# Карлос Гон. Бегство в футляре главы альянса «Рено» – «Ниссан» – «Мицубиси». Западня

Бертилль Байяр, Эммануэль Эглоф

Почти двадцать лет назад Япония сделала из него героя. Карлос Гон – тот, кто восстановил «Ниссан». Подвиг, который стал причиной культа личности и потребовал слишком много щедрости. Ошеломляющая зарплата, резиденции, роскошная мебель, торжества и приемы в Версальском дворце – японская группа заплатила за все своему боссу. Гон олицетворял глобализацию как никто другой и хотел сделать альянс «Рено» – «Ниссан» номером один в мире, не принимая во внимание напряженность, которая его подрывает.
Бывшему генеральному директору, преданному некоторыми из своих самых доверенных людей, пришлось бороться с чрезвычайно жесткой системой японского правосудия. Его крах поверг компанию «Рено» в хаос и поставил французское государство, являющееся акционером группы, перед лицом собственных противоречий. Между Парижем и Токио началось противостояние. Но Гон не собирался ни сдаваться, ни проводить годы жизни в тюрьме. 30 декабря 2019 года он был тайно вывезен из Японии в ящике для звуковой аппаратуры и переправлен через Стамбул в Ливан. Бегство, достойное голливудского кино! В своем расследовании в форме политического и индустриального триллера французские журналисты Бертиль Байяр и Эммануэль Эглоф предлагают увлекательный анализ дела Гона.
В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

# Бертилль Байяр, Эммануэль Эглоф. Карлос Гон. Западня. Бегство в футляре главы альянса «Рено» – «Ниссан» – «Мицубиси»

LE PIÈGE:

ENQUÊTE SUR LA CHUTE DE CARLOS GHOSN

BY BERTILLE BAYART AND EMMANUEL EGLOFF

Published by arrangement with SAS Lester Literary Agency & Associates


Фотография на обложке предоставлена Фотоагентством Getty Images (Simon Dawson/Bloomberg via Getty Images)

Дизайн обложки Александра Воробьева

Перевод с французского Евгения Харханова


Серия «Бизнес-книга»


© Calmann-Lévy, 2019

© Харханов Е. Ю., перевод, 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

* * *

> Посвящается Дидье – другой моей истории длиной в двадцать лет.

> Посвящается моей маме, которая всегда говорила, что однажды я напишу книгу.


> Если не указан иной источник, все цитаты взяты из личных бесед с авторами книги.


## Пролог

17 ноября 2018, Бейрут


«Посмотри на меня! Я сбросил шесть кило! – Карлос Гон встает перед своим другом и гордо демонстрирует себя со всех сторон. – Мне 64 года, и я еще хочу пожить! У меня впереди еще десять лет, и я хочу воспользоваться ими».

Гон светится от счастья. Его настроение всегда отражается на удивительно подвижном лице. Только что его выражение было решительным и сосредоточенным, а в следующий момент оно уже недовольное и злобное, а затем – восторженное и воодушевленное. Он всегда чрезмерно эмоционален. Здесь, в Ливане, его черты разглаживаются. Он дышит полной грудью, как это делают все, кто, наконец, вернулся домой.

Сейчас он испытывает новое для себя чувство, ведь до этого он обожал колесить по всему миру и не променял бы эту возможность ни на что на свете. Но Бейрут же не только город его детства. Здесь теперь его семейное гнездышко. Ремонт их большого розового дома в христианском квартале, продлившийся несколько лет, наконец закончился, и они с Кэрол смогли еще до лета устроиться в нем. Дом просто великолепен! С тех пор Карлос наведывается сюда при любой возможности. Этой осенью он уже приезжал сюда семь или восемь раз. Гон хочет открыть здесь полноценный офис. Бейрут станет его штаб-квартирой, где он будет работать примерно месяц в году.

Завтра Карлос Гон поднимется на борт своего Gulfstream и проведет ночь в воздухе. Он полетит в Токио – обычное место для того, кто возглавляет Nissan вот уже почти двадцать лет. Он встретится со своей младшей дочерью Майей, чтобы поужинать в их любимом суши-ресторане. Дочь собирается представить ему своего бойфренда.

