Александр Емельянов
Клинок Тьмы

Пролог

Великая тайна века? Да уж…И что такого нашел наш герой? Обычный, непритязательный нож…Вот только пара затейливых иероглифов на его теле, у основания гарды повергла в суеверный ужас нескольких людей, знатоков мистики и археологии…Ибо это был мифический Клинок Тьмы…А нашел его ведь обычный пацан на переломе веков…в самом начале 20-го века!? И вот что должно случиться вслед за этим неординарным событием? Никто не знает и никто не даст гарантии, что Черное Пророчество исполнится в полной мере….Да…Мир Магии рядом, как впрочем…и Истина!

– Петруха! Побежали на берег Никишихи! – позвала меня ватага наших станичных пацанов купаться в безумно солнечно – яркий, до ужаса жаркий день 20 августа 1901 года…

Тихо и мирно светило солнце, зайчики от водной глади играли на лицах мальчишек – казачат 15 лет от роду…Казачья станица Макавеевская стояла на крутояре реки Читинки…в тридцати верстах от уездного города Читы.. И ничего не предвещало того, что случится в течении какого – то получаса от времени начала нашего повествования…

И вся наша ватага оглушительно гогоча и визжа, словно гуси на гумне, кинулась со всех ног в прохладу веселой речки, что текла на виду казачьей станицы…

Что сказать о том доме, в котором я вырос? Ничего такого особенного…дед Матвей Пантелеевич Кузьмин, потомственный донской казак, дважды Георгиевский кавалер, пришел с Русско – турецкой войны на одной ноге – отняло у него её до колена турецким каленым пушечным ядром при лихой кавалерийской атаке на позиции турецких янычар там…в Тамани…

Бабушка – Пелагея Никифоровна Кузьмина, в девичестве – Семыгина, из донских казаков… потомственная. Можно сказать…в двадцатом колене – казачка…Мой отец – Василь Матвеевич Кузьмин, подхорунжий Забайкальского казачьего Войска, в данный момент находится на регулярной службе, Реестровый казак, охраняет вместе со станичниками Южные пределы Российской империи у границы с империей Цинь…

Мать – Валентина Никифоровна Кузьмина, в девичестве – Петрусева…Из местных, не казачка и именно это обстоятельство несколько портило картину взаимоотношений с местными казаками…ну типа, не чистая кровь?

Но деда тогда, когда играли свадьбу, тихо матернулся и весомо сказал, поправляя шашку, в темляке которой горело два рубинчика Георгиевского оружия – Станичники, ежели кому встрянет поперек чего сказать – говори сейчас, немедля! А то потом, по всем канонам веры – язык нахер снесу и скажу, что так и было! Говорите…– но обводя толпу гостей горящим взглядом, но не увидел чтобы кто – то твердо встретил его взгляд и добавил – А за раз так, то и языки свои чтобы потом не распускали! А счас – гуляй, братва!…– и лихо шарахнув о пол в светлице его большого дома своей фуражкой, принялся в присядку выделывать коленца…На что бабуля, смахнув расписным платочком слезу, прошептала – Ох и лихой казаченка мой! Лихой… – и тоже поплыла в самый центр танцев, принимая ухаживания деда…

– Господи, как давно енто было? – порой всплакнет она, невольно смотря на возню невестки и внучка…т.е. – меня.

А я рос вечным непоседой, вечно встревая в какие – нибудь приключения…И потому бабуля звала меня ласково – воробушком…При молчаливом согласии мамы…которая к осени 1901 года ходила еще одним ребенком или двойней? Кто его поймет, но живот был большой…

Все соседки квохтали – Ну, Валька, поди двойня корячитси? Ох и молоток твой – то, охаил тебя…– и гы – гы – гы!

