Иван Глемба
Андрей Прохоренко
ПОХОД НА ОЗИРИСИЮ

Предисловие

Авторы представляют читателю вторую часть записок Рамуарата, годара (правителя) Аратты, возглавлявшего основные арийские походы в самые разные страны мира, существовавшие около 7500 лет тому назад. Годар к началу похода на Озирисию, благодаря личному мужеству, воинским качествам, доблести, умению видеть на много шагов вперед и править твердой рукой, прошел путь от простого воина, до командира конной арийской тысячи, а потом стал во главе не только похода, но и правителем арийского союза. А земли арийского союза в те далекие времена простирались от среднего течения Дуная до Аральского моря. Три арийских ветви: западная, центральная, проживавшая в бассейне Днепра, и восточная – чьи исконные места обитания располагались в бассейне Волги, не только мирно сосуществовали, но и были объединены во многом общими обычаями и взглядами на мир.

Союзниками ариев также становятся гелы, аблы, анаберги (далекие предки германцев и франков), новры и сканды (племена, населяющие Скандинавию и север Европы), которые присоединяются к походу на юг, учитывая необычайные холода в Европе. Именно с этого времени все племена, принимающие участие в походе на юг в Озирисию, называются ариями. Более того, их вожди и посвященные признают главенство в походе Рамуарата, как ведущей личности, ведение которой способно обеспечить победу. Тем не менее, ссоры и стычки между союзниками не такое уже и редкое дело, когда во главе некоторых союзных племен стоит вождь, подверженный влиянию темной силы, желающий стать правителем земель на юге и ради этого готовый идти на нарушение принятых законов и договорённостей.

Арийские походы являются во многом лишь реализацией замысла для усиления позиций арийского мировоззрения и белой расы в целом. Ведь куршаны (абсолютные правители) в Междуречье, в Иране, в Индии, на восточных берегах Средиземного моря, вдоль прибрежной полосы которого ведет Рамуарат войска в Озирисию, делали и делают все для того, чтобы не только разрушить арийское единство, но и поработить ариев, взять под свой полный контроль все наследство, доставшееся ариям от первых людей, а им – от представителей ранее существовавшей цивилизации. И такие действия для куршанов являются само собой разумеющимися, поскольку в ариях и в арийском мировоззрении они и их потомки видят все возрастающую угрозу. Поэтому войны и вторжения на территорию арийских племен ведутся их противниками постоянно.

Так что поход Рамуарата является попыткой не только обезопасить будущее арийских родов, установить арийский порядок на новых землях, но и возможностью разворачивания производств и всего того, чтобы было предоставлено представителями прошлой цивилизации людям. Наследством, доставшимся ариям от первых людей, были корабли-ковчеги и все их содержимое, как способность и возможность новому племени жить и существовать, основываясь на достижениях элтов, в новых условиях после Потопа. Поскольку обшивка кораблей была огромным запасом чистых сплавов, которые не теряли длительное время прочность и могли служить еще столетия, то все инструменты и оружие изготавливалось именно из нее. Так что наши далекие предки не воевали каменными топорами, а имели во многом даже более совершенное оружие, чем оно есть в нашем времени.

Вместе с тем не оснащенность оружием, а боевой дух арийских воинов, их уверенность в себе и в деле, которое они затеяли, организованность, самодисциплина, командная работа и, конечно же, образ жизни и соблюдение законов явились основными факторами успехов ариев. Свобода – как необъятные арийские степи, – вот, что было главным для ариев, вот чему они следовали всю жизнь. Даже ведущие арийские архаки (вожди), достигавшие положения годара, как верховного правителя, перед арийскими законами были равны. Если их уличали в злоупотреблении властью, то наказанием для них и прощальной песнью в одном лице была музыка арийских стрел, когда архаки стояли возле позорного столба, а стрелы летели в них, оказывая последние почести. Так завершил свою жизнь предшественник Рамуарата годар Орават.

В книге второй из серии «Расцвет Аратты» Рамуарат описывает поход ариев на Озирисию (Египет) и земли в верховьях Нила, эту могучую реку местные жители ласково называют Ойкумил, а также повествует о победах и о поражениях на этом пути, о потерях, без которых не обходится ни один поход. Вместе с тем что-то гораздо большее и важное можно увидеть в повествовании Рамуарата, которого современники, в том числе и враги, звали просто – Раму. И это важное на наш, авторов взгляд, состоит в отображении колорита того времени, в освещении мировоззрения ариев, их отношения к себе и к окружающему, в том знании и здоровье, образе жизни, который, как могли, видели и умели, вели наши далекие предки. Ведь на самом деле киммерийцы, скифы и другие народы, равно как и русы, имеют, знают их представители ныне об этом или нет, арийский фундамент, заложенный сотнями поколений предков.

Враги и противники ариев, не имея такой наследственности и не обладая многим из того, что было у ариев, желали присвоить себе не только их достижения, но и историю самих ариев, в первую очередь ведущих личностей, даже иной раз сделать так, чтобы вести от них свой род или возвеличить, введя в ранг богов. Всех ведущих ариев: Рамуарата (в индийской мифологии бог Рама), Идру (Индра), Киршу (Кришна), Вишана (Вишну), Шиварна (Шива) по предложению куршанов обожествили, приписав им многое из того, что они не совершали, и, наоборот, покрыли забвением их истинные дела и свершения, о которых и прямо, и косвенно говорит Рамуарат в своих записках. Несмотря на успехи арийского похода, Рамуарат понимает, что арийские завоевания всего лишь отдалят, пусть и на 1500 лет, приход темной эпохи – Кали-юги. Однако, как считал тот же Рамуарат, для этого вполне стоит постараться, поскольку за 1500 лет можно многое сделать, в том числе и заложить прочный фундамент для последующих поколений.

Предоставляем слово Рамуарату, который, последовательно ведя повествование из прошлого в будущее, расскажет потомкам о походе ариев на Озирисию и не только о нем…

Глава 1
Совет Адама

Я, Рамуарат, продолжая свое развернутое из прошлого в будущее повествование, подхожу ко второй части записок, которые оставил для потомков. В данный момент уже написаны все пять частей, повествующие об арийских походах под моим руководством. Остается только лишь самая сложная работа: сообразуясь с информационным массивом, отобрать самое важное, чтобы организовать еще четче повествование, дополнить его некоторыми подробностями, отображающими колорит нашей эпохи, уточнить детали и взглянуть на все написанное мной, чтобы ничего не пропустить. На самом деле – это самая сложная и ответственная работа, забирающая больше всего времени и сил. Легче в целом организовать информационный массив, чем структурировать и упорядочить его, довести до ума и, используя минимум средств и текста, получить максимальный результат для восприятия людей в будущем.

Чтобы такой результат состоялся, мне приходится делать то, что не очень-то и хочется: все чаще под конец жизни заглядывать в формирующееся будущее и прояснять интересующие меня вопросы. В какой-то мере мне приходится разбираться в том, чем будут заняты люди в будущем. Честно говоря, особой радости такое изучение мне не доставляет, но для того, чтобы мой рассказ был понятен для людей, приходится предпринимать такие шаги. Учитывая мировоззрение, понимание и принятые законы, а еще больше бытующие мнения и догмы, прочно укоренившиеся в будущем. Без этого, что я точно знаю, мой труд может быть почти пустым звуком, поскольку не воспримется даже теми людьми, которые могут воспринять мысленное письмо в сорнах – так я называю базы данных, расположенные в тонких слоях Земли. Именно сюда записывали и еще не раз запишут информацию ведущие личности из самых разных эпох, которые наступят после эпохи ариев.

Я по большей мере описываю и характеризую именно эту эпоху, поскольку во многом сам стал одним из лидеров, который, взявшись за дело, решил, ознакомившись с ситуацией и с информацией наших предтеч из прошлой цивилизации, элтов, предпринять шаги, которые до меня никто не предпринимал. В какой-то мере меня во главе ариев можно назвать завоевателем, но на самом деле я, видя и зная, к чему придет белая раса, все многочисленные племена, проживающие на территории Европы от Атлантического океана до Излая (Аральское море) и еще дальше на востоке, только лишь произвел упреждающее действие. И, что главное, под конец жизни я только лишь еще больше убедился в том, что мое решение, которое я провел, было единственно правильным и верным на то время. Без него многочисленные народы, а к ним я причисляю и ариев, попросту потеряли бы, и давно, свою идентификацию, став рабами на своей земле.

В первой части своих записок, которая увидела свет в виде книги под названием «Рамуарат. Начало правления» я, как мне видится, достаточно подробно описал свой путь от вождя конной тысячи ариев – келша, до архака (военного вождя), под руководством которого сразу несколько тысяч воинов. Руководя воинами, я даже и не предполагал, что могу стать годаром – единоличным правителем всей Аратты. Я не думал об этом, все делал для того, чтобы поход под Иштру (поселение в нижнем течении Дуная) был для ариев удачным. Я даже не подозревал, что среди ариев есть предатели, которые, ласково и тепло глядя на меня, не только желают моей смерти, но и делают все для того, чтобы ее организовать. И ладно если бы это были исконные враги ариев – куршаны, их подчиненные, но моей смерти желали Аваран – верховный на то время огак (дословно, ведущая личность, достигшая высшего знания, по факту первый советник годара, иногда в принятии решений даже первое лицо) Аратты, и ее годар – Орават. Им я стоял поперек горла.

