Игра с любовью в поддавки
Сборник стихов
Владимир Иванович Нефёдов

© Владимир Иванович Нефёдов, 2021

ISBN 978-5-0053-1127-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Стихи

От автора

Уважаемый читатель!

Все стихи включённые в этот сборник, написаны в 2020 году в разные его периоды.

Их диапазон очень широк, от жизни и любви до всевозможных неживых предметов.

Стараясь описать природу я выставлял её как вполне сформировавшеюся женщину.

А отношения представить как обычные закономерные явления. В общем всё имет и душу и характер.

Прочтите и вы поймёте всю глубину того что я хотел вам передать.

Владимир Нефёдов.

Наверно есть другой формат

Наверно есть другой формат,
Ментального искусства,¹
Куда ни глянь, лишь плагиат,
А не живые чувства.

Игра с любовью в поддавки,
Обманет ли природу?
Там ставки ставят простаки,
Бесчувственные сроду.

Лишь ревность вызвав у людей,
На фоне личной драмы,
Сыграет в маске лицедей,
Но только для рекламы.

Любовь открыто, в неглиже,
Так неразумно ходит,
Зачем невинной госпоже,
Культуру портить моды?

Сведя двоих людей, всего!
Разрушить может город,
Страну стереть с земли, легко,
Ей статус свой не дорог.

Она потрогает сердца,
Даря свои уроки,
Но будут в сущности всегда,
Те люди одиноки!

Любовь стихами не оценишь

Любовь стихами не оценишь,
Ей больше прозу подавай,
Она взмахнёт пучком сирени,
В последний прыгая трамвай!

Тебе помашет со ступенек,
Воздушный пустит поцелуй,
Ну как актриса, что на сцене,
Среди туманно-дымных струй!

А ты замрёшь с рукой поднятой
И взор не сможешь отвести,
О боже мой, всегда распятый!
Твоей любви нас ждут пути…

Реальны только рельсы, шпалы,
Да звук трамвая за углом,
Любви мистически анналы,*
С любимым вроде существом!

Ты похожа ликом на мадонну

Ты похожа ликом на мадонну,
Ту, что держит малого христа,
Ведь не зря наверно на икону,
Попадает женщин красота.

Пишутся потом с таких портреты,
Что невольно радуют глаза
И тогда библейские заветы,
Мы считаем божьими всегда.

Иногда и грудь вдруг попадает,
На шикарно выбранный сюжет,
Тут тоска невольно подступает,
Хочется откинуть пару лет.

Чтобы жизни стали ярче краски,
И вселенной ближе небеса,
Чтоб хватало людям божьей ласки,
И любовь пронзала все сердца!

Формы тела явно безупречны,
Грациозность подтверждает стать,
Все пути господни будут вечны,
Красота поныне его мать!

Прогулка

Слабый ветер даже не колышет,
Наверху тугие провода,
Что висят от крыши и до крыши,
Будто так положено всегда.

А вокруг реально только вакуум,
Из высотных зданий городских
И за мной ползут по циферблату,
Промежутки стрелок часовых!

Вот изгиб асфальтовой дорожки,
Поманил буквально за собой,
Чугуном блеснули тускло ножки,
У скамьи, перила чьи дугой.

Тишина безлюдным переулком,
Примыкает к стареньким домам,
А тропинка сморщенным окурком,
Делит клумбу прямо пополам?

Я брожу по улицам и паркам,
По траве пытаюсь босиком,
Жизнь пылает маленьким огарком,
Время дышит выпитым вином.

Современная

Растрепались косы золотые,
У девчонки лихо за спиной
А глаза немножечко большие,
Под оправой цвет сменили свой.

Та задорно просто огляделась,
По прохожим взглядом провела,
Видимо в душе гуляла смелость
И хватало женского тепла.

Улыбнувшись даже очень мило,
Волосы откинула с груди,
Это всё смотрелось так красиво,
Лет пятнадцать возрастом поди?

Сумочкой взмахнула ярко-красной,
(Шёл аксессуар к её губам),
Платье было скрыто водолазкой,
Сочетаясь всё же по цветам.

И пошла свободно, грациозно,
Женщина, тут нечего сказать!
А живот, довольно скрупулёзно,*
Выдавал в ней будущую мать.

Лодка

Рассохлась лодка, щели растащило,
Потерян облик, скажем и престиж,
На ней немного высохшего ила,
Кусок от пакли как патронный пыж.*

Смола растаяв полностью исчезла,
Но видно краску, только по краям,
Хоть обращались с нею может нежно,
Зато сейчас всё катится к чертям!

Служила людям верой или правдой,
С волной боролась и не шла ко дну,
До берега доплыть считала надо,
Но старую оставили одну!

