Владимир Поселягин
Освобожденный. Освободившийся. Возрожденный (сборник)

© Владимир Поселягин, 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

Освобожденный

От автора

Эта книга не задумывалась как приключенческая с боями и постоянными погонями. Я описывал, как простой парень своим трудолюбием добился статуса гражданина космической цивилизации и к чему это привело. Многие скажут, что это фанфик на «Шахтера» Хорта. В принципе, отрицать не буду. Однако в этой книге есть и нечто новое, что не было взято от «Шахтера». И сразу предупреждаю: в игру EVE я не играл.

* * *

Очнулся я от похлопывания по щекам. Не сказать что грубым, скорее профессиональным.

– Полосатый, отвали, – пробормотал я. Вчера мы с бывшими одноклассниками рванули на озеро порыбачить да шашлычков пожарить. Я особо не употребляю, но эти черти полосатые все-таки споили меня. «Полосатыми» я их называл за привычку носить тельники. Три года назад, когда мы учились в седьмом классе, родители полосатых уехали в другой город. Изредка они приезжали навестить оставшихся тут родных да с друзьями встретиться. Да еще один повод был загулять – мне исполнилось семнадцать, и я закончил с отличием школу. Конечно, не с золотой медалью – мне в последнее время наскучила учеба – но тоже неплохо. Дальше для меня открывались широкие просторы – выбирай не хочу. Хочешь – комбайнером. Хочешь – трактористом. Ну или водителем, в конце концов.

– Давай просыпайся, парень, – и снова хлопки по щекам. Голос был незнакомый.

Я открыл глаза и попытался рывком встать. Не из-за того, что этого человека не знал, а потому, что даже язык был другой, но я почему-то прекрасно понимал говорившего.

Ошарашенно оглядев помещение со светлыми стенами, заставленное странными ящиками с прозрачными крышками – в одном из похожих я лежал («Медицинские капсулы», – всплыло в голове) – я поднял глаза на стоявшего рядом парня лет двадцати пяти, который внимательно смотрел на меня и благожелательно улыбался. Одет он был в белый комбинезон с какими-то символами на рукаве, а на голове носил обруч.

– Ты помнишь, кто ты? Что делал в последнее время?

– Мы отдыхали на озере… А где я?

– В тебе столько успокоительного, что, думаю, выдержишь: ты находишься на военной станции «ОреГа-шесть» в секторе двести семнадцать-Б-шесть-ноль на базе Второго пограничного флота империи Антран. Ты – «дикий»… – посмотрев на меня, медик вздохнул: – Что?

Я опустил поднятую было руку и спросил:

– Какие еще станции и сектора? Где я? И почему я вас понимаю?!

– Ты в космосе. Мы даже знаем кое-что о тебе. Денис Миронов, если не ошибаюсь?

– Да, но…

– Подожди. Давай я все расскажу по порядку, потом и задашь свои вопросы. Согласен?

– Слушаю.

– Прежде чем начать, разреши представиться. Медик-сержант Бен Сторм.

– Очень приятно, – с сомнением ответил я.

– Точно неизвестно, сколько десятков лет назад один вольный работорговец империи Антран обнаружил большую голубую планету, заселенную людьми, и стал потихоньку таскать оттуда рабов. Двадцать лет назад был вывезен и ты, с группой из двухсот таких же рабов. Что с остальными произошло – неизвестно, а тебя и еще шестерых он продал на одну из исследовательских станций на Фронтире – это Дикие миры, сектора, где не действуют законы. Чем эта станция занималась – неизвестно, но они приняли капсулы с вами и заплатили работорговцу. Ученые на этой станции предположительно занимались запрещенными исследованиями. Так что вас ждала незавидная участь, ты мог очнуться со своим туловищем, но ногами рептилии, например. Через два месяца на станцию случайно наткнулся рейдер из империи паукообразных, который ее и уничтожил. Вам повезло. Та секция станции, где вас держали, не была повреждена, и сохранился источник питания, что поддерживал жизнь в трех уцелевших криокамерах. Через двенадцать лет на обломки станции наткнулся один мусорщик и, обнаружив криокамеры, продал их вольным шахтерам той же империи. Они вас оживили, вставили в головы специальные модули и сделали рабами. Последние три года ты был пилотом шахтерского крейсера. Это среднеразмерные суда. Ну, а неделю назад наш патрульный флот уничтожил работорговцев и освободил часть рабов. Выживших они высадили на этой станции.

– Сколько было рабов-шахтеров? – спросил я.

– Больше двухсот.

– А скольких высадили на станцию?

Поймав уважительный взгляд медика, я услышал ответ:

– Шестеро. Выжило только шестеро. Владелец активировал систему самоликвидации шахтерской авиаматки и перерабатывающего комплекса. Выжили только те, кто находился на своих кораблях. Твой, например, взяли на абордаж, ты не хотел сдаваться и активно отстреливался промышленными лазерами.

– Убил кого? – тревожно спросил я.

– Да одному истребителю плоскость сбил. Ерунда, – отмахнулся медик.

– А как узнали про меня и что я провел столько лет во сне? Почему я ничего не помню про рабство? Мое последнее воспоминание – Миха предложил посоревноваться, кто больше выпьет.

– Был пойман тот самый мусорщик, от него и узнали. Он смог взломать главный искин ученых, там все было. Именно так мы узнали о той базе шахтеров и еще о паре баз. Их сейчас добивают. Насчет воспоминаний сразу скажу – они не восстановятся. Имплант раба, что был внедрен тебе в череп, уничтожал всю память за то время, что ты провел в рабстве. Так что по его извлечении у тебя была чистая память – ну, кроме тех событий, что произошли до внедрения импланта.

– Это сколько мне сейчас лет? – я вздрогнул, разглядывая свои руки и ноги. Я только сейчас обнаружил, что был раздет. Кроме заметно увеличившихся мускулов, остальное осталось прежним. Ну, еще кожа была бледная. Как поганка.

– Биологический возраст – двадцать лет и шесть месяцев. Я перевел время на привычные тебе единицы. Разница у нас небольшая, быстро адаптируешься.

– Вы и это знаете?

– Не ты первый с той планеты… Давай вылезай из капсулы. Держи, это комбинезон пилота. Твой-твой. Почти новый – видимо, тебе его недавно выдали. Я провел его чистку.

Медик помог мне натянуть темно-синий комбез, показал, как он застегивается, и разрешил самому надеть тяжелые ботинки на рифленой подошве.

– Армейские, для десанта. Пилотские подороже. Видимо, ваш хозяин экономил, – прокомментировал Бен.

– И что теперь со мной будет? – спросил я, разгибаясь. Мне понравилось, что одежда и ботинки сами подстроились под меня и застегнулись.

– Ты как себя чувствуешь? – спросил медик.

– Вроде нормально, хотя скорее неопределенно.

– Это успокоительное действует.

Погладив голову, я понял, что лыс.

– А?..

– Работорговцы удалили твой волосяной покров. Хочешь его вернуть?

– Брови и волосы на голове, остальное не надо, – подумав, согласился я, продолжая поглаживать лысую макушку. – О! Еще ресницы верните.

– Тогда ложись обратно в капсулу. Нет, не в эту. Эта кибердоктор, нужно вот в эту. Это уже реаниматор.

Я не потерял сознание, и потому чувствовал щекотку на голове и лице. Буквально через пять минут крышка капсулы поднялась.

– Вот и все, можешь вылезать.

Заметив, что я щупаю голову, медик пояснил:

– Я восстановил луковицы волос, так что скоро они сами отрастут.

– Спасибо.

– Пойдем, я провожу тебя до каюты, заодно дам короткую инструкцию. Империя Антран не поддерживает рабовладельческий строй, поэтому на ее территории можешь чувствовать себя спокойно. Так как ты с дикой планеты, то пройдешь регистрацию в Центре беженцев и станешь полноправным гражданином империи… Это столовая. Давай я покажу тебе, как надо тут обращаться с кухонным комбайном.

После плотного обеда – на станции было три часа дня – мы проследовали дальше.

– Проходи, это твоя каюта, пока не прибудет транспорт и не заберет вас на ближайшую планету. Скорее всего, Миринду – она находится в приграничном секторе и уже достаточно населена и цивилизована.

Каюта была метра три на четыре, с небольшим санузлом за неприметной дверцей – это я сразу проверил. В комнате, кроме большого экрана на стене и большого узла вроде мешка в углу, ничего не было.

– У тебя пока нет нейросети, поэтому пользоваться оборудованием каюты будешь через этот терминал, – показал медик на экран. – Смотри.

Бен быстро показал мне, как пользоваться терминалом, как выйти в общую сеть – у меня было ограниченное право доступа – и настроил воспроизведение образовательного фильма.

– Кровать я тебе разблокировал. Можешь отдыхать и смотреть фильм. Он специально создан для таких, как ты, так что смотри внимательно.

Кровать действительно выдвинулась из стены и разложилась.

– А что такое нейросеть? – спросил я вслед уходящему медику.

– Это все будет в фильме. Там подробно разжевано. Фильм длится восемнадцать часов. Когда закончишь, вызовешь меня – к этому времени ты уже будешь владеть информацией, и мы сможем спокойно поговорить.

– Последний вопрос.

– Да?

– Когда прибудет транспорт, что нас заберет?

– Через три дня будет попутный корабль, он идет в Центральные миры и заберет вас троих.

– Почему троих? И есть ли среди них мои земляки?

– Трое из шести пленных – наши бывшие пилоты, остальные не являются твоими земляками. Это все?

– Пока да, – вздохнул я, хотя вопросов оставалось множество.

Скинув комбез, я развалился на кровати и стал с интересом смотреть образовательный фильм. Оказалось, существовало Содружество из нескольких десятков государств. В Содружество также входили и обе империи, о которых я узнал: Антар, где рабовладение было разрешено законом, и Антран, которая с ней постоянно воюет. Да и другие государства тоже не одобряли политику рабовладельцев. Эта информация пролетела часов за пять. А вот дальше стало интереснее, когда один историк начал вещать о нейросетях, базах знаний и имплантах.

Вся система обучения в Содружестве, куда входит отбившая нас у рабовладельцев империя, стандартизирована. С восемнадцати лет людям ставят нейросеть, на которую можно закачивать базы знаний по разным специальностям для дальнейшего изучения. Чем выше индекс интеллекта, тем быстрее процесс обучения. Наличие базы по специальности не дает навыков применения, ее надо выучить, осмыслить, то есть сделать эти знания своими. Проще говоря, поработать по этой специальности, чтобы знания полностью усвоились.

