверенно датировать временем между смертью Ноя и рождением Евера (350–397 гг. после потопа).

Вообще, несмотря на отсутствие в Библии упоминаний о четвертом сыне Ноя, о его существовании сообщали многие историки: «Бероэс пишет, что когда Ной после потопа сошел с корабля, то через три года породил сына Ионикуса. Этому Ионикусу халдеи приписывают изобретение наук звездочетства, астрономии и астрологии, великое мужество и пытливый острый ум» (М. Стрыйковский, Хроника,1,2). «После Потопа у Ноя родился сын Манитон. Ной дал ему голени Адама. Он изобрел искуство птицегадания, и сделался отцем Бюританцев» (Мхитар Ереванский, Хронографическая история). Присутствует четвертый сын Ноя и в исламской традиции: «У Нуха – да благословит его Аллах и да приветствует! – «было четыре сына: Сам б. Нух, Хам б. Нух, Иафис б. Нух и Йахтун б. Нух… Но у Йахтуна не было ни детей, ни потомков» (Абд-ал-Хакам, Завоевание Египта, ал-Магриба и ал-Андалуса,1, 7). Итак, Ионикус (Манитон-Йахтун) – это и есть греческий Гиперион, сын Урана и он же Бет-Эль, четвертый сын Урана у Филона Библского. В Сказании об Атрахасисе он фигурирует под именем Бе-Ила, в ирландских преданиях называется Битом, сыном Ноя, а в Эдде – Мимиром. Имя Мимир означает «память» (англ. memory), и отсюда ведут свое происхождение обычаи древних устанавливать памятники – менгиры и бетили, а также обелиски, посвящавшиеся Солнцу (т. е. Гипериону). Принадлежавший скандинавскому Мимиру источник мудрости у эллинов назывался источником Мнемозины («памяти»), дочери Урана.

Кроме того, если довериться сообщениям Младшей Эдды, то Один положил начало изуверской практики изготовления терафимов, упомянутых в библейском рассказе о Лаване, тесте Иакова: «Один взял голову Мимира и натер ее травами, предотвращающими гниение, и произнес над ней заклинание, и придал ей такую силу, что она говорила с ним и открывала ему многие тайны» (Сага об Инглингах,4). Сложно сказать, является ли это правдой. Скандинавский Один по сути представляет из себя собирательный образ Кроноса Сивиллы (т. е. библейского Сима) и Гермеса. Очевидно, что Сим, прославляемый Православной церковью как праведник в сонме праотцев, роду которого было доверено истинное Богопочитание («Благословен Бог Симов», Бытие,9,26), не занимался никакими магическими практиками, следовательно, ввести обычай изготовления терафимов мог только Гермес. Как бы то ни было, пережиток этого колдовского ритуала в качестве формы, лишенной содержания, до сих пор сохраняется у каннибальских племен Юго-Восточной Азии – так называемых «охотников за головами».

Спустя почти три тысячи лет после описываемых событий вавилонский жрец Берос объединил убийство Имира и Мимира в один эпизод, в результате в нашем распоряжении также имеется вавилонская версия этих легенд: «Было время, когда все было мраком и водой, и в них зародились чудовищные существа, имеющие необычный облик. Ибо появились двукрылые люди, а некоторые четырехкрылые и двулицые, тело имели одно, а голов – две, мужскую и женскую, и стыд двойной, мужской и женский. И другие еще люди, кто с козьими ногами и рогами, кто с лошадиными ногами, кто с задней частью коня… Властвовала же над ними над всеми женщина по имени «Оморка»; по-халдейски – это «Талаттх» (Тиамат), а на греческий переводится как «море» (она же Таласса Диодора Сицилийского – прим. автора). Бел, что в перевод значит «Зевс», взобравшись на женщину, разорвал ее посередине, и одну половину ее сделал землей, а другую половину – небом. Животные, не переносившие силу света, погибли. Бел, видя, что земля пустынна и плодородна, приказал одному из «богов», чтобы тот отрубил ему голову, и, смешав землю с хлынувшей кровью, создал людей и зверей» (Вавилонская история, 52). Как мы видим, вавилонский миф о Беле, создавшем людей и животных после убийства «бога», есть тот же самый рассказ об убийстве Мимира – Бе-Илу и рождении скандинавского Квасира, который в греческих мифах соответствует Апису, сына Форонея.

При желании можно найти и другие параллели этим событиям в мифологии. Так, противостояние Кроноса и Титана-Аммона (асов и ванов), последующее заключение мира и убийство Гипериона (Мимира) есть не что иное, как восстание против египетского бога Ра и приготовление пива для усмирения истреблявшей людей Хатхор, а также восстание игигов против Энлиля. Упоминание о вражде Кроноса и Титана из-за Реи и рождении первого Диониса можно также обнаружить в трактате Плутарха «Об Изиде и Осирисе» (12): «Говорят, что когда Гелиос узнал о том, что Рея тайно сочеталась с Кроном, он изрек ей проклятие, гласящее, что она не родит ни в какой месяц, и ни в какой год. Но Гермес, влюбленный в богиню, сошелся с нею, а потом, играя с луной в шашки, отыграл семнадцатую часть каждого из ее циклов, сложил из них пять дней и приставил их к тремстам шестидесяти; и до сих пор египтяне называют их «вставленными» и «днями рождения богов». Рассказывают, что в первый день родился Осирис, и в момент его рождения некий голос изрек: владыка всего сущего является на свет».

Согласно Сивиллам, после того, как власть над обитаемым миром формально перешла к Кроносу (Симу), титаны, опасаясь, что власть наследуют его потомки, стали убивать рождавшихся сыновей Кроноса и Реи. Тем не менее, с помощью нескольких жителей Крита, Рее удалось спасти троих сыновей, впоследствии победивших титанов и обожествленных греками под именами Зевса Олимпийского, Посейдона и Аида:

Должен был Кронос Титану поклясться страшною клятвой
В том, что мужского потомства иметь никогда он не будет,
Чтоб после смерти отца не мог его сын воцариться.
И когда срок наступал разрешиться от бремени Рее,
Подле Титаны садились и мальчиков всех разрывали
В клочья, а девочек всех у сосцов оставляли кормиться…
Стало известно Титанам, что тайно смерти избегли
Дети, рожденные Реей от Кроноса. Тут возмутился
Сам Титан, шестьдесят сыновей призвавши на помощь,
Брата цепями сковал, а с ним и жену его Рею,
В землю упрятал обоих и в оковах держал их.
Только узнали о том могучего Кроноса дети,
Подняли шум боевой и затеяли жаркую битву,
Битва великая та положила всем войнам начало,
Первоначало всех войн среди смертных собою явила.