19 ноября Майя в назначенное время ожидает своего отца в его токийской квартире – той самой, где она провела свое детство. Но вместо Карлоса Гона на пороге появляется японская полиция.

## Часть первая. Пазл собирается

### Отсутствующий

Годом ранее: 17 ноября 2017, Токио


Хирото Сайкава сильно наклоняется вперед. Его взгляд направлен вниз, губы сжаты, спина прямая. Руки медленно гладят брюки, верхняя часть тела нависает над трибуной под углом сорок пять градусов. Он сохраняет такое положение в течение нескольких секунд, в полном молчании. Щелк-щелк-щелк! Со всех сторон раздаются вспышки камер. В Японии фотографы обычно располагаются не прямо напротив сцены, а немного сбоку. Это позволяет им показать склоненную позу выступающего и запечатлеть всю степень его раскаяния.

Хирото Сайкава в прямом смысле сгибается под тяжестью свалившихся на него проблем. Но это уже не только традиционный японский поклон. Он просит прощения. Уже второй раз за эту осень он подвергает себя этому публичному унижению. Такое начало не назовешь удачным: прошло уже почти восемь месяцев после его назначения генеральным директором Nissan, а он занят лишь тем, что продолжает извиняться перед своими инвесторами, клиентами и всей страной. Начиная с лета Nissan – второй автопроизводитель в Японии после Toyota – находится в центре скандала.

В июле на производстве была выявлена проблема, связанная с процедурой сертификации автомобилей, сошедших с японских конвейеров. Но эта мелочь касалась только 1205 машин. Для Nissan это дело казалось законченным к концу сентября. Но на самом деле оно только начиналось. Инспекторы из министерства транспорта, приехавшие на заводы с контрольным визитом, заподозрили неладное. В Nissan к обязательной сертификации (по-японскиkanken) всегда относились довольно легкомысленно. Инспекторы обнаружили, что рядовые служащие пользовались для подписи документов личными печатями ханко (обычно это делают вышестоящие сотрудники, имеющие специальное разрешение). Они обнаружили также, что будущие контролеры качества, ответственные за автомобили, сходящие с конвейера, заранее знали ответы на экзаменационные вопросы. Хуже того – документация, переданная на проверку, оказалась поддельной, чтобы иметь возможность и дальше обходить правила. Все это длилось не один год и даже не одно десятилетие. Трудно было придумать что-то страшнее этого позора.

В стране, где к производству предъявляются высочайшие требования, вся эта история вызывает огромный общественный резонанс. В начале октября Nissan должен отозвать более миллиона машин, то есть все, проданные в Японии с 2014 года. Неделю спустя он принимает самое болезненное для любого автопроизводителя решение: останавливает все свои заводы на следующие пятнадцать дней. Похоже, эта ситуация обойдется японской компании слишком дорого.

Расхлебывать все это приходится Хирото Сайкаве. Он лично отвозит в министерство транспорта увесистые материалы расследования, подробно описывающего производственные махинации Nissan. Будучи генеральным директором, он берет на себя всю ответственность за них. Что означает, уточняет он прессе 17 ноября, что его годовая зарплата будет сокращена. «Я приношу свои глубочайшие извинения за то, что обманул ожидания наших клиентов», – добавляет он.

О чем он думает на самом деле? Перед объективами камер лицо Хирото Сайкавы кажется непроницаемым. Как в этот день, так и во все предыдущие. В Nissan его давно прозвали «киборгом». Настоящий работяга, не подверженный ненужным чувствам. Даже его самые ближайшие коллеги наверняка не смогли бы ответить на вопрос, есть ли у него семья (на самом деле он женат и у него трое детей) или чем он занимается в свободное время, если оно у него вообще есть.

