# Как мы перестраивали советское образование и что из этого вышло

Александр Милкус

Эта книга, как и весь проект «Свободная школа», началась со звонка Сереги из Самары в программу «Родительский вопрос», которую я веду на «Радио «КП»:
– Верните нам советское образование! Такие обращения в последние годы поступают все чаще. И в какой-то момент я решил, прежде всего для самого себя, разобраться – как мы пришли к нынешней системе образования? Какая она? Все еще советская, жесткая и единая – или обновленная, современная и, как любили говорить в 2000-х, модернизированная? К чему привели реформы 90-х и 2000-х? И можно ли на самом деле вернуть ту ностальгическую советскую школу?
Ответы на эти вопросы формулировались в беседах с теми, кто в разные годы определял образовательную политику страны, – вице-премьерами, министрами, их заместителями, руководителями Рособрнадзора и региональных систем образования, знаменитыми педагогами.

© Александр Милкус, текст, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

⁂

> Верните нам советское образование, и все будет хорошо!

> Серега из Самары, звонок в программу «Родительский вопрос» радиостанции «Радио «Комсомольская правда»


В книге использованы фотографии Владимира Веленгурина, Олега Рукавицына, Анатолия Жданова, Марины Волосевич, Тимура Ханова, Андрея Кары, Евгении Гусевой, Олега Укладова, Ивана Вислова, Михаила Фролова, Романа Игнатьева, Тимура Шарипкулова, Алексея Булатова, Андрея Цыганова, Александра Милкуса, Владимира Строковского, Тимура Григорьева.

А также фотографии из архива НИУ ВШЭ, из семейных архивов Исака Фрумина, Виктора Болотова, Анатолия Каспржака, Елены Чепурных, Владимира Шадрикова, Александра Асмолова, Виктора Рябова, Любови Кезиной, Игоря Реморенко, Владимира Филиппова, Николая Палтышева, Ахтама Чугалаева, Татьяны Меркуловой, Марины Пинской.

Особая благодарность главному редактору и генеральному директору ИД «Комсомольская правда» Владимиру Сунгоркину и генеральному директору ИД «1 сентября» Артему Соловейчику за предоставленные фотографии.

Благодарю за помощь в подготовке книги Дарью Сапрыкину, Паулину Гасс, Марину Абрамову, Валерию Михайловер и Ольгу Максимович.

⁂

А начался этот проект с того, что мои старшие коллеги Анатолий Георгиевич Каспржак и Виктор Александрович Болотов предложили студентам нашей проектно-учебной лаборатории медиакоммуникаций в образовании Высшей школы экономики записать подробные интервью с теми, кто в разное время занимался преобразованиями в системе образования. Мол, пусть будут. Для архива. Для магистрантов Института образования Вышки, которые пишут работы по истории педагогики… Правда, Болотов в своей ироничной манере тут же заметил: «Будьте внимательны, не зря говорят «Врет, как очевидец». Но это он так – сгоряча…

Когда мы записали первые интервью, я понял: из них нужно делать документальный сериал. То, что рассказывали наши собеседники, очень многие – даже те, кто давно интересуется реформами в системе образования, не знали. Или подзабыли. Потому что просто интересно теперь уже со стороны, на солидном временном отдалении посмотреть, как и что происходило.

И мы смонтировали четырехсерийный документальный фильм «Свободная школа».


Фильм можно посмотреть на сайте проекта, перейдя по QR-коду на этой странице.


http://freeschool.education/


Там же на индивидуальных страничках вы найдете подробные биографии и полные интервью наших собеседников.