Изучать базы можно самостоятельно или в учебном заведении, что дает возможность ускорить обучение, а также предоставить практические занятия и помочь приобрести минимум профессиональных навыков. Дальше надо получить подтверждение уровня знаний, или сертификат. Человек предоставляет документы или протоколы использования знаний и навыков в объеме, установленном законом, для присвоения профессиональной квалификации. Личное участие не обязательно, достаточно отослать данные по общепланетарной сети. На каждую дисциплину и уровень выученных знаний существуют разные варианты проверок: выход по нейросети в квалификационное учреждение, которое присваивает освоенный уровень, и сдача экзамена под протокол – контрольный тест знаний и работа на виртуальном тренажере – или же протоколы практического использования знаний, которые просто отсылаются в это учреждение. Чем выше уровень и чем больше знаний, тем выше твоя заработная плата.

Всем гражданам Антран предоставляет бесплатную установку нейросети, которая обладает многими полезными функциями: повышается на десять процентов уровень интеллекта, существенно возрастает скорость обработки информации, улучшается реакция. Кроме того, нейросеть ведет пассивный мониторинг физического состояния, предупреждая о заболеваниях и увеличивая продолжительность жизни. За дополнительную плату возможно установить улучшенную или специализированную нейросеть для будущей профессии, также можно установить импланты, увеличивающие различные характеристики организма.

Иметь нейросеть – насущная необходимость не только для обучения. Любое управление техническими средствами и компьютерами осуществляется только через выходы для подключения на голове или руках. На этом принципе построена вся технология Содружества, и без установки нейросети не найти даже низкооплачиваемую работу в таком технологически развитом обществе.

Помимо основных функций, нейросеть имеет встроенный коммуникатор с часами и будильником, обладает возможностью протоколирования событий и контрактов, заключения договоренностей на расстоянии, то есть через сеть и, наконец, заменяет идентификационную карту. Останется только универсальная карта, куда заносятся данные о физическом, психическом и интеллектуальном состоянии разумного – карта ФПИ, которая нужна для устройства на работу, ведь помимо основных параметров, туда же заносят всю информацию о профессиональных достижениях, квалификации и уровнях специальностей.

* * *

Изучать общеобразовательный материал с описанием империи и ее законов, размещенный в конце фильма, я закончил только к обеду следующего дня. Пришлось, конечно, прерываться на ужин, сон и завтрак, но все равно я более-менее освоил предоставленную информацию.

Выключив проектор, я сел на кровать и почесал затылок.

То, что у меня больше пилотского минимума в сто двадцать единиц интеллекта – это факт. Все-таки я был пилотом среднего шахтера, но вот что с моими умениями? Они сохранились? Нужно пообщаться с Беном.

Встав, я наткнулся взглядом на непонятный мешок, в котором, по словам Бена, находились мои личные вещи, что были обнаружены на корабле. Смешно сказать, но я так был занят перевариванием поступающей информации, что совсем про него забыл и не обращал внимания.

– Ну-ка, что там? – пробормотал я, развязывая горловину и переворачивая мешок.

В отличие от комбинезона, оснащенного магнитными застежками, на мешке были обычные архаичные завязки. Скорее всего, и мешок принадлежал мне.

Кроме пяти комплектов нижнего белья – два были грязны, а чистый я сразу надел – нашлись несколько странных приборов, один сильно напоминал браслет и точно крепился к руке. Остальное не поддавалось идентификации.

* * *

– Денис? – ответил на мой вызов медик.

– Да. Я закончил с изучением программы и готов поговорить. Меня интересуют нейросети и карта ФПИ.

– Хорошо, я сейчас буду.

Бен пришел через двадцать минут.

– Присаживайся, – показал я ему на столик с двумя стульями. – Сок будешь?

– Нет, спасибо. Научился пользоваться интерфейсом каюты?

– Тут ничего сложного, жаль только, что кроме соков ничего получить нельзя.

– Это каюта среднего техперсонала, хорошо хоть преобразователь воды стоит. Прежде чем начать задавать свои вопросы, держи. Я не имею специализации на создание карт ФПИ, но мой начальник, лейтенант Горд, имеет. Он сделал ее для тебя.

Взяв светлый квадратик пластика, я осмотрел его. С одной стороны мое фото с физическими данными для опознания, на месте гражданства – прочерк. С другой стороны – то, что меня интересовало.

– Значит, у меня сто тридцать шесть единиц интеллекта, – задумчиво протянул я.

– Так и есть, проверяли тебя хоть и в кибердокторе, при извлечении импланта подчинения, но и это неплохо. На специализированном оборудовании данные будут точнее.

– А что с теми знаниями, что у меня были? Пилотские? Они пропали, когда извлекли этот имплант, или нет? В информации ничего об этом не было.

– Этот имплант скорее больше был нейросетью, но с функцией подчинения. Его благополучно извлекли. По знаниям могу тебе сказать так: все, что усвоил, осталось при тебе. После установки нейросети в специальной капсуле можно будет узнать, что за знания у тебя в голове.

– А сейчас?

– В принципе можно, но я бы посоветовал дождаться установки нейросети.

– Спасибо, – я задумался. После чего, тряхнув головой, спросил: – А тут у вас, на станции, возможно установить нейросеть, не дожидаясь отправки в Центр беженцев?

Быстро оглядевшись, видимо, по привычке, медик сказал:

– Такая возможность есть. Но сам понимаешь… не бесплатно.

– Давайте посмотрим, что у меня есть.

Бен быстро переворошил все вещи из моего мешка, посоветовав грязное белье бросить в душ – там была программа стирки – потом взял странный аппарат:

– Это считыватель для баз, старая модель. А вот это уже интересно – голопроектор… О, и кристаллы есть! – Он на пару секунд отвлекся, просматривая картинки на разных кристаллах. – Такие голопроекторы работорговцы выдают тем пилотам, что действуют продолжительное время вдали от авиаматки. Чтобы пилоты не сошли с ума. Такой проектор стоит от пяти до семи тысяч… Дорогой – видимо, трофейный. С кристаллами все сорок может потянуть. Остальное барахло.

– Так что? – я затаил дыхание.

– Тебе повезло. Из-за скуки, что творится на станции, свежие кристаллы с фильмами на вес золота. У меня в заначке есть нейросеть «Пилот-6У», я ее из трупа дезертира извлек. Наши только недавно отказались от таких, перейдя на более современные модели, так что тебе, можно сказать, повезло. Гражданские переименовали ее в «Пилот-9М». После установки и выхода нейросети на неполный рабочий режим, то есть на следующий день после установки, в полный она войдет через месяц. Мы тебя прогоним через виртуальные тренажеры и проведем сертификацию по специальностям. Так что в Центр беженцев ты отправишься полноценным сертифицированным пилотом.

– Когда установим нейросеть? – быстро согласился я на его предложение.

– Да прямо сейчас, процедура длится всего пару часов, – ответил медик, продолжая просматривать названия фильмов на разных кристаллах. – О, порно…

– Идем? – настойчиво спросил я.

– Да-да, идем, – с трудом отвлекся медик.

– Ну как ощущения? – спросил улыбающийся Бен, стоя у открытой крышки капсулы кибердоктора.

– Пока непонятно, – пробормотал я.

– Нейросеть встала отлично, активируется она через пару часов, но старайся не пользоваться ею до завтра. К обеду позвонишь мне, там проведем проверку на специальности и внесем их в твою карту ФПИ.

– А сертификация?

– Это позже, там уже я не властен. Просто подашь дежурному диспетчеру заявку на проверку, он сам все сделает. Это процедура бесплатная.

– Ясно, спасибо.

– Кстати. Вот смотри, это твоя бывшая нейросеть и управляющий имплант в одном, – Бен достал какую-то ажурную конструкцию из тонких спиц и надел на голову. – Выглядел ты последние три года вот так.

– Ужас, – поморщился я, глядя на железяки на голове медика.

– А то! – возвращая хрень обратно в ящик, пробормотал медик. – Ну, все. Иди, отдыхай.

Я вышел из медблока и, по пути заглянув в столовую, где увидел еще одного из освобожденных – его выдавали затравленный взгляд и быстрое поглощение еды; поужинал и пошел отсыпаться. Разговаривать с незнакомцем у меня желания не было. Я по своей сути был одиночкой и не особо любил компанию.

* * *

Утром после завтрака я вовсю развлекался, изучая нейросеть и настраивая ее под себя. Как удобнее. У меня не было возможности выходить за пределы локальной сети, как и предупредил Бен, однако в ее пределах почту я настроил, вбив ник «Гагарин», осталось только зарегистрировать его в общей Инфосети – на большее я не был способен. Потом на рабочем столе установил как нужно часы и блокнот для записей. Проверил, как работает функция записи «под протокол». Потом мысленно перемотал и посмотрел. Впечатлило. Небольшая инструкция по применению нейросети в меню быстро помогла мне освоиться с этим имплантом.

* * *

К обеду мы встретились с медиком и направились в тренажерный блок, где Бен познакомил меня с парнем лет тридцати на вид, в офицерской форме. Я местных служащих не так часто встречал, но запомнить форму успел. Это точно была офицерская.

– Вот, Аддик, привел я тебе парня, – хлопнул Бен офицера по плечу. – Нужно выяснить, что у него за знания.

– Да не проблема. Как тебя там?.. Денис? Странное имя. Значит так, Денис, лезешь вон в ту капсулу виртуального тренажера, совмещенного с диагностом, он и выявит все твои скрытые знания и поможет все вспомнить.

– Все? – с недоумением переспросил я, поскольку так и не смог вспомнить то время, что провел в рабстве.

– Эта часть воспоминаний удалена с имплантом, я же говорил, – понял мой вопрос медик. – Капитан имеет в виду все твои знания. Это универсальный тренажер.

– Тогда ладно. Раздеваться надо?

– Конечно. Это же диагност, – удивился офицер.

Через минуту я оказался в капсуле, крышка закрылась, и на меня обрушились образы. Не знаю, сколько это длилось, но я теперь знал многое о малых и средних кораблях. Как чинить, как пилотировать. Как срубать пласты минералов с астероидов на среднем шахтерском крейсере «Паллин».

В себя я пришел с открытием крышки. Быстро покинув капсулу, оделся и вопросительно посмотрел на Бена, который с капитаном что-то рассматривали на экране визора. Вот из щели вылезла карта ФПИ, которую я отдал медику перед тем, как залез в тренажер, и Бен протянул ее мне.

– Что там? – спросил я медика. Офицер, сделав свое дело, направился к другому тренажеру, где через прозрачную крышку просматривался силуэт человека.

