Мария Рейнолдс
Набережная Вайтань

Набережная Вайтань

Облокотившись на ограждение набережной Вайтань, Валя смотрела на водную гладь реки Хуанпу. На душе царил покой, и она даже не замечала рой многочисленного людского потока, снующего туда-сюда. Корабли отплывали один за другим, увозя пассажиров на обзорную прогулку, открывающую виды Шанхая по обе сторoны реки.

Былa середина января. Весь мир уже отметил приход 2020-го года. Все радовались, предвещая, что год будет грандиозным. Ведь когда еще будет такое расположение чисел?! А Китай только готовился к своему Новому Году. Город разукрасили красными фонарями и разной другой атрибутикой приходящего года. Лица людей сияли от счастья. Китайцы готовились к путешествиям: кто за границу, кто в разные города Китая – встречать Новый Год в кругу большой семьи.

Валя тоже была рада: с двадцать третьего числа начнутся каникулы, двадцать пятого уже и сам Новый Год, а потом первого февраля она полетит в США, во Флориду, чтобы оттуда с Порта Канаверал отплыть на Багамы на круизном корабле. От этой мысли у Вали щекотало нервы, и сердце билось так громко, что его почти можно было услышать. Мысленно она уже сотни раз побывала на этих Багамских островах, которые ей еще только предстояло открыть в реальности. Все было запланировано, зарезервировано, проплачено и уже почти пережито, но главное переживание еще впереди. “Ух-ты! Сама себе завидую!” – думала Валя, и счастливая улыбка не сходила с ее довольного лица.

Погуляв по Набережной, потолкавшись в этой людской суматохе, она вернулась домой.

***

Валя была студенткой факультетa Китайского языка и культуры Фуданьского университета. Все у нее сложилось замечательно, и ей нравилось абсолютно все: и город, и университет, и предмет, который она выбрала с большим интересом и сейчас изучала глубоко и самоотверженно. Радостное предчуствие было ее постоянным спутником. Ей было весело, и каждый день был наполнен и даже переполнен не только текущими событиями, но и множеством идей, мечт и фантазий. Но все самое значительное в ее жизни еще впереди! Так считала Валя.

Только вдруг все вокруг зашушукались о каком-то страшном вирусе в далекой от Шанхая провинции Хубей. Поговаривали, что вирус похож на тот, который китайский народ пережил в две тысячи третьем году. Тогда, говорят, была масштабная эпидемия под страшным названием Тяжелый острый респираторный синдром, от которого погибло более семисот людей. А теперь множество людей в городе Ухань встали в очереди в больницах на проверку легких. Состояние многих было тяжелым, и уже зарегистрировали несколько смертей. Говорили, что пострадали в основном продавцы и покупатели рынка морепродуктов, но болезнь распространялась быстро и заражала все больше людей, не имеющих никакого отношения ни к рынку, ни к морепродуктам.

“Ладно, главное – это далеко отсюда”, – успокоила себя Валя и решила попусту не тревожиться. Хотя, на всякий случай, купила в аптеке упаковку масок. Все равно ей скоро уезжать, а там, пока вернется, все уже будет налажено. И еще, на всякий случай, стала следить за новостями. Кажется, все не так страшно: Всемирная Организация Здравоохранения созвала совещание и заявила, что пока нет причины для объявления чрезвычайной ситуации. “Все идет по плану”, – обрадовалась Валя и стала готовиться к предстоящей поездке: накупила блузок и платьев для круиза, всяких печенек и шоколадок в дорогу. Она собиралась встретиться с подругой детства в Орландо, и оттуда они вместе отправятся на Багамы. Вау!

Между тем, перед самым Новым Годом правительство Китая заявило о запрете новогодних увеселительных мероприятий во всех городах, включая Пекин и Шанхай. Валя помнила еще с прошлого года, сколько народу было каждый день на центральных улицах Шанхая в дни Праздника Весны¹. Гулять можно было только пингвином. “Еще лучше”, – подумала она, – “меньше людей – меньше риск заразиться!”

А следующее совещание ВОЗ было созвано тридцатого января. Все эти дни Валя следила за информацией из китайских источников: в мгновение ока китайцы разработали сайт, на котором можно было проследить, как распространяется вирус. Уже было около сотни больных в Шанхае, но основное распространение было все еще в Хубее. И Валя очень надеялась, что ВОЗ не будет ставить препятствий ее путешествию. Китайцы же едут в разные города, и ничего! Вон, подруга с бойфрендом уже в Тайланде. А другая уехала в Харбин, на север Китая, к семье. Все друзья разъехались, и Валя осталась одна здесь в ожидании своей поездки. И тут ВОЗ опубликовал результаты второго совещания по вирусу: объявляется глобальная чрезвычайная ситуация со всеми вытекающими последствиями.

