# Мания

Ни Мони

До чего может довести любопытство?Элли живет спокойной, счастливой, размеренной жизнью, но в один день она случайно замечает переписку супруга с таинственной незнакомкой. Решив разгадать, что от неё может скрывать муж, который постоянно находится рядом и свято любит её, она становится свидетелем существования другого мира, который и не могла себе представить. Теперь жизнь Элли никогда не будет прежней.

Виктория Александровна Егорова Дизайнер обложки

Николай Юрьевич Егоров Корректор

© Ни Мони, 2021

© Виктория Александровна Егорова, дизайн обложки, 2021

ISBN 978-5-0053-0868-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## Глава 1. Элли

В ночной тиши луны забвенье
И шелест утренней звезды
Песком морей уносят на мгновенье
В уютный уголок мечты.

В реальность, где минуты расставаний
Не в нашей власти, выше будних мук,
Где тихих фраз, беспечных расстояний
Не осязать под нежный сердца стук.

И многословное руки прикосновенье
Так хрупко и реально мне дано,
Ведь ты так близко, и ни капельки сомненья,
Что рядом ты, хоть верно далеко.

### 1

Она очнулась от постоянного самогипноза своими мыслями, естественного как дыхание, обыденного как дорога на работу, когда коллега подошёл к ней с внушительного размера стопкой документов. Она на том же месте, за своим компьютером в офисе электроэнергетической компании. Но где-то глубоко внутри закрался вопрос, червячок сомнения, словно какое-то недопонимание – как же она пришла к этой жизни? Монотонность отступила, и она как будто увидела себя со стороны, не совсем понимая, что происходит.

«Нет, всё нормально, ты снова слишком далеко витаешь и копаешься в своей голове, – сказала Элли себе, – заканчивай отчёт и приступай за эту несчастную стопку».

Пожалуй, жизнь Элли Мулвин не была такой уж обычной, для неё по крайней мере. То и смутило её, откуда взялась эта рутина и серость? В целом она была счастливым человеком. Их с мужем союз был космическим, они будто были из другого мира. В их Вселенной всегда было место взаимному понимаю, шуткам, понятным только им двоим, воспоминаниям о совместных путешествиях, историях, действиях. Это были идеальные отношения, одни на миллион. Они могли одновременно начать говорить одно и то же, понять о чём идёт речь с первого слова, и это казалась магической связью на тонком уровне. И так было всегда, с каждым годом их отношений всё только укреплялось и нарастало. Они проводили время только вдвоём, всегда, каждую минуту вне работы. Они имели общие взгляды на всё, общие интересы, вкусы и мнения. Лучше и придумать нельзя, так оно и было. Они оба заслужили иметь такое сокровище.

Сейчас Коллин Мулвин сидел в пятнадцати метрах от неё за своим рабочим местом в их общем с другими коллегами большом кабинете. Поначалу было очень необычно, когда они начали работать в одной компании. Элли чувствовала всё время лёгкую взволнованность, улыбалась без повода, как школьница, и определённо не могла сосредоточиться максимально на конкретном деле. А уже столько лет они были вместе. Она всегда спрашивала себя: а как живут остальные, как бы вели себя в её ситуациях, и главное – как вообще люди по-другому ощущают эту жизнь? С каждым годом она всё больше ограждала себя от общения со знакомыми и, насколько могла, с коллегами, ведь мир принял какую-то кошмарную таблетку, и все говорили только о том, что им не нравилось, о проблемах, ненавистных рабочих делах. Лёгкости и света не было почти ни в ком, кроме них с Коллином.

Приступив к подкинутой работёнке, вовсю благодаря коллегу за стену бумаги, стоящую сейчас у неё на столе и жаждущую её внимания и знаний, Элли осознала, что одной ей тут не справиться, и почему бы не делегировать кое-что своему милому всезнающему специалисту? В конце концов, эта срочная работа убивает их общее свободное время. Элли направилась уверенным шагом в направлении рабочего места Коллина, как всегда не скрывая лёгкую, и до сих пор смущённую его близостью, улыбку.

Коллин был будто бы один в этом кабинете, его стол источал приятные запахи средства по уходу за деревом, пространство вокруг не стесняло личной комфортной зоны, а свет от широких французских окон всегда придавал объём и, насколько это возможно в офисе, уют.

«С ним уютно везде, как дома, он – мой спаситель от этого мира других людей», – подумала Элли.

Она подошла к его столу, робко поправив извечно выбивающуюся прядь отливающих золотом волос, но в круговерти рабочих процессов и других коллег муж, кажется, её не заметил. Он был слишком погружен в монитор компьютера, похоже, неготовый к контакту. Она молча обошла со спины Коллина и, едва положив бумаги ему на стол по правую руку, бросила взгляд на монитор, который привлёк всё его внимание. То, что она увидела, не то чтобы поразило её, она явно не могла понять, не померещилось ли ей, и тотчас холод прокатился по всему телу от кожи головы до самых пяток. Всё это длилось долю секунды, и она не успела ничего осмыслить, как Коллин закрыл окно программы и повернул голову к ней.