– У тебя не так много знаний, как хотелось бы. Можно сказать, они кастрированы. Итак, по пунктам. Значит, у тебя стоят такие выученные базы: «Навигация» первого ранга – для раба больше и не надо, по дальней системе ползать хватит; «Пилотирование и обслуживание малого корабля» второго ранга; «Пилотирование и обслуживание среднего корабля» третьего ранга; «Промышленный сканер» четвертого ранга; «Промышленные лазеры» четвертого ранга; «Боевая медицина» третьего ранга; «Обслуживание и ремонт малых и средних кораблей» четвертого ранга; «Техник» четвертого ранга; «Шахтер» четвертого ранга; «Промышленные дроиды» четвертого ранга; «Промышленник» четвертого ранга; «Технические дроиды» второго ранга. Это все, так что особо на тебя хозяева не тратились. Полных пилотских баз нет. Ты не получишь сертификации. Нет десятка нужных баз.

– Каких? – хмуро воспринимая информацию, спросил я.

– Сейчас… Лови файл с пилотскими базами для сертификации пилотов малых кораблей и средних.

– Их возможно купить тут, на станции? – изучая список из более чем десяти наименований, спросил я.

– На этой станции возможно все. Только если есть деньги, а у тебя с ними проблемы.

– Да. Продать уже больше нечего.

– Да в чем вообще проблема? Нейросеть у тебя стоит отличная и уже зарегистрирована, как и положено. Получишь гражданство, возьмешь кредит. По твоему интеллекту это китов тридцать, и докупишь, что надо.

– А что потом?

– Пилотов для малых кораблей много, для средних уже гораздо меньше. Найти работу не проблема. В центральных мирах зарплата не превышает двадцати тысяч кредитов в месяц для пилота. На Фронтире уже ближе к сорока, но и опасность попасть в руки пиратов тоже есть. У тебя неплохие шахтерские базы. Это тоже отличная профессия. Подумай, тут все решаешь ты. Кстати, базу «Промышленник» ты использовать не сможешь, для этого нужен инженерный минимум в двести единиц. А у тебя будет после выхода нейросети на полный режим работы всего сто восемьдесят одна единица, раньше-то стоял малый модуль для увеличения интеллекта. Если будут деньги, прикупи имплант на интеллект.

– Ясно, спасибо.

– Да не за что. Не забудь, послезавтра в десять часов ты отбываешь.

– Не забуду.

Все время пребывания на станции я, пользуясь разрешением дежурных офицеров, проводил в виртуальных тренажерах. Летая и ведя бой на истребителях, корветах, эсминцах и крейсерах, я все лучше и лучше пилотировал – это было заметно. На последних кораблях летать мне нравилось больше всего. Причем некоторые модификации крейсеров я не знал. Их не было в моей базе знаний пилота среднего корабля. Бен предположил, что моя база сильно урезана, и посоветовал докупить более свежую и полную.

Эти два дня пролетели как один миг. Из-за того, что у меня был доступ только в свою каюту, столовую, медбокс и в зал виртуальных тренажеров, я не смог рассмотреть станцию. Когда появился транспорт, искин станции сбросил мне на нейросеть схему движения к причальному шлюзу, где тот пристыковался. Я в этой части не был, поэтому активно крутил головой, рассматривая людей и помещения, мимо которых проходил. Миновав огромные шлюзовые двери, я по надписи понял, что все это время жил в техническом секторе. Через минуту догнал двух мужиков, в которых опознал бывших рабов, и, пристроившись в хвосте, вместе с ними дошел до шлюзовой. Мужики негромко переговаривались, обсуждая будущее. Оба они были пилотами у работорговцев и размышляли, куда лучше устроиться на работу. Куда именно, они пока не решили, обдумывая, подписать ли контракт с одной из корпораций – те им установят хорошие нейросети и закачают нужные базы, потом они будут пять лет их отрабатывать.

Заметив, что я иду рядом, они переглянулись, остановились и мрачно посмотрели на меня.

– Привет. Я один из освобожденных. Как и вы, бывший раб.

Мужики продолжали мрачно рассматривать меня, видимо, не собираясь идти на контакт, поэтому, обойдя их, я направился к шлюзовой. Пройдя регистрацию у члена экипажа, получил сведения о своей каюте – тот, узнав, что у меня стоит нейросеть, просто скинул схему, а вот подошедшим следом бывшим пилотам стал подробно объяснять, где повернуть и куда спуститься. Однако ему это быстро надоело, и он кликнул какого-то Малика, чтобы тот отвел дикарей. Я это все слышал, вперевалочку шагая по длинному техническому коридору до первого же поворота.

Каюта была четырехместная, поэтому я вздохнул, когда дверь открылась и в нее втиснулись оба моих товарища по несчастью. Бросив мешок рядом с выбранной койкой, я плюхнулся на нее и, скинув ботинки, лег, рассматривая попутчиков. Кстати, у них были такие же мешки, как и у меня, так что предположение, что мешок ранее принадлежал именно мне, не подтвердилось.

Обустроившись в каюте, я вышел в коридор. Вахтенный скинул мне всю схему корабля, лишь поставив отметку на моей каюте. Я понял, что нахожусь на среднем военном крейсерском транспорте типа «Контики». Сверившись со схемой, я направился к кают-компании – конечно, у меня доступа в нее не было, но хотелось поговорить с капитаном.

Пробегающий мимо член экипажа только отмахнулся, когда я попросил связать меня с капитаном, поэтому, дойдя до двери в офицерский блок, я попросил искин связать меня с капитаном корабля.

– Капитан Эрни Лик готова поговорить с вами, – ответил искин.

Почти сразу после его слов дверь открылась. Пройдя через небольшой коридор, я оказался в кают-компании. В остальные помещения офицерского блока доступ мне был закрыт.

Устроившись за небольшим столиком, я стал ждать, рассматривая интерьер. Ничего так, можно сказать – мило.

Через пару минут дверь пшикнула, и в кают-компанию вошла девушка лет двадцати пяти. Никак не думал, что капитан – женщина – формулировку искина корабля я пропустил мимо ушей.

– Добрый день, – я вскочил и чуть склонил голову в приветствии.

– Вы хотели меня видеть? – сразу же перешла к делу капитан. Она знала, кто я, а я – кто она, так что нам не было нужды представляться друг другу.

– Это так. Как вы знаете, я – освобожденный из рабства, и мне нужны деньги. Все, что можно, я потратил на установку нейросети на станции и проверку знаний. Вот мои данные, – протянул я капитану свою карту ФПИ. – В общем, мне хотелось бы получить вакансию члена экипажа на время, пока мы не прибудем в нужный мир и вы не высадите меня.

– Я не могу принять вас, закон это запрещает, – изучив и вернув мне карту, ответила капитан.

– Это так. У меня нет базы «Юрист», но я немного изучал этот раздел в сети станции. Есть возможность взять меня на должность, как временного техника с минимальным окладом. Пункт восемь-шесть.

– Извините, нет, но я буду иметь вас в виду, если вы понадобитесь.

– Спасибо, – вздохнул я.

Вернувшись в каюту, я лег спать, пропустив тот момент, когда мы отошли от станции и ушли в прыжок. К этому времени я уже спал.

* * *

Следующие десять дней ничем особенным не запомнились. Ел, спал, делал зарядку, привыкая к телу. Потом снова ел и снова спал. Скукотища. Сериалы, которые смотрели мои попутчики, меня не прельщали. Насколько я знал, до планеты, где нас высадят, лететь двадцать три дня на четыре гиперпрыжка. Планета называлась Миринда.

Все изменилось на одиннадцатый день, когда мы вышли из второго прыжка, готовясь уйти в третий. Корабль вдруг как будто вздрогнул, завыла сирена, и искин монотонным тоном попросил пассажиров пристегнуться, что мы быстро и проделали. Судя по толчкам, корабль активно маневрировал и вел огонь.

– Повреждение обшивки жилой секции, повторяю, повреждение обшивки жилой секции… – монотонно выводил искин. – Разгерметизация!..

Через пять минут пришло сообщение капитана со стандартным договором временного специалиста. По словам капитана, техник был тяжело ранен и находился в капсуле реаниматора, мне предлагалось заменить его. Быстро поставив виртуальную подпись и отправив копию договора обратно, я получил доступ к искину и техническим дроидам. Мне на нейросеть сразу же стали поступать данные о повреждениях. Надо сказать, нас изрядно потрепали. И судя по поднимающемуся указателю мощности разгонных движков, мы от кого-то удирали.

Выскочив из каюты – в этой секции кислород еще был, – я добежал до небольшой ниши и облачился в скафандр. После чего приступил к ремонту.

Первым делом я занялся обшивкой, отправив туда четырех дроидов: двое заделывали пробоину изнутри, два других, специализированных, – снаружи. Восстановив обшивку в трех пробитых местах, я занялся внутренними повреждениями, с беспокойством рассматривая поврежденный реактор, который выдавал мощности всего сорок процентов. Выходило, что без полной разборки и комплектующих отремонтировать его никак не получится. То есть нужно было останавливать корабль, глушить системы и проводить ремонт, который должен был занять сутки. Все эти данные я скинул капитану, одновременно восстанавливая две малые оборонительные турели по правому борту и переборки в грузовом трюме.

Мощности реактора едва хватило, чтобы уйти в гипер. При этом капитану пришлось заглушить второстепенное оборудование и отключить защиту.

Она пришла в реакторный отсек спустя полчаса и наблюдала, как я с помощью двух дроидов-диагностов осматриваю излишне громко гудящий реактор.

– Есть что новое? – поинтересовалась капитан.

– Да, я смогу поднять мощность реактора еще на двенадцать процентов, но когда прибудем на Миринду, его придется просто выкинуть – будет уже не восстановить.

– Но нам хватит долететь до Миринды?

– Да, на пару прыжков его хватит.

– Что еще?

– Я восстановил целостность корпуса; повреждены некоторые внутренние переборки, но ими займусь позже. Поврежденные эмиттеры щита кормовой части начну приводить в порядок через пару часов. Обе башни среднего калибра восстановлению не подлежат, только замене. Ракетный блок вы отстрелили, когда его повредили, а блок с противоракетами я уже начал перезаряжать.

– Хорошо. Занимайтесь.

– Что произошло? – полюбопытствовал я.

– Два пиратских рейдера, – обернулась капитан. – Никто не ожидал, что они окажутся в этой системе. Надо было все-таки подождать три дня, и идти с конвоем, но наш груз торопит как можно быстрее доставить на орбиту Миринды.

– Понятно.

Все пять дней, что мы провели в гипере, я работал, восстанавливая корабль. На четвертый день из реаниматора вышел техник – его звали Малик – и дальше мы работали уже вместе. Так что выход и снова уход в гипер прошли нормально, хоть и на пределе напряжения реактора.

