Константин Муравьев
Где-то там: Где-то там. Город Древних (сборник)

© Константин Муравьев, 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону

Где-то там

Пролог

– Как прошла смена, стажер? – бодро спросил начальник отдела обеспечения операций по заброске агентов, влетевший в кабинет и увидевший заспанное лицо своего нового подопечного.

– Никаких происшествий, начальник Рафт, – отрапортовал молоденький паренек, только вчера прибывший на свою первую практику. Это была действительно первая практика курсанта Флика за все время его недолгой, но плодотворной учебы. И сразу боевое дежурство. Гордость и ответственность за хорошо отработанную смену читались сейчас на его хоть и немного сонном, но счастливом лице.

Этот поток в училище внешней разведки был набран для обучения по ускоренной и значительно укороченной программе. И поэтому на практику студентов отправляли уже после трех месяцев обучения. Такие меры по мобилизации человеческих ресурсов потребовались в связи с ожесточенной войной, развязанной с расой терхов, внезапно объявившейся на задворках Звездного Содружества.

Пока начальник вспоминал причину появления здесь этого не к месту упомянутого казуса, то ли курсанта, то ли напавшего на Содружество врага, стажер продолжал свой доклад, хотя, по идее, он должен был закончиться уже на первых произнесенных словах.

– Все работы проводились по графику, утвержденному вами вчера и переданному мне по смене, – закончил он и стал, подражая бывалым военным, тянуться в струнку и поедать своего начальника глазами, правда выглядело это настолько комично и неестественно, что начальник усмехнулся. Но вникнув в смысл сказанного, он почувствовал, что ему несколько поплохело.

«Какой к тарку график?» – подумал он. В это время у Рафта непроизвольно начался нервный тик и стал легко подергиваться правый глаз.

Заметив такую неоднозначную реакцию руководителя на свой небольшой и, как ему казалось, удовлетворительный и даже, можно сказать, отличный доклад, благоразумный стажер, почувствовав своей интеллектуально накаченной частью тела, отвечающей за развитую интуицию, неприятности, решил спрятать ее подальше и поэтому сел на стул, прикрыв свой столь важный орган не слишком мускулистым тельцем в форменном кителе.

– Какое распоряжение и какой график? – повторил начальник свою мысль уже вслух, желая разобраться в произошедшем и понять, что вообще здесь происходит. Нехорошее предчувствие незаметно подкралось к многоопытному комбинатору и кольнуло в сердце старого и ответственного вояки маленькой иголочкой больших неприятностей. Он никогда бы по собственной воле не оставил этому мальчишке, не знающему, с какой стороны настраивается инвариантный телепорт или как выглядит ментопрограмматор, никакого ответственного задания. Тем более он бы не привлек его для работ с контролем графика переброски агентов из одной точки в другую.

«А тут нате вам, получите и распишитесь, работы по графику», – проворчал мысленно Рафт и повернулся к пареньку, чтобы получить от него более полный ответ и уточнить несколько деталей.

– Ну, давай, рассказывай, что за работы в порядке графика я тебе оставил? Как они прошли, что ты вообще проделал и как?

Поняв, что первая волна неприятностей миновала, бывший курсант, а ныне стажер Флик, начал свой неторопливый, захватывающий и увлекательный рассказ о перипетиях, казалось бы, спокойной работы обычного ночного сторожа, которым он и должен был пробыть все время своей практики, по хитроумной задумке начальника Рафта.

Но как бы не так!

* * *

Смена Флика началась с дружеской встречи с его новыми сослуживцами, Смешем и Триком. Хорошие веселые ребята. Они предложили отметить вступление в должность и первое ночное дежурство стажера. Даже согласились рассказать, что здесь и как, помочь ему немного на первый раз и посидеть с ним пару часиков, если он, так сказать, проставится за встречу.

Флик, наслушавшись баек, которые травили еще в училище старшекурсники, смекнул, что ему предоставился хороший способ влиться в коллектив, и решил не упустить такой возможности и не терять времени даром.

Быстренько сбегав за закуской в круглосуточный буфет и притащив из своей комнаты на станции тайком пронесенную на этот секретный объект бутылку убойного пойла, он организовал небольшой стол для себя и своих новых знакомых.

Флик старался не налегать на спиртное, помня, что ему еще выполнять свой долг перед Содружеством и нести бдительную вахту по охране его рубежей. Однако его более крепкие товарищи смогли даже тем малым количеством выпивки, что досталась стажеру, ввести его в состояние нирваны и несильного опьянения, которое, тем не менее, сыграло большую роль в его дальнейших действиях.

– Совсем забыл, – вдруг воскликнул Смеш, – Трик, ты не помнишь, куда я положил распоряжение начальника Рафта на проведение ночных работ?

– Ох, точно, как это мы? – отозвался его друг. – Вон оно на столе лежит.

И указал рукой в направлении планшета головизора.

О нем Флик знал. Это была последняя разработка, которая строит трехмерные модели и позволяет проводить с ними всевозможные операции, управляя ею как на тактильном уровне, так и мысленными усилиями.

До этого он работал только с моделями, которые были у них в училище, но это был гораздо более навороченный экземпляр виртуального эмулятора.

Боязливо подойдя к столу, Флик аккуратно взял в руки это произведение инженерного и менто-магического гения Содружества и Империи Аграф.

Его мечта. Он часто рассматривал рекламу этого планшета перед сном. Как многое мог бы он сделать, имея такой аппарат для работы телепорт-оператора еще во время учебы. Какие шутки и приколы смог бы он устроить.

От мечтаний его отвлёк голос Трика:

– Просмотри расписание. Там в полночь должен состояться перенос агента с кодовым именем Ржач?

– Да, нашел, – сказал Флик, быстро просмотрев список заданий на сегодня.

– Тогда ознакомься с сопроводительной документацией и комплектом метапрограмм, которые нужно ему загрузить во время переноса.

– Хорошо, сделаю, – ответил довольный Флик.

«Вот оно, мое первое задание, и уже отработка заброски полевого агента в боевых условиях. Будет чем похвастаться, когда вернусь. А то старшекурсники все говорили: ”Дальше мытья толчков нас не пустят”. Это их не пускали. А мне оказывают большее доверие, чем им. Знают, что я лучше подготовлены», – радостно думал Флик.

В полупьяное сознание паренька не закрадывалось даже мысли о том, что по уставу, который он должен был вызубрить перед вступлением на вахту, он как минимум должен доложить о начале проведения операции своему непосредственному руководителю.

Между тем Смеш подошёл к сейфу, находящемуся у стены в кабинете, и извлек оттуда инфокристалл.

– На, возьми, – сказал он Флику, – здесь координаты точки приема и места отправки полевого агента.

Стажер осторожно взял в руки инфокристалл и высветил на экран нужные координаты. Посмотрев на них он, спросил:

– Ребята, может, вы останетесь и поможете мне… – Флик только сейчас понял, что это не розыгрыш, а настоящее боевое дежурство и ему самостоятельно придется выполнять переброску агента. А такой опыт у него был только теоретический, как бы ни бахвалились курсанты перед собой. Единственный раз, когда он выполнял данную операцию, и то в тренировочном режиме, он ее провалил. Благо она проводилась на виртуальном тренажере.

И вот теперь от его действий зависела жизнь человека. Не удивительно, что он струхнул. Но винные пары и увещевания товарищей сделали свое дело.

Трик начал ему объяснять:

– Нет, нам нельзя тебе помогать. Это твой пропуск в привилегированную касту телепортеров[1]. Это твое первое самостоятельное задание, которое покажет, насколько ты готов к дальнейшему прохождению службы в нашем ведомстве. И именно на основании его результатов строится основная характеристика стажера.

Масла в огонь подлил еще и Смеш:

– Но главным является то, что от того, как ты проведешь свое первое дежурство, будет зависеть отношение к тебе нашего начальника.

– Я понял, – сказал, несколько успокоившись, Флик. А приняв на грудь последний роковой стаканчик пойла, выпитый на дорожку и за удачную смену, вообще поверил в свои силы и счастливую звезду и в нетерпении стал дожидаться нужного времени.

Когда его товарищи ушли, ему хватило силы воли и капелек оставшегося ума не завалиться спать, а начать изучать выданную ему документацию. Первым делом он просмотрел полученные бинокулярные тетрайдные коды места привязки.

Когда Флик вывел картинку с трехмерной матрицей, он задумчиво посмотрел на нее и пробормотал:

– А нам говорили, что анализом координат занимается автономный искин и в программатор заносит их самостоятельно, а мы должны осуществлять только контроль выполнения операций. А тут смотри-ка, все приходится делать вручную.

Но тут его озарила гениальная идея: «Ведь это испытание и проверка моих знаний. Поэтому мне и выдали только этот мощнейший планшет и координаты. Все расчеты и действия я должен проводить самостоятельно».

И окрылённый пониманием сути происходящего, он резво приступил к выполнению поставленной перед ним задачи.

После беглого просмотра матрицы координат он понял, что они составлены в соответствии со стандартной системой исчислений, и поэтому обработать и ввести заранее их в программатор телепорта для него не составит никакого труда. Только не нужно торопиться. Нельзя ошибиться даже в мелочах.

Поняв, что ему выдали не слишком сложный расчет, он обрадованно ввел нужные данные и, довольно потерев руки, решил приступить к изучению сопроводительной документации.

«Так вот в чем вся засада», – понял Флик, вчитываясь в переданное ему задание и проверяя коды доступа к необходимым ему ментообучающим программам.

Ментопрограммы, которые следовало внедрить агенту, были полностью теоретически несовместимы.

«Но если мне дали такое поручение, то значит, это возможно», – решил молодой стажер и принялся изучать структурное строение каждого внедряемого агенту модуля.

Флику повезло, его отец как раз был разработчиком и создателем ряда ментомодулей гражданской направленности, а сын, наблюдая за ним, и сам втянулся в это занятие, которое постепенно переросло в крепкое увлечение. Но сейчас весь накопленный опыт, его и отца, которому он позвонил, чтобы проконсультироваться по некоторым вопросам, бились о непробиваемую стену оптимально не стыкуемых модулей.

Флик взглянул на часы и понял, что не успевает, переброска должна была начаться через несколько минут.

Он быстренько скинул все модули в программатор и начал поспешно укладывать их хоть в какое-то подобие последовательной структуры. Кое-как разместив большую часть из них, он получил хоть и не стройную, но целостную картину. Но три ментопрограммы никак не вписывались в то нагромождение связанных структур, что создал стажер. Оно больше напоминало кучу мусора, чем структурированный объём информации, который рано или поздно достанется какому-то человеку.

Резко повернувшись в сторону таймера отсчета времени, Флик увидел, что до открытия портала осталось меньше двух минут; тогда он в состоянии бурлящего коктейля, состоящего из отчаяния, аффекта и гениального озарения, просто впихнул упирающиеся структуры в свою конструкцию и каким-то беспорядочным набором команд закрепил их в ней.

И у него получилось. Буквально в последнее мгновение он понял, что та ментоконструкция, которую он должен был собрать, приобрела свою целостность и законченность. Резко щелкнув на кнопку записи процесса, он успел засечь процесс стабилизации портала и вплетение в него запрограммированного ментомодуля.

Но счастье длилось недолго. Точка привязки портала оказалась в нестабильной зоне ментоактивного и магического полей.

«Этого еще не хватало!» Этот эффект был очень редок, и срабатывание портала в таком месте было практически невозможно, так как якорь телепорта не мог зацепиться за местность и создать фиксированную точку привязки. Но Флик не растерялся. Выведя на свой планшет виртуальную модель образующегося портала (нужно же использовать всю ту мощь, что попала тебе в руки), он вручную стал производить корректировку точки привязки, ориентируясь на показания, передаваемые портальным зеркалом с той стороны канала.

Флик уже устал. У него путались мысли, и руки не успевали за глазами. Но агента все не было. В который раз за сегодня, кляня такой неудачный день, он наконец засек перемещение в пределах видимости портала живого объекта, по параметрам подходящего под представителя доминирующей расы Звездного Содружества.

Агент, по-видимому, был ранен, ментосигнал его разума был еле уловим датчиками оборудования, и Флику буквально на лету приходилось производить корректировки по управлению портальным контуром на той стороне.

«Тяжело приходится ему там», – подумал стажер, для надежности влив в контур телепорта максимум энергии, если у агента не хватит внутреннего запаса, чтобы выполнить перемещение.

Вот, на очередном смещении объекта слежения и произошло его совмещение с аркой межмирового телепорта.

Флик уже хотел расслабиться, посчитав свое задание выполненным, как вдруг портальный канал стал прокачивать через себя такую уйму энергии, что уже через пару мгновений ее потребление перешло в красную зону. Стажер потянул руку к подключению резервного источника питания, когда потребление энергии неожиданно прекратилось. Но телепортационный канал все еще продолжал прокладывать себе путь к назначенной точке выхода.

«Ну и далеко же тебя забросили, парень», – подумал Флик, он почему-то был уверен, что портальной аркой воспользовался его сверстник, может даже на год-другой младше. Интуиция, вероятно, сработала.

А через несколько минут пришло сообщение о корректно сработавшем портале.

* * *

– Ну вот когда я проконтролировал, что телепортация проведена успешно, я еще раз проверил начальную и конечную точки портального канала, время прохождения переноса, потребление энергии на построение канала, прикрепил к отчету финальный снимок созданной ментоструктуры и внес зафиксированные текущие параметры объекта переноса. После этого я завизировал время ведения протокола и посчитал работу, согласно выданным мне инструкциям, успешно выполненной.

После своего рассказа стажер увидел, как разгладилось лица начальника и из озабоченного оно перешло в уже немного более расслабленное.

– Понятно, задержись на полчасика, кое-что выясним, и пойдешь отдыхать, – уже вполне спокойно закончил Рафт.

Рафт действительно понял, в чем тут дело. Известные шутники и местные баламуты Смеш и Трик, как только узнали о появлении в их ведомстве новичка, решили не упускать такой случай и разыграть его, при этом даже провели ряд подготовительных работ.

«Смеш вон даже свой любимый планшет не пожалел, – подумал начальник Флика, смотря на удерживаемый стажером навороченный виртуальный эмулятор, – лишь бы устроить очередную шуточку».

Когда все встало на свои места, Рафт, уже успокоившись, стал ожидать появления на рабочих местах этих двух олухов. Их бы давно вытурили с работы и дали волчий билет, но их одержимость плохими шутками уступала только их профессионализму и усердию в работе.

– Явились, не запылились, – сказал начальник, едва заметив ввалившуюся в кабинет парочку.

– Начальник Рафт, доброе утро. Как отдыхалось, спалось? Как у вас настроение? Что думаете о вчерашнем сообщении, где говорилось, что знаменитая певица Рукена опять вышла замуж? Уже в сто второй раз? – Но видя молчаливого Рафта, Смеш сказал: – Видимо, светские сплетни вас не очень интересуют.

– Верно замечено, не интересуют… – И, постояв несколько мгновений молча, Рафт ответил: – А вызывает мой жгучий интерес, какое же это распоряжение я оставил стажеру Флику для выполнения в его первую рабочую смену. Давайте, рассказывайте, что это за агент? Кого вы еще привлекли к своей авантюре и куда его отправили за государственный счет?

Искреннее удивление поселилось на лицах обоих приколистов.

– Шеф, какой агент, кого привлекли? Вы о чем? – удивленно спросил Трик.

– Верно, кого мы и куда отправили? Вы вообще про что? – вторил за своим дружком Смеш.

Уже совершенно ничего не понимая, Рафт оглянулся на Флика и, видя его не менее растерянную физиономию, повторил:

– Поясняю для тугодумов, – уже с нажимом и нотками угрозы в голосе сказал начальник этого стада не слишком далеко ушедших от животных людей. – Назовите мне имя того человека, которого отправил стажер по выданным вами координатам? И куда он, в конце концов, его заслал?

Тут что-то стало доходить и до вошедших в комнату молодых людей.

– Шеф, вы видели координаты, которые мы выдали Флику для отправки, – почувствовав, что запахло жареным, уже вполне серьезно заговорил Смеш.

– Да, посмотрите координаты и список ментопрограмм, – добавил Трик.

Посмотрев на замершего в кресле в углу кабинета стажера, Рафт махнул ему рукой и сказал:

– Неси-ка сюда планшет и все записи да отчеты, что ты сделал. Будем разбираться в произошедшем.

И уже обратив свое внимание на неудавшихся шутников, отдал приказ-распоряжение:

– Комнату изолировать, включить глушилки, – а заметив, как подобрались парни, отдал приказ: – Выполнять.

Трик резво подскочил к консоли управления и запустил разработанную им же самим систему – постановщик помех, не позволяющую вести прослушку из локально взятого объёма пространства, оставляя при этом все типы жучков в их полной работоспособности. Главным преимуществом этого устройства было то, что, основываясь на свойствах одного редкого биологического материала, это устройство создавало и менто-магические помехи, спасая одновременно и от ментального прослушивания.

Смеш занялся дверями и окнами, превратив их небольшую комнатку в такой маленький бункер, с периодом автономного существования, рассчитанным лет эдак на двести.

Флик же просто остался сидеть на месте, его ума хватило на то, чтобы не отсвечивать и не путаться под ногами. Как он начал понимать, ему и так достанется все основное внимание в этом разборе ситуации, чего он всеми силами хотел бы избежать.

– Ну, давайте начнем, – сказал Рафт, строгим и серьезным взглядом осмотрев всех присутствующих в кабинете. – Вы говорите, что первыми нужно посмотреть координаты? Сейчас посмотрим.

– Верно, – сказал Смеш, он был лучшим навигатором-наводчиком в управлении, и выбранные координаты, скорее всего, его рук дело.

Просматривая переданные Флику координаты, начальник этих молодых идиотов еще больше хмурился и мрачнел.

– Так я и думал, – сказал он, – вы хоть перепроверили выданные этому недорослю данные?

– Обижаете, начальник. Естественно. Мы проверили обе точки. Там ничего не должно было быть. Я подключался и туда, и туда визором.

– Странно, действительно пустота. Нет даже пересечения с орбитами каких-либо планет и крупных космических объектов, – согласился с ними Рафт, перепроверив слова навигатора со своей рабочей консоли и отстраняясь от устройства контроля и визора пространственного и подпространственного видеонаблюдения. Он взял в руки планшет и еще раз сверился с введенными координатами. В месте отправной точки была пустота.

– Флик, подойди сюда и покажи, где ты здесь нашёл хоть какую-то планету?

Паренек подошёл к своему начальнику и тупо уставился в пустоту отображаемого пространства.

– Но ночью она тут была, я в этом уверен, – сказал он, – не могло же мне все это присниться. У меня и запись переноса есть.

– Верно, если бы не она, я тебе бы и не поверил. Жаль, конечно, что ты не догадался запустить ее с самого начала.

