# Новенькая в школе Сент-Клэр

Энид Блайтон

Школьная жизнь близняшек О’Салливан шла своим чередом: уроки, переменки, домашние задания, вечеринки и прочие развлечения… Казалось, чего ещё ожидать? Но однажды в их классе появилась новая ученица Клодин – большая выдумщица и фантазёрка, непосредственная, способная на самые дерзкие шалости. С приходом этой озорной девчонки и без того нескучная жизнь в школе забурлила с новой силой…

Enid Blyton

CLAUDINE AT ST CLARE’S


Enid Blyton® and Enid Blyton’s signature are registered

trade marks of Hodder & Stoughton Limited

Text © Hodder & Stoughton Limited

Cover illustrations © 2005 David Roberts

All rights reserved.

The moral rights of the author has been asserted.

First published in Great Britain in 1944 by Methuen & Co. Ltd


© Торчинская М.О., перевод на русский язык, 2020

© Тараник С.В., иллюстрации, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2020

Machaon®

* * *

## Глава 1. Новая четверть


Пат и Изабель О’Салливан вошли в помещение четвёртого класса школы Сент-Клэр и огляделись.

– Четвёртый класс![1] – воскликнула Пат. – С ума сойти! Неплохо продвигаемся, правда, Изабель?

– Ага, – согласилась Изабель. – Сейчас кажется, что первый класс был давным-давно. Помнишь, как мы сюда только поступили? Нас ещё обзывали близняшками-задавашками, а нам здесь ужасно не нравилось, и мы не хотели учиться.

Сёстры задумались, вспоминая первый класс. Они не сразу прижились в школе Сент-Клэр, но постепенно полюбили её и стали гордиться тем, что учатся в ней. И вот, пожалуйста, они уже четвероклассницы и снова началась летняя четверть!

– Первоклашки кажутся мне такими малышками, – заметила Пат. – А ведь мы воображали себя очень взрослыми в первом классе. Но сейчас, когда я смотрю на них, вижу, что они ещё совсем маленькие! Хорошо всё-таки учиться в четвёртом классе, правда, Изабель?

Изабель кивнула.

– Надеюсь, мы здесь доучимся до самого старшего класса вместе со всеми своими друзьями, – сказала она.

– Некоторые уже не будут с нами учиться, – напомнила Пат. – Пэм и Шейла, например. И Люси Ориэлл перешла в художественную школу. Ей очень хотелось остаться в Сент-Клэре, но она такая талантливая, что получила место и стипендию в самой лучшей художественной школе страны.

– Люси – молодец, – вздохнула Изабель. – Мы будем по ней скучать. Интересно, новенькие в этой четверти появятся?

– Наверняка, – сказала Пат, оглядываясь вокруг. – Посмотри, какой большой класс! И самый лучший из всех, в каких мы только учились. Ух ты, а вид какой!

И правда, из окна класса открывался чудесный вид на луга и поля – такие знакомые и любимые. Кроме того, была хорошо видна территория школы – теннисные корты, спортивное поле, просторный бассейн. А ещё школьный сад и большой огород, где уже поспевали овощи.

– Чур, я сижу у окна! – сказала Пат. – О, а вот и Бобби с Дженет!

В класс ввалились сияющие Роберта и Дженет. Веснушчатая Бобби и внешне, и поведением напоминала смешливого, озорного мальчишку.

– Привет! – улыбнулась она. – Изучаете наш новый класс? Здоровский, правда?

– Кто знает что-нибудь про нашу новую классную руководительницу? – поинтересовалась Пат. – Говорят, мисс Эллис очень симпатичная.

– Да, спокойная, сдержанная и ведёт себя с достоинством, – подтвердила Бобби. – С ней нам будет хорошо.

– Дженет, а ты привезла какие-нибудь новые трюки? – спросила Изабель.

Каждую четверть Дженет привозила в школу всякие смешные штучки для розыгрышей, которыми с ней делился её брат, тоже школьник и, судя по всему, редкостный озорник.

