Анастасия Фёдорова
За завесой дождя

Глава 1

По ухабистой лесной дороге ехал старенький тёмно-синий форд, забрызганный грязью. Водитель, девушка с длинными светлыми волосами, заплетенными в косу, и большими зелеными глазами, смотрела вперед, погрузившись в свои размышления. Ямы и кочки уже не отвлекали и почти не раздражали, а осенний лес больше не вызывал восторга. И как ее занесло в такую глушь? Анастасия Рощина направлялась в Питер на международную выставку современного искусства, но где-то свернула не туда… Навигатор, казалось, сошел с ума и водил девушку кругами. Теперь она здесь, в этой забытой Богом глуши, петляет уже часа три. Вокруг только деревья… Деревья… Деревья! Дубы да осины… Иногда дикие яблони… Она и подумать не могла, что под Питером может быть такая дичь! Зачем Настя вообще поехала на эту дурацкую выставку?..

Вообще-то было зачем: туда ее пригласил Роман Бергер – популярный австрийский фотохудожник с русскими корнями, причем знали его не только в России. Роман наткнулся на ее блог и заинтересовался Настиными работами. Это было прекрасной возможностью, чтобы наконец-то выбиться в свет! Она с четырнадцати лет занимается фотографией, сначала подружек снимала, потом стали на свадьбы приглашать. Но фотографировать свадьбы и «лавстори» сладких парочек не предел ее мечтаний, хоть это и приносило определенный небольшой доход. Но мысль о мировой известности и заграничных выставках плотно укрепилась в ее голове и не давала покоя.

– Неужели! – воскликнула девушка, выехав из леса. – Ну наконец-то! Хоть какие-то признаки цивилизации!

Вдоль дороги показались небольшие домишки, но довольно приличные и ухоженные на вид. Хотя на улице, почему-то, никого не было. Солнце уже садилось, да и в перспективе намечался дождь, вероятно, что все местные уже сидят по домам… Она все ехала и ехала… Впереди на холме виднелся огромный особняк. Тут девушка заметила, что на лавочке возле одного из домиков сидит старуха, типичная деревенская бабулька в черном платке ватной телогрейке, с палкой. Машина остановилась, Настя вышла и направилась к дому.

– Добрый вечер, – сказала девушка, подойдя поближе.

– Кому добрый, а кому и не очень, – ехидно ответила старуха, с любопытством рассматривая новое лицо.

– Бабушка, а не подскажете ли, как отсюда выехать на трассу? – спросила девушка осторожно.

Старуха молча продолжала разглядывать девушку. Потом ее тонкие сухие губы едва заметно обозначили улыбку на морщинистом лице.

– Заблудилась, внучка? – усмехнулась, наконец, бабуля. – Сегодня ты отсюда не выедешь уже… Погляди какие тучи с запада идут! Дождь будет проливанный… Дорогу размоет, в лесу ночевать останешься. А леса у нас дикие… Опасные. Во-о-он там видишь дом на холме, внучка? Вот поезжай туды, там тебе всё подскажут и расскажут. Сейчас дождь начнется, я тебя не пущу к себе домой. Я одна живу. А я видела по телевизору про всяких жуликов. Не пущу к себе ночевать, внучка. Уж не обижайся, не пущу, – старуха погрозила сухим длинным пальцем и прищурила свои и без того маленькие слезящиеся глазки.

– Ох… – вздохнула девушка. – Бабушка, я к вам ночевать и не прошусь… Скажите, как выехать на большую дорогу.

– Поезжай на холм, там тебя встретят, – повторила старуха.

Ударил гром.

– А чей это дом? – наконец спросила девушка, поняв, что от бабули она ничего не добьется.

– Это?.. А… Это Тамары Павловны дом… Громовой Тамары Павловны… Статная женщина… Только она сейчас в городе. В Ленинград уехала. Хм… По делам…

– Ну, так если ее дома нет, зачем же я туда поеду?! – не выдержала несчастная путница.

Старуха на мгновение замолчала и уставилась в одну точку. Потом снова посмотрела на девушку и сказала:

– А так там же Андрей Федорович, управляющий ихний, дворецкий по-нынешнему если… И хозяин…

– Какой хозяин? – девушка схватилась за голову.

– Не знаю, – бабушка пожала плечами. – Езжай отсюдова, внучка. Дождь начинается.

И, правда, начало моросить.

– Спасибо… Бабушка… – сквозь зубы процедила Настя.

Настя села в машину, хлопнув дверью, и поехала в сторону особняка. Старуха же осталась сидеть на лавочке, провожая слепым взглядом гостью. При въезде на холм девушка заметила сторожевой домик. В окне горел свет, а на пороге сидел недоброго вида дед. Он бросил сердитый взгляд на проезжающую машину, но никаких действий предпринимать не стал, только поднял шлагбаум и подал рукой знак, что можно проезжать.

Противный дождь становился все сильнее и сильнее. Форд тонул в грязи, и метрах в пятистах от дома он все-таки увяз в черную жижу.

– А-а-а-а-а! – девушка начала стучать по рулю, как будто это была его вина. – Черт! Черт! Черт! Ну почему мне так не везет?! Почему?!

Некоторое время Настя сидела в машине, не желая выходить на улицу. Но всё же спустя пару минут нерешительно открыла дверь и, глубоко вдохнув, словно собиралась нырять, окунулась в дождь. Одежда тут же промокла насквозь, в белые кроссовки залилась вода с грязью. Ей предстоял подъем на холм, который казался непреодолимым из-за стекающих вниз грязевых потоков. Деревья громко переговаривались о чем-то с дождем и возбужденно шелестели желтыми листьями, которые сыпались с них, не выдерживая натиска дождевых капель. Пару раз Настя умудрилась упасть, и она начала опасаться, не примут ли ее за бродяжку… Джинсы, пальто, лицо, руки, все было в грязи! Наконец, добравшись до особняка, – весьма и весьма немаленького, – она позвонила в дверь. Через долгих пять минут ей соизволили открыть.

Перед мокрой, грязной злой девушкой стоял высокий приятный мужчина лет сорока пяти – пятидесяти, его черные с проседью волосы были зачесаны назад, на нем была белая рубашка, синий галстук, серебряная приталенная жилетка с синими узорами, черные брюки и черные лакированные туфли. Девушка догадалась, что это, вероятно, Андрей Федорович…

– Вечер добрый, – сказала она и попыталась улыбнуться.

– Кому как… – протянул дворецкий, спустив очки на кончик длинного острого носа, оценивающе оглядывая визитершу. – Чем… Чем могу помочь?..