(Книги Сивилл,3,129,156)

Таким образом, Кронос и Титан – это библейские Сим и Хам, дети Урана (Ноя), и война между ними произошла вскоре после смерти отца (350 год после потопа). Дионис, сын Аммона-Титана (Хама), вероятно, является современником Каинана (р. 137 г.), сына Артаксада, тогда как поздний сын Кроноса-Сима, Зевс Олимпийский, о котором Библия не упоминает, родился немного спустя после смерти Ноя и Гипериона (Бет Эля) и был ровесником Евера (р. 397 г.), отсюда и его пресловутое долголетие. Дело в том, что поколение Евера было последним поколением «золотого века» – они жили по 450 лет вплоть до рождения Нахора (р. 923 г.), при этом согласно Книге Бытия средний срок жизни последующих поколений, принадлежавших «серебряному веку», составлял уже только 330 лет.

Пересказывая библейскую историю, античные авторы, обычно называли местом жительства первых послепотопных людей предгорья Арарата либо Сеннаар в Месопотамии: «Равнина же, на которой они для начала поселились, называется Сеннаар» (И. Флавий, Иудейские древности,1,4,1). Книга Юбилеев, а также Руи Гонсалес де Клавихо (Дневник путешествия в Самарканд ко двору Тимура) упоминают первые города, построенные неподалеку от Арарата еще при жизни Ноя. Однако из сообщений Сивилл и Диодора Сицилийского можно сделать вывод, что древние люди первоначально селились не только в Малой Азии, но и в Финикии, и в Северной Африке. Об этом же сказано в Повести временных лет: «Сим же, Хам и Иафет разделили землю, бросив жребий, и порешили не вступать никому в долю брата, и жили каждый в своей части. И был единый народ». В долину Сеннаар древние пришли уже позже – на строительство Вавилонской башни после так называемого индийского похода первого Диониса.

Глава 2
Потоп Огига и Вавилонская башня

«После крушения башни язык людской разделился

И превратился в обилье наречий разных, а дальше

Смертные, землю заполнив, ее поделили на царства».

(Книги Сивилл,3,105)

Согласно Диодору Сицилийскому Осирис (он же первый Дионис), оставив в Египте царицей Изиду, а советником при ней Гермеса, отправился в поход в Индию вместе со своими сыновьями Анубисом и Македоном, а также сыном Элевсина, юным Триоптолемом, которых мы считаем ровесниками Евера (р. 397 г. после потопа). Индия и близлежащий к ней остров Шри Ланка, куда по традиции сошли Адам и Ева после изгнания из Эдема, издавна считались местами, близкими раю: «Рай – это место на земле, окруженное морем-океаном, и лежит он в восточной стороне за Индией Колумбийской, против горы Сейллан» (Дж. Мариньоли, Хроника,201); «Говорят, что между Индией и Эфиопией, ближе к востоку, расположен рай земной и из него вытекают четыре райские реки, а в этих реках великое множество драгоценных камней и тьма золота» (Ж. де Северак, Чудеса, описанные братом Журденом, 152). Подобные сведения безусловно опирались не только на древнейшие предания, но и непосредственно на Книгу Бытия, которая, хотя и не указывает точное расположение Эдемского сада, тем не менее, сообщает, что он находился на востоке: И насадил Господь Бог рай в Эдеме на востоке» (Бытие,2:8).

В трудах христианских писателей индийский поход первого Диониса называется поисками рая на востоке, которые предшествовали строительству Вавилонской башни. В частности, Вардан Великий (Всеобщая история,14) сообщает: «После чего они, согласившись вместе, задумали отправиться на восток видеть рай; ибо они слышали, что оттуда вышли первосозданные люди. Они шли в продолжении многих дней; и вот видят широкое море, которое отделяло рай от земли. Оттуда они возвратились, не переставая вращать в уме своем суетные мысли: (а именно) так как за грехи вода истребила землю, и море разлучило рай от нее; так как эти грехи и ныне существуют в нас и продолжаются в мире – то давайте построим себе башню, которая предохранила бы нас от вторичного карательного за грехи наши потопа». Вероятно по этой же причине и в Книге Бытия сказано, что в Сеннаарскую равнину люди пришли с востока, т. е. возвращаясь из Индии, а не с запада, с предгорий Арарата или финикийских долин: «Двинувшись с востока, они нашли в земле Сеннаар равнину и поселились там. И сказали друг другу: наделаем кирпичей и обожжем огнем… И сказали они: построим себе город и башню, высотою до небес, и сделаем себе имя, прежде нежели рассеемся по лицу всей земли» (Бытие,11:2).

Именно во время индийского похода Диониса и началась война, воспеваемая древнегреческими поэтами как титаномахия, в ходе которой титаны были окончательно побеждены. Рассказ об этом мы находим у греческого историка I века до РХ Диодора Сицилийского: «Дионис, говорят, когда он шел из Индии к морю, узнал, что все титаны собрались вместе, объединили силы и переправились на Крит, чтобы напасть на Аммона. Уже Зевс спешил из Египта на помощь Амону, и большая война разразилась на острове, и незамедлительно Дионис и Афина, и некоторые другие, кого считают богами, устремились на Крит. В крупной битве сторонники Диониса победили и убили всех титанов. И когда после этого Аммон и Дионис обменяли смертную природу на бессмертие, Зевс, говорят, стал царем всего мира, так как титаны были наказаны, и не было никого, чье нечестие было бы достаточно дерзким, чтобы оспорить его верховную власть» (Историческая библиотека,3,73).

Похожие сообщения о наказании титанов присутствуют также в Книгах Сивилл, которые также сообщают, что за свои злодеяния титаны понесут заслуженную кару и вскоре навсегда исчезнут. Впрочем, подобная участь согласно Сивиллам ожидала и победивших «кронийцев» (Зевса Олимпийского и его сторонников):

Вот за это наслал Господь на Титанов несчастье,
Сгинули все их потомки, но племя Кроноса – тоже.
Время затем совершило свой круг, и царство Египта было воздвигнуто…

(Книги Сивилл,3,156)

При этом очевидно, имеются в виду последствия разделения языков после падения Вавилонской башни, когда вместо титанов и потомков Крона появились народы египтян, ассирийцев, эллинов и прочих, создавших первые государства.

Мифы гласят, что незадолго до битвы «богов» с титанами и строительства Вавилонской башни произошло первое послепотопное наводнение, больше известное, как потоп Огига, и упоминание о нем также сохранилось в Книгах Сивилл (1:309, 3:108):

Имя тем людям Титаны, один на другого похожи.
Смерть приближая свою, захотят сразиться со звездным Небом.
За это на них океана великого воды Хлынут бурным потоком —
и сам Саваоф, рассердившись, Их удерживать будет…
То поколение было десятым с тех пор, как всемирный
Залил землю Потоп и первых людей уничтожил.