В Аратте было много ясновидящих и посвященных, людей, обладающих реальным знанием. Некоторые из них нашептали на ушко не только нашим врагам куршанам, но и Аварану, Оравату и другим ариям, поддерживающим их, что моя дальнейшая жизнь – погибель им. Поэтому меня решили убить. Враги осуществили месть. Я еле выжил после тяжелейшего ранения под Иштрой, прикрывая отход арийских сил, благодаря участию учителя и друга Эраса, его помощников. Наивный человек и во многом слабый благодаря этой наивности я, Рамуарат, остался в прошлом. Вместо него миру явил себя годар, за которого на совете Аратты отдали в своем большинстве голоса и подняли жезлы и мечи архаки, уршвары (уважаемые за заслуги арии) и ураваны (посвященные высшего звена среди ариев). Я пришел к власти, как сам не ожидал, получив поддержку огромного числа ариев из самых разных племен, которую еще следовало оправдать, правя твердой рукой.

Сразу несколько основных задач было у меня с момента, когда я стал годаром. Первая и основанная среди них была задача сохранения единства всех трех арийских ветвей, в состав которых входили десятки племен. Западная ветвь занимала земли в среднем течении Дуная. Ее стоянки стояли до Днестра. От Днестра до Дона проживали арии центральной ветви, а от Дона и до Излая (Аральского моря), к востоку от Уральских гор, проживала восточная ветвь арийских племён. Наши земли занимали центральное положение, находясь в бассейне Илнарха (Днепра). Здесь же, в нижнем течении Илнарха (на месте Азовского моря), находился Эрнарс или Золотая долина – место силы ариев и применения технологий первых людей, которые получили на этой территории свое наибольшее распространение, явив себя в виде мастерских и самых разных производств.

О кузнях ариев и других изобретениях я сполна, как считаю, рассказал в первой части своего повествования, как и о многих других новинках. Тем не менее, мне всякий раз приходится возвращаться и дополнять по мере рассказа эту информацию хотя бы потому, что без нее не было бы не только походов, но и самих ариев. Ведь сама возможность походов, тем более не куда-то на близлежащие земли, а в Озирисию (Египет), в Ваарабат (Междуречье Тигра и Евфрата), в Нэйджию (территория Ирана), в Куурешт (Пакистан и Индия) вообще не была реализуема без должной подготовки. В первую очередь походы бы не состоялись без наличия оружия и других достижений, которыми были варлы и другие излучатели, испускающие как направленные лучи, так и невидимые энергетические посылы. И это не сказки, а всего лишь наследство представителей прошлой цивилизации, которые передали его нам.

В будущем о таком положении дел вообще ничего не будут знать, как и о преемственности цивилизаций, о происхождении нашей расы. Связь времен и поколений будет утеряна, а люди будут вести свой род согласно одной из модных теорий от человекообразной обезьяны, у которой выпала шерсть, а она от этого поумнела так, что слезла с дерева и начала ходить по земле. И такое мнение будет даже очень всерьез обсуждаться и вызывать к себе доверие. Поэтому мне приходится рассказывать не только об арийских походах, их причинах и следствиях, но и восполнять пробелы в образовании потомков, которые будут считать себя очень сведущими и образованными людьми, но при этом почему-то будут полагаться не на себя, не на свои силы, а на мифические божества. Что еще горше, люди в будущем будут ползать перед ними на коленях, вымаливая что-то такое, что эти источники не могут дать по условиям своего существования.

Арии, заявляю это с полной ответственностью, никогда и никому не поклонялись, не видели себя чьими-то служителями, не взывали к небесам, а все делали своими руками. И в этом была и есть наша сила. Мы считали себя всего лишь воплощениями в прошлом когда-то могучего солнца духа, которое родилось для того, чтобы поддерживать в разных видах и формах в огромном количестве вселенных такое явление, как Жизнь. Дух, воплощаясь в физические тела, вел свои воплощения с незапамятных времен, на миллионах планет. Земля – лишь одна из них. Она – один из последних приютов духа. Здесь еще жизнь проявляет себя так, что возможны воплощения духа в физических телах, несмотря на постоянно ухудшающиеся условия проживания для людей и представителей других цивилизаций. Именно Земля выступает тем самым ценным, что есть у всех нас. Правда, эта ценность не будет осознаваться полной мерой потоками в трудных временах сумерек.

Я бы не писал бы и этих строк, сразу бы начал рассказ, продолжив его от момента, когда вернулся в Аратту после похода на восток на Излай, успел наведаться в Геланию, победить в поединке Геркуба, что, по сути, сделало меня главой будущего похода, придав вес в глазах союзников, но отправные точки надо знать. От них в любом случае идет отсчет. Ведь вопрос на самом деле в том, что делать, учитывая обстоятельства. Стратегию и тактику выбирает ведущая личность. Ею стал я, но, честно говоря, в те годы, а мне было всего семьдесят лет, я не был еще достаточно зрелым, чтобы полной мерой осознавать необходимость решений, а что еще более важно, проводить их в жизнь. Я медлил с походом, уже зная, что его не избежать, поскольку знал цену войны не из чужих слов, а на основе собственных ранений. Тело четко и ясно говорит понятным тебе языком: не подставляй меня, влезая в переделки, из которых можно и не выбраться…

Да, я, можно сказать, на посту годара щадил себя, но сотни тысяч жизней в любом случае были бы потеряны или приняли бы совершенно иное течение и направление, о чем скажу позже. К тому времени я потерял семью. Моя первая жена была убита подосланными убийцами, а я, будучи в походе, никак не смог защитить ее и детей. Я корил себя, но укоры не лечат, а только лишь ухудшают положение дел. Без жены в том деле, которое я затеял, невозможно было продолжать походы. Нужна была женщина, надежно прикрывающая спину. И такую я уже нашел для себя, хотя, если честно, жениться еще раз, учитывая нагрузку, легшую на меня с момента, как я стал годаром, мне не очень-то и хотелось.

Я чувствовал и знал, что в любом случае все мои родственники и друзья попадают в связи с тем делом, которое я начал, под удар. Однако, взвесив все «за» и «против», под руководством Эраса я все-таки продолжал начатое дело, постепенно готовя походы, о чем и продолжаю рассказ, заглядывая с высоты прожитых лет в прошлое.

Пришла весна. Ее приход в Аратте в тот год был ранним. Снег быстро сошел с бескрайних степей, оставшись лишь в рощицах и лесах на севере. Наступало время сева. Несмотря на приготовление к походу, племена ариев, основой жизни которых было посевное земледелие, готовились к тяжелому, но радостному труду. Хлебопашцы были удовлетворены. Погода что вначале весны, что в середине способствовала посевам. Эрас и другие ураваны (арии, посвященные в знания и владеющие способностями) на уровне обеспечивали погодные условия.

На территории Аратты была создана служба погоды, представители которой способствовали установлению благоприятных условий для выращивания богатых урожаев за счет применения способностей и управления стихиями. Несмотря на старания ураванов, в силу разных причин не всегда удавалось обеспечить нужные условия. Тем не менее, в последние десять-пятнадцать лет урожаи были богатыми. Зерна хватало как для соплеменников, так и для торговли с соседними племенами, также всегда оставался неприкосновенный запас на случай непредвиденных обстоятельств: войны или эпидемии. Зерно было арийском золотом. Только его ценность в отличие от «злого металла», как называли золото арии, измерялась возможностью жить в силе долгие годы. Именно труд хлебопашца во многом был фундаментом, на котором строилась жизнь многих поколений ариев. Так что мне, хотел я того или нет, а предстояло запастить зерном и на случай походов, время которых неумолимо приближалось.

За последние семь лет в Аратте произошли большие перемены. Только количество кузниц увеличилось вдвое. И это был далеко не предел. Талантливая молодежь обучалась всему, чтобы получить возможность помочь сородичам. Вокруг Риша и Оры, в других местах были образованы свободные зоны, где различия между представителями разных племен полностью стирались. Больше всего ценились обретенные навыки, умения и способности в делании чего-либо. Хотел я того или нет, но общество постепенно все четче разделялось на несколько групп. Число экзахов (арии, посвященные в знания, в том числе и касающиеся достижений прошлой цивилизации) и овудов (ариев, активно работающих с наследством первых людей) неуклонно возрастало. Остальное население придерживалась традиционных занятий, занимаясь земледелием, скотоводством и ремеслами. И те, и другие преображали трудом Аратту.

Большая часть технологий, подготовленная для нас элтами, все активнее востребовалась, начиная от воинского и кузнечного дела и заканчивая удобрением почв и разработкой новых технических средств во всех областях деятельности. Прогресс постепенно начинал становиться нормой жизни на наших землях. Речь уже не шла о простой раздаче наследства первых людей в виде кусков обшивки ковчегов или простейших предметов обихода: наконечников для стрел или орудий труда, изготовленных из живых сплавов. Решался вопрос комплексной помощи каждому из племен, входящих в арийский союз. В данном случае ответственным ариям приходилось вначале предоставлять соплеменникам минимум средств, чтобы впоследствии за несколько этапов выйти на более полное удовлетворение потребностей, естественно, не за просто так. В обмен соплеменники делились излишками.

На совете, собравшемся накануне весны в Рише, был окончательно утвержден план последовательного и постепенного разворачивания наследства первых людей. Знания и информация, касающиеся всех направлений деятельности ариев, обрабатывались узким кругом доверенных лиц. Всего двенадцать экзахов ведали этим делом, после чего обработанная информация поступала в более широкий круг экзахов и овудов. На этом уровне информация получала практическое применение в изготовлении орудий труда, оружия, одежды и других средств. Отрасль, отвечающую за создание источников энергии и силового оборудованья, возглавил Идра.

