Кристина Тарасова
Последний вечер безысходности

Глава 1

– Святой отец, я согрешила, – со вздохом сказала я.

– Опять ты? – возмутились из соседней кабинки.

– Месяц был насыщенным.

– И кого на этот раз ты убила, Диара? – недовольно спросил хриплый голос.

Я нахмурилась и пальцем постучала по железной сетке, разделяющей нас и скрывающей друг от друга.

– Вообще-то ты должен выступать в роли свидетеля, а не критика, – пришлось мне напомнить, – ты плохой святой отец.

– А ты плохой наемник, которого вечно мучает совесть.

– Да пошел ты! – не выдержала я, после чего встала.

Надевая огромные очки и натягивая на нос шейный платок, я вышла из исповедальни. Недалеко сновали люди, пришедшие в святую обитель для успокоения или замаливания бесчисленных проступков. Я приходила сюда за последним.

– Я отпускаю тебе все грехи, дитя мое, – донеслось мне в след.

В ответ я, не оборачиваясь, отсалютировала.

Прихожане с интересом наблюдали за невысокой складной девушкой в штанах и пальто, то есть за мной. За темными стеклами были не видны мои зеленые глаза с коричневыми вкраплениями, смотрящие на всех с призрением, а коричневая ткань на лице скрывала кривую усмешку, обрамленную острыми скулами. Все, что могли опознать окружающие – каштановые волосы с рыжим отливом, выбивающиеся из-под платка.

Сегодня не было настроения слушать нотации о том, как должен вести себя наемник – у меня все равно было свое мнение на сей счет. Убийство себе подобных было исключительным явлением, которое я всячески избегала. Но, так как в нашем деле без этого никуда, мною было установлено правило – после смерти от моей руки плюс-минус трех душ, я приходила за отпущением грехов. Вчера был большой плюс. Да и за последний квартал мне довелось бывать тут уже дважды.

Обычно отец Парут всегда меня поддерживал и давно перестал быть просто священником. Однажды, проходя по коридорам гильдии, я узнала его голос, а после уже воочию лицезрела своего постоянного исповедника. Им оказался коренастый мужчина с живым взглядом, округлым лицом и густой бородой с небольшой проседью.

Встреча не особо удивила – гильдии принадлежали разные доходные структуры, включая многие храмы, но Парут носил наш знак отличия! Им была особая печатка, на синем фоне изображалось острие кинжала, с которого капала кровавая капля. На лезвии была выгравирована буква У в честь создателя гильдии – некого Уриша. Кстати, имя – это единственная достоверная информация, что о нем известна. Остальное лишь домыслы.

Парут также узнал меня, тем не менее тайну исповеди сохранил.

В тот день нас послали напарниками в один собор для кражи одной из реликвий. По окончанию задания мы стали общаться. А так как все это было лет пять назад, к сегодняшнему дню мы могли бы считаться друзьями, если бы видели в этом необходимость.

Парут являлся скорее контролером при церкви и, в случае необходимости, доносил о поступающих ценных вещицах, а на задания гильдии ходил редко, в чем я ему очень завидовала – у меня такой возможности не было.

Я запахнула пальто, кутаясь от промозглого ветра и села в машину, возвращаясь в нелюбимую обитель. Если Парут не настроен меня слушать – делать в этом городе мне нечего. Я приезжала сюда, чтобы излить душу. Отдаленность от цитадели в несколько десятков километров, большое количество жителей и обильное количество торговых центров в свое время манили меня для развлечения, но, однажды, я наткнулась на храм и ноги сами повели меня в него.

В тот день я не решилась раскрыться, долго наблюдая за прихожанами и мысленно прося прощения сама до конца не зная у кого. Через пару месяцев приехала снова, а через год решилась заглянуть в кабинку, правда рассказала лишь о мелких грехах, все также скрываясь под платком и очками. По окончании исповеди мне стало легче дышать, а жизнь немножко озарилась красками.

С тех пор я ходила сюда время от времени, пока не поняла, что могу рассказать отцу Паруту обо всем. А после того, как узнала о том, что он повязан, сделать это стало проще.

Следя за дорогой, я отгоняла непрошенные отголоски памяти. В моей жизни почти все воспоминания считались нежеланными. Поэтому я жила сегодняшним днем, прекрасно понимая, что наступление завтрашнего от меня не зависит, а вчерашний уже не перепишешь.

Через сорок километров появилась вывеска, гласившая о том, что я выехала из города Бартон, а это значит, что до гильдии осталось еще двадцать километров по главной дороге, затем надо будет свернуть на частную территорию, проходившую через лес. Сразу за ним будет небольшой городок под названием Ливьер, в котором, по факту, обитают наемники, в том числе и я, а ближе к побережью расположилась сама гильдия.

Огромная каменная крепость находилась на прискальном массиве и тщательно охранялась. Цитадель, по сути, являлась небольшим городком, в котором находился штаб, главный административный корпус, два общежития – одно для наставников, а другое для учащихся, а также небольшая академия, обучающая новобранцев и площадка для тренировок. Когда-то мне приходилось часто там бывать. Сейчас я захожу сюда в центральное здание.

Припарковавшись у подножья скалы, я вышла к ограждению с колючей проволокой. Дальше проход осуществлялся только пешком и сопровождался бдительным осмотром стражников, исключая проникновение чужаков.

– Успех? – участливо спросил один из верзил, пропуская внутрь.

– А бывало иначе? – криво улыбнулась я, проходя вперед.

Вчера я вернулась с последнего задания – цель была обезврежена. Навсегда. К сожалению вместе с ней пришлось уничтожить еще парочку ребят, которые не желали оставаться безучастными в потасовке. Такие задания я не любила, отдавая предпочтения кражам или поискам утраченного. Но, к сожалению, ликвидация – это одна из непременных основных направлений нашей организации.

Так или иначе, гильдия смогла неплохо развернуться, благодаря соблюдению инкогнито. Все это было не от большого умения держать язык за зубами, а из-за минимальности предоставляемой информации при обозначении цели – условие, являющееся для наемника порой достаточно обременительным.

Нам никогда не говорят кем является объект, кто заказчик и причины задания. Более того, нас посылают в другие точки мира, чтобы нам было сложно разузнать что-то. Заинтересованность обычно наказуема – можешь сам стать неугодным объектом. Такое уже бывало не раз.

Для обозначения цели нас вызывает наставник, он же передает нужные данные и билеты на самолет при необходимости. Появлялась она очень часто.

Направлялась я в центр цитадели для того, чтобы отчитаться и получить вознаграждение. Главное здание представляло собой трехэтажное сооружение. Пропуск у всех был только ограниченный. Свободный вход производился лишь на нижних этажах, давая доступ к расчетному отделу и для получения задания или отчетности.

Пройдя на второй этаж, я постучалась.

– Входи, Диара, – гаркнули в ответ.

– Привет, Гариян, – входя, сказала я.

В темном кабинете за столом восседал грузный мужчина в привычном облачении – штаны и футболка из износостойкой ткани, в его случае черного цвета. В силу возраста мужчина перестал котироваться как наемник и сейчас выполнял только работу наставника.

Когда-то он был востребованным и высокооплачиваемым и мог бы быть для меня примером, если бы это был предел моих мечтаний. Тем не менее к Гарияну у меня было особое отношение, временами даже теплое и далеко не из-за профессиональных качеств.

27 лет назад он под покровом ночи вернулся в цитадель с младенцем на руках. Мать дитя находилась в лечебнице в плачевном состоянии, поэтому за ребенком ухаживать не могла. Мотивы поведения наемника не отслеживались, потому что обсуждать этот момент наставник не любил. Лично я думаю, что он мой отец, потому и забрал под свое крыло. Гильдия была не против такого расклада и приняла меня в свои ряды. Как только я научилась бегать, началось мое обучение.

Обычно сюда набирали малолетних преступников и трудных подростков, а вот попавших сюда с рождения было не так много, но преимущества были очевидны – такие, как я, становились лучшими.

Так или иначе, по прошествии времени, к Гарияну были смешанные чувства. Колеблющиеся от благодарности до ненависти.

– Твоя оплата уже подготовлена, – махнул он рукой.

– Ты не дождался отчета?

– Я в тебе не сомневался.

Пожав плечами, я развернулась с намерением уйти.

– Это не все, – остановил он меня, протягивая папку.

– Я только вернулась! – возмутилась я, перехватывая бумаги.

– Задание не терпит отлагательств.

В папке находились фотографии трех людей. Все они были наемниками. Пат, Вебр и Хоун. Фамилии здесь были не приняты, но Верб точно был мне известен. Я подняла бровь, выказывая крайнюю степень удивления.

– Обезвредить? – уточнила я.

– Разобраться, – нахмурился Гариян, – они исчезли при выполнении заданий. По одиночке.

Я удивилась еще больше и посмотрела на место назначения. Передо мной была карта, изображающая полуостров Маоха. А тонкий красный карандаш пометил тропический лес где-то на отдаленном острове, не имеющем строгого названия. Больше не было ничего.

– Джунгли? – удивилась я, – это все координаты?

Наставник развел руками. Понятно – значит подробностей не будет. Нужно понять причины их исчезновения или, если точнее сказать, понять на месте кто отлавливает наемников, а, следовательно, наносит ущерб репутации гильдии.

– Задание срочное, – прервал мои мысли мужчина.

– Не пойдет, – покачала я головой, – мне нужен этот день.

Сдвинув брови, Гариян хотел что-то спросить, но, передумав, кивнул, после чего забрал папку. Правила требовали выдавать информацию только накануне отбытия.

– Передать привет? – уточнила я.

Но ответом была тишина. Это вошло в традицию – ни разу не было положительного ответа.

Заскочив за наградой и сдав амуницию с последнего задания, я снова села в машину. Мне предстояла дорога в территориальный округ Бартона. Там находилась лечебница для психически нездоровых людей, принадлежащая, конечно же, гильдии. К сожалению мой путь лежал именно туда.

Обычно я провожу там немного времени и вечером смогу быть дома и, теоретически, могла отправиться на задание и завтра, но мне понадобится моральный отдых после посещения больницы.

Потратив три часа на дорогу, я остановилась у широкого здания, огороженного высоким закрытым забором.

Помню свое удивление, сопутствующее моему попаданию сюда впервые. Было лето и при входе открылся невероятный вид на роскошную зеленую территорию. Широкая дорожка, мощенная брусчаткой, была обрамлена яркими цветами, периодически прерываемые лавочками.

По бокам дорожка разветвлялась на извилистые тропинки, ведущие в парковые зоны и небольшие открытые беседки. А по центру располагался высокий фонтан, бьющий из земли. Восхищение красотой быстро сменилось изумлением от поведения прохожих, находившихся на прогулке. В темно-бежевых балахонах заторможено бродили люди с пустыми глазами и плавающими походками, озирающиеся на окружающую действительность так, будто ее не существует. Между ними взгляд натыкался на врачей в белых халатах, из-под которых виднелась темно-бирюзовая форма.

Встретившись взглядом с одним из пациентов, я тогда жутко испугалась, но храбро нахмурилась, сжав кулачки.

– Эй, остынь, амазонка, – сказал Гариян, – они безобидны.

– Почему они такие?

– Они больны, – после небольшой паузы ответил тогда еще молодой мужчина.

– Как мама? – с печалью спросила я.

– Именно, пора вам познакомиться, как считаешь?

В тот момент я была на седьмом небе от счастья, но виду старалась не подавать, потому что за эмоции нас наказывали. А быть побитой мне не хотелось. Наставник позволил нам остаться наедине, если не брать в расчет врача.

Молодая женщина, несмотря на болезнь, признала во мне дочь и, казалось, помолодела сразу, как только мы встретились.

В первый раз мы пробыли здесь не долго, но с тех пор, время от времени, Гариян провожал меня на новые встречи, постепенно увеличивая время пребывания в больнице.

Мама часто рассказывала мне истории о параллельных вселенных, и я с упоением слушала ее, ведь сказок перед сном в гильдии не было, а рассказы матери казались живыми и настоящими. Ловя и запоминая каждое ее слово, я верила всему, что она говорит, лишь с возрастом поняв, что все эти истории – плод воображения сумасшедшей.

Пару лет мне удавалось жить в счастливом неведении о буйстве своей матери, но однажды мне пришлось его наблюдать. Самалия, так зовут мою маму, рассказывала о волшебном поле, по которому она любила гулять в детстве, а тысячи звезд лежали прямо у ее ног, стоило только дойти до воды, охраняемой русалкой. Упоение вымышленным рассказом перешло в громкое повествование с сумбурными вставками и резкими жестами. А в глазах разжигался нездоровый блеск, приравнивая ее облик к остальным больным. Врач, что следил за ее поведением, расслабленный по началу, встрепенулся и подошел с намерением успокоить маму, но она, выбросив руку, нанесла ему точный удар в челюсть, отправляя того в нокаут. После этого она больно схватила меня за руку и потащила куда-то, разгоняясь до такой степени, что мои ноги еле касались земли. «Бежим!» – кричала она.

В итоге все больные переполошились и, раскинув руки, возбужденно бегали по территории, вторя матери. Все в совокупности настолько выбило меня из колеи, что я утратила способность рассуждать здраво и не сопротивлялась.

Ее остановил Гариян, которому пришлось сделать подсечку и отправить нас вместе с мамой прямо на густую траву.

Этот день отпечатался в моей памяти и заставил сделать небольшую передышку в посещениях. Однако спустя некоторое время, я смогла уговорить наставника отправиться туда вновь и встречи продолжились. Правда после того инцидента маму периодически выбивало из реальности и каждый раз при этом она показывала крутой нрав. Но ни разу гнев не был обращен на меня, видимо, поэтому я продолжала посещать ее и не переставала любить. Со временем что-то поменялось и мама стала более отрешенной и безропотной, скорее всего, связано это было с изменением курса лечения.

Стоило мне чуть подрасти, как Гариян начал отпускать меня одну, оповещая врачей о моем прибытии. Так как это было учреждение, сотрудничающее с гильдией, препятствий нам не чинили.

Таким образом виделась я с мамой не менее пары раз в месяц и наставник, к сожалению, усмотрел в этом рычаг давления. Дело в том, что мое поведение никогда до этого не отличалось примерностью, и наказания в виде избиений не помогали. Но вот запрет на посещение матери сделал свое дело. Теперь за каждую провинность я лишалась возможности видеться с ней.

Если уж в цитадель тяжело попасть, то сбежать также не представлялось возможным. Однако в шестнадцать лет я все же осуществила такую попытку. Она вышла удачной, все-таки меня неплохо обучили, а, может, повезло в том, что стража не ожидала. Мне бы тогда задуматься об этом, но окрыленность свободой пьянила, а излишняя самоуверенность мешала анализу окружающей действительности.

Так или иначе, я сбежала и пробралась на территорию больницы, в которой меня, конечно же, ожидали. Здесь же в беседке состоялся долгий разговор с деканом факультета разведки. Мне спокойно, но доходчиво объяснили, что стоит мне уйти из гильдии, как спонсирование лечения моей матери прекратится. Более того, учитывая, что мать являлась осужденной и была перенаправлена в лечебницу прямо из камеры для особо опасных преступников, ни для кого не будет удивлением, если Самалию приговорят к смертной казни сразу, как только она выйдет отсюда.

Это остудило мой пыл и привязало к гильдии как ничто не могло бы в этом мире. Даже если мне чудом удастся выкрасть маму и забрать отсюда, это ничем не сможет помочь. Я видела ее приступы и лечение ей действительно необходимо, а эта больница является одной из лучших в округе. Да и вообще искать что-то лучшее не имело смысла. Если я сбегу, мне потребуется исчезнуть от взгляда гильдии, что само по себе очень сложно, а с человеком, требующим специализированную помощь и привязанным к больницам – просто нереально. Поэтому теперь выполнение заданий является гарантией жизни матери в комфортных условиях и с должным врачебным уходом.

Раз в квартал я отдавала не малую часть выручки на лечение, но при этом не бедствовала – оплата у нас была хорошей.

Я вступила на территорию больницы. В это время года здесь было особенно уныло, и отрешенные взгляды прогуливающихся только дополняли мрачную картину. Некоторые пациенты представляли собой лишь оболочку человека и от этого становилось жутковато, другие вызывали жалость своими крикливыми яростными спорами с самими собой, приводя при этом бессмысленные несуразные аргументы. Но были те, кого я опасалась – они казались абсолютно адекватными, но стоило в их голове чему-то переключиться и появлялся блеск в глазах. Тогда они открывались с другой стороны своей личности. Мама металась во всех этих направлениях.

Стараясь не обращать внимания на людей, я зашла в здание и у администратора заполнила все необходимые бумаги, после чего расплатилась и стала ждать. Я бывала здесь много раз, и первый этаж был мною вполне изучен. Здесь находились: административная часть, бухгалтерия, приемный покой и кабинеты врачей. Но выше я никогда не поднималась.

Через несколько минут вышла мама. Нас отличали остро очерченные черты лица, но, учитывая болезнь и нездоровую худобу женщины, резкие линии были более ярко выражены, делая лицо жестким. Увидев меня, в глазах появилось кратковременное узнавание.

– Диара, – с теплотой в голосе позвала мама и раскинула руки, – я так скучала, девочка моя.