– Кобылы! – беззлобно фыркает дед на их шутки и подколки…

Но один день перевернул все с головы на ноги! Именно тогда, когда я с пацанами убежал купаться на Никишиху…Дело было так…

Глава 1

– Петруха! Побежали на берег Никишихи! – позвала меня ватага наших станичных пацанов купаться в безумно солнечно – яркий, до ужаса жаркий день 20 августа 1901 года…В воздухе висели тучи мошкары и паутов, которые словно обезумели, беспощадно жаля в преддверии быстротечной и сильной грозы, кучевые ярко – бело – черные тучи которой наползали на горизонт, толкаясь и погромыхивая дальними и глухими пока раскатами грома…

Несколько раз сверкнули зарницы, но никто не обеспокоился, а зря…Ибо это была не простая гроза, а самая что ни на есть – магическая гроза! И именно эту её особенность почуяла где – то каким – то шестым чувством моя бабушка и она крикнула матери – Слышь – ка, Валюха…гони – ка пацанов и нашего домой! Не простая это гроза…плохая! Гони, кому говорю…

И сам тон, каким было это сказано, сурово сдвинутые брови свекровки, говорили о том, что все серьезно! И мать, высунувшись в ворота в заборе, зычно крикнула – Петруша, домой! Живо сорванцы, кому говорят…

Ага, два раза! Чтобы не прослыть мамкиным сынком, я конечно проигнорировал это зов…Куды интересней было сидеть в нашем потайном шалашике, что вместе, всем тумором, мы соорудили на крутояре берега Никишихи…Степенно обсуждая свои насущные, пацанские дела? Хотя, какие там степенные? Галдели, как воробьи на ветке!

А вот то, что случилось потом, многие из нас будут вспоминать только в кошмарных снах про конец Света! Что, спросите вы? Да вот что…

– Петруха, скажи…правда то, что говорил как – то твой дед на гулянке у атамана, будто бы есть на свете некий кинжал Тьмы? – иезуитски начал сынок нашего атамана, Васька Прохоров, постоянный подначник и заводила…словно шило в заднице…

Белобрысый казаченок со смазливой рожей лица, отчего все станичные сплетницы ему пророчат славу отчаянного станичного серцееда…Я сам – брыцковатый, с примесью крови местных аборигенов, молча кивнул – не хотел я втискиваться в эту склизкую тему…И откуда деда притащил, словно сорока на хвосте эту расхожую легенду из далекого Крыма? Хрен его знает…но полуостров – то древний и потому тайн и легенд из Мира Магии, знал немеряно…

Чем и пользовались нечестные казаки, сначала подпоив того винцом, а потом – вытаскивая за его язык очередную легенду…Одну страшней другой! Вот и эта была из таких – страшноватой на самом деле, если честно!? И знала её почти вся станица, так как пересказывали все, кому не лень! И обрастала она все новыми подробностями и частностями, коих не было в изначальном варианте седой легенды…

Сначала было Слово… – так всегда начиналось повествование из Библии о Сотворении нашего мира Спасителем…но потом дед переходил на другую тему – Но завсегда была война промеж Cветом и Тьмой! Завсегда! – авторитетно заявлял он и все станичники утвердительно гудели – тоже мне, типа, открыл Америку!

Но вот когда он сказал – И до того моменту, ковды Спаситель пришел в наш мир…– вся горница напряженно затыкалась и в воздухе повисало многозначительное молчание – И что замолкли? Сами просили рассказать уже в двадцатый раз, тогды никшните! Ну вот, я и говорю, что до того моменту, ковды в наш мир…темный и молчаливый, пришел наш Спаситель…ибо там властвовали чуждые нам боги…и среди них был один – златокудрый Аполлон! И был он – бог Света! И потому в его услужении были всяки твари земные и воздушные, природа и много чего…всего и не упомню я…да!

И был там еще один бог – бог Войны! Арес кровожадный! Жутко жадный до крови, душ и тел простых людишек, вроде нас с нами…И был у него хороший знакомый – бог кузнецов – Гефест хромоногий! И вот как – то, Арес попросил выковать Гефеста ему новый кинжал…

– Но эту беседу подслушал Аполлон златокудрый…и решил подкузьмить тому, когда кинжал был готов, он втайне от всех окунул тот в воды темной реки Стикс, что стерегет границы Мира Живых и Мира Мертвых! Так что тепереча, энтот кинжал – навроде ключа, позволяющего его владетелю ходить между Мирами…как их зовут – то, вот запамятовал? – тут деда поскреб в затылке и внезапно выдал, распрямляясь – А…паря, Тропами Трояна зовут сии заповедные места и они, энти места вельми богаты дикими Тварями, что там живут – жуткие оне!