* * *

Когда мы вышли в системе Миринды, я отдыхал в своей каюте, поэтому, когда заработала сеть, сразу же стал ее настраивать. Первым делом я открыл счет в общем Банке Содружества, закрепив его на нейросеть. Потом зарегистрировался под ником Гагарин в Инфосети, правда, войти я в нее пока не мог – не было денег, чтобы заплатить. Когда мы, постоянно маневрируя, приблизились к огромному местному терминалу космопорта, висевшему над планетой, капитан вызвала меня.

– Добрый день, – поздоровался я с капитаном, с вещами подойдя к кают-компании. Нас уже известили, что скоро прибудет челнок с чиновником из Центра беженцев.

Девушка стояла у дверей, с интересом рассматривая меня.

– Я уже отправила договор, что мы с вами заключили, в отдел бухгалтерии нашего флота. Там его подтвердили. Договор в данный момент закончен, поэтому нужен ваш счет, чтобы перевести заработанные деньги и премию.

Я отправил номер счета капитану, она на пару секунд замерла, и буквально спустя минуту мне на почту пришло сообщение о пополнении счета.

– Двадцать пять тысяч кредитов?! – я удивился не только тому, как быстро тут работает бухгалтерия, но и размеру суммы.

– Десять тысяч за работу техника, пятнадцать – премия за спасение корабля, – улыбнулась капитан. – Кстати, челнок уже пристыковался. Вас ждут у третьего шлюза.

– Спасибо.

Кивнув в благодарность, я развернулся и, закинув мешок на плечо, быстро зашагал к нужному шлюзу. За последние дни я изучил транспортник до последней гайки, поэтому знал тут все до малейшей вмятины.

У шлюзовой ждал Малик. Похлопал меня по плечу, обнял и сказал:

– Если что, связывайся, мой почтовый ник у тебя есть.

– Спасибо за все. Обязательно, как только нормально устроюсь, сообщу о себе.

– Хорошо. Бывай, парень.

Пройдя шлюзовую, я протиснулся мимо нетерпеливо похлопывающего себя по боку парня лет тридцати на вид, плюхнулся в кресло подальше от обоих попутчиков, пристегнулся и вопросительно посмотрел на чиновника.

– Внимание. Меня зовут Брод Сид, я являюсь юрист-консультантом Центра беженцев и отвечаю за вашу доставку в Центр. Поэтому пристегиваемся до момента посадки.

Я и так уже был пристегнут, поэтому, прикрыв глаза, немного отвлекся. Заплатив сто пятьдесят кредитов за трехмесячный абонемент пользования Инфосетью, вошел на сайт корпорации «Нейросеть» и стал просматривать цены на базы, вспоминая наш разговор с Маликом, произошедший дня три назад.

Узнав, что я собираюсь стать шахтером, техник пожевал губами и рассказал, как сам был в течение полутора месяца шахтером. Поделился, так сказать, опытом.

– …Значит, шахтером хочешь стать? – задумчиво протянул он тогда.

– Вроде на этом можно неплохо заработать, – ответил я, и замолчал, когда Малик захохотал.

Бывший шахтер быстро спустил меня на землю, рассказав про рабочие будни этой профессии.

– Да-а, – протянул я, осмысливая информацию.

– …Ты при этом не забывай: пятнадцать лет отработал на своем малом шахтере, двадцать лет своей жизни отдал среднему, – продолжал ставить меня на путь истинный техник. – Тебе пятьдесят или шестьдесят лет. Все, что ты заработал, в этом корабле. Ты работаешь еще десять лет. Зарабатываешь еще на один средний крейсерский шахтерский корабль. Тебе семьдесят. К сотне ты богат, но половина жизни прожита. Миры ты не видел, потому что всю жизнь прожил в поле астероидов. Ты специалист. У тебя есть деньги. Ты отдал в аренду один или оба своих корабля. Спустился на планету. Купил домик, землю, рассказываешь внукам сказки на ночь. Ты всего добился, жизнь твоя завершается. Это самый лучший расклад, но так бывает, к сожалению, редко. Но бывает.

– Ты это понял и все забросил? – вздохнув, спросил я.

– Нет, у меня особый случай. Меня корпорация вежливо попросила удалиться.

– Почему?

– Понимаешь, я нашел способ обогатиться. Но оказалось, они отслеживали таких умников и выносили им предупреждение. Ко мне, например, подошли десяток парней – одна из банд, что на прикормке у корпорации – и спокойно прутами переломали мне ноги и руки. Особенно левое колено потом было сложно восстанавливать. Когда вышел из медблока, как раз поступило предложение пойти техником в армию от одного знакомого, я продал корабль и сразу попал во Второй патрульный. В принципе я сам виноват. Понимаешь, я там действовал под своим именем, поэтому меня мгновенно и вычислили, подловив после следующего возращения из астероидного пояса.

– Расскажи про свой способ заработать, – попросил я.

– Не советовал бы я тебе пользоваться им, но ладно, слушай. Обычно корпорации как работают? Они не более чем посредники, то есть покупают руду у заключивших с ними договора шахтеров, и на собственных перерабатывающих комплексах делают из руды концентрат, продавая его на заводы и другие производства. Спрос есть всегда. Так что клепают верфи по заказу корпораций такие малые шахтерские корабли, как «Фант» или «Резун». У обоих трюм на пятьсот кубов, плюс минус десяток не существенно. Это гражданские суда, но есть бывшие военные шахтеры, такие как «Шахтер», «Крот» или «Мотыль». У них трюмы примерно по четыреста кубов, но!.. – поднял палец техник. – У них есть то, чего нет у гражданских судов: собственные, встроенные в корпус, перерабатывающие мини-комплексы для частичной переработки руды.

– И что это дает? – подтолкнул я техника, уже догадываясь, к чему он ведет.

– Помнишь, сколько стоит руда самого дешевого рексита?

– Куб – кредит.

– Во-от, а если переработаешь его мини-комплексом, то эта переработанная руда стоит уже пять кредитов куб. А теперь представь, если ты нашел астероид с содержанием, например, морита?

Я стал мысленно подсчитывать.

– Сорок восемь тысяч за один рейс, – я потрясенно посмотрел на бывшего шахтера.

– Нет. Ты посчитал при стопроцентно работоспособном комплексе, но я смог настроить только на пятьдесят процентов. Так что это был все-таки полуконцентрат. И стоил он двадцать восемь тысяч за одиннадцать дней работы. Да что говорить, и его у меня чуть не вырвали с руками. Чтобы выходил концентрат, нужно было и базы повыше, и закупить некоторые кристаллы-катализаторы для комплекса. Так что всего у меня вышло тридцать тысяч. И это если только трюм на триста восемьдесят кубов загружен, но можно ведь еще малые контейнеры брать, каждый по шестьдесят кубов, а это значит еще сто двадцать кубов. Подсчитал?

– Семьдесят три тысячи при ста процентах, и около сорока пяти при пятидесяти.

– У меня был бывший военный шахтер «Мотыль». Когда я разобрался с этим комплексом, то стал гнать концентрированную руду. А когда нашел морит, то, набив трюм и контейнеры, вернулся в свой ангар на станции и выложил все в открытую продажу на торгах. Купили в течение минуты, даже не торгуясь. Покупатель сразу забрал полуконцентрат. А я, получив деньги, рванул покупать базы, поднимать, так сказать, свои знания, чтобы комплекс заработал на сто процентов. Вот после второго рейса меня и встретили.

– Не надо было действовать под своим именем, – задумчиво протянул я.

– Это так, но понял я это гораздо позже.

– А почему другие шахтеры так не делают, это же выгодно?

– А ты знаешь, кто идет в эти шахтеры?

– Пилоты?

Малик снова засмеялся.

– Давай возьмем меня в качестве примера. У меня базовый уровень интеллекта сто одиннадцать единиц, а как известно, пилотский минимум – сто двадцать. Раньше при меньшем количестве стать пилотом было невозможно, но, как ты знаешь, наши умники что-то подкрутили в нейросетях, выдав новое поколение имплантов… М-да, жаль, что те, у кого меньше ста двадцати единиц, сейчас могут пилотировать только малые корабли – когда еще для средних придумают… – мечтательно пробормотал Малик, но потом вернулся к разговору: – Я купил имплант «пятьдесят плюс», дающий полсотни единиц к интеллекту. Установил базы и купил корабль. Смотри дальше. Я смог разобраться с мини-комплексом и запустить его, хоть и с трудом. Все нужные базы у меня были третьего ранга.

Теперь про обычных шахтеров. Обычно базовый интеллект у них не превышает восьмидесяти-девяноста единиц. Такие никогда не смогут пилотировать большие и средние корабли, они всю жизнь будут бултыхаться на малых жестянках. Им ничего не надо, потому что с их базовым интеллектом на изучение нужных баз уйдет несколько лет. Вот смотри. Ты за сколько учишь базы, например, третьего ранга?

– Не знаю, вернее, не помню. Но Бен говорил, что с моим уровнем – первый ранг часа три, второй – сутки. Третий – восемь дней. Без медикаментозного разгона.

– Вот! А им, чтобы выучить одну базу четвертого ранга, нужно месяцев семь-восемь. И это только на одну базу. Так что сам прикидывай. Нет у шахтеров интеллектуалов. Такие служат у нас, в корпорациях или на себя…

* * *

С улыбкой вспомнив нашу беседу, я просмотрел список баз и цен на них, после чего стал смотреть в сети, что за корпорации работают на Миринде. Таких оказалось две: одна – «Суумма», другая – «Роден». Именно с первой и повздорил Малик, хоть и работал на другой планете и в другой системе, поэтому я бегло просмотрел ее договора и перешел к «Родену». Корпорация была мощная, одних только средних шахтеров за ней числилось больше пятисот, и около семи тысяч малых шахтеров. Примерно один процент из этих кораблей принадлежали корпорации. Остальные – вольные шахтеры, заключившие контракт с корпорацией.

В принципе, можно не заключать контракт с «Роденом», но тут действует система бонусов – карты систем с астероидными полями, кое-какая защита от пиратов… Работать под крылом корпорации и безопаснее, и легче. Поэтому, изучив стандартный договор, я решил еще подумать. Хотел было изучить списки выставленных на продажу бывших военный шахтерских кораблей малого тоннажа, но тут выяснилось, что мы уже сели на площадку Центра беженцев.

Про дальнейшее рассказывать особо нечего. Нас зарегистрировали, приняли присягу и внесли в списки граждан империи Антран. Отклонив предложение стать военным, я сообщил, что хочу быть шахтером. Поэтому при выходе получил причитающиеся мне три тысячи кредитов «на первое время», а также три бесплатные базы: «Юрист» второго ранга, «Торговля» второго ранга и общеобразовательную «Общие сведения об империи Антран и Содружестве». Последняя база была одноуровневая.