– Прости, я только вернулась, – виновато сказала я, подступая к ней.

– Она очень ждала вас, – улыбнулась медсестра.

Однако через секунду лицо мамы изменилось.

– Не подходи ко мне! – вскинув руки в попытке огородиться, рявкнула мама.

Видимо, дождавшись дочь, мозг решил успокоиться, считая задание выполненным, и оставил жалкие попытки удержать информацию в голове.

Медсестра оттолкнула меня и подошла к пациентке, успокаивая. Через несколько минут Самалия общалась со мной вполне мирно, по-прежнему не подпуская и считая чужой. Она приняла меня за какую-то подругу детства, с которой делилась «свежими» новостями. Я кивала, слушая, улыбаясь и глотая ком в горле.

Вернувшись в тот день домой, я посвятила половину ночи успокоению, а утро сну, поэтому в гильдию вернулась только к вечеру. Требовалось подготовиться к заданию, но для начала все-таки стоило его получить. Гарияна на месте не оказалось, и от двери кабинета наставника я направилась прямиком в штаб, где мне и выдали папку.

– Отбытие утром, – гаркнул один из старших членов гильдии, – на месте будут дополнительные инструкции.

После этих слов он потерял ко мне интерес. А я проверила содержимое и нашла знакомые фотографии, известные имена и карту.

Все вроде тоже самое, но теперь мой маршрут отмечал иное место прибытия – полуостров Маоха, а тонкая красная линия отсутствовала.

Значит это дело рук Гарияна. Его покровительство порой не знало границ. Но, если он отметил джунгли – мне непременно следует туда заглянуть.

А значит предстояло сделать десятки прививок и попробовать узнать тонкости предстоящей операции. Помимо этого стоит тщательно подготовить необходимое снаряжение. Если мне придется попасть в сердце девственных зеленых лесов, то нужно быть во все оружии.

Я помню как нам рассказывали об опасностях джунглей. Обманчивые красоты тропиков могут оказаться кромешным адом, если к ним не подготовиться. И это я не беру в расчет диких животных и сложности поиска ночлега или воды. Вполне хватает насекомых, которые норовят укусить, ужалить или отведать крови.

Всем известно, что яркий окрас таит угрозу – в джунглях это правило действует на ура! Привычные осы любят нападать роем и, в лучшем случае, нанесут очень болезненные укусы, а яркоокрашенные улитки имеют ядовитую слизь, оставляя на теле следы, после которых возникает желание срезать место соприкосновения вместе с кожей – будет казаться не так болезненно. А еще серьезную опасность представляют собой колонии муравьев, которые просто сметают все на своем пути и передвигаются полчищами. При встрече с ними следует бежать без оглядки. Если, конечно, найти куда. На их фоне вездесущие пиявки кажутся мирным неприятным дополнением. Пусть они и противны, но, по большей части, вполне безвредны.

Поэтому самое первое, что было мною подготовлено – это, конечно же, головные антимоскитные сетки, перчатки и специальный слитный костюм, защищающий от нападения насекомых и их залезания за шиворот, ну, и в другие интересные места. Также этот костюм обладает неплохой терморегуляцией, что, учитывая влажность и жару тропического климата, очень даже необходимо. Следом мною был упакован фильтр для воды, сухпай, гамак с брезентом и нож с большим клинком, наподобие мачете. Ну, и, естественно, все остальные принадлежности, начиная от туристических и заканчивая оружием.

Снаряжение выдавалось гильдией по требованию, вычитаясь из заработка. Зато все было надежным и не требовало трат времени на поиски необходимого, поэтому со сборами я закончила достаточно быстро. Теперь оставалось найти Гарияна, чтобы узнать то, что он может пожелать сказать.

Путь мой лежал в Ливьер, именно там я надеялась найти наставника. Наша встреча состоялась в темной душной забегаловке, в которую я старалась не заходить без сильной необходимости.

В период обучения я частенько бывала здесь, празднуя очередную сдачу или заливая безысходность. Сейчас же клубы дыма и стойкий аромат, исходивший от празднующих наемников, вызывал отвращение. Я избегала посещение этого места в это время. Еще рано для потасовок и разгона особо буйных, но слишком поздно для трезвых.

Зал был заполнен громкими бравадами и небылицами. Протискиваясь сквозь празднующих, я выискивала глазами Гарияна.

– Гляньте-ка кто к нам пришел! – послышался знакомый голос с ближайшего столика.

– Эй, Ди, иди к нам, – позвал сидящий рядом с ней.

– Как будто она хоть раз подходила после окончания обучения, – обиженно сказала девушка в его компании, которая даже не обернулась.

Ну да, все верно – с тех пор как мы закончили обучение, мне было не до заседаний с сокурсниками. Чтобы оплачивать лечение мамы, я выбивала задания, а со временем они уже сами находили меня.

– Расскажи, как ты получаешь лучшие задания? – все-таки развернувшись ко мне, спросила старая знакомая, усмехаясь, – поделись секретом.

– Может, попробуешь перестать проводить время здесь?

– Самая умная что ли? – вскипела она.

– Остынь, Зара, – одернул ее спутник и махнул мне, – давай в другой раз, Ди.

– Так сами звали, – усмехнулась я, – какое непостоянство.

Но припираться было лень, потому, потеряв к ним интерес, я огляделась в поисках Гарияна, которого нашла сидящим в темном углу в одиночестве. Перед ним стояли пустые стаканы, а лицо выражало напускную расслабленность. Подставив стул рядом с ним у стенки, я села молча, так же, как и мужчина обозревая помещение.

– Старые друзья? – нарушил он тишину.

– Ага, советы спрашивали.

– Значит, у тебя все хорошо?

– Конечно, – удивилась я, – живу в шоколаде.

Удивление, конечно, было напускным, внутри после вчерашней встречи все переворачивалось. К сожалению, наставник меня знал слишком хорошо и мое высказывание его не убедило.

– То-то я и смотрю от аллергии корежит.

В ответ я лишь широко улыбнулась.

– Как мать? – сменил он тему.

– Ты остался без привета.

– А ты?

– В ее мире меня еще даже не зачали, – пожала я плечами, – может, после задания повезет больше.

– Проводи меня, – сказал он, вставая и пошатываясь.

Хотя мы оба знали, что крепких напитков в стакане не было – ему нравилось следить за всеми и быть в курсе событий. Эта привычка появилась, когда наша группа стала захаживать сюда, а он не мог позволить себе оставить нас без присмотра.

Я никогда не провожала его раньше, но сейчас мы входили в его скромную обитель. Вопросов задавать не было смысла. И так понятно, что требуется разговор.

После беглого обследования дома, Гариян провел меня на кухню и налил чай.

– Я никогда не вмешивался в твои дела с гильдией.

Я кивнула, ожидая продолжения. Все так – он действительно прекрасный наставник, потому что, в отличие от остальных, пытался научить выживанию, не пытаясь втоптать нас в грязь, хоть при этом и вышибал из нас дурь буквально. Однако привилегий от него ждать не приходилось.

– Узнав о подробностях этого задания, я лично рекомендовал тебя. Хотя были и другие претенденты.

– Почему именно я?

– Мне нужно, чтобы ты мне кое-что доставила.

– Можно побольше конкретики?

Гариян отточенным движением отодвинул полы куртки и из нагрудного кармана достал несколько сухих цветков. Один из них он положил обратно, а другой, почти превратившийся в гербарий, передал мне. Бегло осмотрев сухие тонкие незнакомые лепестки, я привычно сунула их в карман, рядом с папкой с заданием.

– Это очень трудно будет объяснить.

– Слабое начало. Да и если эти цветы на острове, вынуждена огорчить – дислокацию поменяли.

– Я знаю. И тем не менее ты будешь недалеко.

– Это все, что ты хотел передать? – раздражаясь, спросила я.

– Ты ничего не теряешь, а вознаграждение обсудим после, – решил он за меня.

Я покачала головой – еще за цветами меня не посылали!

– Есть что-то о моем настоящем задании?

– Пропало три гильдийца. Один исчез при рядовом задании, другой при выяснении обстоятельств его исчезновения. А третий занимался совершенно другим делом.

– Поэтому ты решил мне выбить такое задание? – ехидно уточнила я.

– На этот раз идет две группы, – оправдался Гариян. – Первая уже выступила утром.

– Это все? – уточнила я.

– Остальное тебе скажет командир группы.

Тема цветов больше не поднималась, по ходу беседы мне удалось обжиться еще некоторыми сведениями, необходимыми для выполнения задания.

Тем не менее добытая информация не мешала мне после нашего прощания костерить Гарияна и жалеть о времени, потраченном впустую на подготовку к экспедиции в джунгли. Пришлось проводить ревизию рюкзака и снова перебрать вещи, оставляя только необходимое для задания в долинной местности, к коим относится Маоха.

Однако наставник, видимо, знал меня гораздо лучше, чем я сама, потому что утром, выходя из дома, мною были прихвачены выложенные вещи для похода, а злополучный цветок направился в один из бесчисленных карманов штанов. Займусь этим, если будет время.

Глава 2

Самолет пролетал над скалистой местностью территориального округа Маоха, испещренного каньонами некогда полноводных рек. После нахождения руды, полезных ископаемых и алмазов, эта часть полуострова также курировалась гильдией. Скорее всего, один из пропавших был из местного подразделения.

Мы приземлились в ближайшем туристическом городке, славившемся своими заповедными зонами. Экскурсии мне были не интересны, тем не менее походный рюкзак за спиной никого не удивит.

Протискиваясь сквозь толпу, я остановилась у ленты выдачи багажа, заодно потягиваясь, чтобы размять затекшее тело и бегло осмотреться. Мой взгляд зацепился за невысокого жилистого мужчину в невзрачной одежде. Он стоял, скрестив руки, и рассматривал табло рейсов. Возможно он кого-то ожидал, но выглядел уж очень сосредоточенным. Я решила проверить предположение и продвинулась влево, обходя багажную карусель – мужчина спустил левую руку на бедро. Это значит, что за мной ведут наблюдение. Интересно!

Взяв рюкзак, я подхватила телефон, подходя к мужчине. Правой рукой повернула камеру в его сторону, фотографируя, а левой тыкая по правому запястью спросила:

– Вы не подскажете? Совершенно запуталась – сколько сейчас по местному времени?

– Конечно, – посмотрел он на часы и удивленно добавил, – о, уже без десяти два.

– Спасибо, – улыбнулась я.

Его удивление было наигранным – оно значило, что его следует срочно заменить. Мой путь лежал в сторону туалета, там я направила фотографии Гарияну с подписью: «Пробей».

Минут через десять получила ответ, подтверждающий мою догадку: «Тортн – 28 лет, стаж в гильдии – 5 лет, специализация – маскировка. Последнее задание: Маоха, группа 2. Что там у тебя происходит?».

Написав, что произошла ложная тревога, я, уже не скрываясь, направилась к выходу из аэропорта.

Встреча была назначена в отеле, который оказался скорее базой отдыха с труднопроизносимым названием. Примерно через полчаса под аккомпанемент местных напевов, бодро звучащих в колонках водителя такси, я добралась до места назначения.

По прибытии переживать о сложностях понимания не пришлось – за стойкой в главном корпусе мне, на известном языке, предложили одну из небольших добротных хижин, здесь же, на огромной территории базы и предоставили ключи.

Посмотрев на часы, я попросила отнести мой багаж и направилась в кафе, располагающееся на территории базы, где была назначена встреча.

Посетителей было немного, в основном парочки или небольшие группы студентов, приехавшие сюда за отдыхом или острыми впечатлениями от походов.

Я направилась к стойке бара и осмотрела зал.

– Где мне найти Ксаира? – спросила у бармена.

Мне указали на столик, за котором вальяжно расположился темноволосый широкоплечий мужчина лет 30-ти, он лениво посмотрел в мою сторону и махнул рукой, подзывая.

– Мне говорили, что будет встреча группы, – подсаживаясь, сказала я.

– Ну, а мне говорили, что ты смышленая, – откликнулся он, – не стоит всему верить.

– Будет весело, – широко улыбнулась я.

Нам принесли чай с местной выпечкой, которую я, не выдержав, проглотила почти целиком. Все-таки отсутствие завтрака сказывалось.

– Значит – это все? Ты, я, Тортн, еще один, назовем его «Мистер икс» и она, – кивнула я на официантку и присмотрелась к бейджику, – Бекки следовало знать, что ее простой наряд составляет месячную зарплату официантки.

– Симбер, – нахмурившись, представилась девушка, снимая фартук и подсаживаясь к нам.

Она была выше меня, строгое лицо с тонкими губами придавали капризный вид, а из-под кепки персонала выбивались светлые пряди, стянутые в хвост, как у всех официанток.

– Мистер икс – это Раус, он специализируется на слежке и разведке, позже с ним познакомишься, – Ксаир внимательно изучил меня, – я так и не понял твою специализацию.

– То тут, то там, – ответила я, не переставая жевать.

Симбер фыркнула, а Ксаир предложил отправиться к нему, чтобы обсудить план действий.

Он остановился здесь же в одной из хижин. Несмотря на невзрачный вид, внутри она оказалась вполне комфортной и современно обустроенной. Через несколько минут после нашего прихода в комнате собрались все.

Раусом оказался крепкий мужчина среднего роста с коротким ежиком на голове. Лицо без каких либо отличий – встретишь такого на улице, не обратишь внимание. Очень удобно для слежки. Немного выдавали глаза – внимательные и фиксирующие каждое движение.

Сам Ксаир же отличался цепким тяжелым взглядом, казалось, подмечающим все детали. Сейчас он разложил на столе карту.

– Маоха является одним из объектов финансирования гильдии. Здесь осуществляются добыча алмазов, разных видов руды и прочих дорогостоящих штучек. Две недели назад произошла серия взрывов, заставившая гильдию обратить на них внимание.

– На шахтах? – уточнил Тортн.

– В том-то и дело, что нет. Взрыв произошел в каньоне Хивран, который не числится в списке значимых объектов.

– А что взрывали? – спросила Симбер.

– Да получается, что сам каньон, – разводя руками, сказал командир.

– Который не представляет никакой ценности? – уточнила я.

– Ты очень наблюдательна, – скривился он.

– Может, есть что-то, что гильдии неизвестно? – предположила я.

– Ты думаешь? – притворно удивился Ксаир, – а я думал нас сюда пригласили на экскурсию.

– Что доложила разведка? – уточнил Раус, пока я пыталась не послать начальника ко всем чертям в первый же день.

– А разведка осталась нема. – командир группы описал круг вокруг каньона. – На проверку участка вышел местный – Пат, но исчез. После него направили Хоуна, но связь с ним также оказалась утеряна.

– Цель задания – выяснить куда они делись или, все-таки, узнать что искали? – решилась уточнить я.

Ксаир одарил меня жестким изучающим взглядом, который абсолютно не подействовал.

– Наше задание – гильдийцы, – ответил он, – но, если мы не разберемся что за взрывы были – все равно не найдем их.

Хижины оказались у нас по соседству. В моей разместились мы с Симбер, а мужчины у Ксаира. К каньону решено было ехать завтра втроем – командир, я и Раус. Остальные попробуют повторно навести справки о полезных ископаемых внутри каньона, направившись в гильдию.

Для передвижения был взят небольшой открытый джип, подходящий для местного климата. Постепенно зелень города начала редеть, превращаясь в степь, делая пейзаж достаточно пустынным и унылым, открывая обзор на одинокие деревья, небольшие песчаные холмы и кусты.

– Ты быстро раскусила Тортна, – сказал Ксаир, оборачиваясь ко мне с переднего сиденья.

– Принцип обучения везде един, – пожала я плечами.

– Ты из какого подразделения? – поинтересовался Раус, сидящий за рулем, – не хотела перейти к нам в центральную цитадель?

– Мне и в нашей неплохо. Условия везде одинаковые.

– Ну да, – как-то странно ответил Раус, – как знаешь.

Через некоторое время мы свернули с трассы и по бездорожью проехали мимо каньона, в честь которого был назван небольшой городок, жители которого в свое время забили тревогу, доложив о взрывах. Уточнив путь у местных, наша группа добралась до холма, у которого дорога начала спускаться.

Остановив машину, мы вышли, укутались от палящего солнца и набили рюкзаки водой, после чего отправились вниз по песчаной местности. Нас окружали красноватые пласты. Когда-то здесь протекала река, сейчас от сухости скалы были иссушены и покрыты небольшими трещинами.

Через время мы вышли к развилке, как видно, в этом месте когда-то был небольшой приток, сейчас превративший каньон в сужающуюся расщелину. Цвет скал также стал меняться от красного к песочному, переходящему в белый.

– Где-то здесь, – сказал Ксаир.

Пройдя еще немного, мы заметили снова расширение прохода и несколько развилок, но нам уже не было необходимости сворачивать куда-то. Перед нами были белые скалы, состоящие из выступов голубого цвета. Сейчас один из голубых утесов был разворошен взорвавшимся снарядом.

– Значит, никаких ценных минералов? – уточнила я, подхватывая один из камней на земле.

Мы огляделись, осматривая территорию.

– Взрывов было несколько, – заметил Раус, указывая на еще две дыры в разных местах скал.