Ближайший помощник Эраса вначале отказывался, но потом со всем тщанием и ответственностью принялся за новое дело, проведя на этом посту долгие годы. Во многом благодаря его заботам и многочисленной группе помощников арии имели в своем распоряжении необходимые средства, а среди наших врагов прочно установилось мнение о том, что Идра чуть ли не бог-громовержец. Так прототипом Индры стал Идра, который при походе ариев в Индию заведовал силовым обеспечением и специальными средствами, позволяющими на расстоянии сжигать и уничтожать противника и его силы.

Накануне похода речь шла об обеспечении необходимой для наших нужд выработки энергии за счет шаров-тоулов и других источников энергии. Также требовалось разработать и изготовить излучающие энергию системы – алши. Речь шла об изобретении лучевого оружия, а также технических средств на основе новых видов энергии. Я понимаю, что сложно потомкам будет поверить в то, что я рассказываю вам, но я и не рассчитываю на это. Весь ход последующих событий подтвердит правоту моих слов. Не будь у ариев достижений, которые воплотились во вполне конкретные машины и оборудование, вопрос похода вообще не стоял бы на повестке дня. Да и зачем тогда идти в поход, если даже, одержав победу, не можешь воспользоваться ее последствиями?

На совете посвященных Аратты главой службы технических достижений был назначен Медоурз, а его первым заместителем – Адар, которые были призваны организовать работу по направлениям. Речь шла о производстве в необходимых количествах летательных аппаратов, оборудования для связи, оружия и варлов, переносных источников энергии, средств передвижения: возах и повозках и обо всем, что необходимо для организации и осуществления задуманного перехода. Естественно, что изготовление средств и орудий требовало немалых затрат времени и сил. Тогда я понял, что необходимо еще не меньше двух лет для подготовки похода при привлечении всех ресурсов, средств и сил, должной организации труда и быта.

Мысль о том, что понадобится время, благотворно повлияла на меня. Я внутри даже приободрился. Ведь отсрочка происходила явно не по моей вине. Признаться, я не слишком горел желанием воевать и куда-то уходить из Аратты. Оборонительные войны на границах Аратты, происходившие почти каждый год, были само собой разумеющимся явлением. Я соглашался даже воевать в Хиэлии (территория Болгарии и земли до Мраморного моря) или на востоке за Излаем (Аральское море), но идти серьезным походом в Хаварию (западная часть территории нынешней Турции), воевать с народами, населяющими южные земли, свергать куршанов (правители стран и областей, обличенные всей полнотой власти) и заменять их теми соплеменниками, которые будут поддерживать арийский порядок, – это казалось мне ненужным. Постепенно рассеивался туман сознания, изменялись мои взгляды и несознательные убеждения. На это повлиял разговор с Адамом, который мне необходимо привести в записках.

В один из последних дней весны, когда в низовьях Дуная вот-вот должны были появиться передовые отряды гелов, анабергов, аблов и их союзников, посланец от Эраса передал мне информацию о том, что верховный огак хочет меня видеть. Я сразу же зашел к Эрасу. Он как будто ждал меня. Для беседы мы, как обычно, поднялись на одну из башен Риша. Наши помощники стояли поодаль, готовые каждую минуту откликнуться на наш зов. Эрас, слегка щурясь от солнца, которое, прорвав покров туч, щедро нагревало лучами землю, после длительного размышления спросил:

– Годар (правитель), что ты думаешь о судьбе Аратты?

– Сейчас Аратта и народы, населяющие ее, на подъеме, – после некоторой паузы откликнулся я. – Если так и дальше будет продолжаться, то новая эпоха быстро вступит в права, а арии установят привычный для них закон и порядок на окружающих землях.

– Ты, сотрясая воздух, произносишь пустые слова, пытаясь обмануть себя и меня. Не хватало еще, чтобы ты начал произносить победные реляции. Скажи, что у тебя на сердце? Почему в твоих глазах я читаю неуверенность и скрытое недовольство?

– Ты позвал меня, чтобы упрекнуть в этом?

– Вначале ответь на вопрос.

– Хочешь правды? Признаюсь, мне не нравится затея с походом. Я допускаю поход на Хаварию (западная часть территории нынешней Турции) и войну с Угнаром (куршан Хаварии) и Варом Амирой (куршан Аманэи), по наущению которых на протяжении десятилетий терроризируется население Хиэлии, но идти дальше в Хоан (ныне территории Израиля, палестинские территории, западная часть Иордании) и в Озирисию (Египет) видится мне слишком рискованным делом. Хоть я и говорю союзникам о необходимости похода в Озирисию, сам я в этом не убежден, несмотря на информацию об опытах, представляющих угрозу для ариев и всего человечества.

Я замолчал. Эрас не спешил отвечать. Он чуть прищурил глаза, взглянул на меня, а потом произнес:

– Не понимаю, почему ты себя ограничиваешь. Близко или далеко, а какая разница, если это необходимо сделать для обеспечения будущего миллионов ариев и их потомков? Сделать это можешь ты и сейчас. Неужели ты не чувствуешь подходящий момент? Пришло время. Или ты совершаешь действие сейчас, или все потомки первых капитанов и экипажей кораблей-ковчегов, не попавшие под диктат и руку Ноя и его приверженцев, прекратят свое существование, как свободные существа. Ты же не хочешь, чтобы дело предков было уничтожено?

– Тогда существовала реальная угроза попадания под власть Ноя и его преемников, которые не останавливались ни перед чем, чтобы установить свое право силы и закона. Так ли реальна угроза сейчас? Что сделают нам? Арии сейчас не так слабы, как ранее.

Эрас, выслушав меня, какое-то время молчал, а потом с его уст слетели следующие слова:

– Большая война, уничтожившая Сенбидан (государство на территории Северной Африки), разрушила часть Озирисии и прилегающих к ней областей на западе, стерла с лица земли целые области в Фэлтфе (обобщенное название ряда областей на полуострове Саудовская Аравия), ослабив позиции тамошних владык. Зато куршаны Хаварии (западная часть территории нынешней Турции) и Аманэи (восточная часть территории нынешней Турции), Ваарабата (междуречье Тигра и Евфрата), Нэйджии (территория Ирана) чем дальше, тем выше поднимают голову. Угнар и Вар Амира, Исиома и Ахур не сидят спокойно. Ими мир поделен на зоны влияния. Аратта, земли к северу, к востоку и к западу от нас пока еще свободны от влияния куршанов. Племена ариев, гелов, анабергов и других народов сумели отстоять свободу. Ты думаешь, что при сложившемся положении дел нам спокойно дадут жить? Ошибаешься.

– Я не настолько наивен.

– Ты хуже, чем наивный арий. Он-то хоть не знает истинного положения дел, а ты – знаешь, но ничего не хочешь предпринимать. Ты не трус, но вместе с тем чего-то опасаешься. Чего? Нарушить уклад жизни народов, которые живут по большей части в рабстве, сами не замечая своего действительного положения? Или ты не хочешь тревожить куршанов, которые создают управляемую расу на своих территориях? Тогда, выражая покорность, молча наклонись, стань на четвереньки и попроси заботливых куршанов и их слуг одеть тебе на шею ярмо в виде подковы. Ты хочешь такой судьбы для ариев?

– Нет. Ты искажаешь ситуацию, сгущаешь краски.

– Совсем нет. Ты не хочешь осознать очевидного. Ты думаешь, что нас всех и тебя кто-то пожалеет, когда затянется тугой аркан на наших шеях. Атвасай (дословно хорошо, пусть будет так). Готовься, пришло время для еще одной твоей беседы с эршанами (так арии называли элтов, представителей прошлой цивилизации).

Я несколько удивленно взглянул на Эраса, но ураван был спокоен и сосредоточен. Он не шутил.

– Удивлен? Пока тебя не было, нам пришлось перенести святилище и предметы, в нем находящиеся, в другое место. Посмотришь, как мы обосновались. На новое место поедем на лошадях до реки. Там нас будут ждать тирчи (летательные аппараты, напоминающие вертолеты). Остальное увидишь на месте.

Утром следующего дня мы были в условленном месте на берегу реки в сопровождении трех десятков лучших воинов. Еще через двадцать минут тирчи перенесли нас на один из множества островов, расположенных по течению Илнарха (Днепра). Примечательно то, что место, куда мы прибыли, находилось в том месте, где Илнарх ускорял свое течение и призывно гудел, образовывая волны и водовороты, когда проносил свои воды через скалы, торчащие из воды, словно зубы какого-то древнего животного. Пороги остались позади. На одном из островов была заметна возвышенность, тонущая в зелени. Туда лежал наш путь. Через десять минут мы были в святилище. Нас встретил Варварат – хранитель святилища. С Эрасом его связывала долгая дружба, несмотря на то, что он был моложе верховного огака. Варварат провел нас внутрь холма и остановился перед одним из проемов.

– Дальше вы пойдете одни. Сами справитесь.

Эрас едва заметно кивнул головой.

В небольшом зале при нашем появлении сразу же стало светло. Зажглись осветительные шары. Помещение наполнилось едва слышимой вибрацией. По центру помещения располагался уже знакомый мне кольцевой стол, изготовленный из обшивки одного из листов ковчега. Он окружал подиум, на котором находился на подставке силовой шар. Размеры и величина шара внушали уважение, хотя он пока не был введен в работу и только лишь испускал слабое свечение.