Дженет довольно ухмыльнулась:

– Скоро узнаете. Только не забывайте, что мы уже в четвёртом классе. Я теперь взрослая и не могу хулиганить, как прежде. Да ещё к экзаменам надо готовиться, так что, боюсь, времени на шалости почти не останется.

– Подозреваю, что всё-таки останется, – заметила Пат. – А про новых девочек вам что-нибудь известно?

– Должно быть две или три, – сказала Бобби. – О Хилари, привет! Как каникулы провела?

Вошла улыбающаяся загорелая Хилари Уэнтворт. Она училась в Сент-Клэре даже дольше, чем Дженет и близнецы.

– Привет, – кивнула всем Хилари. – У меня были замечательные каникулы! Каждый день каталась верхом и играла в теннис. Слушайте, а что там за ангел?

– Ты о чём? – хором спросили близняшки, Дженет и Бобби.

– Так, значит, вы ещё не видели, – хмыкнула Хилари. – Она только что приехала. С роскошным новым чемоданом, тремя теннисными ракетками и дамской сумочкой с золотыми инициалами. Спорим, близняшки, что ваша сестрица Элисон будет глазеть на эту девицу как на седьмое чудо света? У неё бледно-золотые кудри, словно у ангела с картинки, личико, как у пикси, а голос – как у принцессы.

– Вот это да! Где же она? – оживились девчонки. – Интересно, она будет учиться в нашем классе?

– Эта девочка в холле, – сообщила Хилари. – А приехала она в самой огромной машине из всех, какие я видела в своей жизни. Машина с гербами и при двух водителях.

– Пошли посмотрим, – предложила Пат.

Все пятеро поспешили на лестницу и свесились с перил.

Новенькая всё ещё стояла в холле. Действительно, она была немного похожа на ангела, если допустить, что ангел может носить школьную форму и держать в руке три отличные теннисные ракетки!

– Хорошенькая! – одобрительно заметила Бобби. Саму Бобби трудно было назвать хорошенькой, но она всегда с готовностью признавала красоту других. – Спорим, Элисон будет бегать за ней как собачка. Элисон для счастья просто необходимо восхищаться кем-нибудь до потери пульса.

Как раз в этот момент к подружкам подошла Элисон, двоюродная сестричка близняшек. Она была миленькой, но глупенькой и легкомысленной девочкой.

– Привет, – сказала она. – Вы, случайно, не обо мне сейчас говорили?

– О тебе, – ответила Хилари. – Мы подумали, что тебе обязательно понравится вон та девочка в холле, похожая на ангела. Ты когда-нибудь видела раньше таких красивых девочек?

Элисон взглянула вниз и, как и предсказывали подруги, тотчас пришла в бешеный восторг.

– Она похожа на волшебную принцессу из сказки! – воскликнула Элисон. – Надо к ней подойти. Может быть, она хочет, чтобы ей показали школу!

И Элисон со всех ног кинулась вниз по лестнице. Девочки насмешливо переглянулись.

– Уже отшибло мозги, – вздохнула Пат. – Бедная старушка Элисон! Сколько у неё было волшебных друзей и никого не осталось. Помните Сэди из Америки? Как Элисон через каждую минуту твердила: «Сэди говорит…», и мы даже сочинили про это песню? Ух, как Элисон злилась!

– Да, а во втором классе она преклонялась перед учительницей театрального мастерства, а в третьем – обожала старосту и страшно доставала её этим обожанием, – подхватила Дженет. – Элисон обожала столько разных людей, а они её ни во что не ставили за это.

– Смешная она всё-таки, – сказала Пат. – Смотрите, уже схватила «ангела» за руку и повела куда-то, та́я от восторга.

– А вон ещё одна новенькая, – воскликнула Бобби, – вся такая одинокая! Наверное, Элисон могла бы заодно и ей показать школу. Эй, Элисон!