– Осколков должно быть больше, – добавил Ксаир, – здесь должна быть целая груда камней.

– Получается, кому-то они все-таки понадобились, – подытожила я, – осталось понять зачем.

– Наше задание не в этом, – остановил меня командир, – главный вопрос – кому.

Все логично, если найдем того, кто устроил взрывы – возможно, поймем что случилось с гильдийцами. Но неужели ему не интересно что это за камни и зачем они кому-то нужны? Вопрос, конечно, озвучен не был. Тем не менее несколько осколков я разложила по карманам штанов.

Осмотрев территорию еще раз и больше ничего интересного не отыскав, мы вернулись обратно на базу, где отправили фотографии камней на изучение Симбер и Тортну. Оказалось, что девушка неплохо разбирается в минералах, являясь в прошлом помощником эксперта по драгоценным камням, потому ответ поступил практически моментально.

– Это каптолит, – сообщила Симбер, перезванивая, – он равномерно расположен в глубинах всей земной коры. Находили несколько массовых скоплений в разных участках. Ценен примерно как булыжник.

– Однако кто-то специально направился в каньон, чтобы взять себе несколько немалых пластов, – высказалась я.

Ксаир передал запрос в гильдию на сбор информации по заказам и поставкам в точки сбыта минералов и драгоценных камней. Завтра у нас будет список, который, возможно, прояснит ситуацию. Если нет – следует еще раз опросить жителей городка рядом с каньоном.

Ночью я сидела у небольшого озера на базе, наслаждаясь одиночеством и размышляя о том, как никому не нужный минерал мог привести к гибели двух людей, и действительно ли они всему виной. Я достала из кармана один из камней, чтобы рассмотреть внимательнее, однако, вместе с ним вытащила цветок, переданный Гарияном. Отложив каптолит, начала вертеть в пальцах сухое растение.

Лепестки цветка были белесые с небольшим голубым оттенком и, казалось, чем больше я на них смотрю, тем явственней прослеживался небесный отлив. Через время мне начало казаться, что цветок весь покрыт блестящим бисером, который скатываясь обступал подушечки пальцев, спускаясь ниже к запястью и меняя цвет.

Я выронила цветок, заворожено глядя на зеленые искры, охватившие меня, чувствуя как тело наполняется невиданной энергией. Однако постепенно блики начали гаснуть. Что ж это за цветок такой?

– Не спится? – голос Ксаира заставил меня вздрогнуть.

Подхватив цветок, я сунула его обратно в карман.

– Я думал тебя не так легко напугать, – добавил он.

– С чего ты это взял? – успокаивая сердцебиение, спросила я.

– Читал твое досье – оно впечатляет.

– Уверена – твое не хуже. – усмехнулась я, – Ты прочитал, что у меня есть покровитель? Потому и досье хорошее.

– Гариян? Да брось! Даже если ты с ним спишь, как говорят, я слышал он не из тех, кто будет продвигать любимчиков.

– А я-то, дура, надеялась! – скривилась я, – ты мне, считай, глаза открыл. Спасибо.

– Перестань ерничать, – нахмурился он.

– Это прямой приказ? – уточнила я.

Он промолчал, сжав челюсти.

– Хорошо поговорили по душам, – вздохнула я, – а теперь пора спать.

Долгое время я лежала в кровати, рассматривая цветок, окутавший меня снова зелеными искрами, размышляя о наступающем сумасшествии и, возможно, скором пребывании в лечебницу, в роли очередной пациентки. Хорошо было бы, если в палату с мамой – вместе веселей.

При наступлении глубокой ночи я все-таки уснула, не выпуская цветок. Пробуждение было не из приятных. Раздался звон разбитого стекла, заставивший меня подскочить с кровати и попытаться оглядеться. Однако с этим возникли сложности – всю комнату заволокло туманом. После этого я услышала голоса и почувствовала удар в бок, заставивший меня отлететь к стенке.

От дыма слезились глаза, которые и так ничего не видели в кромешной тьме, окутавшей комнату, тем не менее я пыталась увернуться от мелькающей рядом тени. И даже нанести несколько ударов, которые, к сожалению, не причинили нападавшему особого вреда.

Моя основная цель была добраться до двери – ясное дело, что я здесь как слепой котенок, тогда как мой визитер, скорее всего, в защитной маске. Нужно было уравнять шансы.

Сделав выпад, вкладывая в удар всю силу, я повалила нападающего и рванула к двери, но в этом момент она открылась сама. Хлопок, знаменующий выстрел, предоставил мне возможность насладиться вспышкой боли в районе живота, вынуждая отшатнуться. А затем последовал удар ногой в грудь, заставивший отлететь назад. Приземление смягчил комод, разлетевшийся на щепки от соприкосновения.

– Чисто, – сказал вошедший, – поджигай и уходим.

Первый визитер кинул что-то рядом со мной, плотно закрывая дверь. Ногой я отбросила от себя то, что оказалось дымовой шашкой, скривившись от усилившейся боли в животе.

Возможности рассмотреть окружающую реальность не было – казалось, глаза кто-то царапал. Через несколько секунд прибавилось обжигающее ощущение – будто дышишь кислотой. Закашлявшись, укрыла нос первым, что попалось под руку, но это не помогало.

Где-то на грани сознания, свернувшись в клубок на полу хижины, я почувствовала вибрации в ладони, которая до сих пор рефлекторно сжимала цветок.

Превозмогая боль, я открыла глаза и, раскрыв ладонь, увидела небесный пересвет, ярко сияющий на фоне кромешной тьмы. Сначала почувствовала тепло, а затем меня начало обволакивать зелеными искрами, при соприкосновении с которыми боль начинала отступать.

Понятия не имею что за чертовщина кроется в этих цветах, но мне нужно ее использовать. Растворившись в волшебном блеске, тело начало оживать, а легкие смогли свободно вздохнуть. Когда сознание окончательно вернулось ко мне, я кинулась проверить остальных.

Их хижина была заперта, поэтому пришлось влетать с разбега плечом вперед. Приземлиться удалось верхом на двери, громко, неуклюже, но эффектно. Правда оценить этого никто не мог – два моих согильдийца покоились на полу, как совсем недавно я.

Раус еще был в сознании и лежал, слабо постанывая, корчась от боли. Схватив за подмышки, я выволокла его за порог, после чего тем же способом вытащила второго мужчину. Затем, наклонившись к Ксаиру, прощупала слабый пульс, косясь на цветок, зажатый в руке. «А почему бы не попробовать?» – глядя на искры цветка, подумала я.

– Ну давайте же, – уговаривала я их, – работайте.

Поняв что так делу не поможешь, я внимательно отсмотрела себя, только сейчас обнаружив, что зеленое свечение не погасло. Возможно, оно стало тускнее, но полностью не исчезло.

– И что мне с этим делать? – неизвестно к кому обращаясь, спросила я.

Коснувшись щеки командира, я заметила, что на месте соприкосновения остался легкий след из зеленых искр, который через секунду впитался его кожей. Значит мне каким-то образом надо заставить блики проникнуть в него.

Сосредоточившись, и кусая губы, я попыталась стряхнуть все с себя, махая над ним рукой, но это не помогало. Тогда мне пришло в голову попробовать собрать всю зелень в ладонь, не представляя как это делать. Тем не менее это удалось – образовался зеленый шарик. Представив, что это мяч, я кинула его в Ксаира. Зеленые искры были отсоединены от моей руки и направились в тело командира.

Толи от шока, толи от радости успеха я зачарованно наблюдала, как искры впитываются в грудную клетку, без остатка. Из наблюдения меня вырвал жуткий стон Рауса. Черт – с ним нужно провернуть то же самое. Собрать искры в ладонь в этот раз было попроще, правда мешал кашель Ксаира, который по инерции схватил меня за руку.

– Они ушли, – сжимая руку, сказала я, – все живы.

Легче сказать, чем сделать! Стараясь не обращать внимания на стоны, я кинула шар в корчащегося от боли мужчины, облегчая его страдания.

– Что это было? – спросил командир, как видно наблюдая за моими действиями.

– Нападение, – просто ответила я, заставив его нахмуриться.

Я хотела спрятать цветок в карман брюк, только сейчас осознав, что из верхней одежды на мне только майка.

– Надо уходить, – сказала я, представив что будет, если сейчас гости вернутся, – срочно.

Раус начал приходить в себя, ошалело осматриваясь. А Ксаир кивнул.

Мы в ускоренном темпе собрали вещи, не забыв прихватить то, что осталось от ночных посетителей – дымовые шашки, и направились к парковке.

– В гильдию? – спросил Раус.

– Надо подумать, – нахмурился Ксаир, – давай в какое-нибудь уединенное место.

– Тебя что-то смущает? – спросила я.

– До гильдии еще добраться нужно. Надо подумать. – повторил командир, после чего огляделся и запрыгнул в чужой джип с открытым верхом, похожий на наш.

Затем, добравшись до проводов в рулевой колонке, соединил нужные контакты, заводя двигатель.

Последовав дурному примеру, я также залезла в машину, а Раус полез в сумку. После этого он достал оттуда фальшивые номера и прикрепил их к автомобилю.

– Нужно быть готовым ко всему, – пожал он плечами.

И мы двинулись в путь, а через время остановились в дешевой придорожной гостинице, где с нас даже не потребовали документов. Номер взяли один на всех – спать все равно не собирались.

Первым делом я завалилась прямо в одежде на широкую кровать, сложа руки за голову. Мысли скакали как блохи на бродячей собаке, также бесполезно суетясь, но ощутимо кусая, сбивая с верного направления.

Ксаир вышел на балкон, разговаривая по телефону, оставив нас с Раусом в номере.

– Думаешь, днем мы напали на след? – спросил Раус.

– Ты напутал – это на нас напали, – лениво отозвалась я.

– Но как они на нас вышли?

– Несколько человек из гильдии приезжают на полуостров и начинают копать…

– В каньоне за нами не следили – я бы заметил, – покачал он головой.

– Все бы заметили, – поднимаясь, чтобы сесть, ответила я.

– Значит кто-то в том городке… А как они узнали где нас найти?

– Есть несколько вариантов.

– Слежка отпадает, – безапелляционно заявил мужчина.

– Согласна, – кивнула я, – есть еще Тортн и Симбер.

– Это смахивает на бред, – скривился Раус.

– Это смахивает на версию.

– Завербовать двоих агентов разом из разных подразделений гильдии…

– Выходит, все совсем плохо. У них есть связи везде, не хуже наших.

– Это уже паранойя.

Я развела руками, откидываясь на подушки. Может, и паранойя, но если подумать… Кто-то очень влиятельный или абсолютно безбашенный решил на территории одного из наших филиалов устроить взрывы, не утруждаясь замести следы. Следом исчезли два гильдийца. А на нас устроили нападение, и, если разобраться, сегодня нас почти ликвидировали.

А ведь у гильдии везде глаза и уши, но версий никаких нет. Тут либо мы имеем дело с предательством, либо дорогу гильдии перешел некто очень могущественный. Ну, или кто-то считает, что дело стоит того.

В комнату вернулся Ксаир, сурово глядя на телефон в руке.

– Есть новости? – спросил Раус.

– Для начала, я позвонил Тортну, чтобы выслали группу на проверку вещдоков, которые мы могли не заметить.

– Разумно, – одобрила я, – если до нас дойдут результаты.

Раус закатил глаза, а Ксаир ответил:

– Поэтому я передал им неверные координаты нашего местоположения.

– То есть мы проследим за ними?

В этот момент что-то зашипело, а затем из сумки Рауса повалил дым и образовалась дыра.

– Что за черт? – вставая с кровати, спросила я.

– Там лежат дымовухи, – не менее ошарашено ответил Раус.

Ксаир подскочил к сумке и аккуратно перевернул ее, стараясь трогать максимально далеко от булькающей жидкости, вытекающей из отверстий.

На пол повалились остатки шашек, которые теперь имели вид расплавленных железяк. При выпадении дымок стал подниматься, заставляя нас закашляться. Раус открыл балкон и окно нараспашку. А я, сорвав шторку, стала размахивать ей, помогая проветриванию помещения.

– Эти долбанные штуки источают кислоту, – кашляя, указал Ксаир на расползающуюся дыру в линолеуме.

– Я слышал о таких, – закрыв нос сгибом локтя, произнес Раус, – но они еще в разработке.

– Видимо, уже нет, – заметил Ксаир, – что ты о них знаешь?

– Созданием этих штуковин занимается НИИ полуострова, поставка была реализована только первой партии в главную цитадель.

– Значит следует проверить ребят из НИИ, – подытожил Ксаир.

– И как ты себе это представляешь? – уточнила я.

– Об этом подумаем позже, – сверившись с часами, заявил командир, – сейчас важней проверить Тортна и Симбер.

– Как мы поймем кто из них сливает информацию? – спросила я.

– Это уже не важно, – ответил Ксаир, – если один из них предатель – то мы передадим обоих гильдии. Пусть сами разбираются кого следует ликвидировать. Выявление предателей – не наша работа.

– А ты не боишься, что для выполнения задания группа станет маловата? – уточнила я.

– Будем разбираться с проблемами по мере их поступления.

Мы выехали на дорогу, ведущую к центральной части полуострова.

– Где назначена встреча? – уточнил Раус.

– Симбер и Тортн ждут нас в кафе по пути в город, – ответил Ксаир.

– А если все-таки вы правы – и ждут нас не только они? Как мы там уйдем? Особенно, если у них много еще чего-нибудь подобного?

Раус неопределенно махнул рукой, указывая на наши сумки, но всем было понятно что он имеет в виду.

– Не беспокойся об этом, – спокойно ответил командир, черт его дери, группы.

– Об этом мы тоже подумаем после? – откликнулась я.

– О засаде мы узнаем раньше, – сообщил Ксаир.

Я села, пытаясь расслабиться. Наверное, у него есть план. Допустим, он даже все предусмотрел. И, скорее всего, он не зря за главного и знает что делает. Но я-то не знаю! Это безумно раздражало, в поисках успокоения я стала наблюдать за меняющимся пейзажем вокруг.

Количество зарослей постепенно уменьшалось, меняясь, облагораживаясь и уступая место менее дикой растительности. Появлялись первые признаки городской жизни в виде небольших коттеджей, светофоров и пешеходных переходов, обозначающих выезд из зеленой долины.

Расслабиться не удалось – на одном из перекрестков нас ждали. Вой сирены и голос патрульного из рупора настоятельно порекомендовал прижаться к обочине и выйти из машины.

Я мысленно пожелала провалиться мозгу нашей операции, у которого все под контролем… Могло бы быть! Но, покосившись на него и увидев то, как он невозмутимо достает документы и выходит из джипа, решила повременить с проклятиями.

Ксаир отошел к патрульной машине и отсутствовал минут пять. За это время мы с Раусом не выпускали сумки с оружием и в напряжении ожидали сигнала. Но не дождались. Командир молча сел за руль и завел двигатель.

– Мы что-то нарушили? – прервал Раус молчание.

– Нет, – ответил Ксаир.

– Хочешь сказать – плановая проверка? – усмехнулась я.

– Нет.

– Но хоть что-то ты можешь сказать? – прочитав мои мысли, не выдержал Раус.

– Все чисто, – сосредоточившись на дороге, сказал утвержденный начальник. – Засады нет.

– А ты уверен, что тебе не соврали? – уточнила я.

– Абсолютно, – отрезал Ксаир.

И вот мы снова должны довериться ему. Не люблю работать в команде. Еще минут через пять мы подъехали к небольшому круглосуточному кафе недалеко от дороги. В дальнем углу, не просматриваемом из окна, сидели Тортн и Симбер. Мы сделали заказ и приступили к очень раннему завтраку. Или позднему ужину – тут как посмотреть.

– Ребята сработали чисто, – тем временем рассказывала девушка. – следов нет, правда есть непонятное вещество, которое направили в лабораторию. Сейчас проверяют его химический состав.

– Думаю, мы сами знаем что это, – отмахнулся Ксаир.

– Пусть ребята проверят, – возразил Раус, – может, все-таки подделка?

– Маловероятно, но ты прав – проверить стоит, – кивнул командир.

– Что будем делать? Направимся в городок у каньона и опросим местных? – спросила я.

– Думаю, нам не стоит сейчас высовываться, – пожал Раус плечами, – ребятки думают, что мы устранены.

– А если они уже знают, что это не так? – уточнила я.

– Им потребуется хоть какое-то время для реагирования. – возразила Симбер. – А гильдия уже заканчивает прибираться в хижинах. Можете считать, что до кого надо дойдет слух о выносе трех трупов из ваших номеров.

– Значит нам нужно аккуратно проверить жителей городка.

– И как ты себе это представляешь? – удивилась я, – нас мог пасти тот дедок, что показал нам дорогу в каньон, а, может, глазастый житель, а, может, еще кто-нибудь. Если мы пойдем толпой – можно снова ожидать гостей.

– Группой мы не можем отправиться, – кивнул Ксаир и повернулся к Раусу, – городом займешься ты. Надо узнать об экскурсиях в каньон, может, под видом туриста туда пройдешь.

– Разберемся, – улыбнулся тот.

– А пока нужно устроиться на ночлег, – доедая, ответил командующий.