– Это шар – Унаарс. Так его называли еще эршаны, – пояснил Эрас. – Его мощность и сила превосходят остальные шары. Я выбрал его для связи. Располагайся на одном из стульев. Смотри на экраны.

Пока я удобно устроился на сиденье, Эрас настраивал технику. Тонкий металлический конусный каркас, внутри которого находились стол, шар и стулья, зажегся желтоватым светом, создавая защитное поле вокруг нас. Вершина конуса с шарообразным наконечником располагалась точно над шаром так, что вертикаль конуса совпадала с вертикалью Унаарса. Шар после действий Эраса загудел и засветился.

– Мне пришлось оптимизировать связь, – пояснил Эрас. – Наши гениальные арекши (механики, техники) быстро разбираются с техникой первых людей. Мы можем связаться с прошлым только благодаря их талантам. Оборудование подключено и введено в строй.

Эрас замолчал и искоса посмотрел на меня, оценивая, видимо, мою готовность. Я молчал, предоставляя право говорить Эрасу, зная, что вскоре произойдет еще один контакт с далеким прошлым. Сердце слегка затрепетало. Я знал это чувство, возникающее тогда, когда грань реальности настоящего, в котором ты проживаешь, слегка стирается, и ты одной ногой вступаешь в мир, который был раньше, необычный, даже слегка чуждый тебе. Ощущения необычности тревожит тебя, даже складывается ощущение, что ты что-то потерял в прошлом важное, что уже невозможно вернуть.

– …Предупреждаю тебя, – откуда-то издалека донесся до меня голос Эраса. – Если установится связь, то она, скорее всего, будет последней связью с Адамом и его помощниками. Ситуация в пространстве и времени меняется в худшую сторону. Нам не дают говорить с учителями. Положение дел у них в прошлом тоже ухудшается. Поэтому подумай, что бы ты хотел спросить. Подобной возможности может в дальнейшем не представиться.

Я чуть наклонил голову, показывая, что согласен.

– У меня все готово для связи. Можем начинать.

Эрас вопросительно посмотрел на меня и, убедившись, что я готов, нажал на одну из клавиш на пульте, а потом перевел один из рычагов в рабочее положение. Вибрация усилилась. В какое-то мгновение я ощутил, что теряю ощущение реальности. Стены помещения, где мы находились, постепенно растворились в синевато-белом тумане. Шар, в который я смотрел, начал увеличиваться в размерах, а потом исчез. Вместо него появилось круглое окно, в котором я увидел спустя несколько минут совсем другой мир. Теперь уже меня затрясло, в голове загудело.

Рамки моего сознания расширялись. Внезапно я увидел в белесой дымке расплывчатые фигуры. Гудение вокруг меня все возрастало, а энергетическое поле сгущалось. Мне казалось, что я нахожусь в какой-то жиже. Внезапно раздался хлопок. Я увидел себя внутри шара, а прямо передо мной находились фигуры четырех великанов: двух мужчин и двух женщин. Мне казалось, что еще немного, и я смогу поздороваться с ними, настолько реальным было чувство их присутствия.

– Рамуарат, это только голограммное изображение, – раздался едва слышимый голос Эраса. – Оставляю тебя одного. Беседу поведешь сам. Если эршаны захотят, то пригласят меня.

В это время изображение стало еще более отчетливым. Я до мельчайших подробностей рассмотрел слегка курчавые волосы Адама и его жены – Эвии, перехваченные на уровне лба золотистыми обручами, в центре которых можно было заметить кристалл. Едва заметное свечение сопровождало фигуры великанов, особенно ярким оно было в районе головы. Казалось, что светлая субстанция охватывает тела, распространяя свое влияние и на тебя в том числе. Рядом с Адамом и Эвией находился еще один великан. Его, как я уже знал, звали Эрн, а его жену – Акаиса.

«Приветствуем тебя, Рамуарат. Будь сильным. Сила тебе вскоре понадобится», – донеслись до меня мысли Адама. Я ответил тем же.

– Как ты видишь и слышишь нас? – долетели до меня тихо, но с силой сказанные Адамом слова.

– Вижу предельно отчетливо вас и также слышу слова.

– Эта связь будет последней, Рамуарат, – слегка усмехаясь, сообщил Адам. – Больше мы не будем выходить на тебя сквозь время. Времена меняются. Положение дел ухудшается. Все, что тебе будет необходимо, в виде возможных вопросов и ответов на них, исходя из того, что тебе придется пройти в жизни, я запишу на шар Унаарс дополнительно. Думаю, что беседа в записанном режиме ненамного будет отличаться от сегодняшней.

– Я также, просматривая записи и знакомясь с информацией, смогу видеть ваши изображения и слышать речь?

– Тэ-э-р (да), – утвердительно ответил великан и сразу же перевел разговор на интересующую его тему. – Ты знаешь, зачем потребовалось связаться с тобой?

– Догадываюсь. Я выполнил все для того, чтобы начать поход.

– Еще не все, – чуть усмехнувшись, ответил Адам. – Ты не женился. Без этого поход может раньше времени закончится.

– Что ты имеешь в виду?

– События могут сложиться так, что ты не дойдешь до того места, куда необходимо прибыть с ариями.

– Ты говоришь загадками. Можно конкретно назвать пункт конечного назначения?

– Можно и конкретнее, – согласился Адам.

Он, как я видел, был расположен к беседе и с интересом слушал меня.

– Ты сам, как думаешь? Куда необходимо дойти ариям, чтобы прекратить постоянные войны на границах территорий племен, входящих в арийский союз? – спросил Адам.

– До Авила и Кератиры (столица Нэйджии (территория Ирана) 7500 лет назад).

– Правильно ли ты ответил на вопрос?

– Считаешь, что необходимо пройти до Араэлы (Инда)?

– Не только дойти, но и перейти реку. После чего, выиграв битву, основать в ее бассейне, вплоть до срединной Индии, княжество под своим ведением. Это только начало. В идеале тебе или твоим последователям необходимо взять под свой контроль всю Индию и пройти дальше на восток, обойдя горы и повернув на северо-восток. Это очень сложная и трудновыполнимая задача, но, Рамуарат, это – необходимость, если ты хочешь, чтобы арийские племена и северные народы в целом сохранили свое влияние и не поддались влиянию правителей южных земель, которых вы называете куршанами. Слишком велика угроза белой расе.

– Войной не решить назревшие проблемы. К тому же неизвестно еще так ли серьезна угроза. На юге живут по своим законам, как хотят и видят для себя, – возразил я.

– Я вижу, что ты не отдаешь себе отчета в происходящем. Кто и как устанавливал эти законы? С другой стороны, как они повлияют на ариев? Об этом ты подумал? Вижу, что нет.

– Силой нас не завоюют. Мы сможем отстоять свою свободу.

– Не разделяю твоей убежденности, – раздался голос Адама. – Ариев пока никто и не будет завоевывать. Они со временем сдадут позиции сами. Проясню ситуацию, чтобы тебе было понятно, что и как происходило. Когда мы собирали в путь людей, вам было предоставлено все для того, чтобы можно было жить в новых условиях. Мне пришлось передать людям оборудование, которое позволяет осуществлять генные изменения с информацией, записанной в базу данных, о том, как улучшать породы животных и растений, как способствовать их росту и развитию в новых условиях. Я, предвидя, что ситуация будет развиваться непредсказуемо и подавляющая часть людей попадет под влияние самопровозглашенных правителей, таких как Ной, Навух их помощники и последователи, которая не захочет считаться с нашими советами и решит по-своему разумению преобразовывать новые условия, предпринял меры. Их оказалось недостаточно.

Какое-то время после этой фразы Адама я ничего больше не услышал, но прошли какие-то мгновения, и информация полилась на меня потоком. В голове зазвучали следующие слова:

– Ной, узурпировав власть и расправившись с соперниками, поначалу не вмешивался в область, касающуюся улучшения людской расы. На это были свои причины. Порядка двухсот пятидесяти лет потребовалось для того, чтобы после Потопа и перестройки материковых плит полностью восстановилась примерно половина флоры и фауны на материках, поскольку не было мест, которых не затронул катаклизм. Все животные и растения погибли. Только в Северной Америке в Кордильерах сохранились остатки флоры. После того, как частичное восстановление флоры и фауны было осуществлено посредством миссии сразу трех капитанов, которые последовательно из пробирок, развернули заново часть видов животных и растений на Земле, Ной перешел к решительным действиям. Он собрал под своим покровительством всех оставшихся специалистов и поручил им новое задание. Им стало создание расы, наподобие той, которая была создана в нашем времени. Прекрасно понимая, что условия на Земле кардинально изменились и физические тела таких размеров, как наши, уже не получится разработать, Ной решил частично модифицировать то, что было под рукой. К тому времени ему уже было под триста лет.

