Ирина Шагина
В 84 году…

В 1984 году маленький мальчик, родившийся в эстонской семье, был объявлен громкоговорящим служивым, в связи со случившейся незадолго до рождества трагедии в семье Уильньеров. Мой дорогой читатель верно не понимает о чём идёт речь. Поз- вольте начать сначала.

Зимой 1983 года, мальчик по имени Олли отправился в школу. В маленькой деревушке в которой он жил, школа эта приходилась единственной. Шёл он туда не за учебниками и нудными говорами старых учителей, а за лыжами… В те времена в школе был своеобразный кружок по лыжам. Собиралось пятнадцать-двадцать человек и ходили в лес, по протоптанной годами лыжне. В группе были дети и постарше, и помладше. Олли был самый маленький из лыжников, ему было всего 12. По обычаю, те, кто бегали лучше, были впереди, а те кто похуже – следом за ними. Олли плёлся в самом конце в надеждах и мечтаниях когда-нибудь заполучить заветное первое место в школьных соревнованиях. Одногруппники порой считали его странным, особенно когда он говорил невпопад и вмешивался в чужие разговоры, моментально прекращая их своими глупыми мечтаниями о «кубке лыж». Но им пришлось смириться со странностями этого мальчика, потому что все понимали, что из коллектива уходить он не собирался. Но Олли ходил туда, закрывая глаза на все унижения и презрения со стороны удавшихся лыжников.

Так и в этот день, мальчик шёл по просёлочной дорогое, еле перебираясь сквозь большие сугробы только что выпавшего сне- га. Проходя мимо сгнивших домов, которые стояли чуть ли не друг на друге, Олли заметил своего лучшего друга Нестора. К слову, Нестор тоже был одним из тех мальчиков, которых в школе часто били и унижали. Спросите за что с ними так обращались? Да ни за что… Просто так. «Такие люди, как он, были созданы ради того, чтобы терпеть», – говорили его одноклассники. Нестор, как и Олли, был своеобразной обузой в классе. С ними могли общаться лишь учителя, и только потому, что они были отличниками, которым, кроме как уроками, заняться было нечем.

Одевался Нестор бедно: вечно разорванная рубаха и доживаю- щие свой век дедовские штаны, выдавали социальное положение мальчика. А о ботинках можно было и не говорить, ведь никто не мог понять, есть ли они на нём. Ботинки были настолько дырявые, что можно было отчётливо увидеть, насколько длинные ногти на ногах были у него, можно было подумать, что он вовсе их и не стриг за всю жизнь. Заботливая бабушка Нестора старалась подлатать их, но заплаты вечно отрывались, отчего он постоянно простужался. Внешне Нестор был приятным мальчиком. Курносость и светлая кожа изумительно сочетались с золотистыми кудряшками, которые то и дело падали на лоб, закрывая его карие глаза. В некоторых местах кожа его лица была сильно поцарапана из-за того, что когда Олли с Нестором убегали от местных хулиганов, часто приходилось срезать дорогу через лес. Они па- дали в грязь, спотыкались о сучья, но хулиганов было не остановить. Они гнались и гнались за бедными мальчиками.

Как только Нестор заметил Олли, он бросился обнимать приятеля. Они были настолько близки, что часто сравнивали свою дружбу с дружбой Пушкина с Пущиным.

На Олли была новая куртка:

– Отличная куртка! – сказал Нестор, который опять был полураздет. В его голосе можно было услышать явную зависть. Но Олли сделал вид, что не заметил этого.

– Это на лыжи… – ответил Олли.

– Когда ты уже перестанешь туда ходить? Олли, пойми, может это не твоё. Если у тебя уже третий год подряд нет успеха, пора задуматься в конце концов. Всё грезишь о глупых конкурсах! Отстань ты уже от этих лыж! Чем они тебя так зацепили?!

– Я еду так, как умею! – в голосе Олли послышалась некая грубость. – Мне нравятся лыжи, и я хочу продолжать!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.