– Для начала нужно избавиться от авто, – напомнила я.

Решено было предоставить это дело Тортну. До рассвета необходимо было вернуть джип владельцу, пока тот его не хватился.

Уезжали на двух машинах, которые были заботливо предоставлены гильдией. Решив, что таким образом будем меньше обращать на себя внимание.

Осмотрев карту, мы прикидывали место пребывания, которое могло бы сбить неизвестных с пути, если они решат проследить наш маршрут. Выбор пал на отель на побережье в городе Зуаре – туристическом сердце полуострова. Место, где останавливалось множество туристов, что помогало нам затеряться в толпе. Еще, конечно, облегчали задачу новенькие документы. А, ну и, конечно, расчет был на тот факт, что нас, как бы, нет в живых. Время завтрашнего сбора не назначили, решив сделать это как только появятся первые новости. Поэтому, разместившись, я приняла ванную и завалилась спать.

Глава 3

Разбудил меня странный шелест. Тихий, въедливый, похожий на шепот, звучащий прямо в голове и настойчиво звавший меня. Но открыв глаза, я никого и ничего рядом не обнаружила. Сердце бешено колотилось, разнося неприятные мурашки по телу. Встав с кровати и пройдя на звук, я одернула плотные шторы, скрывающие полуденные лучи солнца, поражаясь открывшемуся виду.

Сам номер оставлял желать лучшего, начиная от потрескавшейся обивки кресла и заканчивая разводами на стенах, скрытых веселенькими картинами. Но пейзаж за окном компенсировал все недостатки.

Вид открывался на океан. Внизу, как полагается в местах отдыха, расположился песочный пляж, к которому шла дорожка, ведущая прямо от отеля, пролегающая сквозь густонаселенную тропическую флору.

С обеих сторон пляжа, где-то вдалеке, возвышались горы, покрытые зеленью. Они обрамляли глубоководный неширокий залив. Недалеко от гор, расположенных справа, виднелась вереница мелких островков, при виде на которые сердце пропустило удар. Потому что шелест слышался именно оттуда, заставляя меня вглядываться вдаль. Щурясь и вплотную приближаясь к стеклу, глаза пытались обнаружить нарушителя внутреннего спокойствия.

Телефонная трель заставила вздрогнуть и врезаться лбом в стекло. Два испуга за полчаса! Такого со мной еще не было. Потирая ушибленное место, я посмотрела на дисплей и ответила на звонок.

– У нас сбор, – бросили с того конца трубки, – номер 420.

Прежде чем я что-либо ответила, послышались гудки.

Собравшись, я вышла из номера и направилась к лестнице, поднимаясь наверх, предположив, что раз мой номер 280 и расположен он в правой части отеля на втором этаже, то мне в левое крыло на четвертом.

Все были в сборе, включая Тортна, который, как видно, уже вернулся с новостями.

– Индикаторы подтвердили наличие ядовитых кислот, – начал он, – данные химикаты присущи новейшим технологиям, которые разрабатываются в НИИ…

– Да, мы поняли, – остановил его Ксаир.

– Подтверждены имена трех трупов в хижинах, – отчиталась Симбер.

– Отлично, – последовал кивок.

– И что нам это дает? – уточнила я.

– Раус, – игнорируя мой вопрос, вещал командир, – тебе нужно пробраться в город и прощупать там. В конце концов, раскопай что-нибудь на местных.

– Вот это я понимаю – четкий план! – поразилась я.

– Есть другие предложения? – сурово спросил командир.

– Никак нет! – поднимая руки, ответила я, – просто идти на удачу, когда нас чуть не прибили…

– Раус является одним из лучших наемников в деле следствия. Думаю, он прекрасно знает что ему необходимо сделать. – вскипел Ксаир, – а ты начинай следить за языком. Делаю первое и последнее предупреждение.

Он сурово посмотрел на меня, пытаясь испепелить. Опять не впечатлил – видали мы взгляды и похуже. Пытаясь сделать вид, что прониклась, я сосредоточенно кивнула.

– Еще задания, командир? – проявила я готовность после паузы.

Получается, пока что мое задание – помалкивать и, кажется, я его провалю.

– Нам нужно попасть в НИИ, – ответил он.

– А если конкретнее? – уточнила Симбер.

– Нам нужно разузнать какая сволочь отдает разработки, принадлежащие гильдии и понять кто истребляет наших.

– Возможно, разработки просто выкрали, – предположила я.

– Плевать, – рявкнул Ксаир, снова возвращаясь взглядом ко мне, – надо пробраться в НИИ.

Я мысленно присвистнула, представляя масштаб операции. Поди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что. Тоже мне царь выискался.

– За раз мы ничего не узнаем, а бумаги могут не хранить информации, – сказал Тортн.

– Похоже, что придется туда внедриться, – кивнула Симбер.

– Учитывая, что мы трупы, – напомнил вполне живой командир, – идете вы двое.

Так, мне это нравилось все меньше и меньше. Раус уходит в Хивран, эта парочка – на задание в НИИ. Что-то я не очень стражду оставаться с этим нервным типом, особенно когда его гнев распространяется отчего-то исключительно на меня. А я, между прочим, ему жизнь спасла.

– В роли кого? – осведомилась Симбер.

– Я всему учить должен? – спросил Ксаир, – закрепитесь в НИИ. Поближе к лаборатории, если получится. Охрана, грузчики, уборщики … Огромный центр, неужели там никто не требуется?

– Будет сделано, – ответил Тортн.

– А вы чем займетесь? – уточнил Раус.

– А мы наведаемся на базу отдыха.

– Думаешь там кто-то сдал? – спросила я.

– Очень допускаю такую возможность, – ответил Ксаир.

Тортн вышел первым, за ним девушка, а следом и Раус, который, выходя, подмигнул и ослепительно улыбнулся. Я закатила глаза и прошла к окну, пальцем отодвигая шторы. Что ж, как и следовало ожидать, вид ничуть не хуже, только за счет высоты и панорамных окон, возникало ощущение, что там внизу никого нет и ты един с океаном. Я покосилась на острова, но странных звуков не было. Естественно – с ума-то сподручнее сходить наедине с самим собой.

– Какой план действий? – оборачиваясь, спросила я.

– Персонала там немного. Сейчас будни и отдыхающих мало. Поэтому видели нас не так много людей.

Мы оба прекрасно понимали, что у нас лишь один шанс наведаться туда. Во-первых, если мы не определимся за кем идем, нас вычислят раньше, чем мы их. А во-вторых, тот счастливчик, с кем мы будем говорить – не жилец. Наше преимущество в том, что мы считаемся ликвидированными. А терять козыри никто из нас не хотел.

– Кто оформлял хижину? – поинтересовалась я.

– Мы с Раусом. Тортн и Симбер приехали позднее, их вписали как гостей. Проще держаться рядом, чем заказывать пять хижин.

Я кивнула.

– Вас спрашивали о Симбер и Тортне при нападении?

– Нам закинули пару дымовух в окно, после чего, обезвредив, вышли, заперев дверь. Вопросов у них не было.

Выходит, что нападающие знали только про нас троих. Тем же составом мы ездили в каньон и у них все сошлось. Потому вопросов не возникло. То, что в хижине должны быть лишние, знала только администратор и, видимо, взяла с нас деньги мимо гостевой книги.

– Администратор не причем, – озвучил мою мысль Ксаир. – Остается персонал.

– Я ни с кем и не виделась кроме администратора, – пожала я плечами.

– А как же бармен и прислуга кафе отеля? – напомнил Ксаир.

– Точно, – нахмурилась я и тут же отмела версию, – там была Симбер. Что если охранник?

– Там такой сторож, что не заметил как мы вышли и угнали чужую тачку, – махнул рукой Ксаир.

– Согласна, если бы это был он, то сигнализировал бы кому нужно.

– Уборщицу тоже исключаем.

– Да, она бы знала, что нас больше и возникли бы вопросы об остальных членах группы.

– Что скажешь? – серьезно посмотрев на меня, спросил командир. – Плотник?

– Плотник, – кивнула я, тем самым подписывая ему смертный приговор.

Черт! Надо будет к Паруту сходить.

– И как мы его найдем? – собираясь с мыслями, спросила я, – и ты уверен, что сегодня его смена?

– Два дня из двух он был, – пожал плечами Ксаир, – может, и в третий будет?

– Опять наудачу? А если кто-то заметит?

– Поэтому мы зайдем с другого входа.

– Там есть другой вход?

– Там есть забор, лес и деревья, что тебе еще нужно? – широко улыбнулся он.

Мне нужно выбраться из гильдии, покончить с дурацкими заданиями и вылечить маму, в идеале. Но озвучивать я этого, конечно, не стала, выполняя ответственное задание – пытаться следить за языком. Поэтому в ответ улыбнулась не менее ослепительно.

Оговорив сроки выезда, мы встретились через двадцать минут на парковке и арендовали другую машину здесь же на приотельной территории. Проделав трюк со сменой номеров повторно, отправились в путь.

На этот раз мы объехали базу отдыха с второстепенной дороги, которая представляла собой ухабистую грунтовку и дорогой как таковой не являлась. Поэтому под конец, закинув рюкзаки за спины, нам пришлось идти пешком в чащу.

Через время появился забор, найдя наиболее подходящее для этого место, командир, показывая не дюжую сноровку наших мохнатых прародителей, забрался на дерево, прихватив бинокль.

– Чисто, – буркнул он, – пойду проверю.

С этим словами он привязал веревку к ветке и ловко перепрыгнул через ограждения. Связь с давними сородичами увеличилась.

Сев и прислонившись спиной к дереву, я подготовилась к длительному ожиданию. Однако минут через пять веревка натянулась и Ксаир вновь предстал передо мной.

– Мастерская закрыта, – сказал он, – зато там был график его работы. Сегодня мы опоздали.

– Значит – вернемся завтра, – наклоняясь, чтобы подхватить с земли рюкзак ответила я.

Но, накидывая его на плечи, почувствовала укол в бедро. После этого увидела, как командир убирает пневматический пистолет обратно в карман куртки, а оглядев ногу, обнаружила торчащий дротик.

– Завтра вернемся, – кивнул мужчина, – а сегодня самое время поговорить.

– Ты только так общаешься? – кивнула я на его карман.

– Все язвишь?

– Я несколько часов держала язык за зубами и к чему это привело? – спросила я, выдергивая дротик.

– Ты почувствуешь дезориентацию, – предупредил Ксаир.

– Тогда ты за рулем, – пытаясь тыкнуть пальцем в его грудь, произнесла я.

Однако промахнулась. Слабость и головокружение давали о себе знать. А предметы вокруг немного двоились.

Сделав несколько глубоких вдохов и проморгавшись, я пыталась приспособиться к плавающему миру. Затем упрямо развернулась к направлению машины и попыталась сделать несколько шагов. Но мир в очередной раз качнулся и, скорее даже спотыкаясь об чужую ногу, чем почувствовав подсечку, я приземлилась на мягкий зеленый покров леса и погрузилась в темноту.

Что-то холодное разливалось по моим волосам, стекая на лицо и заставляя очнуться. Пытаясь стереть с себя жидкость, я поняла что нахожусь здесь достаточно давно – руки совершенно не слушались.

Открывая глаза, просматривался все тот же зеленый лес, только вдали от забора. Рядом со мной, наклонившись, стоял Ксаир и выливал на меня содержимое бутылки. Пить захотелось неимоверно, потому, чуть откинув голову, меняя угол наклона, я жадно ловила прохладную живительную жидкость.

Пока сознание возвращалось, стали понятны две вещи: затекшие руки не слушались, потому что были связаны сзади; за спиной находится дерево, в которое я уперлась макушкой.

– За девушками ухаживают совершенно не так, – заметила я.

– Как ты выбралась из хижины? – выпрямляясь, спросил Ксаир.

– Через дверь, – буркнула я.

– И почему ее не заперли?

– Не думали, что я смогу встать после выстрела.

– О каком выстреле ты говоришь? – нахмурился он.

– Огнестрельном, в живот. Было, кстати, больно.

Ксаир присел на корточки, после чего рывком задрал мою футболку, оголяя живот и просматривая наличие раны. Но там лишь был затянувшийся шрам.

– Где твое ранение? – усмехнулся он.

– В чем ты меня обвиняешь?

Объяснять что-либо все равно было бесполезно. Он своими глазами видел, как я лечила Рауса и, если он отказывается в это верить, то убедить в обратном мне его не по силам.

– Может, зря мы пытаемся найти информатора, – прищурился он, глядя мне в глаза, – может, это все ты?

– Возможно, – не стала я спорить, – только зачем мне вас тогда вытаскивать?

Он задумался и продолжил:

– А если тебе нужна была ликвидация всей группы, а не только нас?

– Слишком сложно. Что мне мешало дождаться сбора всех на месте?

– Как ты попала в отряд? – добавив суровости, спросил мужчина.

– Гильдия послала, как и вас.

– Все пришли сюда, имея задатки в определенной области, – улыбнулся он, – а ты ничем не выделяешься.

– Это было обидно, – не выдержала я, после чего получила затрещину.

Вполне ощутимую, между прочим.

– Кто тебя послал? – рявкнул командир.

– Другого ответа не будет.

Схватив за горло, Ксаир резко откинул меня назад, тем самым впечатывая в дерево головой. Я так и не поняла что хрустнуло, толи череп, толи кора, но обзор снова начал ухудшаться. Начальник, как видно, это понял и ослабил хватку. Правильно, а то придется еще одну бутылку тратить на меня, приводя в чувство.

– Откуда у тебя противоядие?

Я не сразу поняла о чем он. А когда до меня дошло, что он говорит о том, как я их вылечила, не смогла остановить смех.

– Противоядие? – я попыталась дотянуться до кармана, на мгновенье забыв, что руки связаны, – черт. У меня его нет.

– Знаешь что будет, если оставить человека привязанного к дереву истекать кровью в лесу? – спросил он, доставая нож и кивнул, глядя на меня, – знаешь.

Я попыталась дотянуться до Ксаира ногой, но мои взмахи привели только к тому, что из одного из кармана штанов выпал каптолит.

– Ты ошибаешься, – сказала я, глядя на него в упор, – я не предатель.

– Кто тебя послал? Гариян?

– Меня послала гильдия.

Я пыталась не выдать ни одной эмоции. Если у него возникнут сомнения, хоть в чем-то, то он, чего доброго, оставит меня здесь.

– Какое у тебя задание? – подхватывая минерал, спросил мужчина.

Не дожидаясь ответа, он полез в остальные карманы, доставая оттуда всякие разные мелочи, несколько камней и, конечно же, цветок. Я тем временем пыталась придумать как освободиться от веревок. Оставлять меня здесь он явно не собирался, иначе не завязал бы их так паршиво.

– А это что? – заинтересовался мужчина цветком.

В его глазах промелькнуло узнавание. Он вспомнил, как я водила этим долбанным цветком, пытаясь спасти их.

– Что это? – повторил командир, приближая цветок ко мне и пальцами поднимая мой подбородок, сосредотачивая мое внимание.

Так обычно тыкают носом собаку, чтобы она поняла за что ее ругают. Но сейчас дело обстояло иначе. Стоило цветку засиять, озаряясь небесными переливами, как Ксаир замолчал, заворожено глядя на цветок. Лепестки набирали полную мощь, сверкая под его пальцами, перекатываясь на них зелеными всполохами.

– Что за черт? – выдохнул он и плюхнулся рядом со мной, опираясь на руку.

В том месте, где конечность коснулась земли, затрепетала трава и стали пробиваться побеги, огибая руку Ксаира.

– Это то, что помогло мне выйти из хижины, – тяжело вздохнула я.

Мужчина посмотрел на меня так, будто забыл о моем существовании. Что ж, я могла его понять.

– Откуда он у тебя? – спросил мужчина вполне мирно.

Ответ был опасен. Если я приплету Гарияна, то мне точно несдобровать, вряд ли он после этого поверит, что мы не причем.

– Это новые разработки НИИ?

– Что? – поразилась я чужой логике, – нет! Что за чушь! Мне дала его мама.

Ответила я первое, что пришло в голову.

– А у нее он откуда?

– К сожалению на это она не ответит. Она лежит в больнице для душевнобольных.

Ксаир потер щетину, рассматривая цветок, после чего убрал его в карман и подошел ко мне, чтобы развязать веревки.

– Будем считать ты оправдалась, но я проверю!

– Да пожалуйста, – фыркнула я, потирая затекшие запястья.

– И цветок не отдам.

– То есть извинений не будет?

– Не за что, – ответил он и подтолкнул меня вперед, указывая направление.

В принципе, я могла понять его ход мыслей. Действительно, вышло достаточно подозрительно все. И, наверное, меня бы тоже насторожило. Но злиться мне это совершенно не мешало!

Ксаир пропустил меня вперед по дорожке и пошел сзади, а я прикидывала как бы забрать цветок обратно. Повернувшись к нему, медленно продвигаясь спиной вперед, я спросила:

– Если ты такой недоверчивый, то почему поверил тому патрульному?

– Потому что он мне должен, а в нашей жизни долг – это самая стойкая валюта, дающая залог нерушимой дружбы до уплаты.

– И ты потратил его так нелепо? – поразилась я.

