# Титульные церкви Рима. Храмы Пасхалия I. Часть 2

Татьяна Борисовна Жезмер

Если Вам интересно как отличить римскую мозаику от византийской, откуда в Риме византийские мозаики, какой формы бывают нимбы, что за странные гербы можно видеть у входов в храм и на могильных плитах, эта книжка – для Вас

## БАЗИЛИКА САНТА ПРАССЕДЕ.

В соответствии с легендой, Святая Пракседа была сестрой святой Пуденцианы. Обе они приходились дочерьми тому самому сенатору Пуденсу, на месте виллы которого находится церковь Санта Пуденциана.

По преданию, первый баптистерий был построен самой Пракседой в её имении, унаследованном после смерти отца (сенатора Пуда). Здесь Пракседа прятала гонимых христиан, а также собирала здесь тела погибших христиан и хоронила их потом в катакомбах Святой Присциллы.


Первое письменное упоминание о церкви titulus Praxedis относится к 491 году.

В книге о деяниях Пап – «Liber Pontificalis» говорится об украшавших церковь папах Адриане I и Льве III. Однако, археологических подтверждений существования базилики до начала IX века пока не обнаружено.

О раннехристианском происхождении храма сегодня говорит лишь его ориентация. Ось храма направлена с юго-востока на северо-запад.


Сегодня при строительстве христианских храмов существует незыблемое правило – возводить храм так, чтобы ось здания была сориентирована по линии восток-запад и его алтарь обращен на восток.

По этой причине главный вход в храм (притвор, нартекс) находится напротив алтаря и обращен на запад.

Само слово «ориентация» перешло в русский язык из французского.

Orientation буквально означает «направление на восток». В свою очередь, Orientation имеет латинский корень – oriri.

Oriri – латинский глагол со значением появления, рождения, начала, который употребляли обычно с существительным «солнце», когда возвещали о его восходе.

Слово oriens – действительное причастие настоящего времени от того же глагола, которое с тем же именем существительным – «солнце» составляло устойчивое словосочетание, обозначавшее ту самую сторону света, где восходит солнце, – то есть восток. В обычной речи существительное «солнце» опускалось, поскольку говорящим и так было ясно, о чем идет речь.

В латыни, а далее – в языках романской группы от этого широкоупотребительного слова остался только его латинский корень – «ориент».

В этой форме слово вошло и во французский язык, для обозначения востока. От него ведет происхождение «orienter» – французский глагол со значением «направлять, нацеливать на восток», от которого и произошло существительное «ориентация».

Таким образом, восточная ориентация – фактически – тавтология, а еще – наследие культа Солнца (латынь sol –солнце и solaris –солнечный).


Языческие храмы Рима не имели строго предписанной ориентации. Однако, большая часть их, все же была обращена входом – лицом – на восток.


Когда христиане получили возможность строить церкви, они ставили их по-прежнему – входом на восток. Кроме того, частично для нового культа были использованы и реконструированы древние святилища.

Таким образом, алтарь многих первых христианских храмов оказывался на западе.

Известно, что из 34 церквей, построенных до 420 года, три четверти имели алтарную абсиду на западе и только четверть – на востоке.

Храмы коптских христиан до сих пор сохранили ориентацию входом на восток.

Среди храмов, обращенных алтарем к западу – собор святого Петра в Ватикане, церковь Святого Иоанна на Латеранском холме и многие другие самые древние христианские храмы Рима, а также храм Гроба Господня в Иерусалиме.

Папа Лев Великий в середине V века даже жаловался, что народ, приходя в собор св. Петра (повернутый алтарем на запад) поворачивается на восток (спиной к алтарю) для приветствия восходящему солнцу.

Однако, центром христианской храмовой молитвы являются, прежде всего, престол и алтарь так что, в конце концов, пространство христианского храма стали организовывать так, чтобы алтарь был на востоке.

Но эти каноны храмового строительства, когда ориентация алтаря храма в восточном направлении стала обязательной и приобрела символическое значение, сложились значительно позже, чем возникли самые первые христианские храмы.

СУЩЕСТВУЮЩЕЕ ЗДАНИЕ ЦЕРКВИ СВЯТОЙ ПРАКСЕДЫ БЫЛО ПОСТРОЕНО ПАПОЙ ПАСХАЛИЕМ I ОКОЛО 817 ГОДА и в общих чертах и сейчас сохранило свой первоначальный облик.

Пасхалий I перенёс в новопостроенную базилику мощи 2300 мучеников из римских катакомб, в том числе и «титульных» святых Пракседы и Пуденцианы.

Активность Пасхалия в переносе реликвий из катакомб и с заброшенных кладбищ, кажется, не знала себе равных. Перенос останков святых сопровождался торжественными процессиями.