– Вы, наверное, Андрей Федорович…

– Наверное. А кто Вы, позвольте поинтересоваться? – холодно спросил дворецкий.

– Меня зовут Анастасия Рощина, я заблудилась, а моя машина застряла неподалеку… А тут по дороге я встретила бабушку, она сказала, что в этом доме мне смогут помочь…

– Проходите, – перебил ее заикания дворецкий, перед этим сняв очки и прищурившись.

В доме было тепло и сухо. Андрей Федорович помог снять Насте пальто, но вешать его в шкаф не решился.

– Анастасия… Простите, как по батюшке?

– Петровна…

– Анастасия Петровна, а куда Вы направлялись на ночь глядя, позвольте полюбопытствовать?

– Я из Воронежа ехала в Петербург на международную выставку современного искусства… Но где-то не там повернула… И вот я здесь…

– Из Воронежа стало быть… – мужчина скептически изогнул бровь. – Как далеко Ваша машина?

– Да здесь рядом, буквально за поворотом…

– Анастасия Петровна, – произнес дворецкий, и холодность сменилась некой брезгливостью, – возможно, я покажусь бестактным, но у меня к Вам просьба, ничего здесь не трогайте, пока не примете душ и не переоденетесь. Уважайте труд горничной.

Настя ничего не смогла на это возразить, она просто застыла с открытым ртом. Вид у нее был, конечно, непрезентабельный, но это уж совсем наглость и откровенное хамство!

– Я отправлю ваше пальто в химчистку, оно в ужасном состоянии, – продолжил дворецкий. – Идемте, провожу Вас в ванную комнату.

Он открыл перед ней дверь, и повел ее по узкому коридору с тусклым освещением. В кроссовках мерзко чавкало, а половицы зловеще скрипели под ногами. Затем они поднялись по лестнице на второй этаж, потом прошли через очередной коридор в самый его конец. Андрей Федорович указал Насте на деревянную дверь с белой облупившейся краской и равнодушно произнес:

– Ванная, приводите себя в порядок. Я принесу халат и полотенце и оставлю на столике в предбаннике.

Он развернулся и пошел обратно по коридору, брезгливо держа двумя пальцами Настино пальто на расстоянии от себя.

Девушка вошла в ванную, которая состояла из двух комнат. Первая была маленькой, с компактным столиком возле двери, зеленоватой раковиной и огромным зеркалом, вторая комната – больше, там располагалась глубокая чугунная ванная советских годов. Старая зеленая плитка начищена до блеска, но кое-где со сколами, старый застиранный коврик, ведро с половой тряпкой в углу. Девушка чувствовала себя неуютно, она только вошла, а ее сразу купаться отправили… Настя разделась, задернула шторку – зеленую, с рыбками, включила теплую воду и закрыла глаза. Она пыталась расслабиться, но даже теплые струйки воды, плавно стекающие по ее телу, не могли снять того напряжения, которое она испытывала, находясь в чужой ванной, совершенно голой и беззащитной. Минут через двадцать довольная Настя надела, принесенный дворецким белый махровый халат, и выглянула в коридор. Возле двери, прислонившись спиной к стене и скрестив на груди руки, ждал Андрей Федорович.

Дворецкий бросил холодный взгляд серо-голубых глаз сквозь стекла очков и, не сказав ни слова, повел девушку в другой конец коридора. Открыл перед ней дверь и равнодушно бросил:

– Я приготовил Вам чай и несколько бутербродов, мы не ожидали гостей, поэтому ужин подадут чуть позже.

Настя вошла в просторную светлую гостиную в черно-белых тонах. На маленьком стеклянном кофейном столике стоял поднос с бутербродами и горячим чаем. Девушка присела на потертый кожаный диванчик, взяла в руки белую чашку из тонкого фарфора и вдохнула аромат напитка. Вот это чай так чай, не то что пойло из пакетиков… Настя осмотрелась вокруг: старый паркет, в углу массивный книжный шкаф и два белых кожаных кресла, старомодный торшер, выцветшие обои с едва заметным рисунком, нанесенным полупрозрачной краской, это была тема осеней прогулки в парке, сквер, мощеная дорожка, скамейки, березы, на другой стене городок под дождем, одинокий прохожий… Что ж… Хозяйка дома, какая-нибудь бывшая жена олигарха, не меньше. Особняк старый, но все же немалых средств стоит содержать такой дом, при этом имея как минимум дворецкого и горничную.

Внимание Насти привлекли картины на стенах. В большинстве это были мрачные пейзажи и натюрморты. Ничего интересного. Но взгляд девушки остановился на портрете юноши, сидящем в кресле с высокой спинкой. Настя поставила нетронутый чай на поднос и подошла поближе. Мужчина в белоснежной рубашке игриво смотрел на нее с холста, опершись подбородком на руку, и едва заметно улыбался, в другой руке он небрежно держал бокал с красным вином, вот-вот готовый упасть на пол и разбиться. Черные волосы падали ему на плечи и были единственным элементом, нарушающим всю безупречность его стиля. То, как он держал бокал, его идеально выглаженная рубашка, неестественно белая, черты его лица, мягкие, плавные, его взгляд, такой дерзкий, почти дьявольский (художник для усиления эффекта даже добавил немного красного оттенка) – все это было идеально.

– Интересуетесь живописью? – раздался голос дворецкого у Насти за спиной, от неожиданности девушка подпрыгнула.

– Э-э… Да… Немного. Красивый портрет. Цепляет.

– Неужели? – дворецкий с нескрываемой неприязнью бросил взгляд на картину. – На мой взгляд – весьма посредственно.

– Хм… Дело вкуса, наверное. Мне кажется, что художник очень натурально передал характер мужчины – властный и нарциссичный.

– О-о-о, последнее очень точно подмечено, – протянул Андрей Федорович, потом будто вспомнил, зачем пришел и сказал. – Анастасия, позвольте ключи от Вашей машины, я принесу вещи, и, возможно, мне удастся пригнать ее.

– Эм… – девушка замялась. – Ключи остались в машине…

– Ясно, – Андрей Федорович резко развернулся на каблуках и вышел из комнаты, оставив оторопевшую Настю в одиночестве.

Дворецкий вернулся примерно через час, уже переодевшийся, но его волосы еще были влажными. Настя успела заскучать и обойти гостиную несколько раз, снова и снова останавливаясь у портрета.

– Анастасия Петровна, прошу за мной, – холодно произнес дворецкий. – Ужин уже на столе.