Теперь уже Валя совсем не знала, как быть. Она почти собрала чемодан и не хотела его распаковывать обратно. “Все-таки рискну, ведь перелеты же не запретили”, – подумала Валя. Хотя, с другой стороны, был риск, что ее задержат в транзитном аэропорту города Бостона и заставят пройти тест на вирус. Тогда она не успеет на следующий самолет. “Ладно, все равно полечу, – подбадривала себя Валя, – а там видно будет.”

Но сколько ни планируй, если тебе чего-то не суждено, ты хоть об стенку бейся! В тот же день поздно ночью, когда Америка проснулась, Валя получила письмо от круизной компании. В письме говорилось, что во избежание распространения вируса компания приняла решение не допускать к посадке на круизный лайнер тех пассажиров, которые были в Китае меньше, чем за четырнадцать дней до начала круиза. А Багамское правительство определило тот же срок пребывания в Китае – за двадцать дней до высадки на Багамах. И все в этом мире вдруг стало серым и унылым. Погода – дрянь! Настроение – под стать погоде. Весь следующий день ушел на звонки и письма в турагентство, отели, круизную компанию с просьбой хотя бы вернуть деньги. Хорошо хоть, все согласились, что вины Вали здесь не было, и обещали вернуть всю сумму “как только, так сразу”.

***

Несколько дней после злополучного письма прошли в напряжении. Вирус распространялся стремительно. Теперь уже говорили о новых случаях заражения не только в Китае, но и в других странах. Родные и друзья Вали просили ее вернуться домой до лучших времен, но она решила остаться в Шанхае и переждать. Не может же это продолжаться вечно! Скоро каникулы закончатся, она вернется в университет, и жизнь снова наладится. А пока немного побыть одной очень даже полезно. Можно пообщаться онлайн со старыми друзьями: давно не было времени на общение; можно заниматься йогой, слушать музыку и танцевать, читать, смотреть кино – столько всего интересного! Скучать не придется. “Решено! Остаюсь в Шанхае”, – резюмировала Валя.

Портал 20

Съестные припасы вскоре закончились, так как Валя намеревалась путешествовать и запаслась продуктами разве что с учетом Нового Года. Ранним утром она надела полную противовирусную экипировку, включающую маску, очки, капюшон и перчатки, и вышла за покупками съестного как минимум на следующую неделю. Выходить каждый день в магазин уже было рисковано. Люди стали избегать друг друга, а при встрече в лифте старались держать дистанцию.

Еще с вечера у Вали болела голова. И в горле першило. Простудилась, наверное. Но все равно, надо сходить в супермаркет, а то кушать уже почти нечего. У входа в торговый центр Вале измерили температуру, а потом при входе в супермаркет процедуру повторили. Краем глаза она заметила цифру 35.4 на электронном термометре. “Ничего себе температура!” – подумала она.

Набрав всякой всячины, чтобы потом лишний раз не выходить из дома, Валя направилась к кассе. Для оплаты использовала приложение Wechat Pay на телефоне: так не придется получать сдачу. Мало ли кто трогал эти купюры и мелочь! И уже нагруженная пакетами, она направилась домой. При выходе из торгового центра Валя почуствовала мороз по коже, и холод тут же проник внутрь – аж до костей. Ее пробрала дрожь. “Брр! Пожалуйста, лишь бы дойти до дома!” – прошептала Валя. “Хорошо! Хорошо! Давай, топай!” – командовала она себе. Дрожь не унималась, и нести полные пакеты было тяжело, но вот-вот, она уже почти у дома. Вот и подъезд, лифт. Господи! Вот невезуха! Все четыре лифта – выше десятого этажа, придется ждать. Ну же! Валя жила в двадцатипятиэтажке. Правда, четвертый, четырнадцатый и двадцать четвертый этажи отсутствовали, скорей всего из-за того, что цифра четыре на китайском созвучна со словом “смерть”, и люди избегают ее. Вот, наконец-то, двери лифта открылись. “Слава тебе, Господи!” – прошептала Валя, нажав на кнопку с цифрой 20. Лифт понесся вверх, а Валя прислонилась к стене, почувствовав слабость и головокружение. Вдруг Вале показалось, что лифт набирает скорость, потом она услышала громкие стуки, как-будто что-то билось о кабинку лифта снаружи. А потом стены лифта, как показалось Вале, стали сужаться, и что-то больно ударило ее по голове. Потом резко стемнело.

