Марина Серова
Невеста-вдова

Глава 1

Долгожданный звонок раздался во втором часу ночи и застал меня стоящей на коленях возле открытого чемодана – в самый последний момент я решила переложить солнцезащитный лосьон из внешнего кармана внутрь. А то ведь грузчики с багажом не сильно нежничают. Швырнут чемодан, упаковка с кремом лопнет и украсит собой все, что будет находиться рядом. А рядом возлежали поистине ценные для меня предметы. Тут и зарядное устройство для телефона, и купленный на всякий случай переходник, мини-аптечка, футляр с очками и тапки.

Тапками я нарекла пару легких кожаных сандалий, которые неспроста решила не прятать в глубинах чемодана. Планировалось следующее: как только моя нога ступит на раскаленный асфальт великой южной стороны, я сразу же сброшу с ног тяжелые кроссовки и наряжусь в легчайшие «тапки». После перелета ноги должны будут отдохнуть. Как и мы с Сергеем, впрочем.

Я познакомилась с ним пять месяцев назад. Вышло смешно. Выходя из машины, я поскользнулась, а он, проходя мимо, бросился ко мне и подставил крепкое плечо.

Через минуту я уже утонула в заботе и внимании, которыми он меня окутал, успела искупаться в его огромных карих глазах, а еще оценить прекрасное чувство юмора своего нового знакомого.

С Сергеем, в чем он признался позже, произошло примерно то же самое.

В кафе, в которое он пригласил меня тем же вечером, я поняла, что хочу расставить все точки над «i» и побыть слабой женщиной, не сканируя своего мужика насквозь.

Мы грели руки о блестящие бока огромных кружек с горячим шоколадом и болтали о всякой ерунде.

Единственный серьезный вопрос, который я не могла не задать, звучал примерно так:

– А что скажет твоя жена вашим детям, если вдруг увидит тебя прямо сейчас?

Это я приблизительно.

Начала я издалека, но Сергей успел первым:

– Ты замужем?

– Нет, – честно ответила я.

– Может быть, я не так сформулировал… – замялся он.

– Все ты правильно сформулировал, – успокоила я его. – Не замужем и не встречаюсь.

– Слава богу, – с облегчением выдохнул он. – И я. Не женат, и девушки у меня тоже нет. Поставил личную жизнь на паузу.

– В наше время это звучит как-то неправильно, – заметила я. – Если ты один, то с тобой что-то не так.

– Со мной, кажется, все в порядке, – неуверенным тоном сообщил Сергей. – Но я курю. Это ужасно, но это так. И на права так и не сдал после трех попыток. Могу заржать во весь голос в месте, которое для этого не отведено. Наверное, я о чем-то забыл. Конечно, забыл: я много работаю. Практически не беру выходные, если только совсем не стою на ногах.

– А если болеешь?

– Если болею, то я не имею права находиться на рабочем месте.

– Что же за работа такая? – удивилась я. – Насколько мне известно, многие предпочитают болеть на ходу.

– Я врач. И могу заразить пациента.

Врач… А еще симпатяга. И умница.

Господи, и за что мне такой подарок? А? Повтори еще раз, а то не расслышала?

– Если внести некоторые коррективы, то ты зачитал мой список, – сказала я. – Не будем вдаваться в подробности, но мое самочувствие на здоровье моих «пациентов» никак не влияет. И я могу взять больничный. Вот и вся разница.

– Значит, мы оказались именно в такой ситуации, когда стоит пересмотреть взгляды на жизнь, – улыбнулся он. – Хотя… сейчас я бы не сказал, что у меня нет девушки.

Я стыдливо опустила взор, а внутри все ликовало.

Нет, ну серьезно. Он мне понравился. Очень. И надо же такому случиться, что и я ему тоже.

В кафе играла музыка, под которую обыкновенно заканчивались фильмы восьмидесятых прошлого века. Что-то такое до ужаса знакомое, с нежным женским вокалом под звуки саксофона.

Сергей удивлял. Он не делал попыток подобраться ко мне ближе, чем я того хотела. Этим подкупил меня окончательно.

Он сказал, что работает терапевтом в одном из медицинских центров, оказывающих услуги круглосуточно. Ведет прием страждущих, измеряет им давление, ставит диагнозы, прописывает различные препараты и очень серьезно относится к своей работе.

Позже, когда мы окончательно сблизились, я сначала даже подумала, что он подвергся профессиональной деформации.

– У тебя синяки под глазами, – сообщил он мне как-то на третьем месяце после знакомства. – Плохо спала?

– Да нет, нормально спала.

– Голова не болит?

– Не болит.

– Хорошо.

Он с первой нашей встречи знал, чем я зарабатываю на хлеб. Поделилась не без сомнений относительно того, что снова услышу в свой адрес лестные эпитеты. Или получу насмешливый взгляд, приправленный скептической улыбкой.

И первое, и второе порядком поднадоело, и я очень не хотела, чтобы Сергей отреагировал на известие о том, что я – частный детектив, как-то не так.

Но он и тут удивил: пожал плечами и с самым серьезным видом сказал, что сочувствия я не дождусь.

Его слова вызвали в душе облегчение – наконец-то что-то новенькое!

Я предпочитала не делиться с ним подробностями, касающимися своей работы.

Порой со стороны то, чем я занималась, выглядело нелицеприятно. Приходилось выслеживать неверных мужей и жен, часами сидеть в машине, украдкой делать фотографии или подслушивать чужие разговоры. Все это после ломало чьи-то судьбы, вызывало слезы, убивало надежды. Но не все же мне серьезные преступления расследовать?

Через три месяца после знакомства мы решили съехаться.

Была весна, и в четыре приема я перевезла к нему свои пожитки. Нам обоим было удобнее вить гнездо в его однушке. Он был рад видеть меня рядом, а моя квартира мне, если честно, уже опостылела.

А потом наступило лето. Покатилось, как огромный еж, воткнув в нас свои солнечные иглы.

Работы было невпроворот и у меня, и у Сергея. Жара не вынудила многих рвануть на дачи, она еще и мозги людям конкретно плавила. В Тарасове резко увеличилось число тяжких преступлений. Изнасилования, грабежи, убийства.

Казалось, чем меньше одежды на людях, тем больше у них шансов получить кирпичом по голове.

Я носилась по Тарасову и окрестностям, иногда в компании с подполковником Кирьяновым. Надо признаться, в эти дни я заработала приличные деньги, но и чертовски устала.

Сергея атаковала армия тех, кто страдал от повышенного давления и сердечно-сосудистых заболеваний. Его коллеги разбрелись по отпускам, он постоянно кого-то замещал, пропадая на работе с утра до ночи.

– Сегодня в две смены буду, – сообщил он однажды утром, допивая кофе. – А потом два выходных.

– А потом снова на неделю под завязку, угадала? – спросила я.

– Угадала. Но, Тань, нас ждет море. Нам нужны деньги.

Мы уже решили, что отпуск проведем на морском берегу, а там без лишней копейки будет трудновато.

– У меня есть деньги, – парировала я.

– Ты меня повезешь на свои? – усмехнулся он.

– Если хочешь, то возьми в долг.

Сергей отставил пустую чашку в сторону, вышел из-за стола.

– Что-то ты не то говоришь, Иванова.

Его губы быстро клюнули мою щеку.

– Ты сегодня свободна?

Я, к слову, уже решила, что пока мы не отдохнем, не возьмусь ни за одно дело. Житейских планов тоже не было.

– Да, Сереж, а что такое?

– Вечером накатим вина, готовься. Я куплю.

К вину он принес целый пакет вкусностей.

Отодвинув меня плечом, сам стал сервировать стол. Я недоумевала, но догадывалась, что готовится какой-то сюрприз.

Так и вышло. Наполнив бокалы вином, он принес свой ноутбук, открыл его и поставил на середину стола.

Я взглянула на экран и увидела самое красивое место на планете. Это была фотография. Тот, кто ее сделал, стоял на самом краю высокого утеса и в кадр попали его желтые кеды. Под ногами виднелась россыпь мелких камушков, смешанных с песком.

А там, где заканчивался обрыв, начиналось море. Темно-синее, выливающееся за линию горизонта.

Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, что меня приглашают в этот рай.

– Я тут подумал, – деловито заявил Сергей, накладывая в мою тарелку понемногу из всех емкостей, которыми был уставлен стол, – что ты не будешь против. Ну, если ты, конечно, действительно этого хочешь. Просто дел ведь у тебя нет, кажется. И не планируется. А если ты думаешь, что дело в деньгах…

– Я так не думаю, – перебила я его.

– Но ты молчишь. Если что, то я все хочу взять на себя. Имею такую возможность.

Он взял в руки бокал. Взгляд был беспокойным.

– Просто неожиданно все это, – призналась я.

– Значит, я все испортил?

– Да я просто с мыслями не соберусь, Сереж.

– На недельку-другую, Тань.

Конечно, он переволновался. А я иногда не могу правильно реагировать на внезапности, даже если они приятные. Дайте мне пять минут – и я покажу весь спектр эмоций. Мало не покажется, и все они будут искренними. Но сразу не могу ни радоваться, ни плакать.

И потом, а вдруг сейчас позвонит Кирьянов и срочно попросит ему помочь? А вдруг объявится клиент, чье дело не требует отлагательств? А если завтра нас зальют соседи? А если я или Сергей заболеем?

Понимая, что мой любимый человек сейчас совсем расстроится, я отбросила все «но», вихрем кружившиеся в моей голове, привстала со стула и, перегнувшись через стол, поцеловала Сергея в губы.

– Не слушай меня, не смотри на меня, не думай о том, чего нет, – быстро проговорила я, сев на место. – Я готова с тобой лететь туда прямо сейчас. Ты ведь приглашаешь меня на край света? Эту фотографию, случайно, сделал не ты?

Красота на фото оказалась гораздо ближе, чем ожидалось. И фото райского уголка действительно было извлечено из личного архива Сергея. Он приглашал меня в приморский поселок, один из тех, которые разбросаны по побережью Черного моря. И в каждом можно снять комнату, а то и целый дом за вполне вменяемые деньги, после чего отключиться от серой повседневности получится очень даже легко.

– В этом месте я с детства с родными отдыхал, – объяснил Сергей. – С мамой и отцом, потом только с мамой, потому что они с отцом развелись. Иногда с нами были мамина сестра с дочками, но я как-то с ними не сошелся. Они были совсем маленькими, пять и шесть лет, а я типа вырос уже, был старше на несколько лет. Но тетю любил. А вот с двоюродными сестрами не общаюсь. С возрастом все сошло на нет.

Но если с людьми нас жизнь разводит, то места, которые ты посещал вместе с ними, никуда уже не денутся. Сергей всем сердцем полюбил и старый, но крепкий дом, в котором жил вместе с семьей в детстве, и пляж, который с годами все больше обживали отдыхающие, и даже дорогу от дома к морю.

– Это поселок городского типа, но я бы назвал его маленьким городком. Представь, что дом стоит на холме, до берега нужно идти примерно полчаса, но какие виды, Тань! Так вот, мы жили на самой окраине. Там сначала через поле, а потом через лес. Вот, знаешь, кто-то недоволен тем, что волны не заливают порог съемной хаты, но только не я. И маме нравилось. Полчаса – ерунда, пролетают, как пять минут. Усталости никакой, хоть идешь немножко в гору. А все потому, что там красиво, как в сказке. А по пути можно зарулить в магазин, купить что-то на ужин. И рыночек там есть. Там ведь рыбаки, они свежий улов каждый день кладут на прилавок. Продают недорого, потому что рыбы много, а еще рядом в тазу можно увидеть крабов и ведра с рапанами. Еще и посоветуют, как лучше приготовить.

– А как называется это место?

– Платаны. Необычно, правда?

– Очень. Не слышала о таком.

– А теперь увидишь собственными глазами.

Сергей не на шутку увлек меня предстоящим путешествием. Переживал, что не достанем билетов на нужные даты. Волновался, когда звонил хозяйке дома, с которой был знаком почти всю жизнь, потому что хотел поселиться в «своей» комнате.

Он успокоился только тогда, когда до вылета остались сутки. И, конечно, именно в этот момент ему позвонили с работы с просьбой подменить коллегу.

– Серьезно? – расстроилась я, провожая его на работу. – А если там обрадуются и впрягут тебя в чужие смены?

– Если только держат за идиота, – ответил он. – Только ты не держи, ладно?

– И не думала.

– Вот и не думай. И о плохом тоже. У нас все знают, что я в отпуск собираюсь. Про купленные билеты тоже знают, я заранее предупредил, чтобы на меня не рассчитывали.

Как я и предполагала, Сергея попросили остаться на работе до вечера. Он согласился, предварительно успокоив меня по телефону:

– Собирайся и ни о чем не думай. Заеду за тобой на такси примерно в час ночи. В принципе, я все в чемодан положил, но ты еще разок проверь, ладно?

Он говорил очень спокойно, и я попыталась представить его в этот момент стоящим неподалеку от входа в клинику. С невозмутимым выражением лица, с сигаретой в пальцах.

Клиника, в которой он работал, располагалась в самом центре Тарасова и отличалась от подобных высокой проходимостью. Я пару раз заезжала к нему на работу. Один раз он забыл дома документы, а в другой раз мы планировали во время его пересменки сходить в соседнее кафе. Но оба раза у него так и не нашлось времени даже на перекур.

Вздохнув, я отложила телефон и взглянула на часы. У меня оставалось очень мало времени, чтобы все проверить. Вот если бы я собиралась в отпуск одна, то не так бы нервничала. Но когда необходимо еще и проследить за тем, чтобы твой спутник ничего не забыл, то это уже можно смело называть чрезвычайными обстоятельствами.

Поэтому сначала я взялась за Сережины вещи. Он заранее сложил свой багаж в чемодан, оставив место для моих вещей.

Я все проверила, пересчитала. Навскидку все было в полном комплекте и в порядке.

Взгляд случайно зацепился на темно-красный край неопознанного предмета. Он лежал на самом дне чемодана, был завален футболками. Я и не поняла сначала.

Под футболками оказалась небольшая прямоугольная темно-красная коробка. В похожих по размеру когда-то продавали электрические бритвы для мужчин. Но внутри этой я увидела нечто другое. Шприцы, ампулы, резиновый жгут, ватные диски, пластырь, бутылка с нашатырным спиртом, ректальные свечи, марлевые салфетки…

Я закрыла коробочку и с благоговением вернула ее на место.

Судя по всему, Сергей всегда был начеку.

Доктор ты мой дорогой…

Долгожданный звонок раздался во втором часу ночи и застал меня стоящей на коленях возле открытого чемодана.

– Подъезжаем, – бодро сообщил Сергей. – А пока я еще не дома, то просто скажу, что на этом такси мы и поедем в аэропорт. Мой намек понят?

– Еще как!

До его прихода я успела кинуть в рот последний кусок бутерброда, запить его остатками кофе и задвинуть в угол кухни стул, чтобы не споткнуться о него и не улететь куда-нибудь носом.

К приходу Сергея было все готово. Чемодан собран, электрические приборы отключены, цветы политы, а сама я одета так, чтобы было удобно в пути.

Через десять минут мы уже загружали чемодан и спортивную сумку в багажник.

А еще через час стояли около регистрационной стойки в аэропорту.

Отдыхать любят все, но не все могут себе это позволить. Упасть в кресло с бокалом вина, дрыхнуть до обеда, не волноваться о том, что на работе из-за твоего отсутствия застопорится весь процесс, – продолжать можно бесконечно.

Многие, насмотревшись на родные стены, не хотят отдыхать дома и уезжают куда подальше. Вот мы с Сергеем были как раз из таких.

Перелет прошел отлично, несмотря на то что в салоне самолета с нами соседствовали маленькие дети в количестве трех симпатичных мордашек в примерном возрасте от полутора до четырех лет. Но это были прекрасные дети, потому что их не менее прекрасные родители делали все для того, чтобы абсолютно всем пассажирам рейса было комфортно.

Все два часа, которые мы провели в небе, ни один ребенок даже не пикнул. Молодой бородатый отец и пухленькая рыженькая мама постоянно занимались со своими чадами чем-то интересным. Они рисовали на детских щечках специальными смываемыми фломастерами, рассказывали им какие-то истории, а если кто-то начинал хныкать, то его внимание сразу же переключалось на что-то другое, будь то мамин браслет, папин планшет или игрушка, волшебным образом вдруг обнаруженная в сумке.

Семейку отделял от нас проход, и я невольно обращала внимание на то, как ловко взрослые справляются с малышами.

Сергей тоже это заметил. В какой-то момент самый младший ребенок уронил на пол пустышку.

Заметив это, я подняла ее и протянула молодому папаше.

– Спасибо, – устало улыбнулся он и протянул пустышку жене. – Юль, кинь куда-нибудь.

– Не пойдет, Жень. Это последняя, – покачала она головой. – Остальные две Сонька выплюнула еще в аэропорту. И без пустышки она даст тут шороху. Ты же знаешь, это для нее как заглушка. Нужно помыть и вернуть ей. Сходи.

Парень попытался передать дочку супруге, но она вцепилась в его волосы мертвой хваткой.

– Блин… – простонал измученный папаша.

Юля попыталась помочь мужу, но малышка натурально зарычала.

– Ну все, приплыли, – ахнула Юля. – Сейчас концерт устроит.

Она растерялась. На ее коленях дремал мальчик лет двух. Девочка чуть постарше занимала отдельное кресло, но и она клевала носом.

Понимая, что родителям будет трудно выбираться из-под кучи наследников, я предложила свою помощь.

– Дайте пустышку, – попросила я. – Схожу к стюардессам, попрошу помощи. Не откажут.

– Ой, правда? – обрадовалась Юля. – Мы будем так благодарны! У дочки лезут зубы, без пустышки она быстренько тут всех построит. Вот же проблема, а…

Соня вдруг забеспокоилась, сгребла в кулачок футболку на отцовской груди и потянула ее в рот.

– Надеюсь, успею, – засмеялась я.

Через пять минут Соня получила чистую пустышку обратно и стала клевать носом. Катастрофа была предотвращена.

Перед самой посадкой мы разговорились. Оказалось, что ребята родом из Москвы, но живут в Тарасове уже несколько лет.

– Переехали сюда по работе, – объяснил Женя, поглаживая по спинке успокоившуюся дочку. – Думали, что на пару лет, а потом появились дети. Так и остались. Еще не решили, когда вернемся в Москву. Нам пока и здесь нормально. На море вот решили выбраться.

– А где будете жить, если не секрет? – спросил Сергей.

– Так в Платанах же, – ответил Женя. – Там у нас насиженное место, едем туда уже в третий раз.

– О, можете не объяснять, – остановил его Сергей. – Мы направляемся в те же края.

– Каждый раз мы приезжаем с новым ребенком, – пояснила Юля и кивнула на уснувшую дочь. – Вот она там еще не была, а старшие уже посетили.

Женя с трудом подавил смех.

– Пора красотку выводить в свет, – сказал он.

– В высшее общество, – добавила Юля.

Оказалось, что ребята ко всему прочему будут жить на соседней с нашей улице.

С новыми знакомыми мы разминулись после полета, но Сергей и Женя еще в салоне успели обменяться телефонами, после чего договорились непременно пересечься в самое ближайшее время.

В автобусе, на котором мы собирались ехать до поселка, было очень душно. Водитель развел руками: кондиционер не совсем исправен, барахлит, но мы можем подождать следующий автобус или поехать до поселка на такси. Его предложение имело смысл, потому что погода там, куда мы прилетели, была совсем не прохладной. И мы выбрали такси.

Дом, в котором нам предстояло жить, был большим и двухэтажным. Сергей еще из аэропорта сообщил хозяйке о времени нашего прибытия, и она встретила нас прямо около калитки.

Немолодая сухонькая женщина лет шестидесяти пяти смотрелась рядом с высоким Сергеем довольно комично. При желании он мог бы преспокойно поднять ее на руки, чтобы их лица были на одном уровне. Однако обошлось без подобных цирковых трюков.

– Это Анна Тимофеевна, а это Таня, – представил нас друг другу Сергей. – Курить охота. Теть Ань, где тут можно подымить?

– Дыми где хочешь, только окурки бросай в строго отведенные для этого ведра, – разрешила она и вдруг обняла меня. – Я тетя Аня, потому что к Тимофеевне так и не привыкла.

– Договорились, – улыбнулась я.

– Сереж, сколько ты здесь не был? – попыталась вспомнить женщина.

– Лет шесть, наверное, – в уме подсчитал он. – Или нет – больше! Учеба, работа.

– Совсем вырос.

– Ну а куда ж я денусь? Тань, не устала?

– Ни капли, – честно ответила я.