Но Элисон уже скрылась вместе с золотоволосым «ангелом». Поэтому подруги спустились в холл и подошли ко второй новой девочке.

– Привет, – поздоровались они. – Ты ведь новенькая, да? Тогда тебе надо сходить к экономке. Мы можем тебя отвести, если хочешь.

– Как тебя зовут? – спросила Пат, рассматривая новую ученицу, которая изо всех сил старалась не показывать, что ей одиноко и страшновато.

– Полин Бингэм-Джонс, – манерно протянула девочка. – Да, помогите мне, пожалуйста.

– Вообще-то экономка всегда встречает новеньких в холле, – озадаченно проговорила Хилари. – Куда же она на этот раз подевалась?

– Я её не видела, – вспомнила Пат. – Когда мы вошли в школу, её тоже не было.

– Странно, – сказала Изабель. – Давайте сходим в её комнату. Нам ведь к ней тоже надо.

Прихватив Полин, девочки гурьбой направились к экономке и постучали в дверь. Они любили свою матрон, хотя и побаивались её. Матрон работала в Сент-Клэре много лет, так долго, что её помнили ещё мамы некоторых девочек, которые тоже здесь учились.

– Войдите, – донеслось из-за двери.

– Голос незнакомый, – растерянно сказала Пат.

Она открыла дверь, и подруги вошли. У окна сидела женщина в форме экономки и шила. Но это была не их экономка! Девочки уставились на неё с удивлением.

– Ой, – сказала Пат, – извините. Мы искали матрон.

– В этой четверти я – матрон, – ответила женщина. – Ваша экономка заболела во время каникул, и я её заменяю. Уверена, мы с вами отлично поладим.


На лицах девочек отразилось глубокое сомнение. Их прежняя экономка была толстенькая, кругленькая и весёлая и смотрела на всех строго, но добродушно. У этой экономки лицо было узкое, длинное и недовольное, губы сжаты в тонкую линию. Женщина растянула их в улыбку, но глаза её остались холодными.

– Мы вас искали, – сообщила Бобби. – Обычно экономка встречает новых девочек в холле. Мы привели одну новенькую, потому что она должна отдать вам список одежды, полотенец и всяких вещей.

– Я в курсе, спасибо, – ответила экономка, перекусывая нитку, которой шила. – Присылайте всех новеньких ко мне, хорошо? Сколько их?

Девочки не знали. До сих пор экономка сама занималась подобными вопросами. Они сразу представили, как суетилась старая матрон, встречая новичков, как она заботливо провожала девочек к их классным руководительницам, беспокоилась о каждой.

– Э-э, вот это Полин Бингэм-Джонс, – проговорила наконец Пат. – Мы видели ещё одну новенькую, но её, наверное, приведёт моя двоюродная сестра Элисон.

И подружки поспешно смылись, оставив Полин заботам новой экономки. Отойдя подальше от комнаты, все переглянулись и сморщили носы.

– Что-то она мне не понравилась, – фыркнула Изабель. – Похожа на бутылку с уксусом!

Все рассмеялись.

– Надеюсь, наша матрон скоро вернётся, – сказала Бобби. – Без неё как-то странно. Кстати, куда подевалась Элисон вместе с «ангелом»?

И тут же, словно в ответ на её вопрос, появилась сияющая, раскрасневшаяся Элисон. Рядом с ней шла «ангел», и всем сразу стало ясно, что у Элисон появилась новая подруга.

– Пат, Изабель, Бобби, Дженет, Хилари, знакомьтесь, – выдохнула девочка, – это достопочтенная Энджела Фэйверли.

«Достопочтенная» Энджела слегка кивнула, словно здоровалась со своими подданными. Бобби ухмыльнулась.

– У меня когда-то была кукла по имени Энджела, – заметила она, – чем-то похожая на тебя. Будем надеяться, тебе понравится в Сент-Клэре. Элисон, отведи её к матрон.

– Но где она? – спросила Элисон. – Я её везде ищу.