– Простите, в первые мгновения я просто об этом забыл, – покаялся стажер. И вдруг его взгляд зацепился за что-то на экране визора, и он радостно вскричал:

– Это же не те координаты!!!

– Как не те? – удивились все присутствующие в комнате.

– Ну не те, и все тут. Мне ночью показывало другие.

– Как тебе могло показывать другие, если начальник только что ввел то, что записано в файле, – постарался, не срываясь на крик, сказать Смеш.

Он выхватил из рук начальника планшет и сунул его под нос стажеру.

– Как не те, а это что? – спросил он.

– Координаты, но у меня были совершенно другие, – попытался убедить его Флик.

Закрыв файл, Смеш спросил:

– Ты открывал этот файл и вводил эти значения?

– Да, – ответил Флик, – файл этот, но значения были другими, – продолжал настаивать он.

– Ну покажи, покажи, как такое возможно? – спросил Смеш у Флика, сунув ему в руки планшет.

Тот, с опаской косясь на всех, взял планшет поудобнее, провел рукой и открыл файл.

На экране горели совершенно другие координаты.

– Это они, – радостно воскликнул Флик.

Смеш с непониманием смотрел на планшет и ничего не мог сказать, стажер при нем открыл именно нужный файл, но тот показывал совершенно другие координаты.

Пока Рафт смотрел за стажером, какая-то мысль все время крутилась у него в голове, но он никак не мог ухватить ее за хвост.

– Флик, закрой и открой файл снова, – попросил он стажера.

Тот послушно сначала закрыл файл, потом что-то поделал левой рукой и опять же ею ткнул иконку для открытия файла.

«Левой, левой рукой», – вдруг подумал Рафт, и как озарение в голове все-таки сформировалась та ускользающая от него мысль.

– Флик, ты левша? – спросил начальник у своего стажера.

– Да, а что.

– Я, кажется, нашёл причину. Смеш, открой файл левой рукой, – попросил он молодого человека.

Тот непонимающе посмотрел на начальника, но, пожав плечами, выполнил его просьбу.

На экране горели координаты, про которые говорил Флик.

– Я не понимаю? – сказал Смеш.

– Посмотри на координаты внимательнее, – ответил ему Трик, он лучше разбирался в математике, чем его друг. – Они получены на основе инвертированных значений матрицы координат. Вот в результате и получается такая последовательность значений.

– Но почему? – спросил Смеш.

– Никогда особо не доверял планшетам этой фирмы, – ответил ему Трик, – я и тебя от покупки отговаривал. Первые модели у них всегда особенно сырые и собирают наибольшее число глюков. Это, как я понимаю, один из них. Другого сказать сейчас не сможет никто.

И немного помолчав, Трик уточнил:

– Как, ты уже посмотрел матрицу координат? Помощь в понимании нужна?

Взглянув на полученные цифры с такой немного извращенной точки зрения, Смеш убедился в правильности выводов своего друга.

– Нет, спасибо. Принцип мне понятен, – ответил тому навигатор.

Прослушав этот разговор двух друзей, в него вклинился их начальник.

– Тогда садись за приборы и смотри, что за место является точкой начала координат, после того как проверишь место отправки, по тому же принципу получи координаты места назначения и проверь, куда же мы отправили нашего случайного переселенца. Надеюсь, теперь никто не сомневается в том, что переход состоялся? – под конец спросил Рафт у всей разношёрстной компании.

– Нет, – за всех ответил Смеш.

– Ладно, с этим все более или менее понятно, а теперь поясни мне свою фразу про список ментопрограмм, – обратился он к их штатному аналитику Трику.

– Да вы сами посмотрите, и все вопросы отпадут сами собой, – и Трик протянул Рафту свой планшет, не такой навороченный, как у друга, но, что вероятно, значительно более надежный.

Взглянув в предоставленный список, Рафт понял, о чем говорил Трик. Список ментомодулей и программ представлял собою безобразную и неструктурированную систему, куда друзья умудрились запихать все, до чего смогли дотянуться их загребущие руки и больная фантазия. А так как она у них была буйная и хорошо развитая, то в списке попадались совершенно несовместимые по своей направленности базы, которые никоим образом не могли уложиться в единую конструкцию. Они перемешали все доступные им базы, а дотянуться могли до многого, ведь работали они в центре подготовки полевых агентов, и различных новых и старых, надежных и не очень, проверенных и только созданных ментопрограмм и ментомодулей здесь было в избытке. Они взяли как обычные бытовые базы, такие, например, как вполне мирная ментопрограмма по ускоренному изучению любых языков, имеющих хоть какую-то смысловую нагрузку, основанная на интуитивном понимании и использующая для своей адаптации и возможности работы как менто-магические способности человека, так и его психофизические составляющие. Примешали к ним всевозможные боевые ментопрограммы и ментомодули по тренировкам, выживанию в различных условиях, ускоренному перестроению своего тела под оптимальные нагрузки и условия, а также многое, многое другое. Но главным было то, что в список они накидали такое большое количество ментопрограмм по развитию и изучению неимоверного количества ментальных и магических дисциплин и школ, что Рафта удивило такое их число в местном доступе. Он не знал, что их в принципе существует такое большое количество. Тут встречались ментомодули, которые проводят простейшие преобразования ментального поля человека, чтобы, например, поставить постоянный блок от прослушивания его мыслей, и сложнейшие комбинационные модули, позволяющие, например, развить свое менто-магическое поле до уровня какого-нибудь пресловутого мага высшей категории (он не сильно хорошо разбирался в их иерархии – закрытая каста, белая кость, что с них возьмешь, одно слово – маги) или необходимое каждому агенту ускорение времени или его замедление, которое встраивалось на уровне свойства самого объекта воздействия. Были здесь и простые базы по развитию тех или иных способностей, по изучению той или иной техники в направлении магии или ментала. Много чего запихнули туда эти два… в общем, не сильно хороших человека.

«Вон, умудрились даже ментопрограммы из сферы некроса впихнуть», – заметил Рафт запрещённые к распространению ментомодули и гипнопрограммы.

Внимательно просмотрев весь список баз, Рафт мог сказать только одно: что при установке всего этого одному человеку, если найдется такой сумасшедший, шансов выжить у него будет один ну, например, к… никогда, скорее всего.

Ведь если структура не стабильная и не однородная, она просто не сможет адаптироваться под сознание и разум человека, что обязательно приведет к его гибели. А из той каши, что намешала эта парочка клоунов, стабильной конструкции ментомодулей собрать невозможно.

Было невозможно. Но вот в углу сейчас сидит паренек, который, судя по всему, смог это сделать. И справился на удивление неплохо. А та довольно красивая и целостная структура, которую он собрал, позволяла этому гипотетическому сумасшедшему повысить человеку шанс на выживание с «никогда» на… ну, к примеру, «не в этой жизни».

«Нужно к нему присмотреться повнимательнее, – подумал Рафт, – такими кадрами разбрасываться нельзя».

А сам между тем сказал Трику:

– К моему глубокому сожалению, должен тебя разочаровать. Из той мешанины можно было кое-что собрать. И вон сидит автор этого творения… – И уже обращаясь к стажеру, попросил: – Покажи-ка Трику снимок получившейся ментоструктуры.

Флик встал с кресла и передал планшет с открытым снимком в отчете, составленном ночью.

Трик несколько минут рассматривал полученную картинку, но потом, так и не сумев понять, в чем же ее разгадка, обратился к стажеру:

– Ты сможешь повторить последовательность правильного составления этой конструкции?

– Вряд ли. Я уже сейчас не помню даже, как ее начинал собирать, но попробовать все равно могу.

– Идеально сдублировать ее не получиться, – начал говорить уже Трик, – часть ментопрограмм существовала только в единственном экземпляре. Но даже из того, что есть, если мы сможем скомпоновать несколько рабочих комбинаций, опираясь на полученную тобой схему, то на этом можно неплохо заработать. Ведь это верно, господин Рафт? – решил уточнить у своего руководителя пришедшую ему в голову вполне очевидную идею их математический гений.

– Верно, но поговорим мы об этом позже. А сейчас меня интересует анализ воздействия полученной ментоструктуры на сознание и здоровье получившего ее человека.

– А что тут думать. Очень сложное построение всей конструкции требует такой же сложной настройки ее размещения в контуре телепорта и не менее простого процесса настройки ее внедрения в реципиента, чего, как я понимаю, Флик просто не успевал сделать. Я даже не знаю, кто бы справился с такой задачей. Лично я бы за нее не взялся ни в коем случае. Отсюда простой вывод, человек, скорее всего, или уже умер, или сошёл с ума.

– Но я точно видел, что первые мгновения после перехода, пока закрывался портал, человек еще был жив, – возразил ему Флик.

– А это точно? Может, он в конвульсии замер на месте, или его мозг медленно превращался в своеобразную кашу, а тело еще не успело прореагировать на это? Как тебе такой вариант? – спросил стажера Трик.

– Не знаю, – удрученно ответил тот.

– Понятно. Шансов у него практически нет, я прав? – спросил уже у самого аналитика Рафт.

– Нет, – сказал тот, но немного подумав, добавил: – Вернее теоретически есть один вариант, когда такая структура сможет прижиться в человеке без постороннего вмешательства.

– И какой же это вариант?

– Человек должен быть неинициированным магом с полностью пустым резервом, но такое физически невозможно. Если человек маг, даже неинициированный, он пополняет свой резерв на интуитивном уровне. И хоть капля ментоэнергии в его запасе всегда есть. Я не знаю способа оставить мага без внутреннего запаса энергии.

– Я тоже, – согласился с ним Рафт, – видимо, придется писать докладную. Это уже серьезно.

– Подождите, – вдруг раздалось со стороны пульта, за которым сидел навигатор.

Все с недоумением и удивлением, а кто-то и с тайной надеждой посмотрели в ту сторону.

– Кажется, я только что узнал один из таких способов, – сказал Смеш, уставившись в визор. – Идите сюда. Посмотрите.

Как будто перед ними бомба, сотрудники небольшого отдела Рафта медленно подошли к головизору и посмотрели на него. Потом переглянулись и еще раз посмотрели на пустой экран.

Нервы Рафта не выдержали, и он, уже не сдерживаясь, наорал на Смеша:

– Что за шуточки? Ты нам хотел показать пустоту, идиот?

И развернувшись, собирался уйти и сесть за свой стол.

– Нет, вы не поняли, это реальные координаты того места, откуда производилась переброска, – постарался пояснить увиденное Смеш.

– Но там же опять ничего нет, – с обидой в голосе сказал Флик, – там точно была планета. Я ничего не понимаю.

– Не расстраивайся, стажер, – поддержал его Рафт, – не один ты ничего не понимаешь…

И уже обратившись к Смешу, сказал:

– Рассказывай, что ты там понял.

Тот не заставил себя долго упрашивать, дело и так из обычной шутки переросло в почти прямое нарушение устава и уголовное правонарушение. Поэтому на сегодня различные приколы были закончены.

– Полученные координаты указывают именно на эту точку пространства, но с небольшой погрешностью. Однако если учесть эту погрешность, образуется какой-то странный неустойчивый канал.

И он ввел с пульта управления необходимые значения.

– Флику, видимо, просто повезло, когда он случайно учел это небольшое упреждение. В итоге мы смогли установить портал на какой-то неизвестной планете.

И Смеш начал корректировать значения параметров, чтобы удержать стабильность узла привязки.

– Точно, это она! – радостно воскликнул Флик. – Я проводил те же манипуляции для удержания портальной арки в стабильном состоянии.

– Вижу. Но я не понял главного. Что это за планета и что в ней такого необычного? – снова спросил своего подопечного Рафт.

– Вы не понимаете? – спросил Смеш и, увидев отрицательное покачивание головы, продолжил говорить: – Ее нет. На том месте, куда указывают координаты в нашем пространстве, ничего нет. Там абсолютная пустота, до ближайшей планеты как минимум несколько секторов, и та окажется необитаемой.

– Ты хочешь сказать? – начал говорить его товарищ.

– Да, если ее нет в нашем пространстве, но по тем координатам она есть, значит, планета находится в каком-то другом измерении, где по тем координатам она есть. И учет тех погрешностей позволяет провести локальный прокол как в самом пространстве, так и между измерениями.

– И стабильность канала нарушают не какие-то помехи в менто-магических полях, а их полное отсутствие в месте привязки. Вот почему точку не удается удерживать на одном месте. Ее просто растворяет поле планеты и размазывает по всей своей площади.

– Если бы ты рассказал нам сейчас что-то более правдоподобное, я бы тебе не поверил, – ответил на слова навигатора Рафт, – но именно этот невероятный бред, который не придет даже в голову сумасшедшего, имеет право на жизнь, и именно в него я готов поверить. Нет, представьте себе, существует планета, где отсутствует менто-магическое поле. Конечно, откуда там взяться инициированным магам, если их резерву даже нечем и неоткуда заполниться.

– Правильно. А, кроме того, это идеальное место для внедрения любого типа ментоструктур. Ведь никаких внешних наведенных помех не будет, и конструкции лягут и проведут адаптацию с наибольшей возможной точностью. Тем более не придумаешь лучших условий для внедрения полученной Фликом ментоструктуры, – поделился своими размышлениями Трик. – Правда пользоваться большей частью из того, что встроили в структуру, там не получится. Только используя свои жизненные силы и жизненную энергию. А этого не хватит даже на активацию многих простейших ментопрограмм.

– Ты прав. Но это и хорошо, значит, мы своим поступком не повредили человеку. Ну дали мы ему лишку знаний и умений, которые ему не предназначались, но воспользоваться-то он ими не сможет, – с облегчением сказал Смеш, отворачиваясь от консоли управления телепортом.

– Не совсем так, – возразил ему Рафт, – ты смотрел конечные координаты? Есть у меня чувство, что с ними будет еще менее понятно, чем с исходными.

– Забыл, – ответил Смеш, – отвлекся на первые и совсем забыл о вторых.

И на несколько минут погрузился в вычисления и настройки.

Когда прошло какое-то время и навигатор получил первые результаты своих работ, он нахмурился и с еще большей ожесточенностью стал вводить какие-то новые данные. Промучившись уже больше получаса, он наконец сдался и повернулся к остальным, с нетерпением ожидающим его решения.

– Ну что? – спросил его Рафт, хотя было заметно, что тот ответ, который может дать Смеш, он предвидит.

– Как вы догадались, шеф? – обратился к начальнику вместо ответа навигатор. – После инвертирования они приняли невозможную к реализации форму, и я не могу определить точного места назначения.

– Практически сразу после того, как увидел в координатах точки приемника, значение бесконечности по одной из осей.

– Точно, как я сам не обратил на это внимание. Но тогда получается, что мы отправили кого-то по одной из систем координат в направлении вечности. Канал не мог установиться без второй точки привязки. Но как я понял, все прошло успешно?

– Да, – подтвердил мысли навигатора Флик, – правда, для стабилизации перехода мне пришлось значительно повысить потребление энергии на поддержание канала телепортации. Но, в конце концов, произошла стабилизация, потребление энергии телепортационным контуром прекратилось. А еще через несколько минут пришло сообщение об успешно законченной процедуре переноса.

– Что, – удивленно спросил Рафт, – в отчёте про повышение уровня энергии не было ни строчки?

– Как и про то, что стабилизация канала и процесс телепортации завершились в разное время, – добавил Смеш. Они оба уставились на Флика.

– Я, честно говоря, просто забыл, – признался стажер.

– Ок, будем считать это первым уроком, а теперь расскажи-ка поподробнее про расход энергии и время срабатывания портала, – сказал начальник.

– Ну, если вообще говорить про использование энергии, то я ее еще для усиления и более лучшего удержания приемной арки влил немного. Кроме того, ментосигнал человека был так плохо уловим, что я подумал о том, что он, возможно, ранен и лишняя помощь ему при переходе через портал не помешает, – начал рассказывать Флик, поежившись под неслишком уж ласковым взглядом Рафта.

– Естественно, – перебил того Трик, – что плохо уловим. Удивительно, что вообще хоть что-то смогли засечь на планете без менто-магического поля. Как они там живут только?

– Да вот умудряются. Человек вообще тварь живучая, сколько уже тому примеров и подтверждений, – сказал Рафт, а потом спросил у стажера: – Но и про это мы тоже первый раз слышим… Вас там даже что… правильному составлению отчета по проведению работ не обучали?

– Нет. Я только тут и узнал о необходимости его составления, поискал примеры и ничего не нашёл, пришлось использовать тот шаблон, что был прикреплен к должностным обязанностям. И в соответствии с ним я все и заполнил.

– Странно, нужно будет с этим разобраться: как с первым – присылают курсантов, которые даже отчета написать не могут, – так и со вторым, кто-то очень умный теперь составит нам все виды отчетов под каждый из типов работ, – и Рафт посмотрел на Смеша.

– А что? Это не я. Шаблон создал Трик, – сдал своего товарища с потрохами навигатор.

– Я знаю, – ответил начальник, – но ответственным был назначен ты, значит, и спрос с тебя.

И еще раз хмуро посмотрев на навигатора, покачал головой в подтверждение своих слов и обратился уже к стажеру:

– Продолжай, Флик.

– Ну, после того, как теперь я понимаю, портал сам затянул того человека, а я запустил процесс переноса по заданным координатам. Сначала все было замечательно, но потом уровень потребления энергии стал резко расти, почти дойдя до уровня середины красной зоны. – Но увидев большие и круглые глаза окружающих, он поспешно добавил: – Я готов был переключиться на резервный ввод, если того потребуют обстоятельства. Я даже снял с него пломбу и приготовился к его запуску.

Трое собеседников смотрели в изумлении на этого идиота-везунчика.

– Работа в красной зоне запрещена, каналы не успевают переработать такой огромный объём энергии, происходит ее накопление в портальном устройстве, и как финал возможен взрыв через несколько секунд, – выдал потрясенный Рафт.

– А то, с чего ты снял пломбу, это устройство самоуничтожения телепортационного контура на случай захвата базы, а подключение резервного контура осуществляется с вот этой консоли… – Смеш показал на пульт управления, стоящий около стены.

Тут до Флика дошло, что он прошёл по краю бездны и умудрился не свалиться туда.

– Но накопления энергии в канале телепортации не происходило, – как оправдание тихо произнес он. – Я знаю, что нужно следить за этим, на лекциях нам это объясняли, и поэтому контролировал этот параметр.

– Тебе повезло, – ответил ему Трик. – Нельзя наполнить бесконечность, а так и случилось с одной из направляющих координат.

– Да, но непонятно другое. Энергия поступать прекратила, и перенос состоялся. Правда, опять же странно… Прекращение поступления энергии совпадает с моментом телепортации, а тут она, со слов Флика, закончилась несколько раньше, чем произошёл перенос, – сказал Рафт, – но думаю, мы вряд ли сможем, что же произошло в данном случае.