И действительно, всю усталость как рукой сняло. Мы добрались, это главное. Воздух, дома, цветущие деревья – все тут было удивительным.

Нет, приморские поселения всегда будут выглядеть по-новому. Каждый раз. Даже если ты ежегодно наведываешься к морю.

Пока мы с Сергеем курили, хозяйка стояла рядом с нами и объясняла, что к чему.

– У меня в этом году обе гостевые комнаты заняты, но вам кое в чем очень повезло, – призналась она. – Три дня назад одна компания съехала, я как раз только-только после них убраться успела. Соседи ваши заселились сегодня утром. Они тут на одну ночь, что лично для меня не очень удобно. Если ты снял угол, то лучше бы не на день или два, а на более длительный срок. Но ничего, без квартирантов не останусь, половина лета впереди, а потом бархатный сезон начнется. Только успевай. Но эти вот, которые только на ночь, кажется, они спокойные, волноваться не о чем. А то ведь знаешь, как бывает?

– Знаю, теть Ань, – кивнул Сергей.

– Ну вот. А эти вроде ничего. Завтра в центр города переедут, дом там сняли, да только с завтрашнего дня заезд. Ну и куда им деваться ночью? Жалко людей, а мужчина заплатил сразу. Семейная пара, а еще с ними какой-то родственник или знакомый, я даже не поняла, кем он и кому приходится. Молодой парень, то ли сын он им, то ли кто. Ну, молодой такой, – покрутила она пальцами в воздухе. – Его я на первый этаж, отдельно от них определила.

Она перевела дыхание.

– А я ведь скучала, Сережа. Скучала. Поговорить-то особенно не с кем. Я же одна, а сын вместо дома предпочитает заграницу…. Ну ладно. Ладно. Не жалуюсь я. Не жалуюсь.

Сергей наклонился и обнял женщину.

– И я рад вас видеть, теть Ань. Не переживайте, поболтаем, будет еще время.

– Часто маму твою вспоминаю, – посмотрела на него снизу тетя Аня. – Будете жить в той комнате, в которой вы всегда раньше останавливались. Соседей я в другую «палату» определила, рядышком.

– Да, было время, когда вы с мамой уходили на базар, а меня одного оставляли на хозяйстве, а чтобы я на море один не удрал, вы говорили, что уходите ненадолго, – ударился в воспоминания Сергей. – А что, распорядок дня все тот же? Раньше по часам ели и чай пили, если не путаю.

– Какой распорядок, с ума сошел? – махнула рукой тетя Аня. – Все в прошлом. Кухня в полном распоряжении гостей. Кому удобно, тот платит, а я готовлю завтрак, обед и ужин. А кто-то сам любит у плиты торчать. Главное, чтобы не все сразу, а то не пройдешь.

Сергей расправил плечи, набрал воздух в легкие и шумно выдохнул.

– Вот теперь я полностью свободен, – рассмеялся он. – От города, работы, утренней беготни и всего остального. А где наши вещи?

– А вон они, на дороге так и стоят, – показала хозяйка. – Да и если бы в такси что-то забыли, то переживать не надо. Таксист-то наш, местный. Не взял бы чужого. Он и окрестности может показать, если надо. Тут ведь, Сереженька, с последнего твоего отпуска много чего изменилось…

С нами тетя Аня наверх не пошла. Сославшись на дела, ушла из дома. Сергей уверил ее в том, что разберется – не в первый раз замужем.

Мы поднялись на второй этаж по крепкой деревянной лестнице, подошли к широкой двери.

– В этом доме мне каждый гвоздь знаком, – тихо сказал Сергей. – Вид из окна прямо на дорогу, которая уходит в лес. И на море. А по ночам все небо в звездах. И, главное, так низко, что хоть на память собирай.

Я открыла дверь и вошла в комнату.

Сергей сделал шаг вперед, но сумки на пол ставить не спешил.

– Не понял, – протянул он. – Тут кто-то уже живет, что ли?

Я осмотрелась. Странно, но Сергей первым увидел то, что должна была заметить я. Но, видно, моя внимательность притупилась за время, проведенное в пути.

В комнате действительно кто-то жил, хоть это и не было заметно сразу. На столе ничего не стояло, двуспальная кровать была заправлена. Но на подоконнике лежало зарядное устройство, а в углу комнаты мы увидели огромный дорожный кофр с наброшенным на него сверху цветастым сарафаном.

– Может быть, ты что-то перепутал? – предположила я. – Ты точно раньше останавливался именно в этой комнате?

– Сомнений нет, – отрезал Сергей. – Наверное, тетя Аня что-то перепутала.

– Это вряд ли, – возразила я. – Насколько я поняла, тут мало помещений, которые она сдает курортникам. Путаницы быть не должно. Я видела в коридоре дверь. Может, нам туда?

Сергей с сомнением отнесся к моим словам.

Я вышла в коридор и подергала ручку соседней двери.

– Закрыто, Сереж. Надо постучать. А вдруг?..

– Нет, определенно здесь что-то не так, – нахмурился Сергей. – И спросить-то не у кого. Черт, я даже не знаю, где оставить багаж.

– Разберемся, – пообещала я, вернувшись в «нашу» комнату, в которой уже кто-то жил. – В конце концов, хозяйка лично обещала поселить тебя не где-то там, а именно здесь. Но пока тут никого нет, и я по-быстрому предлагаю переодеться и пойти к морю. А вещи оставим в коридоре, когда будем уходить.

– Тогда уж и телефон подзаряжу, пока собираемся, – решил Сергей и взял в руки чужую зарядку.

Мы быстро сбросили с себя пыльную одежду, и я открыла чемодан.

Сергей управился быстрее меня и, пока я разбиралась с бретельками и завязками своего купальника, принялся собирать пляжную сумку.

Краем глаза я заметила, что он кладет в нее ту самую коробку, на которую я обратила внимание еще в Тарасове.

– На всякий случай, – пояснил он, поймав мой взгляд. – У воды всякое может случиться. Порезы, травмы, солнечный и тепловой удары, и все это на жаре. Наверняка ты уже видела мой неприкосновенный запас.

– Видела, конечно.

Сергей с любовью провел по крышке аптечки ладонью.

– Это не просто коробка. Она сделана из материала, который на дает ее содержимому перегреваться. Знакомый привез из Китая. На заказ делали.

– А я и не знала, что бывают такие волшебные контейнеры.

– На пляже жарко, – сказал Сергей, – а у меня там лекарства.

Я наконец-то справилась с купальником и достала из чемодана парео, импульсивно купленное в Тарасове года три назад.

– Смотрю, ты готова?

– Минутку.

Осталось извлечь из чемодана тюбик с солнцезащитным кремом и попросить Сергея нанести его мне на спину, что я и сделала. А так как расположились мы в самом углу, то, конечно, не задеть чужой кофр я не смогла.

Сарафан, который лежал сверху, соскользнул на пол, и я тотчас подняла его, чтобы положить обратно. Но именно в самый разгар процесса дверь распахнулась, и в комнату зашли те, кто обосновался тут раньше нас.

Их было двое. Немолодой высокий мужчина в белых шортах, но с обнаженным торсом, украшенным большим крепким животом, и его спутница.

Блондинка выглядела намного моложе его. Если мужчине было плюс-минус пятьдесят лет, то его спутница не тянула на возраст старше сорока. Высокая, тонкая, в летнем красном платье до самого пола. С небрежно заколотыми на затылке густыми и длинными светлыми волосами.

С первого взгляда я поняла, что особа знала толк в уходе за собой. От нее за версту несло уверенностью и роскошью. Я почувствовала аромат ее духов, в котором угадывались нотки корицы. Дама явно предпочитала дорогой парфюм.

Мужчина и Сергей уставились друг на друга. Внутренне подобравшись, я приготовилась к разборкам. Они были, по моему мнению, неизбежны, потому что парочка выглядела совсем не дружелюбно.

Женщина смотрела на меня с вызовом, задрав подбородок и вздернув левую бровь. Прочитать ее мысли было несложно, но все же стоило объяснить, что мы с Сережей ни в коем случае не воры, не захватчики и не наглецы, которыми полнится земля наша.

Мужчина обвел комнату тяжелым взглядом. Хмыкнул, заметив на подоконнике телефон Сергея, после чего посмотрел на кровать, на которой были разложены наши вещи.

Женщина шагнула в мою сторону и выбросила вперед руку.

– Это мое, – ледяным тоном произнесла она.

– Да, конечно, – спохватилась я, протягивая ей сарафан. – Он упал, я его собиралась положить обратно.

– А я, грешным делом, подумала, что вы собирались его примерить, – скептически заметила она.

– Вы ошибаетесь, – улыбнулась я и отдала ей сарафан.

Теперь мужик перевел тяжелый взгляд с Сергея на меня. И продолжал молчать. Женщина принялась осматривать сарафан со всех сторон, словно в поисках вшей, которых я на него повесила.

Сергей устал от этого спектакля первым.

– Если вы внимательно присмотритесь, то увидите, что мы не собирались оккупировать территорию, – спокойно сказал он. – Мы только что приехали, и хозяйка обещала мне эту комнату. А когда мы сюда пришли, то увидели, что она уже занята. Но мне кажется, что здесь какая-то путаница.

– И поэтому вы решили, что вы можете зайти сюда в наше отсутствие, да еще и переодеться? – усмехнулась женщина.

– Ну, не в коридоре же нам было это делать, – развел руками Сергей. – Уйди мы раньше, вы бы даже не заметили, что мы тут были. Кстати, как там вода в море? Теплая?

– Илья, ты это слышал? – рассмеялась женщина. – Офигенная простота!

Ситуация вышла крайне неловкая. И надо же было такому случиться, что ее разрулила тетя Аня, чей голос мы услышали еще из коридора.

– Господи, прости! – заверещала она и влетела в комнату.

Кажется, она не ожидала увидеть столько народа.

– Ага, ага, – затарахтела она, тем самым пресекая наши попытки что-либо объяснить. – А вы уже познакомились, да?

Мужчина отступил в сторону и покосился на тетю Аню.

– Вы очень кстати, – густым басом произнес он. – Проходите, располагайтесь. Это же ваш дом. А мы тут кто? Мы никто, правильно? Нет, мы еще не познакомились. А нужно ли? Рассудите нас, что ли. Мы приехали сегодня утром, вы же помните? И вы отправили нас на второй этаж, сказав, что мы можем занять эту комнату. Верно?

– Верно, верно, – закивала тетя Аня.

– Ну хоть что-то, – с облегчением произнес мужчина. – Что мы и сделали.

– А что вы сделали? – не поняла тетя Аня.

– Мы заняли эту комнату. С вашего разрешения. Я ничего не путаю?

Но тетя Аня замотала головой.

– Не эту комнату, а соседнюю! – чуть не заплакала она. – Я еще сказала, что там замок с трудом открывается. А здесь с замком все в порядке.

И она изобразила пантомиму открывания двери с заедающим замком, вытянув перед собой руки со сжатыми кулачками и подергав ими вперед и назад. При этом она расставила ноги на ширину плеч и слегка согнула их в коленях. В такой позе обычно стоят хоккейные вратари.

Я вспомнила, как мы с Сергеем попытались открыть дверь в соседнюю комнату и решили, что она заперта. А дело, оказывается, было в заедающем запорном устройстве.

Мужчина задумался буквально на секунду. Подошел к двери, закрыл ее, потом открыл, и сделал это с легкостью. А потом посмотрел на свою пассию.

– Ты и теперь будешь утверждать, что я придурок, а ты, как всегда, все поняла правильно?

– Давай теперь обвинять во всем меня, – парировала она, нервно наматывая сарафан на руку.

Мужик запрокинул голову и закрыл глаза.

– Боже, как же я устал…

Мы с Сергеем переглянулись. Конфликт исчерпан или будет второй акт?

– А нельзя ли нам все-таки никуда не переезжать? – раздраженно спросил мужчина. – Мы уже и вещи разложили. Считай, привыкли тут. Да и мы только на одну ночь, завтра уже уедем.

– Вы уж извините, но у меня пожизненная бронь на эту комнату, – ответил Сергей. – Хозяйка легко сможет это подтвердить. Просто вышла ошибка, с кем не бывает? А чтобы не раздувать историю, предлагаю познакомиться. Все равно рано или поздно придется. Я Сергей, а мою девушку зовут Таней.

И он протянул мужчине руку.

– Что за бред? – нахмурился мужчина, но протянутую руку все-таки пожал. – Какая вам разница… Впрочем… ладно. Я Илья Георгиевич, а это моя невеста Алла, – и он вытянул руку по направлению к своей спутнице.

– Вы не курите? – внезапно спросил Сергей.

– Курю. А что такое? – спросил Илья Георгиевич. – Хотите стрельнуть сигаретку?

– Угощу своими. Просто ищу компанию.

Нет, Сергей все-таки был неплохим психологом. Наверное, сказывалась медицинская практика, ведь ему приходится общаться с огромным количеством разных людей. Он не позвал с собой меня – он позвал того, кого хотел призвать к примирению.

– Не нуждаюсь в угощении, – буркнул Илья и зыркнул в сторону Аллы. – Собирай манатки, скоро вернусь.

Илья Георгиевич первым вышел из комнаты. Сергей придержал для него дверь.

Тетя Аня, не сказав ни слова, вышла из комнаты вслед за ними. И правильно сделала, что ушла, потому что недовольная Алла могла бы устроить ей скандал, воспользовавшись отсутствием жениха.

Я тут же стала собирать с кровати наши вещи. Не удержала в руках косметичку, уронила на пол. Все ее содержимое покатилось по полу. Половина исчезла под кроватью.

Встав на колени, я принялась вылавливать из-под кровати то, что под нее укатилось.

Алла демонстративно отошла подальше. Она не хотела иметь со мной никаких дел.

– Так что же теперь? – неожиданно жалобным голосом произнесла она и устало опустилась на кровать. – Черт… В душу этот отпуск! С самого начала все идет не так, а теперь и вы еще на нас свалились. Ваш молодой человек забронировал эту комнату на всю жизнь, что ли? Как это понимать? С какой стати?

Я закрыла косметичку и поднялась на ноги.

– Он знаком с хозяйкой с детства, – объяснила я. – Приезжал сюда с мамой. Мама умерла, а воспоминания остались.

– Где умерла? – нахмурилась Алла. – В этой комнате?

– Нет, в другом месте, – ответила я, устремив взгляд в никуда. – Но тут все пропитано ее духом.

– Какой ужас, – недовольно произнесла Алла и посмотрела в сторону выхода. – Скоро вернутся?

Моя уловка сработала. Алла перестала цепляться за эти стены с силой собственника. Тем более что она им и не являлась. Как и Сергей, впрочем. Но углубляться в смысл сказанного о духе покойной она не стала. Вместо этого быстро побросала в чемодан уже разложенные по полкам вещи и ушла на поиски жениха, оставив меня одну.

Сергей шел впереди, а я, наслаждаясь красотой приморского вечера, немного от него отстала.

Городок остался у нас за спиной. Мы шли через поле, и впереди я уже видела описанный Сергеем лес.

До заката оставались считаные часы. Жара устало уступила ветру, который оказался свежее, чем я предполагала.

На пляже было полно людей. Сергей увлек меня в сторону, за невысокий, но довольно крутой утес.

За ним тоже обнаружился пляж, но он был безлюдным, усеянным черными корягами, на сучьях которых зеленела тина, казавшаяся бархатной.

Море немного волновалось, и в этом укромном уголке казалось, что и температура воздуха была ниже.

Сергей скинул кроссовки, снял шорты и остался в одних плавках.

– Каждый раз удивляюсь тому, что здесь никого нет, – признался он. – Но стоит обойти утес, и ты уже как будто бы в другом мире.

Я задрала голову. Утес напоминал огромную каменную запятую.

– То фото, которое ты мне показал дома, было сделано с него?

– Да, с самого края, – подтвердил Сергей. – Так что, считай, ты уже тут побывала. А теперь еще и намокнешь!

Он не дал мне раздеться, схватил в охапку и потащил к воде. Можно было бы картинно повизжать от испуга, но я решила сломать систему. Сцепила руки на его шее, подобралась, чтобы Сергею было удобнее меня тащить, а когда он остановился и напрягся, чтобы размахнуться, ослабила хватку и изо всех сил влетела в воду.

– Где твоя истерика? – со смехом крикнул Сергей. – Где визги, я тебя спрашиваю? Я же тебя в одежде в море запульнул! Ты должна отбиваться, как настоящая женщина.

– Сейчас все будет, – пообещала я и подставила ему подножку.

Мы купались до фиолетовых мурашек, покрывших нашу кожу, а потом долго сидели на берегу.

– О чем ты разговаривал с нашим соседом? – спросила я, стряхивая с плеч морской песок. – Ты так и не рассказал.

– Просто сгладил углы. Мужик-то неплохой, да и Аллу свою любит. Сильно любит, аж трясется, хоть и не показывает виду. Видела, как он с ней по-хозяйски разговаривал? – спросил Сергей. – У них свадьба скоро. Я дату не уточнял, но Илья планирует что-то фундаментальное. По сути, ведь виновата тетя Аня, которая нормально им не объяснила, в какую сторону идти, не проводила, ничего не показала. А они и не вслушивались. Вот и результат.

– Мне показалось, что Алла была бы не прочь пристукнуть меня на месте, – сказала я.

– Ее бы потом Илья пристукнул, – ответил на это Сергей. – В их паре ведущий он, а она, скорее, просто понтуется. Мне кажется, она совсем не такая, какой хочет казаться.

– А какая?

– Добрее. Просто психанула.

На корягах сушилась моя мокрая одежда, мы кутались в одно на двоих пляжное полотенце, но согреться нам так и не удалось – под утесом по-настоящему стало холодно.

В конце концов мы отправились домой.

На улице совсем стемнело, но с уличным освещением в городе явно были какие-то проблемы. Ярко были освещены только веранды кафе и окна, а сами фонари горели через один. Фонари располагались далеко друг от друга, и мы то и дело оказывались в темноте. Но потом снова выходили на ярко освещенные участки.

– Экономят на освещении, – решил Сергей. – Там, где его нет, непременно либо ресторан, либо магазин, а там-то уж вряд ли будет темно.

Со всех сторон доносилась музыка. Шансон сменяли хиты девяностых, а популярные современные треки перебивались многоголосьем мощного цыганского хора. Предприятия курортного общепита не отказывали гостям ни в живой музыке, ни в желании самостоятельно затянуть вечно живое застольное «Ой, мороз, мороз». На любой вкус и цвет, как говорится.

– Гулять так гулять, – решил Сергей. – Не хочешь ли опрокинуть бокал вина в жаркую знойную ночь? Вон из кафе народ ушел. Значит, найдем место. Мы ведь еще не отметили приезд. Или не будем?

– В таком-то виде?

Я не успела раздеться, когда Сергей решил, что мне пора искупаться в море. Я сделала ставку на то, что футболка и джинсы высохнут до того, как мы соберемся домой, но ошиблась – ветер, обдувающий наш дикий пляж, был сильным, но достаточно холодным. Вещи до конца не высохли, и я натянула их на себя влажными.

Сергей осмотрел меня со всех сторон.

– Я бы не сказал, что ты выглядишь ужасно, – решил он.

– Мне в них холодно, – призналась я. – И они мятые.

– Уговорила, – согласился Сергей. – Не хватало, чтобы ты заболела. Пойдем домой, а там что-нибудь придумаем.

Вскоре мы добрались до нашего временного пристанища. Сергей поднялся по ступенькам и открыл дверь, пропуская меня вперед.

– Опа!

Перед нами стоял Илья Георгиевич. На этот раз он был полностью одет, а на его голове красовалась невесть откуда взявшаяся морская белая фуражка. За его спиной я увидела накрытый стол, за которым сидели Алла и незнакомый мне парень.

– Дождались, – констатировал Илья Георгиевич и отступил в сторону. – А мы уж собирались за вами идти.

– Не пришлось, – хмыкнула Алла. – Сами нашлись.

Илья Георгиевич никак не отреагировал на ее слова. Он был настроен гораздо дружелюбнее.

– Садитесь уже, пропащие вы люди. Давайте мириться, знакомиться и пить сливовое вино, за которым тетя Аня бегала к соседям. Говорит, что ничего вкуснее мы не пробовали.

– А повод есть? – спросил Сергей.

– Есть, – снова подала голос Алла. – Девушку рядом со мной посадите, пожалуйста.

Странно было слышать такие слова от той, которая совсем недавно была готова раздуть скандал, пусть и не на ровном месте.

Я вопросительно посмотрела на Сергея. Он меня привез в этот дом, ему и решать.

– Дайте минутку, мы примем душ и переоденемся, – попросил он. – А так-то мы с удовольствием. Правда, Тань?