На солнцепёке, под покровом неба,
Где ночь коварна холодом своим,
Где каждый миг позорного ночлега,
Для древесины был неумолим.

Бока её от времени опали,
Торчат как рёбра, доски с разных мест,
А паклю птицы видно растаскали,
Зато ей светит часто Южный крест!*

Ей было четырнадцать

Как больно мне любимый мой!
Терпеть с тобой разлуку,
Твой образ вечно предо мной,
Но дарит только муку.

Твоё лишь имя на губах,

Букет воспоминаний,

Как слёзы жалости в глазах,

Со стонами терзаний.

Как трудно мне любимый мой!
Ночами оставаться,
Ведь этой сказочной порой,
Так тянет целоваться.

Теперь что ждёт там впереди,
Давно лишилось смысла,
Где грань что можно перейти,
И дней не спутать числа?

Как страшно мне любимый мой!
Искать со смертью встречи,
На небесах найду покой,
Он там наверно вечен!?

Такая

Таких не раз я соблазнял,
Невинно пахнущих ликёром,
Их плоть манящую лобзал,
Не прибегая к уговорам.

 «Какие формы.» – говорил,
– «Зачем вы прячете такие?»
– И не у всех хватало сил,
Скрывать желания шальные!

Когда была она со мной,
Цветы мы мирно собирали,
Видать я был очередной,
Раз было ей не до морали.

И вещи те, что для меня,
В порыве страсти учудила,
Я принимал её любя,
О как всё это было мило!

Но я запомнил на всегда,
Как горько та потом рыдала,
А тот букет что собрала,
Так и лежал посредь вокзала.

Пост луны у земного порога

Пост луны у земного порога,
Я готов заменить не с проста,
Чтобы сна не касалась тревога,
А была лишь любви теплота.

Разгореться огнём беззаветно,
За решёткой каминной печи,
Попытаюсь как жаркое лето,
Теплотой согревая в ночи.

Отнесу сам дневную усталость,
За границу житейских забот,
Чтобы благо незримо осталось,
И сиял чистотой небосвод.

Усмирю все тревоги на свете,
Где на карту поставлена честь,
Сохраню твой покой на рассвете,
Как благая предстану я весть.

Наполняться святым стану духом,
Ничего никогда не тая,
Пронесусь мелодичным я звуком,
Лишь бы быть только возде тебя!

Поспели вишни красные

Поспели вишни красные
И рдеют не таясь,
Девицы все прекрасные,
С парнями ищут связь.

То стайками то парами,
Гуляют по ночам,
А ритмами гитарными,
Их манят тут и там.

Мальчишки напряжённые,
По лавочкам сидят
И взгляды потаённые,
Бросают на девчат.

Но как-то поздним вечером,
Нарушив тишину,
Любовь беда извечная,
Пришлась тут ко двору.

С вишнёвыми деревьями,
Их молодость прошла,
Живут и дружат семьями,
Им честь лишь и хвала!

Пороки наших откровений

Пороки наших откровений,
Лишь проявляются в любви,
Их будит масса впечатлений,
От женской роли во плоти.

Мужчина память напрягает,
Чтоб больше женщине воздать,
Та безусловно понимает,
В конце обоих ждёт кровать!

Пусть фразы слышатся невнятно,
Зато в них есть избыток чувств,
Что слух ласкают так приватно,
Причём из двух блаженных уст.

Вот миг соития свершился,
Сплетённый формулой веков,
Хот пять минут желанный длился,
Он есть основа всех основ!

И ничего потом не надо,
Освоен бурный урожай,
Кому-то это как награда,
Кому-то просто бренный рай!

Наверное каждый что-то знает

Наверное каждый что-то знает,
Или слыхал когда-нибудь,
Про годы те что навевают,
Войны никчёмной злую жуть.

В любой кишлак или деревню,
В аул в предгорьях и село,
Война проникла серой тенью
И горе всех там обошло.

А был ли жертвенник* напрасно,
Сейчас всё выясним, сравним,
Ведь это действие ужасно,
Беды подпольный псевдоним.

И скорбь гуляет то и дело,
По бывшей так сказать стране,*
Республик много погорело,
Никто и не был в стороне!

Но потихоньку всё забылось,
Наверно вышел время срок,
Что было то уже свершилось,
Но люди вынесли урок!

Пенсионерам

Порой природа давит тишиною,
Что даже звон от этого в ушах,
Пусть цвет волос пугает сединою,
Зато мечта романтики в глазах!

Когда душе так хочется покоя,
А смерть готова время изменить,
Тут не дано понятия иного
И значит ныне, просто надо жить!

Смотреть туда куда душе угодно
И слушать сердца потаённый стук,
Вести себя немного сумасбродно
И не боятся всяческих разлук.