– Я… принесла тебе дела, помоги мне с ними, пожалуйста, – не нашлась Элли с ответом мужу. Мужу, которого она боготворила, но с этой секунды не узнавала этого человека и мир вокруг.

В смятении она побрела к своему месту и уже не помнила, как прошёл её вечер, как отправилась не задерживаясь домой без него, не сказав ни слова. Как он мог поступить так с ней? В какой момент она упустила его внимание? Из головы не выходила эта картина перед глазами – чат с некой женщиной и красные сердечки от неё, пулей врезающиеся в её собственное сердце. Тысячи вопросов крутились в голове Элли. Кто эта женщина? Как Коллин, постоянно находящийся рядом, смог найти кого-то? Как он улучал на это время? Быть может, в этом и не было ничего серьёзного, но от омерзительной мысли, что всецело принадлежащий ей человек, в духовном и физическом смысле, мог общаться, не дай Бог прикасаться, уделять внимание некой другой женщине, слёзы накатили сильнейшей головной болью. Элли не могла злиться, она просто была крайне дезориентирована и потеряла нить понимания происходящего. Необходимо было всё выяснить, но очень обдуманно, как человек с огромным опытом и мудростью совместных отношений за плечами. А пока от эмоций и слёз её организм требовал сна. Сон всегда лечит, и на утро ситуация видима под совершенно другим углом, который в состоянии пикового накала недоступен разбушевавшемуся сознанию.

Приняв любимую позу эмбриона, совершенно обессиленная, Элли продремала около получаса, но всё её нутро не хотело вот так просто сдаваться, подсознательно её организм требовал действовать немедля. Импульсы ворвались в её мозг, он начал бодрствовать, и, сама того не желая, Элли уже снова начала обрабатывать поток мучительных мыслей. Сконцентрировавшись на самых важных вопросах и проанализировав своё состояние, Элли, недолго думая, приняла решение. Нужно было прямо сейчас проследить за Коллином, ведь время семь вечера, а его до сих пор нет. Да, конечно, возможно, он снова пошёл в тренажёрный зал сразу после работы, но снова ли? Нужно было радикально выяснить.

Её ноги коснулись прохладного пола, и к ней, казалось, окончательно вернулась ясность ума. Подойдя на кухню за стаканом воды, Элли невольно взяла в руки рамку с их счастливой фотографией, но разве были моменты, когда они не были счастливы?.. Со временем пасмурные минуты практически затёрлись в памяти.

Надев любимую просторную одежду, Элли безотлагательно направилась в отрезвляющую уличную реальность. Глаза уже полностью отошли ото сна, и, проходя мимо очередной витрины, она невольно сфокусировалась на своём отражении. На её светлом лице отпечаталась грузом нависшая гроза над её маленькой семьёй, но её взор был неустрашим и она чётко смотрела перед собой, в конце концов сейчас она должна решить судьбу безгранично дорогих ей отношений.

Путь Элли лежал через парк перед зданием бизнес-центра, в котором они работали, и здесь мозг достраивал своё видение мира, собрав из воспоминаний и трепетных ощущений их с Коллином образ, неспешно гуляющих и нежно держащихся за руки. Они всегда были неразлучны и каждый день, будто с нуля, влюблены. Конечно, были моменты тёмных дней, когда гнев отуманивал разум и глаза видели, вместо страстно любимого человека, серую неприятную фигуру, с которой немыслимо совместное существование. Но дни сомнений наступали со временем всё реже, пока почти не сошли на нет. Ведь в том и ценность отношений, чтобы собирать крупицы понимания и великодушия, взращивая из хрупкого маленького деревца закоренелую и несгибаемую вековую мощь.

Её мысли прервали искрящиеся отблески заходящего летнего солнца от стеклянного фасада их бизнес-центра. В этот момент она заметила, как до боли знакомая фигура выходит из здания. Сама Вселенная довела действия в сочетании со временем до идеальной точки события, и это был шанс Элли проследить за Коллином. Она направилась вслед за ним, держа аккуратную дистанцию, но при этом понимая, что он не станет подозревать о слежке в принципе.

Путь оказался близким, и Элли была крайне ошеломлена, когда Коллин уверенным шагом зашёл в здание местной картинной галереи. Он никогда не был ярым фанатом искусства, почему он направляется сюда после работы – было интригующей загадкой. Галерея ещё работала, и Коллин спокойно вошёл, купив один билет. Элли усердно выгоняла из головы душераздирающую мысль о том, что она может увидеть шокирующую картину тайного свидания в этих стенах.

Коллин двигался с абсолютным знанием маршрута и вскоре, подходя к безлюдному тупику, выворачивающему направо от основных залов, он стал идти крайне осторожно и медленно. Элли поняла, что он почти достиг своего пункта назначения, и стала наблюдать за ним, скрывшись за аркой. Она всем сердцем верила в чистоту их отношений, несмотря на увиденные несколько часов назад знаки любви Коллину в чате от некой дамы.