Попутно отметим, что речь у Сивиллы идет не о десятом поколении после потопа, а десятом после Адама. Это видно из контекста, поскольку ранее Ной назван восьмым после Адама: «Ной тогда, всех людей превзошедший праведной жизнью, После Адама восьмой, спустился на твердую землю» (Книги Сивилл,1,278). Соответственно, сыновья Ноя – это девятое поколение, а внуки Ноя, Титаны, как раз и есть десятое поколение после Адама. Десятым поколением после Ноя Титаны никак не могли быть, иначе бы Вавилонскую башню строили во времена Авраама – так, как это вытекает из масоретских текстов Библии. Вообще, масоретский текст сообщает резко отличающиеся от Перевода 70 толковников (Септуагинты) сроки рождения первенцев для первых послепотопных поколений от Артаксада (р. 2 г.) до Серуха (р. 793 г.) – в среднем в возрасте 30 лет (по Септуагинте – 130 лет). При этом, если принять масоретскую версию, то Евер (срок жизни по масоретской Библии 464 года) пережил бы своего сына Фалека (239 лет), внука Рагава (239 лет), правнука Серуха (230 лет), праправнука Нахора (146 лет) и своего потомка в пятом поколении Фарру (205 лет), скончавшись, когда уже родился Исаак, а Аврааму было далеко за сто лет. Артаксад, родившийся спустя 2 года после потопа, тогда оказался бы современником Авраама, пережив на 48 лет своего потомка в восьмом поколении Фарру (!). Это абсолютно невероятно. Логично предположить, что в те далекие времена, также как и сейчас, люди видели своих потомков не далее третьего-четвертого рода. Библейская родословная потомков Сифа подтверждает, что даже первый человек, Адам, не дожил до рождения своего праправнука, Малалеила. Таким образом, именно Септуагинта, будучи точным переводом Ветхого Завета, наиболее верно передает родословную Сима, которая сохраняет стройную смену поколений – человек живет максимум до рождения правнуков, независимо от сроков жизни (1000 лет в «допотопном веке», 450 лет в «золотом» или 70 лет в «железном»). Причину, почему Ной назван Сивиллой восьмым, а не девятым поколением после Адама, к которому он в действительности принадлежал, мы видим в том, что прадед Ноя, Енох, не умер, но был взят живым на небо: «и ходил Енох пред Богом; и не стало его, потому что Бог взял его» (Бытие, 5:24).

Разлившийся Океан Сивиллы (потоп Огига) Диодор Сицилийский в стиле рационалиста Палефата именует наводнением реки Нил. Согласно Диодору, когда Дионис-Осирис отправился из Египта с толпами сопровождавших его людей в Индию, он надолго задержался в соседней Эфиопии, где его и застало известие о наводнении: «В Эфиопии он научил жителей земледелию и основал несколько известных городов, а затем оставил после себя людей управлять страной и собирать дань. В то время как Осирис и его армия были заняты такими делами, Нил, говорят, во время восхода Сириуса, который происходит в сезон, когда река, как правило, разливается, вышел из берегов, затопив большую часть Египта и покрыл особенно те части, где наместником был Прометей, а так как практически всё в этом районе было разрушено, Прометей был так опечален, что едва не лишил себя жизни. Потому что вода неслась так быстро и с такой яростью, река получила название Этус, но Геракл, будучи всегда настроен на великие предприятия, и стремясь к славе отважного духом, быстро остановил потоки из брешей и возвратил реку в прежнее русло» (Диодор Сицилийский, Историческая библиотека,1,18). В связи с тем, что в тексте упоминается Прометей, прикованный согласно греческим мифам задолго до Девкалионова потопа, очевидно, что Диодор описывает не Девкалионов потоп, но более ранний потоп Огига, который одновременно фигурирует у него как наводнение на Самофракии: «Самофракийцы рассказывают, что еще до потопов, которые имели место в других землях, у них произошел великий потоп, во время которого вначале открылся проход между Кианейскими скалами, а затем и Геллеспонт. После этого на острове родился Саон, сын Зевса и нимфы, или же Гермеса и Рены. Саон объединил жившие порознь народы, установил законы, а жителей его разделил на 5 племен, которым дал имена своих сыновей. После установления такого государственного устройства на Самофракии родились дети Зевса и Электры, одной из дочерей Атланта, – Дардан, Иасион и Гармония» (Диодор Сицилийский, Историческая библиотека,5,48). Таким образом, предок троянцев Дардан вероятно являлся современником Рагава (р. 661 г. после потопа); Саон и Электра – Фалека (р. 531 г.), а Атлант, сын Яфета, был ровесником Салы (р. 267 г.), правнука Ноя. В свою очередь, Огига, давшего имя локальному потопу, мы считаем ровесником Каинана (р. 137 г.), тогда как потоп Огига по сути можно считать Божьим предупреждением воздержаться от поисков земного рая и строительства Башни.

Некоторые сведения о потопе Огига приводит Евсевий Кесарийский (Хроника,64): «Огиг, как говорят, был первым, [царем] афинян. Греки рассказывают, что величайшее древнее наводнение произошло во время его правления. Фороней, сын Инаха, царь аргивян, как считается, жил в это время». Греческий историк Павсаний называет Огига царем Беотии: «Говорят, что землю фиванскую населяли сначала эктены, а царем эктенов был автохтон Огиг; поэтому-то у многих поэтов наиболее распространенным эпитетом Фив служит название Огигии. Эктены погибли от чумной заразы; после них в стране поселились гианты и аоны» (Павсаний, Описание Эллады,9,5,1). Короткая ремарка об Огиге также присутствует в трудах святителя Феофила: «Ибо Фалл упоминает о Виле, царе ассирийском, и Кроне Титане, говоря, что Вил вместе с титанами воевал против Зевса и сторонников его, так называемых богов, и что побежденный там Гиг, который тогда царствовал в стране прежде называвшейся Актою, теперь же Аттикою, бежал в Тартисс» (Послание к Автолику,3,29). Если же обратиться к современным геологическим датировкам, то локальный потоп Огига, произошедший в период между рождениями Евера (р. 397 г.) и Фалека (р. 531 г.), соответствует средиземноморской трансгрессии эпохи позднего эоцена.

Море Неотетис в эпоху олигоцена, рюпельский век, 34–28 млн л.н. (последствия потопа Огига)

Сведения о потопе Огига встречаются не только в греческой мифологии. Рассказывает о нем и персидский ученый XI века Бируни, хотя и относит этот потоп ко временам царя Тахма Урупи, т. е. одним поколением позднее: «часть персов признает потоп, но они описывают его иначе, чем он описан в книгах пророков. Они говорят: нечто подобное произошло в Сирии и в Магрибе во времена Тахмураса, но потоп не охватил весь населенный мир. При потопе утонули только немногие народы, потоп не перешел ущелья Хульвана, и не достиг стран Востока» (Бируни, Памятники минувших поколений, О сущности эры и о расхождении народов в этом вопросе,24).