Был один момент, запомнившийся мне при регистрации. Когда я назвал свою планету, чиновник сообщил, что она вот уже восемнадцать лет как вошла в состав империи. Этому я не удивился, так как уже был в курсе; а вот то, что Земля в последней войне изрядно пострадала, для меня было новостью. Нужно будет при первой возможности прояснить этот момент.

Выйдя из ворот Центра полноценным гражданином империи Антран с нулевым уровнем безопасности, я достал из мешка старый считыватель и надел его на руку. Я уже пробовал им пользоваться, так что затруднений у меня не возникло.

«Обнаружено считывающее устройство марки “Абсолют-8”. Подключить?» – появилась перед глазами надпись, и две мигающие кнопки: «Да» и «Нет».

Вставив в приемник устройства кристалл с базой «Общие сведения об империи Антран и Содружестве», я мысленно нажал «Да».

«Закачка займет сорок секунд, начать закачивание?»

За десять минут я закачал на нейросеть все три базы, после чего выкинул теперь бесполезные кристаллы в бачок у ворот – они были одноразовые.

За время ожидания такси и пути в город я успел выучить все три базы до первого уровня, что дало мне возможность понять некоторые аспекты законов, торговли, и кое-что об Империи, но только самые основы.

По местному времени было уже семь вечера, поэтому я решил снять небольшой номер в недорогой гостинице, чтобы, доучив базы, с утра отправиться в корпорацию «Нейросеть».

* * *

На следующий день, заскочив по пути в Банк Содружества, где у меня был открыт счет, я взял максимальный кредит из тех, что мне могли предоставить по стандартному тарифу. Бен немного ошибся: мне дали тридцать один кит, а не тридцать, как он предположил. Кит – это местная тысяча кредитов.

Выйдя из банка, я прошел легким прогулочным шагом квартал до роскошного здания корпорации «Нейросеть».

– Добрый день. Рад приветствовать вас в корпорации «Нейросеть». Какие у вас пожелания? – молодой парень, на пару лет старше меня, лучился улыбкой. У него была броская внешность и прическа от стилиста. У меня же волосы пробились едва на сантиметр, да брови чуть отросли. По сравнению с ним я не котировался.

– Добрый день. Мне бы хотелось приобрести базы для пилотирования малого корабля и несколько шахтерских специализированных баз.

– Хорошо, мы перенаправим вас к нашему менеджеру, отвечающему за продажу баз шахтерам.

Буквально через минуту вниз спустился мужчина лет за сорок с благородной сединой на висках.

– Добрый день, меня зовут Арни Лорд. Пройдемте со мной в кабинет для выбора баз. Вы уже подобрали, что вам нужно?

– Да.

Зайдя вслед за менеджером в один из кабинетов на первом этаже, я сел на кожаный диван и, бросив мельком взгляд на ближайший журнал на столике, отправил менеджеру файл со списком баз.

– Интересный выбор, молодой человек. Простите за интерес, но мне бы хотелось знать, что у вас за нейросеть? Понимаете, не все нейросети поддерживают эти базы.

– Конечно. Все есть на моей карте ФПИ, – протянул я ее менеджеру базы.

– О, у вас стоит военная «Пилот-6У»! В гражданской модификации она закончится под индексом «Пилот-9М». Всего год, как вышла в продажу. Отличная нейросеть. Хотя, конечно, не шахтерская, больше пилотская. Но все же. Не зря у нее есть буква «У», что означает универсальная, – забалтывал меня Лорд, но потом все-таки перешел к делу: – Вы сможете пользоваться техническими и производственными комплексами.

– Что там с моими базами? – спросил я менеджера.

– Вы заказываете восемнадцать баз на сорок три кита, пилотские по минимуму, а вот три специализированных – четвертого уровня?

На лице менеджера было заметно удивление. Цены на базы знаний кусались. Первый уровень, или, по официальным документам, ранга, стоил от трехсот кредитов до тысячи, то есть кита. Второй – от одной тысячи до трех. Третий – от трех китов до пятнадцати. Четвертый – от тридцати китов до семидесяти. Пятый – от пятидесяти до ста. Шестой – от ста десяти до двухсот. По рангам ограничений не было, но практиковались обычно не выше десятого. Однако на этом ранги не заканчивались. Считалось, что изучить предмет до конца невозможно, так как знания вообще бесконечны, да и накоплены цивилизацией в огромном объеме.

На практике работала параллельная система оценки специалиста – академическая, где первый ранг – это, в переводе на земной, объем школы, второй-третий – среднее специальное образование, четвертый-пятый ранги равнялись высшему образованию. С шестого по десятый ранги имели уже специалисты высшего профиля, таких людей были единицы, и они, как правило, были уже учеными и двигали науку вперед. В основном считалось, что, получив пятый ранг в специальности, ты уже грамотный и очень эрудированный в этой области специалист. В повседневности базы знаний выше пятого ранга не изучали.

Я это к тому, что, несмотря на выбранные ранги, сумма всего объема не превышала пятидесяти китов. Дело в том, что не все базы четвертого ранга можно было купить за реальную цену. Например, если закупается пилот по шахтерской линии, то чтобы завлечь его, на некоторые базы идут существенные скидки. Причем на те, которые он точно не купит. Поэтому я сильно удивился, узнав, что некоторые специализированные базы четвертого ранга стоят по десять тысяч каждая, а не по тридцать или сорок, как должны. Вот и выбрал из списка три очень нужные мне базы. Брал на пределе доступного, но, думаю, это все быстро окупится.

– Именно. Причем я в курсе о баллах за крупную покупку сверх тридцати китов. Что вы можете предложить мне бесплатно сверх того?

– Только базу третьего ранга по выбору.

– Хорошо. – Я задумался. – Тогда – «Кибернетика».

Первое время мне нужно было как можно больше заработать, поэтому боевые базы я брал по минимуму, только чтобы получить сертификат пилота, без которого не смогу пилотировать. Это уж потом, когда будут деньги, я решу вопрос своей безопасности.

Все базы были второго ранга, а вот «Техник малых промышленных систем», «Технологии и производства» и «Энергетические системы промышленных комплексов» я взял четвертого ранга. Хотел взять также «Торговлю», «Юриста» и «Экономика» в третьем ранге, по пять китов каждая, но потом передумал. Ничего, на первое время должно хватить.

После недолгого обдумывания я решил воспользоваться идеей Малика и погреть руки на продаже стопроцентного концентрата. Долго мне так развлекаться не дадут, но полгода, если соблюдать все меры предосторожности, думаю, у меня будет, а если совсем засекретиться, то, может, и больше.

* * *

Получив подтверждение оплаты, менеджер с помощью стационарного считывателя загрузил мне на нейросеть все купленные базы, что заняло около часа.

– Это все, или хотите что-то еще? – вежливо спросил сотрудник корпорации.

– Вчера вечером, когда я изучал ваш сайт с предложением услуг, меня заинтересовало обучение под разгоном. Не поясните, что это такое?

– Это изучение баз в медкапсулах с использованием медикаментозных средств. Каждый вариант подбирается индивидуально в соответствии с вашими данными, и наши медики следят все время обучения за состоянием клиента.

– Насколько повышается скорость освоения баз? – задумался я, заинтересованно подвигав бровями.

– В среднем на сорок процентов. Максимальное время обучения – десять дней. Сто кредитов в сутки.

– А если я возьму на десять дней, а закончу учить, например, за восемь?

– Капсула сама выведет вас из обучающего сна. Медики следят за этим. Деньги, которые вы не потратили, вам вернут.

– Хорошо, меня это устраивает. Беру на все десять… только вот куда вещи можно убрать?

– Ничего, в медбоксе за клиентом уже зарезервирован шкафчик, можете убрать туда.

– Тысячу на тот же счет кидать?

– Да, конечно.

Как только деньги были переведены, меня отвели на одиннадцатый этаж, в медбокс, где я, раздевшись, нырнул в капсулу на десять дней обучения.

* * *

За десять дней учебы я выучил практически все, осталось немного: поднять до четвертого ранга «Техник малых промышленных систем» (я выучил его пока только до третьего) и «Энергетические системы промышленных комплексов». Ее я выучил только на тринадцать процентов четвертого ранга, надо добить до конца.

После того как облачился снова в свой пилотский комбинезон, я поинтересовался у техника, когда можно продолжить обучение. Я не торопился, время у меня было.

– Через пару дней можно снова ложиться. Сколько вы выучили?

Отправив ему файл с данными, получил ответ:

– Думаю, четырех дней вам хватит доучить, но лучше взять пять, все-таки четвертый ранг.

– Хорошо. Через два дня я снова у вас, зарезервируйте за мной эту капсулу. Отправляю деньги.

– Получили. Через пять дней ждем вас, – кивнул техник.

Забрав свои вещи из шкафчика, я покинул здание корпорации и, вернувшись в ту же гостиницу, снял номер на пару дней, после чего направился в сторону терминала гражданского флота. Пакет баз для пилотирования малого корабля у меня был выучен в полной мере, поэтому я решил получить сертификат пилота.

Уплатив положенный взнос и проведя пять часов на виртуальном тренажере, я вышел из здания терминала сертифицированным пилотом. Следующей ступенью был сертификат «специалист-пилот малого корабля». То есть пилот с более обширными знаниями. Нужных баз, чтобы получить его, у меня пока не было, но на следующую ступень я могу подняться только после года полетов на малом корабле. Когда я получил пилотский сертификат, дежурный диспетчер поинтересовался, не хочу ли я вступить в несколько государственных программ. Такие как «Картограф», «Наемник», «Спасатель» и «Демилитаризация».

Про подобные программы Малик мне не говорил, поэтому я расспросил диспетчера. К сожалению, по первому и третьему у меня не было нужных баз, «Наемник» не прельщал, а вот программа «Демилитаризация» заинтересовала, к тому же некоторые нужные технические базы у меня были. Диспетчер в красках расписал все плюсы этой программы, почему-то забыв про минусы, но я, одновременно общаясь с парнем, посмотрел в сети, что это за государственная программа, и многое понял. Однако согласился вступить в нее и внести вступительный взнос в два кита. У меня оставалось всего тринадцать китов. Больше всего меня заинтересовало то, что тем, кто вступил в эту программу, было разрешено иметь тяжелое вооружение на кораблях. Их еще называли «мусорщиками», так как они чистили системы после космических боев.

После получения сертификата и вступления в государственную программу по расчистке систем от космического мусора, я заехал в кафе и, поужинав – время было вечернее, – вернулся в гостиницу и спокойно уснул.