Они вышли в коридор, потом спустились по лестнице, четвертая ступенька снизу устало скрипнула, затем попетляли еще по мрачным коридорам, и наконец дворецкий открыл перед Настей дверь в столовую, откуда сразу же донесся приятный аромат. Желудок девушки предательски нарушил тишину. Посреди просторной темной столовой стоял длинный стол на резных ножках. Настя села на тяжелый дубовый стул, который для нее с легкостью отодвинул дворецкий, и почувствовала себя совершенно маленьким и одиноким человеком. Очень голодным человеком.

– Скажите… – начала было девушка, но Андрей Федорович не дал ей закончить.

– Мне удалось пригнать машину. Она в гараже. Когда приедет водитель, я скажу, чтобы он помыл ее, а также провел диагностику. Есть риск, что автомобиль получил гидроудар. Вода даже в салоне.

– Спасибо… – пробормотала Настя, уткнувшись в тарелку. Мысль о том, что движок накрылся совсем не радовала.

– Приятного аппетита, – холодно проронил дворецкий и медленно пошел к противоположной двери.

Настя осмотрелась еще раз. Было видно, что особняку уже не один век, хотя периодически здесь делают ремонт. Мебель в столовой – явный антиквариат, но в очень хорошем состоянии. Желудок снова издал жалобное урчание, и девушка решила перейти к ужину, но обнаружила, что Андрей Федорович забыл положить вилку, и ей пришлось вылезти из-за стола. Скрежет отодвигаемого тяжелого стула эхом разнесся по столовой. Настя пошла к той самой двери, за которой скрылся мужчина, коснулась холодной дверной ручки, но не успела ее повернуть. С той стороны были едва слышны два мужских голоса. Один определенно принадлежал дворецкому.

– Вы напугали меня, – произнес Андрей Федорович, хотя голос его оставался таким же спокойным и равнодушным.

– Да неужели? – насмешливо спросил второй мужчина негромко.

– Вы редко поднимаетесь наверх. Я не ожидал Вас здесь увидеть.

– Мне стало скучно. Я решил прогуляться по дому.

– У нас гости, – сообщил дворецкий.

– Я знаю, – усмехнулся второй, – поэтому и выполз из своей норы. Надеюсь, чуть поразвлечься.

– Вы помните, что говорила Тамара Павловна?

– Помню-помню, – протянул незнакомец. – Я имел в виду, что мне нужна компания. Хочу пообщаться с новым человеком. Не все же с тобой трепаться, старый пес.

– Смотрите, Константин, если что…

– Не беспокойся, Андрей. Никаких «если что».

Голоса их совсем стихли и перешли на еле слышное шипение, Настя уже не могла понять, о чем идет речь. Неожиданно дверь распахнулась, и прямо перед ней оказалась высокая худощавая фигура дворецкого.

– Я… Я… – Настя начала заикаться, ее «спалили», совершенно ясно, что она подслушивала. – Я… Вы забыли дать мне вилку! – выдохнула, наконец, она.

– Прошу прощения, – холодно произнес дворецкий, смотря на нее сквозь стекла очков. – Сейчас принесу.

– Кто это у нас здесь? – раздался за спиной Андрея Федоровича приятный голос, и в дверной проем протиснулся (а вернее будет сказать элегантно просочился) он. – Добрый вечер, – молодой человек протянул Насте свою белую красивую руку, с тонкими музыкальными пальцами.

– Д-добрый… – Настя смотрела в его насмешливые карие глаза, лицо парня было таким знакомым.

Молодой человек поцеловал Настину ручку, девушке показалось, что его губы холодны, как и его рука.

– Константин.

– Анастасия… Петровна…

– Я уже знаю, – парень мило улыбнулся.

Вспомнила! Настя вспомнила, где его видела! Это тот самый парень с портрета! Такой же безупречный. Серая футболка, слишком прилегающая к телу, давала волю фантазиям, темные джинсы и черные, как его ботинки, волосы, падающие на плечи, контрастировали с аристократической бледностью.

– Вы не будете против, если я поужинаю с Вами?

– Нет, конечно…

– Андрей, вина!.. Пожалуйста… Сделай милость…

Константин сел на другом конце стола и, не скрывая любопытства, наблюдал за гостьей. Насте даже стало неловко, что она в халате. Через несколько минут вернулся Андрей и налил Константину вина из высокой узкой стеклянной бутылки. Настя уткнулась в тарелку, она чувствовала на себе пронзительные взгляды обоих, и ей хотелось закутаться в этот махровый халат с головой.

– Скажите, госпожа Рощина, – нарушил тишину Константин, медленно потягивая вино. – чем Вы занимаетесь?

– Я фотограф, – ответила Настя, чуть не подавившись куском мяса.

– Вы работаете на какой-то журнал? Газету? Или занимаетесь свободным творчеством?

– Свободный художник. Я веду несколько блогов в соцсетях.

– А-а-а… Блогер, стало быть… Современно… Вы зарабатываете себе этим на жизнь? – сделав очередной глоток, он закрыл глаза и слегка откинул голову назад, получая явное удовольствие от вечера.

– Ну… Вообще-то нет… – Настя прикусила губу. – Я работаю в книжном магазине продавцом.

– И Вам хватает, того, что Вы там получаете?

«К чему он клонит? – Настю это начало раздражать. – Такое чувство, что он заранее знает мои ответы на его дурацкие вопросы и хочет задеть этим! Всё, хватит с тебя информации, милый!».

Константин усмехнулся.

– Я сказала что-то смешное? – спросила Настя и нахмурилась.

– Нет, совсем нет, – он продолжал улыбаться. – Просто Вы очаровательны…

– Константин, – раздался голос дворецкого, – может, Вы дадите даме поесть? Она голодна и устала с дороги.

– Я тоже очень голоден… – медленно произнес тот, покачивая бокал в руке.

Андрей Федорович снова наполнил его.

– Чем же я могу Вам помочь, Константин, в данной ситуации? – спросил дворецкий, пытаясь изобразить искреннее беспокойство, но у него не очень получилось.

– Лично Вы уже ничем, – хмыкнул Константин и одним глотком допил свое вино.

Настя заметила, как дворецкий покачал головой, это движение было похоже на «ай-ай-ай».

– Анастасия Петровна, после ужина, я провожу Вас в спальню, всё уже готово, – сказал Андрей Федорович. – Вероятно, дождь продлится всю ночь. Возможно, Вам придется задержаться здесь на несколько дней, пока дорога не просохнет. К тому же с машиной надо разобраться.

– А ваша хозяйка не будет против? – Насте не очень хотелось оставаться в этом доме, да и времени до выставки оставалось всего ничего.