Глава 2

Тетя Аня появилась сразу после того, как мы сели за стол. Принесла блюдо с нарезанным на огромные куски арбузом и обеспокоенно обвела взглядом стол, на котором не было свободного места. Мандарины, клубника, черешня чередовались с жареной курицей, пышными узбекскими лепешками и обломками домашнего сыра, сложенными в большую пиалу.

– Да садитесь уже, Анна Тимофеевна, – добродушно прогудел Илья Георгиевич. – Набегались. Хватит. Вон какую поляну нам накрыли. Я такого изобилия давно не видел.

– Да я не устала, – отмахнулась она. – Да ешьте вы уже.

– Все дела не переделаешь, – заметил Сергей. – Помнится, вы всегда бегали, что-то делали, готовили и копались в саду. Сейчас ничего не изменилось. Первый тост за хозяйку, народ!

Сливовое вино тут же было разлито по пузатым стаканам. Мы чокнулись, пригубили.

– Я в раю, – сообщил Илья Георгиевич, пристально рассматривая содержимое своего стакана. – Говорите, Анна Тимофеевна, это вино ваши соседи поставляют даже в Москву?

Тетя Аня пожала плечами. К вину она не притронулась.

– Ну, они пытались, а сейчас не знаю, – ответила она. – Все ж дорого, за все платить нужно.

– Если я правильно понял, они не смогли выйти на потребительский рынок? – деловито осведомился наш сосед.

– Ой, да я всего не знаю, – покачала головой тетя Аня.

Илья Георгиевич кашлянул и приосанился.

– Готов помочь людям выйти на нужный уровень, – на полном серьезе заявил он. – У меня есть знакомый в Роспотребнадзоре, а также и другие связи имеются.

Моей соседкой по столу, как она того и хотела, была Алла.

Услышав слова Ильи Георгиевича, она на мгновение закатила глаза.

– Ну все, понеслась, – пробормотала она. – Поймал волну, теперь не остановишь.

Мне вдруг стало смешно, потому что стало понятно, о чем она говорит. В моем окружении имелись люди, которые, приняв на грудь, внезапно чем-то воодушевлялись и были готовы свернуть горы любой высоты. При этом их нельзя было назвать пьяными – нет, всего-то пара глотков пива или шампанского могли превратить солидного человека в юного максималиста. Но со стороны это всегда выглядело смешно.

– Ему больше не наливать? – шепотом спросила я.

– Да нет, пусть радуется, – ответила Алла. – Ты подумала, что он алкаш? Вовсе нет. Илюшенька у нас филантроп.

– О как, – услышал нас Сергей. – Помогает ближнему?

– Всем, кого встретит на пути. Но особенную слабость испытывает к начинающим бизнесменам. Бизнес может быть любым, главное, чтобы в рамках закона.

– Значит, я тоже филантроп в некотором роде, – сказал Сергей.

– Серьезно?

Алла с веселым интересом смерила Сергея взглядом.

– Он врач, – объяснила я. – Тоже помогает людям.

– И велика ли ваша зарплата? – спросила Алла и кокетливо закинула в рот клубничку.

– А вы с какой целью интересуетесь? – усмехнулся Сережа.

– Ну… так.

И Алла обворожительно улыбнулась.

– Не жалуемся, – уклончиво ответил Сергей. – Если повезет, то будет еще больше. Но я не люблю строить планы. Мы и сюда-то попали спонтанно, я даже не планировал заранее. Сложил вместе отпускные, зарплату и премию и сразу же решил, что летим на юг.

– Это точно, – подтвердила я. – Даже опомниться не дал.

– Не тот случай, чтобы откладывать, – пожал плечами Сергей. – Слушайте, а вино-то и в самом деле клёвое. Теть Ань, стол шикарный. Спасибо!

Тетя Аня не ответила – ее вниманием всецело завладел Илья Георгиевич. Я прислушалась. Мужчина на голубом глазу втирал ей тему о том, что ждет ее и соседей в том случае, если они согласятся с ним сотрудничать. И налоговая-то в Тарасове у него под каблуком, и транспортом он обеспечит, и с заказчиками проблем не будет. А Анна Тимофеевна вообще может стать региональным представителем, вон как у нее отлично получается!

Чем дольше Анна Тимофеевна его слушала, тем сильнее становилось видно, что ей такие разговоры не по душе. Но квартиранта она не перебивала. Мотала на ус, прикидывала, оценивала.

– Слушай, друг мой, – наконец не выдержала она, – все то, что ты мне только что разложил по полочкам, я слышала не один раз. И муж мой покойный два года держал кафе в центре города, так что я великолепно разбираюсь во всех нюансах. Скажу одно: вино я попросила у соседей не с целью на нем подзаработать. Я взяла его для своих гостей. И я совершенно не готова обсуждать сейчас то, что меня никак не касается. И не волнует!

Илья Георгиевич смотрел на нее с изумлением. Не понимал, видно, как можно отказаться от столь чудесного плана обогащения.

– Я ошеломлен, – с восхищением произнес он. – Браво! У вас все получится, я вас уверяю…

– И не продолжай даже! – приказала хозяйка.

Илья аж задохнулся от волнения.

– А я предупреждала, – мстительно произнесла Алла.

– Да что вы, в самом-то деле? – обиделся Илья Георгиевич.

Я обратила внимание на то, что молодой человек, которого я увидела за столом, все еще не произнес ни слова.

С ним никто не разговаривал, он тоже молчал. Ковырялся с надменным видом в своей тарелке, о пресловутом вине не сказал ни слова. В нашу сторону не смотрел даже из вежливости.

Словно угадав мои мысли, Алла развернулась к нему всем корпусом.

– Все в порядке? – деловито осведомилась она. – А то от тебя ни слова за весь день.

Парень вскинул на нее недовольный взгляд.

– Было бы о чем, – произнес он.

– А, ну-ну, – поджала губы Алла.

Их диалог вышел коротеньким, но почему-то сразу же привлек внимание остальных. Илья Георгиевич тут же переключил внимание с несчастной Анны Тимофеевны на парня.

– Все в порядке? – спросил он у него.

Парень кивнул.

– Точно?

– Не беспокойся.

– А то я уж подумал, что тебя снова что-то не…

– Все. В порядке.

Сергей, спохватившись, привстал и протянул руку молодому человеку. Алла, сидевшая между ними, отклонилась назад, чтобы не быть задетой чужим рукопожатием.

– Нас не представили, прощу прощения. Сергей.

– Ваня, – ответил парень, пожимая протянутую руку.

– Очень приятно, – улыбнулся Сергей. – А то сидим тут, как неродные.

Илья Георгиевич внимательно посмотрел на парня.

– Если кто-то тут еще не в курсе, – сказал он, явно намекая на наше присутствие, – то этот «пассажир» – мой сын. Иван Ильич Шейнин.

Иван Ильич усмехнулся и взял в руки стакан.

– Аминь, – произнес он и допил остатки вина.

– Неплохое, скажи? – тут же повернулась к нему Алла.

– Сойдет.

Илья Георгиевич не сводил с сына взгляда. Так и стоял, разглядывая его в упор. Он явно демонстрировал неприязнь, но как бы тщательно все мы ни старались делать вид, что ничего не замечаем, получалось у нас это очень плохо.

Анна Тимофеевна срочно принялась наводить порядок среди хаотично расставленных на столе салатниц, Алла моментально уткнулась в свой телефон. Мы с Сережей, если честно, не знали, что и думать.

Коротко взглянув на Илью, Сергей взял инициативу в свои руки.

– Слушайте, народ, а на какой пляж вы сегодня ходили?

Словно очнувшись, Илья Георгиевич вопросительно посмотрел на Анну Тимофеевну.

– А я и не знаю, как он называется, – пробормотал он. – Анна Тимофеевна нам направление указала, мы и пошли. А что, тут много пляжей?

– Прорва. Ближе всего Нижний, – принялась объяснять Анна Тимофеевна. – На нем вы и были. Ну, который через дорогу и вниз по холму. А чуть дальше будет Старый пляж, а до Лесного вообще час по солнцу идти. Туда на машине ехать нужно, лучше с ночевкой.

– Значит, мы были на Нижнем, – предположил Илья Георгиевич.

Алла отложила телефон, случайно задев меня локтем.

– Извини.

– Ерунда, – отмахнулась я. – Не в глаз же заехала.

– Для этого слишком мало выпили, это точно, – согласилась Алла. – Эх, голова завтра болеть будет. Не хотелось бы.

– Мы же были на Нижнем, Ал? – повысил голос Илья Георгиевич.

– Я не знаю, – резко ответила Алла. – Просто пляж. С песочком. Но как дикий, там камни, ходить больно. От дома через дорогу, потом прямо и вниз, а потом в горку. Или наоборот. Да не помню я!

– Это вы через поле шли? – уточнил Сергей. – Если через поле и вниз, то, само собой, это Нижний пляж. Самый популярный, самый обитаемый и самый большой.

– И самый засратый, – встряла Анна Тимофеевна. – Сейчас там хоть убирать стали, а еще год назад даже купаться запретили из-за мусора.

– Вот люди, а?! – возмутился Илья Георгиевич, но тут же остыл. – Ну, там еще, если присмотреться, по пути какая-то будка на холме стоит. Косая такая, вся набок.

– Это общественный туалет, – пояснила Анна Тимофеевна. – Бесплатный, между прочим. Но некоторые предпочитают гадить в морскую воду. А до туалета от пляжа минут пять с тремя остановками и медленным ходом. Но нет, не ходят.

– Надо на тот туалет прибить табличку с названием. На русском и на английском. Указатели расставить, – принялся рассуждать Илья Георгиевич. – А то обгадят не только море, но и лес. Наверняка уже начали. Мы, кстати, не того… мы до дома терпели.

– Фу, блин, – сморщилась Алла. – Помню, в Египте такое видела. Идем с Ильей мимо детского бассейна, а там в углу какая-то мамаша следит, чтобы за ее писающим ребенком никто не наблюдал. Прямо в воде. Как вам такое? Закрыла его собой, чтобы не заметили. А мы-то не в бассейне, нам с бортика все видно. Главное, кроме нас и остальные это видели, но никто не вмешался. Помнишь, Илюш? Мы и нажаловались персоналу. Нет, ну а что?! Рассказали работникам, потому что это гадко.

– А я вот в ваших «египтах» не была и не собираюсь! – отрезала Анна Тимофеевна. – Вы доешьте уже клубнику, и я вам еще принесу.

Илья Георгиевич подвинулся вместе со стулом к ней поближе.

– Вы все же подумайте над моим предложением, – снова завел он. – Я с соседями сам поговорю. У меня связи.

– Клубнику кушайте! – жалобно попросила Анна Тимофеевна.

– Да подождите со своей клубникой-то! – взмолился Илья Георгиевич.

– Да ну вас, – решила хозяйка. – Спать пойду.

– Вы про вино обещайте подумать, а я помогу, – многозначительно понизил голос Илья Георгиевич.

– А вот про Египет вы зря, – покачала головой Алла, потянувшись за яблоком. – Там все-таки здорово. И дело даже не в шведском столе. И не в том, что на каждом шагу бары, рестораны или аниматоры. Там потрясающие закаты. Там так атмосферно!

– Там жарко, очень жарко, – возразил ей Сергей. – Это только для тех, кто готов вариться в кипящем масле.

– В воде не ощущается, а вечером довольно комфортный ветерок, – не согласилась с ним Алла. – Вам понравится.

– Да был я в вашем Египте…

– Ой, правда? – оживилась Алла. – А где именно? А когда?

Я поняла, что мне нечего сказать. Ни одна тема меня не интересовала. К чему обсуждать египетские красоты, если в шаге от нас шумит черноморский прибой? Ну нет тут баров на пляже, но и на фига они нужны? Взял с собой бутылку кваса, зарядил музыку в наушники, открыл любимую книгу, и рай обеспечен. Только голову надо чем-то прикрыть.

За окнами царила чернильная южная ночь, но городок и не думал ложиться спать. Издалека доносилась музыка, через которую прорывались громкие крики разгулявшихся отдыхающих.

Мне вдруг очень захотелось на воздух. Сливовое вино и разговоры, которые я не могла или не хотела поддерживать, вызвали желание хотя бы ненадолго остаться одной. Слишком много впечатлений в то время, когда я оказалась к ним не готова.

Чтобы выбраться из-за стола, я должна была попросить Сергея уступить мне дорогу, поскольку он перекрывал проход.

– Куда ты? – обеспокоенно спросил он. – Выглядишь бледноватой копией себя. Как самочувствие?

– Хочу на улицу, – успокоила я его. – Покурю и приму звездную ванну. Может быть, сделаю пару фотографий для подруг, а то потом забуду.

– Ну иди.

Стараясь никого не задеть, я выбралась и вышла на крыльцо. Краем глаза успела заметить, что Сергей тут же занял мое место, чтобы быть ближе к Алле. Они на полном серьезе обсуждали все «за» и «против» заграничного отдыха, и делали это очень оживленно. А так как внимание Ильи Георгиевича было полностью захвачено тетей Аней, то на меня никто уже и внимания не обратил.

Погода была безветренной. Сигаретный дым уплывал в небеса и таял в темноте.

Чтобы размять ноги, я подошла к калитке, до которой было метров двадцать. Взявшись за нее, сделала несколько приседаний. Покачалась с пяток на мыски. И только тут поняла, как же я устала.

Сразу за домом располагалась улица с довольно широкой проезжей частью, благодаря чему таксисту не пришлось петлять между домов, чтобы высадить нас практически вплотную к пункту назначения. Напротив, через дорогу, виднелась автобусная остановка, расположенная прямо под фонарем и состоящая из двух железных опор и пластиковой крыши, выкрашенной в веселенький желтый цвет.

На пару мгновений все вокруг вдруг осветилось, и свет шел у меня из-за спины – дверь веранды открылась и закрылась.

Кто-то, так же как и я, решил покинуть застолье, и я подумала, что Сергей все-таки не бросит меня тут одну.

– Сигаретки не найдется? – услышала я сзади и обернулась.

Передо мной стоял Ваня.

Я протянула ему пачку.

– Спасибо. Ох, как тут классно. В доме все-таки будет жарковато, – заметил он.

– Согласна. Ничего, потом привыкнем.

– А вы сюда надолго? – спросил Ваня.

– Мы еще не решили.

– Как это так? – удивился он. – Обратные билеты на какое число?

У нас не было обратных билетов. Сергей не стал их покупать заранее.

«Не застрянем, – объяснил он еще дома. – Что-то мне подсказывает, что проблем с этим не будет».

– Да, мы не стали брать билеты в оба конца, – ответила я. – Как-нибудь выберемся.

– О, это вы зря, – покачал он головой. – В сезон частенько траблы с такими делами.

– С какими делами?

– С билетами.

– На дворе двадцать первый век, – напомнила я.

Несмотря на полумрак, я заметила усмешку на лице парня.

– Вы ведь Таня? – прищурился он. – Я просто имена не сразу запоминаю.

– Понимаю вас. Да, я Таня.

– Так вот, Татьяна. Алка не просто так про Египет трещит. И не только потому, что там все было офигенно. На самом деле у нее это нервное. Поездка запомнилась нам всем еще по другой причине. Отец решил не улетать в назначенный день. По какой-то причине он был уверен в том, что никаких проблем с возвращением у них не будет. Захочет – и сядет в самолет в любое время, а если задержится, то отель пойдет навстречу и не станет выгонять на улицу. За энную сумму, разумеется. На крайняк можно будет снять другой номер. И, главное, все будут только рады ему помочь. Вот прямо спят и видят. И все пойдут навстречу. А если не захотят, то он считал, что они захотят захотеть. Понимаете?

– Захотят захотеть? – перебила я его. – Отличное выражение.

– Отец впервые выбрался за границу. Это был его дебют как путешественника. Богатого и ни черта не знающего границ. Жаль, что вы не видели, какой широкий веер он умеет делать пальцами.

Я не была готова к таким откровениям, но у Вани, как видно, наболело. И все-таки я решила остудить его:

– Мы не настолько хорошо знакомы, чтобы обсуждать твоего папу за его спиной, – сказала я.

В ответ на это Ваня чуть не покатился со смеху.

– Неужели вы еще не поняли, что он за человек? – с сарказмом в голосе произнес он.

– Нет, не поняла.

– Да все вы уже увидели, – отрезал он. – Осталось убедиться до конца. Но я вас уверяю…

Дверь веранды распахнулась, и в ярко освещенном проеме показалась Анна Тимофеевна.

Увидев нас, поманила рукой.

– Я горячее принесла. Идите в дом.

Ваня погасил сигарету о землю.

– Окурок выбросьте в мусорное ведро, пожалуйста, – попросила хозяйка. – Оно возле калитки.

Ваня послушно отправил окурок в указанное место. Мы медленно двинулись в сторону дома.

Анна Тимофеевна оставила входную дверь открытой, и мы шли по яркой дорожке света, как по Млечному Пути. Но за шаг до ступенек крыльца Ваня взял меня под локоть.

– Не слушайте меня, – прерывающимся голосом попросил он. – Я зол на отца, на то есть причины. Но я придурок, как вы заметили, ведь он таким и хочет меня выставить. А еще я выпил лишнего. Забудьте все, о чем я говорил. Я ж Ваня. Значит, дурак. Какой спрос с дурака?

Он обогнул меня и первым зашел в дом.

Совершенно обескураженная, я обернулась на звук мотора за спиной. По дороге медленно проплыла маршрутка, и пассажиров в ней было битком.

Мы лежали рядом и держались за руки. Сергей устало провел рукой по лбу.

– Это было так прекрасно, но временами я думал, что умру, – сказал он. – Мой желудочно-кишечный тракт к такому не готов. Я совсем забыл, что тетя Аня если уж кормит, то кормит как на убой.

– Я только однажды пила сливовое вино, – сказала я. – И видела очень много шикарно накрытых столов. В отелях, в ресторанах. На приемах и юбилеях. Клиенты иногда брали меня с собой на всякие мероприятия, но на работе я стараюсь не есть. Однако так много, как сегодня, не ела, кажется, никогда.

– Мясо было божественно, – закатил глаза Сергей.

– С аджикой, – добавила я.

– И с ткемали. А купаты тебе как?

– Шикарно!

– Плюс пять кило, если такое будет продолжаться до самого конца нашего отдыха, – подвел итог Сережа. – А как тебе наши соседи?

– Обычные люди, – пожала я плечами, решив не рассказывать ему про наш разговор с сыном Ильи.

– Хм… я бы не сказал.

– Почему это?

Сергей посмотрел на наручные часы.

– Когда вы с Ваней ушли, то Илья кое-что рассказал о себе. Илья Георгиевич Шейнин – владелец сети автомоек в Тарасове. Плюс имеет несколько автомастерских. Хочет открыть магазин продажи подержанных тачек, ведет переговоры с американскими владельцами автомагазинов. Торгует запчастями. Предлагает тюнинговые услуги. Мужик-то наш, оказывается, довольно неплохо обеспечен.

– Никогда не слышала о нем.

– Знаешь, о чем без остановки говорила Алла? Они в Египте были раз десять за последние полтора года. Казалось бы, что тут такого, если позволяет достаток? Мотайся себе по курортам каждые выходные, отдыхай, швыряй деньги направо и налево. Но они не только хотят там отдыхать. Они подбирают квартирку в Хургаде, и Алла расписывала мне варианты, которые им предлагали. Назвала и цену. Тань, это огромные деньги.

– Почему же они не поехали туда снова, а решили отдохнуть на Черном море? – удивилась я. – Да еще и на съемной хате.

Сергей встал с кровати, подошел к окну, открыл его. Сев на подоконник, закурил.

– Капризы, Тань. Надоели ему роскошь и лакеи. Но знаешь, если бы он и его Аллусик как бы между прочим не расхваливали себя, я бы ни за что не догадался, что сижу за одним столом с миллионером.

– Я бы тоже не сказала, – согласилась я. – На вид прост, как два рубля.

– Ну это только на вид, наверное. Мы его знаем совсем ничего.

Через открытое окно в комнату влетела большая ночная бабочка. Сергей подождал, пока она сядет на стену, сполз с подоконника и накрыл бабочку ладонью. Через секунду он выпустил ее в окно, сопроводив сей акт словами: «Лети, душа моя».

– Так вот, – продолжил он, поудобнее устраиваясь на подоконнике, – квартиру в Египте они присмотрели. В славном городе Хургада. «Трешка» в шаговой доступности от пляжа. Неподалеку супермаркеты и прочие безумно нужные каждому части инфраструктуры. В общем, все цивильно. Осталось уладить вопросы с документами, и наш Илюша станет русским фараоном. Вдумайся: квартира не в аренду, Тань, а своя, личная. Я аж в какой-то миг им позавидовал, признаюсь. Но за квартирой необходимо следить, вкладываться в нее. Охрана, обслуживание, налоги, и не забудем про то, что все это за рубежом. Однако этот вопрос их не смущает. Или они еще не поняли всю суть оформления зарубежной недвижимости.