Ной, здоровье физического тела которого было подорвано болезнями и постоянной борьбой за власть, стычками, не смог прожить больше, хотя запас сил у представителей человечества изначально составлял примерно пятьсот-шестьсот лет. После него старшим над большей частью людей стал Навух, затем Шуам, после Кавин. Список можно продолжать и дальше. Все они не оставляли надежды улучшить показатели своего физического тела. Главным для них было то, что они хотели силы и власти больше всего. Этот вопрос правители-тираны хотели решить за счет генной инженерии и улучшения породы людей. Только они не учли, что уровень сознания и интеллекта падал. Сознание даже лучших из людей не было способно сразу же воспринять и, переварив и трансформировав оставленное нами знание, воплотить его в желаемый результат за несколько десятилетий. Тем более что элты, зная, что такие попытки будут предприняты, не оставили основных данных и знаний о том, как это делать. Не понимаешь почему?

– Догадываюсь, но лучше, чтобы ты пояснил.

– Я повторюсь. Нет ничего страшнее генного удара и последующих мутаций. Они на протяжении столетий слабо отслеживаются, а когда проявляются, их уже не остановить. Поэтому генное оружие самое страшное и непредсказуемое по последствиям. Когда все уже произошло, невозможно что-то изменить.

– Но зачем это надо?

Адам слегка усмехнулся.

– Ответ прост. Власть над остальными людьми пьянит, а управление ими, как кажется многим, делает тебя сверхчеловеком. Кроме того, получение определенных способностей и возможностей за счет улучшения характеристик и параметров физического тела, в первую очередь силовых, позволяет укрепить свое доминирующее положение…

– Это возможно?

– Управление и подчинение чужой воле – да. Правда, для того, чтобы создать устойчивую подрасу управляемых и запрограммированных существ понадобятся столетия, а то и тысячелетия. Что же касается силовых и интеллектуальных способностей – то их надо развивать, зная, как это делать. Наши враги, атлы и тланы, посредством магической работы и не только на протяжении тысяч лет пробовали достичь нужного результата, но у них ничего не вышло. Несмотря ни на что, способности даже у заносчивых атлантов пошли на убыль в своем проявлении.

– Получается, что физические тела ариев подверглись мутациям и изменениям?

– Впрямую нет. Разве что через браки с беглецами с юга. Когда пал Сенбидан, десятки тысяч людей переправились в Европу. Многие из них дошли до ваших земель, но пока код ариев, код белой расы, всех северных племен не подвергся критичным изменениям, таким, после которых они бы потеряли некоторые свои способности. Защита с кода пока не снята. Арии сильны, но в случае того, если ты откажешься от выполнения предназначения, тогда арии и другие «белые народы» обречены. Не пройдет и тысячи лет, как все будет закончено.

– Как тебя понимать?

– Вскоре будет разработана генная модификация физического тела, которая, вступая в контакт с представителями других народностей, подавит их.

– Но южнее наших земель многие люди смуглы и это – нормально.

– Верно. Это нормально, но ты еще не видел тех, кто может прийти им на смену. Генные разработки ведутся несмотря ни на что. Специалистов по генной инженерии, клонированию и биологии готовят сразу в нескольких местах. Каждый куршан имеет возле себя подобные группы за исключением относительно слабых правителей. К примеру, Угнар (куршан Хаварии) не имеет такой группы, а Ахур (куршан Нэйджии) и Исиома (куршан Междуречья), а также Весиакан (куршан Северной Индии) и Рашурт (куршан Озирисии) располагают подобными группами. Догадываешься, что тебе необходимо сделать?

– Уничтожить оборудование и результаты экспериментов?

– Не только. Главное – информацию о том, как и что делать. Тогда мир не ввергнется в пучину тотальной войны на уничтожение. Ведь потомки и знать не будут о том, что с ними сталось. Точнее генетически измененные физические тела не будут считаться нашими потомками, поскольку дух, душа, тонкие тела не смогут в них воплощаться. А воплотившись, будут изменены и уничтожены за одно-два воплощения.

– Что же тогда?

– Догадайся с одного раза. Я все тебе не собираюсь говорить.

– Но дух еще силен!

– Ты не осознаешь и не видишь состояния своего духа. Увидишь – не обрадуешься, несмотря на то, что ты – один из лучших представителей ариев. Дух все меньше способен реализовывать способности в физическом теле, ведь качество его существования и кондиции медленно, но неуклонно снижаются. Определенные способности все реже проявляются. Это – тенденция, хотя может показаться, что это не так.

– У нас в Аратте идет всплеск проявления способностей у мужчин и женщин.

– Правильно. Одно не противоречит другому. Вопрос в том, что будет через несколько тысяч лет. Ты еще не сказал о том, на кого работают эти способности и что необходимо, чтобы арии, у которых они проявляются, не получили такие проблемы в дальнейшем, что их проявление у потомков будет невозможно. Их дух и тонкие тела просто рассыплются. Рамуарат – лови момент. Сейчас оттепель. Скажем так, последняя вспышка света перед наступающим мраком. Еще полторы, может быть, при самом лучшем раскладе две тысячи лет, и остатки знаний будут затемнены, забыты, а людей, которые помнят их и будут пытаться культивировать знания в незатемненном виде – уничтожат.

Придет Кали – эпоха зла, порока и разврата. Будет модно делать то, что убивает дух. Ты можешь отсрочить ее приход. Если ты этого не сделаешь – Кали придет через несколько десятилетий. Местом ее прихода станет Индия. Так что, Раму, тебе туда, если хочешь помочь себе, ариям и будущим поколениям.

– Можно как-то сладить с Кали, когда она уже будет на Земле?

Адам усмехнулся.

– Кали можно будет только служить, отдавая ей свои дух и душу по капле или с той скоростью, с которой она того захочет. Неизлечимого больного нельзя поднять с постели, можно только удлинить срок его жизни. Вопрос только в том, есть ли необходимость продлевать мучения?

– Ты не все мне говоришь.

– У тебя есть голова на плечах, чтобы думать самому. Я не собираюсь руководить и управлять тобой. Раму, пойди туда, сделай то-то. Я не маг, не бог и не темный куратор, не асур и не ракшас.

– Кто это такие?

– Существа, у которых нет духа и души. Основой этих существ есть черно-плазменная энергия или полностью перерожденный дух. Реже – его антипод. Им необходимы люди, у которых есть дух и душа. Тогда они питаются их энергиями незаметно, но неуклонно, пока дух, тонкие тела и душа не разложатся. Так они живут. По-другому асуры, ракшасы и другие модификации не могут существовать. Пока таких воплощений немного, но их количество неуклонно возрастает, равно как и магов или их помощников, которые тоже занимаются тем же, только еще более изощренно.

– А боги, высшие существа?

– Их нет, Рамуарат. Под их лицами скрываются магические существа, мозги или кто-то еще, кто хочет, чтобы на него работали или ему служили. Такова правда. Существуют по тонкому плану только кураторы с миров Большой Медведицы, но их остается все меньше. Запомни одно: как только кто-то тебе дает прямое указание под благим видом, он хочет, чтобы ты стал послушным исполнителем чужой воли. Тебе необходимо думать самому и принимать решение тоже самому, опираясь на себя, ум, разум и сознание.

– Ты же мне тоже указываешь, куда идти.

– Я рекомендую тебе поразмыслить над моими словами, проанализировать, собрав необходимые данные, а после ты решишь сам, как тебе поступать. Я читаю еще вопросы на твоем лице. Спрашивай.

– Я хотел тебя спросить о первых капитанах. Они выполнили свою миссию? Я правильно тебя понял?

Адам усмехнулся и переглянулся с женой, после чего произнес:

– Я и сам тебе хотел чуть подробнее рассказать о том, что происходило с первыми людьми, как только они прибыли в мир, омытый водой Потопа. Ной, захватив власть, не мог сразу закрутить гайки. Он начал строить из себя чуть ли не просвещенного правителя. Особенно это касалось группы тех капитанов, которые ему были необходимы для того, чтобы на Земле после Потопа, ряда землетрясений, обильной вулканической деятельности жизнь вошла в нормальное русло. Поэтому трех капитанов Ной направил соответственно: одного – в Америку, второго – в Африку и Индостан, а третьего – в Австралию и район Микронезии для восстановления флоры и фауны.

Капитан Тарн с экипажем отправился в Америку, где за примерно полтора столетия полностью восстановились фауна и флора в соответствии с картой, составленной нами. Из пробирок были выращены вновь все погибшие существа. Почти все, если говорить точно.

– Почему почти? – вырвалось у меня.

– Не перебивай, я все тебе расскажу, а подробности запишу на Унаарс. Будет время, просмотришь информацию еще раз. Избыток вредит больше, чем недостаток. Я и так подвергаю тебя излишнему воздействию через информацию. Устойчивость у тебя недостаточная, но по-другому я не могу поступить. Тебе необходимо знать, как дела обстояли в действительности перед началом похода. Иначе у тебя не будет стимула и не сформируется должное понимание происходящего. Итак, слушай.

Адам уже хотел начать рассказ, но в беседу вмешалась Эвия. Улыбнувшись мне, Эвия певуче произнесла:

– Ты, главное, не воспринимай нас, как высших существ. Мы больше знаем, чем ты и твои соотечественники, но это совсем не значит, что мы справились с проблемами, возникшими в цикле существования нашей цивилизации. Если бы это было так, то не понадобилось бы выращивать новую расу. Людей бы не было.

– Да, – поддержал Эвию Адам, – решать вопросы и принимать решения после наших слов придется тебе. Мы можем только лишь посоветовать.

– Я готов услышать рассказ и не буду перебивать.

– Тогда слушай.