– В этой четверти у нас новая экономка, – объяснила Бобби. – Боюсь, она тебе не понравится.

А вот «достопочтенной» Энджеле, похоже, не понравилась Бобби – она воззрилась на девочку, как на какую-то неприятно пахнущую вещь. Потом обернулась к Элисон и произнесла тоненьким голоском:

– Пойдём к экономке. Я хочу сдать свои вещи.

Обе повернулись и ушли. Хилари рассмеялась:

– Теперь мы точно знаем, где будет Элисон всю эту четверть: в кармане у достопочтенной Энджелы!


## Глава 2. Четвёртый класс


– Смотрите, – сказала Бобби, – вон ещё одна новенькая. И кажется, она уже сдала свои вещи экономке. Кстати, похожа на четвероклассницу.

Новая ученица быстро шагала им навстречу, будто точно знала, куда идти.

– Привет, – остановила её Бобби. – Ты ведь новенькая? Ты уже знаешь, в каком классе будешь учиться?

– В четвёртом, – ответила девочка. – Меня зовут Айлин Патерсон.

– Мы тоже из четвёртого, – сообщила ей Бобби и, назвав своё имя, представила подруг. – Хочешь, мы тебе всё здесь покажем? Обычно новичков встречает экономка, но в этой четверти её заменяет другая женщина, и она ещё не знает, как и что у нас принято.

Девочка вдруг негодующе уставилась на Бобби.

– Я всё знаю, спасибо, – произнесла она ледяным тоном. – Я здесь уже неделю живу.

И, не сказав больше ни слова, резко развернулась и ушла. Остальные проводили её изумлёнными взглядами.

– Какая муха её укусила? – растерялась Бобби. – Почему так грубо? И что значит, она живёт здесь уже неделю? Никто не возвращается в школу до начала четверти.

Тут к ним подошли подруги Мирабел и Глэдис.

– Привет! Привет! – закричали им все. – Рады вас видеть!

– Слушайте, вы ещё не говорили с новенькой девочкой, которая только что была с нами? Её зовут Айлин Патерсон. Такое ощущение, будто она считает, что вся школа принадлежит ей.

– Я с ней ещё не говорила, – ответила Мирабел, – но знаю, что её мама – наша новая экономка, потому что старая болеет. Айлин будет здесь учиться. И приехала она на неделю раньше, поскольку её маме нужно было браться за работу и готовить к началу четверти постельное бельё и всё остальное.

– Ого! – Бобби присвистнула. – Теперь понятно, чего она так разозлилась, когда я сказала, что новая экономка не встречает новеньких, как у нас принято.

– Дай ей освоиться, – сказала Хилари. – Ты же знаешь, какие все сначала бывают колючие на новом месте, тем более когда остальные уже сто лет знакомы между собой. Рядом со старичками новенькие чувствуют себя чужими и лишними.

В младших классах тоже появились новенькие, но это четвероклассницам было неинтересно. Они радовались друг другу – близняшки, Бобби, Хилари, Кэтлин, Дорис, Карлотта и остальные. Как здорово, что всем удалось перейти в четвёртый класс! Кроме того, с ними теперь училось несколько человек из предыдущего четвёртого класса, которые не перешли в пятый. Все они нравились близнецам. Старостой класса была Сьюзен Хауз – приятная, доброжелательная девочка, ответственная и справедливая.

Класс слушался спокойную, но строгую мисс Эллис. Она редко повышала голос, но умела заставить класс работать как следует. Мисс Эллис очень хорошо относилась к своим ученицам, живо интересовалась их делами, вникала во все их проблемы, и её за это любили.

Сидя в классе среди других девочек, Энджела Фэйверли казалась особенно похожей на ангела. Её золотые локоны с закрученными внутрь кончиками красиво ниспадали на плечи; школьная форма, которая вроде бы ничем не отличалась от формы остальных, выглядела удивительно нарядно.