– Знаете, а у меня есть одна идея. Если мы предположили, что коли в том месте, где в нашем пространстве нет планеты, в другом измерении она есть, то почему не предположить, что в каком-то из измерений эта координата не является бесконечностью? – выдвинул версию Флик.

– Тогда куда же ты его отправил? – удивленно спросил Трик.

– Если предположить, что где-то существует реальность с планетой, находящейся по этим самым координатам, и что ее менто-магическое поле обладает просто чудовищным потенциалом для того, чтобы канал смог самостоятельно зафиксировать точку привязки, то гипотеза Флика имеет право на существование. И тогда верно, что получается, как сказал Флик, мы выдернули этого человека из одного измерения, протащили сквозь наше пространство и заслали куда-то дальше, в неизвестные дали, где канал все-таки смог найти какую-то точку привязки, – предположил Смеш.

Рафт быстро смекнул, о чем говорил сейчас Смеш, и обратился уже ко всем:

– Вы понимаете, надеюсь, о том, что тут произошло, никто и никогда не должен узнать? Если станет известно хоть о гипотетической и нереальной, но единожды проделанной возможности ходить в другие измерения, нас всех запрут глубоко и надолго, – жестко уставился на своих подопечных Рафт.

– А как же ментоструктура? – вдруг вспомнил о созданной Фликом конструкции Трик.

– Забудь. По крайней мере на время и, скорее всего, долгое, – сказал начальник аналитику и, повернувшись к уже бывшему стажеру, продолжил:

– Ну и ты, стажер, понимаешь, что уже досрочно прошёл практику и принят в наш небольшой коллектив с его маленькими тайнами?

– Да, – ответил тот и кивком головы подтвердил понимание ситуации.

Все на время замолчали, думая каждый о своем, как вдруг Флик встрепенулся и спросил:

– И где жеон сейчас?

Никому не потребовалось объяснять, о ком говорит их новый сотрудник.

– Где-то там… – ответил Рафт и неопределенно махнул рукой.

– Где-то там, – повторил бывший стажер, остекленевшим взглядом проследив за указанным направлением своего теперь уже постоянного начальника.

* * *

А где-то там, в глубинах мироздания, на темном каменном алтаре в разрушенном храме давно уже вымершей планеты на чашу весов упала небольшая и практически невесомая былинка, принесенная неизвестно откуда пронесшимся тут порывом ветра. И весы, которые до этого миллиарды лет стояли в равновесии, стали клониться в одну из сторон. И от этого, казалось бы, незначительного движения начала меняться физическая составляющая мира вокруг, менялась сама его суть. Сдвигались пласты реальностей. Перемешивались измерения. Волнами эти изменения растекались в окружающее пространство. Они происходили с фантастической скоростью. Но вот неожиданно наступило затишье, и тайфун нахлынувших изменений, кореживших реальность, прекратился.

А наступило это, когда очередная волна искажений внезапно наткнулась на мчащийся в бесконечность сгусток энергии. Именно в это мгновение в другом времени и пространстве прекратился поток энергии, который вливался в созданный усердным стажером канал телепортации.

Глава 1

«И куда это я, интересно, попал?» – подумал я, оглядываясь вокруг.

А то, что я куда-то попал, не вызывало никаких сомнений.

Вот представьте себе: идет человек хорошо знакомой дорогой, от своей любимой работы (не удивляйтесь, бывает и такое) до не менее милого и любимого дома. Оглядывается вокруг, рассматривает симпатичных девушек, проходящих мимо него и спешащих куда-то по своим женским и не всегда понятным делам. Поворачивает к виднеющемуся в сорока метрах впереди, родному и такому знакомому подъезду. Делает очередной шаг и…

…И его нога опускается в какую-то чавкающую жижу. Человек смотрит себе под ноги, а там грязь.

«Откуда такая лужа этой булькающей слизи посреди сухого асфальта?» – думает он и оглядывается по сторонам.

Но в том то и дело, что никакого сухого асфальта там нет и в помине. А окружает этого беднягу какое-то коричнево-зеленое месиво, очень смахивающее на грязное и не слишком приятное болото. И тянется это болото до тех пор, пока взгляд не упирается в деревья, стоящие на разных его участках. Нет не так. В Деревья. Именно с большой буквы.

Я даже представить не могу, где растут такие гиганты.

«Хотя почему не могу, тут и растут, вот они перед глазами стоят», – подумал я.

Но больше почему-то поразило не это. Угнетающе давила какая-то мертвая тишина и зеленый сумрак, что стелился кругом.

«На любом болоте есть хоть какая-то жизнь, мошкара, насекомые, слышатся постоянные скрипы и шорохи, непрерывные шелест и шебуршание. Царевны, в образе лягушек, ищут своих принцев по кочкам. Крокодилы выглядывают из-под поверхности вод и прочее, – думал я, – но тут ничего этого нет и в помине».

Лишь серая хмарь в зеленом сумраке с нечеткими силуэтами деревьев вокруг. И всё.

Я поднимаю глаза к небу, чтобы хоть там увидеть солнце, которое дает такой странный свет, а его нет. Ни солнца, ни неба. Сверху надо мной виднеется только сплошное переплетение ветвей, лиан и листьев.

«Где это я? Что за странный лес вокруг?» – еще раз попытался я задать себе вопросы, на которые у меня не было ответа.

Но ответ пришел, вернее я его уже знал, будто он всегда был в моей голове.

= Гигантский реликтовый лесной массив. Тип особого древнего девственного леса, сохраняющегося на протяжении длительного периода времени и незатронутого деятельностью цивилизации. Характеризуется наличием крупных как живых, так и отмерших деревьев, повышенной затенённостью, несколькими возрастными уровнями растительности и несколькими горизонтальными уровнями вегетации. Возможна частичная или полная заболоченность местности произрастания этих деревьев. Такой тип лесного массива характерен для малоисследованных или неисследованных планет. Крайне опасен для неподготовленного путешественника. Следует остерегаться хищных и неизвестных форм жизни.

«Вот это да, – удивленно подумал я, – какие-то планеты, хищные, а главное, неизвестные формы жизни».

И немного растерянно огляделся кругом, пытаясь разглядеть упомянутые «формы жизни».

Но вообще-то да, даже по смыслу среди таких гигантов должен бродить кто-то не менее большой. И не факт, что он питается травкой и листиками, которых у основания стволов этих исполинских деревьев в принципе видно не было. А вот под сомнение ставить то, что здесь кто-то есть, крайне глупо и неразумно, а значит, они как раз и питаются такими не слишком удачливыми личностями, которые имеют глупость тут разгуливать.

Верно сказано – «крайне опасен для неподготовленного путешественника».

И я снова осмотрелся, местность не слишком изменилась, но вот мой взгляд смог немного адаптироваться к царящему здесь сумраку, и я разглядел какие-то более темные, чем обычная поверхность, проплешины, виднеющиеся на глади болота.

А через несколько мгновений, пока я осмысливал то определение, что родилось у меня в голове, и рассматривал местные достопримечательности, мне пришло понимание еще кое-каких интересных фактов.

= Для уменьшения степени опасности нужно провести ряд обязательных мероприятий. Во-первых, необходимо переместиться на нижний или средний ярус деревьев. Во-вторых, следует провести экстренную активацию чувства интуиции и запустить развитие интуитивных способностей. В-третьих, необходимо провести активацию чувства интуитивной реакции на опасность и способности вероятностно-интуитивного прогнозирования событий. В-четвертых, необходимо провести активацию точного чувства ориентации и направления. В-пятых, следует подключить чувство ментального поиска, для определения наличия ближайшего излучения мозговой активности. И наконец, необходимо изготовить простейшее оружие.

«Это что, интересно, такое? Откуда это во мне?» – удивленно почесал я свой затылок, хотя советы были вполне дельные, по крайней мере, те из них, которые не касались непонятных активаций и подключений, однако и их общий смысл был мне примерно понятен.

Правда после того, как я оказался неизвестно где и неизвестно как, а сомневаться в том, что это не бред и не галлюцинации, не имеет смысла, так как в противном случае я бессилен, то я склонен воспринимать все происходящее как должное. Тем более это даже теоретически должно помочь мне разобраться в текущей ситуации или по крайней мере протянуть до того момента, когда я смогу это сделать сам или с помощью кого-либо.

Сложно рассуждать адекватно, оказавшись в такой ситуации, поэтому я был удивлен этой логичности рекомендаций, прозвучавших у меня в голове. Это были явно не мои мысли.

«Но чьи же они?» – задался вопросом я. А потом подумал, что и сейчас я достаточно спокойно рассуждаю над этой ситуацией, хотя это для меня было не слишком типично. По жизни я суетливый холерик и только в спокойной обстановке могу родить что-то гениальное. Но текущая ситуация, по идее, никак не должна была содействовать моему душевному спокойствию. Однако в голове ощущается непонятная кристальность, четкость и ясность мысли.

«А мне-то это нравится», – понял я.

Поэтому, доверившись первому дельному совету, полученному за сегодня, я стал высматривать дерево, на которое было бы удобнее забираться.

Пока я размышлял, у меня одновременно получилось осмотреться вокруг и найти очень подходящее кряжистое дерево. Правда, оно должно было быть несколько выше остальных, судя по толщине его ствола и ближайшим веткам, которые начинались достаточно далеко, по отношению к другим рядом стоящим деревьям, но что-то меня привлекло именно в этом лесном гиганте.

Подойдя к нему поближе, я понял, что расстояние до дерева от того места, где я стоял, сгладило некоторые не очень приятные подробности. Задрав голову, я только сейчас смог увидеть и оценить, что первые ветки дерева начинали расти, как минимум, в пятидесяти-шестидесяти метрах надо мною. Однако при этом ствол, кроме того, что был необъятным и спокойно мог спрятать внутри себя десяток другой автобусов, обладал такими морщинами и трещинами, что их спокойно можно было использовать как ступени лестницы.

«Главное, чтобы кора этого гиганта не начала крошиться или скользить у меня в руках», – подумал я, осторожно подходя к дереву и подальше огибая замеченные мною ранее подозрительные, изредка булькающие, темные проплешины в болоте.

Уже практически стоя у основания дерева, я услышал какой-то странный шелестящий звук.

Если бы это был я прежний, тот, который еще не слышал странного голоса у себя в голове, то я бы остановился и обернулся посмотреть, что там такое шелестит позади. Но сейчас голос уже как команда прозвучал внутри меня.

= Повышенная степень опасности. Ускорить движение.

И я, почему-то поверив ему, ломанулся вперед и как сумасшедший на одном дыхании взлетел метров на пять вверх по стволу.

Только сейчас я смог остановиться и посмотреть вниз. Та же вода, те же стволы деревьев вокруг. Но вдруг в одну из проплешин, практически мгновенно преодолев расстояние от дерева до нее, ушла какая-то длинная лента. Очень длинная… И широкая.

«Видимо, это что-то или кто-то, похожий на змею, правда, плоский. По крайней мере, мне так показалось сверху. Да и глубина болота не превышала двадцати сантиметров. Но как тварь двигается, это что-то уму непостижимое, – пораженно подумал я. – Если бы я находился далеко от дерева, то не факт, что успел бы до него добраться и влезть», – решил я, рассматривая то множество потенциально опасных участков с проплешинами, которые гораздо лучше виделись мне теперь сверху.

«А ведь это какие-то колодцы или норы, заполненные то ли водой, то ли грязью, и в каждом таком месте может притаиться такой вот подарочек», – сделал я простой вывод, пока забирался дальше, уже карабкаясь по дереву достаточно быстро, но при этом все еще осторожничая. Так я и пытался добраться до ветвей, несмотря на то, что мне и хотелось поскорее оказаться там, но старался все же не спешить.

Как оказалось, в складках коры дерева рос какой-то непонятный мох, который при нажиме выделял очень много резко пахнущей скользкой жидкости, которая не давала мне расслабиться, все время напоминая о возможности соскользнуть, сорваться и ухнуть вниз. Кроме этого, через некоторое время у меня начался нестерпимый зуд в руках, который вызывал сильное чувство дискомфорта и очень сильное раздражение из-за моей невозможности пока что-то сделать с ним.

Я старался отстраниться от жжения, которое не давало сосредоточиться на подъёме, и уделял все свое внимание только выбору нового места хвата.

Здоровье оно дороже, а падать с такой высоты как-то меня не очень прельщало.

Ну и, кроме того, хоть я и чувствовал, что там, куда я старался добраться, должно быть более безопасно, чем внизу, но более безопасно не означало, что там можно будет разгуливать как у себя дома, просто степень опасности, грозящей мне в этом случае, гораздо понизится.

Так что я лез очень тщательно, высматривая удобные зацепы.

«Торопиться мне некуда», – решил я.

По дороге как-то незаметно я переключился на обдумывание той ситуации, в которой оказался, и событий, которые происходили вокруг меня.

И тут до меня дошло. А как я вообще смог услышать какое-то шуршание? И так быстро среагировать? Только сейчас я посмотрел на то расстояние, что преодолел за несколько мгновений, когда получил приказ голоса в голове, и оно оказалось не таким уж и маленьким, как я оценил в первые мгновения. Да и вообще. Что-то больно спокойно и рационально я сейчас смотрю на вещи, происходяшие со мной.

«Хотя нет, этот вопрос уже возникал у меня в голове. Но все равно мне не понятно, почему я так предельно собран, несуетлив, расчетлив и до безобразия осторожен. Все это на меня не похоже. Но, видимо, именно таким должен быть или стать человек, чтобы выжить в такой среде. Первобытный охотник, хищник».

На этом я немного отключился и на автомате продолжал лезть выше. Никогда не думал, что взбираться вверх по плоскости так тяжело.

«Жаль, я никогда альпинизмом не занимался», – подумал я на очередном хвате, и в этот момент у меня сорвалась, соскользнула рука, мокрая от пота и от раздавленного и перетертого, как оказалось, какого-то особенно скользкого мха, растущего на коре дерева. Я даже испугаться не успел, как заскользил вдоль ствола этого исполина вниз. Вернее никакого испуга я в принципе не испытывал.

В момент падения я занимался тем, что высматривал удобную складку коры дерева, за которую могу прочно зацепиться.

Резкий рывок, и я вишу на одной руке, ощущая в ней нестерпимую боль, которая аленьким взрывом родилась в моем плече и начала растекаться от него по телу.

= Растяжение связок и небольшой вывих плеча. Опасности не представляет. Полное восстановление через пять часов, – прозвучала новая мысль у меня в голове.

Преодолев боль, я покрепче обосновался на стволе дерева и посмотрел, сколько я успел пролететь.

Оказалось не так и много, метра три-четыре не больше.

«Ловко у меня получилось», – удивленно осмотрев и оценив расстояние, которое пролетел, подумал я. Однако потом вспомнил, что, пока падал, я успел рассмотреть очень большое количество трещин и расколов в коре на дереве, и из них мне приходилось выбирать наиболее удобные и ухватистые, отсеивать те, что, как я теперь понимал, если за них ухватиться, дадут наибольшую нагрузку на мою руку. И для выбора оставлять все более или менее подходящие. И, в конце концов, я выбрал одну из самых удобных и дающих наименьшую нагрузку при рывке трещин. А затем схватился именно за нее, под строго выверенным углом и в наиболее оптимальный для этого момент.

Но такая работа по анализу поверхности дерева никак не могла уложиться в те доли секунды, что я летел вдоль его ствола.

«Что-то с моим то ли восприятием, то ли организмом в целом, – понял я. – Ведь и от той змеи я ускользнул необычайно быстро. А значит, тут не только восприятие, но и тело. Точно, то, как я схватился за небольшой выступ в коре во время падения, это что-то за гранью фантастики».

Поняв все это, я сделал вполне логичный вывод, что я стал несколько быстрее, реакция у меня изменилась и, скорее всего, улучшилась и ловкость в целом.

Обдумав это, я еще немного постоял и отдохнул.

«Ну, все это неплохо и делает меня только сильнее, а значит, и шансов разобраться в обстановке и выжить здесь у меня становится больше, – все-таки решил я. – Но сверхчеловеком я, судя по всему так и не стал».

Рассматривая свои зудящие и покрасневшие ладони, я полез дальше. На этот раз я очень осторожно прокладывал себе маршрут дальнейшего движения. Я всегда хорошо учился на ошибках, особенно своих, и поэтому сейчас прощупывал, просматривал и проверял каждый выступ, за который хотел ухватиться или куда собирался поставить ногу. Видимо, поэтому второй заход у меня прошёл более удачно, и уже через двадцать минут я добрался до самой нижней ветви дерева. А забравшись туда, ничего нового я так и не увидел. Ветка по своей толщине ничем не уступала немаленькой дороге, была такой же кряжистой и морщинистой, как и сам ствол дерева, поросшей мхом даже еще больше, но абсолютно никакой листвы видно не было.

«По крайней мере, под ногами перестала хлюпать жидкая грязь, что простиралась у подножия дерева», – решил я. Затем осмотревшись, сделав несколько шагов вдоль ветки дерева и едва не поскользнувшись пару раз, задумался. «И что делать? Лезть дальше или остаться пока здесь и осмотреться?»

Хотя оставаться в царстве скользкого и полувлажного мха, куда попал я сейчас, мне не очень хотелось. Но голос опять дал мне небольшую подсказку.

= Нижний уровень крон гигантских деревьев с большой долей вероятности является ареалом обитания наиболее опасных хищников, живущих здесь.

«Видимо, придется лезть выше. Интересно, какова действительная высота этих гигантов?» – подумал я. И начал свой подъем дальше.

Я решил не останавливаться на нескольких первых ветках и, когда все же залез выше тринадцатой или четырнадцатой по счету, окончательно выбился из сил и подумал о том, чтобы сделать привал и отдохнуть.

Забравшись на очередную ветку, я вышел из того монотонного транса, в котором карабкался вверх, и осмотрелся вокруг. Здесь оказалось уже значительно светлее, чем тот сумрак, что стоял внизу. Кроме того, сейчас вокруг меня не было той гнетущей тишины, которая сопровождала меня во время подъёма, и единственным посторонним звуком, услышанным до этого, было то странное шуршание.

Теперь окружающий мир полнился какофонией звуков. Кругом раздавался какой-то щебет, скрипы, шуршание, шелест. Сновали большие и маленькие насекомые, мошкара. На подступах к кроне и в ее листве угадывались какие-то небольшие птички; возможно, прятались и перебегали с места на место мелкие животные или кто-то, очень похожий на них.

Но услышал это движение жизни я почему-то только сейчас, или обратил внимание на него.

И еще, здесь всюду чувствовалась какая-то непонятная энергия, я кожей ощущал ее присутствие и движение ее токов. Правда, никак не мог понять, что же это такое. Но это точно было.

И это ощущение присутствия жизни и энергии вокруг все-таки позволило мне расслабиться.