Что на роду написано неважно,
Судьбы злодейки не было и нет,
Поочередно, даже эпатажно,*
Воспринимать заслугу прошлых лет.

Ходить туда, куда ходить не надо,
Распределять пространство и простор,
Воспринимать мирские надо блага,
Что были в тайне может до сих пор!

Опустился вечер чуть прохладный

Опустился вечер чуть прохладный,
Пара новобрачная не спит,
Разговор видать на столько важный,
Что и страсть нешуточно бурлит.

«Мне подруга «верная» сказала,
Что гулял ты с ней позавчера
И отель, что тянет на три балла,
Посетили прямо вы с утра.

Что была противная погода,
Переждать которую зашли
И сыграла с вами там природа,
В пошлость безобразную почти.

Это явно подлая измена,
Как ты мог такое совершить?!
Как той имя? Шацкая Елена!
Ты не знаешь? Так не может быть!»

– «Тут наверное явная ошибка,
Я в тот день с друзьями пиво пил!»
– Расплылась у женщины улыбка,
Видно это парень заслужил!

Красота

Говорят всегда: «Она от бога!»
Но тут всех красивых, превзошла,
Я боюсь не хватит даже слога,
Описать как девушка мила.

Эта милость может быть святая,
Но не всем по-прежнему дана,
С ней тревога вовсе не пустая,
Ту несёт извечно сатана.

Он такими просто управляет,
Загоняя их в порочный круг
И тому кто сильно возжелает,
Не сносить потом душевных мук.

Красота по-прежнему порочна,
Лесть и похоть лишь вокруг неё,
Что творится очень поздно ночью,
Знает тот, снимает кто бельё!

И потом она ещё бравует,
Подпуская несколько мужчин,
Это бес так грамотно флиртует,
А краса для дьявола зачин.

Ну где божественность земная

Ну где божественность земная,
Куда запропастились вся?
От края раньше и до края,
Плодила нам её земля!

Свет солнца кажется безликим,
Не слепит, как в ночи луна,
Всё опустело, стало диким,
Все дни бегут, ну как вода!

Великодушность утонула,
В слезах озлобленных людей,
Лишь предпосылки для разгула,
Невзгод, бездолья и теней!

Напрасно прожитые годы,
Дождём политы, просто так,
Ведь без семян тянулись всходы,
Везде бурьян да солончак.

Теперь церковность неприглядна,
Мирская святость в дым ушла,
Как попустительство, всеядно,
Кругом беззвучно застит мгла.

Нас гонит время, выйти спозаранку

Нас гонит время, выйти спозаранку
И поддержать присутствием рассвет,
Порой и ночь, преследуем беглянку
Вкупе со сном, ей передать привет.

А как нас грузит тонкость, речевая,
Где смысла без бутылки не понять,
Бывает похоть, вроде бы чужая,
Но лезет лишь опять к тебе в кровать.

Увы известно далеко не многим,
Что ненависть купается в крови
И оббивает людям все пороги,
Явившись как предвестница любви.

Невероятность, будь она неладна,
Всё так обставит, просто поразив,
Что пищей будет, разная баланда,*
А обществом, тюремный коллектив!

Мы пьём и чтобы не стряслось

Мы пьём и чтобы не стряслось,
Близка любая тема,
Пускай придёт незваный гость,
Иль грянет вдруг измена.

Когда желанные черты,
Наполняют мир любовью,
Когда черты без красоты,
Своей пугают ролью…

Так длится может целый год,
Фатальная картина,
Кто в этом деле патриот,
Тому зачем причина!?

Придёт и белая потом,
Ненужная горячка,
Мозги, что залиты вином,
Отмоет словно прачка.

Вообще без помощи творца,
Отключит доступ к телу,
Живым оставив мертвеца,
Чтоб пил, но только в меру!

И панибратство нам не чуждо

И панибратство* нам не чуждо,
Порой не знаем, что творим,
Слыхал, что есть на свете дружба,
Вражды наверное псевдоним?*

Друзья ценители любимых,
Причём любимых не своих,
Таких друзей достопочтимых,
Полно, но нам плевать на них.

Друзья на верность присягают,
Бьют в грудь себя крича: «Клянусь!»
– Потом навеки пропадают,
Мы узнаём, что значит грусть.

Полно людей на этом свете,
Дружить не каждому дано,
Друг другу верных на планете,
Найти вообще-то тяжело.

Друзей на дружбу не венчают,
За дружбу не целуют крест,
Она слепая и глухая,
Возможно прислана с небес!

И красота бывает обнажённой

И красота бывает обнажённой,
До самого последнего штриха,
Невероятной обладая формой,
В себе тая достаточно греха.