Коллин подошёл к внушительного размера картине в конце коридора и оглянулся. В этом маленьком одиноком закутке не было никого, кроме него, и Элли окатило холодным потом. От этого места веяло мистикой, будто оно было специально скрыто от глаз общества и предназначено исключительно для избранных. Если бы Элли гуляла сама по этой галерее, она бы бесспорно не дошла до этого коридора, уж больно неудачное у него расположение.

Элли с нетерпением ждала развития событий. Ей пришло в голову, что она могла спугнуть своей любознательной фигурой нежелательную незнакомку, направляющуюся в секретное убежище для свиданий, но в этом случае та верно предупредила бы Коллина по телефону о нависшей опасности тайны их встречи. Но мобильный Коллина не издавал никаких опознавательных звуков и был явно вне зоны его интереса. Было отчётливо видно, что увлечённость Коллина была направлена на томно простирающееся перед ним полотно.

Удивительно, но эта огромная картина не притягивала к себе взгляд обычного обывателя, от неё не веяло помпезностью и величественностью многих масштабных работ талантливых художников. Стоящий спиной к зрителю темноволосый парень наблюдал за негодованием природы на прибрежных песках. Печально возбуждённое море будто пыталось выбросить из своих самых сокровенных глубин всю накопившуюся грусть и угрюмость опостылых будней, выворачивая себя наизнанку и разбиваясь о серые пески, беспечно уносившиеся в круговорот душераздирающего столкновения с мощью воды, принося обессиленному морю ещё больший привкус мерклого бытия.

Смотря на темноволосого высокого Коллина с такого же ракурса сзади, на миг Элли показалось, что Коллин одно целое с этой картиной, будто он и есть тот самый персонаж, настолько их окутывала некая таинственная гармония.

Медленными движениями Коллин стал направлять всё своё тело в правую сторону картины, и в этот момент Элли обратила внимание, что в нижнем правом углу холста можно было разглядеть белое свечение. Оно огибало угол картины на пару сантиметров и проходило тонкой линией, будто край был слегка оторван, а промежуток между полотном и багетом был подсвечен со стороны стены лёгким приятным блеском. Это ангельское сияние завораживало наблюдателя и гипнотически приковывало всё внимание. Но не успела Элли полностью погрузиться в манящую магию увиденного, как Коллин закрыл своим телом край картины и, сгруппировавшись, будто собирается проползти в трубе, навалился на холст. Увиденное напрочь лишило ощущения реальности и настолько было неестественным, что Элли невольно устремилась ближе к месту происходящего. Руки и туловище Коллина уже провалились вперёд горизонтально к стене, как тело пловца постепенно вертикально входит в бассейн с трамплина. Он подтянул ноги к себе и полностью пропал в белоснежном свечении за полотном. Тело Элли занемело, и разум отказывался верить глазам, но она моментально заставила мозг думать о её последующих действиях, ведь холст мгновенно восстанавливал прежнюю форму, будто никакой человек не проваливался сейчас внутрь него. Она решительно подошла к загадочному произведению искусства и повторила движения вслед за исчезнувшим Коллином.

В надежде о безболезненности события, Элли закрыла глаза, но не ощутила ни твердой стены перед собой, ни потерю точки опоры под собой. Её пронзило неестественное умиротворение и лёгкость воздуха, и она открыла глаза. Перед ней явилось пространство, залитое всё тем же светлым сиянием, которое обрамляло край картины. Оно было не обширным, а вблизи плавно переходило в поле с колосьями ржи. Коллин неспешно шёл среди шелестящего шёпота золотистых злаков, как вдруг остановился. Перед ним появился маленький мальчик лет шести с волосами цвета окружающих колосьев, лежащими мягким каре на его милом светлом личике с голубыми глазами. Коллин присел перед ним на колени и нежно произнёс: «Папа». Мальчик понимающе положил руку на его плечо, и Коллин исчез.

Понимая, что назад дороги нет и Коллин точно знает, что делает, Элли продолжала следовать его путём, всё же не без доли страха и дисбаланса в понимании. Она пошла навстречу маленькому ангелу, поле вокруг которого разливалось спокойной безмятежностью и лелеяло слух мелодичной натурой природы. Но чем ближе Элли подходила к мальчику, тем мрачнее начинал казаться этот неведомый мир, глаза ребёнка больше не казались ангельскими, а замирали в немом вопросе к чужаку. Элли почувствовала подступающую опасность и начала тревожным голосом произносить: «Папа, папа». Лицо малыша исказилось в жуткой гримасе, его губы начали раскрываться и разлиплись тягучими тёмными кожными тканями, залепившими весь рот, из которого вопросительно проскрипело металлическим рокотом протяжное «Пааа-па». Ужас и бессилие охватили Элли в эту минуту, но понимая, что мальчик является проводником в места, куда держит путь её муж, который всегда был впереди неё и никогда ещё не приводил их в тупиковое состояние, она стремительно схватила искажённую фигуру за руку, и окружающий мир огненными раскатами тока по телу померк в её глазах.

### 2

Элли с усилием подняла веки и увидела перед собой до боли знакомый вид. Это была гостиная комната её родительского дома.

«Неужели это конец и я в своих воспоминаниях?» – пронеслось в её голове.

Но ответ на её мысленный вопрос не заставил себя ждать, она увидела Коллина, стоящего рядом и в недоумении, с нотками испуга, смотрящего на неё.