Оглядевшись, я понял, что непроизвольно нашёл какое-то подобие небольшого дупла в стволе дерева у основания ветки и сейчас сидел в нем.

Встать в полный рост мне там бы не получилось, но сесть или лечь, не особенно выставляя ноги, я мог вполне спокойно.

Осознав это, я как-то на уровне инстинктов забился туда. Немного поворочавшись и устроившись поудобнее, хотел уже закрыть глаза и отдохнуть, так как усталость давила непомерным грузом, но в голове практически мгновенно прозвучал вполне знакомый и, можно сказать, уже привычный голос:

= Необходимо завершение начатого ряда обязательных мероприятий для снижения общей степени риска.

Смотри-ка, а я как-то и забыл о том, что у меня был хоть какой-то примерный план действий, а вот мой внутренний голос этого, похоже, не забыл.

– И что мне делать? – пробормотал я себе под нос.

= В соответствии с выставленными приоритетами необходимо провести последовательную активацию взаимосвязанных способностей. Проведение части из них обязательно в сознательном состоянии оператора. Выполнение остальных возможно в бессознательном состоянии.

«Что от меня потребуется?» – мысленно спросил я у себя; как-то сидеть и бормотать себе под нос вопросы – это уже тянет на явный признак сумасшествия.

Но вот сидеть и спокойно узнавать, что потребуется от меня для активации кучи способностей, мне стало даже интересно. Ведь из всего списка я знал примерно, как выполнить первый пункт, то есть залезть на дерево, и понимал, что нужно будет раздобыть какое-то оружие, палку там, дубинку или копье сделать, но вот как нужно было осуществлять другие пункты, мог только догадываться, фантазировать, но точно не знал.

И вообще, странное какое-то у меня состояние – некая апатия и одновременная заинтересованность. Решив все-таки разобраться, что порекомендует мне сделать этот непонятный голос у меня в голове, я с нетерпением ожидал ответ на свой вопрос.

«Ну, во-первых, интересно же, – прокомментировал я свое же желание, – а во-вторых, хоть я и далек от разной фантастики и прочего, но понимаю, что то, что должно произойти, явно отдает какой-то непонятной магией и прочим».

Поэтому ответ, который я услышал, меня вполне устраивал.

= Для активации способностей необходим запуск гипнопрограмм. Запустить?

– Да, – просто ответил я, ожидая всего чего угодно. Но никаких необычных ощущений я не почувствовал, как к себе ни прислушивался. Поэтому следующая фраза несколько озадачила меня.

= Оператор обладает повышенными уровнями пси- и ментопотенциалов. Рекомендуется провести активацию развития этих способностей. Запустить?

– Да, – уже более заинтересованно пробормотал я. Точно помню, в первом списке было что-то про интуицию, но вот ни про какие пси- и ментоспособности речи не шло, хотя нет, что-то про ментальный поиск, но мне кажется, это вещи в принципе разного порядка.

«А я, однако, маг», – впервые хоть что-то порадовало меня в этой ситуации, если я, конечно, верно уловил суть проводимого действия.

Но состояние веселья длилось не долго, вплоть до того момента, как программа, видимо, всерьез взялась за мой разум, до этого, похоже, она просто разогревалась.

Следующие два часа двенадцать минут, а время я почему-то стал ощущать четко и точно, правда, непонятно относительно чего идет отсчет, мне запомнились как непрерывный и нескончаемый марафон боли, безумной и нереальной. В последние мгновения я даже стал отдыхать при переключении с одного типа раскаленных игл, жгущих мой организм, на не менее обжигающие лезвия, как будто разрубающие меня на множество мизерных частиц.

«Еще бы удовольствие от этого получать, – подумал я с усмешкой (я еще могу шутить, не все потеряно для меня, оказывается). – Так и рождаются мазохисты».

Как раз на этом моем замечании адская боль схлынула, и наступило нереальное состояние эйфории.

Как ни странно, но за все время проведения экзекуции я ни разу не потерял сознание или не отключился и все время ощущал те переливы ломки моего разума и организма, что переделывали меня.

= Процесс активации пси-, менто- и интуитивно-вероятностных способностей проведен успешно. Получены текущие и максимально возможные параметры оператора. Запущено ускоренное развитие способностей и интуиции в соответствии с оптимальными алгоритмами, вычисленными на их основе. Активировано интуитивное чувство реакции на опасность. Первый этап по выполнению обязательных мероприятий завершен на сто процентов. Проведение последующих этапов рекомендовано совместить с фазой отдыха оператора. Оптимальная длительность отдыха на данном этапе развития способностей оператора составляет шесть часов. Активировать фазу отдыха?

«Стой! – всполошился я. – У меня есть несколько вопросов».

Видимо, моя команда «стой» подействовала, так как для меня не наступила некая «фаза отдыха оператора» (оператор – это я, похоже), но никакой другой реакции вслед за этим тоже не последовало.

Немного подумав, я решил, что со мной говорит явно какое-то сознание, существо, машина, виртуальная личность, искусственный интеллект и прочее, нужное подчеркнуть. Я понял, если этому непонятно чему не задать хоть какого-то более или менее точного вопроса, то и ответа можно ждать годами. А поэтому я спросил:

«Какие пси-, менто- и интуитивные способности активированы?»

= На данном этапе активирована единственная способность, основывающаяся на сочетании ментального и вероятностного развития оператора.

«Не понял, как единственная? Говорилось ведь о пси-, менто- и интуиции?»

= Все верно. Оператору провели активацию закрытых зон сознания и разума, перестроили часть нейронных цепочек в головном мозге, для того чтобы он получил возможность доступа к ним и использования скрытых в нем способностей, а также для дальнейшего развития своего потенциала. Первоначально частичное изменение структуры нейронных цепей оператор претерпел, вероятно, еще в момент переноса при воссоздании его менто-энергетической структуры.

«Что за перенос?» – зацепился я за оговорку.

= Телепортация – перенос материального объекта при помощи наведенной телепортационной арки из одной физической точки координат в другую.

А чего я еще хотел ожидать, что у нас на планете растут такие деревья и вообще есть что-то, похожее на окружающее меня место?

«Надеюсь, что у меня не шизофрения», – единственное, о чем подумал я в тот момент, и продолжил расспросы.

«Известно точное или примерное место моего нахождения?» – спросив, я в надежде затаил дыхание, а вдруг все-таки это нечто, сидящее у меня в голове, знает что-либо о той дыре, куда я попал, или произойдет еще какое-нибудь чудо. Но чуда не произошло.

= Недостаточно данных для определения точного местоположения.

Ну, хоть надежда и теплилась, но именно такой ответ и был наиболее предсказуем. Надо хоть узнать, что это за голос у меня в голове, а то и вправду больше на шизофрению смахивает.

«Кто передает мне информацию и общается со мной?»

Как же глупо это звучит, словно из оперы чокнутых, похищенных пришельцами или общающихся с духами предков через пьяный дурман или разные травы.

«Кто сидел на моей кровати? Кто ел из моей миски?» Или это ближе к фразе: «Я слышу тебя, мой маленький брат». Опять меня понесло в истеричный сарказм. Нужно с этим завязывать, а то и до маленькой комнатки с мягкими стенами дело может дойти. Правда заведение мне с такой комнатой здесь еще придется поискать, но главное, чтобы оно было. Может, не все здесь примут меня за больного?

Кстати, а где все-таки это здесь? Но более важное, есть ли здесь эти все и кто они?

Пока я предавался этим невеселым мыслям, получил ответ на свой не очень внятный вопрос.

Как ни странно, меня поняли и мне ответили.

= Оператору установлен ментоинтерфейс по работе с гипно- или ментомодулями и программами. Поиск необходимой информации проводится по каталогу гипнопрограмм.

«Так, что за ментоинтерфейс?» – заинтересовало меня новое название.

Кстати, состояние сонливости и усталости несколько притупилось, вернее даже не так, я ощущал, что оно проходит. Хоть я и не спал, а устроил себе некий привал. Но я чувствовал, что посиди я так еще минут сорок, и смог бы вполне бодро продолжить путь.

Однако понимание того, что сейчас это не имело большого смысла, удерживало меня на месте и от поспешных действий. Неизвестно, куда идти и как этот переход в принципе совершить.

Зато проснулись заинтересованность и любопытство, которые и удовлетворял сейчас своими ответами мой внутренний голос.

= Установлен ментоинтерфейс серии «Искатель-1», разработка для полевых агентов глубокого внедрения, – ответили мне такой же понятной фразой, как и несколько мгновений ранее.

Правда, если немного пошевелить извилинами и вспомнить многочисленные примеры из истории нашей родины, то сказали мне вполне достаточно.

Полевые агенты – это, насколько я знаю, резиденты иностранных разведок в стане врага; полевые, стало быть, это я так понимаю, действующие, ну а глубокого внедрения, как видно из названия, они так хорошо окопались, что сами уже давно забыли, чьей резидентурной сетью они являются и на кого работают.

«Смотри-ка, как я все разложил, никогда не замечал за собой страсти к шпионским приключениям, а тут, видимо, полный комплект начинающего шпиона-любителя получил. Теперь бы выяснить, на кого я предположительно работаю или должен работать. Ведь просто так столько бонусов простому человеку вряд ли выдадут».

Как-то не верилось мне в бардак, который может твориться у столь могущественного кого-то, того, кто имеет возможности в мгновение ока закинуть человека из одного места в другое и при этом снабдить его какими-то пока не слишком понятными подарочками.

«Не родина же наша, в конце концов, – решил я, – а стало быть, со мной должны эти непонятные хозяева рано или поздно связаться. Только вот когда, это большой вопрос? Правда следует исходить из наихудшего варианта, что про меня не знают, со мной никогда не свяжутся, и я здесь возможно застрял навсегда».

После этой мысли на душе как-то совсем грустно стало.

«Но если когда-нибудь что-то из моих предсказаний не сбудется, это будет хоть каким-то относительно приятным сюрпризом для меня, – решив так, я немного приободрил себя и уже не так упаднически посмотрел на окружающую меня действительность. – Это ведь огромный новый мир, не просто огромный – гигантский, судя по окружающим меня исполинам, он таким и должен быть. И я могу заняться его изучением. Все равно делать мне больше ничего не остается. Теперь моими главными лозунгами и целями станут выживание, осторожность и любопытство. Правда они не очень совместимы, осторожность и любопытство, но иначе я тут уже в первый день от тоски, страха и отчаяния загибаться начну. А так у меня есть цель и смысл. Тем более что интерес уже начал высовывать свой любопытный нос и поднимать голову, несмотря на то, что я и не авантюрист по складу характера, но может, во мне какой-нибудь древний ген наших предков, скифов там, русичей или варягов, проснулся, а то они ведь были знатные бродяги и исследователи. Ну и по ходу дела придется много чему учиться… – и, погладив неожиданно заурчавший живот, подумал: – Например, есть мясо сырым. Огня нет, получить его пока не знаю как, вернее несколько способов мне известно, но получится у меня или нет их воспроизвести, даже предположить не могу, но буду надеяться на лучшее. Да и охотник из меня никакой, за всю жизнь только на рыбалке бывал и то пару раз, а тут с голыми-то руками. Ну, будет день, будет пища. А пока затяну поясок и постараюсь не вспоминать о хлебе насущном подольше».

А забыть о чем-то можно только переключившись на нечто другое. И поэтому я решил продолжить расспросы Искателя (для простоты буду использовать его название).

«Каковы основные функции ментоинтерфейса?» – уточнил я.

= Обеспечение взаимодействия оператора и загруженных ему в сознание ментомодулей и ментопрограмм. Адаптация под строение ментополя и физического тела оператора ментомодулей, их активация и дальнейшее развитие. Загрузка напрямую в сознание и память оператора гипнопрограмм. Проведение ускоренного поверхностного поиска затребованной информации по загруженным гипнопрограммам. Самостоятельное развертывание упрощенных ментоструктур.

«Как то слишком много для простого интерфейса, больше похоже на искусственный интеллект какой-то», – подумалось мне.

Вероятно, мою мысль уловил Искатель, так как дал свой комментарий.

= Ментоинтерфейс построен на основе искусственно созданного эмулятора сознания эталонного оператора.

«Интересно, что это за эталонный оператор такой?» – отвлеченно подумал я, но ответа на эту мою мысль не последовало. И тут я подумал о том, что коли мне отвечают, причем достаточно подробно, то может, есть ответ и на то, как мне вернуться домой, а поэтому я постарался сосредоточиться и решил спросить, оформив свой вопрос в достаточно компактную форму.

«Искатель, есть информация о том, как совершить обратный перенос?» – поинтересовался я у ментоинтерфейса. Может, сам процесс известен, и я когда-нибудь, не обязательно сейчас, смогу его повторить.

Но и тут меня ждало разочарование.

= Необходимо провести активацию нормальной или инвертированной портальной арки для совершения обратного перехода.

«Известно, как провести какую-либо из данных операций?» – уточнил я, а то прошлый ответ ничего особо нового мне не дал, но мне-то были нужны описания конкретных действий или дальнейших шагов, которые я смог бы выполнить.

= Нормальную портальную арку на оператора может навести только сотрудник из центра телепортации, – услышал я в ответ.

«Значит, если они про меня не знают, то и рассчитывать на них в этом случае не приходится», – понял я, отметая первый из вариантов.

= Инвертированную арку-портал может создать сам оператор, но для ееактивации необходимо выполнение нескольких условий. Во-первых, знание точных координат места назначения и места отправки. Во-вторых, достаточное количество энергии, доступной оператору из внутреннего или внешнего источника и необходимой для открытия стационарного портала, удержания его в стабильном состоянии и построения маршрута следования. В-третьих, адаптация энергоструктуры оператора для работы с большими объёмами энергии. В-четвертых, адаптация ментального тела оператора для работы с ментальными структурами десятого уровня. В-пятых, развитие возможностей разума оператора до его способности осознать, понять, удержать и обработать ментоструктуру нужного уровня. В-шестых, найти или разработать самостоятельно ментоструктуру инвертированного портала.

На этом Искатель закончил перечень того, что необходимо сделать, чтобы вернуться назад.

«Черт, с последнего нужно было и начинать. Получается, тебе не известна нужная ментоструктура, которая позволяет строить порталы?»

= Нет. Необходима ментоструктура для построения именно инвертированных порталов, – поправил меня дотошный ментоинтерфейс.

«Но хорошо, может, мне повезет, и эту структуру я найду, создам или узнаю, но остальное то, сколько на все это уйдет времени? А координаты? А уже испробованные на мне адаптация и развитие? А источник? Где все это находится? И как скоро я смогу это найти, развить или изучить? Нереальная затея», – оценил я прослушанный список.

= Предыдущие координаты места отправки оператора зафиксированы при совершении начала переноса, текущие нет возможности вычислить из-за отсутствия относительной (родительской) точки отсчета, – сообщил мне Искатель, – Развитие энергоструктуры и внутреннего накопителя под необходимый объём энергии потребует от пяти до семи лет. Адаптация ментального тела оператора потребует три-четыре года. Развитие разума и сознания оператора для выполнения нужного перечня работ составит от шести до пятнадцати месяцев, в зависимости от интенсивности тренировок.

«То есть, даже если я все найду под соседним кустом, мне как минимум потребуется не меньше пяти лет, а возможно и больше, – подвел итог я. – Правда это хоть и мизерный, но все-таки шанс для меня, так что и его упускать нельзя».

А поэтому я немного подумал и спросил у Искателя:

«Что необходимо сделать для запуска и развития этих способностей?»

= Установить их приоритет, присвоить очередность активации ментомодулей, отвечающих за их развитие, и провести запуск непосредственно самого процесса их роста и совершенствования. Выполнение этих операций рекомендую отложить на срок после окончательного завершения обязательных мероприятий. Выполнение возможно осуществлять как фоновый процесс или в неактивном состоянии оператора во время прохождения фазы сна или отдыха.

«Ладно, с этим все понятно, отложить, так отложить. Когда закончишь с тем, что уже запланировано на сегодня, приступай к новому пункту, а сейчас просто внеси его в список мероприятий, назначенных на скорое выполнение», – отдал я распоряжение.

Искатель между тем ответил.

= Основные этапы подготовки оператора к созданию ментоструктуры инвертированного телепорта занесены в ближайший план активации ментомодулей и помечены как ожидающие выполнения.

Выслушав этот ответ, я подумал, что больно уж далеко мы с ментоинтерфейсом отклонились от основной темы разговора. Ведь началось все с того, как я попытался узнать, что еще должен проделать Искатель сегодня для моего дальнейшего выживания, а сам ушёл в такие дебри, что стал планировать уже свое возвращение. Однако до этого счастливого момента надо хотя бы дожить. А потому нужно отложить разные второстепенные мысли подальше и приниматься за разбор того, что необходимо выполнить в первую очередь.

«Мы остановились на пси-, менто- и интуитивных способностях, – вспомнил я, – и на том, что активирована пока всего одна. Та единственная способность это, я так понимаю, чувство интуитивной реакции на опасность? Все верно?»

= Да, – кратко согласился со мной Искатель.

«А другие способности есть? Какие они?» – мне стало интересно, чем одарили меня неизвестные доброжелатели, закинувшие сюда.

= Список состоит из более чем десяти тысяч наименований. Перечислить?

«Сколько?» – моему удивлению не было предела, я ожидал услышать любое число, но чтобы оно было настолько огромным, это ведь не копейки, которые в таком контексте составят всего десять рублей, а знания и умения, которые в перспективе могут стать моими. Это впечатляло.

= Десять тысяч восемьсот сорок семь, – уточнил Искатель, восприняв мое удивленное восклицание за прямой вопрос.

«Нет, перечислять их не стоит. Все равно я всего не запомню. Думаю, стоит сообщать мне о той или иной имеющейся возможности по мере возникновения потребности в ней. Так и я не буду засорять голову неизвестными и ненужными мне сейчас знаниями и смогу последовательно осваивать оставленное мне неизвестными доброжелателями наследство. Как такой вариант?»

= Принято к выполнению.

«Замечательно. Ну а теперь, для начала, расскажи мне о тех способностях, что уже активированы, или о тех, чье развитие ты собираешься принудительно запустить в ближайшее время», – попросил я.

= На текущий момент у пользователя запущено формирование и рост четырех основных направлений развития.

«Так, не понял, откуда четыре-то?» – удивился я.