***

– Что с ней? – спросил женский голос, и Валя сквозь щелочки под отяжелевшими веками увидела озабоченное лицо китаянки. Затем снова стало темно.

– Как она теперь? – снова спросил озабоченный голос. Валя не знала, сколько времени прошло, но судя по всему, второй вопрос последовал не сразу за первым. Она напряглась и попыталась еще раз открыть небольшие щелочки под свинцовыми веками. Лицо, повисшее над ней расплывалось, и Валя сначала не могла уловить целую картину. Постепенно фокус наладился, и теперь она отчетливо увидела напудренное лицо китаянки с собранными в пышную прическу волосами, приколотыми множеством роскошных заколок с разноцветными висюльками.

– Ван Лу, проснись, уже полдень, – бодро пропел другой, более молодой голос, и девушка с длинными прямыми иссиня-черными волосами слегка потрясла Валю за плечо.

– Ван Лу? – переспросила Валя, с трудом ворочая непослушным языком. Так ее никто не называл. – Где я?

– Ну, а как еще тебя звать, дуреха? – удивилась молоденькая. – Ты – дома, в своих покоях, – потом девушка понизила голос и добавила почти шепотом, словно выдавая важную информацию. – Вчера тебе стало плохо после пира и танцев для Сына Неба – императора Си-ван Чжоу, который посетил наше царство Чу в знак благодарности правителю Вэнь-вану за верность Сыну Неба: правитель Вэнь-ван недавно победил в сражении против варваров царства Дэн и присоединил их земли к царству Чу, – детально пояснила девушка. – Ты была слаба, и пришлось поскорее уложить тебя. Да, и ты всю ночь разговаривала во сне, произносила странные слова, из которых я ничего не поняла, – продолжила она.

– Император Си-ван Чжоу? – Валя внимательно присмотрелась к девушке: кажется, она не шутит. – А какой сейчас год и какое число? – не переставала удивляться Валя.

– Как какой год? Уже наступил 2020-й по календарю Ся², и сегодня – двадцатый день весны, – девушка уже не выглядела беззаботной и своими раскосыми глазами уставилась на Валю. – Да что с тобой такое?! Ты что, ничего не помнишь или прикидываешься?

Вдруг Валя осознала, что они общались на древнекитайском языке. Откуда она его знает? Ах, да! Она же изучала его в университете! Странно все как-то. И какие еще покои? Что за правитель?

– А где мой телефон? – вдруг спросила Валя, перейдя на современный китайский, так как не знала, как сказать “телефон” на древнекитайском. В ответ девушка намочила полотенце в душистом настое из трав и полевых цветов и приложила его к Валиному лбу. Валя только теперь почуствовала, что у нее жар и голова трещит как сжатая в тисках. “Кто эта девушка?” – думала Валя и никак не могла вспомнить ее.

– Как тебя зовут? – спросила она напрямую. Девушка перегляделась с другой дамой постарше, которая сидела чуть поодаль и следила за разговором девушек, и ответила тихим голосом:

– Я – Лу Хун, твоя сестра. Мы живем при дворе, а госпожа Линь Цзинь – старшая наложница правителя Вэнь-вана, – Лу Хун кивнула в сторону дамы. – Мы, как и другие девушки, которые танцуют для правителя и его гостей, находимся в ее подчинении. Госпожа Линь Цзинь очень добра и пришла навестить тебя.

Валя чуть приподнялась на локтях и огляделась: солнечные лучи наполняли комнату через небольшие окна с деревянными узорчатыми решетками; стены были разукрашены разноцветными рисунками людей, цветов, драконов и других загадочных существ; из мебели она заметила низкую тумбу, а на ней – шкатулки; на полу лежала бамбуковая циновка с несколькими небольшими подушками, а дальше была ширма; бронзовая миска с желтой водичкой стояла на невысоком столе из красного дерева с резными ножками в виде змей; стол находился рядом с кроватью Вали, хотя кроватью это сложно было назвать, скорее, подстилка на небольшом деревянном подъеме, на которой было довольно жестко лежать. Разве только пара подушек немного смягчала постель.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Китайский Новый Год.

Вернуться

2

Один из вариантов китайского солнечно-лунного календаря, согласно которому 4717-й год белой крысы начинается 25 января 2020г. и заканчивается 11 февраля 2021г григорианского календаря. 2020-й год по календарю Ся примерно приходится на 677г. до н.э.

Вернуться