На следующий день, не выходя из номера, я лазил в сети в разделе, где висели объявления о продаже шахтерских кораблей. Средние, а уж тем более крупные, мне были не нужны, и я их отсек, после чего стал бегло просматривать выставленные лоты. Все гражданские модели я пропустил не глядя, хоть и заметил, что новые стоят от тринадцати тысяч кредитов до восемнадцати, а бэушные от тридцати до ста. Причину таких цен пояснял Малик. Корпорация продавала новые, но стандартные шахтерские корабли, а пилоты в большинстве случаев вкладывали деньги, ставя более мощные движки, искины, вооружение и оборудование. Так как срок эксплуатации таких кораблей от трехсот до пятисот лет, то, понятное дело, цена на них не особо падала. Исключением были бывшие военные шахтерские корабли. Вот они как раз оказались не в цене: трюм маленький из-за перерабатывающего мини-комплекса, который не удалишь – он встроен в сам силовой каркас. Продать такие корабли очень трудно, хотя некоторые выставлялись и за восемь тысяч, а один вообще за шесть. Вот такие дела.

Из более чем двух десятков объявлений меня заинтересовал малый шахтерский корабль типа «Крот». Только недавно с консервации и практически не пользованый. Просмотрев его данные, износ оборудования, я через терминал в номере связался с владельцем. Хотя цена корабля, на мой взгляд, кусалась – все-таки одиннадцать тысяч.

Через минуту мне ответил явно заспанный голос:

– Да? – на меня хмуро смотрел небритый парень лет тридцати.

– Добрый де… утро. Я звоню вам по поводу лота, что вы выставили две недели назад. Шахтерский корабль «Крот».

– Вас заинтересовал этот корабль? – в голосе хозяина сразу появилась дружелюбность.

– Есть такое дело, но, на мой взгляд, цена на него завышена. Мне бы, конечно, сперва осмотреть его, но тысяч за девять я бы его взял.

– Извините, без торга. Вместе с кораблем я продаю два шахтерских дроида.

– Их нет в описании, – нахмурился я.

– Забыл внести, – пожал плечами владелец и поморщился.

– Хорошо, я решил посмотреть ваш корабль, но не сейчас. Закрепите его за мной. Через пять-шесть дней мы встретимся.

– Хорошо, я зарезервирую корабль на вас. Если через шесть дней вас не будет, заявка будет снята. Ангар восемьсот шестнадцать «Д» терминала «А» корпорации «Роден».

– Принято.

Отключившись, я стал искать сайты, где должны быть выложены данные о «Кроте». Таких нашлось всего два, да и то на флотских порталах – все-таки это бывшие военные корабли.

Корабль имел форму сплющенной в задней части пули с двумя манипуляторами спереди. Два разгонных движка, малый гипердвигатель, четыре маневровых движка. В обитаемом модуле три помещения. Это кают-компания (она же столовая, кухня и комната отдыха), каюта пилота, совмещенная с санузлом, и пилотская рубка. Трюм на четыреста двенадцать кубов. Мини-комплекс стоит по умолчанию, совмещенный с дробилкой. Захваты по бокам для двух малых контейнеров. Из вооружения две малые ракетные установки. Одна ударная, другая защитная. Есть два промышленных лазера, которые можно использовать как оружие. В комплекте два промышленных дроида, их еще называют шахтерскими, и есть возможность нести два боевых и одного технического дроида. Но, видимо, у владельца есть только два первых с неизвестным ресурсом. Даже если они выработаны, подшаманю. Техник я или не техник?

Кроме того, я созвонился еще с двумя владельцами – еще одного «Крота» и «Мотыля». В принципе, тоже варианты.

* * *

Через день, как и договорились, я вернулся в корпорацию «Нейросеть» и доучил оставшиеся базы. На это у меня ушло чуть более пяти с половиной суток. Поблагодарив на выходе моего куратора-менеджера, я получил намек на дальнейшее сотрудничество с большей для меня выгодой. Малик рассказывал про такое. Подкинешь деньжат лично продавцу, он пробьет больше баз или имплантов, чем у тебя есть денег. Каждый крутится как может. Кивком приняв его предложение и взяв контакт – когда будут деньги, обязательно вернусь, – я вышел из здания корпорации и, вызвав такси, направился к наземному космопорту, где находился терминал орбитального лифта.

Уплатив триста тридцать кредитов, я вознесся на орбитальный терминал.

При выходе из лифта я первым делом связался с владельцем первого «Крота», неким Данко. Тот сообщил, что будет ждать меня у ангара через час.

Зайдя в сеть, я нашел схему орбитального космопорта и, невольно удивившись огромным размерам сооружения, вызвал такси. Если идти пешком без отдыха, я у этого ангара будут к утру следующего дня. Располагался он довольно далеко от жилых и развлекательных комплексов. Скорее, он был ближе к докам.

За двадцать минут езды на такси мне пришлось отдать аж двадцать кредитов! Крохоборы. По-другому их не назовешь.

Сидя на мешке в ожидании владельца корабля, я зашел в юридический раздел корпорации «Роден» и заключил стандартный договор. Через минуту пришло уведомление, что я зарегистрирован одним из свободных шахтеров в корпорации «Роден», с чем меня и поздравили.

* * *

– Давно ждешь? – вывел меня из полудремы чей-то хриплый голос.

Открыв глаза, я увидел перед собой знакомое лицо.

– Вы опоздали на двадцать пять минут, – недовольно ответил я, вставая с мешка, на котором сидел.

– Быстрее не получилось, – виновато ответил Данко. – Ну что, посмотрим корабль?

– Да, давайте.

Рядом с огромными створками нужного ангара стояла платформа с манипулятором и с малым техническим дроидом. Видимо, владелец корабля был техником.

Войдя следом в ангар, я остановился, завороженно рассматривая стоявший горизонтально матово-черный корабль. Он был красив, на фото в сети не ощущалось тех грации и мощи, коими дышал корабль.

– Я его, можно сказать, случайно прикупил, повелся на дешевизну. Сам я не пилот, надеялся на перепродаже заработать, подремонтировать его, но…

– …никому он не нужен, – тряхнув головой, чтобы прогнать наваждение, продолжил я, усмехнувшись.

– Точно! Поэтому отдаю по себестоимости. Как брал, так и отдам.

– Мне нужно проверить корабль.

– Да не проблема, ограниченный доступ я тебе уже дал.

Поднявшись на борт, я активировал искин и пробежался по кораблю, пока он тестировал все оборудование. Через полчаса выйдя из корабля, я сказал:

– Корабль в норме, как и указано в лоте, а вот у дроидов износ почти пятьдесят процентов.

– Так ты берешь? – нахмурился владелец.

– Да. Корабль меня устраивает.

Мы быстро составили договор купли-продажи и через двадцать минут, переведя деньги, я стал владельцем космического корабля модели «Крот».

– А что с ангаром? – спросил я.

– Он мне не нужен. Если хочешь, забирай, я договорюсь с регистратором, и он переделает ангар на тебя.

– Это вообще хорошо будет.

Через пятнадцать минут прибыл высокий худой мужчина в комбезе чиновника и зарегистрировал этот ангар за мной, внеся в договор номер корабля и номер договора с корпорацией «Роден». Я сразу уплатил триста кредитов за три месяца аренды.

Проводив бывшего владельца и чиновника, я занес мешок с личными вещами в ангар – он так и валялся у двери – и, сменив пароли на дверях, указал себя как единственного пользователя. Развернувшись еще раз, бросил жадный взгляд на корабль и, повесив мешок на плечо, направился к нему.

Процесс авторизации и смены пароля прошел быстро, через минуту корабль признал меня хозяином.

– Какие будут приказы, хозяин? – поинтересовался искин нейтральным тоном – после смены владельца обычно сбрасываются все настройки.

– Кораблю даю имя «Пуля». Искину имя Патрон, меня называть Капитан. Тембр голоса сменить с нейтрального на мужской бас.

– Принято, – сочным басом ответил искин. Несмотря на то что и сам корабль, и искин были пятого поколения, что означало полное старье, искин был более-менее продвинутым. Видимо, бывший хозяин провел апгрейд его программ. Пятое поколение кораблей – это откровенный хлам. Например, в данный момент армия перешла на девятое поколение, распродавая восьмое. Большая часть корпораций использует корабли шестого и седьмого поколений. Часть пиратских кланов тоже, но и у них бывают пятого-четвертого, а то и третьего поколения.

– Провести полную проверку всех систем. Сообщить количество топлива, продовольствия, воды и воздуха. Что требуется закупить? – велел я.

У меня осталось всего тысяча сто китов, и тратить их просто так не хотелось.

– Полная проверка всех систем займет пять часов шестнадцать минут. По остальному: топлива десять процентов, воздуха сто процентов, продовольствия нет, воды нет. Согласно договору с корпорацией «Роден», главный искин готов выдать обязательные пакеты информации, бесплатные базы данных и знаний, навигационную карту разрешенных к разработке астероидных поясов, местную навигацию. Также готовы сбросить пакетные базы данных по геологии, геофизике, разработке астероидных месторождений. Дополнительно прилагаются особенности местного производства, закупочные цены на весь спектр продукции, руд и концентратов, цены на все услуги, программа начисления бонусов при расчетах и еще масса разнообразной, но необходимой информации. Разрешаете принять?

– Принимай, – согласился я. Информация была нужна.

Когда прибыли заказанные вода и продовольствие, а также два новеньких малых контейнера по шестьдесят кубов каждый, искин как раз закончил проверку всех систем.

– Капитан, я закончил, – сообщил он мне.

– Подожди, – отмахнулся я, так как посыльный, что привез контейнеры, согласился за десять кредитов подвесить их к кораблю, за чем я сейчас и наблюдал.

Как только тот закончил, я проверил, уплатил и отправил его восвояси. Каждый контейнер обошелся мне в двести кредитов, вместе с установкой – четыреста десять. Продовольствие вышло на четыреста кредитов, вода на сто. Топливо придется брать у корпорации в долг – это обычное дело для шахтеров.

– Докладывай, – велел я, через нейросеть отдавая приказ на закрытие створок ангара.

– Шахтерский корабль «Крот». Получено наименование «Пуля». Управляющий искин пятого поколения марки «Ведун» – состояние отличное. Апгрейд не требуется. Получено имя Патрон. Корпус – состояние отличное. Двигатели марки «Бегун-3» – состояние отличное. Износ три процента. Мощность девятьсот сорок единиц. Возможен апгрейд программного обеспечения и более точная настройка. Гипердвигатель марки «Крид» – состояние отличное. Четыре маневровых двигателя марки «Атра-6» – состояние отличное. Износ четыре процента. Сканер – марка «Глаз». Дальность – до тысячи километров. Апгрейд невозможен. Шахтерский сканер «Пророк». Дальность – восемьдесят километров. Апгрейд невозможен. Манипулятор с захватом «Циклоп», вес возможного захвата породы – до восемнадцати тонн за раз. Два захвата расположены на обеих задних плоскостях корпуса. В данный момент там находятся по контейнеру с каждого бока. При увеличении количества захватов и смещении старых к корме возможно подвесить еще по два малых контейнера. Активный защитный модуль «Щит» – состояние отличное. Пассивный защитный модуль «Броня» – состояние отличное. Два шахтерских лазера «Пробой» – состояние удовлетворительное. Ракетная установка «Удар», двенадцать ракет – состояние хорошее, заряд полный. Топливный бак на тысячу шестьсот килограмм – состояние отличное. Грузовой отсек – объем четыреста двенадцать кубометров. Установлен мини-комплекс частичной переработки руды марки «Тапир». Состояние отличное. Заключение: корабль исправен и готов к работе.