Сайкава-сан – японец до мозга костей. Твердый и беспристрастный внутри, бледный и коренастый внешне. Вечно удивленные глаза прячутся за тонкими стеклами очков без оправы. Ему 65, и в свое время именно Сайкава-сан помогал превращать Nissan в международную корпорацию: он руководил деятельностью компании в США и во Франции. Альянс с Renault стал его шансом. Он часто повторяет, что «вырос» вместе с ним. В 2001 году, когда именно ему (а не французу) поручили объединить закупки двух автопроизводителей, его назначение стало первым сюрпризом. Эта миссия позволила ему пожинать первые плоды успеха Альянса. Но сейчас, осенью 2017-го, его репутация в качестве генерального директора Nissan сильно пошатнулась. Афера с сертификацией позволила его критикам признать, что Хирото Сайкава достиг максимума своих возможностей. Один из бывших сотрудников отмечает, что в Renault, как и в Nissan, «его не очень любят, так как он ведет себя очень жестко и авторитарно, особенно с японцами». Говорят, что он несдержан на собраниях, где его недовольство практически превращается в самодурство. Знакомые утверждают, что его категоричность связана с его слишком серьезным отношением к работе. «Безусловно, он окончил местную Высшую школу управления, затем Токийский университет, у него неплохой послужной список, – признает один из старых сотрудников Альянса. – Он сделал отличную карьеру в технической отрасли, не имея инженерного образования».

Карлос Гон, всемогущий президент Nissan и Renault, 1 апреля 2017 года сделал Хирото Сайкаву своим заместителем в японской компании. Десять лет назад этот пост ускользнул от Сайкавы, когда Гон предпочел ему его соперника Тошиюки Шигу, назначив того заместителем генерального директора. Но Шига быстро затерялся в сложной организационной структуре Nissan, и Гон перестал делать вид, что ему действительно нужен заместитель.

Поэтому повышение Сайкавы в 2017 году стало настоящим событием. Впервые за почти двадцать лет у японской корпорации появился генеральный директор (или, как говорят в англоязычном мире, – CEO, Chief executive officer), и это не был Гон. Данный выбор восприняли неоднозначно. «Я говорил ему, что это плохая идея», – скажет позднее один из знакомых Гона.

В день назначения Сайкавы сам глава Альянса комментировал его довольно уклончиво, не сомневаясь в лояльности своего нового протеже: «Он думает и говорит так же, как я».

Еще один свидетель цитирует такое высказывание Гона: «Сайкава не слишком сообразителен, у него нет стратегического мышления. Но он разбирается во всех процессах. В нем есть упрямство и твердость, а как раз такой человек мне и нужен, чтобы заставить работать японцев».

Сотрудники Альянса вспоминают эти собрания, где новый генеральный директор Nissan подпрыгивал, чтобы дотянуться до микрофона, и повторял только что сказанные слова Гона. По словам одного эксперта, «Хирото Сайкава – коварный тип, обожающий манипулировать людьми. Он не слишком располагает к себе. Но не стоит недооценивать его – иначе впоследствии вы об этом горько пожалеете. Этакий Фрэнк Андервуд».

Это очень смело – поставить Сайкаву рядом с аморальным и беспринципным героем сериала «Карточный домик»! Но если такое сравнение действительно заслуженно, то можно представить себе, как генеральный директор Nissan должен был проклинать этот день 17 ноября 2017-го, когда он полностью потерял лицо перед всей страной. Тогда была задета его гордость, а такие душевные раны заживают нескоро. Хирото Сайкава – это не глава Mitsubishi Осаму Масуко, который, тоже пройдя через череду скандалов, связанных с вредными выбросами его машин, после этого мог смеяться над тем, что ему «пришлось целый год приносить извинения», буквально следуя старой японской традиции.

Карлос Гон рассказывал, что когда он приехал в Японию сразу после образования Альянса и готовился к первому общему собранию акционеров Nissan, он «тренировался наклоняться вперед на тридцать и шестьдесят градусов»[1]. Тем не менее за последующие двадцать лет его поклон никогда не превышал отметку в тридцать градусов (что свидетельствует о глубоком уважении к собеседнику). Гон никогда ни за что не извинялся. Вот и этой осенью 2017 года он не приезжает в Токио, чтобы дать объяснения в связи с этим скандалом. Он, как всегда, отсутствует. Он находится где-то между Парижем, Нью-Йорком и Бейрутом.