– С тобой всё в порядке? – трепетно спросил Коллин своим приятным мужественным басом, подбежав к жене.

– Похоже на то, – почти без чувств ответила Элли.

– Но что ты здесь делаешь? Ты следила за мной? – мягко и беззлобно спросил он.

– Ты сам видишь ответ на этот вопрос, можно было его не задавать, – с лёгкой улыбкой ответила Элли, – но вот на мой вопрос потрудись ответить, что чёрт возьми здесь происходит и где мы находимся? – рассвирепела она.

– Милая, ты всё узнала бы в своё время, зря ты за мной пошла. Удивительно, что Таки перенёс тебя, и судя по твоему состоянию – не безболезненно.

– Ты объяснишь мне всё или так и оставишь лежать меня здесь с пустой обезумевшей от вопросов и всего уведенного головой? Ты пришёл сюда к своей новой любимой?

– Глупенькая, смотрю ты хорошо подготовилась.

– Ни к чему я не готовилась, я была абсолютно не готова к такому повороту событий! Ещё в обед я жила нормальной жизнью, пока не увидела ваши сердечки в чате, когда подошла к тебе с бумагами на работе.

Коллин засмеялся:

– Я должен был догадаться, что рано или поздно это произойдёт. Я всё расскажу, но тебе не стоит здесь находиться. Чтобы сейчас ты пошла за мной и верила мне, я скажу тебе одно – любимой всегда оставалась и будешь одна ты.

Коллин смотрел на Элли добрыми глазами полными надежды, доверия и нежного трепета. Она знала – он не врёт.

Она провела рукой по его густым волосам и, едва касаясь губ, поцеловала.

– Сейчас не время, – не теряя контроля над ситуацией, озвучил Коллин, – нам нужно возвращаться обратно.

– Но покажи мне, что это за место? Почему мы в моём родительском доме? Они сейчас здесь?

– Нет. Их здесь нет. И тебя быть не должно. Я покажу тебе, но недолго, что это место очень отличается от знакомого тебе.

Коллин помог Элли подняться, и они завернули в комнату направо. Дом навеивал мягкое чувство комфорта, в нём всё казалось таким же, как в детстве. Но ощущение это было с Элли только до тех пор, пока она не сосредоточилась максимально на пространстве вокруг. Стена дома вдруг стала прозрачной, и она могла видеть всё, что происходит на улице. Маленькие мальчишки сидели прямо возле дома и играли в старой чугунной ванне.

– Стена прозрачная потому, что ты сосредоточилась на ней. Ты захотела увидеть, что там, в мире вокруг дома. Здесь сила визуализации намного сильнее, в этом пространстве притяжение твоих мысленных сил в разы мощнее.

– Но если я сделала её прозрачной, значит, эти мальчики напротив должны нас видеть.

– Не совсем. Они видят мир таким, какой он есть в их представлении и в укоренившейся форме, здесь мы с тобой из другого измерения и только мы можем творить, как нам кажется, необъяснимые вещи, которые не работают у нас. Люди вокруг живут так же обычно, как и у нас дома, только их реальность ощущается немного иначе, прочувствуй.

Действительно, мир был не совсем похож на привычный, солнце было столь ярким, что казалось оно отблёскивает сияющим пламенем, как на морском курорте. Всё выглядело более красочным и цветущим, будто акцент на флоре был более чётким.

– И всё-таки как мы сюда попали, как ты нашёл этот портал?

Не успел Коллин вдаться в хоть малейшие толкования для прояснении ситуации, как они с Элли увидели через прозрачную стену автомобиль, подъезжающий к дому и заворачивающий к левой его части.

Это была машина такси. Элли и Коллин направились к той части дома, у которой остановился транспорт. Он был у соседнего сооружения, но оно казалось настолько близко, будто было пристройкой к тому дому, где они сейчас находились. Они сконцентрировались на автомобиле, и стены закономерно стали прозрачными, благодаря чему они видели и слышали полную картину происходящего вокруг, будто преград вовсе и не было.

Дабы сообщить, что машина подана, таксист начал звонить клиенту. Но звонок был не привычный голосовой – они подключались по видеосвязи, которая проецировалась на большей части лобового стекла. Когда соединение установилось, на экране автоматически появилась картина происходящего у клиента. То, что они увидели, повергло всех в ужас. Безжизненное тело молодой женщины с отвёрнутым лицом, которое не удавалось разглядеть, беспомощно лежало на полу. На ней не виднелась кровь, но по каким-то не поддающимся объяснению ощущениям было абсолютно ясно, что она недавно умерла.

Зафиксированная картина события на устройстве моментально послала сигнал в службы помощи и правопорядка, а таксист бросился вон из машины, направляясь к дому.

– Немыслимо! Нам срочно нужно возвращаться обратно! Это та самая женщина, что писала мне! – запаниковал Коллин.

Патрульные агенты не заставили себя долго ждать и были уже возле дома, видимо, находились в шаговой доступности. Внезапно один из них, держащийся сзади поодаль от остальных, заметил в окне резкие стремительные движения двух фигур и устремился вовнутрь к ним.