– Думаю, что нет, – улыбнулся Константин. – Тамара любит гостей.

– Анастасия Петровна, – раздалось у нее за спиной, и она вздрогнула, а по телу пробежали мурашки.

Андрей Федорович склонился над ней черной зловещей тенью.

– Вина? – спросил он.

– Да… – тихо произнесла Настя, не отрывая глаз от красивого лица сидящего напротив мужчины.

Девушка обратила внимание, что дворецкий налил ей вино из бутылки из мутного зеленого стекла, а Константину из прозрачной с изогнутым горлышком.

«Странно, – подумала Настя, – почему он пьет вино из другой бутылки? Это по меньшей мере невежливо! И подозрительно!».

Дворецкий вернулся на кухню.

Внимание Насти привлекла картина, висевшая на стене слева от плотно зашторенного окна: огромный волк, оскалившись, смотрел на сидящих за столом… Его глаза пылали ненавистью и голодом…

– Вижу, Вас заинтересовало мое творчество? – произнес Константин и сделал глоток из бокала.

– Это Ваша работа?

– Да, я, так сказать, «пописываю» время от времени… Видели автопортрет в гостиной? Правда же оригинал лучше? – он ехидно улыбнулся. – Но самая моя большая страсть – это музыка!

– Возможно, мой вопрос будет слишком пафосным… Но что Вы хотели сказать этой картиной? – спросила Настя.

– Жажда, моя дорогая… Жажда. Непреодолимое желание. Этот зверь готов разорвать любого, кто попадется ему на пути. Он одержим жаждой крови. Все люди, как и этот зверь, чем-то одержимы… Жаждой славы, жаждой власти, богатства… Нет людей без жажды…

– Но ведь именно жажда помогает людям добиваться чего-то в жизни… Без желания нет и действия, а если и есть, то бессмысленное… – Настя посмотрела в карие глаза мужчины.

– Я не отрицаю этого. Так и есть.

– А чем одержимы Вы? – спросила девушка.

– А Вы уверены, что я человек? – Константин не улыбался, лицо его не выражало ничего.

Молчание длилось долгих десять секунд. Настин смех нарушил его. Мужчина только сдержанно улыбнулся.

Ударил гром. Сверкнула молния. Дождь усилился. Настя налегла на мясо и на картофель. Константин молча наблюдал за ней. Он ничего не ел, только пил. Покончив с ужином, девушка принялась разглядывать собеседника. Парень был красив. Очень. Это пугало и завораживало одновременно. Было невозможно определить его возраст. В зависимости от того, как падал на него свет, можно было сказать, что ему двадцать или тридцать. Его юношеские черты, фарфоровая кожа сочетались с задумчивым взглядом взрослого человека. Она чувствовала его силу и власть. По его наглому оценивающему взгляду сразу понятно, что он не привык к отказам. Он привык брать всё, что захочет.

– Очень странно, – нарушила тишину Настя. – Гроза в октябре. Я в жизни такого не встречала.

– Да, это редкое явление. Но октябрь в этом году на редкость теплый. Мир меняется. И очень стремительно.

Константин сделал глоток из своего бокала и облизнул губы.

– Так что… – протянул он. – Не вижу ничего удивительного. Сто лет назад многих бы удивила температура в плюс пятнадцать градусов в октябре. А сейчас это вполне себе норма.

– Да, Вы правы, наверное… – Настя поджала губы, не зная, как еще продолжить разговор. О погоде как-то не получилось.

Через полчаса в столовую вошел Андрей Федорович и нарушил гробовую тишину, за это время ни Настя, ни Константин не проронили больше ни слова. За исключением пары глупых фраз, которыми девушка пыталась разрядить обстановку, они просто молча наблюдали друг за другом. Поэтому она была рада появлению дворецкого.

– Анастасия Петровна, следуйте за мной, я проведу Вас в комнату, – произнес Андрей Федорович, отодвигая тяжелый стул.

– Спокойной ночи, Анастасия… – Константин едва заметно улыбнулся, делая глоток вина.

Настя шла за дворецким по узкому темному коридору, лампы иногда «моргали», на улице шумел ветер, и зловеще скрипели деревья. Они поднялись на этаж выше, в конце коридора Андрей Федорович остановился, достал из кармана связку ключей, нашел нужный ему ключ и отпер дверь.

– Приятных снов, Анастасия Петровна, – сказал дворецкий, развернулся на каблуках и пошел обратно.

Девушка осторожно вошла, нащупала выключатель, и люстра тускло осветила желтым светом просторную комнат. У стены напротив стояла большая двуспальная кровать с пологом, девушка присела на нее и осторожно провела руками по покрывалу. За окном снова загромыхало, и свет погас. У другой стены стоял стол и какой-то шкаф, трудно было рассмотреть – всю комнату теперь освещали только короткие вспышки молнии. На кровати лежала ситцевая ночная рубашка. Очень старомодная, как из бабушкиных закромов. Но копаться в полной темноте в сумке и искать свое белье не было никакого желания. Настя переоделась, рубашка была ей до самых пяток. Девушка задернула шторы, затем расправила постель и нырнула под тяжелое одеяло, но, несмотря на усталость, не могла уснуть. Настя вообще трудно засыпала в новых местах, а ещё и ветер воет… Но ровное шелестение дождя всё же убаюкивало… Она любила дождь… Девушка лежала на боку, поджав ноги, и смотрела в густую темноту. Ей показалось, что из вязкого мрака появляются бледные красные круги, она моргнула, но они не исчезли.

– Спать, – тихо сказала Настя себе. – Надо спать.

И плавно, словно проваливаясь куда-то в бездну, девушка окунулась в свой собственный сон, а может и не в свой, а в чей-то ещё, чужой, но, так или иначе, сон…

Глава 2

Она бежит по коридору навстречу красным кругам, а они неизменно маячат перед глазами. Настя мотает головой, чтобы от них избавиться, а они всё не исчезают, а ещё появилось странное ощущение, что рядом кто-то есть. Это чувство пугало и настораживало. Чье-то дыхание было совсем близко. Мягкая черная дымка касалась ее ног и рук, она гладила ее кожу, и обжигала холодом. Неожиданно Настя в кого-то врезалась и упала. Раздался смех. Злобный смех. Жестокий и пугающий. Девушка вскрикнула и проснулась.

В фильмах в таких старых больших особняках часто обитают приведения, Настя не верила во всю эту ерунду, не верила, но боялась… Страх обволакивал ее, как густой дым.