– А вы знаете, что каждая пара обуви, которая есть у Энджелы, была изготовлена специально для неё? – приглушённым голосом спросила Элисон у близняшек. – И у неё есть сумочка к каждому платью. И на каждой сумочке – золотые инициалы.

– Заткнись уже наконец! – не выдержала Пат. – Кому это вообще интересно? Твоя дорогая Энджела – выскочка и задавака.

– А почему бы и нет? – Элисон, как всегда, тут же кинулась защищать новую подругу. – Её семья – древнейшая в стране, её троюродный брат – принц, и у неё ещё куча знатных родственников!

– Ты тоже задавака, Элисон, – с отвращением проговорила Изабель. – Почему ты вечно липнешь к таким людям? Разве ты не понимаешь, что главное – это то, какаяты, а не твои вещи?

– Я не задавака, – обиделась Элисон. – Мне приятно, что Энджела выбрала меня своей подругой. По-моему, она замечательная!

– Жаль, что Элисон не хватает мозгов, – посочувствовала близняшкам Бобби. – Честное слово, мне кажется, что она до сих пор не выучила до конца таблицу умножения.

Энджела Фэйверли и правда задавалась. Она кичилась своей семьёй, богатством, машинами и собственной утончённой внешностью. Энджела очень тщательно отбирала себе друзей. Ей понравилась Элисон, потому что она была хорошенькой и изящной, отлично воспитанной и, что самое главное, искренне восхищалась прекрасной Энджелой от всей своей наивной души.

Но, кроме Элисон, Энджеле в классе мало кто нравился. Бобби она невзлюбила за то, что та сравнила её с куклой. К Карлотте она даже близко не подходила.

К счастью, Карлотте это было глубоко безразлично. Черноглазая черноволосая девчонка раньше работала в цирке шапито и ничуть не стыдилась этого. Её мама-испанка была цирковой наездницей, а папа происходил из богатой семьи. После смерти мамы отец забрал Карлотту к себе. Она пошла в школу Сент-Клэр, а каникулы проводила с папой и с бабушкой. Со временем Карлотта выучилась хорошим манерам, у неё появилось много друзей, но она так и не забыла свою цирковую жизнь и часто развлекала окружающих разными гимнастическими этюдами, а иногда и вспышками ярости – Карлотта была по-испански вспыльчива и могла взбеситься из-за малейшей ерунды.

Элисон рассказала Энджеле обо всех девочках в классе и о Карлотте, конечно, тоже. Услышав о том, что Карлотта скакала на лошадях в цирке, Энджела брезгливо сморщила носик:

– Как её могли пустить в такую школу? Если бы мои родители узнали об этом, они ни за что не отправили бы меня сюда.

– А почему тебя отправили в Сент-Клэр? – с любопытством спросила Элисон. – Ведь это самая обычная школа, не модная и не шикарная.

– Я не хотела сюда ехать, – призналась Энджела. – И мама мечтала устроить меня в школу получше. Но у папы бродят всякие странные мысли, он считает, что с меня необходимо немного сбить спесь.

– Ну что ты, Энджела! – воскликнула Элисон. – Нет у тебя никакой спеси! У тебя вообще нет недостатков, честное слово!

Энджела очень любила, когда её хвалили, поэтому ей и нравилось дружить с Элисон. Она посмотрела на глупенькую подружку ясными голубыми глазками и улыбнулась ангельской улыбкой.

– Ты всегда говоришь такие приятные вещи, Элисон, – сказала она. – Ты самая милая девочка в нашем классе. А эта деревенская Айлин, и кошмарная Карлотта, и ужасная Полин Бингэм-Джонс просто невыносимы.

Надо сказать, что другие ученицы тоже были не в восторге от Полин. Задавалась она не меньше Энджелы, но только у неё это хуже получалось, поскольку никто не покупал ей таких красивых и дорогих вещей. Впрочем, это не мешало Полин презрительно задирать нос перед Карлоттой и недолюбливать острую на язык Бобби. Что касается Айлин, то Полин едва поворачивала голову в её сторону.