Я, как вы понимаете, потомки, не могу в полном объеме привести нашу беседу. Она слишком объемна и может занять по объему знаков размер, который составляет первая книга моих записок. Беседа, пояснения Адама, дополнительная информация о том, что происходило, записана мною в базе данных отдельно. В ней с учетом записей приведена вся действительная история человечества от появления кораблей-ковчегов в новом мире и до нынешнего момента. Честно говоря, чтобы посмотреть историю войн, слез, страданий и бедствий, надо иметь крепкие нервы и устойчивую психику. Я, если честно, только в общих чертах пробежался по информации перед походом. Более подробно я обратился к ней уже после возвращения в Аратту.

– …Капитан Нодан начал активно восстанавливать флору и фауну в Африке, а его помощник, Гоин, – в Индии, но самые интересные события произошли с капитаном Паиром и экипажем его корабля. Паир был одним из самых умных и грамотных капитанов и сразу же заподозрил, что Ной ведет двойную игру и использует его, поскольку он был нужен. Паир знал, что Ной жестко придушил восстание на других кораблях, чьи капитаны и экипажи были не согласны с его главенством, назначив капитанами своих ставленников, но ничего не мог сделать. Его относительная свобода, что он четко осознавал, должна была закончиться к тому времени, как он выполнит задание.

Австралия и окружающие острова были наиболее отдалены от резиденции Ноя, находившейся на восточных берегах Средиземного моря (Израиль и Сирия). Также у Ноя было еще несколько баз на южном побережье Средиземного моря в районе гор Атласа. Ной ждал момента, когда Паир закончит работу. Задача, которую он решал, была одной из самых сложных, поскольку животный мир Австралии был отличен от того, что было в Африке и Индии. Здесь сохранились образцы флоры и фауны, обитавшей миллионы лет назад. Лемурийцы, как и все представители прошлых цивилизаций, в силу ряда причин не заселяли Австралию, где ими был организован заповедник.

Паир блестяще справился с задачей. Он восстановил почти девяносто процентов флоры и фауны всего за каких-то сто пятьдесят лет. Об успехах он не спешил докладывать Ною, но правды нельзя было долго скрыть. Ной быстро узнал через своих осведомителей об успехах Паира. Как ты думаешь, что было потом?

– Думаю, что Ной послал за Паиром один или два корабля.

– Не совсем так. Ной поздравил Паира с успехом и сказал, что он достоин награды. «Я жду тебя у себя в Ваэне (город, где располагались резиденция Ноя), – передавал он Паиру. – Возвращайся быстрей. Тебя ждет успех и почитание, а также еще более ответственное задание. За то время, пока тебя не было в Отарии (совокупное название земель на побережье Северной Африки и Малой Азии, где первоначально было образовано государство, которым начал править Ной), произошло много событий. Некоторые капитаны не подержали меня и самовольно покинули Ваэн, по своему разумению перейдя на свободные земли и на свой страх и риск, без моего разрешения на то, поселились, где им вздумается. Совет капитанов не считает такое их действие законным. Они и все люди, принявшие их сторону, считаются преступниками и объявлены вне закона».

Паир, прочитав послание, пообещал, что как только он доведет дело до конца, сразу же прибудет к Ною и с готовностью возьмется за новую задачу. Паир, зная, что на самом деле происходит, поскольку с ним связывался не только Ной, но и капитаны, ушедшие от него на кораблях, преимущественно на север, решил до поры до времени подыграть Ною, а в самый решающий момент тоже уйти на север. Быть под Ноем он и его экипаж не хотели, поскольку знали, что большинства первых капитанов уже нет в живых. Ной и его помощники позаботились об этом.

Адам остановился. Его лицо выражало печаль.

– Что же было потом? – напомнил я.

– Потом Паир дошел до того, как усилить и сделать доминирующими те или иные гены. Точнее дошла до этого группа экзахов, работавших под его руководством, использовавшая предоставленную элтами информацию. Я и не предполагал, что на основании предоставленной информации можно сделать основополагающее открытие, поскольку она содержала только косвенные намеки. Паир, прекрасно понимал, что в его руках оружие, которое может изменить мир в худшую сторону, попади оно к Ною. Поэтому он решил задержаться у берегов Австралии еще на несколько десятилетий. Ной не мог ждать. Он быстро понял, что Паир выработал что-то такое, что необходимо ему, как воздух. Приветственный тон его посланий сменился угрожающим.

«Ты думаешь, что умнее других? Что я не знаю о том, что твои люди сделали важное открытие, которое полностью может изменить лицо человечества? Так знай. Я в курсе твоих дел. Укрывать от меня и всех нас результаты исследований в области генной инженерии я не позволю. Тем более что это открытие позволит продлить жизнь мне и тысячам других людей».

Паир понял, что наступает ответственный момент. Он сразу свернул деятельность возле берегов Австралии и подался на север в район Микронезии. У него было три судна: одно больших габаритов и два меньших. Результаты исследований он засекретил, запаял в специальный цилиндр и спрятал. Еще два исследовательских центра были расположены на островах. Исследования там не прекращались.

Адам опять замолчал. Я ожидал продолжения. После некоторой паузы я услышал следующие слова:

– Ной, видя, что Паир не собирается возвращаться, тем более делиться с ним открытием, объявил ему войну. Двадцать два года люди Ноя гонялись за Паиром по всей Микронезии, Меланезии и Австралии. Один из кораблей, которым управлял один из помощников Паира – Инкарт, был взят на абордаж, а все, кто находились на борту, пошли на корм рыбам или были без средств существования выброшены на необитаемые острова. Двум другим кораблям удалось пройти на север. Ной, тем не менее, не получил результаты исследований. У Инкарта на корабле их не было, а сам он не был посвящен в тайну. Инкарт был убит, а ставленники Ноя по его поручению продолжили поиски.

Несмотря на войну, вспыхнувшую в Средиземноморье, за последующие пятьдесят лет люди Ноя обшарили все острова, насколько это могло быть осуществлено с тем уровнем средств, который у них был. Все было тщетно. Была найдена одна из лабораторий, но там никого и ничего не было. За Паиром началась охота. В конце концов, он был убит, но его наследие и результаты исследований куда-то исчезли. Куда – никто не знал. Группа исследователей под руководством Абэанина, распалась. Абэанин скрылся с частью помощников на земли, которые сейчас принадлежат ариям. Ной не оставил его в покое и там. Когда Абэанина выследили и, десантировав группу захвата, взяли в плен, Абэанин разгрыз капсулу с ядом, вставленную в зуб. Ной остался ни с чем. От злости он покалечил одного из своих помощников, обвинив его в нерасторопности.

– Чем же так ценны были находки Абэанина? – не удержался я от вопроса.

– Тем, что он вплотную подошел к тому, чтобы усилить и укрепить гены первых людей, гены белой расы. Успехи его и его помощников в генном программировании и генной архитектуре были более чем серьезны. Улавливаешь, о чем я говорю?

– Да, думаю, что начинаю понимать тебя.

– Наследство Паира и Абэанина находится в Аратте, в Баргии в горах, – продолжил мысль Адам. – Координаты места, где находится цилиндр, я тебе сообщаю. Дальше – твоя забота, что с ним делать. Информация изложена доступно на языке первых людей и даже не зашифрована. Через несколько десятилетий, подготовив несколько соплеменников по специальной программе, ты сможешь получить препарат, усиливающий ариев, белую расу и уже возникшие модификации. Не сделаешь это – все твои начинания пойдут прахом. Не пройдет и тысячи лет, произойдет почти полное вырождение в целом северных народов и не только.

Адам внимательно смотрел на меня и улыбался. Мне показалось, что он насмехается надо мной. Я сразу же спросил:

– Почему ты смеешься?

– Сказал тебе, и мне стало легче, как будто гора свалилась с плеч. Советую немедленно направить группу на тирчах в указанный район. Руководителем назначь Киршу и кого-то из помощников Эраса или Орточена. Они справятся.

Я молчал, немного оглушенный услышанным.

– Что, новость ошеломила? Ничего, первая реакция сейчас пройдет. Ты готов услышать продолжение рассказа?

– Да, – негромко произнес я.

– Я быстро закончу, – пообещал Адам и продолжил: – Что же касается Нодана, то Ной после того, как он закончил выполнять поставленную задачу в Африке и Индии, уничтожил его, взяв результаты исследований под свой контроль. Тарн, узнав, что Ной самоуправствует, не желая разделить судьбу Нодана, остался в Центральной Америке и прекратил все контакты с Ноем, что, впрочем, не помогло ему остаться в живых. Ной, связавшись с одним из его помощников, подговорил того убить Тарна, что тот и осуществил. Вот только результаты генных исследований не попали к Ною. Помощник оказался умнее, чем Ной думал и не отдал то, что Ной уже считал своим. В результате этого разразилась война. Ной прекрасно понимал, насколько важными были результаты исследований и на шести кораблях отправил в Америку Навуха. Результатов его миссии он не дождался. В окружении Ноя его внуки и правнуки хотели власти. Пока Навух гонялся за врагами Ноя в Америке, власть поменялась. Навух, узнав, что его обошли, срочно свернул миссию и вернулся обратно в Средиземноморье, где в результате длительной войны заменил Ноя на его посту.

– Так что, получается Ной погиб не своей смертью?

– Один из его правнуков лично убил дедушку. Один тиран пал, вместо него на трон взошел другой. После этого в Америке оставшиеся люди начали эксперименты с генной инженерией. Подражая разлагающимся атлантам, они попробовали изменить тип тела и его цвет, а также некоторые морфологические его признаки, улучшив породу.