Когда Элли и Коллин примчались в гостиную, в то место, откуда они появились в этом измерении, снова открылся портал в их мир. Коллин забежал в него, но вслед за ним вбежала не Элли, а агент безопасности. Он успел направить на неё дистанционное электрошоковое оружие в нескольких шагах от портала, и она навзничь упала на пол. Но направив его на Коллина, бегущего уже в ржаном поле, патрульный потерпел неудачу, ведь в этой переходной области подобные приборы не работали. Коллин на секунду обернулся и увидел происходящее позади – лежащую без сознания Элли возле портала, бегущего за ним человека в форме с электрошоковым оружием в руках. Он понял, что вступать в рукопашную схватку со специально обученным человеком не имеет никакого смысла, шансы на победу, может, и были, но Коллин трезво оценивал их как минимальные, так что действовать надо было категорично и стремительно. Дистанция отрыва ещё была, благо длинные ноги и здоровый спортивный образ жизни сыграли здесь Коллину на руку.

– Пока, малыш, – пронёсся Коллин мимо ошарашенного проводника Таки.

Золотистое поле сменилось белоснежным пустым покровом, и, видя узенькую тёмную полоску впереди, Коллин, вытянувшись в струнку, как гепард на охоте, ворвался через неё в коридор картинной галереи. Он с животным ужасом содрал огромный холст со стены и резкими движениями порвал его.

Агент безопасности добежал до того места, где Коллин совершил прыжок, но там уже не было ничего, кроме распростёртой зияющей пустоты вокруг. Он обернулся и увидел, как вдалеке портал и в его мир, возле которого лежало тело парализованной им девушки, сомкнулся в точку и оставил за собой лишь уже знакомую пустоту.

### 3

Обессиленная и совершенно не владеющая своим телом Элли могла лишь открыть глаза и наблюдать за тем, как Коллин ушёл в небытие, порвав связь между ними. Она осознала, что осталась здесь совершенно одна. Но, понимая всю серьёзность ситуации, она не могла не согласиться с действиями Коллина. В стремительных и напряжённых обстоятельствах он всегда принимал самые правильные решения. Страшно представить, что было бы, если разъярённый гость из другого измерения попал в их мир и, вероятнее всего, неконтролируемо применил бы такую же мощную силу визуализации, какую они с Коллином имели в чужом мире.

Элли срочно нужно было скрыться отсюда, ведь она находилась в непосредственной близости с опасным местом загадочной смерти женщины, а это значило, что она моментально попадает под подозрение. Действие электрошокера проходило, и в теле начало оставаться лишь сильное покалывание, что давало возможность Элли встать и начать свой путь в этом мире.

Она знала, что в доме из её детства два выхода, и направилась к запасному через кухню. Выйдя на свет, она невольно прикрыла лицо обратной стороной ладони, настолько яркой и искрящейся была местная окружающая действительность. Вокруг этого её дома всё было совершенно не похоже на то, что она привыкла видеть в своём мире раньше. Видно было, что район также состоял из небольших частных жилых домов, только всё выглядело ещё более размеренным и спокойным. Постройки не были ограждены заборами и стояли доверительно близко друг к другу. Странные мальчишки, играющие в старой ржавой пустой ванне, сразу заметили Элли, приметно вышедшую из дома, и завопили удивлённо:

– Тётя, вы кто?

Находившиеся за углом патрульные со своим настороженным вниманием услышали голоса ребятни и немедля завернули к ним. Увидев их, Элли занервничала, и те безусловно это заметили.

– Девушка, откуда вы держите путь и куда? – спросил коренастый агент.

– Я… просто иду домой, – замешкавшись ответила Элли.

– Предъявите, пожалуйста, ваши документы, нам нужно установить вашу личность и задать вам пару вопросов, – почуяв что-то неладное, заявил второй агент в форме, начиная движение в сторону Элли, – пройдёмте с нами.

Понимая, что ничего хорошего общение с местными органами правопорядка не принесёт, ведь документов у Элли не было и они не смогут проверить её по базе, она в панике рванулась с места и побежала прочь по дороге. Оба патрульных, как раздразненные псы, сорвавшиеся с цепи, устремились вслед за ней.

Элли не знала, куда она двигалась, но ноги, натренированные и привыкшие к бегу, несли её пулей вдоль домов.

– Преследуем невысокую девушку со светлыми длинными волосами, в тёмных штанах и кофте, белые кроссовки. Возможно, замешана в смерти девушки на улице Ришеля, 17. Направляется вниз по Лесной на север, – кричал, задыхаясь, в рацию агент.

По удалённости голосов Элли могла понять, что значительно от них отрывается. Но это не спасало ситуацию, в любой момент могла подъехать подмога на машинах, и её ждал бы крах. Нужно было незамедлительно сочинить хоть какой-то план действий, и Элли подумала про то, как бы поступил Коллин на её месте, как тут же мгновенно вспомнила про ставшую прозрачной стену и его слова про силу визуализации. Она обернулась на секунду, чтобы увидеть бегущих патрульных, и представила прямо перед каждым из них открытый канализационный люк. В этот момент оба мужчины беспомощно провалились во внезапно появившиеся отверстия на их пути.