– Значит, реально деньги не считают, – заметила я.

– Вообще не считают. Видела, как Илья вцепился в тетю Аню? Только учуял запах прибыли – и все. Кажется, ему все равно, с чего рубить бабло.

– А как он сумел достигнуть всего, не поделился?

– Кажется, в этом плане он человек исключительный. Просто пахал как черт, начинал автослесарем, а потом понеслась. Распахал себе сначала автомастерскую, а потом и все остальное подтянулось.

– А такое возможно? – засомневалась я. – Неужели все сам сделал?

– Не знаю, родная. Не моя история. Не задумывался. Но если поставить цель и забыть о чувствах, сне, голоде, холоде и презрительных взглядах, то, может быть, что-то стоящее и получится.

Вот, оказывается, о чем успел узнать Сергей.

Как это часто бывает, я пропустила много интересного. Стоило отойти буквально на десять минут и на десять метров в сторону, как на Сережу посыпались какие-то новости. Благо они меня никак не касались, но все же было бы неплохо знать о новых знакомых побольше. Но зато мне достался другой «кусочек» их истории – сын Ильи. Побыв с ним наедине, пообщавшись совсем чуть-чуть, я так и не поняла, что он за человек, однако поняла, что очень непростой.

– А Иван – это сын от первого брака, – продолжал Сергей. – С отцом он не очень ладит, кажется.

– Об этом тебе тоже Алла рассказала? – поинтересовалась я.

– Эта особа способна выдать за минуту столько информации, что гугл можно смело отправлять на пенсию, – хмыкнул Сергей. – И, главное, ни разу не запнулась. Излагала все четко и ясно. Особенно все, что касалось недвижимости.

– Что же она излагала еще?

– Всякое-разное. Я только делал вид, что слушаю.

Потушив окурок о карниз, Сергей зажал его между двух пальцев и, прищурившись, прицелился в темноту.

– Перелетит забор или нет? – пробормотал он и запустил окурок в окно.

– Тебе сколько лет? – не поняла я. – Вон же пепельница.

– Где?..

Я указала на квадратную керамическую плошку, стоявшую на подоконнике за его спиной. Сергей повертел ее в пальцах и зачем-то дунул внутрь.

– Это не пепельница, это какая-то миниатюрная фигня, призванная украшать интерьер. И потом, я ее не заметил. Если никому не расскажешь, то мне ничего не будет, потому что сигарета перелетела через забор и, надеюсь, попала в мусорный бак, который я приметил, когда мы выходили из такси. А теперь вопрос дня: не хочешь сходить на море?

Я думала, что Сергей устал, что мы сейчас отвалимся и моментально уснем, но не предполагала, что он дошел до такой стадии, когда включается второе дыхание. И точно так же, как сегодня, когда он попытался бросить меня в волны, омывающие кромку его «секретного» пляжа, я не завизжала от восторга, не стала подпрыгивать на месте от радости и не бросилась ему на шею. Просто он меня еще не так хорошо знал. Значит, я имела в своем женском арсенале огромный запас ответных действий, позволяющих удивлять, ошеломлять и даже обескураживать своего мужчину.

Сказано – сделано.

Я поднялась с кровати и стянула со спинки стула уже высохший купальник.

– Не нужно, – остановил меня Сергей. – Ты когда-нибудь купалась без всего?

– Мне все же уютней чувствовать себя полуодетой, – возразила я.

– Я так и знал, что нет, – не отставал Сергей. – Очень рекомендую. Ощущение такие, словно ты в другом мире. Не смотри на меня так, я помню это с детства. Сейчас самое время повторить.

Я верила ему. Верила и была готова за ним хоть на плоту да в шторм. Все, что угодно. Но в купальнике.

– А можно я до пляжа все-таки дойду в нем? Обещаю не сдерживать желание поддаться эмоциям, но сейчас мне нужно быть одетой.

– Зануда, – вздохнул Сергей. – Одевайся, а потом двинемся.

Вылазка удалась на славу. Но не только мы решили искупаться ночью. У берега тусовались несколько компаний и, несмотря на поздний час, в одной из них явно присутствовал ребенок.

Море оказалось теплым, но плыть в темные дали я побоялась, поэтому просто стояла по грудь в воде. Сергей же совершил несколько дальних заплывов, заставив меня в какой-то момент сильно испугаться, потому что в воду он зашел у меня на глазах, а вышел на берег метрах в двадцати.

– Слушай, ну я же пошутил, – удивленно оправдывался он по дороге домой.

– Должно быть, ты забыл, что такое страх за близкого человека, – ответила я.

– Забыл, – признался он. – Больше не буду.

Мы тихо зашли в дом, закрыли дверь и поднялись на второй этаж.

По пути никого не встретили. Мы приняли душ и без сил упали на кровать. Глаза закрывались у обоих.

– Безумно устал, – Сергей едва ворочал языком. – Если я умру, то развей мой прах над морем, пожалуйста…

Это были последние слова, которые я услышала. Сон накрыл так быстро, что я не слышала звуки ливня, который накрыл ночью курортный городок под названием Платаны. Тогда же поднялся сильный ветер, он швырял створки незакрытого окна в нашей комнате, пока в одной из них не разбилось стекло.

Окно находилось с той стороны, где спала я.

Меня разбудил шум. Что-то происходило прямо у изголовья кровати.

Я открыла глаза и уставилась на Сергея, который стоял на коленях.

– Разбудил? – улыбнулся он, встретив мой ошарашенный взгляд. – Прости. Я старался не шуметь.

– Ты кому-то молишься? – сдвинула я брови, еще не полностью проснувшись.

– Молюсь, – кивнул Сергей. – Вот как проснулся полчаса назад, с тех пор и бьюсь лбом об пол. И благодарю бога за то, что стекло не попало на тебя.

Я изо всех сил старалась проснуться и вникнуть в смысл сказанного. Получалось, но не так быстро, как бы того хотелось.

– Какое стекло, что ты несешь?

– Мы не закрыли на ночь окно, стекло разбилось от сильного ветра.

– Я ничего не слышала.

– Значит, сон твой был крепок. Я тоже не слышал. А ведь ночью была самая настоящая буря.

– Да ты что! Какой ужас.

Я перегнулась и посмотрела на пол. Сергей тут же скомандовал забраться обратно.

– Я еще не закончил.

Перебравшись на другую сторону кровати, я спрыгнула на пол, оделась и надела кроссовки. Сергей с совком, полным битого стекла, направился к двери.

– Пойду к тете Ане, – сказал он. – Успокою старушку. Сообщу, что мы не пострадали, а ремонт полностью будет оплачен мной лично. А ты умывайся и спускайся на веранду. Будем завтракать. Кстати, как там наши соседи? Илья вчера здорово набрался. Я его сегодня еще не видел. Никого из них.

Когда его шаги стихли в коридоре, я схватила зубную щетку и услышала стук в дверь.

– Открыто!

На пороге стояла Алла. Вид у нее был свежайший. Словно и не налегала поздним вечером на винцо и купаты. Однако на лице ясно читались тревога и нетерпение.

– Доброе утро… – робко произнесла она и быстро обвела взглядом комнату.

– Доброе. Проходи.

Минувшим вечером мы все решили дружно отказаться от церемоний и хором перешли на «ты». Правда, нашей хозяйки это не коснулось. В ее случае ни у кого тыкать язык не повернулся.

Но Алла не стала заходить в комнату.

– Слушай… – начала она и вдруг замялась.

Было видно, что ей нужен какой-то совет. Или помощь. Мало ли у нас, у женщин, секретов, о которых своим мужикам не расскажешь? Много. Очень много.

– Алла, что случилось?

Я старалась быть тактичной, чтобы показать нашей соседке свою готовность помочь всем, чем смогу, не задавая лишних вопросов.

– Мне бы с Сергеем поговорить, – сказала Алла.

– Он только что ушел, – ответила я. – Что-то срочное?

Алла выглянула в коридор, после чего зашла в комнату и закрыла за собой дверь.

– Просто сегодня утром у Ильи возникла проблема, – вкрадчиво объяснила Алла. Она тщательно подбирала слова. – Я бы хотела, чтобы его осмотрел Сергей. Они вроде бы вчера поладили. Кроме того, Илье трудно передвигаться…

Я бросила зубную щетку обратно в чемодан.

– Господи, неужели все так серьезно?

– Насчет серьезности ничего сказать не могу. Но выглядит это ужасно.

– Что выглядит?

Она изобразила непонятный жест у низа живота.

– У него понос, что ли? – понизила я голос.

– Если бы!

Расспрашивать Аллу о том, что случилось с ее женихом, я сочла лишним. В конце концов, я не врач и не имею права решать что-то вместо Сергея.

– Мы заплатим! – горячо уверила меня Алла.

– Да не нужно платить. Сейчас Сережа вернется и что-нибудь решит.

– А он надолго ушел? В город уехал? А давно?

Алла забросала меня вопросами, я в ответ только мотала головой.

В коридоре послышались шаги. Дверь распахнулась, в комнату зашел Сергей.

Увидев Аллу, кивнул ей.

– Доброе утро, – добродушно прогудел он, направляясь к своему чемодану. – Тань, я очки от солнца куда-то сунул…

– Я их в полотенца завернула, – машинально ответила я.

Сережа стал копаться в чемодане. Нашел солнцезащитные очки и водрузил их на голову, словно диадему.

– Ну что, девчонки, гоу пить кофе? – улыбнулся он.

– Похоже, придется отложить, – сообщила я ему. – Илья заболел.

Выслушав Аллу, которая так и не смогла или не захотела связно объяснить причину своего визита, Сергей отправился к пациенту, прихватив с собой свой волшебный темно-красный чемоданчик. Я же, понимая, что в данной ситуации моя помощь не потребуется, решила пойти на веранду и подождать Сергея там.

На веранде, как нам было сообщено вчера, тетя Аня сервировала стол для завтрака.

Но я не застала там никого, кроме Вани. Он одиноко восседал в том же углу и водил пальцем по экрану мобильного телефона.

Несмотря на то что стол, как и накануне, был заставлен едой, из всего изобилия он выбрал хлеб и сливочное масло.

– Привет, – поздоровалась я и опустилась на ближайший стул. – Ты как?

Ваня оторвался от телефона.

– Привет, – ответил он. – Я в норме. А ты?

– И я.

– Голова не болит?

– Не болит.

– Тогда кофе? – вдруг предложил он.

Я осмотрелась и не нашла поблизости ничего, что напоминало бы кофейник. Чайника тоже не было.

– Кофеварка на кухне, я там себе наливал, – объяснил Ваня. – Сиди, я обслужу.

– Спасибо.

Через пять минут передо мной стояла кружка, из которой пахло хорошим кофе. Тетя Аня, судя по всему, на нем не экономила.

Ваня доел бутерброд, потянулся за яблоком. Потом вздохнул и отложил мобильник.

– Ничего интересного, – небрежно заметил он.

– Искал что-то конкретное? – спросила я.

– А не надо искать. Что-то важное само выскакивает. Неожиданно. А иногда глаз автоматически выхватывает из массы информационного мусора то, что ты ищешь.

– Например?

– Например, я вот хочу узнать, почему папаши тут до сих пор нет. И что случилось этой ночью.

Я внимательно на него посмотрела. Что он имеет в виду?

Поймав мой взгляд, он рассмеялся.

– Я же ночую на первом этаже. А вы все на втором. Слышимость тут фиговая, но кое-что разобрать можно. Так, к примеру, я слышал звуки некоторой возни из комнаты, которая находится надо мной, а потом звук разбившегося стекла. Теперь не знаю, что и думать. То ли отец и Алка устроили отпускное порно, а в порыве, так сказать, попортили хозяйское имущество, то ли это вообще были не они.

– А ты нахал, – улыбнулась я.

Парень скромно сложил руки на коленях.

– И артист, каких мало, – добавила я. – Судя по тому, что ты слышал, над тобой живем мы с Сергеем. Ночью мы решили сходить на море, отсюда и шум. А стекло разбилось от сильного ветра именно в нашей комнате. А тебе делать нечего как подслушивать, да?

– Вот уж чего не было, того не было, – серьезным тоном ответил Иван. – Но спасибо за объяснение, теперь все ясно. В следующий раз не буду ничего додумывать.

Он был мне неприятен. Со вчерашнего вечера я не могла отделаться от чувства какой-то брезгливости.

Меня покоробили сразу две вещи: Ваня поделился с посторонним человеком некими интимными подробностями жизни отца и сделал это не только легко, но и с пренебрежением.

– Похоже, с отцом тебе не повезло. Или ему с тобой, – предположила я.

– Обоих можно поздравить, – легко согласился Ваня.

На его лице появилась легкая улыбка. Он принялся за второй бутерброд, на этот раз с сыром.

– А что, так заметно, что мы не ладим? – спросил он.

– Ты не особо скрываешь неприязнь, – ответила я. – Правда, другим об этом знать не обязательно.

– Вот такая я сволочь.

– Некрасиво выглядит. Ведешь себя как обиженный подросток, которому не отсыпали карманных денег. Отсюда вопрос: что ты делаешь тут, рядом с папашей, которого, мягко говоря, не любишь? Что тебя заставляет тут находиться?

Иван перестал улыбаться.

– А вот это уже, прости, не твое дело, – спокойно ответил он и вышел из-за стола, чтобы налить новую порцию кофе.

Его не было всего минуту, но мобильник, который он оставил на столе, в его отсутствие дважды издал короткий писк.

Он вернулся, прошел мимо меня и сел на свое место. На веранде еще сильнее запахло свежезаваренным кофе.

Какой аромат все-таки! Никогда не надоедает.

– Пока тебя не было, твой телефон издавал всякие звуки, – сообщила я.

– Я слышал.

– Решила предупредить.

– Не нужно, со слухом у меня все в порядке.

К телефону он не притронулся, из-за чего я сделала вывод: он умеет держать себя в руках. Далеко не всегда, но умеет. И скрытен. Предпочитает заниматься личными делами не тогда, когда рядом кто-то находится, а тогда, когда поблизости не будет никого, кто захочет засунуть свой длинный нос в его хранилище личных данных.

– Не знаю, почему я все это тебе говорю, – вдруг произнес он, возя бутербродом по столу, – видно, чувствую родную душу.

– Это я-то родная душа? – не поняла я.

– Ну а вдруг?

Он явно издевался надо мной и делал это с удовольствием. Будь на моем месте другой человек, он бы разозлился, но я решила во что бы то ни было сохранить спокойствие.

– Ты подспудно ищешь того, кому на тебя не наплевать, – сказала я. – И решил подкатить ко мне. Не старайся.

Иван откинулся на спинку стула.

– Тебе не наплевать, – решил он.

– Ошибаешься.

Иван вскинул взгляд.

– Ты не так уж и проста, Татьяна, правда?

– Сущая правда, – согласилась я.

– Я так и знал. Слушай… а вдруг мы родственные души?

– С какой стати?

Он каламбурил, откровенно веселился, запутывая меня все больше и больше. То открывался, начиная откровенничать, выворачивать наизнанку душу, то откровенно кокетничал. И я вдруг поняла, почему он себя так ведет.

Здесь, на море, он был один от слова «совсем». Ему была нужна вовсе не родная душа, а временный приятель. Тот, который перейдет на его сторону хотя бы на какое-то время. Тот, кто безоговорочно примет все его убеждения и поверит каждому слову. И все это для того, чтобы не чувствовать себя идиотом рядом с отцом и его невестой.

Ох, как я не хотела становиться чьей-то жилеткой. Ну кто такой этот молодой красавчик в белом поло, пытающийся казаться гениальным? Не друг, не знакомый, не коллега. Просто прохожий, о котором я ничего не знаю.

Или все-таки знаю? А вдруг ему действительно необходимо выругаться, чтобы после этого жить дальше?

На втором этаже хлопнула дверь. Послышался бодрый голос Аллы, потом ее короткий смешок.

Если смеется, значит, с Ильей ничего страшного не произошло. Мой герой Сережа спас его в самый последний момент. Остановил кровь, провел срочную полостную операцию, сделал искусственное дыхание, потом прямой массаж сердца. Или что там было на самом-то деле?

Ваня сразу подобрался, сел ровно. А еще отложил бутерброд и взял в руки телефон.

– Потом поговорим, если хочешь, – предложила я, стараясь говорить совсем тихо.

– Не о чем нам разговаривать, – отрезал он.

– Я не глухая. И не глупая.

– Вчера был пьяным, вот и все. А сегодня настроение подвело.

– Ты не был вчера пьян.

– Забей.

К тому моменту, когда на веранду спустились остальные, Иван уже ясно дал понять, что не собирается развивать тему. Этим он меня окончательно разозлил.

Я ничего не понимала. Мы были практически не знакомы, но он вел себя так, словно ловил меня на живца. Но как только я пыталась схватить наживку, он резко уходил в себя и отказывался от сказанного. Что это такое? Почему он манипулирует мной? С какой стати?

Хорошо, что мы друг другу никто. А иначе я бы разговаривала с ним в другом тоне, а настроение было бы окончательно испорчено.

Святая троица торжественно появилась на веранде.

Алла оживилась, увидев на столе фрукты.

– Смузи поперек горла уже, – призналась она. – Что может быть лучше свежей черешни?

Она перегнулась через стол, набрала горсть ягод, и я почувствовала легкий запах туалетной воды с ароматом корицы. И когда она успела?

Я посмотрела на Илью, с которым явно что-то приключилось. Он шел, но очень осторожно. Мало того, Сергей незаметно поддерживал его под спину. Он же помог Илье опуститься на стул.

– Ну как? – спросил он.

– Нормально, – в том же духе ответил ему Илья, но не выдержал, сморщился. – Терпимо. Пройдет.

– Три раза в день, помнишь? – о чем-то напомнил ему Сережа.

Илья кивнул.

Не только я наблюдала за этой сценой. Ивану тоже требовались объяснения.

Он вопросительно посмотрел на отца. Но тот лишь кивнул ему и не стал ничего объяснять.

Сережа чмокнул меня в щеку и ушел за кофе.

– Какие планы на сегодня? – весело поинтересовалась у меня Алла.

– Пока не знаю, – призналась я. – А у вас?

– У нас тоже никаких, да, Илюш? А то обсудим, – предложила Алла и шутливо толкнула в плечо Ваню. – А ты чего такой убитый?

– Плохо спал на новом месте, – нехотя ответил тот. – Башка трещит.

– Не торчи на солнце, – деловито посоветовала Алла. – Какие планы на сегодня?

– Они есть.

– Ну, смотри, а то мог бы присоединиться, – загадочным тоном заметила Алла.

Вернулся Сережа с чашкой кофе в руке.

– Как ты тут? – спросил он, размешивая в своей чашке сахар.

Я не ответила.

Илья, Алла и Сережа вели себя нарочито небрежно, всем своим видом давая понять, что их связывает что-то общее, во что они не собираются посвящать ни меня, ни Ивана Ильича.

Таким образом, мы с Иваном невольно оказались в одном положении, довольно неловком для нас обоих.

В какой-то момент за столом воцарилось молчание – новоприбывшие сооружали себе завтрак.

Я спокойно допивала кофе, Ваня все так же торчал в мобильном.

Илья Георгиевич первым нарушил паузу:

– Пока не разбежались, скажу.

Он пристально посмотрел на нас с Сережей.

– Я вас, ребят, хоть толком и не знаю, но успел кое-что понять. Я хорошо разбираюсь в людях и еще вчера понял, что мы поладим. Я вот приболел, а ты, Серег, оказал мне первую медицинскую помощь. Так?

– Ну допустим, – ответил Сергей.

– И от денег отказался, – продолжал Илья.

– Ну-у-у-у… было дело, – подтвердил Сергей. – Да к чему все это?

– А от приглашения на свадьбу не откажешься?

Это было совсем внезапно. Мы с Сергеем переглянулись.

– Я не уверен, что смогу, Илья, – честно ответил ему Сергей. – У меня после отпуска будет море работы. А ты, Тань?

– И я не знаю. А когда планируете?

Илья посмотрел на Аллу.

– Сегодня, – выдал он.

Алла, внимательно наблюдавшая за нами, решила взять инициативу в свои руки:

– Вы подумайте, время есть. Мы не настаиваем.

Илья чуть слюной не подавился.

– Как это «не настаиваем»? Настаиваем!

Я совсем растерялась. Ну как это так вышло-то? Мы только вчера познакомились, а сегодня еще и позавтракать не успели, а тут уже предъявы. Да еще какие!