И надо же так случиться, когда в это самое время за окном горницы внезапно ощутимо похолодело и шарахнул гром такой силы, что все в горнице жалобно тренькнуло! А следом полыхнула такая молонья, будто сам рассерженный Зевес пришел в далекое Забайкалье и метнул молнию в дом нечестивца, посмевшего озвучить древнюю, как мир, легенду…

Станичники неистово крестились и поспешно торопились на выход, уж больно гроза какая – то ненормальная…сухая!? А такие в здешних местах – большая редкость…Но чтобы именно в тот момент, когда там говорится по древней, как мир, легенде? Нет…таковых совпадений не бывает! И потому торопились убраться вон из дома, вокруг которого ТАКАЯ гроза закручивается?

А по – над домом и вправду, словно магический вихрь из темных и потому грозных, кучевых облаков закручивается тугая спираль, что напрямую указывает на магическую подоплеку этой странной грозы? И люди, выбегая с нашего подворья, неистово крестились и сплюнув, исчезали в своих дворах, неся на языке очередную невероятную болтовню…

Вот так…в обстановке полумистики и жил я…малый пацаненок до поры, до времени…А вот, когда мне исполнилось пятнашка, меня словно подменили…купаясь в студеной Никишихе, вода в ней…кстати даже в самый жаркий день не нагревается, оставаясь холоднюшей..

Сказывается наличие ледяных, студеных ключей, особенно в истоках, в верховьях речки…И потому, наплескавшись до синевы, мы как пескари на фоне песка, лежали пузом вниз, подремывая…Но вот гроза? Она наползала, словно довольная тем фактом, что там…в низу, есть добыча для её молний – шесть тушек мальцов!…

И вот когда разверзлись хляби небесные, мы, подстегнутые холодной водой, что упала на нас…неслись со всех ног в станицу…Хотя и бежать – то всего – ничего, но пока суть да дело, вымокли насквозь! И самый прикол, простыли почти все…Вот именно, что почти…кроме меня?!

А я, вот так случилось, споткнулся о какую – то корягу – деревягу и почти носом впахался в какую – то хрень, с первого взгляда напоминавшее нечто, похожее на сильно проржавевший нож…На автомате подхватил его и не разглядывая, припустил за нашей ватагой…

Прибежал, первым делом – в предбанник, воткнул ножик под застреху, ну и если сломается, подумаешь…беда какая? И только потом – домой…Получил свою долю плюхи за непослушание и проскользнул в свою комнату, а там, раздевшись, скользнул под теплое одеяло и зачарованно уставился на стихию, разбушевавшуюся за стеклом окна…

Вот там, за окном…за полотном ливня, стоявшего стеной…увидел первый свой глюк! Отгадайте с двух раз, кого? Правильно…фавна! Именно его, а кого же еще? У кого нижняя половина тела покрыта темно – бурой, курчавой, как мерлушка, шерстью и внизу – козьи копыта? Там, где у нормальных людей – стопы?!…

Этот рогатый индивид улыбнулся мне милой – премилой улыбкой, показав мне белоснежные, чистые и ровные зубы и отвесил поклон, словно я аглицкий лорд какой – то? И пыхнув вспышкой света…исчез! А я лежал и боялся пошевелиться!?

– Что это было? – еле смог я пошевелить своими белыми от сухости губами, прошамкал я, уставившись за окно…где лился уже вполне себе обычный дождик…

Все бы ничего, но когда я обернулся на какой – то шорох за спиной, обомлел, за мной внимательно наблюдал, сдвинув кустистые брови, мой деда…И когда наши взгляды пересеклись, он горестно покачал головой и сказал всего одно слово – Случилось!…– и развернувшись, побрел в горницу….как – то сгорбившись и став сразу лет на сто старше, что ли?…

Как потом я не пытал его, что значит его слово, он только раздраженно фыркал и отгонял меня от себя…А ларчик просто открывался…Когда дед оставался один, а это всегда оставалось, когда он один уходил в ночное…только с кобелем нашим – Савраской…

