Евгения Хамуляк
Кука Белла Мака

Ей все время снились голоса… Голоса?

Много голосов. Они прорезали темноту, в которой она находилась, яркими разноцветными вспышками, а потом стремительно гасли, словно падающие звезды. Звезды?

И чем больше она к ним прислушивалась, тем больше различала два. Один такой большой и воздушный, как облако. Розовое облако.

А другой густой и могучий. Синий поток. Он лился быстрой рекой, в которую хотелось упасть и раствориться.

Ей очень нравился этот сон с Розовым и Синим. Она могла часами, тихонечко дыша, чтобы не спугнуть, слушать голоса, которые иногда превращались в цвета. И всегда-всегда безошибочно отличала их двоих в общем потоке звуков и цветов, которые проносились мимо, словно скорые поезда. Поезда?

Самым интересным было наблюдать игры этих двух цветных звуков, особенно когда они сливались вместе. Сказочное представление! И хотя ничего другого она больше не видела, потому что ничего другого больше с ней не происходило, невозможно было оторваться от этого зрелища. Хотелось смотреть на это бесконечно. Ей очень нравилось, как Синий и Розовый танцуют. Танцы?

Сначала взмывают вверх, потом падают вниз, потом как-то вот так, а затем эдак, и переплетаются в косички. Косички?

Она хотела повторить за ними и попыталась потрогать себя, вдруг осознав, что у нее где-то тоже есть или были или будут косички. Красиво, когда косички танцуют. Вот так, потом вот эдак и снова так-так.

Она пошевелилась, как делали Розовый и Синий, и резко замерла. Ножками. Танцы танцуют ножками?! У нее есть ножки?! Но ножки – не косички…

И все же Розовый и Синий танцевали как косички. Или нет? Как бабочки! Ух ты, бабочки! Что это? В ротике завертелось какое-то слово, но она никак не могла поймать его язычком. Пыталась-пыталась, но безуспешно. Только стало щекотно. Но все же она знала, что это нечто очень большое и красивое. Хотя нет. Это что-то очень маленькое и красивое. Такое воздушное и всегда танцует.

В скором времени Синий и Розовый стали постоянно присутствовать в ее жизни. Особенно Розовый. Хотя он не всегда выглядел таким уж розовым. Иногда как зажжется красным-прекрасным! Иногда обернется алым. А порой опустится до бледно-сиреневого и даже слегка лилового.

Не сразу стало понятно, что Розовый так разговаривает и общается с ней. Наверное, Розовый долго ждал, когда она поймет его знаки, и, не дождавшись, выбрал другой язык общения.

Так, например, когда Розовый был самим собой и в хорошем настроении, вокруг и во рту, она потрогала свой ротик, становилось сладко и приятно. Хотелось замереть в этом сладком розовом блаженстве.

Когда Розовый раскалялся до красного, становилось кисленько и даже мерещились желтинки. Как точки. Большие и кислые, словно горчица. Горчица?

Иногда они даже обжигали, поэтому она зажмуривалась, чтоб не попало в глазки, и ждала, когда пройдет этот горчичный дождик.

Когда Розовый превращался в лиловый, все становилось горьким и даже безвкусным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.