= Первым приступил к работе ментомодуль, внедренный в структуру физической и ментальной матрицы тела оператора в момент начала переноса, – Искатель не обратил внимания на мой вопрос и продолжил свой рассказ: – Его деятельность заключается в корневом двунаправленном развитии соответственно физической оболочки и информационно-ментального поля оператора. На физическом уровне происходит постепенное общее укрепление тела оператора, ускорение реакции, повышение регенерации, развитие и укрепление костной и мышечной структуры тела. Длительность начального адаптационного периода физического развития оператора колеблется в пределах одного-двух месяцев. На информационно-ментальном уровне происходит общее развитие и стабилизация ментального поля оператора, увеличение его плотности за счет уменьшения занимаемого объёма. Дополнительное закукливание менто-информационного поля оператора ведёт к его естественной маскировке, что теоретически не должно выделять его на общем фоне (для большей незаметности и маскировки рекомендовано изучить гипнопрограмму скрыта). Ментомодулем производится более оптимальное выстраивание каналов для прохождения энергии, расширение внутреннего резерва для ее накопления, улучшение алгоритмов и принципов распределения и использования энергии. Последовательно происходит встраивание в общую структуру поля оператора управляющих интерфейсов для дальнейшего подключения загруженных оператору ментомодулей и гипнопрограмм. Помимо этого идет поиск неявных, скрытых или невыявленных способностей оператора, их соотнесение с каталогом доступных ментомодулей и гипнопрограмм, выстраивание их в единую систему для дальнейшего последовательного подключения и использования. При этом происходит естественный минимальный толчковый процесс развития обнаруженных способностей, который начинается без дополнительного ускорения в их прогрессе, обеспечиваемого ментомодулями или гипнопрограммами. Также на этом уровне происходит общее развитие мыслительных способностей оператора, улучшение его памяти, уменьшение времени прохождения сигнала по нейронной цепочке в головном мозге. Помимо этого, на данном уровне осуществляется построение дополнительных нейронитей в головном мозге оператора, для более оптимальной и производительной его работы. Это все приводит к значительному увеличению скорости обработки поступающей информации.

* * *

На этом интересном месте со стороны окружающего леса донесся какой-то громкий, но непонятный звук, напоминающий одновременно рык, урчание и попискивание, который заставил меня испуганно вздрогнуть и отвлечься. Сильно удивившись его внезапному появлению, я боязливо выглянул из своего временного убежища и замер, вглядываясь в стену леса, возвышающуюся передо мой, пытаясь рассмотреть хозяина такого внушительного и громкого рыка. В тот момент, когда я, уже немного успокоившись, хотел забраться обратно в свое небольшое убежище, чудовищный рык повторился снова так близко, что я ощутил на себе волну оглушающего звука, ударившую мне по барабанным перепонкам.

Оглохнув на несколько секунд, я забился в самый дальний угол своего маленького мирка, до которого сжалась моя небольшая древесная обитель.

Сейчас, даже сквозь глухоту, я услышал этот чудовищный рык, раздавшийся в третий раз, и он прогремел прямо у входа в мое убежище. Не зная, куда забиться, спрятаться от обладателя столь грозного и мощного рыка, я прижался к дальней стене, спешно сняв куртку, и, обмотав ею одну из рук, слепо выставил ее перед собой.

Прождав долгие пять секунд, я все-таки осмелился открыть глаза и осмотреться. Пещерка, созданная природой в кроне дерева, была пуста. Никого не было рядом со мною.

Я еще раз взглянул на такой близкий вход и, все-таки решив, что не такая я уж тварь дрожащая, выглянул из него наружу.

– Мама моя, лучше уж оставаться тварью, – пробормотал я, уткнувшись лицом прямо в оскаленную пасть стоящего напротив меня чудовища и медленно отползая обратно.

Но тут этот громогласный рык повторился вновь. Прозвучавшей волной меня подбросило вверх. Я ничего не понимал, звук шёл прямо из-под меня.

Затравленно наклонив голову, я посмотрел вниз. Как раз между моих ладоней на задних лапах сидело небольшое животное, внешним видом напоминающее простую полевую мышь.

«Это что, оно так рычит?» – моему удивлению не было предела, я даже про стоящего напротив меня монстра сумел забыть на время. Но сделал я это зря, так как он, монстр, видимо, про меня забывать не хотел, и поэтому доказательство моих мыслей о происхождении рыка последовало мгновенно.

Как только громадный зверь, что стоял напротив, попытался сделать шаг в нашу с мышью сторону, меня опять сотряс этот громогласный рыкающий звук, и издавал его определенно не монстр, стоящий напротив меня.

Уже немного придя в себя от этой каверзы явно неземной природы, я посмотрел на громадное существо, которое после звуковой волны, направленной прямо ему в морду, очумело трясло головой.

«И не удивительно, я бы тоже ей с удовольствием потряс, если бы так не боялся привлечь к себе внимание», – подумал я, уже полностью забравшись в свое дупло, служившее мне неким, хоть и эфемерным, убежищем.

Вслед за мной на пороге пещерки появилось это маленькое животное, оно, немного покрутившись у входа, резко шмыгнуло в одну из незамеченных мною ранее щелей. А я остался ждать того монстра, что должен был сидеть сейчас у входа в мое убежище. Но монстр все не появлялся.

Прошло более десяти минут, когда я набрался смелости и вновь решился выглянуть наружу. Но за стенами моей обители никого не было.

«В этот раз мне повезло, – ясно прозвучала мысль в моем сознании, и не согласиться с нею я не мог. – Видимо, заработав сотрясение мозга от того звукового взрыва, что обеспечила нам обоим эта мышь, чудовище ушло, решив немного оклематься, восстановить пошатнувшееся здоровье и расшатавшиеся нервишки, а отдохнув как следует, оно может и вернуться, как я понимаю».

= Вероятность возвращения хищной формы жизни в ближайшие несколько суток равняется тридцати процентам, – подсказал мне Искатель.

«Почему?» – удивился я, мне наоборот казалось, что оно должно, как только придет в себя, появиться на пороге моего жилища.

= Данное убежище является местом обитания и постоянного проживания естественного природного врага встреченного хищника. Получив отпор на этой территории, хищник будет считать это охотничьими угодьями другой хищной формы жизни, обитающей здесь, и, проиграв в противостоянии, он сместит ареал своего обитания и охотничьи угодья на другую территорию.

«То есть мне повезло с соседом, и если эта малютка сама не окажется прожорливым монстром, я могу остаться здесь не некоторое время».

= Утверждение оператора верно. В дополнение. Обитающее здесь животное, исходя из строения его тела, передних резцов и факта отсутствия клыков, является мелким хищником, питающимся насекомыми и растительной пищей.

«Но голосок-то у него какой внушительный», – с долей восхищения подумал я.

= Защитный механизм. Он основан на звуковом низкочастотном и ультразвуковом воздействии на нервную систему природных врагов в среде обитания обнаруженного животного.

«Все это хорошо. Жаль только, что с таким соседом я и сам скоро оглохну и биться головой о стену начну», – с грустью подумал я. Такой заманчивый вариант – на первое время обосноваться в незнакомом месте – меня бы устроил.

Относительно безопасный с собственным защитником под боком. Но как бы я смог сосуществовать с таким громогласным сожителем в одном маленьком убежище, я не представляю.

Но тут Искатель сразу предложил одно решение, которое помогло бы частично обойти возникшее у меня затруднение.

= Для нейтрализации негативных последствий звуковой волны можно воспользоваться искусственным фильтром.

«Что это такое?» – заинтересовался я.

= Возможностей оператора после активации ментоспособностей должно хватить на создание и удержание ментоструктуры простого защитного поля первого, возможно второго, уровня.

«Что дает это поле?» Хотя мне и из названия было понятно, что оно должно меня от чего-то защитить, но уточнить все-таки следовало.

= Ментоструктура защитного поля, относится к группе простейших защитных средств и представляет собой ментальную пленку, окутывающую оператора по всей поверхности его тела. В основные функции этой ментоструктуры входит снижение физического воздействие на тело оператора. Величина понижающего коэффициента зависит от вида внешнего физического воздействия, энергетического наполнения ментоструктуры защитного поля и умения оператора поддерживать его стабильность и целостность.

«И это поле сможет мне помочь?»

= Да, защитное поле в некотором роде может выступить акустическим фильтром, который значительно снизит воздействие звуковой волны на органы слуха и нервную систему оператора.

«Неплохо придумано. Как можно создать это поле?» – спросил я.

= Оператору необходимо изучить гипнопрограмму по созданию этой ментоструктуры, но предварительно необходимо провести активацию ментоспособностей оператора.

«Все понятно. Значит, пока идем дальше по плану, но после обязательных пунктов, осваиваем ментоструктуру защитного поля», – отдал распоряжение я. И тут до меня дошло.

«А можно ли эту ментоструктуру использовать при столкновении с хищниками?» – спросил я у Искателя.

= Защита от любых видов физического нападения и является основным свойством этой ментоструктуры.

«Так у тебя должны быть и другие простейшие структуры по нападению и защите?» – уточнил я.

= Да.

«Какие?»

= Двадцать пять защитных и сорок три атакующие ментоструктуры. Перечислить?

«А я смотрю, кто-то не мелочился, когда снабжал меня багажом знаний. Пока не нужно. Все их я смогу применить только после активации ментоспособностей?»

= Да.

«Понятно. Значит, сначала закончим с обязательными мероприятиями. Только нужно внести в список еще и какую-нибудь атакующую ментоструктуру. Есть что-то с наименьшими затратами энергии и минимальным временем создания?»

= Структура «Ментальный удар». Оператор через созданную структуру может произвести толчковое или ударное воздействие на физическую оболочку любого живого или неживого объекта. Сила и дальность воздействия варьируется в зависимости от энергии, вложенной в структуру. При минимальном воздействии сила удара будет соответствовать несильному толчку, при максимальном может достигать нескольких десятков тонн на квадратный метр.

«Подойдет. Также добавить изучение этой ментоструктуры на ближайшее время», – отдал последнее распоряжение я и задумался о том, что буквально некоторое время назад я готовился употреблять найденную пищу в сыром виде, а теперь могу это попытаться исправить. Так что это нужно уточнить.

«Искатель, есть ли какая-нибудь простейшая ментоструктура по созданию огня или выделению тепловой энергии?»

= Три простейшие структуры. Две относятся к атакующей сфере, и одна имеет условно-бытовую направленность.

«Что это за структуры?»

= Первая структура – «Термический удар». Оператор через созданную структуру может произвести термическое и тепловое воздействие на физическую оболочку любого живого или неживого объекта. Сила и дальность воздействия варьирует в зависимости от энергии, вложенной в структуру. При минимальном воздействии величина повреждений будет соответствовать несильному ожогу, при максимальном – нагревает поверхность на несколько тысяч градусов.

= Вторая структура – «Огненный шар». Оператор создает автономную ментально-управляемую структуру высокотермичной плазмы. Степень воздействия одинакова. Затраты энергии на создание структуры дозированы и разделены на три типа структур. Малая. Средняя. Большая. Различия в диаметре образованного шара плазмы – пятнадцать миллиметров, тридцать и сто. Дальность действия полета зависит от ментального уровня развития оператора. К простейшим относится только структура с малым объёмом потребления энергии.

= Третья. Условно-бытовая структура – «Огонь путешественника». Оператор создает локальную структуру процесса ускоренного движения молекул газа в локально заданном объёме пространства. Дальность воздействия – не более двух метров, объём воздействия – не более пяти сантиметров. Сила воздействия одинакова.

«Так, последнее – то, что мне нужно, – понял я. – Ведь насколько я помню школьную физику, это и есть процесс горения. Да и две другие способности тоже пригодятся. Вторая структура так это вылитый файербол» – подумал я и отдал приказ ментоинтерфейсу:

– Искатель, добавить перечисленные ментоструктуры в список предназначенных для изучения.

= Принято.

Пока я переживал эпопею со встреченным чудовищем и размышлял над тем, что же мне делать дальше, какими возможностям я, оказывается, обладаю и как мне их использовать, в лесу начал сгущаться сумрак.

«Похоже, наступает вечер», – решил я.

Произошедшее приключение несколько взбодрило меня, и желание свалиться и уснуть отошло на второй план. Хотя, возможно, это было вызвано тем, что, несмотря ни на что, я все-таки успел немного отдохнуть.

«Странно, что я не так сильно хочу есть и пить», – подумал я, ведь последний мой обед был еще дома, и с того времени прошло уже больше пятнадцати часов.

= Жизненный цикл и метаболизм оператора переведены в режим минимизации потребления энергии, – удивил меня еще одним фактом из самостоятельной жизни моего тела Искатель.

Ну, если пока есть я не хочу, а идти и исследовать окрестности в моем положении это то же самое, что искать приключения на мягкое место. В этом случае лучше я продолжу узнавать те способности, которыми меня одарили при переносе сюда.

Решено – сделано. С этими мыслями я обратился к Искателю для продолжения его увлекательного рассказа.

* * *

«В прошлый раз мы остановились на первичном ментомодуле, по-моему, – напомнил я Искателю, хотя был уверен, что ему это и не особо-то нужно. – Что там дальше?» – спросил я у него.

= Ранее был перечислен общий список основных выполняемых работ первого активированного ментомодуля. Именно на этом шаге оператору предоставляется возможность произвести непосредственное подключение к встроенному в общую структуру первичного ментомодуля активированному ментоинтерфейсу. Первичный ментомодуль осуществляет основные изменения в менто-информационной и физической матрице оператора. Длительность его работы не регламентирована и продолжается все время, обеспечивая постоянное совершенствование структуры менто-информационной и физической матрицы, чей рост непосредственно зависит и в конечном итоге ограничен максимально возможными параметрами развития оператора.

«Получается, я буду совершенствовать свое тело и дух до тех пор, пока не достигну этих пресловутых параметров? Верно?»

= Да.

«И сколько времени мне на это потребуется?»

= Недостаточно данных для построения прогноза.

«Ну да ладно, все равно это перспектива далекого будущего. Но делает этот ментомодуль немало, – подумал я. – И главное, это все мне? И модуль этот первый в цепочке других доставшихся мне подарков. Правда, как мне кажется, он основополагающий, но зато более мелких дополнений должна быть целая куча. Хотя за такие бонусы должны и спросить, в конце концов, сторицей», – решил я, посмотрел куда-то наверх, где могли обосноваться эти самые «концы», никого и ничего не увидел, еще раз осмотрелся, уселся поудобнее и приготовился слушать дальше.

Тем временем Искатель продолжил свой рассказ.

= Первая активация задала основной толчок в общем развитии и укреплении структуры матрицы оператора, тем самым дав возможность проводить дальнейшие доступные оператору изменения.

«С этим в общем-то понятно, ни с того ни с сего ничего не получается, и именно какой-то стартовый капитал мне и выдали», – пришло ко мне понимание той невнятной кучи неразобранного материала, что обосновался у меня в голове.

= Вторым был активирован ментомодуль, отвечающий за эволюцию и рост ментальных способностей. Он задал основное направление по развитию ментального потенциала оператора. Эта способность дает оператору возможность создания и управления ментоструктурами. От развития этой способности зависит сложность построения ментоструктур. Уровень влияния на ментоструктуры определяется уровнем доступной оператору энергии и точностью управления ею. Именно после подключения этой способности оператору станет доступно изучение гипнопрограмм по созданию различных ментоструктур.

«Это значит, что на этом этапе можно изучить структуры защитного поля и ментального удара?» – спросил я у ментоинтерфейса.

= Верно, но данная практика не приветствуется, так как на запоминание и изучение ментоструктур сразу после активации ментоспособностей потребуется гораздо большее время, чем на обучение применению этих же структур после минимального периода адаптации.

«Все понятно, тогда не буду нарушать составленный тобой более оптимальный график обучения», – решил я и приготовился слушать дальше.

Мне давно уже стало понятно, что без этих знаний и возможностей мне тут не прожить, особенно после недавней встречи с большезубым монстром. Первое осознанное знакомство с местной фауной я пережил как-то более спокойно, вероятно, змея или кто-то, на нее похожий, пока я не встретился с ним нос к носу, меня не очень впечатлил.

Ну а главное, мне стало действительно интересно, чем же меня одарили мои неизвестные доброжелатели и как сильно «благодарить» мне их при встрече, буде такая состоится.

Искатель же, не получив от меня больше никаких комментариев, продолжил рассказывать.

= Третьим был активирован модуль, отвечающий за развитие интуиции и вероятностного прогнозирования. По сути, это направление является эволюционным смешением ментальных и пси-способностей в развитии оператора. Это единственная способность, которая не требует периода адаптации и начинает работать на максимально возможном для текущего оператора уровне. Ее совершенствование заключается в дополнительных возможностях, которые постепенно сможет осваивать оператор. Данное направление не является приоритетным, но есть несколько областей деятельности, где оно необходимо. Интуитивное и вероятностное прогнозирование является основой всех комплексов и программ по повышению шанса на выживание оператора. Поэтому следующим модулем будет подключено чувство интуитивного ощущения опасности и реакции на нее.

«Так значит, я стал неким интуитом и немного пророком, если я прав в плане вероятностного прогнозирования. Интересно, как у меня теперь с азартными играми? Хотя я и не любитель, но нужно будет и этот аспект проверить, в жизни все может пригодиться».

Искатель же продолжил:

= Как и было запланировано, четвертым активировали упомянутый выше ментомодуль, отвечающий за развитие чувства интуитивного реагирования на опасность и правильной реакции на нее. Он позволяет на уровне ощущений определить степень опасности при нахождении в том или ином месте, угрозу, исходящую от тех или иных существ, сможет подсказать правильный шаг в критической ситуации, поможет выстроить последовательность необходимых действий, чтобы максимально нейтрализовать обнаруженную угрозу. Одним из главных достоинств этой способности является интуитивное чувство наиболее уязвимых точек противника и наименее защищенных участков оператора, что дает неоспоримое преимущество в бою. Кроме того, это чувство дает оператору способность прислушиваться к общему окружающему фону и улавливать направление векторов опасности, угрозы, интереса или тревоги, исходящих от мыслящих существ, обитающих вокруг. Для правильной отработки и своевременной реакции на опасность требуется постоянное совершенствование, использование и развитие этой способности.

Ну с этим все относительно понятно: полезные качества, тем более в сложившейся неопределенной ситуации сомнительных перспектив на будущее и при очень уж наглядных примерах сурового настоящего.

«Только вот почему я не почувствовал того монстра?» – заинтересовался я и адресовал вопрос Искателю.

= Он не представлял непосредственной угрозы, – ответил Искатель.

«Чего? Ты бы видел его размеры, а зубки. Не представлял угрозы», – пробормотал я.

= Чувство опасности оценило степень угрозы хищника, выявило, что он не представлял непосредственной угрозы, так как оператор находился под временной защитой еще одного обитателя этого древесного дупла, и не сработало. Дополнительно понижающим фактором срабатывания интуиции послужил высокий эмоциональный накал оператора, в котором он находился на тот момент, это временное явление, и оно пройдет со стабилизацией менто-информационного поля.

«Получается, несмотря ни на что, я как бы еще не зная всего, что происходит снаружи, смог оценить степень опасности?» – уточнил я.

= Да.

«Понятно. И что там осталось по последнему направлению?» – спросил я про оставшийся неосвещенным ментоинтерфейсом активированный модуль.