И оставшись наедине с костром и собакой, он доставал свою курительную трубку с турецким, горьким табаком и закурив…выпускал первое кольцо дыма…он филосовски шептал – И все – таки ОНО свершилось! Он снова пришел в этот мир! – и выпустив второе кольцо, он говорил – И кто на сей раз ЕГО Избранный? Только бы не Петруша…Только бы не он!…

Хотя сам? А там…в глубине души он понимал, что если козлоногий пришел снова в этот мир? То он показывается только Избранному…сиречь – его внуку! Вот черт!…Значит, постреленок все – таки случайно нашел то, что ему предназначено было с глубины веков – Клинок Тьмы!?…

И горестно качая головой, он начинал отчаянно дымить, ломая голову, как избежать предначертанного много веков назад, на берегах туманного Пеллопонеса и черт бы побрал ту старую, изможденную потомственную пифию, там…в Тавриде, когда его казачий полк брал в упорных боях турецкие укрепления…

– Не ты, руссин, не ты! Но твой потомок примет ЕГО в длань свою! Великие дела он сотворит с ним в руках, ибо это – Оружие Богов! Ты… – договорить она не успела и упала на его руки, хрипя и захлебываясь темной кровью из пробитых навылет легких шальной тяжелой круглой турецкой пулей…

А молодой тогда еще, Матвей застыл с изломанным телом старой гречанки на руках, весь уделанный кровью…Горячей, человеческой кровью, хлеставшей из страшной рваной дыры на сморщенной груди старухи – прорицательницы…

Он со товарищи после штурма решили навестить местную прорицательницу, гречанку по крови, чтобы она указала им самых смачных местных смоковниц…Так нарекали молодых совсем местных девушек, которым исполнилось с грехом пополам, шестнадцать лет…И не замужних, самое главное!?

Но вот, когда все вышли из горницы, Матвея чуть родимчик не хватанул – вдруг убитая гречанка встрепенулась и закатив глаза, приподняла голову и уставилась в лицо Матвея белыми белками мертвых глаз – буркалами…– Чему быть, тому – не миновать! Но береги своего потомка… – и она снова замолкла, обессилено откинувшись в руках молодого парня, теперь уже навеки…

Вот так и произошло знакомство молодого забайкальского казака с миром древнегреческой Магии…с которым по неведомому капризу Мойр он пересекся невольно для себя и своей родовы…

И теперь сидел и тщетно пытался сломать голову – Как помочь Петруше? Как… – и только над его головой поднимался клубами ароматный запах горелого табака, добытого отчаянным казаком в том памятном бою…

– Не ломай голову, отче! – раздалось за его спиной глухим, замогильным голосом, отчего Матвей вздрогнул – Права пифия была – чему быть, тому не миновать! Не переживай, с твоим внуком ничего не случиться… – и он услышал затылком только шорох сухой, прошлогодней травы и все…

Потом осторожно он взял в руки короткую палку, сунул в костер и когда она занялась, резко обернулся – никого! Только пара свежих отпечатков козьих копыт и всё…

– Чур меня! – и невольно осенил себя крестом – и вдруг…он замер, боясь спугнуть мысль, что вспыхнула в его измученном мозгу – он внезапно увидел…каким путем спасти внука от участи стать Спасителем человечества в новом, народившемся, но уже жестоком веке…

И когда он вроде бы стал разбираться во всех хитросплетениях судьбы внука, как вдруг вся картина подернулась на мгновение туманом, а вот то, что он увидел потом, чуть не свело ветерана войны с ума! Ему показали всего лишь несколько фрагментов из возможного пути развития цивилизации…

– Господи мой! Что же это такое будет? – плакал, стоя на коленях мой дед, перед затуманенным взором которого прошли, смазанные горькими слезами, туманные картины страшного будущего нарождающегося 20 – го века…

Огонь и Хаос двух великих войн! Горящая Герника и ужас Освенцима…Карибский кризис и Пламя Хиросимы…И словно в небе кружился, остывая, черный пепел невинных сотен тысяч человеческих душ и сердец, во мгновение ока превратившихся в сумрачные тени Ада людей…