А потом Алена Минина, студентка, принимавшая участие в работе над проектом и, пока мы готовили фильм, окончившая Вышку и ставшая редактором в издательстве АСТ, предложила на основе собранного материала выпустить книжку. Идея мне показалось полезной. В фильме, как бы мы ни старались, многие важные подробности исторических событий показать не получилось. Невозможно в кино показать уникальные документы, собранные во время подготовки сценария. Некоторых из них вообще нет в интернете. А их стоит вдумчиво читать тем, кто хочет разобраться, куда мы «приплыли» с нашим образованием. Эти документы я цитирую в этой книге, а полный текст, опять-таки, вы сможете прочесть на сайте «Свободной школы», перейдя по QR-кодам, указанным рядом с цитатами из документов.

## Глава нулевая. А я ведь танцевал с классным руководителем

ИСТОРИЯ ИЗ ЖИЗНИ

Несколько лет назад в одну из звонких весенних суббот мы с моим старшим сыном проезжали мимо его гимназии. Я сказал ему:

– Кирилл, сегодня, по-моему, день встречи выпускников. Ты не хочешь зайти в родную школу?

Его передернуло:

– Нет! Никогда!

Глаза у него стали злыми, колючими.

И я, наверное, впервые в жизни, задумался, что испортил сыну детские годы. Мне ведь казалось, что все хорошо. Я дружил с директором гимназии, я помогал учителям устанавливать в классе первые компьютеры и настраивать принтер, привезенный из дома. Я даже на новогодней вечеринке танцевал медленный танец с его классными руководителем!

А ему было плохо. Но это «плохо» мне казалось нормальным – а как же по-другому? Как многие родители, я думал, что это же школа жизни. Она учит, что не все в мире радужно, и готовит к будущим взрослым испытаниями.

А было все хуже и хуже. И в старшем классе мне пришлось его эвакуировать (я именно тогда подобрал это слово, чтобы описать происходящий процесс), переведя в экстернат. Но в общем-то школе было ведь не так уж и плохо?

– Кирилл, не хочешь зайти в родную школу?!

– Не-е-е-т!

Про воду, которая мокрее, и травку, которая зеленее

С возрастом мы все больше идеализируем прошлое. Вы замечали, что обычно детские воспоминания солнечные, яркие, будто раскрашены анилиновыми красками? Хотя, может быть, в тот день на самом деле шел дождь или небо занавесили серые тучи.

Редко какая программа «Родительский вопрос», которую я много лет веду на Радио «КП», проходит без звонка с таким яростным, безапелляционным требованием:

– Верните советскую школу!

Я уже не спорю с этими людьми, хотя раньше пытался схлестнуться в эфире. Я понимаю – звонят те, кому тогда, в детстве, в школе было хорошо, кто помнит залитые светом парты, добрую первую учительницу и верных друзей-одноклассников. Те, кого гнобили за тройки, прорабатывали на комсомольском собрании и унижали на классных часах, не звонят. Им сказать нечего.

И все-таки…

Какую советскую школу нужно выбрать предметом для ностальгии? Ту, которая была в нас в детстве? Но мы из разных поколений! Была школа 50—60-х годов прошлого века – коричневые платья с черными передниками, у мальчиков – серые штаны, полувоенный ремень и фуражка с околышем. Школа 70-х – коричневый полушерстяной костюм. Школа 80-х – синий костюм и эмблема в виде раскрытой книжки, которая после первой стирки переставала гнуться. Вместе с формой менялась и сама система преподавания. Школа и в советские времена регулярно реформировалась.


Ностальгия по школе – ностальгия по радостному детству?


Впрочем, как я понимаю, большинство за то, чтобы вернулось образование 80-х годов прошлого столетия. Потому что у многих моих визави детство пришлось именно на эти годы. И многие верят в то, что с наступлением Перестройки сломался не только привычный социальный и экономический уклад, но и началась деградация системы образования.

А что бы вы сказали на то, что еще в начале 80-х, при Леониде Брежневе, система образования не устраивала даже руководство страны?

## Глава первая. Ваза за 70 рублей

ИСТОРИЯ ИЗ ЖИЗНИ

В1982-м я закончил школу. Я уже тогда писал легко критические, как полагается подростку, заметки в одесские газеты и в общем-то понимал, что, скорее всего, буду работать журналистом. Поэтому куда поступать, мне было в общем-то все равно. Главное – иметь диплом о высшем образовании.