Названный в честь Огига остров, располагающийся в Атлантическом океане, упоминает Гомер в «Одиссее», а также Плутарх: «остров некий, Огигия, лежит далеко в море – в пяти днях от Британии, если плыть на запад (О лике, видимом на диске Луны,26). Огигия – это тот же самый остров, который греческий путешественник IV века до РХ Пифей называл Фула (Туле): «… далее, до параллельного круга, проходящего через Фулу, которая, по словам Пифея, отстоит от Бреттании к северу на шесть дней морского пути и находится вблизи замерзшего моря» (Страбон, География,1,4,2). При этом Плиний Старший уточняет, что плавание в течение шести дней занимал только путь от Британии до Фарерских островов, сам же остров Туле находился гораздо дальше: «Последний из островов, которые источники приводят для этих мест – Туле, на нем в летнее солнцестояние, когда Солнце проходит через созвездие Рака, как мы указывали, нет ночи, а в зимнее солнцестояние нет дня. Некоторые полагают, что такое состояние продолжается по шесть месяцев. Историк Тимей упоминает остров Миктис, отстоящий от Британии в пределах шестидневного плавания. К нему жители Британии плавают на плетеных судах, обшитых шкурами. Сообщают и о других островах: Скандиас, Думна, Бергос, самый большой их них – Беррика, от него плавают к Туле. От Туле на расстояниии однодневного морского пути замерзшее море, некоторыми именуемое Кронийским» (Плиний Старший, Естественная история,4,102). Судя по описанию, Огигия Плутарха, он же остров Туле Пифея и Плиния – это современная Исландия, в которой темное время длится с ноября по январь, а «белые ночи» наблюдаются в течение всего лета.

Хотя у нас нет точных данных о доскандинавском населении Исландии (Огигии-Туле), тем не менее, известно, что ирландцы раннего средневековья были хорошо знакомы с этим островом, и можно предположить, что некогда, в первые послепотопные времена Ирландию и Исландию заселял единый народ. Действительно, предания Ирландии, которую историк XVII века Родерик О’Флаерти называет Огигией, наиболее богаты сообщениями об Огиге. В них Огиг фигурирует под именем Финтана: «Кесайр, дочь Бита, сына Ноя, прибыла в Ирландию за сорок дней до потопа. Ной сказал им: Вставай, сказал он, и иди в западную часть мира, может быть, потоп не дойдет туда. Прибыли три корабля, два корабля разбились. Кесайр и команда ее корабля спаслись, их было пятьдесят женщин и трое мужчин – Бит, сын Ноя, Ладра кормчий и Финтан, сын Бора, чья могила над Тул Туинде» (Книга захватов Ирландии). Кесайр – это известная из греческих мифов волшебница Кирка (Цирцея), дочь Гелиоса, так что сожительство с ней Одиссея было не более, чем поэтическим вымыслом Гомера – их отделяло почти полторы тысячи лет. Цирцея-Кессайр была внучкой Ноя и дочерью Бита (т. е. Бет-Эля – Гипериона), поэтому греческие мифы и называют ее дочерью Солнца: «Цирцея, дочь Солнца, жившая на острове Меония» (Первый Ватиканский мифограф,15). Что касается острова Меонии, то это современный остров Мэн, расположенный между Великобританией и Ирландией.

Поэтическую автобиографию долгожителя Финтана-Огига, сына Бохра, сына Бита, сына Ноя, приводит ирландская сага «Установление владений Тары»:

Я родился и в силу вошел за пять десятков лет до Потопа…
Бит, Ноя сын, прежде всех прибыл в Ирландию жить,
а Ладра Кормчий за ним первым похоронен…
После смерти Кессайр немалое время
рассказывал я о прошлом Ирландии…
Целый год был накрыт я потопом,
во власти небесной Творца,
потом еще тысячу лет я отрадных после потопа один был.
Потом прибыл славный чистейший народ,
что на Инбер Байрхе жил, благородной женщины
стал я супругом, Айфе, дочери Партолона

Как мы видим, ирландские предания отождествляли потоп Финтана (Огига) с всемирным потопом, что, на наш взгляд, является ошибкой – Финтан был правнуком Ноя. Упомянутый в саге Партолон – это греческий Триоптолем (искаженное Варфоломей), что в переводе означает «сын вспаханной земли», кем собственно и был Триоптолем, получивший от Деметры (Исиды) дар земледелия и учивший ему народы. Как сообщают греческие мифы, однажды Деметра в поисках своей дочери Персефоны пришла в дом царя Элевсина, который и был сыном Огига и отцом Триоптолема. При этом альтернативная версия поэта Херила о Триоптолеме как правнуке Девкалиона не выдерживает критики, поскольку массовый переход к оседлому образу жизни, предполагающему развитое земледелие, произошел в Аттике еще во времена ровесника Девкалиона – Кекропса, основателя двенадцати городов. Если же следовать ирландским мифам, то Партолон (Триоптолем) считался шестым потомком Яфета по линии его сына, Магога.

В ирландском манускрипте XIV века Книге Баллимоута Финтан (Огиг) числится уже как Финей Фарсайт («провидец»), сын Баата, сына Магога, сына Яфета – один из 72 вождей, строивших Вавилонскую башню, и изобретатель четырех алфавитов (еврейского, греческого, латинского и огамического). Любопытно, что похожие сведения о Финтане приводит и сага «Установлении владений Тары»: «Лишь один Финтан пережил потоп, и нынче ночью наслал на него Господь дух Самуила пророка в облике юноши. Опустились на губы Финтана солнечные лучи, и три углубления появились у него на затылке, отчего семь даров красноречия и семь цепочек примет его язык».

Во времена поздней античности долгожителя Огига-Финтана называли уже Огмием и даже путали с Гераклом, о чем можно судить по отрывку из Лукиана Самосатского: «Геракла кельты называют на своем местном языке Огмием, причем изображают этого бога в очень странном виде: он у них оказывается глубоким стариком, с плешью на темени, с совершенно седыми остатками волос на затылке, с кожей, сморщенной и загорелой до черноты, как у старых мореходов. Скорее можно было бы предположить, что перед нами – один из подземных обитателей Тартара, какой-нибудь Харон или Иапет, словом – кто угодно, только не Геракл. Но и в таком образе Огмий сохраняет все же снаряжение Геракла: львиная шкура накинута, палицу держит в правой руке, колчан подвешен, и натянутый лук выставляет вперед левой рукой, – словом, что касается снаряжения, это настоящий Геракл… Впрочем, самое непонятное в этом изображении – еще впереди. Дело в том, что этот Геракл, хотя и старик, влечет за собой целую толпу людей, причем все привязаны за уши. А привязью служат тонкие цепочки, из золота и электрона, сработанные и подобные прекраснейшим ожерельям. И вот, люди, увлекаемые столь слабой цепью, даже не помышляют о бегстве, хотя они могли бы легко убежать, и вообще не сопротивляются и ногами не упираются, не откидываются всем телом назад, борясь с увлекающей цепью, напротив, со светлыми и радостными лицами они следуют за уводящим их богом и, славословя его в один голос, сами спешат и, желая забежать вперед, ослабляют узы, и, кажется, опечалены будут, если получат свободу. Не премину я рассказать и о том, что показалось мне в этом изображении всего неуместней: не зная, куда прикрепить концы цепочек, – так как правая рука Геракла уже занята палицей, а левая – луком, – художник просверлил кончик языка, заставив бога языком увлекать пленников, и он ведет их таким образом, повернув к ним лицо и улыбаясь им» (Про Геракла,1–3). Однако совершенно очевидно, что богатырь Огма, брат Нуаду Серебряной руки, павший в битве с фоморами при Маг Туиред, которого Лукиан и называет кельтским Гераклом, никакого отношения к огамическому письму не имел. Его изобретатель – Финтан (Огиг), отсюда и соответствующее скульптурное изображение Финтана с цепочками, протянутыми от языка к людским ушам, что символизирует красноречие и знание языков.