– У меня много должников.

Пристально глядя на него, я пыталась понять, откуда же у такого, в сущности, молодого наемника много должников. Что-то подсказывает, что он в гильдии тоже всю свою жизнь.

Я продвигалась, задумчиво шагая назад, и, каюсь, немного потеряла концентрацию. Наступила на довольно скользкий мох, который окружал тропинку повсюду и взмахнула руками, чтобы вернуть равновесие. Ксаир, не сбавляя шага, любезно помог мне не упасть, схватив рукой за грудки и притягивая к себе. Поражаясь чужой галантности, я замерла, заставляя остановиться мужчину возле себя.

Рукой он все еще сжимал мою футболку, рассматривая меня, как диковинку. Взгляд, в совокупности с расширенными ноздрями и увеличенными зрачками, слегка пугал. И подсказывал, что командиру происходящее либо очень нравиться, либо очень нет – чутье, видимо, тоже было звериное. Так или иначе, рискнуть стоило.

Я прикоснулась к руке, «заботливо» поддерживающую меня и обхватила ее. Капитан напрягся еще больше. Чтобы расслабить его, повела пальцами вверх по предплечью, безуспешно пытаясь обхватить твердые мышцы – хищные глаза сузились и появилась легкая усмешка, мужчина начал притягивать меня к себе. Подбодренная таким началом, я опустила взгляд на его шею и плечи, руками следуя за взором и спускаясь ниже – каким-то образом мне надо попасть в его карман!

Потом посмотрела на большие изогнутые губы, которые начали приближаться. Что может быть лучше? Остается слиться в страстном поцелуе и незаметно достать цветок. Но неожиданно рука, тянущая меня к себе остановилась и Ксаир сказал:

– Ты не так сильно ударилась, когда падала.

Я посмотрела в наглые глаза и одернула его руку от себя.

– Или это жара на тебя действует? – продолжал он веселиться.

– Я не могла не попробовать.

– А–а–а, – протянул Ксаир. – Тогда ты можешь попробовать еще.

– Сволочь, – с чувством высказалась я и развернулась.

Мы молча дошли до машины и поехали обратно в отель. Солнце уже не палило во всю, приятно согревая оно начинало прощаться до завтра. Близились сумерки. По пути нас застал звонок от Рауса, у которого новостей не прибавилось. Он обследовал домик старика, который помог нам добраться до каньона, но это, как и ожидалось, ничем не помогло. Помимо этого Раус устроился временной заменой разносчика почты. Правда предварительно организовав больничный отпуск предыдущему почтальону и вынуждая того добровольно пригласить своего заместителя на подселение. Таким образом, он будет проводить время в городке, не привлекая внимания, тем не менее изучая местных. В общем, в отеле его можно пока не ждать.

Мы же благополучно добрались до лифта и лишь там я решила заговорить:

– Какие планы? – спросила я.

– Хотел прогуляться, – глядя на часы, ответил Ксаир, – может, устрою себе вечернее купание.

– Выходит, что дел у тебя нет, – кивнула я, протягивая руку к кнопке, везущей на второй этаж, – я могла бы и пешком.

Мужчина одернул мою ладонь и нажал на четвертый.

– Я не могу позволить себе такую роскошь, как у вас там на четвертом – мне ниже. – напомнила я.

– Чепуха.

– Ну да – ты читал досье, – скривилась я, – но я все еще живу на втором.

Глядя как лампочки уносят меня выше нужного места, я нахмурилась.

– После всего, что было, – улыбнулся командир, – я просто обязан обеспечить тебя ужином.

– Эй, считай, я осознала, что мой шарм на тебя не действует.

– У тебя его нет, – осмотрев меня, сказал он.

– Вот-вот, – согласилась я.

– Но ты всегда можешь попытаться еще, – повторил он, с серьезным видом.

Позднее, в номере, закончив с ужином, мы связались с Симбер и Тортном. Они все-таки смогли найти место в НИИ, поэтому лишний раз встречаться нам не следовало.

Тортн устроился одним из бесчисленных лаборантов, а девушке повезло больше. В отдел, занимающимся синтезом искусственных минералов, требовался геммолог, или, попросту, эксперт, изучающий состав и свойства этих самых минералов и драгоценных камней – как раз то, чем занималась Симбер когда-то.

В связи с открытием новых месторождений алмазных залежей отдел не слишком активно спонсировался гильдией. Ценились только оценщики, а их роль чаще выполняли ювелиры, потому держать целый отдел для этого было невыгодно. Все это привело к текучке персонала и Симбер заменила одного из уволившихся экспертов.

Ксаир одобрил действия каждого, но не преминул сообщить о том, что с нетерпением ждет результаты, при этом намекая, что терпением особо не обладает.

Я поражалась и фыркала от такой наглости – Раус изучил дом и устроился в городе, ребята уже завтра смогут начать проверять НИИ, а сам-то командир сегодня не сделал ничего полезного. А, с моей точки зрения, так скорее к его заслугам можно прибавить только много вредного. Тем не менее это не мешает ему делать вид, что без него мы все беспомощны.

– Ни у кого не возникнет вопросов о том, что гильдия направила ребят в НИИ? – уточнила я.

– Она часто это делает, продвигая своих или устраивая проверки. Они скорее там в большей безопасности, чем вне пределов НИИ, иначе это будет уже открытое нападение.

– Что-то до этого никто не боялся нападать.

– Пока с центром связывают лишь догадки. А вот случись несчастье на его территории – возникнут вопросы.

– Надеюсь, ты прав, – вставая с места, сказала я. – Ну, значит, до завтра.

– У меня есть еще вопросы.

– Оставь их при себе, – махнула я ему рукой, – я сегодня, и так, достаточно тебе рассказала.

Разворачиваясь, я направилась к выходу, с намерением покинуть командира, однако, мимо правого уха просвистело что-то, после чего в дверь вонзился нож.

– Это я решаю когда достаточно, – сказал он, – в следующий раз он полетит левее.

Я закатила глаза и подошла, ожидая вопросов. После того как Ксаир немного посверлил меня взглядом, он полез в карман и достал цветок. Как «неожиданно». Вертя стебелек в пальцах он спросил:

– Что это и как оно работает?

– Если бы я знала, – вздохнула я, – вчера я впервые его увидела. Ты видел, как что-то светится, а потом… Поступает тепло, которое перебрасывается на меня, помогая залечить раны.

– Раны? – удивился он, – но мою руку оплели растения.

– Я видела, но не представляю как это работает.

– А мама что-то говорила? – спросил мужчина.

– Она постоянно что-то говорит, например, как скачет на единорогах по облакам, – начала я злиться, – я же сказала – она больна.

– Может, не так уж и больна? – спросил командир, вглядываясь в цветок.

Он крутил его между пальцами, но ничего не происходило, лишь мерное голубое свечение пульсировало вместе с ним.

– Что мне нужно делать? – взбесился он.

– Я понятия не имею, – не менее громко ответила я, протягивая руку, – давай попробую.

– Не дождешься, – усмехнулся Ксаир.

– Тогда чего ты от меня хочешь? – изумилась я и уточнила: – я могу идти?

Ксаир посмотрел куда-то в бок и на его лице мелькнула тень, делая лицо жестким и сосредоточенным, но когда он перевел взгляд на меня снова, то вполне доброжелательно кивнул.

– Как все серьезно, – присвистнула я.

Затем прошла к двери и выдернула нож, мешающий ручке открыться полностью. Следом подошла и вернула кинжал первообладателю, поворачивая лезвием к себе. Ксаир забрал его, нажимая на рукоять немного сильнее, чем нужно, оставляя красную полосу на моей ладони. Я резко одернула руку, пытаясь понять что он задумал.

– Хорошо, – выдохнул он.

– Чего хорошего, придурок? – спросила я.

Он нахмурился, сдвинув брови.

– Хорошо – покажи.

Ксаир протянул мне цветок, я перехватила его и смотрела на небесные искры не в силах оторвать взгляд. Волшебство, творящееся в соцветиях было захватывающим. Подняв обрезанную ладонь, я впитывала голубое сияние цветка, превращая в зеленый свет и пропуская весь этот поток через себя, мысленно направляя его к ране. Порез окутало зеленым, и царапина стала затягиваться.

– Твою мать! – командир смотрел на все с не меньшей заинтересованностью.

Затем выхватил цветок и какое-то время наблюдал за искрами, пока они не потухли.

– Как ты это делаешь? – посмотрел он на меня.

– Я не знаю, – покачала я головой.

– То есть, ты можешь только лечить?

Я пожала плечами.

– Ладно, иди уже, – махнул он рукой, глядя на растение.

Стараясь не придавать значение небрежному жесту, я тенью выскользнула из комнаты. В своем номере, подтащив комод к окну и усевшись на него, я размышляла о жизни. Для «зарядки» мозга из комнатного бара был прихвачен апельсиновый сок.

Апельсины я всегда любила. Этот обманчивый спелый плод дарил кратковременную сладость, растекаясь во рту и на языке, а кислое послевкусие, порой заставляющее скривиться, напоминало о том, что за приятные моменты всегда нужно платить. Это было моим принципом жизни – все в жизни равномерно. Если день был удачный, то дома все равно будет ждать одинокий вечер безысходности. Чтобы не впадать в депрессию, порой приходилось напоминать себе о специфике работы наемника, иногда то, что я жива – уже бывало неплохим достижением.

Так же, как и обратный эффект – за все паршивые моменты обязательно будет ждать награда. Это проявляется даже в мелочах. Сейчас я сидела в паршивом номере отеля и наслаждалась прекрасным видом из окна, наблюдая за опасными красотами обманчиво-спокойного океана. Безбрежность могущественной стихии помогала притупить эмоции и отстраненно проанализировать прошедший день.

Однако абстрагироваться полностью мешал один человек – Ксаир меня раздражал, и это не поддавалось логике. По сути, он не сделал ничего такого, что не сделала бы я сама, но, может, именно это меня и нервировало?

Глава 4

Из номера 420 вышла эта своенравная молодая девушка, оставляя нас с Ксаиром наедине. Она мне нравилась. За долгий период своего существования мне приходилось видеть убийц, вынужденных стать такими по воле случая, ради мести или защиты близких и даже маньяков, ревущих от жалости к своим жертвам, но эта девица мне действительно нравилась. В ней было что-то, что возбуждало интерес.

Диара не ценила ничью жизнь, кроме матери. Самое забавное в этом, что свою мать она тоже не успела узнать, потому что та находится в глубинах своего сознания – измерение, к которому даже у меня нет доступа.

И вот, Диара убивает, чтобы заботиться о Самалии, от которой ничего и не осталось за эти 27 лет. Не скрою, эта рыжая бестия порой прибавляет работы, но обязанности давно были переданы моему, хе-хе, заместителю, так что и заботы, выходит, уже не мои. В целом, девушка была мне любопытна – определенно, наблюдение за чужими эмоциями смягчили меня. И теперь, впервые за период моего существования, у меня появилось желание пожить. А для этого и нужна всего-то пара-тройка магов и удачное стечение обстоятельств.

– Да как же ты работаешь? – спросил Ксаир сам у себя.

Этот мужчина отвлек меня от мыслей. У его ног лежал нож, а на руке зиял свежий порез.

– Решил добровольно отправиться на тот свет?

Как всегда, ответа не последовало – лишь неприличный жест. С момента нашего знакомства Ксаир стал скучным. Раньше этот парень лез на рожон и был зачинщиком любой драки. Теперь же стал рассудительным и перестал общаться со мной. А ведь он единственный кто видит меня здесь – в мире, не предусмотренном для магии.

Мир Витиос имеет много нарушений и я не в праве их исправлять, но могу подсказать мужчине сделать это, чтобы не полагаться на волю судьбы.

Но это крайний случай, что-то мне подсказывает, что Диара со своим критическим мышлением – то самое удачное обстоятельство, которое избавит меня от ненужных действий.

– Это иншис, – подсказываю я мужчине, – цветок, хранящий в себе магию.

Ксаир сурово смотрит на меня, пытаясь отгадать говорю ли я правду.

– Когда-то вся магия принадлежала миру Моршарх, – продолжаю, не видя проблемы в том, чтобы немного ввести в курс дела мужчину, – но ее направили в другие миры, пытаясь донести волшебство до каждого существа. В этом мире чары взошли лишь в цветках.

– Я видел, как Диара творила чудеса, – все-таки откликнулся Ксаир сквозь зубы, – так что, выходит, не только в цветках. И сам я смог заставить растения вырасти.

– Иншис дает возможность воспользоваться своими дарами, но это лишь жалкие крохи той мощи, что есть в других мирах. За власть и обладание магией Моршарха дети пошли войной на отцов, разразилось много войн…

– Твои бредни меня не интересуют, – отрезал мужчина.

Ну что ж. У меня исчезло желание делиться информацией. Хотя в этом мире не так много тех, кто может поведать все это. Но пусть будет так.

Ксаир отложил цветок, пряча его в карман своих штанов, после чего лег спать. Здесь более ничего интересного не предвиделось. Завершив несколько дел, помогая с обязанностями заместителю, меня начало манить в номер 420. Появившись поздним утром, мне удалось обнаружить все еще спящего мужчину. Он ворочался, мучаясь кошмарами, приносящими страдания, после которых проснулся в поту от собственного сдавленного крика. Да – пробуждение было неприятным. Мне было не жаль его, все-таки не настолько пропитали чужие эмоции. Сейчас мое дело – лишь наблюдение.

Освежившись, Ксаир позвонил девушке, портя настроение и ей.

– Пора за плотником, – сказал он в телефон, – через десять минут жду тебя у машины.

В ответ послышались нотки возмущения.

– Это твои проблемы, – буркнул мужчина, – нужно быть всегда наготове.

Диара его злила с момента знакомства. И он явно не понимал чем. Мне приходилось видеть такие перепалки – они всегда приводили в кровать. Поэтому оставалось лишь набраться терпения и наблюдать за происходящим со злорадским садизмом из первых рядов.

Ксаир собрал вещи, взял специальную тончайшую нить, предоставленную гильдией и закрепил на чемоданах и ящиках на предмет возможного досмотра, после чего направился к машине.

Диара ждала его там, зелено-карие глаза метали молнии.

– Мог бы вчера назначить время, – вместо приветствия сказала девушка.

– Могла бы догадаться, что дела не ждут, – парировал Ксаир, усаживаясь за водительское место.

Они ехали в тишине, пробираясь сквозь шумный город туристов, постепенно выезжая в пригород. Девушка, как обычно, наблюдала за буйством красок, глядя на пейзажи за авто. В эти моменты мне нравилось слушать ее мысли. У меня не было возможности ощущать эмоции от того, что происходит вокруг, но Диара дарила и передавала мне свои чувства, испытывая острые ощущения. Мне не приходило в голову раньше подключаться к кому бы то ни было просто так, не выуживая информацию. Оказалось – это забавно. Это было новым, хотя когда-то казалось – ничто не может меня удивить.

Они остановились на парковке базы отдыха, после чего Ксаир заглушил двигатель.

– И что теперь? – спросила Диара.

– Через полчаса заканчивается его смена.

– Ты предлагаешь его выкрасть посреди бела дня?

– А ты что предлагаешь? – нахмурился Ксаир.

– Она передумала его убивать. Предлагает проследить за ним, – мои слова отразили надежды девушки, но услышал их лишь Ксаир.

Мужчина гневно посмотрел на нас по очереди.

– У нас был план, помнишь? – сказал он.

Девушка прикусила губу и добавила в голос строгости:

– Предлагаю разделиться. Он пойдет в том направлении – с другой стороны тупик. Могу подождать вон там в подворотне, а ты жди в машине.

– Идея разделиться мне нравится, – кивнул Ксаир.

– Девушка милосердна, – снова пришлось вмешаться мне, – убьет его только в случае нужды, как бы не отпустила…

Ксаир покосился на меня и продолжил:

– Но лучше я подожду в подворотне, а ты у входа. На случай, если он на машине.

– А если он меня заметит? – нахмурилась девушка, – он знает наши лица. Если он уйдет – все будут знать, что мы живы…

– Потому любым способом не дай ему уйти, – строго сказал Ксаир и протянул пистолет.

– У меня есть, – отказалась девушка, сверкая глазами.

– Тогда мы готовы.

Они вместе вышли из машины и разошлись в разные стороны.

– Любым способом, – бубнила Диара. – обычно говорят просто «убей». Ох, Парут, в следующий раз тебе придется меня выслушать.

Было забавно наблюдать за внутренними метаниями девушки. У нее была сложная система моральных принципов, которые она четко зафиксировала в своем сознании, при этом, с образом ее жизни, постоянно приходилось нарушать их, отчего страдания ощущались ею почти физически.

– Ты куда лезешь? – процедил Ксаир еле слышно.

Он шел вперед по улице, глядя в пол, и обращался исключительно ко мне.

– Ты мне столько слов последний раз сказал только несколько лет назад, – вырвалось у меня.

– Зато ты не затыкаешься.

– Мне приходится подстраиваться под обстоятельства.

Ксаир остановился в переулке, выглядывая и наблюдая за напарницей. Девушка собрала волосы в кепку и накинула капюшон от безразмерной кофты. Карман темных штанов вместил пистолет.