Вероятно, именно эту сторону своей деятельности Пасхалий считал самой важной и за нее, как о том свидетельствуют посвятительные стихи, написанные в абсиде Санта Прасседе, рассчитывал обрести вечный покой за стенами Небесного Иерусалима.


Хорошо сохранились три базилики, построенные Пасхалием I.

Санта Чечилия (Santa Cecilia),

Санта Мария ин Домника (Sanта Maria in Domnica) и

Санта Прасседе (Santa Praxades).

Но полный список возведенных за семь лет его понтификата и украшенных мозаиками храмов выглядит гораздо более внушительно:

–При базилике св. Петра он основал и богато украсил две капеллы, посвященные: первая – мученикам Процессию и Мартиниану (МАРТИНИАН Римский), вторая – папе Сиксту II и св. Фабиану;

–Отстроил после пожара портик собора св. Петра;

–Восстановил монастырь св. мучениц Цецилии и Агаты неподалеку от одноименной базилики;

–Для монастыря Сергия и Вакха, находившегося по соседству с латеранской Патриархией, отремонтировал здание;

–Заново отстроил гостиницу Св. Перегрина (S.Peregrinus) у собора св. Петра;

–В базилике Санта Прасседе была сооружена еще одна капелла – Св. Агнета (S.Agnetis).


Известно, что в 815 году Папа Пасхалий I привлёк в Рим многочисленных греческих монахов – почитателей икон, вынужденных бежать из Византии от второй волны иконоборчества.

### ИКОНОБОРЧЕСТВО В ВИЗАНТИИ

Император Лев III Исавр ("Иконоборец"; 716—741), родом из Сирии (Исаврии), в 730 г. издал эдикт, запрещавший писание икон,

– поскольку лик христа имеет "божеское естество", то он "неописуем" и не может быть изображен.

Период иконоборчества в Византии совпадает с периодом искоренения человеческих изображений в мусульманском искусстве. Правда, мусульмане пошли дальше – они и зверюшек запретили.

Защитником иконописания выступал Иоанн Дамаскин (680—749). По его утверждению,

– изображение есть, подобие божественного архетипа, и потому нет греха в том, чтобы чтить икону, поклоняясь не ей самой, а божеству.

Борьба этих теорий продолжалась с переменным успехом почти 140 лет и была неразрывно связана со сложной политической борьбой между Римом и Византией

– со времен первых иконоборческих мероприятий в Константинополе отношения с Римом были разорваны и долгое время главным препятствием на пути нормализации отношений Византии как с Римом, так и с православным Востоком, формально оставалось иконоборчество.

На короткое время иконопочитание в Византии было восстановлено в 787 г. императрицей Ириной (правила самостоятельно в 790 и 797—802 гг), супругой Константина VI, уроженкой Афин, специально созвавшей для этой цели Никейский церковный собор. Это было частью сложной интриги по возвращению под контроль Византии владений в Южной Италии.

На Вселенском соборе 815 г. иконопочитание снова осудили.

В 831 г. византийский император-иконоборец Феофил (829—842) женился на Феодоре, тайной почитательнице икон. Императрица прятала иконы у себя под подушкой, да и многие приближенные императора также тайно чтили иконы.

После кончины императора Феофила церковные Соборы 861, 867 и 869 гг. окончательно осудили иконоборчество.

В память дня восстановления иконопочитания 11 марта 843 г. был установлен праздник "Торжества православия".

ЭТИ, КАЗАЛОСЬ БЫ, ДАЛЕКИЕ СОБЫТИЯ ПОВЛЕКЛИ ЗА СОБОЙ МНОГОЧИСЛЕННЫЕ И ДОСТАТОЧНО СЕРЬЕЗНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ, ОДНИМ ИЗ КОТОРЫХ ЯВИЛОСЬ ВОЗРОЖДЕНИЕ И БУРНОЕ РАЗВИТИЕ В 9-12 ВЕКАХ ИСКУССТВА МОЗАИКИ В УКРАШЕНИИ ХРАМОВ НА ТЕРРИТОРИИ ИТАЛИИ.

Многие римские базилики были украшены богатой мозаикой, а сам Папа Пасхалий I увековечен в мозаиках сразу трёх храмов – Санта-Прасседе, Санта-Чечилия-ин-Трастевере и Санта-Мария-ин-Домника.


В мозаиках, украшающих каждую из упомянутых церквей, можно найти портрет Пасхалия I


Рисунок 1 Фрагмент мозаики конхи абсиды церкви Санта Чечилия


Вот этот молодой человек, голова которого обведена синим квадратиком, с макетом храма в руках и есть Пасхалий.