Рубашка насквозь промокла. За окном по-прежнему шелестел дождь, в комнате стояла непроглядная темень. На улице была уже глубокая ночь. Настя повернулась на другой бок и накрылась одеялом с головой, девушку всё еще била крупная дрожь.

Она так больше и не смогла уснуть, только слушала ровное тиканье часов, шум дождя, прерываемые раскатами грома. Около восьми часов утра в дверь мягко постучали.

– Войдите, – ответила Настя и села на кровати.

Дверь приоткрылась, и в комнату вошел Андрей Федорович.

– Доброе утро, Анастасия Петровна, – равнодушно произнес он. – Завтрак почти готов, Вы сами сможете дойти до столовой, не заблудитесь?

– Надеюсь, что не заблужусь, – ответила девушка, зевая.

Как оказалось, слева от кровати была дверь, ведущая в ванную. Настя приняла душ, потом нашла в своем чемодане, который принес сюда дворецкий, свитер и джинсы. Девушка не без труда добралась по запутанным коридорам до столовой, освещенной свечами, завтрак был уже на столе. Андрей Федорович стоял возле двери на кухню. Увидев девушку, он подошел к ней, отодвинул тяжелый стул, и Настю снова удивило, с какой легкостью он это сделал.

– Как спалось, Анастасия Петровна? – без особого интереса спросил дворецкий.

– Ужасно, – призналась девушка. – Кошмары мучили.

– Кошмары?..

– Да, – вздохнула Настя. – Бред какой-то снился.

– Очень жаль.

На этом разговор себя исчерпал, и Андрей Федорович скрылся на кухне. Позавтракав, Настя решила вернуться в комнату. Выставка стартует завтра, а сегодня она должна была гулять с Романом по Питеру и любоваться достопримечательностями этого величественного города, но вынуждена торчать в этом старом особняке с весьма неприветливым дворецким и непонятным, странным Константином, который хоть и был просто ослепителен, но всё же настораживал. От этих мыслей стало совсем паршиво на душе.

Настя плюхнулась на кровать и уставилась в потолок. Она лежала… Лежала… Вдруг девушка резко вскочила и принялась искать в сумке телефон. Она перерыла весь чемодан, но потом обнаружила, что смартфон преспокойно лежит на столе. Батарейка почти села, а зарядка осталась в машине! С ужасом Настя обнаружила, что у нее четырнадцать пропущенных вызовов. От Романа! Что же делать?! Что делать-то?! Девушка выдохнула и нажала на вызов. Мучительно долгие гудки…

– Возьми трубку… – шептала она. – Возьми…

– Алло, – раздался мужской голос.

– Ромочка! – воскликнула Настя. – Здравствуй!

– Здравствуй, Настенька! Ты где? – Рома был явно рад ее слышать.

– Ром… Понимаешь… Тут такое дело… В общем я заблудилась и заехала в какую-то деревню… И похоже тут застряла… Дня на два-три… – Настя нервно прикусила губу.

– Это плохо… – вздохнул парень. – Даже очень. Я пригласил акул нашего дела, чтобы они на тебя посмотрели. Хорошо, что ты отправила мне свои работы, они уже здесь, и пока всем нравятся. Но твое личное присутствие было немаловажным! Что ж… Я буду в Питере еще неделю, потом улетаю в Вену, у меня там еще одна выставка. Мой адрес у тебя есть.

– Я обязательно до тебя доберусь! Даже если придется идти пешком!

– Настенька! У меня идея! – воскликнул Роман. – Но ты мне будешь должна по гроб жизни!

– Что за идея? Не тяни!

– Я могу прислать за тобой машину! Только скажи куда!

– Ох! Ромочка, я тебя люблю! – воскликнула девушка и даже подпрыгнула на месте. – Только я не знаю, где я… Погоди минутку.

Настя выскочила из комнаты и побежала вниз по лестнице, чтобы спросить у кого-нибудь адрес… Телефон пискнул и предательски вырубился.

– Ах ты чёрт! – воскликнула Настя. – Нет! Не может быть! Только не сейчас!

Она зарычала. Это не справедливо! Почему так произошло?

– Что с Вами, Анастасия Петровна? – раздался мягкий мужской голос.

Настя подняла глаза: перед ней стоял он – Константин. На нем была черная футболка с пауками и паутиной и серые спортивные штаны, волосы собраны в хвост, и босые ноги! Он стоял, прислонившись к дверному косяку, и едва сдерживал улыбку. В его карих глазах плясали насмешливые искорки.

– Простите, – сказала Настя. – Могу ли я позвонить?

– Увы, – он развел руками. – Связь полностью оборвана из-за дождя. Ни телефона, ни Интернета…Так что я Вам глубоко сочувствую, – произнес Константин с некоторой иронией. – Вы здесь застряли. Но обещаю, что скучно не будет, и Вы сможете отправиться, куда пожелаете при первой же возможности! Если пожелаете…

– Что значит «если»?

В ответ он только улыбнулся.

– Но может Вы одолжите мне свой смартфон? Всего один звонок… Прошу Вас!

Улыбка мужчины стала шире, а в глазах отчетливо заплясали дьявольские огоньки.

– А у меня нет телефона…

– В смысле? – Настя даже как-то по-дурацки хихикнула от абсурдности услышанного. – Две тысячи двадцатый на пороге, скоро машины летать начнут, а у Вас нет телефона?

– Знаете, не люблю все эти современные штуки… – протянул Константин.

– А Вы из «этих»… Эко-активистов… Спасем планету, постоим за деревья?

– Что-то вроде того, – протянул Константин, продолжая загадочно улыбаться и не отрывая пронзительного взгляда от девушки. – В любом случае Андрей сказал, что мобильной связи тоже нет. Так что будь у меня смартфон, он бы никак не решил Вашу проблему. Не хотите ли составить мне компанию за чашечкой кофе и полюбоваться дождем?

– Полюбоваться дождем?

– Именно, – он снова улыбнулся, ему просто нельзя было отказать.

Они пересекли столовую, прошли через гостиную в небольшой кабинет, затем на мансарду. Деревья и кустарники окружали ее со всех сторон, и почти не пропускали свет с улицы, сохраняя полумрак даже утром. На улице вовсю лил дождь, и деревья возмущенно шелестели листьями. Наверное, им он тоже надоел. Но всё же Настя любила дождь, его запах. Мансарда вся была выкрашена в белый цвет, и напоминала застекленную беседку, в центре стоял маленький круглый белый столик с облупившейся краской, вокруг столика располагались разномастные деревянные стулья. Горьковатый аромат кофе девушка почувствовала, как только вошла.