– Диара не самый обычный наемник, – мною снова был продолжен диалог.

– Да, трудно не заметить, – ответил мужчина, – я бы сказал необычный. А если точнее – с чудинкой.

– Ты никогда не умел шутить.

– А тебя никто не спрашивал, – взъелся мужчина, – не мешай.

– Я вообще не вмешиваюсь.

– А зря! Ты же призрак. Мог бы сходить проверить как там этот тип. Его мысли, кому он нас сдал.

– Это мне неинтересно.

– Слушай, чего ты здесь тогда ошиваешься, а? – спросил мой нервный друг.

– Мне скучно в одиночестве.

– А я тебе клоун что ли?

Ксаир перевел взгляд куда-то за меня. Двери базы открылись и с территории вышел щуплый невысокий мужчина. Он был одет в старый поношенный спортивный костюм и насвистывал себе что-то под нос. Еще не ведая, что жизнь его стремиться к завершению. Плотник начал елозить в затертых карманах, подходя к старенькому, видавшему виды автомобилю, покрытому пятнами ржавчины. Со спины к нему подошла Диара. Обращая на себя внимание, она прильнула к нему и что-то шепнула на ухо, после чего пробежалась руками по карманам. Мужчина стоял, не шелохнувшись, позволяя девушке достать ключи от машины. Но, стоило Диаре слегка отодвинуться, плотник задергался и рванул вбок, пытаясь уйти от нее. Даже с такого расстояния было видно как девушка закатила глаза и глубоко вдохнула, после чего в два прыжка нагнала парня и схватила за шкирку. Тот развернулся и попытался ударить Диару, но она, конечно, увернулась, пригнувшись. Затем она выгнулась как кошка и выбросила ногу вперед, заставив парня потерять равновесие. Тот качнулся и спиной влетел в машину.

– Она сейчас весь квартал поднимет на уши, – буркнул Ксаир.

Диара подошла к плотнику, тот выкинул руку вперед, которую она перехватила и вывернула, тем самым заставляя парня подчиниться и сделать шаг навстречу. Развернув и ткнув его лицом в машину, девушка опять что-то тихо сказала.

– Что за варварство? – возмутился мужчина рядом со мной, – никакой техники. Ее вообще учили драться?

– Ты так и будешь наблюдать?

Посмотрев по сторонам, девушка не увидела командира и потянулась к своей шее, придерживая парня одной рукой. Другой рукой она вытащила из толстовки шнурки и ими связала мужчине запястья за спиной. Потом прошла вместе с ним к его машине и, запихнув на сиденье, завела мотор и медленно поехала в нашу сторону.

Остановившись рядом с подворотней, Диара открыла дверь, пропуская командира.

– Ты в этой операции для галочки? – спросила она.

– Надо было оставить ее у дерева, может, и общаться научилась бы, – мне сложно было промолчать.

– Потише вести себя нельзя было? – парировал Ксаир, игнорируя меня.

– Куда? – спросила девушка.

– Эй–эй, ребята, – начал пленник, осматривая своих конвоиров, – что за дела?

– Что он там бормочет? – спросила Диара. Ей не ведом был местный язык.

– Здоровается.

– Вы меня с кем-то спутали, – продолжал парень, бегая глазами, – я вас не знаю.

– Разве? – спросил Ксаир, глядя на него в упор.

Мужчина заерзал и занервничал, явно признавая похитителей. Зрачки его расширились от страха, а на висках выступил пот, вызванный учащенным пульсом. На моем пути часто встречались такие типы. Бесхарактерные, готовые продать кого угодно, чтобы их не трогали.

– Не переборщите с ним, – не обошлось без моего совета, – а то он помрет прежде, чем вы что-то узнаете.

– Сам бы рассказал все, – не выдержал Ксаир, разозлившись.

– Я вам все скажу, – пролепетал плотник, но, опомнившись, решил возмутиться: – я ничего не сделал. Кто вы такие, мать вашу?

– Я так понимаю, он сильно рад нас видеть? – уточнила Диара.

– Типа того.

Машина выезжала на трассу.

– Давай в лес, – махнул Ксаир в сторону гущи.

– Лес? – дернулся парень, следя за дорогой. – Не надо, я совершенно не причем. Вы меня с кем-то путаете. Я вас не видел…

Девушка оторвалась от руля и, мимолетно оглядев пространство, врезала плотнику в челюсть свободной рукой, заставляя его на время заткнуться.

– Приветствие затянулось, – добавила она, пожав плечами.

Проехав в чащу подальше от дороги, наемники остановились и вышли из машины.

Связанный парень, еще не очнувшись, переживал последние минуты спокойствия, лежа на сидении.

– Куда? – снова уточнила девушка у командира.

Ксаир вытащил из багажника сумку и пошел вперед, указав направление.

– Мне его тащить что ли? – сказала Диара ему в спину.

И не дожидаясь ответа, впрочем, которого не последовало, она развернулась к пленному и, схватив за связанные руки, рванула на себя, выталкивая из машины. Тот вылетел на землю и пришел в себя.

– Раз ты проснулся – потопали.

Мужчина затравленно озирался по сторонам, пытаясь понять куда попал.

– Иди, – толкнула его Диара, кивнув вперед.

Но встать ему было тяжело от связанных за спиной рук, тогда девушка помогла ему, подняв за шкирку, как котенка.

– Отпусти, я не причем, – повторял плотник.

– Что ты тут лепечешь? Я все равно тебя не понимаю, – подталкивая его в спину, сказала Диара и крикнула вперед: – Ксаир, допрос вести тебе.

– Догадался уже, – донесся голос из кустов.

Они зашли в дебри, спрятавшись от звуков трассы. Здесь, в глуши, Диара связала парню ноги веревкой, заботливо переданной командиром и подвесила плотника на ветке многовекового дерева. Ксаир тем временем залез в недра сумки и достал железный предмет с буквой «У» на конце. Это клеймо принадлежало гильдии и оставляло знак на неугодных или выжигалось посмертно на теле предателей или отступников в назидание другим. Попутно мужчина собирал хворост.

– Эй, ребята, – занервничал подвешенный, – вы зачем достали эту штуку?

– Шашлык делать будем, – ответил Ксаир.

– Может, просто выбьешь информацию и прикончим его? – спросила Диара, – зачем его мучить?

– Как много лиц у милосердия, – мне было сложно удержаться от комментария, – зачем мучить, когда можно убить?

– Иди ветки собери, – ответил Ксаир, обращаясь толи к напарнице, толи ко мне.

А сам принялся доставать разные предметы пыток, не забывая сообщать пленному об их назначении.

– Существует много способов заставить человека говорить, – рассматривая скальпель, сказал командир отряда и отложил его в сторону, – но в твоем случае я решил использовать знакомые тебе вещи. Например, стамеску можно доточить до такой степени, что она может резать не хуже скальпеля.

– Я не понимаю о чем ты, – плотник завертелся на веревке как гусеница.

Ксаир решил объяснить – расстегнув кофту узнику, он нанес несколько порезов на теле мужчины. Диара, принесшая ветки, скривилась и, сбросив груз, подошла к подвешенному, после чего ножом отрезала часть кофты и запихнула ему в рот.

– И как он будет отвечать? – отрываясь от дела, поинтересовался мужчина.

– Передай, чтобы выплюнул, когда будет готов говорить, – ответила девушка и принялась разжигать костер, окуная в него клеймо.

Реакция девушки меня забавляла. Диара отчаянно строила из себя кремень, тогда как мне было видно, что она не в силах слышать крики мучавшегося мужчины. Тем не менее она осознавала необходимость происходящего и мысленно подгоняла время, чтобы закончить с этим.

Пленнику понадобилось четыре пореза, чтобы осознать серьезность чужих намерений. Он в очередной раз дернулся и неудачно наколол себя на пятый удар, вызвавший взвыв острой боли от глубокого пореза, из которого хлынула кровь.

– Он истечет кровью прежде, чем ответит тебе, – попеняла Диара.

Она схватила строительный степлер и подошла к мужчине, прижимая его к плотнику и спуская курок, штопая кровавую рану скобами.

– Убери ее от меня, – заорал тот, выплевывая все изо рта и извиваясь, стараясь отпрянуть от девушки, – что тебе надо узнать?

– Мы только начали, – поразился командир, – кому ты нас сдал?

– Ребята, – заныл пленный, – я никому не сдавал вас, да меня и не спрашивал никто.

– Может, пусть Диара задает вопросы? – услышал меня Ксаир, – кажется, ее он больше боится.

Вместо ответа он треснул подвешенного, подсказывая, что нужны только правдивые ответы. Тот проникся и попытался согнуться пополам, но, потерпев неудачу, быстро заговорил:

– Ко мне пришли какие-то люди и спрашивали, есть ли подозрительные лица. Но я не знал зачем они вас искали и даже не знаю кто это.

– Когда они приходили?

– В тот день, когда на вас напали, когда вы с тем мужиком уезжали.

Ксаир достал подготовленное клеймо и заткнул рот пленнику, на этот раз самостоятельно, и приставил раскаленное железо к животу. Приглушенные крики озарили лес.

– Вранье наказуемо, – убирая клеймо, произнес Ксаир и вытащил импровизированный кляп, – в тот день нас еще не могли искать – мы нигде не светились.

– Значит вас все-таки вычислили, – отпирался плотник.

– Тогда вычислили бы всех пятерых. Эй, рыжая, как считаешь? Мне кажется здесь оно не смотрится? Может, срезать? – доставая рубанок, спросил Ксаир.

– Ты ничего не перепутал? – ответила она.

Он говорил на родном для пленника языка и Диара его не понимала, иначе ответ был бы несколько иной. Но на узника он подействовал, заставляя мысленно прочувствовать всю боль и открыться.

– Хорошо, хорошо! Я все скажу, – он зажмурился.

В его мыслях отчетливо отслеживался поиск новой лжи. Но еще отголоски того, что я ненавижу в людях. Сейчас парень находился на грани смерти – от криков скобы из раны вылезли и кровь снова стекала равномерным потоком. Чувство приближающейся гибели, тем не менее, не заставило его раскаяться. В его голове было много информации о том, как он сдавал себе подобных, обрекая их на гибель. Но, в отличие от Диары, он не ощущал вину, а только высматривал наживу. Где-то в глубине души он сам ненавидел себя за это.

– Патологический подонок, – был вынесен мною вердикт.

– Твой любимый тип, – ответил Ксаир, косясь на Диару.

Та отошла подальше и слушала музыку на телефоне, поглядывая в сторону пленника. Она пыталась мысленно уйти отсюда.

– Пусти его на грань, – мне не терпелась встреча.

Дело в том, что перед смертью каждый человек попадает в переходное состояние, которое зависит от того, на что обрекает себя сам умирающий. Обычно те, кто раскаивается и кается самому себе, чувствуют легкость и видят ангела, пришедшего простить и проводить в новый прекрасный мир. Другие же знают все свои грехи, но тщательно их скрывают даже от внутреннего я, но в момент умерщвления, они вспоминают их и тонут в чувстве вины, такие обычно видят смерть с косой и боятся до дрожи. В общем, все зависит от эмоций, испытываемых человеком к самому себе на момент гибели.

– С тобой хочет познакомиться призрак, – схватив за волосы узника, тихо сказал Ксаир ему в ухо и вонзил стамеску в тело.

Под крики пленника его сознание раскрывалось и впускало меня к себе, откуда мною выуживалась беспечная жизнь негодяя, не чурающегося многих вещей. Осталось только напомнить ему об этом.

Для начала был устроен показ нескольких видоизмененных историй окончания жизни людей, которых предал этот тип. Только вместо его жертв, плотник умирал сам от рук тех, кого предал. Прием банальный, но всегда действенный. Чувство вины начинало жечь его. Теперь стоит добавить порцию страха. Огонь числился первым в его списке.

Залезая в голову, мною немного были изменены происходящие пытки. В этом состоянии люди мало понимают, когда заканчивается реальность.

Сейчас пленник чувствовал как Диара подносит к нему клеймо и жутко ухмыляется. А после того как раскаленное железо, приносящее адскую боль, отсоединилось от тела, оттиск стал разгораться, распространяясь по всему телу и окутывая мужчину.

Диара в сознании плотника пнула костер и искры от него, падая на землю, начали разгораться. Языки пламени закружили в бешенном танце, поглощая все живое, добираясь до дерева, на котором находился плотник и перекидываясь на веревку. В своем мысленном аду мужчина упал, чувствуя как огонь сжигает его изнутри, но снаружи его также окутывает пламя, затмевая все вокруг. Он изо всех сил зажмурился, но от треска пламени стало еще страшнее.

Теперь можно добавить щепотку отчаяния. Открыв глаза, он увидел пепел, спадающий на него. Мелкие хлопья увеличивались в размерах и заполонили собой все пространство вокруг него. Постепенно земля начала расступаться под пленным, засасывая в свои недра и укрывая ошметками золы.

Оказалось, что это уже был перебор – сознание мужчины начало сходить с ума, пытаясь ускользнуть от агонии. Последние его крохи дали необходимую информацию, которая была передана Ксаиру:

– Группа недругов гильдии отслеживала активность в каньоне. Кто они такие он до конца не знает. Сам был повязан с ними из-за компромата. Стукачей у них много, а распространяться о своей деятельности нет смысла. Мужчина услышал ваши приметы и сопоставил – уж очень колоритная вы компания.

– Что-то не помню, чтобы ты раньше мне помогал, – сказал Ксаир.

– Хочешь – узнавай все сам.

Мужчина посмотрел на кричащего и извивающегося узника, который не собирался затыкаться.

– Не думаю, что смогу узнать больше теперь, – скривился командир отряда. – Большое за это спасибо.

– Обращайся.

Раздался выстрел. В руке Диары еще дымился пистолет, который прекратил страдания плотника.

– Что ты сделала? – рявкнул Ксаир.

– Ты видел его лицо? Я сумасшедших знаю и вид у них именно такой.

– В зеркале каждый день видишь?

– Ты успел собрать информацию? – спросил она.

– Это нужно было узнавать до, – прищурился Ксаир.

– Я повторяю – он свихнулся, – указывая на покачивающееся тело, заявила девушка, – он бы уже ничего не сказал.

– А она знает толк, – мне захотелось поддержать девушку. Это было очень странное чувство.

– Ладно, все уже, – махнул Ксаир рукой, кажется обращаясь сразу к двоим, – пора собрать манатки и валить отсюда.

– А что делать с ним? Думаешь его убийство не свяжут с нами?

– Я оставил метку гильдии. Все решат, что его убили за стукачество.

Девушка осмотрела тело плотника и порылась в карманах, но интересного ничего не нашла. После этого они собрали вещи и отправились в дорогу. В ближайшее время мои услуги им не понадобятся, а значит, что наши пути временно расходятся, следовательно, пора проведать еще одного…

С ним мне не хотелось пока знакомиться напрямую и наблюдать приходилось лишь со стороны. Так же, как и Ксаир с Диарой, он был гильдийцем и вечно вляпывался в переделки. Но смерть его обходила стороной, пожиная плоды окружающими.

Сейчас мужчина лежал привязанным к белой медицинской кровати в небольшой закрытой, ярко-освещенной комнате, оснащенной видеокамерами и огромным стеклом в пол. Судя по виду – абсолютно не пробиваемому.

Хотя меры предосторожности казались лишними – вряд ли человек был сейчас способен на что-либо. Больше всего он был похож на игольницу, в которую были воткнуты множество различных препаратов. По надписям некоторые из них поддерживали его беспамятное состояние, а другие жизнеобеспечение. Видимо, с момента попадания сюда, в сознании ему находиться не приходилось.

Очевидно, какой-то яркий момент его жизни был мною упущен. Не терпелось узнать что же именно, поэтому, пришлось слегка покопаться в мыслях мужчины, отодвигая его разум в сторону в поисках нужного.

Передо мной предстала картинка. Скажем, не самая красочная. Несмотря на окружающую горную зеленую чащу вдалеке, равнина, на которой мне пришлось очутиться, представляла собой пепелище. Ближайшие к некогда цветущей поляне деревья со стороны холмов представляли собой обугленные головешки. На обширной лужайке виднелись лишь выжженные остатки растений, зияя черной дырой, поглотившей участок зеленой роскоши.

Судя по оставшимся в целости природным ресурсам за пределами этой полянки, огонь был разожжен целенаправленно и потушен сразу после необходимого сожжения. А, учитывая ослабленный запах гари, пожар возник не меньше недели назад.

Сейчас интересующий меня объект располагался прямо за головешками, а рядом с ним находились остатки цветов, которые когда-то выросли рядом с теперь уже сгоревшей поляной. Подтягивая раненую ногу к себе, человек полусидел, испытывая сильную слабость от большой кровопотери. Вокруг него лежали тела мертвых товарищей. Глаза его были прикрыты, но он отчаянно боролся с уходом в небытие. Послышались голоса и мужчина собирался с силами, готовясь к последнему сопротивлению, пододвигаясь к стволу сгоревшего дерева.

Его окружили несколько человек с автоматами.

– Ты как выжил, парень? – спросил один из них.

– Да ты глянь, – указал на раненого другой, – он, считай, труп, можно было и не возвращаться.