– Получилось?

– Праздный вопрос. Опыты по моим данным исследования и эксперименты были быстро свернуты. Все те, кто разбирался в данном вопросе, были уничтожены или пали в битвах за власть на протяжении двухсот последующих лет, но дело их уже прочно вошло в жизнь.

– А причем здесь подражание атлантам?

– Среди элиты атлов и тланов считалось признаком принадлежности к высшему свету иметь оттенок кожи слегка красноватый или смуглый, как при загаре. Только они умели на время его обретать. Основной их цвет их физического тела оставался белым, что обусловлено рядом причин. Об этом ты почитаешь в информации, которую я оставил для тебя на Унаарсе.

Мы еще долго беседовали с Адамом. Много нового я приоткрыл и узнал для себя. После этой беседы и ее осмысления я стал по-новому смотреть на окружающий мир. Сомнений на счет похода у меня оставалось все меньше. Накануне его оставалось еще одно важное дело – женитьба, о чем я собираюсь рассказать в следующей главе.

Как говорят опытные и умудренные годами арии: «Если хочешь понравиться женщине, не угождай ей и не спеши завоевывать ее сердце. Будь собой и прояви силу в ведении, указывая путь паре и, одновременно, не делая этого. Не будь нарочитым и не пытайся что-то из себя строить. Фальшь всегда видима и не вызывает ничего, кроме раздражения и размежевания. Но, главное, определись, нужна ли тебе такая женщина, когда внешняя красота сойдет и тебя окружит красота внутренняя…».

Глава 2
Молодая жена

Если честно, то перед написанием повести о своей жизни я сказал себе, что совсем не буду или буду минимально описывать и рассказывать о родственниках, женах и детях, заводя разговор о них лишь в случае крайней необходимости. Поэтому о своей первой жене и детях от брака с ней я фактически ничего не рассказываю. Не хочу ворошить прошлое, да и боль от утраты даже в конце жизни еще побуждает при воспоминании сжиматься сердце. Тем более что я косвенно оказался причастен к раннему уходу Тэраи. Я не смог защитить, когда надо было, ее от руки убийц, несмотря на то, что на момент гибели жены меня не было в Аратте.

В отношении же Орсии мне видится, что несколько слов о наших с ней взаимоотношениях было бы уместно сказать в свете последующих событий. Все-таки я с ней встретился перед тем, как идти в поход, в тот период, который я достаточно подробно освещаю в записках. Тем более что без Орсии не было бы детей, не было бы и первого сына – Арджена, который продолжил, как он считал, начатое мною дело и продвинулся с войсками еще дальше на восток Индии. Сыновья же и дочери от брака с Тэраей так далеко, как от брака с Орсией, не пошли. Все они закончили или закончат свой жизненный путь в Аратте.

Говорить о женщине мало – значит, ничего не сказать о ней, но как только ты начинаешь подбирать слова, описывающие красоту избранницы, начинаешь замечаешь, что они, кроме того, что лишние, только лишь частично отображают то, что есть на самом деле. Но я, попытаюсь найти середину в описании, сказав о самых выразительных чертах и свойствах характера Орсии.

Начну с того, что Орсия была сильна и умела как в обращении с оружием любого вида и рода, так и в делах, которые все без исключения спорились у нее в руках. При этом она выполняла работу осмысленно и внешне неторопливо, хотя за этой неспешностью я чувствовал готовность, если надо, ускориться и быстро завершить начатое дело. Фигура у Орсии была почти что идеальной для женщины моего времени. В ней чувствовались скрытая сила и готовность стать заботливой матерью для детей, вырастить их здоровыми и сильными людьми. Естественность поведения Орсии с самой первой встречи с ней произвела на меня, наверное, самое благоприятное впечатление. В ней не было какого-то жеманства, желания казаться лучше, чем она есть, выгодно преподнести себя годару. Я для нее с самого начала и до конца жизни не был годаром, а был мужчиной, а уже потом и всем остальным по совместительству.

Еще Орсия умела слушать, была добра, сердечна и внимательна к тебе. Ничто не могло укрыться от ее взора. Это особенность ее поведения вначале даже смущала меня. Орсия отмечала во мне мельчайшие смены настроений, о которых я сам себе в силу разных причин не отдавал отчета. О проницательности и умности этой женщины я не буду говорить. Отмечу только, что даже на Эраса некоторые фразы Орсии при беседе производили необычное впечатление, а мой друг и учитель на своем веку насмотрелся разного и слышал не из одних уст мудрые речи.

Эрас, конечно же, одобрил мой выбор. Как-то раз, когда Орсия уже дала свое согласие быть и жить со мной, ураван, по обычаю слегка щурясь, что было равносильно усмешке на его лице, в беседе со мной сказал: «Женщину ты себе выбрал подходящую. Даже Кашия не могла так подгадать, хоть она и великая мать всех ариев. Хотя, – Эрас надолго замолчал, думая, видимо, как лучше выразить мысль, – это больше Орсия тебя выбрала, годар. В прошлых жизнях ты не раз был ее мужем и отцом. В этой она поможет тебе, но и ты не забывай о ней…».

Я, услышав эти слова Эраса, сразу же сообразил что к чему.

– Предвидишь, что Орсию постигнет такая же участь, что и Тэраю?

– Я этого не говорил, но учитывать то, что такое может случиться в дальнейшем, необходимо. Это твоя забота, годар, где бы ты ни был и что бы ни делал. Помни о женщине и тогда женщина прикроет тебе спину в нужный момент и обеспечит надежный тыл. Только сейчас я скажу, что ты готов отправиться в поход.

– Неужели готовность моя к походу зависит от того, что рядом со мной есть женщина или ее нет? – усомнился я.

– Ты перекручиваешь мои слова и делаешь вид, что не понимаешь реалий. Ты же не глуп, годар. Что же ты строишь из себя недалекого и ограниченного воина? Тебе войсками руководить, подвергаться воздействиям, которые непременно окажут враги. Или ты думаешь, что тебе не подобрали роковую женщину или ту особу, которая сыграет эту роль? Тут и с Орсией может быть промашка. Женясь на ней, ты подвергаешь ее серьезным рискам. Ладно бы ты, привыкший к походам, а так кроме тебя еще и ей придется под удар подставляться, как и твоим детям. И ты, с какой бы женщиной не жил, облекаешь семью на серьезные испытания. Это ты обязан знать и делать все для того, чтобы прикрыть семью и сделать детей и жену как можно менее уязвимыми перед валом влияний и воздействий любого рода и вида, которые не преминут поставить кашаги (колдуны и маги среднего и высшего звена).

Так наставлял меня Эрас. Его слова – как вода из черка (деревянная лоханка), сразу же настроили меня на нужный лад. Допустить с Орсией такого же исхода, как и с Тэраей, я не мог. Поэтому заранее принял меры по охране и ограждению жены от различного рода неприятностей. Скрыто, конечно. Орсия была женщиной свободной, никогда не сюсюкала и не вела себя так, чтобы ее пожалели или оказали какие-либо почести или знаки внимания. Слуг или прислужников у нас в семье никогда не было. Жена в дальнейшем все делала сама и серьезно беседовала со мной, когда кто-то делал за нее дело, которое она считала своим. Во многих случаях, чего скрывать, мне приходилось идти навстречу и уступать жене, выслушивая ее аргументы, но были вопросы, в которых я жестко стоял на своем и, несмотря на все уверения, аргументы и уговоры жены делал так, как считал нужным.

Что же касается наших дальнейших взаимоотношений, то они никогда не были чистыми и безоблачными. Цветов для жены, как это будет принято в вашем мире, я никогда не срывал и не дарил. Да, бывало, весной, когда степь цвела, мы вдвоем в сопровождении охраны, следовавшей на расстоянии, выезжали в степь, чтобы полюбоваться множеством цветов, которые распускались в один день, чтобы быстро отцвести. Пока они цвели, наполняя воздух благоуханием, вокруг них летали, делая свою работу, мириады насекомых.

Излишне говорить, что цветущая степь – незабываемое зрелище. Это надо видеть, слышать, чувствовать и обонять, сохраняя в своей памяти на долгие годы картины, когда земля, пробудившись к жизни от силы солнечных лучей, выражает себя в цветении. Когда видишь вокруг такую красоту, ты начинаешь понимать смысл Бытия и Существования, хоть иногда это, признаюсь, наводит тебя на невеселые мысли. Когда ты пробудился, вновь заснуть не хочется, да и не получается…

Что же касается Орсии, то ей особенно нравилась цветущая степь и эти наши с ней прогулки, которые были, естественно, далеко не частыми. Их жена запомнила на всю жизнь. Вышла замуж она за меня не потому, что я был годаром, а потому, что во мне Орсия увидела то, что позволит ей расцвести возле меня, как женщине. Так она говорила. «У тебя крепкий внутренний стержень, годар, – как-то раз, искоса поглядывая на меня, призналась Орсия. – Силы своей ты не знаешь, как и не знаешь, на что способен. А вот врагов у тебя много. И все они хотят, чтобы ты как можно быстрее ушел из жизни».

Что мне было ответить, если Орсия и так знала реалии, в которых ей предстояло со мной жить? Я будущую жену, конечно же, предупредил о превратностях жизни со мной, на что Орсия, усмехнувшись, ответила: «Лучше прожить с тобой полную опасностей жизнь, чем уберечься от черных коршунов и мечей, но так и не обрести счастье. От тебя будут здоровые и сильные дети, годар, а в них счастье женщины и в том, что мужчина, которого она любит, с ней».