– Не понимаю, почему Айлин разрешили учиться в нашей школе! Что с того, что её мама работает здесь экономкой, – как всегда манерно протянула Полин. – Если так пойдёт, у нас скоро будут учиться дети кухарки и садовника! Казалось бы, хватит с нас Карлотты, у которой вечно такой дикий вид, как будто ей плевать на мнение окружающих.

У Карлотты в начале четверти всегда был дикий вид – возможно, на радостях оттого, что она наконец улизнула из-под сурового присмотра своей бабушки. Но большинству одноклассниц нравилась её необузданность и небрежность, поскольку всё это было частью характера весёлой, жизнерадостной девчонки. Карлотта знала, что Энджела и Полин её не любят, поэтому с огромным удовольствием начинала грубить, корчить рожи, а иногда даже внезапно пробегала на руках, когда они были рядом.

Но мисс Эллис категорически не одобряла подобное поведение в четвёртом классе, который считался переходным звеном между младшим и старшим возрастом. В этом году девочки должны были стать серьёзнее и прилежнее, превратиться в надёжных членов школьного сообщества. В пятом и шестом классах ученицам полагались небольшие собственные студии для работы вместо общей гостиной, а это также накладывало на них дополнительную ответственность.

Одним словом, мисс Эллис нередко приходилось призывать Карлотту к порядку спокойным, негромким голосом. Энджела и Полин при этом бросали на Карлотту презрительные взгляды и каждая с усмешкой шептала что-то своей соседке по парте.

Часто Полин и Энджела, забывшись, начинали хвастаться друг перед другом, а остальные наблюдали за ними с хихиканьем.

– У моего троюродного брата, а он вообще-то принц, – говорила Энджела, – есть собственный самолёт. Так вот, он обещал покатать меня на своём самолёте.

– Как? – с преувеличенным удивлением восклицала Полин, – ты до сих пор не летала на самолёте? Господи, да я уже раза три летала! Это когда я гостила у Лэйси-Райтов. Представляете, у них в доме шестнадцать ванных комнат… ну то есть у них в особняке…

– Спорим, у тебя-то дома всего одна ванная, – злорадно проговорила Энджела. – Вот у нас дома их семь.

– А у нас девять! Если считать с ванными прислуги, – поспешно добавила Полин.

Остальные посмотрели на неё с недоверием. Все с лёгкостью могли представить десятки ванных комнат в доме Энджелы, у неё на лбу было написано, какая она богатая. Но Полин никак не производила впечатления человека, владеющего несколькими ванными комнатами, гаражом, полным дорогих автомобилей, и всяким таким.

– Ну-ка, – сказала Бобби, – подсчитаю-ка и я свои ванные комнаты. Э-э… Три – мои, четыре – мамины, пять – папиных и две – гостевые… Сколько там всего получается?

– Балда! – расхохоталась Пат.

Энджела и Полин нахмурились.

– Ой, что-то не могу вспомнить, есть ли у нас дома ванная или нет, – радостно подхватила Хилари. – Надо подумать хорошенько!

Но, как бы их ни дразнили, Энджела и Полин продолжали хвастать друг перед другом. Закончив считать ванные, они пересчитывали машины, после машин спорили, чья мама красивее и дороже одета, а вслед за этим – у кого лучше наряды. Остальным это быстро надоело.

Айлин Патерсон довольно спокойно относилась к холодности Энджелы и Полин. Сама она могла беседовать только на одну тему – о своём старшем брате. Он работал в большом городе неподалёку от школы, и было очевидно, что Айлин его обожает.

– Брата зовут Эдгар, – сообщила она, – но мы называем его Эдди.

– А как же ещё, – вредным голосом вставила Энджела. – А если бы его звали Альфред, вы бы называли его Альфом. Если бы – Гербертом, называли бы его Гербом или, может, Эрбом.

Айлин вспыхнула.