– Но если откажетесь – пойму, хоть и расстроюсь, – словно ставя точку в разговоре, Илья хлопнул ладонью по столу. – В любом случае я теперь тебе, Серега, должен.

– Да перестань, – сморщился Сергей.

Я почувствовала еще больший интерес к тому, что же приключилось с Ильей. Но меня, похоже, никто не собирался посвящать в детали.

– Мы подумаем, – сдался Сергей. – Просто все очень неожиданно.

– О да! Мы подумаем, – согласилась я. – Все это так внезапно. Очень… вдруг. У меня были другие планы… до этого момента.

Илья внимательно посмотрел на сына. Тот всем своим видом давал понять, что происходящее к нему никак не относится.

Алла взяла с тарелки булочку, разрезала ее пополам, вложила внутрь кусок колбасы и дольку помидора.

– Ешь, – протянула она булочку жениху.

Илья попросил чаю. Алла тут же ускакала на кухню.

Сергей отставил пустую чашку в сторону.

– Вы на море? – спросил Илья.

– Сначала покажу Тане пару мест, которые запомнил с детства, – ответил Сергей. – А потом купаться, конечно.

– Не задерживаю. Если что, то мой номер телефона у тебя есть, Сергей. Торжество состоится сегодня вечером в отеле «Эстер».

– Если мне не изменяет память, то «Эстер» находится недалеко от Нижнего пляжа, – прищурился Сергей. – До него можно дойти по побережью.

– Знаешь это место? – оживился Илья. – Вот ты красава!

Сергей взглянул на меня, смущенно улыбнулся.

– Конечно, знаю. Этому отелю лет семьдесят, если не больше. Раньше был не отелем, а гостиницей, но имя сохранили. Мы с местными пацанами там вечно шелковицы обдирали, пока нам не влетело от ментов. Совсем маленький отель, на несколько номеров.

– С бассейном! – поднял палец Илья. – Вот там все сегодня и будет. Начало в восемнадцать часов ровно. Но для вас двери будут открыты в любое время, если вдруг раньше придете или позже.

Пока я собиралась с мыслями, Сергей закончил с завтраком.

– Пойдем? – спросил он у меня.

– Да, конечно.

Илья вздохнул.

– Ну, отдыхайте пока, – разрешил он. – Если не сложно, то сообщите – ждать вас или нет.

– Непременно, – заверила его я.

Ваня тоже поднялся со своего стула.

– Пойду и я, – сообщил он отцу и первым вышел на улицу.

Мы тоже не стали задерживаться. Ушли, но пообещали дать ответ в самое ближайшее время.

Вот как только погуляем, так сразу и решим.

Глава 3

Естественно, во время прогулки мы то и дело возвращались к тому, о чем услышали во время завтрака. Не каждый день тебя приглашают на семейное торжество те, кого ты знаешь не более суток. Однако обстоятельства знакомства могут быть разными, и в нашем случае все было не так уж и просто.

От дома Анны Тимофеевны до центра Платанов мы добрались минут за двадцать.

Все бы ничего, но я не ожидала, что дорога постоянно будет идти в гору. И если сначала у меня было желание любоваться пейзажем, который сопровождал нас по другую сторону дороги, то совсем скоро меня больше заботило то, как бы не перекачать икроножные мышцы – настолько крутым становился подъем к центру городка. Осталось прибавить к этому квесту довольно сильную жару и солнце, которое решило уничтожить все человечество.

Если честно, я не ожидала от себя такого. Всегда считала, что человек я более-менее спортивный, в чем постоянно убеждалась, когда рассматривала себя в душе. Подтянутая мадам, иначе не скажешь.

Я сдалась в тот момент, когда увидела, что дорога кончилась, упершись в длинный высокий холм. Какому дураку вздумалось построить дорогу, ведущую вверх, я не знала, но разозлилась сильно. Нам предстояло преодолеть очередную высоту, но на этот раз нужно было подниматься по ступенькам.

И я демонстративно села прямо в траву.

Сергей тут же опустился на корточки и прижал ладонь к моему лбу.

– Плохо, Тань?

Я сбросила его руку. Дурацкий вопрос. Неужели не видно, что я просто прикалываюсь? Захотелось посидеть на земле, и все. Мы, бабы, такие капризные, ой. Такие непредсказуемые!

– Ты почему не сказал, что добираться так сложно? – спросила я.

– А что тут такого? Не так уж и высоко.

Я его чуть не убила. Сам он весь этот адский подъем преодолел легко. Элегантно даже.

– Ну посиди. Подожду, – сказал он и отошел в сторону.

– Дай сигарету, – попросила я.

– Ты с ума сошла? – на полном серьезе удивился Сергей. – Сердце посадить хочешь?

В принципе, он был прав. Да и не стоило мне курить сейчас, я это и сама понимала.

С вершины лестницы послышался смех.

Я обернулась. К нам спускались мужчина и женщина. Судя по одежде, тоже отдыхающие. Обоим на вид было лет по шестьдесят.

Преодолев спуск, они легкой походкой двинулись в ту сторону, откуда мы только что пришли. В руке мужчина нес пакет с огромной дыней.

– На самом деле вовсе не трудно ходить этой дорогой, – произнес Сережа. – Тетя Аня дважды в день на работу так бегает.

– А кем она работает?

– Убирается в домах у курортников. Есть ведь и такие, кто снимает целые особняки на все лето. Любят не окраину, а именно центр города. Им нужны помощники по хозяйству. Вот тетя Аня все лето и ходит к ним. Готовка, уборка, иногда садовые работы. Всякие поручения тоже выполняет.

Сказав это, он протянул мне руку. И я, разумеется, тут же ухватилась за нее, взяла бутылку с водой.

Мы двинулись по лестнице вверх. А когда очутились на самой вершине, то я ахнула.

Я и предположить не могла, что наверху будет небольшая смотровая площадка.

– Нравится? – улыбнулся Сергей. – Стоило оно того?

– Это какая-то сказка, – призналась я.

– Ну, если рассматривать близко, то сказочного там мало, но отсюда вид дивный, – согласился Сергей.

Городок – или все-таки поселок? – с высоты, конечно, был виден не весь. Да и не высоко мы находились. Но его с трех сторон обнимало море. И именно оно превращало его в такую красоту, что наверняка не только я, поднявшись на вершину лестницы, доставала телефон, чтобы сделать на память фотографию. Яркие крыши, пушистые деревья, снующие туда-сюда люди – все напоминало видео из компьютерной игры, действие которой происходит в сказке.

Пожалуй, только в этот момент я поняла, что значит выражение «весь мир у твоих ног».

Мы спустились по лестнице и сразу попали на длинную улицу, напичканную открытыми кафе, детскими аттракционами и торговыми точками всех мастей.

Сергей сразу объяснил, что это центр города. Торговые павильоны чередовались с мини-базарами, где можно было купить и свежую рыбку, и огромные «веники» душистой зелени, и все остальное фруктово-ягодное изобилие, подумать о котором, что все это магазинное, было бы оскорблением.

Тут же располагались легкие раскладные столики, на которых едва умещались сувениры. Самым распространенным их видом были разные поделки из можжевельника. Сережа тут же купил одну такую, в виде яблока, прикрепленного к тарелке.

– Повесим дома на стене, – решил он. – Можжевеловое яблоко. Видела когда-нибудь такое?

Я не ответила.

Пока он расплачивался, мое внимание привлек высокий худой парень в белом поло.

– Куда смотрим? – спросил Сережа.

– Кажется, это Иван.

Сергей всмотрелся в толпу.

– Да, это он. Покупает домашнее вино. Вот, купил. Уходит. И что здесь не так?

– Сейчас одиннадцать часов утра, Сереж. Куда он пошел с этим вином?

– Ты же не хочешь сказать, что собираешься узнать об этом у него?

Конечно, гнаться за Ваней я не собиралась. Не та погода и не те обстоятельства, чтобы кого-то преследовать. Да и уследить за ним было трудно, поскольку людей на базаре становилось все больше и больше.

Отдыхающие перли из всех щелей. Узнать их можно было легко. Во-первых, по тому, во что они были одеты. Вряд ли аборигены стали бы цеплять на головы затейливые шляпы с широкими полями и сорить деньгами. Во-вторых, количество предметов одежды на курортниках было в разы меньше, чем на тех, кто здесь жил и работал. Некоторые мужчины прогуливались в одних плавках, не забыв повесить на шею пляжное полотенце, а некоторые дамы открыто демонстрировали бюсты всех размеров, обтянутые одной лишь верхней частью купальника.

– Зачем тебе этот Иван? – недовольным тоном спросил Сергей.

А я и не могла объяснить. Парень был странным, это факт. Наедине со мной он вел себя заносчиво, мог нахамить, даже троллил меня за завтраком, но стоило появиться кому-то еще, как он превращался в другого человека. Уходил в себя, открыто демонстрировал равнодушие, даже некоторое высокомерие.

Судя по тому, насколько я смогла его узнать, друзей у него тут не было. Ни отец, ни его невеста Ивана в свою компанию не позвали. То же относилось и к нам. Никто из нас не предложил ему свою компанию, а если бы и предложили, то был бы он рад этому? Вряд ли.

Иван растворился в толпе, и я словно очнулась. Что за непонятный интерес к человеку, с которым меня ничего не связывает? Откуда это взялось?

– Пойдем, Тань?

Я с благодарностью взяла Сергея за руку, дав себе клятву с этого момента вообще не думать ни о чем постороннем.

Мы гуляли по Платанам несколько часов. Казалось бы, откуда взяться таким расстояниям в этом не то городе, не то поселении, которое со смотровой площадки выглядело совсем маленьким.

Но я очень ошибалась. Центральная улица была окружена множеством переулков, каждый из которых также приводил к очередному повороту.

Надо сказать, что отдыхающих в Платанах было очень много. Мы их встречали везде, даже там, где частные дома сменяли двухэтажные жилые дома. Почти на каждом балконе сушились полотенца и покачивались от легкого ветерка купальники. На каждом углу можно было купить фрукты и нехитрые сувениры, сделанные из ракушек. Тут же предлагались парное молоко и свежайший домашний сыр.

Частный сектор привлекал внимание яркостью красок. От цветовой палитры рябило в глазах. За ярко-фиолетовым забором виднелись оранжевые стены очередного деревянного дома. Крыши были выкрашены во все оттенки, до которых смогла дотянуться природа: бирюзовый, салатовый, алый – аборигены, казалось, соревновались между собой в том, чей дом должен выглядеть незабываемо.

Сделав массу фотографий, я попросила пощады и присела на скамейку, стоявшую возле дороги.

Сергей с самым счастливым видом рухнул рядом.

– Ноги гудят, – сообщила я ему. – Давненько так долго не гуляла.

– Это ничего, – сказал Сергей. – Но я хотел тебе показать еще кое-что.

– Побойся бога, – предупредила я. – Неужели мы еще не все посмотрели?

– Осталось совсем немного. Кроме того, это будет по пути назад, никуда не придется карабкаться.

Он протянул мне бутылку воды. За время нашего путешествия она успела нагреться.

Сделав глоток, я поморщилась.

– Что думаешь насчет приглашения на свадьбу? – спросил Сергей.

– Если честно, я не готова, – призналась я. – Мы их практически не знаем.

Сережа был со мной согласен.

– Неожиданно, – подтвердил он. – Но нас никто за руку не тянет.

– Расскажешь о том, что случилось сегодня утром с Ильей? – спросила я.

Сергей на миг задумался.

– Ладно, нарушу врачебную тайну, – решил он. – Наши гости этой ночью решили заняться сексом…

Я предупреждающе подняла руку.

– Не продолжай. Не хочу подробностей.

Сережа рассмеялся.

– Их и не будет.

– А как же без них? – не поняла я. – Ты вроде бы начал про секс?

– Во время процесса пациент стал испытывать неприятные ощущения. При ближайшем рассмотрении в месте повреждения был обнаружен отек мягких тканей.

– Ох, ни фига себе! – вырвалось у меня. – Он что, опух в тот самый момент?

– Не он опух, а часть его тела, непосредственно участвовавшая в… в…

Сергей замялся, подбирая нужное слово.

– В работе, – подсказала я.

– Можно и так сказать, – облегченно выдохнул Сергей. – Короче, легли они спать с надеждой на то, что утром все рассосется. Списали случившееся на смену климата, еды и воды. Решили, что здоровый сон всему голова. Но утром неприятность никуда не делась. Наоборот, Илья стал испытывать болевые ощущения.

– Так, – остановила я Сережу. – Подробности все же есть. Но ладно, я тебя поняла.

– Если поняла, то можешь представить, что Илье даже ходить было больно.

– И ты его спас.

Сергей достал из кармана сигареты, предложил мне закурить.

Я отказалась. Суровый марш-бросок по горной местности напрочь выбил из головы все желания, кроме одного: сидеть в тени и не двигаться.

– Конечно, Алла перепугалась. Вовремя вспомнила, что я врач, и прибежала за помощью. Ну я и пошел. А куда деваться-то? Слава богу, что я был прилежным студентом, потому что в практике мне подобное не встречалось, но в учебниках подробно описаны симптомы. Я даже и не думал, что у меня такая хорошая память.

– Так что же случилось с Ильей?

– Пищевая аллергия. Илья, оказывается, знатный аллергик, и прекрасно знает об этом. Антигистаминные препараты у него всегда с собой. Но раньше аллергия на что-то проявлялась только в качестве крапивницы. А в нашем случае организм, видимо, окончательно решил взбунтоваться.

– И на что же у него аллергия, Сереж, если так жестко его скрутило?

– Полагаю, на вчерашнее сливовое вино.

– Ты серьезно?

– Думаю, да, – ответил Сережа. – Тетя Аня, скорее всего, что-то недоговаривает про своих соседей. Наверное, они добавляют в вино какие-то красители или иные добавки. Не все они безобидны. А для некоторых даже опасны.

– А почему именно вино? – удивилась я. – Если Илья аллергик, то ему многого нельзя, а он ел все, что было на столе. Клубнику, сыр. Они тоже могут вызвать аллергическую реакцию. На что именно у него аллергия-то?

– Поливалентная. На все, что угодно, может среагировать. В этот раз это было вино. Дал ему таблетку, попросил посидеть на диете и не купаться хотя бы пару дней. А теперь представь, что все это случилось в день его собственной свадьбы.

– Вы практически перекрыли ему кислород, доктор.

– Ну что же я могу сделать? – развел руками Сережа. – Хорошо, что до отека Квинке не дошло. Но меня как врача волнует один момент.

– На свадьбе будет спиртное, ты про это? – угадала я. – На фоне лекарств Илье может стать плохо.

– Или не станет, если он оправится к вечеру и забудет принять таблетку. Так что, мы пойдем на свадьбу?

– Я не готова, – честно ответила я. – А ты хочешь?

– Нас пригласили вместе, не пойду же я один.

– Иди, если хочется, – возразила я. – Не пропаду. Высплюсь. Или напьюсь вина, у тети Ани еще осталось.

– Да нет, не буду я без тебя гулять, – решил Сережа.

Мне действительно не хотелось идти на свадьбу. Не то чтобы я была нелюдимой или не любила повеселиться, но все-таки не чувствовала ничего общего с Ильей и Аллой. Не случилось той близости, которой «заболевают» случайные попутчики, оказавшиеся в одном купе поезда дальнего следования. И винить себя за это я тоже не могла.

Мы сидели спиной к солнцу. Время перевалило за полдень, и солнце стало потихоньку опускаться к линии горизонта. Но воздух продолжал оставаться горячим, а ветерок, щекочущий кожу, совсем ее не охлаждал.

Мы расслабились настолько, что идти куда-либо не было ни сил, ни желания. Если бы я положила голову Сергею на плечо, то наверняка бы задремала.

Почувствовав мое состояние, он встряхнулся.

– Надо идти, Танюш, – проговорил он, поднялся с лавки и несколько раз подпрыгнул на мысках, разминая ноги. – Сейчас будет не так жарко.

Постепенно мы вышли за черту города. Мощеная дорога превратилась в широкую утоптанную тропу.

Я не сразу поняла, что мы идем в сторону моря, потому что оно вдруг скрылось из глаз.

– Закрой глаза, – попросил он и крепко взял меня за руку.

Он вел, я шла за ним, честно не глядя даже под ноги. Но споткнуться не пришлось – Сергей двигался медленно.

Ветер становился все сильнее. Запахло морем.

– Смотри.

Я открыла глаза и от неожиданности вцепилась в его руку еще сильнее.

Мы стояли на краю какой-то горы, которая обрывалась прямо в море шагах в пяти от меня, не дальше.

Сначала я занервничала. Один толчок в спину – и меня ждет полет в никуда.

Опасность? Еще какая! И настолько ли хорошо я знаю Сергея? Зачем он привел меня сюда, если на эдакую красоту можно было посмотреть издалека? Да еще и глаза попросил закрыть. То есть путал следы? Господи, откуда такие мысли?

Я сделала маленький шаг назад. Потом еще один. На всякий случай приготовилась к резкому развороту корпуса, чтобы дать отпор. И тут взгляд упал вниз.

Сергей стоял почти вплотную ко мне, и я прекрасно видела его обувь. Его желтые кеды.

Все сразу встало на свои места. То самое место, которое мне хотел показать Сережа, оказалось прекраснее всего, что я успела увидеть до этого. Сергей привел меня на утес, который я видела на фото еще в Тарасове. До обрыва было совсем недалеко, невидимые волны, которые бились под ним о гальку, перекатывали ее с тихим шорохом на сушу и обратно, а море вот же, впереди и дальше. Скрывалось где-то там, где кончается земля.

– Тот пляж, на котором мы вчера были, находится внизу, под этим обрывом? – угадала я.

– Точно.

– Обалдеть.

– Мне показалось, что ты испугалась.

– Просто не ожидала. Один неосторожный шаг, Сереж…

– Этого не случилось бы. Я рядом.

Я уходила с утеса с большим сожалением, унося в мобильном телефоне фотографию его желтых кед и моих красных ступней, стоящих на горячей, высушенной солнцем земле.

То ли на фоне пережитого, то ли от чувства вины, которое я испытала перед Сережей, поняв, что слишком заработалась и стала жертвой профессиональной деформации, я объявила ему, что готова проследовать к месту свадебной церемонии.

Если мы еще не опоздали, конечно.

Сергей, услышав мое «а давай!», заметно оживился.

– Уверена? – только и спросил он. – Не сбежишь с другим мужиком? Не устроишь драку? А то я ведь с тобой еще ни на одной свадьбе не был. Ты буйная? Ну чтобы мне знать, как себя вести.

– Вот на свадьбе и увидишь.

– Ну тогда сейчас я Илье наберу.

Сергей достал телефон, позвонил Илье, перебросился парой слов, после чего посмотрел на часы.

– Нам нужно быть там к шести, а сейчас три часа дня, – сообщил он. – В принципе, даже не сильно торопясь, мы никуда не опоздаем. До дома полчаса ходу. Останется время даже на кофе.

– Мы пойдем с пустыми руками?

– Читаешь мысли, – кивнул Сергей. – Тогда давай вернемся домой через город. Может, что-то присмотрим по пути. Можно, конечно, подарить просто деньги, но мне кажется, что он не возьмет.

– Мне тоже так кажется, – согласилась я.

Пришлось идти обратной дорогой, но в этот раз Сергей срезал путь, и мы вышли на центральную улицу, минуя переулки с ухоженными домиками, окруженными цветными заборчиками.

Людей значительно прибавилось. Искупавшиеся в море гости и жители Платанов постепенно перебирались поближе к местам общепита.

Внешний вид любителей приморских красот тоже изменился. Теперь они выглядели не так фривольно.

Из каждой подворотни доносился запах шашлыка – кафе и рестораны вовсю готовились к скорому нашествию посетителей. Большинство продавцов сворачивали уличную торговлю, но самые упорные, похоже, собирались торговать дотемна.

– А что дарить-то будем? – растерянно произнес Сережа. – Никогда не был силен в выборе подарков.

– Да и женщины, знаешь ли, не всегда оригинальны в этих вопросах, – ответила я.

– Это ты про носки и крем для бритья на двадцать третье февраля? – рассмеялся Сергей.

– Не только. Еще про туалетную воду.

– Ну тогда прости меня от лица всех мужиков за тюльпаны, духи и конфеты.

– Прощаю.

– Нет, ну а что еще дарить-то? – искренне удивился он. – Смотри-ка, торговый центр.

Приземистое здание, которое мы не заметили днем, но увидели сейчас, располагалось на соседней улице. Не заметь его случайно Сергей, мы прошли бы мимо.

Впрочем, нам это совсем не помогло. Двери были закрыты.