– Всех проверили? – послышался голос подходящего мужчины, заставивший остальных напрячься.

– Кроме этого все мертвы, – ответила девушка, поднимая пулемет, – сейчас исправим.

– Отбой! – рявкнул подошедший, приглядываясь к окружающим цветам, – не стрелять!

Как видно, он был за главного. Раненый тем временем посмотрел вниз. В том месте, куда он подтянулся, находилось несколько раскрывшихся бутонов, которые сияли переливами небесного света. Мужчина дернул рукой, чтобы отпрянуть от неизвестности. При поднятии его руки искры встрепенулись, следуя за ее траекторией, а затем скользнули дальше, врезаясь в одного из врагов и подбрасывая его в воздух.

Мужчина ошарашено посмотрел на свою руку, поражаясь происходящему.

– Взять живым, – провозгласил командир.

Раненый, быстро сообразив что дало ему мощь, снова протянул руку к цветку и пытался втянуть его энергию. Однако один из нападавших отбил ладонь ногой, а второй из них сам начал впитывать искры иншиса, после чего направил руку на лежащего перед ним человека. С пальцев вырвался вихрь, который окутал объект моих наблюдений и поднял над землей на несколько метров. После того, как рука была опущена, пленный упал на землю с хриплым стоном.

– Я же сказал – живым, – недовольно отчитал его командир, после чего ослабил ворот тяжелого жилета и провел по шее.

Рука скользнула по татуировке с символами, обозначающими принадлежность к клану тех, кто знает о тонкостях вселенной Моршарха.

– Он живой – просто без чувств, – ответил маг Воздуха.

– Отлично, – одобрил главный, – его нужно отвезти в лабораторию. Удачно все сложилось.

Далее мне было не интересно. Что ж, вот как развлекался мужчина, стоило мне отвернуться. Как видно, очнуться с того дня ему так и не удалось…

Глава 5

Мы ехали обратно в отель. Я даже не подумала о возможном речевом барьере в ходе допроса пленного. Теперь можно было лишь довольствоваться рассказами Ксаира. Да, после моего сидения у дерева командир общался со мной на равных и придраться было не к чему. Тем более уверена, что он не будет утаивать нужную для дела информацию. Но неприятный осадок остался, заставляя относится к нему настороженно.

– О чем задумалась? – вытащил меня мужчина из мыслей.

– О вечном, – отозвалась я.

– Ты хорошо потрудилась.

– Я упустила момент, когда ты стукнулся?

– Перестань, – добродушно отмахнулся он, косясь на меня и не забывая следить за дорогой, – мы в команде. Но тебе надо поработать над техникой.

– У нас есть новости, о которых я ничего не знаю?

Ксаир отрицательно покачал головой.

– Кстати, стоит узнать.

Сказав это, он достал телефон и создал конференцию, поставив нас на громкую связь, паркуясь на обочине, чтобы сосредоточиться на разговоре.

– Кто начнет? – спросила я.

Командир решил начать первым и поведал о наших достижениях.

– Будем считать – есть продвижение, а это хорошие новости, – добавил он.

– И чем же они хороши? – уточнил Раус.

– Любые новости – уже неплохо, учитывая, что до этого их вообще не могли раздобыть, – сказала я.

– То есть мы столкнулись с неким альянсом, настроенным против гильдии? – уточнил Тортн.

– Как будто таких мало, – фыркнул Раус, – тоже мне новость.

– Но лишь они выступили так нагло, – заметил Ксаир.

– И что вам там в этом нравится? – спросил Тортн, – судя по вашей истории у альянса есть стукачи как минимум на всем полуострове, у них новейшие технологии, которые принадлежат гильдии. И что-то, возможно, совершенно новое, учитывая, что им понадобился никому не нужный каптолит.

– Не то, что нравится, – пожал я плечами.

– Заметьте, – добавил Ксаир, – выступают они все-таки закрыто – значит, технологии не дают нужной мощи, а численность несравнимо меньше. Да и разработки, выходит, в стадии проекта, иначе нас уже зацепило бы. А любые разработки ведут в известное место. Других лабораторий здесь попросту нет.

– Да ты оптимист! – поразилась Симбер.

– Не совсем, – парировал Ксаир, – но, получается, что мы на верном пути и НИИ, так или иначе, замешан в деле.

– Мы и так это знали. – я посмотрела в окно и задумалась. – А если кто-то открыл подпольную лабораторию?

– Не исключаю такой возможности, – со вздохом ответил Ксаир.

– Для этого нужны связи, а они вновь возвращают нас к НИИ, – ответил Тортн, – покупка нужной аппаратуры может стать проблемой, да и отслеживается.

– То есть мы бы знали об этом, – добавила я.

– Ну, радует, что дело не касается рук своих же, – сказал Раус.

– Какие новости из лаборатории? – спросил Ксаир.

– Ты знаешь, – не уверенно начала Симбер, – мы попробовали найти что-нибудь про новые дымовые шашки…

– Но? – подгонял Ксаир, поняв, что девушка не торопится с ответом.

– Как я понял, – продолжил Тортн, – партия была украдена, а вот один сотрудник, чья смена была в тот день, на работе больше не появлялся.

– Это интересно, – тихо сказала я.

– Вышли нам потом его данные, – отдал приказ Ксаир.

– Есть еще что-то странное? – спросила я, чтобы поддержать разговор.

– Да нет, – ответила Симбер, – здесь постоянно все ноют, не представляю как они живут на такую зарплату, совершенно не удивительно почему тут такая текучка.

– Это не странное, – усмехнулась я, – это жизнь. Хотя, мне казалось, эксперты получают неплохие деньги.

– Не знаю, предыдущий уволился как раз из-за их отсутствия, – сказала Симбер.

Что-то меня насторожило, и, видимо, не только меня одну, потому то Раус спросил:

– А где он сейчас?

– Я не знаю, но могу узнать.

– Отлично, – подытожил Ксаир, – Тортн, направь нам имя исчезнувшего сотрудника, а ты, Симбер, узнай имя эксперта. Раус, у тебя есть что?

– В основном жалобы на соседей. Слишком мало времени и ни одной зацепки. Сегодня хочу отправиться в местный бар, может там что удастся узнать.

– То есть у всех есть чем заняться. Вперед, – напутствовал командир, после чего завел мотор и направил машину к отелю.

Мы разошлись по номерам, но стоило мне расслабиться в ванной, как поступил звонок. Командир приглашал меня в номер, уточнив будет ли мне это удобно. Видимо, в подворотне он все-таки стукнулся обо что-то. Так или иначе, раз у командира были вопросы, перечить ему я не стала – голова была забита совершенно другим.

По приходу оказалось, что Ксаир заказал ужин в номер, вновь угощая.

– Я вполне могу позволить себе еду, – заметила я.

– Я думаю, нам есть что обсудить, – сказал он, улыбнувшись, – как считаешь?

– Ты у нас командир.

– Слушай, перестань пытаться меня вывести из себя.

– Это выходит само собой, – пожала я плечами, – то что у тебя сегодня хорошее настроение не значит, что завтра я не окажусь снова где-то связанной.

Мужчина недовольно скривился, после чего предложил сок.

– Апельсиновый? – удивилась я.

– Ты все время пьешь эту гадость. – сам он отхлебнул что-то более терпкое, – не так часто попадаются напарники, жалеющие врагов.

По телу растеклась неприятная волна. Мне не хотелось открываться перед Ксаиром – он не заслужил мое доверие. Вряд ли ему по силам понять то, что я чувствую.

– Мне не нравится убивать людей, – сказал он, – и тем более их мучить.

– Сколько ты в гильдии?

– Порой мне кажется, что всю свою жизнь. Около двадцати лет я выполняю задания.

Удивление отразилось на моем лице – мне казалось он младше. Сейчас я приглядывалась к мужчине, но возраст ничем не выдавался – лишь вокруг глаз были несколько складок, которые мелкими лучиками стремились к вискам. Но видно их было редко – только когда он улыбался.

– Я знаю, что выгляжу моложе своих лет.

– Не суть. Это солидный стаж.

– Я помню каждого убитого человека. Думаю, как и ты. Не верь, что со временем это проходит.

Я не хотела спрашивать как много их было, боясь услышать ответ. А еще не хотела сравнивать и пытаться прикинуть сколько будет у меня через столько лет.

– Почему не ушел? Раз это так угнетает тебя.

– Это все, что я умею, – криво усмехнулся Ксаир. – Давай выпьем за новую жертву в нашем списке.

Мы какое-то время посидели молча, задумавшись каждый о своем. Ксаир удивил меня сегодня.

– Я не знаю что тебя держит здесь, но не оставайся в гильдии, – сказал мужчина позже, – еще это появление альянса. Грядут перемены.

Я все больше помалкивала, попивая сок, но перед выходом не смогла удержаться:

– Оказывается, что ты не такой уж бездушный болван.

На удивление он громко по-мальчишески засмеялся, заставив меня улыбнуться в ответ.

В номере я завалилась на кровать. Гнетущих мыслей не было, что удивляло – день был паршивый, но зацикливаться на этом не было никакого желания.

Так, не заметно для себя, я и уснула. Разбудил меня снова шелест, который не поддавался объяснению. Не в силах игнорировать его, я подошла к окну, отодвигая шторы. За стеклом снова пробивались лучи, обозначая новый день. А шелест манил, раздаваясь со стороны островов. Так и подмывало бросить все и направиться на звук, но задание превыше всего.

Приняв душ и переодевшись, я поднялась на четвертый этаж и долго колотила дверь, пока она не отворилась, озаряя помятое лицо Ксаира.

– Который час? – спросил он, щурясь.

– Время вставать.

– Я сейчас спущусь, подожди меня, пожалуйста, внизу.

Его вежливость застала меня врасплох, позволяя двери захлопнуться до того, как я опомнилась. Спустившись в бар, заказала с собой два кофе и булочек, таких же, что мы отведали в кафе на базе отдыха. Завтрак не повредит. Неизвестно сколько мы будем сегодня шастать. Еще бы знать где.

Через минут десять сообщение оповестило, что меня ждут у машины. Забирая нехитрый перекус с собой, я направилась на встречу к командиру. Вид он имел лучше, правда, несмотря на то, что временный босс освежился, щетина, влажные взъерошенные волосы и помятость намекали на спешку в сборах. Хотя некая небрежность даже добавляла ему человечности, напоминая, что все мы не идеальны.

– Почему ты так на меня смотришь? – свел он брови.

– Это называется одобрение, – усмехнулась я, – давай позавтракаем?

– О, кофе – это то, что нужно! – похвалил он.

Во время завтрака Ксаир позвонил в гильдию по запросу о пропавшем из отдела разработок. Им оказался Родж Трейпин. Рядовой химик, ничего выдающегося. В НИИ проработал около трех лет, где никак особо не проявил себя, хотя и славился своей исполнительностью. Помимо этого отмечали его педантичность, пунктуальность и преданность институту.

На третий день после пропажи Роджа коллеги забили тревогу и даже направили одного из сослуживцев проверить квартиру. Но того ждала лишь закрытая дверь. Сейчас Трейпин считается без вести пропавшим, дело объявили висяком в силу общей картины. Квартиру Родж снимал в неблагополучном районе, в котором орудовала банда грабителей. И хоть сказать о том, что пропало никто не мог в силу того, что химик жил один, дело протекает вяло и причисляется к известным домушникам.

– Стоит наведаться в квартиру, – допивая бодрящий напиток, сказал Ксаир.

Дом, в котором жил Родж, находился в районе на отшибе города. О его неблагополучии можно было и не говорить – разбитые окна киосков, разновозрастные кучки подростков, снующих по переулкам и рассматривающие нас исподлобья, куча помоев на дороге и общая обшарпанность строений красочно олицетворяли действительность. На некоторых домах присутствовали закрытые ставни, виднелись окна, попусту забитые деревяшками и изрисованные из баллончика.

– Как мило, – высказалась я, – их всех можно собрать и толпой в новобранцы гильдии, хоть денег бы заработали.

– Ты предвзята, – ответил Ксаир, но, кажется, сам себе не верил.

Мы припарковались у одного из многоэтажных строений наподобие общежития и вышли из машины.

Раздался голос из ближайшей подворотни, откуда возник лохматый представитель человека, проживающего на улице. Пальто на нем явно с чужого плеча, было грязным и слишком теплым, но я слышала, что бездомные всегда надевают все вещи, что у них есть, дабы их не украли.

Ксаир ответил что-то вполне доброжелательно.

– Переживает о наших колесах, говорит – места тут не спокойные, – перевел мне командир и ответил тому, усмехнувшись на непонятном языке. Правда я смогла распознать слово: «Сколько?», после чего Ксаир достал кошелек.

Мужичок подошел, оживляясь, и что-то сказал.

– И много он наглядит? – уточнила я.

Бродяга что-то пролепетал и командир отсчитал пару купюр. А потом перевел мне:

– Я сказал, что если машина будет в целости – получит еще, так что страж у нас, считай, есть, можно не переживать.

Мы развернулись и вошли в обтрепанный подъезд. О консьерже здесь, скорее всего, и не слышали, поэтому направившись прямиком к лестнице, стали осуществлять подъем. Тусклый свет, чудом уцелевших лампочек, освещал потрескавшуюся краску и веселенькие надписи, рассказывающие о людях, некогда живших тут.

– Думаешь, уследит? – спросила я, нарушая тишину.

– Мужик проворный и вряд ли дурак, раз еще жив. – шагая по ступеням, ответил напарник. – Знает, что деньги легче получить задарма, чем искать кому впарить колеса.

– Тебе видней, – согласилась я, потому что сама в психологии бродяг была не сильна.

– Нам сюда, – сказал Ксаир, указывая на дверь.

Она была опечатана. Командир сорвал наклейку и наклонился, чтобы обследовать замок, после чего достал набор отмычек. Он провозился не больше минуты, и затем я смогла услышать щелчок, обозначающий, что препятствий ко входу больше нет.

После грязного тусклого и ободранного коридора скромная аккуратная мебель и милые обои в цветочек казались чуть ли не верхом эстетики. Вид портили разбросанные повсюду вещи.

На диване валялись книги, выкинутые со стоявшего напротив открытого серванта. На полу лежали, разбившиеся при падении, шкатулки с мелочевкой и перевернутые коробочки, из которых проглядывали разные предметы, начиная от сувениров и заканчивая канцелярскими товарами.

Я прошла и открыла шкаф – одна из створок была не тронута, полки на ней сохранили порядок, но из другого отсека на пол выкинули всю одежду. На кухне были открыты все створки и даже банки, содержащие сыпучие продукты. Осмотрев помещение, Ксаир скривился.

– Что скажешь?

– Постановка, – ответила я, – будь это грабители, бардак был бы покруче.

– Уверена?

– Шкаф осмотрели не полностью – некоторые полки даже не открывались. Коробки и шкатулки скинули, не потрудившись предварительно осмотреть. А содержимое банок могли бы хоть высыпать на пол, а не просто открыть.

– Согласен, если здесь что-то и искали, то слишком уж безалаберно.

– Значит – это не ограбление.

– Соседей хочешь опросить?

– Если уж полиция ничего не узнала, куда уж мне? – удивилась я, – их даже пытать нельзя.

Ксаир усмехнулся.

– Им могли не сказать, потому что они стражи порядка.

– Хорошо, допрос снова на тебе – я их все еще не понимаю. – улыбнулась я.

– Надо тебе словарь подарить, – недовольно сказал Ксаир, выходя из комнаты.

Мы прошли по соседям, что находились рядом, а также выше и ниже этажом. Потратили при этом несколько часов, но нового нам так и не сказали – никто ничего не видел и не слышал. В основном все пребывали в недоумении и расстройствах – Родж был тихий и хороший. Соседи сокрушались о его пропаже и гадали – каким будет тот, кого подселят вместо него.

В общем, так ничего и не узнав мы выходили из подъезда, где рядом с автомобилем нас ждал бродяга.

Он сказал что-то, довольно улыбаясь. Ксаир отсчитал еще несколько купюр и отдал мужику.

– Слушай, – вклинилась я, – а спроси, хочет ли он еще?

Командир посмотрел на меня, сначала не понимая, но уже через секунду понял что я имею ввиду и приступил к вопросам, переводя мне их разговор.

– Недавно в этом доме пропал человек. Найдешь того, кто что-то об этом знает – получишь еще. Может кто что странное видел.

– А что у него странного может быть? Я живу здесь, за углом. – указал мужик в подворотню, – каждый день его видел. Выйдет с утра пораньше и вернется, считай, ночью.

– Может, кого видел с ним? Друзей или недругов, – Ксаир достал бумажку и повертел в пальцах.

– Было дело, – оживился бездомный, – уезжал он как-то раз с друзьями. Машина подъехала. У нас нечасто здесь они ездят – дом-то тупиковый, а у своих тачек нет. Вот я и вышел поглядеть. Этот интеллигент идет в стельку пьяный. Самого ноги не держат – его товарищи поддерживали.

– И куда ж они пошли? – спросил Ксаир.

– Да не мог он идти, говорю ж. Они прям из подъезда с друзьями в машину сели и укатили.

– И давно это было? – отдавая одну бумажку и доставая другую, спросил командир.

– На прошлой неделе, в начале. Точнее не скажу.