Вопрос был в том, куда смогут меня «поступить» мои родители. Напомню, что тогда даже из десятиклассников – выпускников полной средней школы в вузы поступала примерно одна четверть.

«Концы» нашли в Одесском институте народного хозяйства. И это меня совершенно устраивало – четыре года (в экономических вузах в СССР учились четыре года, а не пять – чистый бакалавриат по нынешним временам) для получения корочки о высшем образовании. Тем более я знал, что главный редактор самой популярной тогда в черноморском городе газеты не любил выпускников филфака и даже заезжих профессионалов с дипломом журфака, которого, кстати, в Одессе не было. Нужно было иметь «настоящую» специальность. Специалист по научной организации труда тут точно подходил.

Как медалист я должен был сдавать только один экзамен – математику. Сдал ее на удивление легко и был через пару часов приглашен к декану факультета, который дал понять – пятерка не была случайной.

– Ты ведь в школе участвовал в театре. Организуешь у нас на факультете «Студенческую весну»? – сказал декан и то ли подмигнул, то ли просто у него от нервов случился тик.

Заведующему кафедрой, на которого «вышли» мои родители, чтобы обеспечить мое поступление, подарили высокую хрустальную вазу за 70 рублей (хорошей зарплатой тогда считалось 120 рублей в месяц). Это было нормально, естественно. Поступление по блату.

1980-е. Одиннадцатилетка?

В июне 1983 года состоялся пленум ЦК КПСС, на котором обсуждали ситуацию в школе. По его результатам спустя несколько месяцев, уже в 1984 году, вышло Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О дальнейшем совершенствовании общего среднего образования молодежи и улучшении условий работы общеобразовательной школы». Не просто так на самом высоком уровне не самые глупые люди решили обсудить ситуацию в школе. И решения были приняты важные, хотя потом их и ругали за «половинчатость».

На мой же взгляд, многие решения были весьма прогрессивными. И главное – под каждым положением был четкий экономический расчет.

И вот еще что интересно, что кажется сейчас странным, невозможным: если убрать из текста упоминание коммунистической партии, «социалистический интернационализм» и заменить словосочетание «электронно-вычислительная техника» на «компьютерную технику» – постановление легко можно публиковать сейчас, оно будет актуальным, и, похоже, некоторые положения того документа до сих пор, спустя почти сорок лет, остаются невыполненными.

ДОКУМЕНТ

Цитаты из Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О дальнейшем совершенствовании общего среднего образования молодежи и улучшении условий работы общеобразовательной школы»:

Об увеличении продолжительности обучения в школе.

«Считать целесообразной следующую структуру общеобразовательной школы: 1—4 классы – начальная школа, 1—9 классы – неполная средняя (девятилетняя) школа, 1—11 (12) классы – средняя школа».

Переход, напомню, произошел только в конце 1990-х – 2000-х годах!

Добавленный для младшей школы год следовало«использовать также для улучшения физического развития детей, занятий музыкой, изобразительным искусством и познания окружающей природы». Чем не эмоциональное образование, так модное в наше время?

А вот средняя (девятилетняя) школа должна была«знакомить школьников с научными основами современного производства и ведущими профессиями, прививать навыки и умения самостоятельной работы». «Девятилетняя школа обязательна для всех учащихся и является базой для получения общего среднего и профессионального образования». Чем не предпрофильные классы, появившиеся в 2000-х?

Тогда же предусматривалось развитие углубленных школ «физико-математического, химико-биологического, общественно-гуманитарного и технического циклов».

Предлагалось с 1986 года перейти на«обучению в школе детей с 6-летнего возраста». Для шестилеток устанавливалась «35-минутная продолжительность урока». И только в 1992 году границу немного отодвинули, рекомендовав поступать в школу в возрасте не старше шести лет и шести месяцев.