Возвращаясь к событиям древнейшей истории, отметим, что первый Дионис (Осирис, сын Аммона) был коварно убит Тифоном (Сетом) вскоре после титаномахии. Позднее Тифону отомстил сын Осириса-Диониса, Гор, о чем подробно сообщают египетские предания, тогда как согласно греческим мифам Тифона одолел Зевс Олимпийский. Армянский историк XIII века Вардан Великий датирует строительство знаменитой Вавилонской башни рождением Рагава (661 г. после потопа), но тут он весьма ошибается – к этому времени подавляющее большинство строителей Башни, т. е. десятое поколение Сивиллы (внуки Ноя, ровесники Артаксада-Каинана), уже все умерли. В действительности, Вавилонская башня строилась незадолго до рождения Фалека (531 гг. после всемирного потопа) сразу после гибели первого Диониса (Осириса), которой в свою очередь предшествовали потоп Огига (Финтана) и титаномахия. По поводу строительства Вавилонской башни Вардан приводит следующую легенду: «Существует сказание в доме Неврода, что сначала ангел пришел к Невроду, который был князем и ловил строителям на пищу – и сказал ему: “я – ангел Божий, начальник востока; так говорит Господь Бог неба и земли: “замолчите, перестаньте идти ко мне, ибо вы не достигнете этого. Я приду к вам в свое время и дам вам лестницу, по которой можно будет и вам придти ко мне» – Но они не послушались ангела» (Всеобщая история,15).

Цитирующий Сивиллу И. Флавий сообщает о низвержении Вавилонской Башни в результате ураганных ветров: «Когда все люди говорили еще на одном языке, некоторые из них начали строить страшной высоты башню, чтобы при помощи ее взойти на небо. Боги, однако, наслали ветры, сокрушили башню и при этом дали каждому [из строителей] особый язык» (Иудейские древности, 1,4,3). В греко-римской мифологии, как ни странно, о Башне рассказывается мало и косвенным образом – существует миф об Аллоадах и краткое сообщение Овидия: «В царство небес, говорят, стремиться стали гиганты, к звездам высоким они громоздили ступенями горы» (Метаморфозы,1,150). Однако ветры, повергнувшие Вавилонскую башню, упоминаются в греческих мифах, где, как известно, они возникают после гибели Тифона:

Пасмурно в Тартар широкий Кронид Тифоея забросил.
Влагу несущие ветры пошли от того Тифо ея,
Все, кроме Нота, Борея и белого ветра Зефира:
Эти – из рода богов и для смертных великая польза,
Ветры же прочие все – пусто веи, и без толку дуют.
Сверху они упадают на мглисто-туманное море,
Вихрями злыми крутясь, на великую пагубу людям

(Гесиод, Теогония, 865)

Следовательно, в греческой мифологии строительство и последующее падение Вавилонской башни отражены как война Зевса Олимпийского с Тифоном. Отголоски этих событий также присутствуют в многочисленных мифах различных народов о битвах с каменным великаном, которые мы позволим себе процитировать, чтобы показать их тождество.

Подвиги и деяния Нинурты:

Он (Асаг) в нутро Горы проник, он разбросал там свое семя,
Вся эта каменная поросль его своим царем избрала…
Нинурта, о том, что героя, тебе подобного,
Не существует, ему сказали! С тобою он хочет помериться силой!..
Как бороною пробуравив землю,
Он Асага в стране мятежной, как сорняк, уничтожил,
Провозгласил от всего сердца:
“Отныне Асагом он зваться не будет,
Он камнем зваться будет…
А тогда благостная вода из земли шла, На поля не изливалась,
Льдом день за днем копилась, разрушая горы, подымалась…
Нинурта, Энлиля сын, великое творить начал.
Он камни в горе собрал кучей, Как огромное облако пустил их с силой,
Могучей стеной пред Страною поставил. Он поправил ось земную.
Герой все грады удержал искусно на своем месте.
Вода побежала сквозь камни бурным потоком.
Отныне и навеки вода из земли в гору не поднималась

И если проводить параллели дальше, то китайская Нюйва, починившая небо после бунта дракона Гунгуна – это Нинмах шумеров, которую чествует Нинурта после победы.

Песня об Уликумми:

Со Скалой сочетался Кумарби, И оставил он семя в Скале.
Положили Ирсирры на правом плече Упеллури ребенка,
как меч, Кункунуцци, он рос, и могучие боги растили его.
Каждый день выростал он на сажень,
Вырастал он за месяц на четверть версты.
Но тот камень, что в голову брошен ему был, одевал ему очи…
Словно меч, на коленях он в море стоял.
Из воды поднимался он, Камень,
В вышину был огромен, море было как пояс на платье его

Как мы видим, с великана Уликумми фактически списан образ Тифона Нонна Панополитанского: «Гордо шагает Гигант разбивающей зыби стопою, бок приоткрыв незадетый, как кажется, влажной волною, до середины бедра лишь пенная зыбь и доходит!» (Деяния Диониса,1,260). Далее хеттская поэма сообщает, что отрезать Улликумми от Упеллури и тем самым лишить сил удается только с помощью пилы, которой владел Эа (Энки):

Той пилой отделили тогда Небеса от Земли,
А теперь Улликумми мы от подножия пилою отпилим.
Мы подпилим того, кого породил Кумарби как соперника всем богам!..
«К месту собрания боги пришли, В ярости на Улликумми
Боги ревели тогда как быки. На колесницу, как птица, взлетел
Бог Грозы, С громовыми раскатами к морю понесся,
И сразился тогда Бог Грозы с Кункунуцци.

Еще одно описание битвы с гигантом, уже в скандинавской мифологии, сохранил для нас Снорри Стурлссон: «Тор, конечно, не захотел уклоняться от единоборства, ведь прежде никто не вызывал его на поединок… Великаны слепили у Каменных Дворов глиняного человека, и был он девяти поприщ ростом и трех поприщ в обхвате. Только не нашли они сердца, чтобы было ему под стать, пока не взяли сердце одной кобылы, и было оно далеко не бестрепетным, когда явился Тор. У Хрунгнира же было прославленное сердце – из твердого камня и с тремя острыми выступами. Голова его тоже была из камня, каменным был и щит его, широкий и толстый» (Язык поэзии,24).