Притом невольно разные детали,
Ей добавляют эксклюзивный шик*
И тут плевать на светские морали,
Как драгоценен этот самый миг!

Кто испытал неистовство объятий,
Кто кожей страсть безумную познал,
Блаженство непорочной благодати,
Таит в себе шальной потенциал.*

Плоть во плоти является порочной,
Она несёт осмысленный итог,
Любовных отношений если точно
Преодолев смущения порог!

Ещё никто и никогда

Ещё никто и никогда,
В любви не признавался,
Тому кто просто иногда,
Случайно попадался.

Но жизнь сама и состоит,
Из случаев, поверьте,
Бывает жизненный гамбит,*
Пойдите и проверьте.

И вот звучит: «Я вас люблю!»
– Поверить просто трудно,
– «И жить мы будем как в раю,
Путь это безрассудно!»

– Теперь за девушкой ответ,
Она что парню скажет,
И ей не нужен тут совет,
В привычном антураже.*

Тот не заставил себя ждать,
Короткий всё же правда,
Звучало: «Да» – как благодать
Как гром, как канонада!*

Дубы стояли вековые

Дубы стояли вековые,
Гулял подними наш народ,
Но годы грянули лихие,
Войны прошёл здесь эпизод.

Снарядом первый расщепило,
Другой шрапнелью* разнесло,
А третий, ствол согнул красиво,
Наверное это и спасло.

Стоит лишь целым, кособокий,
Правее дуб с большим дуплом,
Он инвалид не одинокий,
Левей с разъеденным нутром.

Шрапнелью* тот что был изранен,
Теперь практически гниёт,
Итог войны всегда печален,
Он как и дуб не зарастёт!

Дубы стояли вековые
И до сих пор ещё стоят,
Войны свидетели живые,
Три формой разных, точно в ряд!

Все чувства сами исподволь

Все чувства сами исподволь,
Плетут свои дела,
Потом они неистово,
Пугают всех, всегда!

С подобными химерами,*
Дороги нету в рай
И с данными примерами,
Знакомиться давай.

Всегда идёт околицей,*
Зловредная беда
И богу вроде молится,
Опёршись на врата.

Пускают люди оную,
За нищенку приняв,
А та с лихвой безмолвную,
Показывает нрав.

Вот тут и чувства прячутся,
Возможно от беды,
Кому нужны изящества,
Подружки сатаны!

Вновь

Радость неги видимо осталась,
Лишь забрезжил матовый рассвет,
Расстелило утро покрывало,
День досужий, слал уже привет.

Как всегда отбушевали чувства,
Ведь с тобой мы были визави,
Насыщаясь темой безрассудства
И моральным обликом любви.

Несомненно, так сказать во благо,
Был нирваны* прерванный полёт,
Может даже ласково и нагло,
Там корысть имела свой расчёт.

Страсть всегда, над нами бушевала,
Погружаясь в мутный плен греха,
Только жаль, что так порою мало,
Всё вершится, с помощью стиха!

В основе праведных основ

В основе праведных основ,
Вы безусловно фаворитки,
Так связь устроена полов
И здесь не может быть ошибки!

В ком красота всегда живёт,
При попустительстве гордыни,
Кто источает сладкий мёд,
Но с горьким привкусом полыни!

Кому всегда служить должны,
Ну, абсолютно все мужчины!
В лучах безоблачной весны,
Любовь, к вам вовсе без причины!

Кто кроме будущих мужей,
Терпеть капризы станет ваши,
Кого погоните взашей!?
Сказав: «Ищи подругу краше!»

– В основе праведных основ,
Никак не может быть ошибки,
К вам снисхождение богов,
Но чувства женщин очень зыбки!

Окна

В немного пыльное окно,
Свет проникает солнца,
Он как игристое вино,
Как золото червонца!

Но этот образ нужный всем,
От чудотворной веры,
Скрывают начисто, совсем,
То тюли, то портьеры.

Окно в обыденный простор,
Открытый глаз природы,
Лишить возможно надо штор,
Чтоб больше дать свободы!

Пусть дух влетает дождевой,
Ведь ничего нет краше,
Чем створки раннею весной,
Распахнутые настежь!

И окна всем подарят свет
И солнечный, и лунный,
И вечер впустят, и рассвет,
И праздники в кануны!*

А как вам вот такие строки

А как вам вот такие строки,
Писал надеясь их не зря,
Они пока, что одиноки,
Прочтите, вас, прошу друзья

Я к людям честно обращаюсь,
Напомнить лишний раз хочу,
Земля натуженно вращаясь,
Подобна сдутому мячу.

Её ресурс не безграничен,
Ничто не вечно в сизой мгле,
Вселенский космос фантастичен
А жизнь вторична на земле.