О понятных и современных учебниках.

«Пересмотреть содержание учебных программ и учебников, обеспечить четкое и ясное изложение основных понятий идей естественных и общественных наук, раскрывающих законы развития природы и общества, с учетом современных достижений науки и техники». А как же ностальгия нынешних пожилых учителей по ясным и понятным учебникам советского времени?

Требовалось«устранить перегрузку учащихся, усложненность учебного материала, дублирование и формализм. Усилить связь преподавания естественных и гуманитарных дисциплин с жизнью, добиваться того, чтобы оно лучше помогло молодым людям постигать окружающий мир». Да ладно, вы серьезно? А если сравнить с нагрузкой нынешних старшеклассников?

«Поднять уровень преподавания предметов естественно-математического цикла, нацелить его на формирование у подрастающих поколений современной естественно-научной картины мира, знаний и представлений о практическом применении науки в основных отраслях современного производства и других сферах деятельности».

Э-э-э, а как же наше участие в международных исследованиях качества образования? В знаменитой PISA, где в начале 2000-х наши школьники показывали унизительные результаты, доказывая, что между школьными знаниями и пониманием того, как их использовать в жизни, связь самая минимальная. О том, что надо эту проблему решать, писали в далеком 1984 году!

О компьютеризации.

«Организовать в старших классах общеобразовательных школ, профессионально-технических училищах, средних специальных учебных заведениях изучение основ электронно-вычислительной техники, с тем чтобы привить учащимся навыки пользования компьютерами и вооружить их знаниями о широком применении этой техники в народном хозяйстве». Компьютеры в 80-х?! Подождите, но ведь эта техника – и то в скромном количестве – стала поступать в классы только во второй половине 90-х! Десять-пятнадцать лет спустя. Разве нет?

О том, что уроки литературы скучные.

«Усилить роль уроков литературы в формировании духовно богатой, гармонически развитой личности с высокими нравственными идеалами и эстетическими потребностями. В основу преподавания литературы в средней школе положить изучение выдающихся произведений русской, советской и зарубежной классики», «…разработать предложения по совершенствованию содержания курса литературы в школе». А как же нынешние споры о том, как преподавать литературу, есть ли в ней место для зарубежной классики?

– О том, что классно-урочная система – не идеал.

«Повысить эффективность урока как основной формы организации учебно-воспитательного процесса. Практиковать лекционные и семинарские занятия в старших классах. Совершенствовать организацию кабинетной системы обучения.


Уже в 80-х годах планировали разгрузить школьную программу.


Улучшить психолого-педагогическое изучение школьников на протяжении всего периода обучения, выявление их интересов и склонностей. Своевременно изучать причины отставания в учебе и недостатков в поведении отдельных учеников, выбирать наиболее эффективные пути их устранения». Это же про психологов в школах!

О бесполезных отчетах, которые требуют со школ.

«Решительно искоренять из школьной практики факты формализма и процентомании, либерализм в оценке знаний и поведения учащихся. Отменить отчетность школ об успеваемости». Отчетность по успеваемости. Она и сейчас главная при оценке работы образовательного учреждения! И знали бы учителя и директора того времени, сколько бумаг приходится заполнять их нынешним коллегам…

Об ограничении числа учеников в классах.

«В целях улучшения организации и повышения эффективности обучения уменьшить предельную наполняемость 1—9 классов до 30 человек, 10—11 (12) классов до 25 человек». Сколько у нас сегодня в школах учеников? Не в сельских, а в городских, расположенных в густонаселенных районах? Рассчитывать количество учеников по площади класса только в наше время додумались.

Если правильно перевести на нынешний понятный язык жесткие формулировки документов поздней советской поры, перечисленные в постановлении пункты – это и есть проблемы тогдашней школы, которые нужно «решительно искоренять» и «повышать эффективность». То есть и тогда все было совсем не радужно и идеально. А сейчас?