Рисунок 2 Фрагмент мозаики конхи абсиды церкви Санта Мария ин Домника


Рисунок 3 Фрагмент мозаики конхи абсиды церкви Санта Прасседе.


Квадратный нимб, встречающийся в мозаичных изображениях, означает, что при изготовлении мозаики персонаж был жив.

Пасхалий I был Папой с 25 января 817 по 11 февраля 824 года.

Вот вам и датировка мозаик. Они были созданы при жизни Папы Пасхалия.

Любопытно, что можно даже видеть, что за эти семь лет Пасхалий I значительно повзрослел.

Можно также с большой степенью вероятности сказать, в какой последовательности изготавливались мозаики.


Есть еще любопытная подробность

«…По всему Риму можно распознать подобные «титульные» церкви» по кардинальским гербам, висящим над входом…»

Генри Мортон

Возможно, вы тоже удивлялись на эти странные изображения. Иногда их можно увидеть на овальном щите перед входом в храм, часто – на могильных плитах в храме: наверху – шляпка, а по бокам – две связки кисточек, сильно смахивающих на уши спаниэля. Причем, кисточки бывают красные, а бывают зеленые. И еще их количество бывает разным. Оказалось, что это – те самые кардинальские гербы, о которых пишет Мортон. Это и есть тот самый признак титульного храма.

Эта шляпа с кисточками называется Галеро. В жизни их уже никто не носит, но она стала геральдическим символом. Наряду с красным и зелёным цветом используют также фиолетовый и чёрный цвета для выделения разных рангов в церковной иерархии. К тому же, шляпа и кисточки могут быть разного цвета, и эти сочетания тоже имеют значение. По мере понижения ранга цвет меняется, а количество кисточек уменьшается.

Галеро на гербах кардиналов – красное с 30 кисточками. На гербах патриархов – зеленое, тоже с 30 кисточками и на гербах архиепископов – зеленое, однако с 20 кисточками. Такое же зеленое галеро на гербах епископов и аббатов, однако, кисточек только 12.

Есть еще разные тонкости – наличие, либо отсутствие креста над щитом, крестов под щитом, количество перекладин на кресте и т. д., но они меньше бросаются в глаза.


Рисунок 4 Вот как выглядит герб кардинала


Рисунок 5 герб архиепископа


Рисунок 6 герб епископа


Санта-Прасседе с момента своего основания в I веке именовалась titulus. В последующие века церковь сохранила свой статус титульной базилики. Начиная с 1073 года известен непрерывный список кардиналов – титулярных настоятелей Санта-Прасседе.

Среди них находятся 5 будущих пап (Гонорий II, Луций III, Юлий III, Лев XI, Александр VIII) и знаменитый деятель Контрреформации Карло Борромео.


Рисунок 7 Санта Пуденциана и Санта Прасседе


Рисунок 8 Санта Прасседе


Вход в храм сейчас осуществляется через боковую дверь в правый неф и выглядит более, чем скромно – настолько, что очень легко пройти мимо. И практически ничто не указывает на то, что за этой дверью спрятаны настоящие сокровища, равных которым немного.

А вот и кардинальский герб над входом справа.


Рисунок 9 Вход в храм Санта Прасседе


На рисунке, приведенном ниже, видно, что изначально предусматривался значительно более торжественный сценарий входа в храм. Он должен был осуществляться с перпендикулярной улицы.


Рисунок 10 План Санта Прасседе

### СТРУКТУРА ХРАМА

В связи со значительным перепадом рельефа, вход предварялся лестницей и обширным квадратным атриумом с квадропортиком.

Атриум, в данном случае, – внутренний дворик перед входом в храм.

Квадропортик – портик, лоджия перед входом в здание, выглядящее примерно так:


Рисунок 11 Квадропортик


И только потом посетитель попадал в классическую трёхнефную базилику с сияющей драгоценными мозаиками, ярко освещенной абсидой, завершающей центральный неф.

К сожалению, мало кто задумывается о том, насколько важен сценарий восприятия пространства.

От этого сильно зависит, кем ощущает себя посетитель – любимым и уважаемым гостем, которого ждут, либо кем-то незваным, незаконно проникшим в дом и подглядывающим за чужим праздником.

В изначальном сценарии хозяином помещения был Бог. Его изображения, прямые и символические являются центром всех мозаичных композиций. А любимыми гостями были посетители Храма. И их торжественный путь от входа в Храм в направлении Алтаря – путь к Богу, путь к Свету. И даже лестница в начале пути, которая, вроде бы, является чисто утилитарным элементом, компенсирующим перепад рельефа, приобретает символическое звучание.