Так что Орсию я не принуждал жить со мной, равно как и никто из моих друзей или знакомых, в том числе и Эрас, ни о чем с ней не говорил. Сложилось так, как сложилось. Надо сказать, что не так уже и плохо, как мне видится с высоты прожитой жизни. В отношениях с Орсией мне иной раз было нелегко. Жена имела неуступчивый характер и последовательно отстаивала свою точку зрения. Правда, ее можно было, приведя аргументы, в чем-то убедить, что мне частенько приходилось делать. Каких-либо скидок мне на то, что я годар или занят чем-то важным, не было.

Наверное, я сказал достаточно. Описания правильного овала лица, бровей, высокого лба и золотистых, с коричневыми прядями волос, слегка тонковатых губ, других подробностей лица и внешности в целом я не привожу. Не вижу в этом особой необходимости. Отмечу еще, что Орсия умела держать себя, всегда была аккуратной, одевалась со вкусом, но никогда я не видел на ней обилия украшений. Она их частенько, будучи моей женой, вообще не носила, а если украшения и появлялись на ней, то они были по делу, выгодно дополняя ее красоту. Зато жена всегда носила на поясе гребень, нож и короткий меч. Орсия очень любила стрелять из лука, и была одним из лучших стрелков-женщин в Аратте, даже занимала первые места на состязаниях. Даже во сне не раз я видел ее с луком в руках и с колчаном стрел за спиной.

Мои чувства к Орсии зрели постепенно. Взаимоотношений с ней я не форсировал, как и не пытался слишком понравиться ей. Я ко времени встречи с будущей женой был уже сложившимся мужчиной, многое повидавшим на своем веку. Отношения с Тэраей с того момента, как я вынуждено отправился по приказу Оравата с воинами под Иштру, не могу сказать, что не ладились, но жену я не видел после пятидесяти двух лет годами. Эрас, когда выхаживал меня, в силу ряда причин не разрешил Тэрае до определенного момента находиться возле меня. Волнений и переживаний по его видению в отношении меня не должно было быть, поскольку, как он считал, это мешало полноценному выздоровлению. По сути дела, я давно уже был один. Дети стали взрослыми. У них были свои семьи.

В последние годы я больше времени уделял управлению Араттой, чем своей жене, днями не видя ее. Тэрая не мешала мне. Ни разу не пришла ко мне и не сказала, чтобы я выслушал ее или просто поговорил с ней. Она все понимала. Дел у меня было более чем достаточно. Эрас не вмешивался в мою личную жизнь, только издали наблюдал за ней. Не надоедал советами и отец. Ашарт к тому времени начал сдавать. Эрас какое-то время занимался с ним, после чего Ашарту стало лучше. Как-то раз, встретившись с Эрасом, я невзначай поинтересовался здоровьем отца. Эрас, бросив взгляд на меня, отвел его в сторону и произнес: «У твоего отца крепкий стержень. Лет двадцать он еще проживет, может, и больше. Ранений и травм слишком много. Жизнь была тяжелая. Что же касается жены, – этого сказать не могу».

В тот момент я не обратил должного внимания на слова Эраса. Поверхностно поинтересовался, почему он так считает. Ураван ответил, что линия жизни у жены рано обрывается. Объяснений этому было несколько. Эрас уже тогда намекнул мне, что жену могут убить. «Тэрае лучше не оставаться одной», – так сказал ураван. С того момента за Тэраей неизменно следовали телохранители, которые наблюдали за ее действиями. Жена возмущалась, но потом привыкла. Тем не менее, такая забота о Тэрае не помогла. Это еще раз подтверждает простую истину: если тебя хотят убить, то это сделают независимо ни от чего. К тому же Тэрая, как будто из вызова мне, не всегда соблюдала меры безопасности и предосторожности. Скорее всего, уже тогда она хотела уйти. Почему? Не знаю. Только что-то в ней уже тогда было не так. Свежесть и радость в ее взоре начали блекнуть, а это считалось признаком усталости и раннего ухода.

С Орсией все было по-другому. Сошлись мы с ней вроде бы и быстро, но я чего-то ждал, не решался сделать последний шаг. Орсия не торопила меня. Первый ее муж, Куак, погиб в походе. Отравленная стрела попала ему в плечо. Двое детей от него уже были достаточно взрослыми. Совет Аратты взял мальчика и девочку под свое покровительство и определил в специальные группы, поскольку у них с детства проявлялись определенные способности. Орсия была свободна. Ее дети были под присмотром опытных наставников. Недавно Орсии исполнилось двадцать девять лет. За четыре года, которые она провела без мужа, Орсия многому научилась. Она снова чуть не вышла замуж, но воин, который ей понравился, в походе нашел другую женщину и остался с ней на юго-западных рубежах Аратты. Впрочем, Орсию это не смутило. Ее редкая красота привлекала к ней мужчин.

К своей относительно свободной жизни Орсия успела привыкнуть и не очень-то спешила замуж. Конечно, ей, как и всякой женщине, нравилось внимание мужчины, тем более годара, но, обладая свободным нравом, Орсия часто подкалывала меня и, смеясь, говорила: «Что, воин, снова поскачем в степь на конях вместе с телохранителями? Они у тебя послушные. Следуют за тобой по пятам, словно тени. Хочешь, чтобы они видели, как мы любим друг друга?»

Мне нечего было ответить Орсии. Я старался спокойно воспринимать ее слова. С некоторых пор Эрас еще больше усилил мою охрану. Мои уговоры его не смущали. Верховный огак спокойно выслушивал мои слова по поводу того, чтобы охрана на время моих поездок с Орсией в степь была снята, иногда даже слегка наклонял вперед голову, якобы соглашаясь, но делал так, как было нужно в сложившихся обстоятельствах. Как-то раз, когда я особенно рьяно добивался того, чтобы охрана хотя бы находилась подальше, Эрас, вздохнув, произнес:

– Этого не произойдет. Хоть ты и годар, но твоя жизнь сейчас, когда все начинается, дороже любой из ариев. Ты – лучшее, что есть у нашего народа. Позволить тебе нарушить правила безопасности я не имею права ни перед собой, ни перед будущими поколениями. Женись на Орсии. Она подходит тебе. С мечом и луком не хуже любого мужчины управляется. Спину тебе будет защищать. Дети от нее будут сильными и здоровыми. Чего тебе еще необходимо?

– Моя предыдущая жена…

– Достаточно о прошлом, – прервал меня Эрас. Мы сейчас говорим о будущем. Ты что, не готов? Есть проблемы?

Эрас пристально посмотрел на меня.

– Может, чуть позже? – вырвалось у меня.

– Что-то я тебя не узнаю, годар. Из лука ты стреляешь точно в цель, на мечах и копьях сражаешься нормально, Геркуба победил, на лошади тоже можешь проскакать не один десяток километров без отдыха. Ты что, болен чем-то?

– Перед детьми как-то неправильно выходит.

Эрас нахмурил брови.

– Ты мне о детях не вспоминай. Они – давно уже взрослые. Говори по делу, в чем вопрос?

– По ночам ко мне приходит Тэрая. Пробует заговорить со мной. Хочет, чтобы я ее к себе пустил.

– Понятно. Надо было мне сразу сказать. Я бы принял меры. Маги начали к тебе искать дорожку во снах. Этого следовало ожидать. Знают они твое слабое место, вот и используют его. Решайся, годар. Вводи в свой вашег (шатер) Орсию. Думаю, что ты не пожалеешь об этом, а со снами мы что-нибудь придумаем.

В самом конце лета я женился на Орсии. По нашим обычаям, я должен был догнать на коне беглянку. Девушка, которая хотела выйти замуж за возлюбленного, несильно убегала от него. Мне же пришлось прилично проскакать за Орсией, которая пустила во всю прыть своего жеребца. Как истинная дочь степей, она любила ездить на коне и «дышать степью» где-то далеко за поселением, в то время, когда степь особенно прекрасна. Утром или вечером, на закате солнца наблюдая, как солнечный диск закатывается за горизонт.

Энтиай, – состояние чистоты души и внутреннего спокойствия – вот что соблюдала Орсия. Она была посвященной и подавала немалые надежды. Одария и великая мать всех ариев с добротой и теплом отзывались об Орсии и об ее успехах. Орсия в переводе означало – плодородная нива, напоенная небесной влагой. Женщина оправдывала свое имя в полной мере. Эрас не ошибся в выводах. Я ни разу за всю совместную жизнь с Орсией не пожалел о том, что жил вместе с ней.

Между тем хлебная осень, пришедшая в Аратту, поставила передо мной много вопросов. Один из них заключался в том, что следовало указать места в Аратте и на ее южных окраинах всем прибывающим с севера племенам. К осени в Риш прибыл Тэршила, но без Геркуба.

– Рэхар (военный вождь-правитель) прибудет ближе к холодам, – пояснил верд (посвященный из числа гелов и анабергов, владеющий силой и способностями).

Гелов пришло в три раза больше, чем я ожидал. Это были только первые племена. На следующий год ожидалось прибытие втрое большего числа людей. Тогда я еще не знал, что сотни тысяч мужчин и женщин из разных племен вслед за гелами, аблами и анабергами со всем своим скарбом потянутся с севера на юго-восток. Тэршила был спокоен, но, тем не менее, я заметил, что он о чем-то напряженно размышляет.