Никто нам может не поможет,
Но в людях есть мятежный дух,
Хоть шанс практически ничтожен,
Зато задор не режет слух.

Галактик множество на свете,
Свой временной у каждой век,
Жизнь не стоит в нейтралитете,
Спасёт планету человек!

Арка (окончательный вариант)

Дань осеннему отдали парку,
Повернули к стоящей скамье,
Под живую попали вдруг арку,
Расписную как лес в сентябре.

Все деревья над тропкой кивали,
Образуя единый союз,
Листья были ещё не в опале,*
Зазвучал разноцветный их блюз.

Угодили действительно в сказку,
Нас в поклоне встречали дубы,
Клёны будто закончили пляску,
Растрепались шальные чубы.*

А берёзки склонились всех ниже,
Ветви вольно нависли плетьми,
Как в исподнем стояли бесстыже,
Прикрывая колени детьми.

Шелестя залетел в анфиладу,
Ощутимый тогда ветерок,
Дав мостить красоту листопаду,
Собирая осенний оброк.

Башкирские традиции

От сабантуя к сабантую,*
Живёт башкирская страна,
Кумыс* свой с медом чередуя,
Буквально лечит всех она.

Спроси любого аксакала,*
Таких немало на селе,
Кто видел прошлый век сначала
И пил такое в том числе.

Народ лелеял эту мудрость,
Ну вот беда, не соблюдал,
Сейчас возникла эта нужность,
Возобновить сей ритуал.

Тут бортников* и коневодов
Всего лишь надо поддержать,
Династий ото всех народов!
Как раньше будет всё опять!

Под чары верного курая,
Звучит пространственно кубыз,*
Как волшебство родного края,
Про мед напомнит и кумыс!*

Ведьмины пороги

Безымянна российская пустошь,
Где сам чёрт, никогда не ступал?
Страхом там перемешаны чувства,
Да диковинных трав карнавал.

Вяло плещут безмолвные реки,
Прикрывая пороги свои,
Безобидны они на две трети,
Как не мерь или как не дроби.

Отпечатки где влага сочилась,
Форму явно имеют копыт,
Вот кому здесь оказана милость,
След кричащий, совсем не прикрыт!

Между прочим ещё посерёдке,
Змеевидный оставлен привет,
От хвоста видно это бороздки,
Отмечает себя здесь тот свет.

Существуют у мира задворки,*
Лишь где люди совсем не живут,
Вот и ходят кругом оговорки,
Там для нечисти создан уют.

Бесконечны завитушки

Бесконечны завитушки
С переломом на суку,
Вьётся ленточка из стружки,
Шевелясь как на ветру.

Липа тут в станочных лапах,
В танце кружится винтом,
Ощутим древесный запах,
Словно призрачный фантом.*

Вновь терзает заготовку,
Чуть шипя, стальной резец,*
Видно нужную сноровку,
Проявляя наконец.

С радиолы звук гармошки,
На полу привычный хруст,
Здесь рождаются матрёшки,
Русский вклад в союз искусств!

Близость зимы

Клёны рано облетели,
Листьев мало у ольхи,
Всё берёзы пожелтели,
От осенней лишь тоски.

Проявилась и прохлада,
В платье белом, кружевном,
Ближе зимняя декада,*
С каждым вечером и днём.

Лужиц тонкие полоски,
Отблеск свету придают,
По траве гуляют блёстки,
Как рождественский салют.

Видно иней заискрился,
Вместо утренней росы,
Столько месяцев таился?
Вот пришли его часы.

Холод близко, на подходе,
С ним придут мороз и снег,
Но пока тепло в природе,
Будет так, из века в век.

Бывает низменной дорога

Бывает низменной дорога,
Или идущей прямо вверх,
Препятствий выделит немного,
Сама летит как будто стерх.*

В салоне новенькой машины,
Урчит, как кот родной мотор,
Шуршат себе тихонько шины,
Взяв километры на измор.

Асфальт разложен серой массой,
Ведёт мечту за горизонт,
Он номерной отмечен трассой,
Предоставляя свой дисконт.*

Две полосы попутно, рядом,
Комфорт дальнейшего пути,
Здесь Автодор* прославить надо,
Плати, да далее кати.

На черноморском побережье,
Увы, закончится наш бег,
Сейчас мы в мысленном кортеже,*
Тандем -* дорога, человек.

Ветер приоткрыл луну над морем

Ветер приоткрыл луну над морем,
Разогнав все стаи облаков,
Море вновь серебряным прибоем,
Черкануло несколько мазков.

Сероватый воздух постепенно,
Собираясь в призрачный туман,
Тянется вдоль леса, чуть надменно,
Словно войско мнимых басурман.*

А верхушки стройных кипарисов,
Будто шлемы, кое-где торчат,
Лишь стволы бамбука, реже тиса,*
Образуют плотно целый ряд.