Наконец, индийский миф о сражении Индры с Вритрой (Тифоном) рассказывает, что после убийства Вишварупы Тваштар создал гигантского дракона Вритру, который закрыл путь рекам, поглотив их воды, и подобно Уликумми, стал расти с необычайной быстротой. Перед боем с Вритрой Индра поставил условие признать его царем (словно Мардук или Зевс накануне сражения с Тифоном), после чего Индра и прочие «боги» напали на Вритру, но устрашенные, бежали (аналог бегства «богов» в Египет от Тифона). Когда потерпев поражение, хурритские «боги» обратились за помощью против Уликумми к Энки, тот достал пилу, которой когда-то отделили небо от земли – также и индийские божки пошли к Вишну, вложившему силу в оружие Индры – ваджру, которым тот убил Вритру. Скованные в чреве Вритры воды вырвались на свободу и устремились к океану (потоп Огига), тогда Индра подобно Нинурте просверлил устья рек и горы и ушел на тысячу лет в изгнание за убийство брахмана Вритры. Индийские мифы также гласят, что часть греха Индры взяли на себя женщины, и у них появились месячные, что имеет прямые аналогии с греческими преданиями о появлении первой женщины Пандоры и наступлении матриархального «серебряного века».

Как сообщает Книга Бытия, организатором строительства Вавилонской башни был Нимрод, сын Хуша: «сей начал быть силен на земле; он был сильный зверолов пред Господом [Богом]… Царство его вначале составляли: Вавилон, Эрех, Аккад и Халне в земле Сеннаар» (Бытие,10:8). В скандинавской мифологии город Вавилон соответствует Асгарду, хотя Снорри Стурлссон (Пролог к Младшей Эдде) и именует Асгард Троей, ошибочно опираясь на сведения о скандинавском «боге» Торе как о сыне эфиопского царя Мемнона, что безусловно является анахронизмом: «Вслед за тем они построили себе град в середине мира и назвали его Асгард, а мы называем его Троя. Там стали жить боги со всем своим потомством, и там начало многих событий и многих распрь на земле и на небе» (Видение Гюльви, 9).

Еще одно упоминание о Нимроде мы находим в Книге пророка Исайй: «Как упал ты с неба, Денница, сын зари! разбился о землю, попиравший народы. А говорил в сердце своем: «взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему». Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней. Видящие тебя всматриваются в тебя, размышляют о тебе: «тот ли это человек, который колебал землю, потрясал царства, вселенную сделал пустынею и разрушал города ее, пленников своих не отпускал домой? «(Книга пророка Исайи, 14,12). Принято считать, что речь в тексте идет о сатане (Люцифере), но в данном случае Исайя ясно говорит, что это человек – «тот ли это человек, который колебал землю…». По созвучию имя Денница также похоже на Диониса, однако в переводе со старославянского оно означает «утренняя звезда», и примечательно, что в тексте, высеченном на внешней стороне капища Гора в Эдфу, то же самое говорится о Горе Бехдетском: «Привет тебе Утренняя звезда! Привет тебе, Гор! Привет тебе, Гор Бехдетский, великий бог, владыка неба! Ты ниспровергаешь Апопа и врагов на востоке неба, на небе, на земле, на воде, на горах, и они никогда не поднимут своих голов!..» (Сказание о Горе Бехдетском, Крылатом Солнце).

Легенда о рождении Гора Ура (т. е. «сильного» или «великого») Бехдетского изложена в трактате Плутарха «Об Изиде и Осирисе» (12): «Миф гласит, что Осирис и Аруэрис произошли от Гелиоса, Исида – от Гермеса, а Тифон и Нефтида – от Крона… Исида и Осирис, полюбив друг друга, соединились во мраке чрева до рождения. Некоторые говорят, что от этого брака и произошел Аруэрис, которого египтяне называют старшим Гором, а эллины – Аполлоном». Иными словами, Гор Ур Бехдетский считался сыном Гелиоса, т. е. Хама (он же Титан Сивиллы, Аммон Диодора и Амон-Ра), но одновременно был сыном первого Диониса (Осириса). Таким образом, Дионис-Осирис – это не кто иной, как библейский Хуш, а Гор Бехдетский египетской мифологии – это и есть Нимрод. В этой связи также становится понятно, почему о рождении Хушем Нимрода говорится в Библии особо («Сыны Хуша: Сева, Хавила, Савта, Раама и Савтеха. Сыны Раамы: Шева и Дедан. Хуш родил также Нимрода» – Бытие,10,7).

У Филона Библского Гор Бехдетский (Нимрод) назван Зевсом Демарунтом, приемным сыном Дагона: «Тогда Крон, пойдя войною на Урана, лишил его таким образом власти и овладел царством. В этом сражении была взята в плен и любимая наложница Урана, в то время беременная. Крон дает ее в жены Дагону. Она родит у него то, что носила в своем чреве от Урана, и Дагон называет ее сына именем Демарунт» (Филон Библский, Финикийская история, 18). В мифологии Финикии и Угарита Зевс Демарунт обычно фигурировал под именем Ваала, поэтому Нимрода часто звали Белом, тогда как в шумерской мифологии Нимроду (Сильному Аполлону, т. е. Гору Уру Бехдетскому) соответствует Нинурта. И если проводить параллели дальше, то библейский Хам – это не только Аммон Диодора, Титан Сивиллы и египетский Ра, который был настоящим отцом Гора Ура, но и Энлиль, отец Нинурты. Соответственно, другой сын Ноя, Сим, является Кроносом Сивиллы и шумерским Энки, отцом Мардука – греческого Зевса.

Отца Нимрода, Хуша, христианские авторы обычно называли эфиопом, и Плутарх действительно сообщает о темном цвете кожи Осириса (Диониса): «египтяне рассказывают, что Гермес был короткоруким, Тифон – красным, Гор – белым, а Осирис – темнокожим» («Об Изиде и Осирисе», 22). Святитель Григорий Турский (История франков, 1,5) характеризует Хуша следующим образом: «Первым же родился от Хама Хуш. Подстрекаемый диаволом, он первым стал изобретателем всякого волшебства и идолопоклонства. Он первый по наущению диавола воздвиг кумир для поклонения; творя ложные чудеса, он показывал людям падающие с неба звезды и огонь». Итак, если резюмировать, Хуш – это первый Дионис, сын Аммона, он же Дагон Филона Библского, который «изобрел хлеб и плуг» и он же учитель земледелия Осирис, как об этом повествует Диодор Сицилийский: «ибо после того как Исида обнаружила плоды пшеницы и ячменя, которые невозделанные росли на земле вместе с другими растениями, но ещё неизвестные людям, и когда Осирис также придумал выращивать эти плоды, все люди были рады изменить свою пищу и в связи с приятным характером вновь открытого зерна и потому, что в их интересах было воздержаться от избиения друг друга» (Историческая библиотека, 1,14).