А мой деда стоял на коленях…окаменев от того вселенского горя, что обрушилось на него! И только мелко дрожали его сухие и потрескавшиеся мгновенно губы, когда он шептал только одно – За что, Господи? Лучше возьми мою душу, оставь их и его в покое…Молю тебя, Отче!…

А вокруг разливалось веселое августовское солнце, а мой дед мгновенно побелел и стал, как лунь – седой…И на все вопросы он не отвечал, только горько смотрел на меня…в уголке его глаза дрожала одинокая, горькая слеза…А когда мы остались наедине, он еле – еле вытолкнул из пересохшей глотки вопрос – Зачем ты ЕГО нашел? Внучек, зачем…

А я непонимающе пожал плечами и глупо переспросил – Что нашел, деда? – у меня совсем вылетел из головы тот проклятый, ржавый, ножик…

Но время неумолимо и теперь я вспоминаю это…как уходил мой деда, он сгорел в горячке буквально за три дня после этих событий…В огне болезни он метался и хватал всех, кто прикасался к нему – Берегите внучка…Он в опасности великой! Грядет война…большая война! Берегите внучка…– а когда он отошел, его тело расправилось, лицо разгладилось и стало таким умиротворенным…

А бабушка, горько заплакав, упала ему на грудь и завыла – На что ты меня туточки оставил, сокол мой ясный! Не пущу…не дам смертыньке твоей меня овдовить…Как я буду туточки…одна? – и сползла на пол, уставившись в какую – то ей одной ведомую точку, пока сердце не стукнуло в последний раз…

Так и умерла моя бабушка, прислонившись к остывающему телу мужа…видать Смерть уступила её просьбе – забрала и её…мать чуть с ума не сошла в тот проклятый день!…А отец прилетел на следующий день, когда их уже тела предали земле и пролежал на могиле родителей практически весь следующий день, не реагируя ни на чьи просьбы…и тоже поседел, как лунь, в одночасье!

И мама родила немного недоношенную дочку, мою сестренку…Да видать у Мойр были свои планы на наше семейство, ибо умерла доченька и моя сестренка на третий же день после похорон…мать поседела и немного тронулась умом, стала заговариваться, качать куколок, плести им косы…

Отца ввиду особой семейной ситуации, по просьбе станичного атамана, комиссовали перед самой Русско – Японской войной! И сгинули бы мои родители, если бы не одно но…

А именно вот что – Он, проклятый Клинок Тьмы! Ибо он внезапно ожил и призвал меня посреди ночи, в самый канун Нового 1903 года, когда мне уже стукнуло 17 лет…И я на следующий год должен быть зачислен в Реестровые казаки…

Вот только сначала мне предстояло заболеть…не просто сильно заболеть, а практически лежать присмерти…А вот то, что произошло далее, не укладывается во многие теории о происхождении жизни и эволюции органической жизни на этой планете….

Глава 2

– Мироненко, встать в строй! – снова рявкнул наш старший сержант по кликухе Махайрод, за его выступающие изо рта резцы, что делало его похожим на сказочный персонаж, типа орка с огромными клыками…

– Есть, товарищ старший сержант! – в ответ рявкнул я, здоровенный солдатушка…рядовой спецназа ВДВ, третьего года службы, в данный момент проходящий её в горах Кандагара и Герата, в Народной республике Афганистан, исполняя свой интернациональный долг…

Мы с моим вторым взводом спецназа ВДВ только что пришли из рейда по поиску и уничтожению каравана духов, шедшего со стороны Пешавара в местный кишлак афганских туркмен…люто ненавидевших Наджибуллу…надежды на его продажных полицейских и армию не было и потому отцы – командиры гоняли нас в три шеи, заставляя охотиться за этими неуловимыми караванами, которые везли из сопредельного Пакистана американское оружие, наркотики и всяческую хрень…

Причем караваны ходили с завидной регулярностью, словно автобусы в Подмосковье…вот только маршруты каждый раз – разные?! И как только они это делали? Было загадкой!…

– Брат, посмотри внимательней, глаза твои более молодые, более острые…что – то я сомневаюсь…– и мне сунул цейсовский штатовский тактический бинокль командир группы «Охотников за караванами», лейтуха…Петренко Вася..И хоть он был старше всего – то на два года, но он эти два года уже провел здесь…в Афгане и потому был в авторитете!