Настя и Константин молча потягивали кофе и смотрели на серую завесу дождя. Иногда девушка бросала быстрые взгляды в сторону молодого человека. Его лицо притягивало, он был невероятно красив, и было трудно сказать, что именно делало его таким. Казалось бы, в нем не было ничего особенного – бледная кожа, карие глаза, длинные черные ресницы, прямой нос, тонкие губы… Ничего особенного. Вообще, кто он такой? Кто этот человек, который притягивает взгляды, как магнит? Что есть в нем такого особенного, что заставляет им любоваться?

– Я очень люблю дождь… – задумчиво произнес Константин и едва заметно улыбнулся. – Я годами наблюдал за ним. И никак не мог понять, что есть в нем особенного, он ведь ничем не отличается от других явлений природы?

Настя поняла, что уже больше минуты смотрит на Константина и резко отвернулась.

– Я тоже не могу этого понять… – сказала она, но фраза относилась, естественно, не к дождю.

– Но спустя долгое время, – продолжил мужчина, не поворачивая головы, – я осознал… Что его сходство с огнем, ветром, шелестом листьев и является его главной особенностью…

– И что же это за «особенное сходство»? – Настя прикусила губу, было ощущение, что Константин понял, о чем она думала минуту назад, или она это все сказала вслух?

– Он неповторим. Каждый раз он совершенно другой. Завтра утром будет идти уже другой дождь. Это то, что заставляет им любоваться. Дождь может быть не только спокойным или же не только яростным, он разный – это то, что заставляет его любить…

– Жаль, что сюда не проникает запах дождя, – сказала Настя, спустя какое-то время.

– Это легко исправить, – Константин встал и открыл стеклянную дверь, которую Настя сначала не заметила.

Запах сырости и утренняя осенняя прохлада ворвались в помещение.

– Иди сюда, – мужчина прислонился к стеклу и почему-то с грустью смотрел на улицу.

Настя подошла к нему и прислонилась к дверному проему, выставив руку на улицу.

– Видишь там беседка в саду? – Константин показал на строение, скрытое среди деревьев, в десяти метрах от дома.

– Да, вижу.

– Давай наперегонки до нее?

– Я же в носках! – воскликнула Настя удивленно.

– А я босиком!

Девушка засмеялась, но, недолго думая, выскочила на улицу и побежала по мокрой траве к беседке. Дождь принял ее с радостью. В одно мгновение Настя промокла, но продолжала бежать, Константин, наверное, был где-то позади.

Настя забежала в беседку и не удержалась от смеха, давно она не совершала таких глупостей, а это была именно глупость, глупость бегать в носках по мокрой траве под дождем в разгар октября. Девушка осмотрелась, но Константина нигде не было. Мысленно выругавшись, она, мокрая насквозь, пошла обратно к дому. Молодой человек по-прежнему стоял у двери, и улыбался.

– Это не смешно! – возмущенно воскликнула Настя, войдя в дом. – Думаешь смешно?! Нет!

Она с силой стукнула его в плечо и хотела сделать это еще раз, но Константин перехватил ее руку и, продолжая улыбаться, притянул ее к себе, крепко обнял, его красивое лицо было очень близко. Мужчина коснулся носом ее щеки. Настя закрыла глаза.

Губы его были холодны, но поцелуй горяч и опьяняюще сладок. Закружилась голова. Настя не сопротивлялась, сердце бешено колотилось, она сжала плечи Константина, он крепче прижал ее к себе. Да, он неповторим, неповторим, как дуновение ветра, как каждая капля дождя… Неповторим… Но нельзя любить в дожде только его непостоянство, дождь ненадежен и обманчив, это не те качества… Нельзя терять голову. Девушка оттолкнула его.

– Так не честно… – произнесла она, но как-то неуверенно.

Возле двери, ведущей в коридор, стояла худощавая фигура Андрея Федоровича, он скрестил руки на груди и смотрел на застывшую парочку, очки его были в нагрудном кармане жилетки. Настя встретилась с дворецким взглядом, Андрей Федорович смотрел на нее с некоторой жалостью. Девушка вышла в коридор и побежала в отведенную ей комнату, оставляя за собой мокрые следы. Она заперла дверь, скинула мокрую одежду и повалилась на кровать. Сердце всё ещё бешено колотилось, словно в истерике. Девушка вскочила, достала из кармана мокрых джинсов телефон и попыталась его включить, у нее получилось, но через секунду он снова выключился, в гневе Настя отшвырнула мобильник в сторону и снова со стоном отчаяния упала на кровать, уткнулась в подушку и зарычала. Он так самолюбив, он привык, что никто ему не отказывает. Как он посмел? Что происходит? Она знает его всего несколько часов…

Сколько времени прошло, девушка не знала, но в определенный момент она отключилась, несколько раз просыпалась и снова засыпала, что-то происходило у нее внутри. Ей снились сны, снилась холодная черная дымка, красные круги. Когда Настя окончательно проснулась, дождь продолжал идти, но уже не так сильно, и ветер утих. Она встала, ее одежда все еще лежала на полу в мокрой куче. Девушка набросила на себя халат и вышла в коридор. Электричества не было и двигаться пришлось на ощупь. Тишина, нарушаемая скрипом половиц, очень пугала, и в голове то и дело всплывали обрывки кадров из хорроров. Она спустилась вниз, пересекла столовую и вошла на кухню. Голос дворецкого раздавался где-то в глубине, он разговаривал очень тихо, девушка осторожно шла между стеллажей с посудой и продуктами. Мужчина стоял возле окна, прислонившись спиной к холодильнику, боком к Насте, и разговаривал по мобильнику.

– Как скоро ждать Вашего возвращения?.. Она… Сами знаете, какая… Иначе бы ее здесь не было… Я стараюсь. Вы же сами прекрасно понимаете, что единственное существо, которое я не могу удержать от чего-либо – это он. Я просил его ничего не делать до Вашего приезда. Он сказал, что всё зависит от того, когда Вы приедете. Времени мало… Да… Видимо, он желает её. Он еще ни разу его не использовал. У меня есть некоторые предположения… Да… Но это лишь мои догадки. Он только сказал, что она его. И всё. Хотя какое у него право так утверждать? Я же… Да. Простите… Жду Вас.

Константин сказал, что связи нет… Но только что Андрей Федорович с кем-то разговаривал, как такое возможно? Что здесь вообще происходит?

Дворецкий резко повернул голову и увидел девушку. Его глаза… Они… Они были нечеловеческими!