– А там ремонт с сегодняшнего дня, – сообщила проходящая мимо старушка. – Я вот тоже не успела вчера зайти. Теперь надо далеко ходить в аптеку, а у меня ноги для этих гор не приспособлены.

– Сочувствую, – ответил ей Сергей. – А не подскажете, может, где-то еще есть какие-то магазины?

– С едой-то? – вскинулась старушка. – Да полно. Одна еда и осталась. Ну и торгаши эти вдоль дороги.

– Да нет, нам бы подарок купить на свадьбу, – объяснила я.

Старушка задумалась.

– Да нет тут никаких подарков, – решила спустя минуту она. – Но вокруг полно сувенирных магазинов. Не знаю, правда, сможете ли вы там что-то выбрать. И магазины тоже в разное время закрываются. Какие до пяти вечера работают, а какие до шести. Это только сувенирные долго открыты.

– Почему так рано закрываются? – возмутилась я. – Могли и подольше…

Старушка окинула меня насмешливым взглядом.

– А потому что людям, которые в них работают, тоже хочется отдыхать!

Старушка медленно пошла прочь. Никаких вопросов к ней у нас не осталось, поэтому задерживать ее мы не стали.

Сергей взглянул на часы и покачал головой.

– Предлагаю не носиться в поисках магазинов, которые еще не закрылись. На центральной улице полно сувенирных лавок. Что-нибудь подберем.

Это было трезвое и взвешенное решение. И надо сказать, что мы не пожалели, хоть и успели в самый последний момент.

Буквально в первой же торговой палатке, витрина которой пестрела деревянными самоделками и керамическими кружками китайского производства, мы наткнулись на самое настоящее сокровище, которое я случайно увидела в самом углу. Это была большая картина с изображенным на ней песчаным берегом, усыпанным обрывками водорослей и мелкими ракушками. А там, где заканчивался берег, начиналось море с растворенным в воде золотым лунным светом. Работа была выполнена искусно, и я попросила продавщицу показать мне ее поближе.

– Картина называется «Ночь», – прочитала девушка на обороте. – Художник Крылов. Одна тысяча девятьсот шестьдесят восьмой год.

– Вы хотите сказать, что это подлинник? Это же раритет! – не поверила я своим ушам. – Издалека похоже на репродукцию. Это точно подлинник?

Девушка осторожно провела пальцем по нарисованному морю.

– Да, это оригинал. Мазки краски чувствуются.

Сергей взял картину в руки, стал внимательно рассматривать.

– Картина на свадьбу? – задумчиво пробормотал он. – А не простенько? А не по-буржуйски ли?

– Я бы не отказалась получить такой подарок на свою свадьбу, – призналась я. – Но я, конечно, не Илья.

– И не Алла, – добавил Сергей.

– Но что-то мне подсказывает, что ему очень понравится, – не сдавалась я. – Да и вариантов у нас особенно нет, если ты, конечно, не собираешься сунуть ему конверт с деньгами.

– Берете? – поторопила нас девушка. – А то я закрываться собиралась.

– Сколько? – спросила я.

– Семь тысяч, – поджала губы продавщица. – Раньше она продавалась за десять, помнится.

Сергей сглотнул. Я решила взять ситуацию в свои руки.

– Лот выставлен на торги, – сообщила я продавщице. – Начальная цена четыре тысячи.

– Ха! – ответила на это девушка.

– Четыре пятьсот, – предложила я.

– Нет.

– Пять! – вступил в игру Сережа.

– Не-а, – покачала головой продавщица. – И не пытайтесь даже.

Сережа провел пальцем по фанерной раме.

– Пылища, – сказал он. – Значит, стоит картина у вас тут долго. А почему? А потому что никто не берет. Потому что дорого. Поэтому вы убрали картину в угол, чтобы зря место не занимала. Но семь тысяч никто не заплатит. Сбавьте цену, а мы сразу купим ее.

Девушка вздернула брови от такой наглости.

– Да вы издеваетесь.

– Будь здесь художник Крылов, он бы со мной согласился, – продолжал Сергей. – Пять тысяч – прекрасная цена за прекрасную картину. Вы же еще и в плюсе останетесь.

– В каком это, интересно? – удивилась продавщица. – Я теряю две тысячи, это плюсом никак не назовешь.

– Да просто одной головной болью меньше, – объяснил ей Сережа. – Вы подумайте. Сколько у вас там еще времени до закрытия?

У девушки не было времени думать, а у нас – ждать, пока она примет решение.

– Пять тысяч пятьсот, – решила я. – Больше у нас нет.

– Она стоит семь тысяч, – жалобно произнесла продавщица.

Я не знала, сколько с собой денег у Сережи, но помнила, что взяла с собой пятитысячную купюру, которую еще ни на что не потратила.

– Пять семьсот, – решила продавщица с видом человека, делающего величайшее одолжение. – Семьсот-то найдете?

– Найдем, – ответил Сергей и полез в карман.

Мы тут же упаковали картину в красивый подарочный пакет, который нам достался бесплатно.

Обратный путь занял совсем немного времени, потому что дорога до дома всегда короче. Кроме того, нам пришлось преодолевать не подъемы, а спуски, что меня несказанно порадовало.

Тетя Аня приготовила чудесный ужин, от которого мы отказались.

– Мы сегодня приглашены на свадьбу, теть Ань, – извиняющимся тоном сказал Сережа. – К вашим постояльцам. Они съехали?

– Давно смотались, – ответила тетя Аня. – Меня тоже пригласили, но я не пойду.

– А с нами?

– Да ни с кем! Чего я там буду-то?

Ее слова прозвучали с какой-то безнадегой. В них явно слышалась усталость.

Она стала собирать со стола тарелки, которые уже успела расставить.

Сергей подтолкнул меня к лестнице.

– Иди пока без меня. Собирайся, я скоро.

Я на миг задержалась в дверях. Сергей подошел к женщине, взял у нее из рук посуду и поставил на стол.

– А что там на ужин, теть Ань?

– Да картошка с рыбой.

– Горячее?

– Горячее. А что?

– Я бы не отказался.

Дальше их разговор я уже слушать не стала. Поднялась на второй этаж, зашла в комнату. Разделась, быстро приняла душ и выволокла из угла чемодан.

Над выбором наряда долго не раздумывала, ибо внезапные обстоятельства и климат диктовали свои условия. И надо сказать, я была к ним готова.

Маленькое черное платье, говорят, должно быть у каждой женщины, но в отпуск я взяла длинное, выхватив его из шкафа. На всякий случай. Не возьми я его с собой, оно и не понадобилось бы. А тут на тебе, пригодилось.

С прической долго возиться не пришлось. Сборы были закончены.

Времени оставалось совсем мало, а Сергей так и не появился.

Я решила спуститься поторопить его.

Подобрав подол платья повыше, чтобы не зацепить им что-нибудь, я бодро преодолела ступеньки и вошла на веранду.

Сергей и не собирался подниматься. Они с тетей Аней сидели за столом и о чем-то негромко говорили. Перед Сережей стояла тарелка с ужином.

– Приятного аппетита, – сказала я, вложив в тон как можно больше вопросительной интонации.

Рука Сережи, в которой он держал вилку, остановилась на полпути к рту. Брови взлетели вверх. Мои тоже на месте не остались.

Анна Тимофеевна сидела ко мне спиной и не могла видеть, как я развела руками. Мол, какого лешего ты тут застрял, если нам вот-вот уже нужно выдвигаться?

Тетя Аня повернулась ко мне.

– Ох, – вырвалось у нее. – Покрутись-ка.

Я послушно повернулась на триста шестьдесят градусов.

Тетя Аня наклонилась, взяла край платья в руку и «пожевала» его пальцами.

– Синтетика? – деловито осведомилась она.

– Если честно, я на состав не смотрела, – ответила я. – Но если и есть, то чуть-чуть.

– Пойдет, – решила тетя Аня и поднялась со стула. – Давай тарелку, отнесу. Вы уже, наверное, опаздываете.

Сергей протянул ей пустую посуду, вышел из-за стола.

– Да, нам уже надо гнать, – согласился он. – Такси тут можно вызвать?

– Выходи за калитку, подними руку – вот тебе и такси.

– Тогда бегом, Тань.

Мы вышли на улицу.

Пока нас не было, температура воздуха заметно убавилась. Дышать стало легче, а солнце уже не заставляло щуриться. Довершал картину свежий ветер, который вмиг заставил платье облепить мои ноги.

– Не поняла, Сереж. А ты даже не переоденешься?

– По-моему, я достойно выгляжу.

– И даже душ не примешь?

– А что, от меня как-то не так пахнет?

Я демонстративно ткнулась носом ему в грудь. Футболка пахла морем и чуть-чуть жареной картошкой.

Блин, он даже здесь был идеален. Он вообще человек?

– Главное, что подарок с нами, – заметил Сергей, открывая калитку, и вдруг оглушительно свистнул прямо у меня над головой.

Я аж присела от неожиданности. Но Сергей не обратил на меня никакого внимания. Он припустил к обочине, рядом с которой только что припарковался пыльный белый «жигуленок». Водитель тут же опустил стекло.

– Куда? – громко спросил он.

– Шеф, до отеля «Эстер», – ответил ему Сергей.

– Сто пятьдесят, – лениво сказал водитель, с интересом поглядывая на меня.

– У меня пятихатка, – сказал Сергей. – Разойдемся?

– А то.

– Спасибо, шеф.

Вопреки опасениям дорога оказалась ровной, без ухабов и вмятин. Водитель повез нас в обход тому пути, которым мы шли сегодня утром, и я с восторгом рассматривала длинные холмы, усаженные рядами каких-то пушистых кустов, усеянных небольшими оранжевыми цветами. За окном проносились разноцветные домики и пестрые заборы. Мы обгоняли велосипедистов и людей, неспешно возвращавшихся с берега Черного моря.

– Что случилось с тетей Аней? – решилась спросить я. – Ты даже остался на ужин.

Сережа помолчал, потом сжал мою руку.

– Она совсем тут захирела. Не такой я ее запомнил. Понятное дело, что жизнь накладывает отпечаток, но… Помнишь, когда мы приехали, она сказала, что ей даже поговорить не с кем?

– Я хорошо запомнила эти слова, Сереж.

– Это действительно так. Она живет одна, дом потихоньку разваливается. На огород сил не хватает. Для нее любой человек – отдушина. А я – тем более. Я же есть не хотел совершенно. А потом подумал, что она готовила для нас. Стало неудобно. Вот я и решил уделить ей немного времени. Тетя Аня хорошая, ты не смотри, что иногда грубовато разговаривает.

– Я и не смотрю, – ответила я. – И ты хороший. Нет, правда. Ты хороший.

– Нельзя ей одной. Она почему-то считала мою мать подругой, хоть они и не общались после каждого нашего отъезда. Я не зациклен на воспоминаниях, Тань.

– Я так не думаю.

– Может оказаться, что так и есть. Что я маменькин сынок, что теперь, после ее смерти, у меня психологическая проблема на всю жизнь… нет. Надеюсь, во всяком случае. Но здесь на меня сваливается прошлое. Оно было счастливым, беззаботным. Сейчас я тут с тобой, и я снова счастлив. Ну а Анна Тимофеевна – неотъемлемая часть нашего отпуска. Понимаешь?

– Понимаю.

– Серьезно? – прищурился Сергей. – А вдруг я просто тащусь по женщинам преклонного возраста?

– Наконец-то раскололся. То к бабке возле магазина пристал, то тетю Аню ему жалко…

– Какой есть. Ты свой выбор сделала.

Постепенно частный сектор становился солиднее. Небольшие дома сменили виллы, одна мраморнее другой. Заборы стали выше, а зелени не было видно совсем.

Сергей напряженно всматривался в дорогу за лобовым стеклом.

– Отель где-то здесь, – сказал он мне. – Уже не помню точно. Ты в порядке? Не укачало?

– Почему меня должно было укачать? – удивилась я. – Едем спокойно, тачку не дергает, а желудок у меня пустой.

– День-то был жарким.

– Слушай, «выключи» врача хотя бы на сегодняшний вечер, – попросила я его. – Мне очень приятно, что ты так заботишься обо мне, но нельзя же постоянно быть начеку. Давай так: если понадобится, то я к тебе обращусь.

Он устало потер лоб рукой.

– Ты права. Я действительно не могу расслабиться. Знаешь, я даже как-то поймал себя на мысли, что даже по пути на работу или когда я в магазине, то присматриваюсь к людям. Увижу кого-то и начинаю ставить диагнозы и давать прогнозы. Например, купил какой-то мужик вино и чипсы, а я уже все про него знаю.

– По внешнему виду?

– Да. Ты даже не представляешь, насколько «откровенно» наше тело. Оно порой кричит о том, что ему плохо, и сливает информацию всем, кто встречается на пути.

– И что же с мужиком, который купил вино и чипсы?

– Высокое давление, проблемы с поджелудочной, хронический недосып.

– Ну, Сереж, эти проблемы у каждого второго…

– Да, но у него эти проблемы уже проявились.

– А мое тело что тебе рассказало? – улыбнулась я и тут же спохватилась: – Молчи. Ни слова. Даже если что-то есть, то не надо мне ничего говорить.

– Ну, у тебя есть кое-что… – начал Сергей.

Я со смехом навалилась на него, схватила за плечи.

– Тебе конец, – предупредила я.

– Мы еще не приехали, – расхохотался Сергей.

Водитель сбросил скорость, посмотрел на нас через стекло заднего вида.

– Откуда такие веселые? – широко улыбнулся он.

– Из дома, шеф, – ответил ему Сергей. – Смотри на дорогу.

– А мы уже приехали.

– Вижу.

Машина плавно завернула к высоким черным воротам.

Мы выбрались на воздух. К нам тотчас же подошел широкоплечий мужчина средних лет в черной рубашке, словно ожидал именно нашего прибытия.

– Вы на свадьбу? – вежливо поинтересовался он.

– Да, – кивнул Сергей.

– Представьтесь, пожалуйста.

Мы назвали наши имена. Мужчина кивнул, снял с пояса рацию.

– Впусти гостей, Паш.

Створки ворот тут же пришли в движение. Из них навстречу нам вышел совсем молоденький паренек лет, наверное, восемнадцати от роду. Однако черная рубашка, в которую он был наряжен, как и мужчина, ясно давала понять, что тут нам не шуточки, а сам он работает по-серьезному.

– Проходите, – уступил нам дорогу Паша. – Вверх по дорожке, а там увидите.

Сергей взял меня за руку и первым ступил на усыпанную гравием широкую тропинку.

На улице стремительно темнело, и место, в котором мы очутились, в сумерках выглядело довольно таинственно. По обе стороны от тропы были высажены пальмы, между которыми, подобно сигнальным огням на взлетной полосе, мерцали низкие круглые светильники.

До моего слуха донеслись звуки музыки.

– Ё-моё, да это дискотека восьмидесятых, – шепнул мне Сергей. – Доктор Албан! Е-е-е. Иц май лайф! Представляю, какая веселуха тут намечается.

Тропинка шла вверх, и я отчего-то быстро устала. Вспомнила непростой подъем на смотровую площадку и лишний раз поразилась тому, как можно привыкнуть к таким рельефным перепадам местности. А ведь те, кто здесь живет на постоянной основе, то и дело то в горку, то с нее.

– Ничего не узнаю, – сказал Сергей с некоторым сожалением. – Все перестроили, все новое, белое какое-то. И лишний этаж надстроили зачем-то.

Впереди показалось здание, больше напоминавшее виллу из мексиканского сериала. Широкие колонны, подпирающие балконы, были обвиты светодиодными фонариками. Из-за колонн прямо-таки выплескивался неоновый свет, меняясь с синего на красный, с розового на фиолетовый. Музыка становилась все громче. Стали различимы людские голоса.

Сергей остановился, отошел на два шага в сторону.

– Посмотри, я действительно нормально выгляжу?

– Более чем, Сереж.

Он взвесил в руке пакет с подарком.

– Нужно было цветы, что ли, купить…

– Они и не заметят, что мы без них, – успокоила я его.

До входа в отель-виллу оставалось преодолеть три широкие ступени, что мы и сделали.

Чтобы не растянуться на глазах у незнакомых людей, я придерживала подол платья. Сергей подставил мне локоть.

– А сейчас выяснится, что мы все перепутали и приехали вообще не туда, – вдруг сказал он. – Заходим такие, а ни одной знакомой рожи не видно.

Меня разобрал смех.

– Видно, – сказала я. – Две точно насчитала.

Мы стояли на пороге – или на границе? – внутреннего дворика, который начинался сразу за колоннами.

Два человека, с которыми мы уже были знакомы, стояли лицом к нам. Это были Шейнины. Отец Илья и его сын Иван. И я бы их не увидела, если бы какие-то люди только что не отошли в сторону, освобождая нам проход.

Людей во дворе было человек тридцать, не меньше. И все, слава богу, выглядели точно так же, как и мы. Никаких вычурных нарядов, никаких убойных ароматов помпезных духов, никаких силиконовых губ, смокингов и тщательно выверенных поз, которые подчеркнут одну часть тела и надежно спрячут другую, более невыгодную. В руках гостей, впрочем, мной были замечены высокие бокалы с шампанским, и этот факт все-таки намекал на то, что некая торжественность момента все же присутствует.

Из огромной колонки гремела музыка, и ее громкость, похоже, никого не напрягала. Я бы в жизни не сказала, что тут проходит свадебное торжество. Скорее, корпоратив.

Илья заметил нас первым и тут же расцвел, как орхидея. Большая пузатая орхидея.

Он схватил за плечо Ивана, указал на нас и тут же пошел навстречу нам, оставив сына одного.

Они с Сергеем пожали друг другу руки, а потом Илья отбросил церемонии и запросто обнял его.

– Тань, ну ты красотка, – довольно промычал он, отпустив Сережу. – Алка тут где-то бегает. Вас только и ждали.

– А где стол со сливовым вином? – спросил Сергей. – Я-то надумал напиться… Не понял. Это что, бассейн?

– Я же говорил, что тут и поплавать можно! – обрадовался Илья.

Я тоже не сразу заметила бассейн. Он был небольшим и скрывался за спинами людей, которые стояли около бортика. Там же были расставлены столики, на которых я увидела большие вазы с фруктами, пирамиды сверкающих бокалов и ровные ряды бутылок со всевозможным содержимым.

– Ал, иди сюда! – крикнул куда-то в сторону Илья. – Народ, встречайте мою невесту!

Алла спускалась по каменной лесенке со второго этажа. Выглядела она превосходно. Простое белое платье без рукавов едва прикрывало колени. В руках держала маленький букет цветов, обвязанный шелковыми лентами, длинные концы которых начинали волноваться при каждом ее шаге.

Ох уж эти букеты. Если все пойдет по плану, то в дальнейшем цветы, красиво запущенные Аллой в толпу девушек, должны будут попасть в руки той, которой предстоит в недалеком будущем рассылать приглашения, придумывать меню и выбирать банкетный зал для теперь уже своей свадьбы. Традиция метания букетика пришла к нам из-за границы, но она мне очень нравилась. Главное, что прижилась.

Люди стали аплодировать и расступаться, освобождая Алле дорогу. Она медленно шла по живому проходу в нашу сторону. Илья ждал, заранее протянув ей обе руки.

– Расписаться-то не забыли? – спросил кто-то из гостей.

– Расписались уже, – громко ответил Илья. – Два месяца назад, еще до отпуска. А вот свадьбы и не было. Так что все просто, все сейчас. Я жених, а она невеста. А завтра уже будем мужем и женой.

Он взял подошедшую Аллу за руки и посмотрел на нее с такой любовью, что я чуть не позавидовала. И надо же такому случиться, что именно в этот момент кто-то толкнул меня в плечо.

– Извините, пожалуйста, – выходя из-за моей спины, прошептала светловолосая девушка с фотоаппаратом в руках. – Вы не могли бы отойти на три шага назад?

Мы с Сергеем тут же уступили ей место. Мгновенно возникшая злость сменилась на милость, потому что я не понаслышке знала о сложностях работы фотографом. Куда меня только не заносило в попытках запечатлеть улики! В каких только позах я не побывала в ожидании поймать нужный кадр!

Девушка закружилась вокруг новобрачных. Затвор ее фотоаппарата щелкал, не переставая.

В какой-то момент Илья поймал ее за руку.

– Отдохни, дорогая, – попросил он. – Фотографии получатся лучшими, в этом я не сомневаюсь. Ты снимков двести, наверное, сделала.

– Поняла, извините, – смутилась девушка и отступила.

– Горько! – вдруг крикнула Алла и бросилась Илье на шею.

– Смотри-ка, чего творят! Совсем стыд потеряли! – услышала я веселый мужской голос, обладатель которого стоял где-то сбоку. – Вы бы еще поженились тут!