Пять акаций высятся на склоне,
Между ними старый интригант,
Навсегда застыл в немом поклоне,
Дуб, слегка поломанный гигант.

Ствол сосны прямой, как будто спица,
Ветви сплошь покрыты вороньём,
Гор не видно каменные лица,
Мокрым раз туман повис бельём.

Ветерок

Забил тревогу ветерок,
На свежий наст любуясь,
Нельзя со снега взять оброк,*
С зимою не торгуясь.

Но солнце как немой судья,
Подставило лекало,*
В снегу сейчас же полынья,*
Улыбкой засверкала.

Снежинки больше не гонять,
Вдруг ветер понял даже,
Прощупав каждую здесь пядь,*
Застал весну на краже.

Последний холод у зимы,
Она смеясь, стащила,
Сама взяла, но не взаймы,
Тепла сыграла сила.

И ветер в воздухе завис,
Округе не мешая,
Чтоб переждать такой сюрприз,
Быть может вплоть до мая.

Воздушный свет небесных капель

Воздушный свет небесных капель,
Свисая тянется к земле,
Для каждой нити есть свой стапель,*
Подобно тоненькой игле.

Возможно тучки просто плачут,
Их слёзы шлют такой эффект,
Пожалуй кажется иначе,
Для облаков ангажемент.*

А может это шелк природы?
Она его небрежно ткёт,
Или величие погоды?
Та бисера ведет учёт!

Но это так порой красиво,
Не описать, не передать,
Как будто сказочное диво,
Видений призрачная стать.

Но мы-то сами точно знаем,
Идёт нечасто дождь слепой,
Плюс солнце в вышине над нами,
Вот и сверкает он водой.

Вот опять у ней задержка

Вот опять у ней задержка,
Совесть будет не чиста,
Виноват во всём Олежка
Снова с чистого листа.

Отношения сложились,
Чувства хлынули за край,
Как сердца надрывно бились,
Предвкушая новый рай.

Это всё непроизвольно,
Пронеслось у ней в мозгу,
Но душа довольно больно,
Подгоняла лишь тоску.

Сполоснувшись рано утром,
Вспоминала всех девчат,
Дальше всё казалось смутным,
Шла куда глаза глядят…

Эта чёртова задержка,
Этой жизни нищета,
Где теперь её Олежка,
Дама сбросилась с моста!

Встреча

Тронутое ветром танцевало,
Зеленью нескошенных лугов,
Платье, с видом красочного бала,
Из немногочисленных цветов.

Растрепались золотые косы,
Заблестели, словно бирюза,
Влажные как утреннее росы,
Радостью наполнившись глаза.

Губы с ярко выраженным блеском,
Расплылись улыбкой на лице,
Ямочки двух щёк, сыграв довеском,
Потемнели, сузившись в конце.

Ноги, эксклюзивными туфлями,
Сделали невидимый шажок,
И своими пыльными краями,
Встали, образуя уголок.

Распахнулись руки для объятий,
Друга недвусмысленно прижав,
Ворох* неподделанных симпатий,
От любви наверное вобрав.

Жёлтая роза

Всё кощунственно у розы,
Есть к тому же пестрота,
Жёлтый цвет, как у мимозы,
Да колючек острота.

Очень терпкий, пряный запах,
Взятый от других цветов,
Словно ладан, что у дьяков,
Из засушенных шипов.

Сей цветок никто не любит,
Где там профиль, где анфас,
Он нутром своим погубит,
Уколов хотя бы раз.

Культ её слегка завышен,
Это просто мишура
И шиповник тоже пышен,
Что она ему сестра?

Вы учтите все моменты,
Кто судьбу сменить готов,
Ни к чему здесь комплименты,
Жёлтый цвет скорей для вдов.

Город

Деревья в клетках деревянных,
Щиты с рекламой в новый мир,
Заборы строек постоянных,
Наш город этого кумир.

Здесь бесконечные растяжки,

Пучки безликих проводов,

Бывает парами дворняжки,

Беззлобно лают на котов.

Вот ветер с мусором играя,
К помойным бакам птиц влечёт,
Ворон голодных бродит стая,
По воровству сдаёт зачёт.

Асфальт нагретый солнцем за день,
Дворов бесчисленный комплект,
Высотки в пафосной громаде,
Сужают не один проспект.

Блестят стихийным беспорядком,
В районах сборища антенн,
Да облучают всех остатком,
Лучей от электронных схем.

Грустные черты

Лучи сквозь тучек решето
Косясь, летят на землю,
Играет солнышко в лото
А те звенят капелью.

Уныло дождик моросит,
Осенняя погода,
Её осмысленный транзит
Сейчас вняла природа.