– Какая же ты вредина, Энджела, – проговорила она. – Вот погоди, пока ты не увидишь моего Эдди, то есть Эдгара. Он классный! У него кудрявые волосы и чудесная улыбка. Он – самый лучший в мире брат! Но у него очень-очень много работы. Понимаете, моя мама потеряла большую сумму денег, поэтому ей пришлось устроиться экономкой, а Эдди – Эдгару – тоже искать работу.

– История твоей семьи, Айлин, меня не интересует, – холодно бросила Энджела.

Она гордо отвернулась, и они с Элисон ушли. Айлин передёрнула плечами.

– Задавала! – громко сказала она. – Выпороть бы её как следует!

– Точно, – охотно согласилась Карлотта. – Иногда мне так хочется задать Энджеле хорошую трёпку! Но теперь я, к сожалению, четвероклассница и скоро совсем забуду, как это делается.

– Это вряд ли! – рассмеялась Бобби. – Стоит тебе вспылить, и ты, скорее всего, забудешь, что учишься в четвёртом классе, и превратишься в бешеную Карлотту, которую мы все знаем!


## Глава 3. Появление Клодин


В конце первой школьной недели в класс пришла четвёртая новенькая. О её появлении объявила мадемуазель собственной персоной.

– А у меня для вас сюрприз! – сообщила она сияя как-то утром на уроке французского языка. – Скоро у вас в четвёртом будет ещё одна подруга! Она приезжает сегодня!

– Почему с таким опозданием? – удивилась Пат.

– У неё были кори, – объяснила мадемуазель, которая почему-то всегда говорила об этой болезни во множественном числе. – Очень неприятная болезнь, а Клодин к тому же перенесла её в тяжёлой форме. Поэтому она не могла приехать раньше.

– Клодин? – переспросила Изабель. – Какое красивое имя! Мне нравится.

– И малышка Клодин тебе тоже понравится, – заявила мадемуазель, – потому что она – француженка, и к тому же моя племянница!

Вот так новость! Никто никогда не слышал о том, что у Мамзели есть племянница. И тем более о том, что она будет учиться в Сент-Клэре!

– Надеюсь, ей у нас понравится, – сказала вежливая Хилари, желая проявить воспитанность.

– О, ей ужасно понравится! – заверила мадемуазель. – Ей везде нравится, моей малышке Клодин. Удивительно жизнерадостный ребёнок, всегда смеётся и улыбается, любит добрую шутку.

Это радовало. Четвёртый класс, готовый приветствовать Клодин, выжидательно уставился на мадемуазель, желая слышать продолжение.

Лицо мадемуазели стало серьёзным, она решительно поправила очки на носу и посмотрела на девочек близорукими глазами, которые казались большими и выпуклыми из-за увеличивающих их стёкол.

– Я специально попросила принять Клодин, – сказала Мамзель. – До этого она посещала школу при монастыре, но там слишком суровые порядки, и бедная малышка Клодин всё время была в чём-то виновата. Мне сказали, что она не хочет соблюдать ни правила, ни обычаи. И тогда я подумала: «Да ведь наша умница Бобби когда-то была такой же, а как её изменила школа Сент-Клэр! Она готовится к экзаменам как трудолюбивая пчёлка! Быть может, и малышка Клодин здесь тоже переменится!»

Бобби не знала куда глаза девать. Ей совсем не хотелось, чтобы её при всех называли трудолюбивой пчёлкой, но мадемуазель говорила так искренне, что девочка не посмела возразить. Да она в любом случае не сумела бы вставить ни слова, поскольку француженка тарахтела без остановки.

# Примечания

1

Английские школы разделяются по возрасту на учебные заведения полного цикла (3–18 лет), дошкольного образования (2–7 лет), младшие (7–13 лет), средние (13–16 лет), старшие школы (16–18 лет) и учреждения совмещённого цикла (13 (иногда 14) – 18 лет). Вероятнее всего, школа Сент-Клэр относится к последнему типу.