– А товарищи эти как выглядели?

– Да как? Крепкие такие мужички, ничего особенного.

Ксаир начал убирать деньги.

– А, так это, – облизнув губы, сказал бродяга, – на шее сбоку у него какие-то иероглифы были.

– Уже не плохо, – ответил командир, рассчитавшись, после чего распрощался с бездомным, и мы, сев в машину, выехали из этого района.

И что нам дает этот день? Да особо ничего. Вчера мы убили плотника, чтобы узнать то, что есть целая группировка, которая не испугалась выступить против гильдии, пусть даже закрыто. Такого не было со времен ее создания.

С тех пор как появилась первая крепость, сила наших предшественников только разрасталась. Пока власти опомнились, Уриш собрал достаточно соратников, желающих прибрать все к рукам, а позднее превратил свой замок в неприступную цитадель. Говорят, он обладал невиданной мощью и проворством, врагов не оставлял в живых, а предатели годами мучились в его темницах, моля о пощаде. Потом они со сподвижниками соорудили гильдию наемников и стали перебрасывать ее филиалы по разным участкам земли. Еще никто не бросал вызов созданной системе Уриша.

Так вот, со слов плотника, готовится переворот. И выступают в этом деле люди, связанные с НИИ, потому что шашки были созданы именно там. Родж был в отделе разработки этих штуковин и, скорее всего, его вынудили поделиться. А чтобы он не смог рассказать об этом – убрали, инсценировав ограбление.

Мы вновь вернулись в комнату 420, которая являлась нашим залом переговоров в этом задании. Я сидела прямо на полу, прислонившись к стене, глядя на океан, Ксаир также обдумывал что-то, периодически сдвигая брови.

– Как думаешь, много в этом городе крепких мужчин с иероглифом на шее? – поинтересовался Ксаир.

– Думаю, слишком. Пока мы найдем нужного – от нас ничего не останется.

– Я тоже так думаю. Надо узнать что там со вторым, – доставая телефон, сказал начальник.

Дождавшись, пока все будут на линии, командир вкратце описал нестыковки ограбления и рассказал о похитителях, не забыв упомянуть о татуировке.

– Выходит, что пока тупик, – сказал Раус, – у меня тоже тишина. Вчера поболтался в местном заведении. Новеньких в городе не появлялось. Заброшенных и пустующих домов тоже нет. Значит, по-любому, замешан кто-то из самих жителей Хиврана.

– Логично, – сказал Ксаир, – а есть кто связанный с НИИ?

– Городок небольшой, но узнать про всех я пока не смог, – донесся из трубки недовольный голос Рауса, – большинство работает здесь же. Тех, кто работает вне городка можно по пальцам пересчитать: парочка дальнобойщиков, гид по каньону, несколько менеджеров средней руки, врач, да риелтор.

– А что там с гидом? – спросила я.

Судя по лицу Ксаира то, что я задаю вопросы ему не нравится, но он промолчал.

– Я первым делом ее проверил – там все чисто, – ответ намекал на то, что мои вопросы звучат, как оскорбление, – их семья уехала отдыхать неделю назад, еще не вернулись.

– Попробуй покопать еще, – Ксаир задумался и обратился к парочке новоявленных химиков: – А у вас что?

– Да пока все тоже тихо, – ответил Тортн, – мы надеялись вы проясните ситуацию.

– Что там с этим геммологом? – спросил командир отряда, – где данные?

– Да, сейчас, – извиняясь, сказала Симбер.

– Я вчера направил запрос в гильдию, – с заминкой сообщил Тортн, – по поводу покупки оборудования.

Ксаир сжал губы, выражая недовольство к своевольничеству.

– Что-то выяснил? – не показывая вида, спросил он.

– Да нет. За ближайший год никто не закупал ничего.

– И что? Будем считать, что виновник в НИИ? – неуверенно спросила Симбер.

– Необязательно, – вмешалась я.

За что получила очередной укор в глазах босса, который хотел видимо самостоятельно вести разговор. Закатив глаза, я замолчала.

– Они могли подготовиться заранее и год – слишком маленький срок для проверки, – сказал Раус, продолжив мою мысль.

Я прикусила губу, чтобы не улыбнуться, наблюдая за человеком рядом со мной, которому явно нелегко дается терять контроль даже в таких мелочах, как обычный разговор.

– Я готова сообщить детали по геммологу, – сказала Симбер, – 34 года, не женат. Проживает в пригороде. Уволился около недели назад. Перспективный ученый, подавал большие надежды. Увольнение по собственному желанию.

– Направь мне данные, – недовольно сказал Ксаир, – надеюсь там есть помимо этого его адрес и имя.

– Да, конечно, все есть, – быстро добавила девушка. – Вот! Вейд Гирс, 6 лет назад закончил медицинский институт, тут есть название, проживает по адресу…

– Направь мне это, – буркнул Ксаир, перебивая.

– Стоп, – оживился Раус, – Вейд Гирс?

Из динамика послышался шорох перелистываемых бумаг.

– Что там? – в нетерпении спросила я, не обращая внимания на Ксаира.

– Это же наш врач! – сказал Раус после некоторой заминки.

– Отлично – получается, нам пора присоединиться к тебе, – заметил командир. – Почему ты его не проверил?

– Я проверил его дом. Но он не живет здесь сейчас. Мне сказали, что его направили в какую-то командировку с работы.

– Ох уж эти сплетни, – выдохнула я.

– Надо проверить все по нему. Билеты, документы, он не мог нигде не засветиться.

– Да, я направлю запрос сейчас, – сказал Тортн.

После разговора я осталась сидеть на полу. Ксаир вновь настоял на ужине, начинало казаться, что он просто не хочет быть один. Меня в номере тоже ничего не ждало, поэтому отпираться не было смысла.

– Почему ты решил, что его не убили, как Роджа? – спросила я.

– Конечно уверенности нет, но сама посуди… Увольнение по собственному желанию. Да и соседям он передал, что уезжает в командировку, чтобы его не искали. С Роджем особо так не церемонились. Совершенно другой подчерк.

– Значит, смысла в Хивран ехать нет.

– Нет, – подтвердил Ксаир, – дождемся ответа по документам.

Поужинав и немного поболтав, я направилась к себе в комнату, где устроилась на комоде, наблюдая за островами так манившими меня.

В дверь через время постучали.

– Знаешь, я забыл сказать тебе спасибо, – с порога начал командир.

– За что? – в памяти проплывал сегодняшний день, но поводов для благодарности я не находила.

– Выходит, что я твой должник.

Я нахмурилась, окончательно запутавшись.

– Я могу войти? – спросил Ксаир для проформы.

Следом он оттеснил меня от двери, вступая в помещение и обозревая номер. После его шикарного просторного люкса интерьер моей комнаты казался ему, должно быть, убогим.

– Негусто, – заметил он.

– Мне хватает.

– Не сомневаюсь.

Командир в несколько шагов прошел всю комнату и остановился у комода с соком, который так и стоял у окна.

– Это твое место релаксации?

Я тоже подошла и присела на край комода, свесив ноги на пол. За спиной бушевал океан.

– Да, конечно, не так удобно, как у некоторых, – скорчив гримасу, сказала я, поворачиваясь к Ксаиру, – но вид не хуже.

– Можешь приходить расслабляться ко мне, – сам от себя не ожидая такого ответа, предложил мужчина, потом прокашлялся и продолжил: – я имею в виду…

– Да, я поняла, – сама не понимая понравилось ли мне его предложение, сказала я, – ты зачем пришел?

Он, немного склонив голову, скользил взглядом по моему лицу, затем остановился на глазах и, изменив выражение лица, очень серьезно произнес:

– Тогда, в хижине, ты спасла нас с Раусом.

– Ах, это? – вспомнила я, не ожидая такого поворота сюжета, – пустяки.

– Это не пустяки – это моя жизнь.

Ответить было нечего.

– Я уже говорил, – продолжил Ксаир, – что долг – самая крепкая валюта.

– И на что ее можно обменять?

– А это уже не мне решать, – ответил он, как-то странно улыбнувшись и слегка прищурившись.

Глаза блеснули озорным огоньком. В целом, картина мне совершенно не нравилась.

– Может, ты отдашь мне цветок? – решила я перевести тему.

– Его называют иншис, – сообщил он неожиданно и нелепо почесал рукой макушку, – только не спрашивай, откуда я это знаю.

Кажется, он тоже брякнул первое, что пришло в голову. Это было любопытно.

– Хорошо, иншис, – усмехнулась я, – так отдашь?

– Это и есть твой обмен? – удивился он.

– Нет, конечно! Это взаимовыгодное предложение, которое точно не котируется в честь долга.

– И в чем же моя выгода?

– В том, что если понадобится – я смогу вас снова вылечить.

– Разумно, – задумавшись, ответил он и полез в карман, – но только на время задания.

– Это мой цветок, в конце концов! – возмутилась я.

– Я его давно конфисковал.

Я протянула руку к иншису, сжатого в ладони Ксаира. Прикасание к цветку вновь подарило вибрирующую теплую волну, разливающуюся по телу. Пальцы коснулись бутона и пробежались по голубому ореолу. В этот момент послышался шелест, заставивший меня резко повернуть голову.

Ксаир внимательно наблюдал за мной, но ничего не спросил, а я переложила цветок снова в карман штанов, после чего погрозила пальцем.

– Ты же помнишь, что всегда можешь попробовать договориться? – напомнил Ксаир.

– Ты приходил сказать «спасибо»? – грозно поинтересовалась я, – пожалуйста!

Развернув его, направила к выходу и вытолкнула из номера. В кровати я еще долго размышляла о странном поведении мужчины. Все лучше, чем дурацкий шелест, сводящий меня с ума, доносясь из окна.

Глава 6

Серое небо хмуро заглядывало в мое стекло, показывая тропический ливень во всей своей красе. Напор воды, не меньше чем в душе барабанил по окну, подсказывая, что выходить из отеля – очень плохая идея.

Приняв душ и одевшись, я спустилась в ресторан, находившийся на первом этаже. Мне предложили столик у окна, на данный момент пустующий. Несмотря на мягкую комфортную мебель, роскошный интерьер и теплую цветовую гамму помещения, располагающую к доброжелательности, лица окружающих были хмурыми – дождь, как видно, испортил и их планы.

Закончив с поздним завтраком, я прошла к выходу на парковку, наблюдая как с козырька стекает вода равномерным потоком. Впереди была пустынная улица – все попрятались по домам, спасаясь от водной стихии. По асфальту лились ручьи, наполняя дорогу до краев, а точнее, до уровня тротуара – водостоки просто не успевали справиться с таким огромным наплывом.

Поддаваясь моменту, я скинула босоножки, чтобы пробежаться по улице, но дверь отеля открылась, и моему взору предстал недовольный начальник.

– Ты решила поплавать? – спросил он, подходя ко мне и косясь на обувь, стоящую рядом с босыми ногами, – для этого есть целый океан.

Я со вздохом подняла босоножки, радуясь, что не успела выйти под ливень, иначе шутки были бы более колкими. Для того чтобы надеть босоножки и держать равновесие, мне потребовалась опора, которую я нашла на плече Ксаира.

Он посмотрел на мою руку, напрягаясь, будто это была змея – странно, вчера он вел себя радикально по другому. Да, ночь – время искажения реальности, которое обнажает потаенные мысли, о коих ты и не догадывался.

– Какие-то новости? – усмехнувшись, спросила я, убирая руку.

– Гирс использовал карточку для оплаты, – расслабляясь, сообщил командир.

– Получается, ты был прав, – подмигнув и входя обратно в отель, сказала я.

Мы прошли к лифту. В прохладном коридоре стало понятно, что идея надеть бриджи при такой погоде – была не самой лучшей. Зайдя в лифт, Ксаир нажал на четвертый этаж, а после того, как двери кабинки открылись, мы вновь прошли в его номер.

– Кажется, что здесь я бываю чаще, чем в своем, – отметила я.

– Так, может, сдашь свой? – невинно поинтересовался мужчина.

– Итак, Гирс расплачивался карточкой, – сменила я тему, после чего отошла от Ксаира, как можно дальше и вглядывалась в окно, наблюдая за быстрыми каплями, скользящими по стеклу.

– Да, – подхватил он, – в нескольких километрах от Хиврана есть еще один город, побольше. Там он дважды заходил в местный продовольственный магазин.

– Зачем ему переезжать из Хиврана и жить рядом с ним?

– Видимо, чтобы быть поближе к нужному месту.

Я провела пальцем, следуя движению капель.

– Я думала нужное место – это НИИ или каньон, на худой конец.

– Похоже, что нет, – хмурясь от наблюдения за мной, сказал наш командир.– Нужно обследовать территорию и понять что там есть. Заодно вычислить где Вейд живет и опросить его, пока он жив.

– Думаю, он умирать не собирается, – заметила я, поворачиваясь к Ксаиру, отвлекаясь от увлекательного занятия.

– Но рисковать не стоит. Сегодня смысла вычислять его нет – вряд ли он выйдет из дома, а завтра можно наведаться в тот город и понаблюдать.

Я вновь отвернулась к окну и спросила:

– Значит – до завтра?

Он подошел ко мне и тоже стал наблюдать за струями, но его это занятие не увлекло.

– Цветок с собой?

Я потянулась в карман, дважды проклиная идею надеть бриджи.

– Черт!

Высказавшись, стремительно вышла из комнаты и направилась в свой номер, минуя лифт. Судя по шагам за спиной – командир шел следом.

Штаны в моем номере лежали сложенные на стуле у кровати. Обшарив карманы, я достала цветок и села на постель.

– С собой, – ответила я, улыбнувшись.

Ксаир, стоявший у двери, защелкнул замок, заставив меня занервничать.

– Покажи, – попросил он.

– Я не умею им пользоваться, – оправдывалась я, – а резать я себя больше не буду!

– Хочешь – меня порежь, – с готовностью предложил он.

– Это самое странное предложение из всех, что я слышала.

Ксаир также сел на постель напротив меня. Немного отодвинувшись от него, к самому изголовью, я села поудобнее, зажимая в ладонях растение. В глазах мужчины читалось любопытство вперемешку с нетерпением, как у ребенка в ожидании чуда.

Пытаясь расслабиться под неусыпным взором, я вытянула руки перед собой. Иншис с того момента, как его потревожили, мерно сиял, пульсирующе распространяя искры. В такт касаний его небесных крупинок я чувствовала вибрирующие волны, проникающие в меня, и непроизвольно начала улыбаться. Ксаир подался телом вперед, чтобы ничего не пропустить.

Цвет окутываемой меня магии начал меняться, преображаясь в зеленый. Ускоряясь, он начал разбегаться по всему телу и за пару мгновений смог окутать меня полностью. Зеленые огни, не останавливаясь, кружили вокруг, даря нежные прикосновения. Через какое-то время я почувствовала непонятные ощущения. Неприятный холодок исходил от окна.

– Что там? – спросила я у Ксаира, не в силах заставить себя подняться самой.

У окна за шторой оказался горшок с каким-то деревом. Листья его были слегка пожелтевшие и сухие. Дерево начинало увядать. Я махнула командиру рукой, призывая поставить горшок передо мной, что он и сделал, наблюдая за моими действиями.

Поддаваясь порыву, я представила как зеленые блики перетекают от меня в растение, обступают его и дарят энергию. Искры зашевелились и вспыхнули еще ярче, исполняя мою волю, они добежали до каждого листика, пропитывая влагой и восстанавливая иссушенные обезвоженные корни дерева, отчего оно начало преображаться, пробивая новые почки и разрастаясь зеленой кроной.

Ксаир, наблюдавший за этой картиной ранее стоя, присел на кровать, запоминая каждое мое движение. Но мужчина не учел разность наших номеров. То место, в которое он сел, оказалось не предусмотрено для этого, и с жутким хрустом кровать провалилась под ним, заставляя командира неловко упасть на пол.

Я сжала губы, стараясь не засмеяться, однако Ксаир сам со смехом приподнялся.

– Давай продолжим там? – спросила я, отодвигая горшок.

Усаживаясь на пол рядом с окном, я ожидала командира, протянув ему цветок. Тот присел и потянулся к иншису. Стоило его коснуться, как руки мужчины также стало окутывать различными оттенками, начиная от зеленого, плавно переходящего в желтый, а местами в коричневый. Какое-то время он пробовал обволакивать себя разными цветами.

Мы передавали иншис из рук в руки, пытаясь объяснить, какие ощущения возникают у каждого из нас, прикидывая как этим пользоваться. Наконец, Ксаир также решил воспользоваться инвентарем, принося горшок с цветущим деревом и ставя его рядом с нами. Мужчина направил в него энергию и дерево стало расти, постепенно увеличиваясь в размерах, сияя зеленым светом. В какой-то момент, новоявленный маг видимо переборщил с количеством направленной энергией, и дерево выросло до такой степени, что просто перестало помещаться в комнате. Стрелой взметнувшись вверх, ствол пробил окно, осколки которого со звоном посыпались наружу. Удар нарисовал сетку на хрупкой прозрачной преграде, а стихия за окном завершила дело – вода пробила остатки стекла, которые высыпались в комнату, а бушующий ливень окатил меня, промочив до нитки.