Все грозы канули в весну,
Раскисли сплошь дороги,
Всего буквально за версту
Стоят зимы чертоги.

Ещё немного подождать,
Придёт на землю стужа,
Тепла невидимая стать
Расплылась словно лужа.

Невольно грустные черты
Струятся чередою,
Как будто гибели сваты
Пришли позвать с собою.

День рождается в природе

День рождается в природе,
Расставляя свой шатер,
Сколько раз на небосводе
В честь него пылал костер.

Только сполохи из света
То бледнея, то горя,
Пишут: «Праздно разодета,
К нам спешит опять заря.»

Вот рассвет, чуть-чуть белея
Вышел с ней пофлиртовать,
Под румянами бледнея,
Та вдруг бросилась бежать.

Чиркнув словно зажигалка,
Фитилёк зари затух,
Разлетелись от огарка,
Звёзды словно стайка мух.

Цвет её постыдно гаснет,
Как огонь в любой печи,
Утро словно белый аспид,*
Выползает из ночи.

День убежал довольно быстро

День убежал довольно быстро,
Лишь ощущение создал,
Раскинул месяц коромысло,
Всем сумрак выдал номинал.

Ровняя вековые вёрсты
В разрывах ватных облаков,
Зажглись серебренные звёзды,
Ища небесных двойников.

Стрелой прорезала комета
Небес величественный свод,
Оставив только вспышку света
От неизведанных красот.

Потом загадочно стемнело,
Погода поменяла фронт,
Усилив ветер до предела,
Тепло ушло за горизонт.

Бум восхищения природой
Проходит если вдруг она,
Не так управилась с погодой,
На самом деле как должна.

Думы в церкви

Шедевр задумал сотворить,
Скажи поклонникам спасибо,
Пусть авангарда вьется нить,
Чтобы писать достойно, либо

Пройдет ненужная черта,
Между ревнивцами искусства
И не откроются врата,
Что выпускают в люди чувства.

Не жди. Вдруг новый эскулап*
Приносит клятву Гиппократу*
И твой болезненный этап,
Изменит с богом встречи дату.

Забудь безумные слова,
Пиши всегда как можно проще,
Вдруг мысль пришла от божества,
Кого сейчас ты видишь мощи.

Не будут точки пусть в конце,
Законной мысли на бумаге,
Подумай о своем творце,
Раз от него буквально в шаге!

Душа всё просится на волю

Душа всё просится на волю,
Ну как её остановить?
Не хочет даже божью долю,
Вот-вот покажет свою прыть.

Она сама зеница ока,
На ней весь держится уклад,
Не может быть ей одиноко,
Вбирает всё и всех подряд.

Бывало в пятки уходила,
Потёмки (это о чужой),
Гуляла как всегда не хило,
Взаимно, только лишь со мной.

А вдруг заблудшая оставит,
Без объяснений, что потом?
Одной не будет божий твари,
Зато пополнят скорби дом!

Не отпущу пусть не мечтает,
Итак немыслимо проблем,
Твердит лишь падшая о рае,
Но с ней мы творческий тандем.*

Женский пол с каким-то чадом

Женский пол с каким-то чадом,
Лик Мадонны с малышом,
Но попахивает смрадом,
Преисподней дух зашёл?

Грязной может стороною,
Неизвестной большинству,
За божественной чертою,
Жизнь дана тут существу.

В рвань укутан доходяга,
Что-то молча он сосёт,
Бутоньерку* бедолага
Словно соску сунул в рот.

Плод любви никто не лечит,
Сплошь он в язвенных сосцах,
Мать в обносках от предтечи,*
После оспы вся в рубцах.

Смотрит в сторону возможно,
Наш всевидящий творец,
Может кто живет безбожно,
Он вообще не их отец?

Жизнь стучится на любом десятке

Жизнь стучится на любом десятке,
Чтоб напомнить: «Тут я не ушла.»
Но возможно всё, в любом порядке,
Это в своём роде кабала.*

Череду я планов не нарушу,
Что создал незримо наш господь,
Но свою разнузданную душу,
Не отдам ни за какую плоть.

Пусть витает миф метаморфозы,*
Не меняя правил ворожбы,
Факт фатальной близится угрозы,
Из аспектов* созданной судьбы.

Век наивных кончился мечтаний,
Потекла формальность бытия,
Толика* поможет нужных знаний,
Не терять уверенность в себя.

Пусть все люди возрасту покорны,
Но пока стихов ложиться стать,
До триумфа доживу бесспорно,
Не хочу безвестно умирать!

Задушевна музыка простая

Задушевна музыка простая,
А не та, что ноты раздает,
Громом впереди летя трамвая,
Разбивая снег и даже лёд.