Разновидностью произношения имени Нимрода является Неброт («вот он, Неброт, жестокий охотник» – Прудений, Происхождение греха) или Неврод («Неврод подчинил себе людей» – Иоанн Златоуст, Гомилии на Книгу Бытия). Отсюда идет происхождение названия греческой небриды – пятнистой оленьей шкуры, которую одевали не только жрецы элевсинских мистерий и менады, в исступлении разрывавшие голыми руками людей на части, но и жрецы Тохиля индейцев киче (майя), что только подтверждает единый источник этих культов. Любопытно, что в ритуальные пятнистые шкуры облачались и современные последователи этих культов – убийцы-каннибалы западно-африканского тайного общества Леопарда.

Данные греко-египетской мифологии также указывают на тождество имен Гор и Нимрод, поскольку родным сыном Осириса (Хуша) был Гор-младший, т. е. греческий Аполлон, являвшийся братом-близнецом богини охоты Артемиды. При этом библейский эпитет Нимрода «сильный на земле зверолов» в древности означал как охотника, так и богатыря-титана. Это видно из текста «Финикийской истории» (13) Филона Библского: «Агр и Агруэр придумали, как устраивать при жилищах дворы, заборы и вертепы. От них произошли земледельцы и охотники, которые называются также Алеты и Титаны». По сообщению Плутарха (Об Изиде и Осирисе, 21) в Древнем Египте Гору было посвящено созвездие Ориона («созвездие Исиды, которое у египтян зовется Софис, греки называют Псом, созвездие Гора – Орионом»), и в свою очередь, христианские авторы неоднократно отмечали, что Нимрода звали Орионом: «В роду Сима родился эфиоп по имени Хус, который породил гиганта Неврода, основавшего Вавилонию Персы рассказывают, что он был обожествлен и стал на небе звездой, которую называют Орионом» (Пасхальная Хроника,36). Будучи внуком Хама и тестем Евера (Книга Юбилеев, 8), Нимрод, он же Гор Бехдетский-Нинурта, вероятно являлся ровесником Салы (род. в 267 г. после потопа), и стал претендовать на верховную власть после Огигова потопа и убийства Диониса (Осириса-Хуша), т. е. еще до рождения Фалека (531 г.) Тогда же состоялась и так называемая Тяжба Сета и Гора-младшего за трон Египта, подробно описанная в египетских мифах.

В отношении проклинавшегося египтянами рыжего Сета – противника Гора Бехдетского (Нимрода) и Гора-младшего, сына Исиды, можно сказать, что он соответствовал проклятому Ноем Ханаану, который вероятно был ровесником Каинана (р. 137 г.). Согласно сведениям Диодора в Древнем Египте рыжеволосых людей даже приносили в жертву: «Рыжих быков решено приносить в жертву из-за того, что такого цвета был Тифон, злоумышлявший против Осириса и наказанный Исидой за убийство мужа. Говорят, что в древности и людей, похожих по цвету волос на Тифона, по царскому приказу приносили в жертву перед гробницей Осириса: среди египтян рыжих было немного, а среди чужеземцев – немало, почему среди эллинов и укоренилось предание об убийстве чужеземцев при Бусирисе, хотя это не царь именовался Бусирисом, но такое название на местном наречии носила гробница Осириса» (Диодор Сицилийский, Историческая библиотека,1,88). Вероятно, сын Хама, Ханаан, действительно был рыжим, и именно его именем, а не Фойникса, сына Агенора, была названа хна – краска из листьев лавсонии, придающая волосам насыщенный рыжий цвет. Но в «Финикийской истории» Филона Библского, которая по своей сути является мешаниной из различных мифов, Ханаан (Сет-Тифон) фигурирует под именем Крона, оскопившего Урана и воевавшего против Зевса Демарунта (Гора Бехдетского-Нимрода).

Итак, можно утверждать, что библейский Хам (Титан-Амон-Ра) является предком большинства «богов» Древнего Египта, что выглядит вполне закономерным, учитывая хамитское происхождение египтян. В Повести временных лет, цитировавшей византийского историка VI века И. Малалу, Хам упоминается под именем Даждьбога-Солнца: «И после потопа и после разделения языков «начал царствовать сначала Местром, из рода Хама, после него Иеремия, затем Феоста, которого и Сварогом называли египтяне… Прежде же женщины сходились с кем хотели, точно скот. Когда женщина рожала ребенка, она отдавала его тому, кто ей был люб: «Это твое дитя», и тот устраивал праздник, и брал себе ребенка. Феоста же этот обычай уничтожил и постановил одному мужчине одну жену иметь и жене за одного мужа выходить; если же кто преступит этот закон, да ввергнут его в печь огненную. Того ради прозвали его Сварогом, и чтили его египтяне. И после него царствовал сын его, по имени Солнце, которого называют Даждьбогом, 7470 дней, что составляет двадцать лунных лет с половиной. Не умели ведь египтяне иначе считать: одни по луне считали, а другие (…) днями годы считали; число двенадцать месяцев узнали потом, когда начали люди дань давать царям. Солнце царь, сын Сварогов, то есть Даждьбог, был сильным мужем; услышав от кого-то о некоей богатой и знатной египтянке и о некоем человеке, восхотевшем сойтись с нею, искал ее, желая захватить ее (на месте преступления) и не желая отца своего закон нарушить, Сварога. Взяв с собою мужей нескольких своих, зная час, в который она прелюбодействует, ночью в отсутствие мужа застиг ее лежащею с другим мужчиною, которого сама облюбовала. Он схватил ее, подверг пытке и послал водить ее по земле египетской на позор, а того прелюбодея обезглавил. И настало непорочное житье по всей земле Египетской, и все восхваляли его» (Повесть временных лет, в год 6623).

Очевидно, что И. Малала, описывая времена «золотого века», пересказывает известный греческий миф о том, как Гелиос узнал о любовной связи Ареса и Афродиты и сообщил об этом ее мужу, Гефесту. При этом Иоанн Малала называет Гелиоса-Даждьбога четвертым по счету египетским царем и преемником Гефеста (Сварога), правившего якобы после Еремии (Тота-Гермеса). Но если принять эту версию, то получается, что Гефест-Птах, считавшийся у египтян демиургом, создателем «восьмерки» богов, и в том числе Нуна (Ноя), начал царствовать даже позднее Тота-Еремии. Это полностью противоречит основам египетской мифилогии и гораздо логичнее предположить, что преемник Птаха (Гефеста), «Солнце-царь, сын Сварогов, еже есть Даждьбог, бе бо муж силен» – это и есть Хам он же Амон Ра египтян, Аммон Диодора Сицилийского и Титан Сивиллы. О Местроме И. Малалы (т. е. Местраиме, сыне Хама), мы еще будем вести речь ниже. Что касается египетского демиурга Птаха (Гефеста-Сварога), то он тождественен библейскому Каину (араб. Кабил), имя которого означает не только «правитель» (каган) и царь-жрец (коэн), но и «кузнец» (Каин, евр. Qаjin; арам. и араб. qin – «ковать»; араб. и сир. «кузнец» согласно Еврейской энциклопедии Брокгауза и Евфрона). Действительно, аллегорически Хама (Амона-Ра) вполне можно назвать духовным сыном Каина. И тот и другой были прокляты: Каин – Богом («и ныне проклят ты от земли, которая отвезла уста свои принять кровь брата твоего от руки твоей, Бытие,3:11), а Хам в лице своего сына Ханаана – Ноем («проклят Ханаан, раб рабов будет он у братьев своих», Бытие,9:25). Так что И. Малала в своем роде был прав, именуя египетского царя Солнце-Даждьбога (Хама-Амона-Ра) сыном Сварога-Гефеста (Каина).