Элли была приятно удивлена, но времени радоваться и соображать, как это работает, совершенно не было. Она резко свернула зигзагами по улицам и переулкам, стараясь максимально сменить направление движения. Понимая, что пока патрульных машин здесь не было видно и слышно, Элли перестала бежать, чтобы не вызвать подозрения хотя бы у прохожих, которых, к счастью, было на удивление мало. Она увидела магазин одежды и решила срочно сменить внешний вид.

Элли, не долго думая, выбрала костюм и деловую обувь по размеру. Но ей пришлось покружиться недалеко от кассы, чтобы разглядеть, как выглядят местные денежные знаки, когда покупатели подавали купюры. Она представила себе стопку денег у себя в руках и получила её. Подойдя к кассе, она выбрала симпатичный кошелек, очки, платок на голову и приобрела одежду и обувь. Затем вновь вернулась в примерочную, сменила старый примеченный внешний вид на новый и, выйдя уверенным шагом на улицу, выбросила пакет с вещами в мусорный бак неподалеку.

Что ж, Элли всё равно понимала, что её могут найти – кто знал насколько развиты технологии здесь, быть может, на каждом углу была камера наблюдения и службы вычислят её нахождение, восстановив записи, либо того лучше – следя сейчас за ней. Она огляделась внимательно по сторонам, вверх на фонарные столбы, но нигде не увидела примечательной техники. Однако то, что всё произошедшее не останется без внимания, отрицать было глупо. Ей срочно нужно было сменить не только одежду, но и внешность, насколько это возможно.

Элли настороженно шла по улицам и теперь могла оглядеться по сторонам, наблюдая, что представлял из себя город. Он был настолько спокойным, умиротворённым и гармоничным, что со стороны казалось полной идиллией. Но Элли понимала, что пока не может вот так просто прогуливаться, глазея на город. Нужно было определённо всё изучить и узнать о нём, но в безопасном месте. Она подумала, что нужно снять номер в отеле, но тогда от неё потребуют паспорт. Она понимала, что не сможет воспользоваться полученным воображаемым документом, ведь он всё равно должен был оказаться в местной базе данных. Впрочем, помимо этого было много вопросов и действий, которые она должна была предпринять, начиная фактически жизнь с нуля в незнакомом городе и в экстремальной обстановке.

В этот момент Элли заметила, что забрела на улицу, где на нескольких домах подряд висело объявление об аренде. Какой же было удачей, что на баннере с номером телефона также было указано, что можно обратиться в дом в начале улицы. Смартфон Элли не ловил здесь связь, ей нужно было приобретать новый, опять-таки с паспортом. Пойти и договориться с людьми было сейчас единственной возможностью.

Она постучалась в нужное жилище, и ей открыла пожилая, но не очень старая, милая женщина.

– Здравствуйте, я бы хотела снять домик, – приветливо улыбаясь, сказала Элли.

– Конечно, проходите, – одобрительно кивнула леди.

Элли села на диван и огляделась. Ничто не бросалось в глаза, всё выглядело обыденно, так же, как и в её мире. Дом был чист и складно обставлен.

– Какой вы бы хотели арендовать и на какое время?

– Любой. Думаю, пока на пару недель, для начала.

– Конечно, можете продлить время, если вам у нас понравится и будет необходимость. Вы здесь по работе?

– Да… именно так.

– Что ж, вы немногословны, юная леди. Ну ничего, в чужом городе такое случается. Могу предложить вам домик за 90 спеснов в сутки.

– Меня это устроит.

– И не посмотрите сперва?

– Эм-м, конечно посмотрю.

Они прошли несколько строений, и миловидная хозяйка завела Элли в её будущий дом.

– Всё отлично… простите, я не спросила, как вас зовут?

– Зовите меня Мэри.

Элли поняла, что имя это вполне схоже с именами в её мире, и, кажется, здесь всё было практически так же, но утверждать это было пока рано.

– Я – Софи Флигмер. Мэри, я арендую этот домик.

– Хорошо, милая. Можно ваши документы?

– Ох, я забыла вас предупредить, не сочтите за легкомыслие, но я оставила свой паспорт дома. В скором времени он должен быть у меня.

Мэри добродушно улыбнулась и согласилась оформить действия пока на словах.

Элли осталась в доме одна и могла спокойно собраться с мыслями. Она сняла очки и убрала платок с головы, упала на кровать и почувствовала всю тяжесть и сумасшествие этого дня. Силы напрочь покидали её, но Элли понимала, что должна действовать безотлагательно. Она не хотела долго задерживаться здесь, тем более пока её разыскивали, нужно было замести следы. Для неё это было настолько чуждым, ведь она была обычным человеком, сама мысль о том, что ей нужно скрываться и вообще существовать в незнакомом городе, да что там – мире, накрывала волной паники.

– У тебя нет времени раскисать, возьми себя в руки, – сказала Элли сама себе вслух решительным, но полудрожащим голосом и начала анализировать свой план дальнейших действий.