Илья что-то попытался сказать в ответ, но его голос потонул в громком смехе, который грохнул со всех сторон.

Это выглядело очень смешно. Та непосредственность, с которой молодожены выражали свои чувства, полное отсутствие пафоса и высокомерия, показухи и наигранности в поведении приглашенных указывали на то, что люди здесь действительно собрались простые, под стать главным виновникам торжества.

Мои опасения насчет того, что мы будем чувствовать себя неловко на чужом празднике жизни, растаяли с первыми звуками музыки, которая тут же заполнила собой внутренний дворик отеля. И люди тут простые, кажется. Никто не смотрит свысока, а мог бы. Потому что ну кто мы такие? Случайные знакомые. Ну ладно, не просто случайные.

Алла и Илья самозабвенно целовались, словно были одни в своем космосе. Словно никого и не было вокруг.

Я не чувствовала неловкости, глядя на них, потому что было видно, что они действительно любят друг друга, что Илья не папик, а Алла не прыткая особа, которая завтра же подаст на развод и обчистит бедолагу до нитки. Нет, тут была другая история.

Жених оторвался от невесты и шумно выдохнул.

– Это тебе не золото лопатой грести, – дополнил его движение какой-то парень. – Ал, он целоваться-то хоть умеет?

– А ты проверь! – предложила остряку Алла.

Ее шутку оценили по достоинству. Смеялись не только молодые, но и большинство гостей.

Я не заметила среди них ни одного пьяного человека. Значит, реально только недавно начали.

– Наливайте все, что хотите! – крикнул разгоряченный Илья. – Нет, в этом пиджаке я сдохну. Это невыносимо. Шампанского всем! Сейчас будет еще один тост. Серёг, у тебя налито?

– Я еще не успел, – ответил Сергей.

Илья подошел к одному из столиков, налил два бокала шампанского. Один протянул Сергею.

– Я сегодня тут такой живой и красивый благодаря одному человеку, – провозгласил он и отступил в сторону, чтобы все смогли получше рассмотреть Сергея. – Вот он. Запомните его.

Сережа опустил голову, замялся.

– Ну зачем ты? – едва слышно спросил он.

– Потому что помог, дружище.

Разговоры вокруг затихли. Илья дал всем понять, что тост будет не шуточным.

– Сергей работает врачом, служит людям. Вы на меня так не смотрите, я трезвый. Просто если бы сегодня он не оказал мне помощь, то вряд ли я сейчас тут отплясывал бы.

Алла подошла к Илье, прижалась щекой к его плечу.

– Все так и есть, – подтвердила она, не сводя глаз с Сергея. – Спасибо тебе еще раз.

– Да перестаньте вы уже, – попросил он.

– Перестану, не переживай, – согласился с ним Илья. – Но деталей случившегося уже никогда не забуду. За тебя, прекрасный ты человек!

– Ну наконец-то, – выдохнул Сергей и, спохватившись, протянул Илье пакет с подарком. – Так бы и таскал его до самого конца. Потом посмотришь, ладно?

– Ладно, – горячо уверил его Илья.

Алла встала на цыпочки и чмокнула Сергея в щеку.

– Спасибо, – пропела она и тут же потянула Илью в сторону.

Сережа вернулся ко мне и залпом осушил свой бокал.

– Сделали из меня какого-то болвана, – признался он. – Ненавижу все это.

– Ну перестань, – попросила я. – Все закончилось.

– Это было ужасно.

Тем временем Илья вместе с Аллой поднялись на лесенку, которая вела на второй этаж.

– Гуляют все! – крикнули они хором.

Я попятилась, чтобы уступить место молодой паре, которая принялась танцевать прямо перед моим носом, и наткнулась на кого-то спиной.

– Теперь мы квиты, – услышала я.

Это была девушка, которая только что делала фотографии. Она стояла у самой стены и просматривала слайды.

– Я ведь на самом деле не фотограф. Настоящий фотограф напился и сейчас спит в подсобке, – зачем-то объяснила она.

– Какой ненадежный товарищ, – заметила я. – Злоупотребляет?

– Вряд ли. Просто расслабился раньше времени, а потом решил, что ему море по колено. Илья Георгиевич сунул мне его фотоаппарат в руки за пять минут до вашего прихода: «Снимать умеешь?» Я умею, но я не профессионал, о чем его и предупредила. Он махнул рукой, потому что выбора ни у него, ни у меня не было.

– Надеюсь, он оплатит вашу работу? – спросила я.

– Обещал, что не обидит, – кивнула девушка.

– Трудно вот так сразу включиться в процесс, наверное, – посочувствовала я. – Особенно если ты не профессионал.

– А я предупредила, – улыбнулась моя новая знакомая. – А Илья Георгиевич сказал, что тут все свои. Попросил не бояться, если фотки будут неудачными. «Я, – сказал, – человек простой. Я что, – сказал, – не понимаю ничего, что ли?»

– Очень на него похоже, – рассмеялась я.

Мы находились в стороне от основной тусовки. Светские беседы сменились на громкий смех и шуточки из серии: «Что за кума, коли под кумом не была». Илья вышагивал уже без пиджака, а Алла была с пустыми руками. Букет невесты, видно, не особенно-то и был ей необходим.

– Я Катя, – сказала девушка.

– А я Таня.

Я вдруг заметила пожилую женщину, направляющуюся в нашу сторону. Поначалу казалось, что она должна пройти мимо, но ее цепкий взгляд, направленный на нас с Катей, сомнений не оставлял – ей нужны были именно мы. Ну или кто-то один из нас.

Объект неумолимо приближался. Я была готова вжаться в стену, потому что почувствовала, что на меня надвигается проблема. Не моя, но чья-то, но как-то со мной связанная.

Женщина остановилась около нас и стала осматриваться. При ближайшем рассмотрении она оказалась весьма недурна собой. Она была высокой и очень худой, что подчеркивал темно-синий брючный костюм. На ее плече на длинном ремешке болталась мизерная сумочка в тон одежде. На лице было написано нетерпение. Тонкие губы недовольно кривились.

– Вы тут фотографируете? – спросила она у меня низким голосом.

– Не я, а Катя.

– А в чем дело? – спокойно поинтересовалась Катя.

Вместо объяснений женщина открыла сумочку и достала оттуда несколько купюр.

– Возьмите, – протянула она их Кате. – Я в курсе, что вам пришлось заменить того алкаша, который сейчас валяется где-то в отеле.

– Ну зачем вы? – испугалась Катя.

– Неустойка. Вы очень выручили. Пожалуйста, не отказывайтесь.

Ее рука с зажатыми в них деньгами так и висела перед нашими лицами. Я насчитала тысяч пять, не меньше. Вот это да. Однако Катерина не знала, как ей поступить. Стушевалась, выискивая взглядом Илью.

Я решила выручить девчонку.

– Спасибо, – и я аккуратно вынула из пальцев незнакомки деньги. – Возьми, Катюш. Карманы есть? Вижу, есть. Прячь быстрее, а то потеряешь.

Женщина перевела на меня внимательный взгляд.

– Угостите сигаретой, – приказала она.

– Откуда вы знаете, что я курю? – растерялась я.

– Разве не курите?

Вопрос был задан насмешливым тоном. В другой обстановке я бы осадила подобное поведение, но сейчас у меня не было желания хоть как-то показывать свою неприязнь.

– Мои сигареты остались в номере, – внезапно смягчилась женщина, – иначе я бы не стреляла у чужих. Если переживаете, что здесь нельзя курить, то я скажу, что можно. Специально заранее узнавала.

– У кого?

– У администратора. Тут где-то должна быть специальная урна.

Катя отошла от стены, примерилась и вскинула фотоаппарат. Сделала шаг в толпу, потом еще один. Люди, попадавшие в кадр, тут же начинали ее обнимать, а потом принимались позировать, и девушке приходилось на ходу искать нужный ракурс.

– Хорошая девочка, – заметила дама. – Работящая. И честная.

Я угостила ее сигаретой. Мы закурили, я стала искать взглядом Сергея, которого до сих пор не было. Но вместо него я увидела Илью, который направлялся в нашу сторону.

Господи, и у этого какой-то нервный вид! Что еще случилось?

Руку с сигаретой я инстинктивно спрятала за спину. А вдруг курение тут строго воспрещено и эта суровая женщина меня попросту надула? Илья уже выпил, сейчас вставит мне по первое число.

Но Илья никому не собирался вставлять. Он подошел к нам и закатил глаза.

– Я счастлив, девчонки!

И он обнял нас обеих сразу. Его рубашка была влажной от пота, но пах он, слава богу, гораздо лучше.

Отпустив наши плечи, Илья оглянулся на гостей.

– Кажется, все в порядке, – сказал он. – А у вас?

– У меня все отлично, Илья. Спасибо, – не покривила я душой. – А тут присесть где-то можно? Ни одного стула не вижу.

– Возле бассейна лежаки стоят, – ответил Илья. – Прямо возле воды.

– Вот сам на них и лежи, – насмешливо произнесла женщина.

– Ну почему же, это оригинально… – попыталась возразить я.

Улыбка слетела с лица Ильи.

– А тебе, мать, все неймется? – спросил он у женщины.

– Ошибаешься. Меня все устраивает, иначе бы меня здесь не было, – отрезала женщина.

Они общались фамильярно, подстегивали друг друга так, как позволено это людям, которые давно знакомы. Эти двое явно были как-то связаны, но я не могла понять, какими именно узами. Однако находиться рядом с ними мне было неловко, и я попыталась незаметно уйти.

Илья мгновенно пресек эту попытку.

– Извини, Тань, – он ткнулся мне в ухо губами. – А вы еще не знакомы?

– Не успели, – холодно ответила женщина.

– Да, не успели. Меня Таней зовут, – представилась я.

– А я Светлана Борисовна.

– И по совместительству моя мать, – закончил Илья и обернулся, услышав что-то интересное. – Глеб! Глеб, а где Марья? Почему не вижу?

Он тут же забыл о нас и пошел к невидимому Глебу, раздавая людям по пути хлопки по плечам и рукопожатия. Каждый, к кому он подходил, казалось, был с ним в прекрасных отношениях. Ему улыбались, с ним шутили. Даже не слыша слов, можно было сказать абсолютно точно: в этот знаменательный день Илья окружил себя теми, с кем ему было приятно общаться. Вышло так, что я и Сережа тоже оказались в этом списке.

Но были и те, с кем у Ильи по какой-то причине не заладилось. По идее, это были его кровные родственники. Сын и мать.

– Он сказал, что возле бассейна можно найти лежаки, – холодно произнесла Светлана Борисовна. – Не хотите составить компанию в поисках?

И она с силой вонзила окурок в крышку высокой урны, которую я и не заметила. Как и знак «Курить запрещено», который был на ограде прямо у меня за спиной.

Глава 4

– Налить тебе еще? – спросил Сергей, показывая бутылку с вином. – Может быть, сок налить? Там полно, еще и газировка всякая.

– Спасибо, но у меня еще есть.

Он стоял возле одного из пляжных лежаков, на котором мы со Светланой Борисовной все-таки решили устроиться. Они были расставлены по всему периметру бассейна. Я могла поклясться, что их раньше тут не было. По всей видимости, они были установлены тут несколько минут назад.

Мы расположились на той стороне бассейна, которая находилась прямо под окнами отеля. Я была уверена, что свободных мест здесь не будет, и была приятно удивлена, когда поняла, что гости предпочитают активность отдыху. К тому же начинала сказываться усталость, накопившаяся за день.

В руках у Сергея была бутылка вина и два бокала.

– Стырил с общего стола, – объяснил он. – Кражу никто не заметил. Между прочим, услышал краем уха, что кое-кто из гостей собирается купаться.

Светлана Борисовна раздраженно разглядывала танцующих.

Конечно, мы были знакомы всего ничего, но у меня сложилось четкое мнение, что она вообще по жизни редко чем бывает довольна. А уж то, что она является матерью Ильи, и вовсе не укладывалось в голове. Это сколько ей лет, получается?

Предположим, что Илье пятьдесят. Тогда его матери под семьдесят, как минимум. Опять же, несколько лет в ту или иную сторону решающей роли не играли.

Но она никак не тянула на свой возраст. Я бы дала ей пятьдесят пять, да и то с натяжкой. Даже при нечетком освещении было видно, насколько ухоженной выглядела Светлана Борисовна. И ведь ни грамма лишнего веса при ее немаленьком росте. А какая осанка! Любой бы на моем месте оценил ее отличную физическую форму.

Интересно, а Сергей в курсе, что она не просто случайная знакомая, а родная мама нашего нового друга?

В этот самый момент гости расступились, не прекращая, однако, двигаться в такт музыке, которая все так же гремела на весь район, наверняка приводя в ужас всех соседей.

На свободном пространстве тут же нарисовалась знакомая парочка. Илья бережно вел Аллу в каком-то замысловатом танце, напоминающем одновременно танго и цыганочку. Впрочем, музыкальная эклектика никак не мешала им двигаться в некоем очаровательном синхроне, что выглядело очень достойно. Определенно, эти двое чувствовали друг друга, несмотря на то что их танец был спонтанным, а не заранее отрепетированным. На каждое движение партнера невеста отвечала своим па, ни разу не отстав от него.

– Браво! – крикнул кто-то.

В ответ на это Илья только рассмеялся.

Однако были и те, кого не сильно обрадовало увиденное.

– Позер, – сказала Светлана Борисовна. – Всегда таким был. А уж когда деньги появились, то совсем дурным стал.

Она произнесла это специально для меня. Может быть, искала поддержки в чем-то, но я не знала, как реагировать на ее слова. Да и что я могла знать о ней и о ее отношениях с сыном?

Сразу вспомнилось, как Илья общался с сыном на наших глазах. Он вел себя с ним совсем не по-дружески и не скрывал этого от посторонних. Алла явно не мать Ивана, и Илья мог бы, наверное, не брать сына в отпуск. Или хотя бы поселить его не в одном доме со своей новой избранницей.

Мне не было известно ничего об этих людях. По какой причине Илья Георгиевич расстался со своей первой женой, да и жива ли она вообще? Почему Иван, не скрывая неприязнь к своему отцу, все же непременно находился где-то поблизости от него? И как так вышло, что Светлана Борисовна тоже не особенно скрывает свое отношение к родному сыну, отзываясь о нем как о человеке легкомысленном и пафосном?

Я ничего не ответила ей. Не стала развивать тему. Да и не хотелось. Для меня Илья и Алла были людьми, с которыми нам ничего не пришлось делить. Хотя о чем это я? За квадратные метры-то успели вчера пободаться. Но и тут все обошлось без последствий. Илья оказался человеком отходчивым, и Алла быстро забыла тот самый неловкий момент, когда увидела меня стоящей возле ее чемодана с ее же сарафаном в руке. А ведь могла бы и нос задрать и отказаться сидеть со мной за одним столом.

– А где Ванька? – очнулась Светлана Борисовна. – Не вижу его что-то.

Я тоже стала крутить головой. Иван был замечен мной в самом начале торжества, а после этого я его и не видела.

Сергей, прислушивавшийся к тому, что говорила Светлана Борисовна, передал мне вино.

– Он вам нужен? Пойду поищу, – предложил он.

– Не нужно, – покачала головой Светлана Борисовна. – Он на лестнице.

Я обернулась. Лестница, по которой недавно спустилась смущенная невеста, находилась у нас за спиной.

Иван поднимался на второй этаж. На секунду остановился, взглянул на гостей, а потом снова продолжил свой путь.

Издалека трудно было рассмотреть его лицо, но мне показалось, что он не просто так решил подняться повыше. На втором этаже в дверном проеме я заметила знакомую женскую фигуру.

Это была Катя, только без фотоаппарата в руках. Дождавшись Ивана, она исчезла в дверях. Иван последовал за ней и вскоре скрылся с глаз.

Я тут же отвела взгляд.

Нечего лезть в чужие жизни, Татьяна. Пусть это делают те, кому есть до них дело.

Между тем свадебный танец жениха и невесты закончился, о чем сообщила полная тишина, воцарившаяся вокруг. Но счастье длилось недолго. Подвыпившие приглашенные радостно отреагировали на увиденное. Двор отеля с четырех сторон был огорожен высокой каменной стеной, и каждый звук, раздававшийся в замкнутом пространстве, мгновенно усиливался. Казалось, что все говорят на повышенных тонах, но на самом деле люди просто не сдерживали эмоций.

К Илье подлетела полненькая девушка в пышном платье желтого цвета. С размаха повисла у него на шее.

– Поздравляю вас, ребята! – смеялась она, спотыкаясь на каблуках. – Вы такие… огонь! Бомбический огонь, а не свадьба! Илья Георгич, я никогда так не отдыхала!

В ее руках был маленький букетик, который ей, видимо, отдала на хранение Алла. Шелковые ленты, которыми он был обвязан, застревали в складках ее платья.

Илья Георгиевич обнял девушку за плечи.

– А это, если кто не знает, самый лучший секретарь в мире! – возвестил он. – Людочка. Мой штурман и защитник в деловых вопросах.

Людочка с обожанием смотрела на шефа. Она была довольно пьяна.

Светлана Борисовна вновь качнулась в мою сторону.

– Людочка, как и многие из тех, кто сейчас тут находится, прибыли на праздник на халяву, – негромко сказала она. – Не подумайте, что я их всех ненавижу. Никоим образом. Упаси боже. Это его дело. Он захотел и сделал. Одарил всех бесплатным отпуском на море, и ведь никто не отказался. А ведь могли бы.

Несмотря на то что она говорила очень тихо, Сергей услышал ее слова.

– Я глубоко извиняюсь, но вам не все ли равно? – равнодушно спросил он. – Понимаю, могут быть причины нелюбви, но сейчас-то, когда здесь люди отдыхают, ваш сын счастлив, мы отдыхаем… Что вас не устраивает?

Светлана Борисовна смерила его презрительным взглядом.

Я незаметно сжала Сереже руку.

– Ты-то что завелся? – едва слышно спросила я у него.

– Не люблю недовольных. И излишнюю откровенность тоже не понимаю.

– А вам и не нужно понимать. Вы мне рот хотите заткнуть? – усмехнулась она. – Не старайтесь. Не получится.

– Не буду я затыкать вам рот, – ответил Сережа. – Но хотелось бы знать, в чем причина вашей неприязни к сыну и его знакомым. Не объясните, если уж начали?

Я уже успела сообщить Сергею о степени родства этой моложавой и стильно одетой дамы и Ильи.

Услышав новость, Сережа чуть не упал в обморок.

– Ничего я не буду объяснять, – отказалась откровенничать Светлана Борисовна.

– Как-то это некрасиво выглядит, – заметил Сергей.

– Некрасиво, – вдруг согласилась женщина. – Как вы, наверное, поняли, это не первый брак моего сына. Но если его первую жену я прекрасно знала еще до того, как она ответила ему «да», то вторая…

Мне стало неловко. Ну что это такое? Мы пришли на праздник. Нам тут нравится. Прекрасное вино, чудесная погода, а где-то за стенами отеля бескрайний берег теплого моря. Ну почему эта утомленная жизнью Светлана Борисовна решила присесть на уши именно нам?

Словно угадав мои мысли, она коснулась моего плеча.

– Материнские обиды, – вдруг улыбнулась она. – Не обращайте внимания. Лучше уж вам, чем кому-то из этих людей.

Она обвела взглядом дворик, наполненный смехом и громкими голосами.

Сергей сел рядом с ней.

– Подлить вам? – спросил он и указал подбородком на пустой бокал в ее руке.

Светлана Борисовна не стала долго раздумывать.

– А давайте! – решительно сказала она, протягивая бокал Сергею.

– Красное, розовое, белое? – спросил он. – Или шампанское? Или… – он понизил голос, – водки желаете? Я видел, кажется, пару бутылок. Могу приготовить чудесный коктейль.

– Никаких коктейлей, – отрезала Светлана Борисовна. – Красное вино. И непременно сухое!

– Любой каприз.

Сережа ушел за вином. Светлана Борисовна достала из сумочки мобильный телефон.

Я тактично отвела взгляд и стала выискивать взглядом Илью и Аллу. Это оказалось весьма сложным занятием, и я вскоре бросила это дело, но сам процесс разглядывания приглашенных просто так, без задней мысли, оказался весьма увлекательным и даже принес некоторые плоды.

Я заметила Аллу, стоявшую на краю бассейна. Она что-то объясняла жестами пожилому мужчине, и он то и дело посматривал в сторону отеля, словно что-то прикидывая в уме.

Я решила, что мужчина здесь работает, и Алла, видимо, решала с ним какие-то организационные вопросы.