Настя попыталась закричать, но страх схватил ее за горло, сил не было, ноги отнялись. Она просто стояла и смотрела в его желтые звериные глаза. В один прыжок мужчина оказался вплотную к ней. Он слегка наклонился вперед и, прижав палец к губам, прошипел:

– Т-с-с-с…

– Ч-что… Вы… Т-такое?.. – с трудом выдохнула Настя и потеряла сознание.

Когда девушка открыла глаза, на кухне горел свет и монотонно гудели холодильники. Яркие светильники моргнули пару раз, потом опять зажглись. Настя всё ещё была на кухне, лежала на полу. Над ней склонилась темная фигура.

– Как Вы себя чувствуете, Анастасия Петровна? – спросил Андрей Федорович.

– Что… произошло? – Настя взялась за голову, на затылке выросла здоровенная шишка, видимо она ударилась при падении.

– Вы пришли на кухню, чтобы что-нибудь перекусить, но тут Вам стало плохо, и Вы потеряли сознание. Верно, это всё погода, у меня уже три дня голова болит… – дворецкий помог Насте подняться. – Ну у меня-то возраст… Ох…

Андрей Федорович выглядел обеспокоенным, но скорее всего, притворялся, потому что Настя прекрасно помнила, что произошло… Но лучше сделать вид, что она всё забыла от страха…

– Электричество дали? – пробормотала Настя, держась за голову.

– Нет, пришлось включить генератор на время, иначе весь дом промерзнет. Идемте, я провожу Вас в комнату, а потом принесу поесть, – Андрей Фёдорович взял девушку под руку.

Он заботливо уложил Настю на кровать и пошел за едой. Как только дверь за ним закрылась, девушка вскочила и принялась рыться в чемодане, быстро натянула на себя спортивные штаны, свитер, кроссовки, пальто ей так и не вернули, поэтому она решила бежать, в чем есть. Положив ключи от машины в карман, она быстро спустилась на первый этаж, она уже приближалась к входной двери, как неожиданно из-за угла появился дворецкий с подносом.

– Куда-то собираетесь, Анастасия Петровна? – холодно спросил он, поддельное беспокойство исчезло, и снова на лице появилась привычная отстраненность.

Настя резко развернулась и побежала по коридору, у нее есть шанс уйти через сад. Она услышала, как за спиной с грохотом упал поднос, разбилась посуда, девушка захлопнула дверь столовой перед самым носом «озверевшего» Андрея Федоровича (благо замки в этом доме стояли на каждой двери, теперь ясно почему). Для надежности Настя подтащила к двери тяжелый стул, но она чувствовала, что это его надолго не задержит, потому что через несколько секунд сквозь пролом в двери показалась нога дворецкого. Настя выбежала в узкий коридор, спустилась вниз, пробежала через маленький кабинет и выскочила на мансарду. Она принялась судорожно дергать за ручку стеклянную дверь, но та была закрыта на ключ. Тогда девушка вспомнила, как действуют в таких ситуациях в боевиках, схватила стул и выбила стекло. Получилось не так эффектно, как в кино, но было совсем не до пафоса.

Поскальзываясь на мокрой траве, спотыкаясь о камни, девушка бежала через сад. Она слышала позади себя дыхание зверя и его рычание. Неожиданно Настя во что-то врезалась, это оказалась сетка, протянутая вокруг сада, ограждение было высоким, поэтому перелезть не представлялось возможным. Девушка заплакала, вцепившись в сетку.

– Нет, – шептала Настя, – нет… Нет…

За спиной послышалось рычание. Она обернулась. Перед ней стоял огромный волк, метра полтора в холке. Зверь оскалился и был готов напасть, с огромных острых клыков капала слюна. Настя медленно передвигалась влево, хотя это казалось совершенно бессмысленным, но всё же девушка сделала последнюю попытку убежать. В надежде, что когда-нибудь эта сетка кончится, Настя бежала вдоль забора, пока не поняла, что волк уже даже не гонится за ней, он просто идет. Тут она обо что-то споткнулась и упала, прямо перед сеткой, вернее перед дырой в ней. Настя поползла, с трудом протиснулась в дыру и оказалась за пределами сада. Встала и побежала вглубь леса, что есть мочи.

То и дело девушка поскальзывалась и падала в грязь, но ей было всё равно. Она бежала. Бежала. Через лес. Неизвестно в какую сторону. Было совершенно плевать, лишь бы подальше от этого дома. Луна, наконец показавшаяся из-за туч, не отставала ни на минуту, ее круглое белое лицо мелькало между ветвями деревьев. Настя в очередной раз споткнулась и упала. Она ударилась о какую-то корягу порвала штаны и сбила коленку. Спустя вечность девушка, наконец, остановилась. Вокруг ночь и лес. Настя не знала, сколько времени и не знала, когда рассвет… То, что дождь, наконец, закончился, никак не отменяло осенний холод и сырость. Где-то неподалеку завыл волк. Раздался шелест кустов. Ее снова преследовали. Куда бежать? Куда? Куда?! Его прерывистое дыхание было уже совсем близко, у нее за спиной. Рычание. Она медленно повернула голову. Два горящих желтых глаза уставились на нее из темноты, зверь находился всего в нескольких шагах. Он оскалился и был готов наброситься. Настя прижалась спиной к дереву, медленно сползла вниз и закрыла лицо руками. Будь что будет. Теперь поздно. Раздались странные звуки. Чьё-то частое дыхание, как после быстрого бега.

– Ну и заставили же Вы меня побегать, девушка! Я же все-таки немолод уже! – прозвучал голос запыхавшегося Андрея Федоровича.

– Не убивайте меня! – пискнула Настя. – Пожалуйста!

Хохот мужчины, немного нервный или даже слегка истеричный, эхом разнесся по лесу.

– Анастасия Петровна! Как же Вам не стыдно! – просмеявшись, укоризненно сказал дворецкий. – Я все-таки пожилой человек, а Вы… «Не убивайте!». Меня, итак, неплохо кормят, так что я… без Вас… обойдусь. Пойдемте в дом. Вы простудитесь. Разве можно в грязи валяться?

Он помог Насте встать. Она с ужасом обнаружила, что дворецкий совершенно голый. Хотя этот «пожилой человек» был еще в форме, и, судя по мускулам, мог бы побороть любого атлета, которому не помогли бы ни молодость и не скорость. Девушка поймала себя на мысли, что откровенно пялится на него и надеялась, что мужчина не заметит, как вспыхнули ее щеки.

– Я приму звериную форму, чтобы Вас не смущать, но лучше Вам не видеть, как я это делаю, – сказал дворецкий. – Только прошу не убегать, не кричать и не совершать необдуманных действий – это будет глупо с Вашей стороны. Я все равно быстрее.