В голове было три отчётливых мысли: необходимо сменить внешность, сделать поддельный паспорт и найти способ выбраться из этого мира домой. Элли чувствовала себя настолько одиноко, она так привыкла, что Коллин всегда брал на себя мозговой штурм. Теперь она должна решать всё сама, и Элли убеждала себя, как могла, в своих силах.

Она подошла к зеркалу и попыталась представить себя с лицом другого человека. Ничего не вышло. Тогда Элли просто представила себя с голубыми глазами и тёмными волосами, но всё равно ничего не изменилось. Это было непонятно для неё, но она не могла ничего поменять в себе и своей внешности своими мыслями. Тогда она представила яблоко в руке, и оно появилось. Она откусила его, оно действительно было настоящим.

– Хорошо, в магазин можно не ходить, – усмехнулась Элли. Хоть что-то позитивное за последний день, такой насыщенный и немыслимый.

Вдруг луч надежды озарил её сознание. С таким же успехом она может вообразить ту самую картину, её окно в свой родной мир. Элли закрыла глаза и с напряжением вспоминала сюжет во всех деталях, с тем самым райским сиянием тонкой линией в уголке. Она открыла глаза и представила эту картину на стене, находящейся перед ней, и она вмиг появилась там. С бешено колотящимся от ожидания сердцем Элли подбежала к холсту и начала просовывать руки в нижний правый угол. Но попытка её оказалась тщетной, она сразу же упёрлась в стену, а белое обрамление было не более чем простым надрывом в полотне с обыкновенной белоснежной подкладкой.

Она сорвала ненавистную картину и бросила на пол, едва сдерживаясь от слёз злости и беспомощности. Как же она хотела домой, под крылышко к любимому мужу в теплоту и уют, в полное понимание и контроль ситуации. Она корила себя за своё любопытство. Но всё сложилось как будто само собой, и было ощущение, что само подсознание вело её и принимало стремительные решения, которые должны были ворваться в её жизнь. И всё же до сих пор Элли не знала, кто была та женщина и почему они так общались с Коллином.

Элли осмотрелась и увидела в доме компьютер. Она запустила карту местности с геолокацией и начала изучать город. Наступала ночь, и Элли потратила много времени, чтобы сформировать хоть какое-то представление о том, где она была. Она нашла всю нужную ей информацию, и те вопросы, которые мучали её беспомощным невладением данными, нашли свои ответы.

На следующий день Элли уже смело отправилась в магазин по улицам этого тихого и немноголюдного, на первый взгляд, города, приобрела голубые линзы и краску для волос иссиня-чёрного цвета. Она решила, что нужно во что бы то ни стало вернуться в дом, с которого начался её путь в этом мире —возможно, там она всё-таки найдёт выход. Но понимая логику, что преступник всегда возвращается на место преступления, и её могут поджидать там правоохранительные службы, она должна была выдержать паузу и прийти туда максимально другим человеком.

Вернувшись в арендованное жильё, она покрасила волосы, надела линзы и отправилась в парикмахерскую, чтобы обстричь волосы до неузнаваемости. Элли очень не нравился её новый мальчиковый стиль, но цель оправдывала средства. После она направилась по адресу, который не без труда отыскала с целью покупки документов. Место безусловно было скрыто от глаз общественности, и вообще вся эта нелегальная процедура оставила неприятный мрачный осадок, ведь Элли никогда и подумать не могла, что прикоснётся когда-либо к услугам чёрного рынка. Теперь у неё были все необходимые документы и история, купленные за внушительную сумму, благо денег она могла напредставлять себе сколько угодно. Но в голове Элли и мысли не возникло об искушении и соблазнительной перспективе вседоступности в этом мире. По правде говоря, никаких помышлений, кроме как выбраться отсюда, она не впускала пока в себя вообще.

### 4

Коллин стоял и ошарашенно смотрел на растерзанную злополучную картину, которая всего пару минут назад была красочно живой и магически сильной. Его Элли осталась там, в кусочках этой бездыханной ткани, и он не мог собрать мысли воедино, чтобы дать себе отчёт в своих действиях. Слишком потрясали стойкого Коллина все эти необъяснимые события. Как же он мог оставить свою ненаглядную лежать там, по ту сторону портала. Но он действительно не был в состоянии допустить перехода постороннего неосведомлённого человека в свой мир, ведь никто не знал, насколько сильны были бы последствия такого вмешательства, и верно рисковать не стоило.

«Я обязательно верну её, – убеждал себя Коллин, – сейчас я заберу куски картины с собой, склею их дома, и всё вернётся на свои места».

Но ожидания Коллина о лёгком разрешении проблемы не оправдались. Портал не поддался на физические попытки восстановить его. В квартире перед Коллином оказался лишь искалеченный залатанный холст и, как бы он ни хотел, не более того.

Эта ночь была, наверное, самой тяжёлой в его жизни. Уверенному и решительному Коллину была подвластна любая появляющаяся в его жизни ситуация, но не эта. По крайней мере, она не поддавалась решению так быстро, как он мог это виртуозно делать по сей день. Но помимо того, что нужно было придумать способ восстановить портал и вернуть Элли, придётся как-то объяснить её отсутствие всем тесно связанным с нею людям. Кто знал, сколько времени займёт дорога к её возвращению и доберутся ли они до этого конечного пункта.