Наконец он кивнул и удалился. Невеста тут же переключила внимание на Сергея, который как раз оказался неподалеку. Подошла к нему, положила руку на плечо, что-то сказала.

Сергей покачал головой. Алла тут же отошла.

Она кого-то искала. Может быть, Илью? Его я тоже не могла найти.

Сережа принес Светлане Борисовне бокал вина.

Она отпила немного, удовлетворительно кивнула.

– То, что нужно. Терпкое, некрепкое. Отлично.

– Алла потеряла мужа, – сообщил Сергей, присаживаясь рядом со мной. – Его нигде нет.

– Появится, – сказала Светлана Борисовна. – От такой красоты разве убежишь?

Снова сарказм, да еще какой. Она не любила Аллу, но отыгрывалась на сыне.

Если честно, меня достали ее заявления. Словно ложка за ложкой дегтя в бочку с медом. Капля за каплей. Достаточно.

– Где тут туалет, Сереж?

Я поднялась с лежака, оправила платье. Только бы надоедливая мамаша Ильи не решила составить мне компанию.

– Думаю, в отеле точно будет. Пойдем, провожу тебя, – ответил Сережа.

– Потом расскажете маршрут, – попросила Светлана Борисовна.

– Непременно.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж, но перед тем, как зайти внутрь, я остановилась. С этой точки весь дворик был у наших ног.

Я перегнулась через перила. Лежак был прямо под нами. Светлана Борисовна снова что-то рассматривала в мобильном телефоне. Около столиков с закусками и напитками толпился народ, но долго там никто не задерживался. Люди наполняли свои бокалы и тут же возвращались на танцпол. Только немногие, так же как и мы, присаживались на лежаки, чтобы отдышаться. В углу дворика я увидела Катю, прислонившуюся плечом к стене. Ее лицо освещалось дисплеем фотоаппарата, очевидно, она рассматривала отснятый материал. Если бы не этот свет, я бы не заметила ее.

Позади нас приоткрылась дверь, в проеме стоял Иван. Ворот рубашки его был расстегнут, через плечо было перекинуто полотенце.

– Прошу прощения, – буркнул он. – Чуть не врезался в вас.

– Ты отца не видел? – спросила я.

Иван перегнулся через перила и осмотрел дворик.

– Ну, если его здесь нет, то я не в курсе, где он может быть, – ответил он.

– Чего это ты с полотенцем? – спросил Сергей. – Не в бассейн ли собрался?

– В бассейн. Купаться не воспрещено.

Он стал спускаться по лестнице.

– Сереж, а купаться-то опасно. Многие выпили. Полезут сейчас за ним в воду, а потом выбраться не смогут.

– Надеюсь, ума у них хватит.

Мы зашли внутрь и оказались в длинном коридоре, расходящемся по обе стороны от нас. С каждой стороны было по десять, не меньше, деревянных дверей.

– Сунемся в тот номер, где никого не будет, – понизил голос Сережа. – Быстро навестим туалетного друга, а потом уйдем.

– И получится то же, что случилось в доме Анны Тимофеевны, – вспомнила я. – В номер зайдет хозяин и обвинит нас в чем угодно.

Впрочем, развивать тему не хотелось. Хотелось поскорее решить проблему, а еще больше – побыть в относительной тишине. И тут, словно назло мне, кто-то врубил во всю мощь ирландские танцы. Мелодия была приятной, но в данный момент я была рада тому, что не нахожусь рядом с динамиком.

Сергей подходил в каждой двери, стучал, ждал ответа, но никто нам так дверь и не открыл. Но самый последний номер отказался не заперт. Дверь была приоткрыта.

– Извините, – громко произнес Сергей, – вы не подскажете, где нам найти туалет? Совсем мы тут потерялись.

В ответ мы не услышали ни слова.

Сережа надавил на дверь кончиками пальцев, дверной проем стал еще шире.

– Хватит придуриваться, – попросила я. – Пошли отсюда. Наверняка нам в другой конец здания.

Сергей не ответил. Так и стоял на пороге чужого номера, всматриваясь в темноту. Вся его поза говорила о том, что он не просто прислушивается – что-то привлекло его внимание.

– Что там, Сереж?

– Подойди.

Не сходя с места, он протянул мне руку.

– Посмотри. Мне же не кажется?

Я заглянула в номер. Проникающий из коридора свет освещал часть комнаты и край деревянного каркаса кровати. Но не это привлекло внимание Сергея. И даже не то, что дверь оказалась открыта, но внутри никого не было.

Пол. На полу была лужа темно-красного цвета, издалека почти черного.

Сергей тут же распахнул дверь, чтобы было лучше видно. С улицы донесся взрыв смеха нетрезвых гостей.

Он первым шагнул внутрь. Быстро прошел в комнату, обогнул кровать.

– Таня, включи свет! Тут человек на полу.

– Господи…

Я поискала выключатель и обнаружила его в коридоре.

– Это Илья.

Это я и сама поняла. Илья Георгиевич лежал на спине возле кровати, голова была отвернута в сторону. Под головой виднелось кровавое пятно, настолько большое, что его края достигли середины комнаты. Край этой лужи мы и увидели с порога.

Сергей тут же опустился на колени, приложил палец к сонной артерии Ильи. Потом приблизился и склонился над его лицом.

– Отойди в сторону, – скомандовал он и сложил руки на груди Ильи.

Я послушно отошла назад, стараясь делать минимум шагов и держась ближе к стене.

Сергей уже делал Илье искусственное дыхание. А я молилась. Вот уж что я делала совсем редко, так это просила помощи у высших сил. Но если возникала такая потребность, то всегда неожиданно. Инстинктивно. Само собой.

Сергей ритмично надавливал на грудную клетку лежащего на полу Ильи. Мышцы на его спине ходили ходуном. Я твердила себе, что если все делать правильно, то все получится. Сережа все-таки медик, среагировал сразу же, времени не терял, теперь пытается всеми силами вдохнуть в Илью жизнь, которая так неожиданно вырвалась на свободу. Только бы успеть.

Это длилось несколько минут. То и дело Сережа прерывался в попытках найти у Ильи Георгиевича признаки жизни. Но в какой-то момент обессиленно опустился на пол рядом с ним.

– Ничего не получается. Не могу. Поздно.

– Сереж…

– Мертв.

Он тяжело встал на ноги, опираясь рукой о стену. Посмотрел на часы.

– Время смерти двадцать три часа одна минута. Так, кажется, говорят…

– Иди ко мне, – попросила я. – Постарайся идти не по центру. Не затопчи следы. Ничего не трогай и не роняй.

Мне показалось, что он едва стоит на ногах, но я ошиблась.

– Какие следы, Тань? О чем ты?

– Любые.

– Его следы? – не понял Сергей.

Я подтолкнула его к двери.

Мы вышли в коридор. Я оглянулась и вновь увидела первичную картину: кровь на полу и край кровати. Только теперь в комнате был включен свет, а мы стояли за порогом.

– Знаешь, о чем подумал? – вдруг спросил Сергей, вытирая тыльной стороной ладони пот со лба. – Хорошо, что на полу линолеум. Был бы ковер, то пришлось бы все выносить из номера, чтобы его поменять.

– Рационально мыслишь.

Сережа, скорее всего, впервые видел труп в обстановке, которая никоим образом не походила ни на морг, ни на больничную палату.

– Ты в порядке? – на всякий случай спросила я.

– Да, – сразу же прозвучал ответ, – но я не понимаю, в чем тут дело. Он что, неудачно упал? О линолеум нельзя так разбиться.

Я бы тоже хотела знать ответ на вопрос. Сережа был прав. Илья не мог получить смертельную травму головы от падения затылком на пол. Закрытая черепно-мозговая травма, потеря сознания, но не смерть.

– Нужно вызвать полицию, – решила я. – Я пойду поищу кого-нибудь из администрации. Кто-то должен быть в здании. А ты оставайся здесь и никого не пускай в номер.

– Не пущу.

– Никого, ты понял? Потому что скоро здесь соберутся все, а кое-кто захочет стереть тебя с лица земли, потому что будет не в себе.

Сергей резко побледнел.

– Голова закружилась?

– Духота достала, – отвел он взгляд.

Я поняла, что лучше его справлюсь с нежелательным напором посетителей. Он только что потерпел фиаско – не смог спасти человека. И совсем не думал о том, что нет тут его вины. А теперь ему предстояло еще и сыграть роль заслона? Слишком много для одного человека за очень короткий промежуток времени.

Если честно, я вообще плохо представляла себе то, что вскоре должно было случиться. Где-то во дворике Алла до сих пор искала Илью, а его мать, попивая винишко, наверное, мысленно все еще награждала сына нелестными эпитетами. Ни жена, ни мать еще не знали, что Ильи больше нет. Ни один гость, ни один работник отеля. Никто, кроме нас.

– Надо сообщить о том, что случилось, Сережа, – как можно спокойнее сказала я. – Давай-ка лучше ты пойдешь и найдешь кого-нибудь из персонала. А я останусь тут.

– Разберусь.

– Найди любого, кто сейчас дежурит в отеле, – объяснила я. – Просто попроси подойти сюда, но пусть никому ничего не говорят. Если гости узнают новость раньше полиции, то начнется паника.

Он кивнул и медленно стал удаляться прочь. Но с каждым шагом его спина становилась ровнее, а походка – увереннее.

Я смотрела ему вслед до тех пор, пока он не скрылся в другом конце коридора, после чего вернулась в номер и прикрыла дверь.

Времени у меня было крайне мало. Я прислушалась к звукам, доносящимся извне. Все то же самое. Гости еще не знали, что произошло. Затишье перед бурей – самое время, чтобы осмотреть номер.

Взгляд упал на Илью, который еще час назад был очень рад нашему появлению, смеялся, пожимал руки коллегам, обнимал любимую женщину. Страшно, когда беда случается с твоими близкими. Илья за сутки сумел расположить к себе не только меня, но и Сергея.

Что же с вами произошло, господин Шейнин?

Тело лежало головой к балкончику, который я сначала и не заметила за длинными занавесками. Сам балкон оказался приоткрыт, дверь удерживал ограничитель.

Под потолком негромко шумел кондиционер.

Поскользнулся или оступился? По какой причине он вообще не смог удержаться на ногах? Не настолько уж сильно он был пьян, когда мы видели его в последний раз.

Нужно было сделать все очень быстро. Я обшарила все карманы на одежде Ильи. Обернув руку салфеткой, чтобы не оставлять отпечатки пальцев, открыла каждый ящик и каждую дверь. Вышла на балкон. Заглянула под кровать, проверила мусорное ведро.

И ничего не нашла.

Все, нужно убираться отсюда. В коридоре еще никого не было. Никто еще не знал, что случилось. Как ни прискорбно, но ужасную весть людям принесет Сергей, зато ему не придется объясняться с близкими Ильи, которые через несколько минут тут появятся.

Уже не думая о том, что запрещено, а что нет, я подошла к тупиковой стене, которой заканчивался коридор, и открыла окно. Достала сигарету, прикурила. Под окном раскинулся небольшой садик с беседкой, чьи стены были увиты виноградными стеблями.

Здесь, наверное, классно прятаться от жары или сидеть до самого заката, потягивая коктейль или поедая купленный на базаре пушистый персик. Илья и Алла, наверное, уже успели оценить этот райский уголок, надежно спрятанный от чужих глаз.

Правда, теперь уже вся эта красота не имела ровно никакого смысла.

Как же умер Илья Георгиевич? От удара затылком об пол или от удара по голове тяжелым предметом? Вазой какой-нибудь, например.

Я увязла в мыслях и не сразу поняла, что случилось. Смолкла музыка, под которую отрывались гости. Наступила тишина. И почти сразу же ее разрезал громкий женский крик.

– «…в связи с чем обратился к дежурному администратору с просьбой вызвать работников правоохранительных органов. Согласно осмотру, проведенному медицинским экспертом Шагаловым Вэ Эн причиной смерти Шейнина И Гэ явилась обильная кровопотеря в результате причиненной черепно-мозговой травмы», – зачитал следователь. – Так было дело?

– Так, – ответила я. – А можно спросить? Кто из ваших сотрудников ляпнул подвыпившим гражданам, что, пока они тут веселились, в отеле убили человека?

Следователь посмотрел на меня с вызовом. Я смотрела ему прямо в глаза.

– Не вам решать, что нам можно делать, а чего нельзя, – холодно произнес он.

– Ошибаетесь.

Никому из приехавших по вызову оперативников не было и сорока. Но ребята мгновенно навели порядок. Вместе с ними прибыла неотложка, и не только для того, чтобы констатировать смерть. Многим из прибывших тоже понадобилась медицинская помощь.

Особенно сильно, как ни странно, досталось Ивану.

Пока я охраняла гостиничный номер от желающих в него попасть и лично убедиться в том, что Ильи больше нет, Сережа вместе с администратором отеля спустился во дворик, где непосредственно проходила свадебная вечеринка.

Он решил лично сообщить Алле о том, что случилось. И только потом заметил на своей футболке следы крови, в которой испачкался, когда пытался реанимировать Илью.

Как и предполагалось, увидев кровь мужа на чужой одежде, Алла дико закричала. Чтобы погасить ее истерику, кто-то даже предложил окунуть ее в бассейн, но тут же получил кулаком в лицо от несогласного с такой точкой зрения товарища. Завизжали несколько нетрезвых дам, имен которых Сергей не знал. Завязалась драка. Сергей не стал разнимать пьяных, сосредоточившись на Алле, у которой попросту подгибались колени. В этом ему помогала Светлана Борисовна, которая, услышав страшную новость, не впала в кому, а, напротив, проявила удивительную силу духа.

Узнав о том, что скоро прибудет полиция и «Скорая», она отправила Сергея к входу, а сама отвела Аллу в свой номер и заперлась там вместе с ней.

Иван же оказался никому не нужен. По словам Сергея, страшную новость он встретил спокойно. Ни отца, ни мачехи, ни бабушки не оказалось рядом с ним в один момент, и он стоял в полном одиночестве на самом краю бассейна, засунув руки в карманы, и отрешенно наблюдал за тем, как Светлана Борисовна хлопала Аллу по щекам.

Сережа хотел подойти к нему, но не успел – Иван как-то странно покачнулся и буквально скатился в воду.

Его тут же вытащили из бассейна. Видимо, вода привела его в чувство. Он оттолкнул от себя руки желающих помочь и, пошатываясь, медленно поднялся по лестнице. Впрочем, Сергей был уверен, что в одиночестве он все равно не остался, потому что та самая девушка Катя, которая фотографировала свадьбу, бросилась вслед за ним и обратно уже не вернулась.

Как я и думала, сразу же нашлись желающие убедиться лично в том, что Илья Шейнин скончался. Но так как в их числе не оказалось близких родственников, я спокойно урегулировала процесс, продемонстрировав удостоверение частного детектива.

Натиск тут же ослабел, на меня стали поглядывать не только с подозрением, но и уважительно.

Мне удалось спасти место преступления, и полиция беспрепятственно зашла в номер. Судмедэксперт тут же открыл свой чемоданчик и после проведения знакомых мне манипуляций сказал, что смерть Шейнина наступила около часа назад.

– Пытались реанимировать? – спросил он у меня.

– Да. Мой друг врач.

– Потолкую с ним потом, – он взглянул на наручные часы. – Если получится.

Из-за спины вышел невысокий мужчина в полицейской форме и присел на корточки рядом с телом.

– Как думаешь: сам или помогли? – спросил он у эксперта.

– Не могу пока сказать, – покачал головой эксперт. – Но смерть, скорее всего, наступила от обильной кровопотери – череп пробит, мозг не задет. Однако рано делать выводы. Отмою – скажу точнее.

– А когда примерно наступила смерть?

– Около часа назад.

– Спасибо, Валер, – буркнул невысокий темноволосый мужчина в полицейской форме.

– Обращайся, – ответил на это медэскперт Валера и только потом увидел меня.

Поняв, что ляпнул, не подумав, тут же более усердно, чем раньше, занялся делом.

Мужчина в погонах распрямился и переключился на меня.

– Майор Зацепин. Подождите в коридоре, скоро с вами побеседуем.

Для опроса свидетелей и очевидцев администрация выделила номер по соседству с тем, в котором мы нашли тело Ильи. В него почему-то никого не заселили.

Зацепин пригласил меня для дачи показаний, но сосредоточиться было очень трудно. В помещение то и дело заходили полицейские, следователь постоянно отвлекался, приходилось ждать, пока он освободится.

Сергея попросили подождать в коридоре.

Я рассказала Зацепину все, как оно было.

– То есть вы со своим другом тупо ломились во все комнаты в поисках туалета? – усмехнулся он.

– Ну да, – подтвердила я. – Молодость, знаете ли. Заигрались.

– Наверное, еще и выпили лишнего.

– Тут праздновали свадьбу. Все употребляли, но далеко не все пьяны. Если бы мы не стояли на ногах, то вряд ли успели бы протрезветь к вашему приезду, – ответила я. – Мы бы лыка не вязали. Как минимум.

– Пьяному море по колено, – ни к селу ни к городу заметил Зацепин. – Многие из тех, кого я сейчас увидел, как раз таки не могут сохранить равновесие.

И добавил, подумав:

– Как минимум.

Меня стал утомлять этот нелепый фарс с нотками превосходства.

– Давно вы в органах? – поинтересовалась я.

– Десять лет, – ответил парень.

– Как мне к вам обращаться?

– Алексей Олегович.

Ну что ж, значит, будем по имени и отчеству.

– Так вот, Алексей Олегович, – спокойно сказала я. – Я частный детектив.

– И это наделяет вас какими-то полномочиями? – приподнял бровь Зацепин.

– Отчасти.

– Частный детектив, говорите… А лицензия у вас есть?

Я протянула ему удостоверение, которое не брала с собой в самых редких случаях.

Зацепин изучил его и отложил в сторону.

– Мне это ни о чем не говорит, – сказал он. – Вы обнаружили труп. Вы и ваш… как его там… – он запнулся и заглянул в протокол, – Сергей Анатольевич Бойко. Вам ли не знать, что вы теперь первые из числа подозреваемых?

– Конечно, я это знаю, – ответила я. – У меня вопрос.

– Я весь внимание.

– Не для протокола, – попросила я. – Как вы думаете, мог ли Шейнин получить такую серьезную травму от удара головой об пол?

– Люди падают на ровном месте.

– И все же?

Зацепин проигнорировал мой вопрос.

– Надеюсь, вы не думаете, что я подключу вас к расследованию? – неожиданно спросил он.

– Упаси боже.

– Тогда скажите, где вы были в период с двадцати одного до двадцати двух часов?

– Во внутреннем дворе отеля, меня и моего друга видели многие. Они могут подтвердить.

Зацепин закончил с пометками и протянул протокол.

– Прочтите и подпишите. А потом пригласите, пожалуйста, вашего друга.

– Его зовут Сергей, – напомнила я.

Я уже стояла в дверях, когда следователь вдруг вспомнил, что забыл мне кое-что сказать.

– Не лезьте не в свое дело, – попросил он. – Пожалуйста.

Я покинула номер, не сказав ни слова.

Сергей ожидал в коридоре. Стоял, скрестив руки, и смотрел в пол.

Увидев меня, замер в ожидании.

– Иди, твоя очередь. Расскажи все, как было, – успокоила я его. – А я проверю, как там Алла. Встретимся около выхода.

Сделав несколько шагов, я вдруг поняла, что не знаю, куда идти.

Светлана Борисовна, как и все остальные гости, остановилась в этом отеле. Вроде бы так она сказала. Но в каком номере мне ее искать?

Коридор между тем не пустовал. Несколько человек стояли неподалеку, откровенно пялились на полицейских, старавшихся спокойно делать свою работу. Но от любопытства посторонних нигде не скрыться, это я прекрасно знала. И я могла понять тех, кто хотел знать правду. Уж слишком резко их вечер перестал быть томным.

По пути я вышла на площадку, с которой спускалась во двор лестница.

Странное дело, но во дворе до сих пор был народ. Только никакого веселья не чувствовалось. Гости сидели на лежаках, многие до сих пор прикладывались к вину. Осуждать за это я их не имела права. Людям нужно было обсудить случившееся. Главное, чтобы никто не бился в истерике и не натворил глупостей.

– Да прекрати уже! – услышала я раздраженный женский голос со стороны группы стоявших возле бассейна. – Ну и куда нам теперь деваться? Переезжать, что ли? А куда? В частный сектор? А на какие деньги, ты об этом подумал? Илья Георгиевич оплатил нам неделю проживания и перелет в оба конца, сказал, что остальные расходы тоже возьмет на себя. Несмотря на то что это я работала у него, а ты сюда прилетел как мой муж. Да блин, Егор! У меня и пяти тысяч с собой не будет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.