Отвечая на вопросы журналистов, Хирото Сайкава выгораживает того, кто все еще является президентом Nissan. Однако именно Гон отвечал за производство, на котором и обнаружились все махинации. Незаконное использование печатейханко при сертификации машин, очевидно, продолжалось уже очень давно. Тем не менее вину на себя берет один Сайкава. Более того, он оправдывает Гона. Он заявляет, что скандал, разразившийся над Nissan, кажется тем более удивительным, что Гон как раз стремился к установлению в корпорации принципов полной прозрачности. Через год эта фраза будет звучать особенно пикантно. Но пока, в ноябре 2017-го, Nissan еще не готов сбросить своего босса с пьедестала.

### Тихоокеанская операция

10 марта 1999, Женева


«Это настоящее чудо!» Вокруг шумит Женевский автосалон, где собираются автопроизводители со всего мира, а глава Renault Луи Швейцер по-настоящему счастлив. Его директор по связям с общественностью Патрик Бесси только что сообщил ему неожиданную новость: Юрген Шремп, глава Daimler, объявляет о прекращении переговоров с Nissan. Для французов это означает, что путь открыт. И это действительно настоящее чудо, потому что, в отличие от немецкого автогиганта, Renault не имел практически никаких шансов убедить японцев объединиться. «Я был безумно рад и не мог поверить своим ушам. Казалось невероятным, что в Daimler отказались от своих планов: они были намного богаче нас, а мне пришлось поставить на карту половину средств нашей компании!»[2] – рассказывает Луи Швейцер.

Дальше все развивается весьма стремительно. Всего через три дня после отказа Daimler, в одном из ВИП-залов парижского аэропорта Шарль-де-Голль, где часто совершаются международные сделки, Луи Швейцер и Йошиказу Ханава, глава Nissan, скрепляют союз своих компаний.

27 марта 1999 года в штаб-квартире японской федерации бизнеса «Кейданрен» они подписывают акт о рождении альянса Renault – Nissan перед тремя сотнями журналистов. Сам выбор этого места свидетельствует о серьезности их намерений.

Что касается самого альянса, то это настоящее спасение. В Японии, находящейся в глубоком банковском и экономическом кризисе, заканчивается «потерянное десятилетие». И Nissan тоже переживает не лучшие времена. Он начал бессмысленную гонку, чтобы не отстать от Toyota – ведущего автопроизводителя Японии. Автомобили, которые он производит, – высокого качества, но 90 % из них продаются в минус. Работая в убыток семь лет из последних восьми, Nissan задолжал уже 1700 миллиардов йен. Через несколько дней он уже не сможет выполнять свои финансовые обязательства. В самой Японии ждать помощи уже неоткуда. Традиционная схема организации бизнеса, строящаяся вокруг крупных финансово-промышленных групп (кэйрэцу), связанных деловыми отношениями, взаимным доверием и долями в капитале друг друга, оказалась неэффективной. Банки, игравшие в этой схеме ключевую роль, были заняты устранением последствий финансовых пирамид, появившихся в начале 1990-х. Из-за этого Nissan больше не может рассчитывать на помощь банка IBJ. В свою очередь, всемогущее министерство экономики, торговли и промышленности Японии (METI) ставит конкретное условие: Nissan обязан в кратчайшие сроки реструктурировать свой долг и найти средства за рубежом. И вот эти средства предоставляет Renault. Французы инвестируют в программу 5 миллиардов евро и приобретают 36,8 % акций Nissan. При этом нельзя сказать, что на мировом рынке у них все отлично. Безусловно, французская компания продает столько же автомобилей в год, сколько и японская, – примерно 2,5 миллиона, но в Японии никто никогда не видел ни одной машины с серебристым ромбиком. Один из сотрудников Nissan недоумевает: «Не могу понять, как нас может выкупить компания, не умеющая продавать свои автомобили…»

# Примечания

1

Nikkei, Карлос Гон, автобиографическая серия, январь 2017.

2

Stéphane Lauer,Renault: une révolution française, JC Lattès, 2005.