– Боже, как я не хочу думать, что она может не вернуться! Я сделаю всё, я найду, как восстановить этот злосчастный портал! – взревел Коллин, отчаянно вцепившись руками в свои аккуратно уложенные волосы.

Все последующие дни Коллина окрасились в серый цвет. Некогда жизнерадостный и беззаботный Коллин ушёл в себя, в поиски решения гнетущей проблемы. На работе он сообщил о срочном увольнении Элли, что ожидаемо вызвало волну негодования у работодателя, никогда не готового к резким и необоснованным сменам сотрудников. Родителям и знакомым он соврал о её, вероятно, длительной командировке на неопределённый срок и без доступа к связи. Конечно, он понимал, что всё это, возможно, вызывает недоумение. Но он тешил себя мыслью, что скоро вернёт Элли и все вопросы отпадут, пока кто-либо не поднял тревогу. Все верили Коллину, никаких подозрений он не мог вызывать о якобы пропаже Элли, ведь все знали об их трепетной возвышенной любви. Но, пожалуй, всё это со стороны могло выглядеть довольно странным.

Коллин был достаточно образован, но никогда не был знатоком в физике, и он углубился в её изучение, чтобы суметь найти способ, основанный на научном подходе, как изобрести портал самому. Ему довелось услышать множество скептических насмешек от профессоров физики, теоретиков и исследователей в этой области, к которым он обращался за помощью. Все они считали априори невозможным существование и, тем более, создание порталов в параллельные реальности. Коллин ощутил на себе маску сумасшествия, которой наделяли его здравые, закоренелые умы-титаны естественных наук. Один из учёных, который выслушал Коллина без моментальной критической обороны непоколебимых фундаментальных знаний, заявил в ответ, что даже если портал и возможно создать, то, в какой конкретно из бесконечного числа параллельных миров он приведёт – сказать действительно невозможно.

Время давило на Коллина бессмысленным долгим гнётом в поисках ответов и существовании без единственного человека, дающего смысл бытия. Он закрыл лицо ладонями, сидя дома за своим компьютером. Он винил себя за то, что безрассудно заинтересовался словами той женщины, в мире которой застряла его Элли. Коллин запер за тяжеловесной дверью память о том, с чего началась эта судьбоносная история. Но сейчас он, превозмогая собственный блок из обвинений и злобы на себя, решил перечитать историю общения, чтобы припомнить, что могло так зацепить его внимание и доверие, вызванное дамой, смерть которой порождала не меньше вопросов. Коллин начал внимательно читать всё с самого начала, осознанно и вдумчиво. Дочитав до последнего сообщения, потускневшие глаза Коллина уже горели и блестели как в лучшие дни с Элли, его сердце бешено стучало в решимости и от невероятной осознанности.

– Элли, я всё понял! – взлетел со стула переполненный эмоциями Коллин, наконец-то достигнувший прозрения. – Я понял! Какой же я был слепой и безрассудный!

### 5

Горячие капли водопадом бежали по стройному телу Элли, обнимая журчащим комфортом. Она стояла под душем, и только тепло водной стихии могло согреть её. Душа же металась, измученная уговорами о том, что нужно принять этот мир и сложившуюся ситуацию. Отвергать это место было нельзя, оно приютило Элли, дало шанс просто жить, иначе её желание не находиться здесь могло быть исполнено кардинальным и самым оптимальным способом – она, может, действительно покинет этот город, но и не окажется в своём. Поэтому Элли решила во что бы то ни стало радоваться тому, что у неё сейчас есть. Она впервые за последние несколько дней легла спать в умеренном спокойствии.

Нужно было выждать несколько дней, а то и недель, когда история в знакомом до боли доме утихнет и попасть в него можно будет с минимальными рисками. Элли решила, что дни эти обязательно должны окраситься в яркие тона. Она отправилась гулять по тёплому, готовящемуся к осени, лучезарному городу, изучала достопримечательности, дышала свежим воздухом парков и просто представляла, что это туристическая поездка в новое место, пусть и было ей в этом путешествии одиноко без Коллина. Они вместе успели объездить уже много городов и стран, и их очень увлекало это занятие, эти новые знания на уровне туризма захватывали всё внимание и превращали обыденность в череду эмоциональных подъёмов.

Элли была расслаблена, но в то же время не давала себе понизить степень бдительности к происходящему. Она выходила на улицу в очках и повязанном на голове платке, пусть и без того уже была значительно не похожа на себя, только попавшую в это измерение. Поразительно было, как, оказывается, человек может измениться и без всяких операций.

«Интересно, Коллин узнает меня?» – мечтательно размышляла Элли. Она ни на секунду не допускала мысли о том, что в принципе может его больше и не увидеть. Она верила всем своим нутром, что выход обязательно найдётся, они обязательно его найдут. Что ни говори, а роль оптимиста играла сейчас Элли на руку, иначе она бы верно сошла с ума, поводов для самоугнетения нашлось бы уйма.