– Что по дроидам?

– Дроиды отключены, и у меня нет возможности провести их проверку.

– Ладно, я сам. Так быстрее будет.

При первом знакомстве я просто подошел к двум дроидам, что стояли у правого борта «Пули», и проверил их состояние; сейчас же, присоединившись к ним нейросетью, тщательно прогнал все тесты.

– Не так плохо, как я думал, – пробормотал я. – Промышленные дроиды марки «Хомяш». Износ сорок семь процентов. На пару месяцев нам хватит, а потом закупим ремкомплекты и проведем ремонт и апгрейд.

Мысленно приказав дроидам занять положенные места в специальных нишах и передав управление ими Патрону, я размял плечи и осмотрел сам ангар. Размером он был метров восемьсот на пятьсот и считался ангаром для малых и средних кораблей. Мой сорокавосьмиметровый кораблик казался крохой в этом огромном помещении.

– Надо будет прибраться тут… в следующий раз, – пнув какую-то обертку, пробормотал я.

Было шесть вечера, и я не собирался рассиживаться. Время пошло, пора поработать на себя.

– Диспетчер слушает, – ответили сразу после первого вызова.

– Это ангар восемьсот шестнадцать «Д». Требуется выйти в космос.

– Это называется «расстыковка», – хмыкнул диспетчер. – Но я тебя понял. Жди.

Еще раз осмотрев помещение ангара, которое контролировал слабенький искин у двери, я вошел на корабль и, заблокировав шлюзовую, прошел в рубку.

Пока не было устройства подачи, я отдал приказ на открытие створок ангара и стал приводить свою крохотную каюту и кают-компанию в порядок, убираясь и раскладывая вещи. Обе комнаты были размером два на три метра, только в каюте часть занимал блок с санузлом, делая ее еще меньше.

– Входящий, – сообщил Патрон.

– Валяй.

– Восемьсот шестнадцатый? – услышал я вызов в динамиках корабля. Голос был мужской.

– Да?

– Я около тебя, открывай ангар.

– Уже.

– Лады. Заправку?

– Полную, в кредит.

– Хорошо.

В это время в створках ворот появился огромный механизм. Я почувствовал, как корабль приподняли и положили на гравитележку.

– Баки полные, с тебя тысяча двести кредитов в долг «Родену».

– Принято.

Как только тележка с «Пулей» покатилась к шлюзу, я дал приказ на закрытие ангара. В принципе, чуть позже искин сам бы закрыл ворота, но мало ли.

Когда корабль попал в открытую шлюзовую, прозвучал другой голос:

– Вставай на свои движки, я убираю тележку.

Голос был новый – видимо, оператора шлюзовой.

Запустив маневровые движки, я чуть приподнял корабль.

– Все, вставай на опоры и жди, когда передняя створка распахнется… Это твой первый вылет?

– Да.

– Тогда удачи.

– Спасибо.

С помощью камер заднего вида я наблюдал, как тележка выкатилась и тяжелая створка шлюзовой начала закрываться. За минуту откачался воздух, потом начала открываться передняя створка.

Пока было время, я осмотрелся. Судя по манипуляторам на стене и размерам, меня выпускали через шлюз для средних кораблей. Видимо, остальные для малых были заняты. Это объясняло, почему мне самому пришлось слезать с гравитележки – манипуляторы не для малых кораблей.

Когда створка распахнулась, я спросил у оператора:

– Почему меня тут выпускают?

– Тут ближе от твоего ангара.

– Ясно, спасибо.

– Не за что.

Глядя большими глазами на звезды, я наблюдал, как искин космопорта, перехватив управление «Пулей», вывел мой кораблик из шлюза и повел его к ближайшей свободной от кораблей точке, чтобы можно было разогнаться и прыгнуть в гипер. Пилотам запрещается управлять вблизи планет – мало ли самоубийц-смертников. Про то, что я брал управление в шлюзовой, было нашей с оператором тайной.

Как только искин передал мне управление, я стал все дальше уводить свой крошечный кораблик от того столпотворения, что творилось у терминала. Патрон сбился на трех тысячах кораблей, а это только с нашей стороны. Мимо меня прополз крейсерский средний шахтер «Митра».

– Патрон, сколько мест для добычи руды у компании «Роден»?

– Двести астероидных рек и пятьдесят астероидных систем разрабатывают шахтеры корпорации.

– Где меньше всего шахтеров?

– Таких мест восемь. Сорок шестая астероидная река. Пятьдесят третья астероидная система…

– Стоп. Координаты пятьдесят третьей системы?

Получив данные, я за пять минут рассчитал, сколько потребуется мощности гипердвигателя, времени, горючего, и передал координаты искину.

– Координаты получены, скорость позволяет уйти в прыжок.

– Прыгай.

Звезды буквально рванули в нашу сторону.

– Время полета до выхода из гиперпрыжка – шесть часов три минуты.

– Хорошо. Я тогда поужинаю и лягу спать. Разбудишь меня за пятнадцать минут до выхода.

– Сделаю, капитан.

На этом маленьком кораблике не было кухонного синтезатора, к которым я привык, путешествуя с военными. Обращаться с ним просто: заправил картридж, которого обычно хватает на шесть дней экипажу в восемь человек, ввел номер блюда из меню – и получаешь горячую еду. Хоть суп, хоть второе, хоть десерт. Удобно. В данном же случае приходилось готовить самому. По одной простой причине: самый недорогой комбайн стоил от пятнадцати тысяч и выше, а при цене моего корабля в одиннадцать тысяч становится понятно, что на нем есть только холодильник, плитка и что-то вроде микроволновки. То есть, как я уже говорил, готовить надо самому. Ничего, разбогатею – все будет.

Подпевая фривольной песенке, льющейся из ближайшего динамика (Патрон скачал мне несколько сотен песен из Инфосети), я жарил яичницу и подогревал свежий хлеб.

Поставив тарелки на столик, с удобством устроился и, еще раз счастливо осмотревшись – все-таки первый мой первый корабль, – стал спокойно есть, размышляя о своем будущем.

В принципе, идею Малика я не буду спешить реализовывать. Пока поработаю так, простым шахтером. Присмотрюсь, подзаработаю, прикуплю еще пару свежих баз – мне остро необходима, например, «Пилотирование и обслуживание малого корабля» четвертого ранга, а то у меня второй – и имплант на интеллект. База стоит тридцать семь тысяч, имплант сто тысяч. Без этих нужных вещей добывать руду и пользоваться мини-комплексом, в принципе, можно, но ну очень сложно. Так что этот месяц я поработаю так, сниму долг за топливо и немного подкоплю, а там посмотрим. Время есть, прикинем.

После ужина, пройдя в каюту и раздевшись, я лег спать и почти сразу уснул.

* * *

– Капитан, до выхода из гипера осталось четырнадцать минут пятьдесят две секунды, – услышал я голос искина.

– Принято, – пробормотал я, принимая сидячее положение.

Быстро приведя себя в порядок и одевшись, прошел в рубку.

– До выхода из гипера осталось пять минут, – сообщил Патрон.

– Хорошо.

Пока было время, я открыл карту астероидных полей и стал искать то место, куда мы прыгнули. Судя по времени в гипере, не особо далеко от Миринды – месяц на разгонных пилить, тратя топливо.

– Черт! – воскликнул я, найдя местоположение пятьдесят третьей астероидной системы.

Тут нужно рассказать историю Миринды. Всего двадцать лет назад она была пиратской планетой, на ее поверхности выращивали наркоту и тому подобное. Но недавно империя присоединила ее, подвинув свои границы. Понятное дело, что сюда кинулось множество авантюристов, желающих подзаработать. Но так как планета была цивилизована недавно – орбитальный лифт вообще запустили всего восемь лет назад – то не все системы, которые застолбила за собой корпорация «Роден», были безопасны.

Более того, из двухсот астероидных рек спокойно можно было работать всего на шести, на тридцати – с опаской, на остальные лучше не соваться, так как там все еще властвовали пираты. Конечно, патрульные суда корпорации и Флота облетывают эти системы, но безопасность там не гарантирована.

Вот и получалось, что я должен через минуту вывалиться из гипера в одной из таких систем. То есть в одной из самых опасных и близких к Фронтиру. Несмотря даже на то, что там часто встречается морит, а бывает, и террит, шахтеры туда не лезут. Голову потеряешь быстрее, чем наполнишь трюм. От этой системы до Фронтира буквально один пятичасовой прыжок на моем корабле.

– Патрон, как только выйдем из гипера, глушишь все системы, кроме сканера, и сканируешь систему в поисках чужих кораблей.

– Принято, капитан.

Нам повезло: когда мы вышли из прыжка, система была пуста. Убедившись в этом, я дал пинка разгонным движкам и затерялся среди крупных обломков астероидов.

Почему я сразу не ушел обратно в гипер? Да потому, что при сканировании Патрон обнаружил большое содержание террита в ближайшем астероиде. А это означало, что если я им набью трюм, то за один вылет смогу поднять около двадцати тысяч только на обычной руде. Понятное дело, к этому астероиду я не полетел: он находился на краю реки и меня можно было прихватить на горячем при добыче. Вместо этого я стал уходить в глубь астероидного поля, решив, что если уж с краю встречается террит, то в глубине он точно есть.

Когда обломки стали совсем маленькими, я остановил «Пулю» и просканировал ближайшие куски. В основном был рексит, редко встречался морит, но в двухстах метрах левее и чуть ниже, если брать по положению корабля, Патрон нашел астероид с территом. По скоромным прикидкам, там его было кубов на четыреста.