= Следующим сегодня должен быть активирован ментомодуль, отвечающий за развитие пси-способностей. Эта способность позволят оператору с помощью прямого влияния его сознания производить различные манипуляции над менто-информационными полями.

«Так, поясни, я что-то не понял?» – попросил я у Искателя, так как, на самом деле, не очень понимал, чем эта способность отличается от ментоспособностей.

= При работе через ментал воздействие как на самого оператора, так и на окружающий мир производится через созданные оператором ментоструктуры. При работе через пси оператор силой своего сознания непосредственно воздействует напрямую на менто-информационные поля, окружающие оператора.

«Понял. Во втором случае не нужны структуры. Но тогда должны существовать какие-то отличные от ментальных возможностей способности?»

= Верно. Например, способность, рекомендованная к изучению в первую очередь. Это смысловая мыслеречь. Эта способность позволяет наладить простые способы общения с любыми существами, обладающими менто-информационным полем. Она работает на уровне прямой передачи смысловых мыслеобразов в ментальную структуру поля собеседника. Кроме того, она в кратчайшие сроки позволяет изучить необходимый язык общения или наладить контакт с любым существом, обладающим разумом.

«Согласен с тобой, полезная способность. Ставь ее в очередь на изучение», – отдал я очередное распоряжение.

«Так, но это ведь еще не все», – вспомнил я о еще нескольких неупомянутых модификациях, которые должны были провестись.

= Не озвученными остались две способности из обязательного к изучению списка и три дополнительно добавленные к изучению способности, необходимые для построения инвертированной телепортационной арки.

«Хорошо, рассказывай. Хотя с тем, что необходимо для построения арки, более или менее понятно. Это развитие энергоструктуры тела, ментального поля и разума. Я прав?»

= Да. Только есть несколько уточнений. Развитие энергоструктуры относится к физическому становлению оператора и потребует от него выполнения ряда упражнений и техник физического укрепления и совершенствования тела. Их изучение возможно через прямую загрузку информации о них из гипнопрограмм в мышечную память оператора, что значительно сократит время на их освоение.

«Это возможно выполнить сегодня?» – уточнил я.

= Выполнение данного типа операций возможно в любое время, единственное, что для этого нужно, это состояние медитативного покоя на время инсталляции гипнопрограммы.

«Понятно, что там дальше?»

= Развитие ментополя происходит постоянно и уже запущено. Эта опция является одной из основополагающих в первичном ментомодуле внедренном оператору. Способность развития возможностей разума напрямую зависит от развития пси-способностей и уже прошла процесс своей активации. Для ее развития необходимо проводить ряд медитативных упражнений, техника выполнения которых будет установлена оператору вместе с активацией пси-способности.

«Значит, с этим разобрались, просто так всего не дается, и придется выполнять ряд необходимых упражнений для совершенствования активированных мне способностей», – решил я.

= Выводы оператора верны, – подтвердил мое умозаключение Искатель и продолжил.

= Далее будет проведена активация ментомодуля, отвечающего за развитие чувства точного определения направления и ориентации. Эта способность относится к классу интуитивных, когда оператор на чувственном уровне будет знать место нахождения и вектор направления к нужной ему точке или объекту в пространстве. Чувство начнет действовать сразу после инициации и будет зависеть от максимально возможного развития интуитивных способностей оператора.

Здесь все было относительно ясно, и поэтому я стал ожидать продолжения.

= Последней из обязательного списка проходит активацию одна из важнейших способностей исследователя и путешественника. Комплексным ментомодулем, задействующим уже подключенные на предыдущих этапах способности, будет инициировано чувство ментального набора структур, позволяющих определять наличие любой мозговой активности во всем диапазоне своего действия. Радиус поиска полностью зависит от способностей оператора и доступной ему энергии. Эта способность позволяет также определять и находить как одиночные, так и групповые или массовые излучения мозговой деятельности или скопления разумных существ. Например, города и села. Чем большее излучение, тем больший радиус поиска его источника доступен оператору.

«Интересно, даже очень. Но у меня возникает вполне закономерный вопрос. Как мы все это успеем проделать за какие-то шесть часов моего отдыха?» – заинтересовался я.

= Полная активация не потребуется, – ответил мне Искатель, – необходим только первоначальный толчок для ее автономного запуска и работы, – закончил он.

«Ну, если так, то давай приступать. План активации и список способностей у нас уже есть, осталось только его реализовать», – констатировал я. А сам подумал о том, что уже достаточно устал и пора бы мне немного отдохнуть. Поэтому начал уже в который раз за сегодня устраиваться спать.

«А то глаза вон уже слипаются», – заметил я и непроизвольно начал их закрывать и проваливаться в беспробудный сон усталого путника. Но неутомимый Искатель напомнил мне о том, что часть из перечисленных способностей еще не активирована, и работу над их инициацией необходимо совместить с фазой отдыха.

«Что от меня для этого нужно?» – устало спросил я.

= Нужно формальное согласие оператора на начало проведения процедуры активации способностей, – ответил ментоинтерфейс.

«Тогда я согласен», – пробормотал я и провалился в крепкий сон, начисто забыв о том, что нужно было подумать о том, что у меня могут быть ночные гости, приход которых, в общем-то, нежелателен. Но об этом подумало еще одно существо.

* * *

Высунувшись из своей норки, обыкновенный лесной рыкун посмотрел на беспечно уснувшее в глубине дупла его дерева большое, но не опасное животное и уже хотел вернуться обратно, но что-то заставило его остановиться. Покрутившись у входа и зачем-то понюхав воздух, рыкун по большой окружности обежал животное, поселившееся в его дупле, осмотрел его еще раз и подумал о беспечности этого молодого детеныша. Ведь взрослый зверь всегда досконально обследует место своей будущей ночевки и не станет спать там, где ему может угрожать опасность.

А себя рыкун считал очень опасным. Поэтому сделав еще один почетный круг, он решил помочь детенышу и, усевшись у входа в дупло, стал следить за окружающим теперь уже не только его жилище лесом.

Глава 2

Ментоинтерфейс серии Искатель-1 пребывал в логическом затруднении. Данный оператор не подпадал ни под один из известных ему шаблонов. Стартовая серия установок и параметров не соответствовала ни одной из настроечных таблиц. Набор закаченных ему ментомодулей и гипнопрограмм превосходил текущие возможности обработки и оперативного использования, как самого оператора, так и инициированного ментоинтерфейса.

Проведя повторное исследование, ментоинтерфейс составил новую настроечную таблицу индивидуально под данного оператора.

Вычисленные и зафиксированные параметры принципиально не годились для проведения любого типа работ, но к этому времени первичный ментомодуль уже вступил в свое действие, и его остановка привела бы к фатальным результатам для оператора. Поэтому прохождение процесса изменений вносимых им нуждалось в постоянном контроле и корректировке.

Выявив основную составляющую происходящих модификаций, Искатель все-таки смог стабилизировать работу первичного ментомодуля, настроив его под индивидуальные параметры оператора.

Неожиданно налаженный процесс стал в геометрической прогрессии увеличивать скорость своей работы. Но, несмотря на это он проходил, не выбиваясь за рамки установленных погрешностей, правда, очень неравномерно относительно каждого из направлений развития. И здесь начиналось то, чего ментоинтерфейс понять не мог. Эта ситуация являлась противоречащей сути теории развития, на основании которой Искатель проводил все свои расчеты и которая являлась базовым постулатом его собственных установок и настроек.

Первичный ментомодуль должен был определить наиболее сильное и оптимальное направление развития оператора и инициировать только нужный диапазон способностей.

Здесь же работа проходила в нескольких направлениях, не только в двух, как первоначально зафиксировал ментоинтерфейс, но и еще по нескольким, информации по которым у Искателя не было, но он фиксировал наличие разнонаправленных векторов, процесс проталкивания которых проявился в последнее время. И это развитие циклически повторяло свои попытки активации определённого типа способностей, которых изначально у оператора не было, но по мере многократного повторения серии обращений первичного ментомодуля они проявлялись и начинали развиваться самостоятельно.

Однако главным было то, что Искатель не мог предсказать, когда действие ментомодуля по поиску и запуску неизвестных векторов развития оператора прекратится.

Решив самостоятельно не проводить никаких действий для экстренного торможения работы ментомодуля, так как он функционировал в рамках допустимых погрешностей, Искатель наметил поставить в известность оператора и уже потом согласовать с ним план своих дальнейших работ по необходимости прекращения действия первичного ментомодуля.

Еще раз проверив все полученные результаты, Искатель убедился в том, что проведению обязательных мероприятий, помеченных на текущее выполнение, эта необычная работа первичного ментомодуля нисколько не помешает. Поэтому ментоинтерфейс переключился на следующие шаги, обязательные к реализации, предварительно в логах работы отразив факт необычного поведения первичного ментомодуля.

Несмотря на то, что параллельное проведение работ не должно было повлиять друг на друга, ментоинтерфейс в своих алгоритмах построения и инсталляции структур и гипнопрограмм учел все возможные помехи, вызванные совместным и таким странным процессом их прохождения. Проверив все еще раз и удостоверившись в правильности своих выводов, ментоинтерфейс приступил к запланированным действиям. Последовательно запустив установку и развертывание необходимых ментомодулей, он проводил параллельную обработку и подготовку к последующим инсталляциям ментомодулей и гипнопрограмм, обязательных для прохождения всех этапов запланированных мероприятий.

Составив необходимую последовательность действий и автоматизировав ее своевременное дальнейшее выполнение, он еще раз проверил очередность активации ментомодулей и гипнопрограмм, затем убедившись в ее положительном результате, переключился в режим мониторинга и оперативного контроля. Через некоторое непродолжительное время выяснился тот факт, что разум оператора еще не был подготовлен к оперативной обработке того массива информации, который предполагался для выполнения ряда текущих модификаций. Не хватало памяти для размещения нескольких ментоструктур.

Искатель, проверив наличную базу данных, смог найти один из простейших вариантов решения. Для временного развертывания структур, необходимых в процессе активации, на непродолжительный срок их можно было размещать напрямую в выделенном участке мозга оператора, отвечающем за кратковременную или долгосрочную память.

Приняв данную рекомендацию к исполнению, ментоинтерфейс выделил необходимый участок памяти, найдя последний целостный кусок воспоминаний оператора, заархивировал его и для временного хранения поместил в свое собственное хранилище. Обратно он рассчитывал вернуть этот объём воспоминаний уже после завершения всего процесса запланированных инсталляций.

Убедившись в успешности примененного решения, Искатель перешел в режим мониторинга.

На очередном переключении ментомодулей, отследив ряд вносимых модификаций, ментоинтерфейс заметил, что сознание оператора самостоятельно, без его помощи, поглощает простейшие гипнопрограммы. Решив разобраться в неправомерности такого способа обработки информации, он переключился на вновь обнаруженную проблему. Выделив необходимый участок сознания оператора, Искатель постарался подключиться к нему напрямую, но у него из этого ничего не вышло.

Начав исследовать обнаруженную аномалию, ментоинтерфейс не обратил внимания на то, что эта странная область сознания постепенно начала опутывать его поле неким коконом ментальных нитей, которые все плотнее вплетались в его структуру, постепенно вытягивая из ментоинтерфейса энергию и поглощая его менто-информационное поле.

Искатель слишком поздно заметил это паразитическое влияние, оказываемое на него этой странной областью сознания оператора, и уже не мог ничего сделать, бессильно наблюдая, как его структуру все быстрее и быстрее поглощает непонятная аномалия, образовавшаяся в разуме оператора. А уже через несколько минут от ментоинтерфейса универсального серии Искатель-1 ничего не осталось.

Обнаруженная аномалия после полного поглощения Искателя претерпела достаточно сильные преобразования и приобрела некоторые его черты, но чуть позже вновь вернулась к своему первоначальному виду и остановила свой рост.

Поглощение гипнопрограмм аномалия не прекратила, но сейчас это были уже не только простейшие из них.

Первые мгновения она все так же находилась в той же области сознания, где и была обнаружена. Но по прошествии нескольких минут переместилась в одну из зон, активированных первичным ментомодулем и была она как раз из тех, информации о которых у Искателя не было.

Работа же, начатая ментоинтерфейсом, продолжалась в автоматическом режиме, не прерываемая ничем.

* * *

Поднялся я как по будильнику, проспав ровно шесть часов, точное знание времени прочно засело у меня в голове. Отдохнувший, выспавшийся и полностью восстановивший силы.

«Как заново родился», – пронеслась мысль в моей голове.

Немного понежившись на своем несколько твердом ложе, я постарался понять, что же произошло такого, что мне всю ночь снились настолько необычные сны, воспоминания о которых уже испарились, но оставили о себе какой-то след загадочности и неизвестности.

«Вроде не пил». Воспоминания прошлого вечера упорно не хотели выстраиваться в последовательную цепь событий.

Полежав еще немного, я понял, что мне все же нужно было открыть глаза и посмотреть в сторону, так как меня не покидало ощущение настойчивого взгляда, идущего откуда-то справа.

«Неужели я вчера кого-то подцепил? Когда успел? Ведь ясно помню, что дошёл практически до дома. Правда, дальше звенящая пустота под костью, которая болеть не может. Видимо, сосед угостил? Но тогда кто это на меня смотрит? Значит, кого-то нашёл, кого потом пригласил к себе. А у нас во дворе я вряд ли с кем-то бы смог зацепиться, и так всех знаю, а они знают меня. Ничего бы не получилось. Или. Не может же быть, что это Лена?»

Другую девушку мне сложно было представить. Моя подруга и та единственная, которая спокойно могла пройти в мою холостяцкую квартиру и остаться на ночь. Никогда не мог понять, что же нас объединяет и какие нас с нею связывают отношения. Вернее связывали. До прошлой недели. А потом она сказала, что я не тот, кто ей, оказывается, нужен. И теперь нам действительно стоит остаться просто друзьями.

«Видимо, и остались. Или я чего-то не понимаю», – придя к такой мысли, я все-таки смог раскрыть глаза полностью и посмотреть вверх над собой.

«Что это у меня с потолком». Над головой была явно сделанная под древесный срез поверхность.

«Или это не у меня, – запоздало пришла вполне логичная мысль, – но тогда у кого я? Это точно не квартира Лены или соседа Степана. Где это я нахожусь?»

И я уже более осмысленно, а также все быстрее приходя в себя, осмотрелся кругом.

«Что-то не сильно обстановка смахивает на чью-то чужую квартиру, она вообще на квартиру не похожа. Скорее, какую-то пещеру напоминает или большую нору. Не знаю, что-то мучают меня какие-то дурные предчувствия».

Додумав эту свою мысль до такого вот логического заключения, я повернул голову и увидел большой вход, к которому пока находился спиной.

Направленный заинтересованный взгляд явственно чувствовался именно с этого направления. Немного задумавшись над тем, от кого и откуда он может исходить, я как будто увидел перед собой голубоватую полупрозрачную линию, упирающуюся в небольшой бугорок у входа.

– Ничего не понимаю, – пробормотал я и сделал движение, чтобы пододвинуться поближе и рассмотреть все получше.

Но неожиданно бугорок ожил и, сев на задние лапы, посмотрел на меня бусинками глаз на удлиненной мордочке.

– Ты кто? – глупо спросил его я. Но потом до меня дошла вся нелепость ситуации. Сидит человек и разговаривает с мышью.

Еще раз посмотрев на мелкого грызуна, так и не сдвинувшегося с места, я, наконец, смог поднять взгляд выше и только тут заметил в проеме пещеры расстилающийся за ее пределами лес. Или джунгли. Было не очень понятно. Но то, что он дикий, было видно даже отсюда. И какой-то странный. Но в чем заключается эта его странность, я разобрать не мог. Какая-то деталь все время ускользала от моего внимания.

«Откуда тут лес? – этот вопрос я задавал себе уже не первый раз. – Да еще такой непонятный».

В нашем пригороде только одни хвойные растут, это я знал наверняка, приходилось по паре раз в год выезжать на шашлыки. А так я сугубо городской житель и, как меня могло занести в такую гущу, даже представить не мог.

«Так, нужно понять, что вчера произошло», – решил я и постарался воспроизвести по секундам весь предыдущий день и всю цепочку событий, его сопровождающих. Но они обрывались на том моменте, когда я увидел подъезд своего дома.

Еще раз осмотревшись вокруг в надежде заметить хоть какую-то зацепку, я вновь остановил свой взгляд на спокойно сидящем на задних лапках зверьке у входа.

«Видимо, ты единственный, кто может рассказать мне, что же здесь происходит», – подумал я, смотря на него.

«Детеныш пришёл, потом спал, я охранял», – прозвучало у меня в голове.

«Понятно, детёныш спал, я охранял», – несколько заторможенно повторил я про себя эту родившуюся в моем сознании мысль. Но потом до меня дошло.

Какой детеныш? Кто охранял? Что вообще происходит? Где я?

У меня все еще не получалось сосредоточиться и сообразить, где я все же нахожусь и что вообще происходит. Почему я здесь и где оно – это здесь?

Решившись, я поднялся и хотел пройти, пролезть к выходу. Но тут опять в моей голове проступила мысль: «Рыкун – спать, детеныш – охранять».

И маленький зверек зашмыгнул в какую-то небольшую норку у входа в… А собственно, что это?

Я выглянул наружу.

«Лес. Лес кругом. А я в какой-то пещерке».

Оперевшись на руки, я почувствовал, что поверхность под ними не напоминает ни землю, ни асфальт, ни камень. Темного цвета, больше похоже на необожжённую глину. Приглядевшись, я понял, что все-таки ошибся и это не глина. Но тогда что?

Выбравшись полностью, я встал на достаточно свободную и просторную площадку или опушку, у подножия той горы, где располагалась пещерка, в которой произошло мое пробуждение.

Здесь было гораздо светлее. Сквозь кроны пробивался немного сумрачный зеленоватый свет.

Я огляделся. Впереди, метрах в пятидесяти, и по бокам, примерно на таком же расстоянии, располагался какой-то странноватый непроглядный лес.

«Что за Беловежская пуща кругом?» – в который уже раз меня терзали одни и те же вопросы.

Странный какой-то лес, никакого слоя листьев, хвои и сушняка под ногами. Ну хоть птички поют, и то хорошо.

Я стоял и как заведенный вертел головой, пытаясь понять, что же меня смущает в окружающем буйстве зелени. И тут, присмотревшись к ближайшему дереву, понял. Оно цельное. Нет ни ветвей, ни отдельных листьев. Есть только толстый ствол и мясистое полотно его кроны.

«Действительно необычно», – подумал я, подходя ближе.

Дерево походило на огромный вытянутый шпиль и было очень высоким, метров сорок или около того, и оно не являлось самым высоким в этом лесу, дальше угадывались еще большие гиганты. Несколько смущало направление их роста, казалось, что с удалением они растут, как бы расходясь в стороны, но еще дальше появлялись деревья, имеющие уже совершенно другой наклон и размер.