– Есть! – коротко бросил я и взял из его рук бинокль, приложил глаза к окулярам…подрегулировал резкость и тут увидел….– Это они, товарищ командир! Караван, что мы ждем! Двенадцать хвостов (верблюдов или иных вьючных животных), с ними – человек тридцать погонщиков…

– Отлично, примем от всей души…– прошептал сухими от жажды, губами наш лейтенант…знал бы парень, что продали наши тела и души за проклятую зелень продажные афганпаки, что окопались при штабе…

И потому душманы прекрасно были осведомлены о том, что неподалеку залегло подразделение охотников…Короче, из того горячего боя вышли только я и мой лейтенант! Спасли нас душманские дувалы, как ни странно? Мы с ним смогли спрятаться…

А вот потом пустынные дейвы сыграли с нами злую шутку…короче, его накрыли минометным огнем душманы, которым надоело гонять по дувалам хитрых крыс – шурави! И они решили завалить норы дувалов шквалом минометных мин!

Так что мой лейтуха ушел на свидание с Господом богом, честно выполнив свой воинский долг…А вот я…я увидел в просвет одного из дувалов нестерпимо яркий круг афганского солнца и на его фоне – черный кружок смерти…анфас падающей на меня вертикально душманской мины…Вспышка! И все потонуло в ослепительном свете, а я – провалился в какую – то темень, ни слов, ни света…НИЧЕГО?!

– Какая – то вселенская задница? – пребывал в недоумении мой мозг, когда внезапно, вспыхнул ослепляющий свет и я решил, что вот он долгожданный конец…и скоро я увижу всех моих родных, которые ушли один за одним еще до моего призыва на действительную службу…

Но не суждено было мне увидеть своих родных…не суждено! А вот то, что я услышал чужие голоса, меня конечно весьма напрягло…

– Петрушенька! Жив, голубь мой ясный! – мягкий, обволакивающий голос еще совсем не старой женщины, лежавшей на моей груди и плакавшей навзрыд, поверг меня в ступор!

– Где я? – только и успел я выдохнуть и откинулся, снова уйдя в безмолвный мир, только теперь меня не пускали назад, в мой мир…я понял это какой – то шестой точкой…

– Кто здесь? – кинул я вниз клич…и из темноты мне ответил глухой и совсем молодой голос – Ты хто, паря? Что тута делаешь?

Короче, конструктивный диалог двух, заплутавших душ состоялся…И мы пришли к выводу, что Петруха будет помогать мне? А я? Я не помню моего имени…

– Блин, вот незадача?! – подумал я, но почуяв, что я всплываю…– Петро, брат, подсказывай, все – таки это твой мир!?

И он не стал тоже тонуть в сумраке Разума…А сумрак Разума рождает Чудовищ!? – общеизвестная фраза из моего мира…

И парень остался, активно помогая мне…почему он потерял тягу к жизни? Не знаю…может потом помогу ему, ведь он…по факту – теперь мой побратим!?

С трудом я разляпил глаза – за окном – темень, хоть глаз коли! Я лежу в кровати, заправленной пусть и не богатым, но все же чистым бельем…явно – деревенская хата, или – курень, как сказал Петро?

Я – завтрашний реестровый казак, мои одногодки уже ушли на службу, их отправили своим ходом, на конях, на юг Забайкальской губернии…а вот когда я глазами в неверном свете керосиновой лампы нашел на стене замусоленный календарь, мне стало реально плохо – шел самый начальный период сентября 1904 года…полгода до начала великой войны на Востоке Российской империи…

– Попал же, твою мать! – зашипел я, когда попытался сесть…ага, два раза!

Оказалось, Петро сорвался дома с лестницы и аккурат хребтом ухнул на пенек, оставленный от спиленной старой яблони…Вот засада – попасть в тело инвалида? Твою же мать! – душа рванулась ввысь в едином порыве – Господи, ну за что ТАК? Чем я прогневил тебя?