Музыку не просто надо слушать,
Или такт задорно отбивать,
Она плещет все картины в уши,
Чтобы видеть а не представлять.

Можно трогать ведь она живая,
Подтверждает всё концертный зал,
Как любовь наверное слепая,
Дорог ей кто старт и даже мал.

Если знаешь музыку, читаешь,
Подобрал ты к ней скрипичный ключ,
Ждёт она любимцев даже в рае,
Ведь оттуда звуков чистый луч.

Без волшебной будет в мире пусто,
Музыка святая благодать,
Что звучит вполне благополучно,
То всему она родная мать.

Зачем искать себе позора

Зачем искать себе позора,
Ведь каждый ревностью томим,
Не будет больше разговора,
Любви совсем не нужен грим.

Как жажда новых упоений,
Других объятий торжество,
Без разногласий или прений,
Невольно право же смешно.

Грех не застенчивый вельможа,
Жизнь не роскошный карнавал,
Ни бес, ни ангел не поможет,
Унять эмоций бурных шквал.

Красиво лучше повернуться,
Безоговорочно уйти,
Пусть отношения не вьются,
Другого нет теперь пути.

Безотлагательно подмога
Проснется в чьём нибудь лице,
Возможно помощью от бога
И точку выставит в конце.

Зима

Засверкала светлыми полями,
Свой короткий предлагая век,
Нам зима пушистыми коврами,
Для забавы рассыпая снег.

Всем деревьям шубы подарила,
В водоемах разложила лёд
И морозам улыбнувшись мило,
Затянула вьюжный хоровод.

Как кристаллы падают снежинки,
Друг за другом плотной чередой,
Их скрепляют нежные ворсинки,
Чтобы стать единою средой.

Серебром пылая безвозвратно
Кружевами вытканных цветов,
Иней запасает вероятно,
Для своих расписанных холстов.

Сей красой на солнышке играя,
Для людских и жизненных утех,
С божеством себя отождествляя,
Беззаботно стелет белый мех.

Зимою можно наслаждаться

Зимою можно наслаждаться,
Когда теплом согрет твой дом,
Смотреть в окно и улыбается,
На стекла тронутые льдом.

Заметить можно непременно,
Деревьев сказочный покров,
Как будто иней, несомненно,
На внешней части облаков.

Как снег седой слегка резвиться,
Играя с ветром молодым,
Как у прохожих скрыты лица,
Как пар клубится словно дым.

Сугробов пышное раздолье,
Ковры белеющих дорог,
Мороза с холодом застолье,
Бурана резкий говорок.

Пускай посвистывает вьюга,
Снежинок пляшет хоровод,
Метели лучшая подруга
Пусть за окном себе метёт.

Из листьев стелется позёмка

Из листьев стелется позёмка,
Те норовят всё вверх взлететь,
Бывает воет ветер громко,
Что он пытается пропеть?

Напомнить видимо не против,
Ведь скоро холод и зима,
Пока в осенней лишь заботе,
Природа нежиться сама.

Потом фатально снег погонит,
Где, впереди иль позади?
Там уж от холода застонет,
Когда промёрзнет сам в пути.

Весной конечно он оттает,
Но будет слабым ветерок,
Куда пойдёт его кривая,
Не получив такой урок.

Сейчас себя он тренирует,
Гоняя просто разный хлам,
Потом в открытую задует,
Не прячась больше по щелям!

Как колышет ветер листья

Как колышет ветер листья,
Цвет меняя их шутя,
Будто сам наносит кистью,
Вольно, капельки дождя.

Вся волшебная палитра
Не ему принадлежит,
Тут на сцене у пюпитра*
Осень всем руководит.

Видно, как она листает
Продолжения альбом,
Летом начат оный в мае,
До сих пор не завершён.

Может зимняя страница,
Будет вскоре всем видна,
Осень странная девица,
В свой период, иногда!

Как под нажимом тягостный печали

Как под нажимом тягостный печали,
Разлуку с милой можно пережить,
Огонь страстей бушующий в начале,
Где виноватых может и не быть!

А что сокрыто в любопытных взорах,
По крайней мере не залог любви,
Что заподозрить можно в разговорах,
Уж не потерю Млечного пути?

Из мелочей скандалы создаются,
Где грань пороков, это как узнать?
Бывает бьются из наборов блюдца,
И не всегда мирит людей кровать.

Нам только дай из недоверий повод,
Короткой будет быстрая езда,
Да и неважно стар ты или молод,
Ведь мы не ждём всевышнего суда.

Решаем сами глубину изъянов,
Не думая, что ждёт ещё в судьбе
И путь по жизни наших караванов,
Расходится в неистовой борьбе!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Примечания в конце книги

Вернуться