«Что за странный лес», – уже в который раз подумал я, оглядывая близрастущего лесного гиганта.

«Нет, вы точно больше на странные листья походите, чем на деревья», – мысленно сказав это расположившемуся напротив меня представителю лесной братии, я развернулся обратно в сторону пещеры, находившейся за моей спиной. И пошёл обратно, чтобы рассмотреть скалу, в которой располагалась моя пещерка. Вся ее поверхность была испещрена какими-то наростами, трещинами и маленькими уступчиками.

«Как-то мне представлялись скалы совершенно по-другому. По крайней мере, те, что я в кино и по телевизору видел», – рассматривая эту прямую и отвесную стену, раздумывал я.

Заметив, как по одной из трещин пробирается какой-то необычный жук, я отслеживал его движение и поднял глаза кверху, да так и замер.

– Это что еще такое? – удивленно пробормотал я, рассматривая нависшую надо мной дорогу или скалу. Снизу было не очень понятно, что за массив расстилается надо мною в пятидесяти или шестидесяти метрах.

Странно, что я не обратил на это внимание сразу. Но тут могло сказаться то, что я в тот момент сосредоточился на деревьях перед собой и прошёл к ним. А у самой скалы даже как следует не осмотрелся.

«Я что, под мостом?» – постарался выдвинуть я хоть одну более или менее достоверную версию. Но в это верилось достаточно слабо. Слишком невероятно это все выглядело.

Захотев разобраться в увиденном получше, я решил отойти немного в сторону деревьев, росших справа, и оттуда уже посмотреть на то, что там делается вверху.

Двигаясь несколько торопливо, – мне все-таки было интересно, что это за огромный мост или гряда простирается надо мной, – я быстро добрался до леса. Войдя в него, я стал пробираться вперед. В лесу оказалось почему-то несколько светлее, чем у скалы, хотя по идее под деревьями теоретически должна была присутствовать тень. Оглядываясь назад и периодически поднимая голову вверх, чтобы увидеть край той поверхности, что проходила надо мной, я все шёл и шел.

И вдруг неожиданно, перепрыгивая очередной овражек, которые стали периодически попадаться на моем пути, я наткнулся взглядом на ясно различимый обрыв.

«Так я что, на плато? – удивленно подумал я. – Но что тогда такое сверху?»

И я поднял взгляд вверх.

Неподвижная поверхность так и замерла на месте, никуда не девшись.

«Не понимаю», – констатировал я и осторожно подошёл к краю обрыва.

«А это и не край, а пологий спуск», – увидев продолжение пути, я двинулся дальше. Но сделав несколько шагов, замер и осторожно отступил назад.

Передо мной простиралась бездна, упирающаяся в какой-то туман внизу.

«Долго падать», – понял я, оценив расстояние от моего места до царившего внизу сумрака, и не факт, что там наступит конец пути, а не продолжится долгое падение.

И тут мои глаза выделили так долго недостающие детали головоломки, которая все не могла сложиться у меня в голове.

«Это все дерево», – тупо констатировал я.

Все сходилось. Просто оно было так огромно, что, находясь на нем, я не мог оценить его реальные размеры. Но посмотрев в эту бездну, я увидел то, чего мне так не хватало.

Я увидел перспективу. Длинные темные отростки, отходящие от исполинского ствола, а хайвэй, располагающийся сверху, еще одна ветвь этого гигантского дерева. А тот лес, что я видел у входа, это всего лишь малые ветви дерева и его листья.

В изумлении сделав несколько шагов назад, я уже новым взглядом осмотрел все вокруг.

С края этой громадной ветки открывался прекрасный вид на переплетение исполинских деревьев и их гигантских ветвей, образующих целый надземный мир.

Не наш мир.

На Земле такого леса быть не может.

«Теперь я точно могу сказать, где я. Уж точно не на Земле», – как-то слишком спокойно констатировал я. Никакой паники или упаднического настроения.

«Мои друзья так точно поприкалываться бы не смогли», – невольная шутка вырвалась у меня.

Простое принятие этого факта как уже доказанного и состоявшегося события. И никаких сомнений.

«Надо возвращаться назад, неизвестно, что меня может поджидать здесь под каждым кустом, хотя кустов здесь, в общем-то, и не видно», – решил я и направился к тому месту, где пришёл в себя.

«Необходимо обдумать то положение, в котором я оказался, и подумать, что делать дальше. И вообще, есть ли у меня хоть небольшой шанс до этого дальше дожить. Но вообще-то, почему нет, ведь сколько-то я тут уже пробыл и пока ничего, лишь только на этого маленького грызуна наткнулся. Да, а не болен ли я? А то какие-то явно не мои мысли в голове. Может, это шизофрения, и я сейчас в виде одного из растений, пускающего слюни, лежу в какой-нибудь уютной палате», – эта мысль даже заставила меня остановиться на месте.

Но постояв немного, я осознал то, что это сейчас не имеет принципиального значения.

«Да даже если и так, – решил я, – то и тогда мне уже точно все равно, из состояния глубокого замещения личности, насколько я знаю, еще не научились выводить пациентов».

А пройдя ещё немного, подумал: «Вообще, как же странно размышлять о своем сумасшествии».

В этот момент я дошёл до своего пристанища и присел на кору толстенной ветки у входа, что являлась, вероятно, всего лишь небольшим дуплом в стволе этого древесного гиганта.

– Надо принять все это за данность, – задумчиво сказал я, рассматривая ближайшее дерево, всего лишь обычный (ага самый обычный такой) древесный листик.

Но в душе все еще жило сомнение и неимоверное удивление.

«Это невероятно», – наконец дошёл до меня весь смысл того положения, в котором я оказался. Один, неизвестно где и когда. Без оружия, в полном опасностей и ловушек гигантском, нет, даже исполинском лесу. С призрачными и неясными надеждами и перспективами на будущее.

Полная неизвестность. И одиночество. Я сугубо социальный тип, работа в небольшом коллективе, друзья и товарищи, знакомые и родственники. Постоянная информационная подпитка в виде телевизора, компьютера и интернета.

Но тут никого и ничего этого не было, ну разве что этот небольшой грызун, встреченный после пробуждения.

«Что делать?» – встал передо мной извечный вопрос, беспокоивший наших предков.

Как обеспечить свое существование, питание, проживание? Что мне для этого нужно?

«Почему я раньше не увлекался какой-нибудь бредятиной типа экстремального туризма или не был из тех робинзонов, что с голыми руками уходили в тайгу, чтобы поближе, видите ли, быть к природе. Зато теперь у меня есть все шансы окунуться в эту экзотику с головой, – посокрушавшись, пошутил я над собою. – Правда есть и несколько плюсов. Вставать рано не надо, отдыхай, когда хочешь, делай что хочешь. Живи, как хочешь. Ну или, по крайней мере, уж точно как сможешь. Это ведь полная свобода. Только что с ней делать, пока не очень понятно».

На этой мысли я прикрыл глаза, хотел посидеть так и собраться с мыслями, но как только сосредоточился, передо мной предстала странная и необычная картина.

Все пространство вокруг расцвело множеством разноцветных красок и линий, струящихся по всем направлениям и находящихся абсолютно везде.

Встряхнув головой в надежде, что эта какофония цвета пропадет, я только добавил новых подробностей. Мне стали видны не только какие-то непонятные разноцветные и однотонные линии, каналы, потоки и небольшие или большие озера, но и множество крупных и мелких пятен, в громадном количестве окружающих меня.

«Ну вот, уже какие-то цветовые галлюцинации начались», – даже не пошевельнувшись, достаточно спокойно констатировал я этот факт и открыл глаза.

Меня окружал по-прежнему все тот же никуда не девшийся лес.

«Хотя нет. Тогда что это?»

И я снова прикрыл глаза и постарался сосредоточиться. Мгновение – и мир опять обрел всю палитру цветов.

«Непонятно, это я что, вижу или как-то представляю что-то, чего не вижу обычным зрением. Все непонятнее и непонятнее. Совсем что-то запутался».

И тут мне вспомнилась одна деталь, на которую я не обратил внимания в момент своего пробуждения. Когда я почувствовал тогда взгляд со стороны и стал искать его источник, то от меня к тому грызуну пролегала светлая голубоватая линия. И появилась она в тот момент, когда я захотел найти того, кто на меня смотрит.

«Это что, мне нужно просто захотеть увидеть?» – осознав эту простую истину, я решил поэкспериментировать. Открыв глаза и оглядевшись кругом, я удостоверился, что все еще нахожусь на этой огромной ветке перед входом в дупло один.

Сконцентрировав взгляд в одной точке и сосредоточившись, я постарался воспроизвести то состояние, когда у меня получалось увидеть это множество невидимых оттенков, окружающих меня. Но ничего не выходило. Как я ни старался, с открытыми глазами я не мог увидеть той второй картины мира, при этом закрыв их, я без труда мог это сделать.

«Ясно, что я что-то делаю не так. Утром голубой лучик точно был. Четкий и ясно видимый, хоть и полупрозрачный».

И тут я понял, что тогда, забывшись, просто сидел расфокусировав взгляд и старался осознать, что произошло и где это я, а не думал о том, чтобы найти источник взгляда. Это чуть позже, когда уже увидел линию, я захотел разобраться с этим. Поэтому и сейчас я постарался расфокусировать взгляд и при этом, не особенно напрягаясь, загрузил свою голову посторонней задачей. Для начала став в уме повторять таблицу умножения, затем расчет различных тригонометрических функций, а потом, увлекшись и совершенно отстранившись от окружающего мира, стал разрабатывать алгоритм работы одного поискового запроса, над которым как раз трудился в тот последний день.

И вот именно в этот момент, когда я совершенно не думал о том, что происходит вокруг, а мое сознание было где-то в стороне, мир расцвел тем соцветием красок, что появлялись, когда я закрывал глаза. И проявившись, этот раскрашенный мир не желал уходить. Я сосредоточился на нем, рассмотрел во всех ракурсах, закрывал и открывал глаза, но все время видел его.

Та пестрота, что стала царить кругом, не давала сосредоточиться. Слишком ярко. У меня разбегались глаза, я не мог выделить одно на фоне другого.

Такой взгляд на мир сделал все только хуже, чем было до того, пока я не видел этих скрытых красок мира.

«Увидеть их я смог, теперь бы нужно уменьшить их интенсивность», – понял я, ведь это было наилучшим решением для возникшей проблемы.

И только я этого захотел, как интенсивность красок заметно спала, так что стала не особенно выделяться на фоне окружающего мира, а гармонично вплелась в его структуру.

«Смотри-ка, а тут пожелание сработало, только захотел, и стало как надо, идеально подошло, и не мешает и всегда присутствует».

Подумав об этом, я решил проверить и обратный эффект. Мир опять приобрёл красочность и пестроту.

Поняв принцип, я поигрался несколько раз со своей способностью видения мира. В конечном итоге выяснив, что у меня получалось регулировать интенсивность видения этой цветной структуры мира, но полностью я от них избавиться теперь не мог.

Оставив то гармоничное сочетание, что у меня получилось в первый раз, я уже новым взглядом оглядел пространство, простирающееся передо мной.

Широкий изумрудно-зеленый канал шел от меня и дальше в направлении ветви, расходясь более тонкими линиями по направлению отростков и листьев.

Обернувшись, я понял, что этот канал является оттоком от еще более полноводной реки темно-изумрудного цвета, идущего внутри ствола всего дерева.

«Если следовать канонам изредка читаемого фэнтези, то это, видимо, какой-то вид энергии. И коли она струится в теле лесного гиганта, то, скорее всего, относится к какому-то природному ее типу. Вроде по аналогии ее называли энергия жизни. Не помню точно. Но пусть будет так. Хотя я бы ее назвал природной».

Проследив этот зеленый поток, уходящий вдаль, я заметил множество цветных и однотонных как единичных вкраплений, так и целые инородные линии или потоки, пробегающие в различных направлениях.

Решив проверить одно предположение, я посмотрел на себя.

«Так я и думал».

Мое тело виглядело как переплетение множества разноцветных линий и небольших пятен, той или иной раскраски. В районе груди, видимо напротив сердца, эта структура сплеталась в еще больший клубок, деталей которого разобрать не удавалось, но под ним проглядывало некое образование, напоминающее светящийся белым шар.

«Жаль, голову не видно», – подумал я, было интересно, как выглядела бы она со стороны.

В целом, же мне структура моего тела напомнила некий неравномерный кокон из переплетения линий, которые не обязательно шли вдоль тела или внутри него, но и как бы охватывали его вокруг.

«Похоже, это какое-то поле, и я, таким образом, могу его видеть как разнородную структуру плотно сплетенных линий», – решил я.

Еще раз оглядевшись вокруг, я сопоставил только что увиденное и понял, что те разноцветные вкрапления, которые попадаются моему взгляду, скорее всего какие-то существа, ну или, по крайней мере, что-то имеющее свою собственную структуру.

Вспомнив о самом первом встреченном тут существе, я обернулся в сторону пещерки и увидел, что, во-первых, она расположена в каком-то более темном и интенсивно светящемся изумрудном пятне на фоне той «реки», что протекала позади нее, и, во-вторых, грызуна я нашёл. Сейчас он сидел около входа и, как и утром, смотрел на меня.

Стало ясно, что и он является неким смешением разноцветного переплетения линий и пятен.

«Значит, все-таки существа», – подтвердилось мое предположение наглядным примером.

«А что за однородные образования или линии и потоки другого цвета?» – заинтересовавшись, подумал я и, оглядевшись, поискал глазами ближайшие ко мне.

Совсем недалеко буквально в нескольких шагах впереди и немного в стороне угадывалось какое-то однородное вкрапление, и я хотел направиться к нему, чтобы рассмотреть его поближе. Но как только я поднялся, у меня в голове проявилась чужая мысль.

«Детеныш хорошо охранял. Рыкун отдохнул. Рыкун на охоту. Детеныш не уходит далеко от норы».

Я обернулся и успел заметить, как маленький грызун скрылся где-то среди дальних листьев.

«Быстро он двигается, – подумал я, и только потом до меня дошло: – Так это что, его мысли? И почему детеныш? Я в несколько раз больше него», – удивляться сил уже не было, ну общается со мной небольшой грызун.

А что в этом необычного, на фоне огромных деревьев, по которым я разгуливаю? Или на фоне моей способности видеть невидимое (это я про линии и потоки энергии, как я понимаю)?

Ничего.

Не откладывая задуманное, я встряхнулся, еще раз посмотрел в направлении той части дерева, где скрылся Рыкун, – по всей видимости, так он себя называет, – не увидел его и прошёл несколько шагов вперед, чтобы понять, что же дает такой оранжевый, однотонный и равномерный цвет.

Подойдя поближе, я наклонился и постарался рассмотреть, что же это такое. Но тот предмет, что давал эту засветку, вероятно, находился где-то под корой дерева, недалеко от его поверхности.

Поворошив рукой какую-то труху и кучу небольших то ли камешков, то ли непонятного спрессованного мусора, я заметил, как откинул в сторону то, что отдавало однотонным оранжевым тоном. Проследив взглядом за упавшим предметом, я разглядел какой-то белый кусочек. Подняв его, мне пришло понимание того, что это небольшая кость какого-то не слишком крупного животного.

Повертев ее немного и прикинув, что это может быть за часть тела, в голове я получил сложившуюся виртуальную картинку разломанной на несколько частей цельной косточки, по виду напоминающей плечевую или бедерную.

«Так это получается, что в этом лесу в скелете всех или, возможно, некоторых животных тоже может накапливаться энергия, или они ее создают и выделяют самостоятельно. А то, что я вижу, это простое остаточное излучение. Но кость, по всей видимости, уже давно тут лежит, и получается, что сохраняет энергию она очень хорошо. Конечно, потери при хранении неизвестны, но то, что я ее заметил на остальном фоне, говорит об ее хороших аккумулирующих и сохраняющих энергию свойствах».

Еще немного порассматривав косточку и покрутив ее в руках, я убрал свою находку в карман.

«Интересно, что означает этот оранжевый цвет?» – подумал я, но решив, что это мне пока не понять, заинтересованно огляделся вокруг в надежде увидеть еще что-то интересное.

Поблизости я смог рассмотреть только еще несколько разноцветных вкраплений, но все они находились за пределами поляны. А у меня пока не было желания ее покидать. Зато буквально в шести шагах у ближайшей ветви я обнаружил темно-фиолетовую линию, идущую вдоль всего листа. Вот к ней я и направился. Подойдя поближе, я не обнаружил ничего необычного. Та же бурая и сморщенная кора ветви дерева, тот же темно-зеленый пирамидальный лист.

«Что это?» – подумал я и обошёл ясно видимый фиолетовый водопад и лист, вдоль которого он струился. Приглядевшись, наконец-то заметил, что поток выходит из небольшой дырки у самого его основания.

«Интересно, но непонятно. Конечно, фиолетовый, синий, голубой у меня ассоциируются с морем или воздухом, но моря снизу точно нет или есть, не известно. Может, там реки, деревья, насколько я знаю, без влаги не могут, а таким гигантам ее нужно неимоверное множество, так что думаю и воды здесь полно. Так что может быть и то и другое. А если я туда руку суну, что-то произойдет? Это опасно?» – в конечном итоге посетила меня исследовательская мысль.

Почему-то я был полностью уверен, что это совершенно безопасно, особенно если не наступит некого состояния наполненности. Вот именно этого определения я не понимал, но при этом точно знал, что определить или узнать его смогу без особого труда.

Поэтому доверившись твердой уверенности в правильности своих действий, я осторожно поместил руку в этот поток. Сначала ничего не происходило, но постепенно я стал замечать как одна из линий, составляющая структуру моего тела, начала приобретать сначала слабый, но постепенно усиливающийся фиолетовый оттенок. И эта линия постепенно превращалась из тонкой и незаметной в ясно видимый бурлящий канал, идущий от руки, расположенной в фиолетовом потоке, насквозь проходящий через всю структуру и заканчивающийся в том непонятном сплетении в моей груди. И шар, находящийся в центре этого сплетения – узла, также начал сверкать все ярче и сильнее, пока интенсивность его свечения не приобрела равномерный абсолютно белый оттенок. Я думал, что это и должно означать состояние «наполненности», но почему-то ничего не почувствовал. Наоборот, я обратил внимание, как уже от самого шара одновременно по всем исходящим от того сплетения нитям, в котором он находился, пошла волна, усиливающая яркость и интенсивность свечения каждой из них. И она охватывала всю структуру моего тела в целом. Каждая линия начала более ярко сиять уже именно своим цветом, а не только тем самым фиолетовым.

«Это я что, наполнил свое тело энергией, вроде как из этого источника», – осознание случившегося пришло неожиданно быстро.