– Что? – я не разобрал то, что пробормотал Петро…что – то насчет Магического Клинка Тьмы, что не отпускает его Избранного далеко от себя всеми силами…Чем вызвал у меня просто бурный шквал диких эмоций ярости и злобы…

– Может именно это и спасло нас с Петрухой?– не раз рассуждал я потом, оглаживая ложе своего карабина, я все – же самый настоящий реестровый казак! Пусть и на два года опоздавший со своим годом службы, но все же….в строю, с шашкой и карабином и строевым конем…с Гнедком…

И самый прикол – в числе самых передовых по показателям!…Ещё бы, я что – не спецназ ВДВ? Так что тут, в теле молодого казака, я на своем месте в моем новом Мире! И с такими мыслями я спокойно уснул в казарме 2-го казачьего реестрового полка Забайкальского казачьего войска, накануне нового 1905 года…

А за окнами – самая кровавая круговерть Русско – японской войны! Самое пекло…Пусан! И мы – стоим на передовых позициях обороны этого портового города, взятого буквально за 5 лет до этого, в аренду Российской империей у Кореи…

Сейчас – перерыв в боях, ночь…не любят потомки самураев воевать посреди ночи?…Ну, а ты, рядовой спецназа ВДВ? Да это мое, самое любимое время! И потому встал, отряхнулся…попрыгал, устроив на заспанных глазах сослуживцев мини – спектакль…Прислушался – ничего не звенит?

– Господин хорунжий, разрешите обратиться, ваше Превосходительство?! – командир пятой роты донцов, в подчинение которого временно передали забайкальцев, хмуро глянул на меня из – под кустистых бровей – Чего тебе, казак?

– Реестровый казак 2-го полка Забайкальского войска, Петр Кузьмин! Разрешите в вылазку к косоглазым? Нам вроде как пленный нужон?…

– А, это ты…старослужащий!? – ухмыльнулся он, разгладив усищи – ха! Приведешь офицера, крутить будешь дырку на форме…И куды тебя черти понесли? На ночь глядя…А! Вали к чертям собачьим…– и он отвернулся от меня, показывая, что разговор окончен!

– Спасибо, господин хорунжий! – и повернувшись на каблуках, придерживая шашку, я вышел из землянки…вокруг стояли донцы, смотря на меня, как на полоумного, добровольно напросившегося в разведку…за языком?

– Тебе чё, паря, жизня тута надоела? Али дома никого? – и сострадальчески хлопали меня по плечам – Не спешите хоронить меня, казаки! Будет день, вот тогда и говорить будем?! Ну, прощевайте…– и я ужом выскользнул за бруствер траншеи…

А там, за триста метров после, начинаются уже японские позиции. И потому, памятуя, что косоглазые любили устраивать всякие бяки в районе своих окопов, я полз осторожно, периодически ощупывая землю перед собой…

Я еще вчера – позавчера присмотрел окоп, в котором расположился штаб японской воинской части…Вооон, там развевается на флагштоке ихнее солнце на белом фоне….И стелясь змеем по нейтралке, я приближался к вожделенной добыче!

Но видать боги удачи на мгновение отвернулись от меня и я угодил в незамеченный ранее разведывательно – сторожевой пикет япошек…Самый прикол, это оказалось полной неожиданностью и для меня и для них!

Короче, как том плохоньком боевике с восточным уклоном – Кийя! Удары ребром ладони и кулаков на пробитие защиты чертового мастера карате…что оказался на поверку лейтенантом японской армии, потомственным самураем, твою же мать! Но я – тоже не пальцем деланный, и мой мастер русского рукопашного боя натаскивал меня, как волкодава на матерого медведя…

Кончился рукопашный бой нашим поединком с этим лейтенантом, когда в кругу трепещущегося света от гильзы снаряда с керосином лежало два труппа, уговоренных моими кулаками и ножом…Тем самым Клинком Тьмы…

Потеки запекшейся крови на нем выглядели, как жертвенная кровь, посвященная богу Войны – Аресу!… И слава богу, самурай не обратил на это внимания…Гад, не вмешивался, когда я уговаривал этих двух придурков покинуть этот свет добровольно, а не по принуждению!? Наблюдал, что ли?…

И лишь когда я завалил второго, коренастого и жилистого японского фельдфебеля, неплохо махавшего винтовкой и мастерски орудовавшего штыком…лицо офицера оставалось неподвижным…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.