Настя отвернулась и закрыла лицо руками. Ее била крупная дрожь. Зубы стучали. Голова кружилась. Снова эти странные звуки. Через пару минут огромный волк потянул зубами ее свитер. Настя подчинилась. Она медленно плелась за зверем, то и дело спотыкаясь о корни старых деревьев. В теле чувствовалась слабость. Настю тошнило и даже пару раз вырвало по пути. Девушка устало брела за волком, и ей было всё равно, что ждет ее дальше. Оказалось, что она успела убежать достаточно далеко в лес, потому что к особняку они шли бесконечно долго.

Войдя в дом, девушка бессильно упала на пол. Волк куда-то исчез. Через какое-то время появился Андрей Федорович в черной рубашке, красной жилетке и черных брюках. Он осторожно взял Настю на руки, донес ее до ванной комнаты на втором этаже, опустил в ванную и включил холодную воду. Раздался визг.

– Вы с ума сошли! Холодно! – Настя вскочила и попыталась выбраться, но дворецкий остановил ее.

– Приведите себя в порядок, – спокойно сказал он. – Я сейчас принесу чистую одежду.

Андрей Федорович ушел, а Настя осталась сидеть под холодным душем, в одежде, в обуви. Вода тонкими струйками стекала по лицу, и было совсем незаметно, что девушка плачет. Она сняла с себя кроссовки, стянула мокрую одежду, бросила на пол. Ванная вся была в грязи. Девушка задернула шторку, зеленую, с рыбками, включила горячую воду, и просто сидела под душем. Говорят, что вода способна забирать эмоции, забирать дурные мысли… Настя была уверена, что в этом доме она точно на такое способна. Девушка услышала, как открылась дверь. Сквозь зеленую клеенку был виден силуэт дворецкого – Андрей Федорович повесил на крючок халат и полотенце, забрал грязную одежду и ушел. Сколько еще Настя просидела под струей теплой воды, она не знала, но с каждой минутой накатывала новая волна слабости. После девушка надела халат, вышла в коридор, поднялась к себе в комнату, закрыла дверь на ключ и повалилась на кровать. Она долго лежала и смотрела в потолок, сон был незаметным, скорее даже больше напоминал дремоту. В дверь постучали.

– Анастасия Петровна, – раздался голос Андрея Федоровича, – ужинать изволите?

Настя молчала некоторое время, потом как можно бодрее ответила:

– Да, сейчас спущусь…

Хотя для ужина было уже слишком поздно, часы показывали четверть второго, девушка достала из чемодана свежую одежду, переоделась, собрала волосы в пучок. Лицо ее было спокойным, когда она медленно спускалась в столовую, где ее уже ждал Андрей Федорович. Он любезно отодвинул перед ней тяжелый стул, затем произнес неожиданную фразу:

– Анастасия Петровна, Вы не будете против, если я сегодня поужинаю с Вами?

– Нет… – после некоторого ступора ответила Настя. – Тем более стол уже накрыт на двоих.

Дворецкий присел слева от девушки. Некоторое время они молчали, потом Андрей Федорович нарушил тишину:

– Надеюсь, теперь Вы понимаете, что не можете покинуть этот дом до возвращения Тамары Павловны?

– А я вообще его когда-нибудь покину?

Андрей Федорович сделал паузу, потом произнес:

– Я не могу ответить на этот вопрос. Я не знаю.

– Ясно. Это всё, о чем Вы хотели поговорить? Не волнуйтесь, я никому ничего не скажу. Я вообще ещё сама до сих пор не поняла, что видела. И вообще, – Настей овладел порыв гнева и раздражения, – дайте мне поесть спокойно. Я не хочу это обсуждать. Я вообще отказываюсь верить… – Девушка встала из-за стола. – Верить в Ваше существование!

Андрей Федорович совершенно спокойно продолжал жевать. Настя вздохнула, снова села за стол.

– А… Константин не будет ужинать? Или он уже спит? – спросила она, спустя некоторое время, и ее щеки вспыхнули, она не понимала, зачем задала этот вопрос, какое ей вообще до него дело? И еще даже не известно, кто он такой… Хотя разве это важно?..

– Нет, не спит, – ответил Андрей Федорович, и Настя заметила, как он вздернул бровь и слегка покачал головой. – Константин у себя в апартаментах.

– Ясно, – сказала девушка и вернулась к еде.

– Здесь бывает скучновато, когда хозяйки нет, – сказал дворецкий. – Так что могу посоветовать Вам в качестве развлечения почитать что-нибудь в библиотеке. Я позволил себе конфисковать все Ваши гаджеты. На время.

– Вы рылись в моих вещах?! Да как Вы посмели?!

– Это вынужденная мера, прошу Вас успокоиться, – голос Андрея Федоровича был угрожающе тихим и ровным, но без обычных пренебрежительных ноток.

Спагетти что-то не лезли в горло. Есть не хотелось.

– Анастасия Петровна, – сказал дворецкий, заметив это, – может я Вам чайку успокаивающего заварю? Вы испытали стресс, а нервные клетки не восстанавливаются, как известно…

– Да уж… Стресс… – Насте нервно хихикнула.

Андрей Федорович ушел на кухню, но вскоре вернулся с чайником и двумя чашками.

Спустя некоторое время, Настя уже мило беседовала с дворецким, чай был действительно хорош. Чудодейственные травки, которые туда подмешал дворецкий, позволили принять случившееся, как совершенно нормальный факт. Девушке даже было неинтересно, что это были за травки, главное, на душе уже стало спокойнее.

Неожиданно дверь открылась, и в столовой появился Константин, излучающий тошнотворные волны позитива.

– Доброго всем вечера! – радостно воскликнул он. – Настенька, Вы прекрасны! Отчего не спите в столь поздний час?

Девушка ничего не ответила ему. Почему-то именно Константина ей сейчас не хотелось видеть. Она еще не разобралась со вчерашним поцелуем.

– Милая, что с Вами? – удивленно спросил Константин. – Вы неважно выглядите.

– Ночка выдалась жаркой, у меня бессонница, – сказала Настя, но не отвела взгляда от Андрея Федоровича.

– Я вижу, Вы сегодня не в духе, – продолжал Константин, – что ж… Тогда я, пожалуй, пойду к себе… Не буду еще больше Вас раздражать…– молодой человек элегантно откланялся и уже почти скрылся за дверью, когда дворецкий-оборотень небрежно бросил ему в след свой вопрос.

– Чего хотели-то, уважаемый?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.