И снова посмотрел все усиливающую и усиливающую свое сияние структуру.

Я так увлекся этой картиной, что не обратил внимания, как вся структура, составляющая некий каркас для моего тела, расцвела соцветием красок. Каждая отдельная линия на всем своем протяжении в ней начала сверкать своим неподражаемым оттенком и цветом. И все цвета приобрели совершенно однородную окраску на протяжении каждой линии для всей структуры в целом.

«Вот оно, насыщение», – понял я и несколько поспешно выдернул руку из фиолетового потока.

Это движение вызвало странную реакцию во всем теле. Во-первых, ощущалась необычайная легкость, бодрость и свежесть. Ничего не болело, не натирало, и было так хорошо и комфортно, что я даже проверил, а на месте ли моя одежда, так как ее присутствия на теле вовсе не чувствовалось. Полностью пропало уже начавшее проступать чувство голода. Ушла усталость. И во-вторых, ощущение силы, бурлившей во мне. Сейчас мне казалось, что я могу все. Все проблемы отошли на задний план. Я уже не боялся неизвестности, в голове поселилась твердая уверенность, что я справлюсь.

Только вот все еще оставался вопрос о том, с чем мне предстоит справляться.

– Но и с этим я разберусь, – пробормотал я тихонечко и, наконец, отошёл от оказавшегося таким полезным места.

Развернувшись, я встал и задумался, чем себя сейчас занять. Пойти и проверять остальные видимые потоки и вкрапления в общий зеленый фон или обследовать прилегающие окрестности.

«Да и о пропитании следует подумать, – пришла своевременная мысль. – Я так понял, меня сейчас напитала энергия, но вечно на ней не прожить. Нужно, вероятно, и белковое наполнение моего желудка, чтобы получать материал для роста новых клеток в замену отмерших. Но главное, у меня появился запас по времени. Правда, воду мне нужно найти обязательно, без нее-то не протянешь. Решено, займусь поиском источника воды, а заодно осмотрюсь кругом. Да и что-то типа копья или дубинки нужно найти. Неизвестно, кто тут живет рядом. Но то, что живности полно, я вижу уже сейчас, ориентируясь просто по структурам. Хорошо хоть, все небольшие животные, больше обычной кошки, судя по всему, не видел еще».

В этот момент пришло понимание того, что нет, видел, и перед глазами предстала оскаленная огромная морда. Только вместе с этим я точно знал, что этого монстра пока опасаться не стоит.

«Интересно, откуда я это знаю? Где я его мог увидеть?»

Доверившись своим инстинктам, вероятно, получившим значительный толчок для своего пробуждения и развития, я пошёл в обход пустого пространства, образовавшегося у ствола дерева.

Рассматривая все, что попадалось мне на пути, я пытался понять, а что вообще из того, что я вижу, можно есть и где, спрашивается, искать воду на дереве.

Обычные приметы здесь не подходят, типа, где трава в лесу растет, возможно, ручей там есть. Может, как в Африке или Америке воду из деревьев или листьев добывать, вроде такой способ тоже есть, правда она в этом случае очень неприятная на вкус, помнится, бывает, но на безрыбье и рак сойдет. Но подойдя к первому же попавшемуся листу, понял, что для того, чтобы проковырять в этой монолитной поверхности хоть какую-то приемлемую выемку для скапливания в ней сока, одних моих пальцев будет маловато.

Я все-таки не монах из кинофильма с железными пальцами, хотя они мне бы сейчас очень пригодились. Поэтому вопрос орудий труда незаметно также переместился на первый план.

Но и с этим мне пока не везло. Единственное, что я до сих пор нашёл, был, как ни странно, еще один скелет, и достаточно крупного животного; почему-то я подумал, что это должна была быть большая ящерица. Кстати, никакие его косточки не светились остаточной энергией, да и хрупкими были очень, буквально крошились в руке. Тогда как тот кусочек, что я нашёл первым, по прочности не уступал камню.

«Видимо, не все животные здесь могут скапливать энергию в своих костях или других органах. Отсюда можно сделать вывод, что и способностями они могут обладать необычными. Удивляться ничему не стоит», – понял я.

И пошёл дальше.

«Так, где же здесь вода?» – подумал я. И вдруг почувствовал, что к воде нужно идти в определенном направлении.

«Странно все это, но проверить стоит», – решившись, я двинулся в сторону небольшого скопления листьев, державшегося некоторым особняком.

Приближаясь к ним, я понял, что вместе с этим приближаюсь к очередному пятну светло-голубого цвета, из которого отходила тонкая голубая линия дальше по ходу моего движения. Пробравшись сквозь очень уж плотно растущие листья-деревья этого своеобразного леса, я оказался на берегу практически идеально круглого небольшого озерца, из которого вытекал небольшой ручеек и пропадал среди стволов деревьев по другую его сторону.

«Смотри-ка, а интуиция или инстинкты работают. Видать, кровь предков проснулась и заговорила во мне. Ведь я пошел сюда, доверившись своим чувствам. Вон получается, как видимое отсутствие элементарной прослойки в виде общества между человеком и дикой природой влияет на него, вернее меня. Стоит больше следовать своим инстинктам. Они, похоже, стали более обостренными в последнее время и, видимо, знают гораздо больше, чем я. Ну, по крайней мере, здесь я не ошибся, и стало понятно, что это маленькое озерцо совпадает с тем голубым пятном, что я видел». – Такая вот цепочка рассуждений получилась у меня.

А вот линия, в него входящая, совершенно не совпадала с направлением вытекающего ручейка. И это было странно.

«Хотя, если предположить что эти гиганты имеют внутреннюю систему водяных сосудов, а-ля капилляров, то почему одному из них не иметь выхода на поверхность именно в этом месте? – подумал я. – Вполне может так быть. Вот только теперь вопрос, а можно ли пить эту воду?»

И посмотрев на лежащее у моих ног озеро, рассмотрел его абсолютно чистое дно, где почему-то не было совершенно никакого мусора, как и на самой его поверхности, неожиданно понял я.

«Можно. Она явно чище той, что текла у меня дома из крана».

Правда, несколько смущал этот ее голубоватый равномерный фон, как я понял, который, по всей видимости, должен означать наличие некого количества накопленной в этом озере энергии определенного типа. И как она должна повлиять на меня, я не знал.

Пройдясь вокруг этого озерца, я подошёл к небольшому ручейку, вытекающему из него. Вот уже в нем угадывались какие-то мелкие камешки, веточки и прочий мусор, и то он начинался не сразу у озера, а где-то через пару метров, как раз на том расстоянии, где находился край голубоватого пятна, несколько сместившего свою границу в сторону вытекающего из него ручейка.

«Ну, простую последовательность я заметил, есть поле, нет никакого мусора, нет поля, и мусор появился. Видимо, есть у этой воды какие-то неизвестные свойства. Надеюсь только, они не связаны с растворением всего и все или с простой очисткой этого озера от разного рода мелкого и крупного хлама».

Пока я размышлял подобным образом, у меня получилось дойти до небольшого порожка в ручейке. Именно в этом месте угадывались какие-то инородные вкрапления темно-алого цвета. И их было достаточно много, порядка двадцати штук.

Наклонившись к уже вполне обычной, как я понимаю воде, я постарался рассмотреть, что же это такое. На дне ручейка лежали явно какие-то кристаллоподобные камешки темно-красного цвета.

«Янтарь или гранат?» – завертелось у меня в голове.

Недолго думая, я протянул руку в воду и взял ближайший из них. Камешек хоть и был совершенно небольшим, но оказался на удивление тяжелым. Я, конечно, никогда не брал в руки неогранённый гранат, но, по-моему, они должны быть гораздо легче. И что означает их такой темно-алый цвет в энергетическом диапазоне видения? Ведь явно он не просто так существует.

Решив разобраться с этим несколько попозже, я собрал все замеченные камешки. По моим ощущениям карманы куртки стало оттягивать не меньше чем на дополнительный килограмм веса. Особенно выделялся из общего списка находок один из них, напоминающий почти идеальный шарик размером порядка пяти сантиметров в диаметре и имеющий небольшое сквозное отверстие у края.

Уже убирая последний камешек в карман, я случайно отвлёкся на какой-то посторонний звук, и он выскользнул у меня из руки и упал под ноги. Поверхность подо мной ощутимо тряхнуло.

«Ничего себе», – пронаблюдав такой необычный эффект, я, повторно подняв упавший камешек, заметил, что равномерное свечение несколько поблекло.

«Падение, маленькое локальное землетрясение, потеря или выделение энергии при этом. А камешки-то с подвохом. Вот и первое оружие нашёл. Неплохие снаряды для пращи выйдут, – сразу сообразил я, – если смогу ее сделать, да и просто бросив их в кого-либо, – результат должен стать неплохим. Кстати, а тот круглый нужно будет как-то приспособить для кистеня. Вроде тоже достаточно опасное оружие было. Только обращаться с ним я, конечно, хорошо и сразу вряд ли смогу. Если из пращи, когда-то в детстве камешки кидал, то про второе оружие только из кино да книжек знаю».

Уже начал я рассматривать свою находку с практической точки зрения, а потом подумал о том, что, может быть, я снова их потом энергией зарядить смогу. Вроде такая алая линия в моей структуре есть. Я оглядел себя, разыскивая ее.

– Точно, вот она.

Канал с таким типом энергии присутствовал в том переплетении линий, что составлялт структуру моего тела, вот только как связать ее и камешки, я пока не понимал.

«Ну, это не к спеху, пока небольшой запас снарядов у меня есть, осталось только изготовить само оружие, хотя простейшее – рука для метания камня – у меня с рождения присутствует».

Продумав все таким образом, я решил пройтись еще немного вдоль ручья и после этого возвращаться назад.

Для меня все еще оставался незакрытым вопрос о том, что за вода в том озерке и какое влияние она окажет на мой организм. Да и для изготовления оружия, о котором я думал, нужен как минимум какой-то режущий предмет. Обшарив все свои карманы, я в который раз уже пожалел о том, что не ушёл с работы в своей спецовке с кучей карманов, заполненных большим количеством различных предметов, многие из которых пригодились бы мне теперь.

В той же одежде, что была надета на меня сейчас, самыми твердыми и крепкими предметами оказались железные замочки на куртке. Кроме них у меня с собой был кошелек с несколькими бумажными купюрами и парой пластиковых и дисконтных карточек. Кстати, если постараться их наточить, то вот и появится хоть какая-то режущая кромка. Особые надежды я возлагал на связку ключей, но почему-то у меня их не было. То ли выронил где-то, то ли забыл на работе.

Вот именно поэтому я с еще большим вниманием стал оглядываться вокруг, так как с удалением от основного ствола дерева под ногами стало попадаться гораздо больше различных мелких и крупных предметов. Я даже нашел несколько длинных палок, но подняв их, понял, что вряд ли их можно использовать как копье, слишком уж они сухие и ломкие. Но чтобы не оставаться совершенно с пустыми руками, захватил одну из них с собой. Пригодится.

Так я продвинулся еще на пару десятков метров в глубину этого своеобразного леса.

Неожиданно где-то впереди я заметил темную как ночь проплешину. И от нее несло такой опасностью, что волосы на голове у меня непроизвольно встали дыбом. Но я почему-то знал, что попасть туда я должен обязательно, там я найду нечто интересное и весьма полезное для меня. А так как я решил доверять своей интуиции, то пошёл дальше.

Двигаясь вперед, я на физическом уровне стал ощущать ауру опасности того места, которое и являлось конечной точкой моего маршрута. Но у меня возникло некое двойственное ощущение: с одной стороны – опасность, с другой – то, что ко мне она совершенно не относится, особенно если я буду осторожен. И, кроме того, мне нужно туда, там есть что-то интересующее меня.

Продвинувшись еще на несколько метров, я заметил достаточно крупный белесый предмет, торчащий из коры дерева. Именно он и источал черную ауру опасности.

Подойдя к нему поближе и посмотрев, я понял, что это опять часть чьей-то кости, торчащая из поверхности, причем достаточно большая. Приглядевшись повнимательнее, я осознал, что это не просто кость, а такой маленький такой зубик размером в две трети моей руки.

«Какой же должен быть хозяин у этого зубика?» – разглядывая это торчащее из поверхности дерева чудо, раздумывал я.

Было хорошо заметно, что этот зуб своим острием воткнут в кору ветки, а его обломанный конец торчал кверху, по одной же из боковых сторон он имел бритвенной остроты кромку. И именно эта кромка и острие зуба, по всей видимости, светились темным фоном, источающим такую явственную ауру опасности.

Интересно, то, что вещь это полезная, я понимаю, но опасностью от нее так и прет. Вот, только не оторвет ли мне руку, если я хоть на мгновение прикоснусь к этой не слишком приветливо выглядящей штуке.

Но посмотрев на обломанный ее конец, который торчал кверху, я понял, что от него-то никакой опасностью не веет, да и вообще последняя треть этого зуба совершенно не отдавала никакой темной аурой или цветом.

«Видимо, корень зуба», – понял я и подумал о том, что если его обмотать какой-нибудь тряпкой, эта часть может служить неплохой рукояткой.

В итоге у меня получилось что-то вроде достаточно большого костяного ножичка. Правда не очень понятны свойства его режущей кромки, но явно они не могут быть очень хорошими, имея такой цвет ауры, тем более она источает очень уж явственный ореол опасности вокруг себя.

Не откладывая в долгий ящик, я снял с себя куртку, стянул рубаху и, оставшись в одной футболке, оторвал от рубашки рукава. Куртку я решил не трогать, так как не знал, что меня ждет дальше и в каких условиях мне придется жить, а достаточно плотная и толстая куртка это хоть какая-то защита от холода.

Кстати, хоть здесь и достаточно тепло, но я только сейчас обнаружил, что в куртке и рубашке чувствовал себя вполне комфортно, не страдал от жары, а сейчас, сняв все это, сначала ощутил небольшой холод и дискомфорт, но потом опять все стабилизировалось, и я снова почувствовал себя вполне хорошо.

Обмотав навершие зуба рукавами рубашки и затянув их потуже, я решился и взял получившийся кинжал в руку. Хвала не знаю кому, но руку мне не оторвало.

Осмотрев получившееся оружие, я, рисуясь, помахал им перед собой, но неожиданно в моей голове щелкнул переключатель, и я замер на месте.

В этот момент по мне как будто какие-то волны прокатывались, а в голове то взрывалась, а потом обратно схлопывалась в мизерную точку огромная бомба.

Простоял я так всего несколько минут. Самое странное было в том, что все это время я точно знал, что происходит вокруг меня, и если бы мне грозила какая-то опасность, то это странное состояние прекратилось бы.

Когда все закончилось, я очнулся так и замерший на очередном замахе и по инерции продолжил его, но теперь это совершенно не выглядело дурачеством и беспорядочным маханием. Мои дерганые движения слились в некую плавную систему, имитирующую один из вариантов боя с тенью. И чем больше я делал повторений и совершал осмысленных движений, тем четче и увереннее у меня получалось управляться с моим кинжалом.

– Ничего себе подарок, – пробормотал я.

Ведь было ясно, что у человека, который ножом орудовал только на кухне, и то не всегда слишком ловко, никаких подобных навыков обращения с холодным оружием, обладающим коротким (до сорока сантиметров) прямым или изогнутым клинком, заточенным с одной или двух сторон, быть не может.

«Чего? – изумился я только что прозвучавшему у меня в голове определению. – Какой клинок до сорока сантиметров? Хотя вроде на взгляд так и есть. Откуда я это знаю?» – но постояв и подумав пару мгновений, понял: – Видимо оттуда, где и обращаться с ним научился».

Уже не удивляясь, пора бы привыкнуть к тому, что коль человек оказался незнамо где и неизвестно как, то ему должны дать хотя бы минимальный шанс на выживание, я на автопилоте прошёл несколько шагов вперед и уперся в очередное вкрапление, которое как-то не замечал до этого, потому что оно имело тот же темно-зеленый цвет, что составлял и окружающий меня фон. И только подойдя к нему практически в упор, смог отделить этот предмет из общего фона.

Не поверив своим глазам, я наклонился к тому, что лежало на земле.

«Это что, плащ?» – подумал я, разглядывая явно рукотворное изделие, отдаленно напоминающее обычную плащ-палатку времен Великой Отечественной войны.

Я отлично знаю, как она выглядит, так как мне в наследство от деда досталась именно такая, прошедшая с ним всю войну.

Плащ, что лежал у меня под ногами, немного смялся, но все равно было понятно, что носил его кто-то чуть большей комплекции, чем я.

«Зато меня он укроет полностью», – сразу присвоив эту вещь себе, без зазрения совести решил я. И потянулся к нему. Подняв найденный предмет одежды, я заметил, что он здесь не один. Под ним лежал порванный пояс с прикрепленным к нему кинжалом. И тот и другой, после того как я стянул с них плащ, внезапно вспыхнули и засверкали каждый своей уникальной разноцветной радугой. Подобрав найденные пояс и ножик, я задумался.

«Теперь, по крайней мере, отпадает вопрос о том, единственный ли разумный я на этой планете; только вот это не книга и ручка, а оружие и явно утерянное не просто так, а видимо, сорванное или сознательно брошенное здесь. Но почему? И где его бывший обладатель?»

И опять мне подсказала интуиция, что где-то там справа. Но пройдя несколько десятков метров в сторону ощущаемого направления, я приблизился к краю ветки и посмотрел вниз. Интуиция явно указывала, что обладатель найденных предметов находится там, внизу, и я был почему-то на сто процентов уверен, что он уже несколько дней как мертв. Поэтому прекратив поиски, я решил, что на сегодня исследования окрестностей хватает, тем более и Рыкун просил далеко не уходить, а что в его понятии далеко, мне не известно, и направился в направлении озерка, а от него задумал вернуться к дуплу в стволе дерева.

По дороге я размышлял над тем, что же мне удалось сегодня найти. Первым анализу подвергся местный аналог плащ-палатки. С одним из свойств плаща я разобрался достаточно быстро. Любой укрытый им предмет переставал быть виден в энергетическом диапазоне. Кроме того, он оказался очень прочен, правда, не выглядел новым или только что пошитым, но если смотреть на него, то создавалось впечатление, что он буквально минуту назад вычищен и выстиран. К тому же с его внутренней стороны была куча кармашков (прямо как я люблю), правда они все почему-то оказались пусты, только в одном я нашёл к своей радости небольшую серебряную монетку.

Радость я испытал потому, что если есть деньги, то есть и те, кто их придумал и ими пользуется.

«Явно не кустарное изделие. Чеканка. Значит, где-то здесь есть цивилизация», – решил я так потому, что монетка была как новая, однако хотелось надеяться, что это не одно из свойств плаща, хранить все в идеальном состоянии, а то тогда станет неизвестно, сколько пролежали здесь эти предметы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Операторы телепортационных установок.

Вернуться