Шестой потомок Каина – Тувалкаин, брат Ноемы, также имеет свое соответствие в античной мифологии. Тувалкаин является Хнумом (Паном) египтян и Вулканом древних римлян: «Цилла также родила Тувалкаина [Фовела], который был ковачом всех орудий из меди и железа. И сестра Тувалкаина Ноема» (Бытие, 4,22). Второе имя Тувалкаина было Фовел, т. е. Павел («малый»), и не случайно, что сыновья Птаха (Каина-Гефеста), а иногода и сам Птах изображались египтянами в виде карликов-патеков: «Этот кумир Гефеста очень похож на изображения Патеков, которые находятся на носах финикийских триер. Для тех, кто не видал этих изображений, я добавлю в пояснение, что они имеют вид карлика. Вступил Камбис также и в святилище Кабиров, куда не дозволено входить никому, кроме жреца. Кумиры этих богов после поругания он приказал сжечь. Эти кумиры похожи на изображение Гефеста. Они, как говорят, – сыновья Гефеста» (Геродот, История, 3,37).

Сестра Тувалкаина, библейская Ноема, в шумерской мифологии называлась праматерью Намму, породившей без отца Ана-Небо и Ки-Землю (т. е. якобы Ноя и его жену, если проводить дальнейшие параллели). Нааму мы также легко узнаем в Эвриноме Ферекида Сирского, жене змея Офиона, образ которой отражает воспоминания не только о Еве, но в первую очередь, о связях допотопных женщин с падшими ангелами. У египтян Ноема – это их древнейшая богиня, Нейт, считавшаяся подобно Птаху-Каину демиургом вселенной («отец отцов и мать матерей»). Мужем Нейт числился бараноголовый Хнум (Пан-Тувалкаин), египетский «бог» – творец, по легенде вылепивший людей на гончарном круге. Хнум по своей сути является обезьяноподобным карликом-патеком (отсюда Хануман – имя обезьяньего царя индийцев), магом и знатоком ремесел. Впоследствии египетское имя Хнум перешло в русский язык как «гном», и скандинавские гномы-цверги – те же самые славянские «сварожичи» и карлики-патеки Птаха (Каина). В средние века имя Тувалкаин (Кублай каан, он же Хубилай хан) фактически стало титулом и согласно сведениям М. Поло (Путешествия,3,216) означало у монголов «царь царей». Примечательно, что эти события, казалось бы, давно минувших дней не забыты и в настоящее время – изображение серпа Ханаана-Сета (финикийского Кроноса) и молота Тувалкаина являлось национальным гербом СССР, а в тибетском буддизме тувалкаинами называются люди, считающиеся инкарнациями Будды – так называемые хубилханы (старомонг. «перерожденцы»).

Таким образом, все эти древние мифы являются испорченным пересказом известных библейских событий. Что касается Зевса Олимпийского, то греческие мифы сообщают, что после титаномахии и победы над Тифоном (крушения Вавилонской башни), он становится царем «богов» и роздает уделы – т. е., иными словами, делит землю между вождями («богами») и народами:

После того как окончили труд свой блаженные боги
И в состязанье за власть и почет одолели Титанов,
Громогремящему Зевсу, совету Земли повинуясь,
Стать предложили они над богами царем и владыкой.
Он же уделы им роздал, какой для кого полагался

(Гесиод, Теогония, 880).

В Библии об этих событиях сказано следующим образом: «У Евера родились два сына; имя одному: Фалек, потому что во дни его земля разделена» (Бытие, 10,25). Отметим, однако, что речь идет не о первоначальном разделе земли Ноем, но о последующем делении на уделы уже после его смерти, как об этом упоминает Вардан: «люди, недовольные жребиями, назначенными Ноем, не переставали спорить между собою до тех пор, пока не произвели нового раздела» (Вардан Великий, Всеобщая история,1,14).

Глава 3
Тайные языческие культы

Фригия! Первой на свет суждено тебе снова подняться, Первой, в нечестие впав, сама отречешься от Бога И, предпочтенье отдав немым изваяньям, за это, Жалкая, годы спустя ужасною смертью погибнешь.

(Книги Сивилл,7, 14)

Несмотря на то, что формально язычество возникло во времена Рагава и Серуха (р. 661–793 гг после потопа) при обожествлении первых царей, в действительности, языческие культы зародились гораздо раньше и берут свое начало еще с допотопных времен, когда согласно Книге Бытия падшие ангелы соблазнились земными женщинами: «Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал… В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это сильные, издревле славные люди» (Бытие,6:1).

Согласно Книгам Сивилл допотопное человечество условно делилось на 5 родов. Первый род мы отождествляем с Адамом и его потомками вплоть до Каинана (р. 625 г. от сотворения мира) включительно:

Одно за другим приходили, Множа число, поколенья.
Дома они начали строить,
Стены и города возводить с немалым искусством.
Долгий и радостный день им сопутствовал в жизни.
Не зная Горя, смерть принимали они, погружаясь как будто
В сон. Счастливыми были те люди; могучих героев,
Бог возлюбил их, безсмертный Спаситель и Царь. Но, однако,
Стали и эти в безумье грешить, безстыдно принявшись
На смех отцов выставлять и над матерями глумиться.
С близкими начали тут обращаться они, как с чужими,
Брат поднял руку на брата. Пресытились кровью убитых…
Всех их, преступных, Принял Аид.
Называют его Аидом с тех пор, как
Первым в нем очутился Адам, чашу смерти пригубив

(Книги Сивилл,1,63).

Второй допотопный род – это так называемые «бессонные хлебоеды» Сивилл. По линии Сифа это поколения Малалеила (р. 795 г. СМ) и Иареда (р. 960 г. СМ), пятого потомка Адама, родившегося спустя десять лет после его смерти. По линии Каина – шестые и седьмые потомки Адама, т. е. поколение Ламеха, ровесника Малалеила, и его детей, Иавала, Иувала и Тувалкаина с Ноемой – ровесников Иареда:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.