Малик рассказывал мне секрет шахтеров для быстрой добычи руды. Правда, для этого нужны были три базы четвертого ранга – «Промышленный лазер», «Техник малого корабля», «Управление и обслуживание малого корабля». Первые две у меня имелись, но вот третья только второго, что сводило на нет все попытки воспользоваться этим способом. А был он довольно прост. Обычно добыча руды ведется с расстояния в пятьсот метров от астероида. Лазером срубаешь кусок. Он отлетает в сторону. На маневровых догоняешь его, ловишь захватом и подаешь на мельницу, что стоит по умолчанию во всех трюмах шахтерских кораблей. Та дробит руду в пыль. Способ Малика же заключался в том, что шахтер приближается к астероиду на очень короткую дистанцию – это позволяет экономить энергию, быстрее происходит откол куска и быстрее работает захват. В общем, время загрузки руды сокращается процентов на тридцать. Проблема в том, что иногда разлетается весь астероид, и нужно суметь быстро отойти.

Все это, конечно, хорошо, но для уверенного пилотирования у меня не было нужной базы, что не позволяло пользоваться таким способом, однако… имелись дроиды, а с их помощью можно было увеличить добычу на те самые тридцать процентов.

Облетев пару больших астероидов с рекситом и убрав с дороги два мелких осколка с моритом, я приблизился к нужному куску на сто метров и начал добычу.

На ручном управлении срезая куски руды, с помощью дроидов подгонял их к кораблю и подавал на мельницу. За шесть часов я забил рудой оба контейнера и наполовину трюм. Отойдя от этого куска, полетел по течению астероидов, сканируя ближайшие обломки тонким щупом. Использовать сканер широкого спектра я опасался – засечь его нетрудно. Патрон уже дважды сообщал, что в системе появлялись корабли без опознавательных кодов. Они выдали себя сканерами, работающими в активном режиме.

Найдя еще один кусок с территом, на этот раз больший по размеру, я приблизился и начал добычу, продолжая ощупывать сканером ближайшие астероиды.

– С вероятностью в шестьдесят восемь процентов за тем большим астероидом с рекситом укрыт корабль, – вдруг сообщил Патрон.

– Нас обнаружили? – обеспокоился я, не прекращая добычу. Чтобы заполнить трюм, мне нужен был еще час.

– С вероятностью в девяносто шесть процентов могу сказать, что мы не обнаружены. Не было засветок работы сканеров.

– Наблюдай за этим астероидом и предупреди, если корабль появится.

– Принято, капитан.

Когда трюм был полностью забит самой дорогой в этих местах рудой, у меня взыграло любопытство, и я послал одного из дроидов посмотреть, кто там прячется.

Держа «Пулю» под парами, чтобы сразу спрятаться за астероидами, я смотрел на экран визора на пилотском пульте, куда передавалась картинка с дроида.

– Эскадренный крейсер пятого поколения модели «Брон». Снят с вооружения больше двухсот лет назад. Судя по следам на обшивке и кристаллам воздуха у пробоин, корабль покинут экипажем после боя, – сообщил Патрон, как только появилось изображение четырехсотметровой глыбы корабля. Причем пристыкованного к астероиду.

Подогнав дроид ближе, я стал рассматривать телеметрию повреждений.

– Ему снесли разгонные движки, после чего он на маневровых как-то забрался в астероидную реку, что с его размерами сродни подвигу, – бормотал я.

– Если щит работал, то мог, хоть и с трудом, – ответил Патрон. Видимо, он подумал, что я с ним разговаривал. – Корпус фактически цел. Удары пришлись по двигателям и в ангар для малых кораблей. Видимо, тот был открыт.

– Так, нужно осмотреть его самому, – решил я. – Все равно я состою в программе «Мусорщик», хоть проверю выученные базы.

Отдав приказ осторожно приблизиться к объекту и подобрать дроида-разведчика, что завис у корабля в ожидании нас, я прошел к шлюзовой и, надев поношенный скафандр, вышел в космос.

Осмотр крейсера занял почти шесть часов, хотя скафандр был рассчитан на восемь – дешевенький.

Выяснилось, что на корабле побывал кто-то до нас. Самое ценное снято. Да, в принципе, ничего ценного на нем и не было. А вот корпус оказался интересным. Причем очень.

Вернувшись на корабль, я снял скафандр, после душа поужинал и вывел «Пулю» из астероидного поля. После чего, проверив систему, ушел в прыжок к перерабатывающей станции корпорации.

Лететь туда шесть часов, поэтому, приказав разбудить меня, как обычно, за пятнадцать минут до финиша, лег спать.

* * *

– Подтверждаю, получено пятьсот семьдесят два куба террита, – сообщил оператор перерабатывающей станции. – Тридцать семь тысяч перечислено вам на счет. Снять долг за топливо?

– Да, снимите.

– Дозаправка требуется?

– Нет.

Я еще был шокирован суммой, что заработал за восемнадцать часов, поэтому отвечал односложно. Перед тем как отлететь от станции, я спросил у оператора:

– Часто террит добывают?

– Не особо, за последний месяц ты первый. Все ближайшие поля выработаны, а к пиратам в руки лезть никто не хочет. Поэтому цена и была немного поднята.

– Почему бы их не взять под контроль?

– Новенький?

– Да.

– Понятно. Месяц назад был бой с пиратами. Тридцать наших патрульных кораблей и столько же – пиратского клана Мартель. В общем, мы потеряли семнадцать кораблей, если бы патрульные Флота не подоспели, пираты бы разделали нас всухую. Так что пока закупаются боевые корабли и нанимаются экипажи, мы уменьшили зону охранения. Ты где добываешь?

– Пятьдесят второй сектор, – на всякий случай сообщил я соседний сектор.

– Где?! И тебя не поймали пираты?! Да ты везунчик! – изумился оператор. – Сейчас там опасно. Скоро прибудут две наемные бригады и будут чистить те сектора от пиратов. Может, даже удар по их базе нанесут. А пока лучше туда не лезть.

Совет оператора был хорош, но меня заинтересовал корабль. Поэтому, пока действовала связь, я вышел на СБ корпорации и переслал им данные по обнаруженному кораблю, отправив копию в штаб Флота, в отдел, работающий с «мусорщиками».

Из штаба поблагодарили за информацию, а вот СБ «Родена» сообщила, что пиратский крейсер был разбит тремя патрульными кораблями корпорации шесть лет назад. Экипаж снят, и интереса у корпорации к нему нет.

Когда я начал разгонять корабль, чтобы вернуться в ту же систему, то, подумав, закрыл кредит в Банке Содружества. Теперь я никому ничего не должен. За пару секунд до прыжка мне пришло официальное уведомление, что кредит закрыт. Через мгновение я уже был в гипере.

– Разбудишь меня как обычно, – велел я Патрону и пошел спать.

* * *

На выходе мы действовали по старой схеме: быстро осмотревшись, на большой скорости рванули к астероидам. Шахтерскому кораблю спрятаться там не проблема, пираты, летающие обычно на кораблях класса крейсер, туда не протиснутся без серьезного повреждения корпуса, а мне с моей «Пулей» там самое раздолье.

Система была пуста, но как только мы вошли в астероидную реку, Патрон засек возмущение пространства, какое бывает при выходе корабля из гипера. Поэтому, зацепившись манипулятором за огромный восьмикилометровый обломок астероида, состоявший из рексита, мы заглушили все, что можно. Из гипера вышли два корабля и стали неторопливо патрулировать систему, периодически обмениваясь закодированными сообщениями. Мне понадобилось два часа нервного ожидания, чтобы пираты ушли дальше.

Осторожно отцепившись, я на малом ходу углубился в астероидную реку.

– Блин, так никаких нервов не хватит тут работать. Правильно тот парень говорил, что слишком опасно в этих системах. За последнюю неделю пропало уже восемнадцать шахтеров.

Прежде чем собирать руду, я вернулся к тому же крейсеру. За пять часов снова обследовал его, но на этот раз не из любопытства, а уже с конкретными целями. В общем, я решил прибрать корабль себе.

А что? Аренда среднего буксира типа «Минотавр» стоит двадцать пять тысяч. Конечно, чтобы пилот сунулся сюда, ему лучше доплатить лично, а это еще тысяч двадцать. Причем я должен буду расчистить проход, чтобы он добрался до крейсера, и следить за пространством, пока буксир с корпусом корабля разгоняется и уходит в гипер. А там втиснуть его в ангар, благо размеры позволяют, и потихоньку восстанавливать.

Такой корпус на рынке стоит до двухсот тысяч, но дело в том, что кораблей марки «Брон» было до сорока модификаций. Крейсер оказался удачным конструкторским решением, и в то время флотские очень хвалили этот корабль. Причем первые экземпляры – всего пятьсот штук – имели на вооружении главный калибр из трехсотмиллиметровой тоннельной пушки, вделанной в каркас корабля. Ствол пушки проходил через половину корпуса, дуло прикрывалось заглушкой, отходившей перед выстрелом. Для противника было неприятным сюрпризом, что крейсер среднего класса вдруг одним выстрелом разваливал более тяжелого противника. В следующих сериях пушки уже не было: военные считали, что подобные крейсера имели избыточную мощь вооружения, так как сверх того несли восемнадцать башен средних спаренных орудий марки «Стерх-Д-16», восемь ракетных пусковых блоков и девяносто семь малых спаренных турелей ПКО для защиты корабля от авиации противника и торпед. Поэтому туннельную пушку убрали из следующих поколений «Брона». Некоторые военные потом жалели об этой экономии.

Я проверил: этот «Брон» был ранней версии. Закрытая шахта с орудием на месте, более того, орудие оказалось разукомплектовано. Видимо, уже давно, возможно, самими пиратами. Не хватало некоторых блоков.

Во время боя крейсер сильно потрепали. Были уничтожены все четыре разгонных двигателя, попадание в ангар для малой авиации вызвало пожар и повреждение реактора, из-за чего выжившие члены экипажа и загнали корабль в астероидную реку, не имея возможности отстреливаться во всю мощь. Там их и пленили. Патрульные корпорации не побоялись последовать за ними, забрав экипаж и сняв некоторые трофеи.

Простым гражданам не разрешалось иметь тяжелое вооружение, но из-за того, что я состоял в государственной программе «Демилитаризация», у меня такое разрешение было. Конечно, чтобы привести корабль в порядок, понадобится самое малое миллионов пять кредитов, ну так я особо и не тороплюсь. Посмотрим, вообще доставим ли мы его в мой ангар… Будущее покажет, а пока пусть остается тут. В каверне астероида он был в безопасности.

Оставив корабль, я отошел в сторону, активировал шахтерский скан и стал искать залежи террита.

* * *

– Нет, надо с этим кончать, – пробормотал я, буквально вваливаясь в каюту. – Надо отдохнуть.

За последний месяц я плотно работал в пятьдесят третьем секторе, пятнадцать раз совершив прыжки к перерабатывающей станции для освобождения трюма и контейнеров.

Патрон, по моему приказу ведший журнал посещения системы кораблями пиратов, выявил определенную систему в их действиях. За сутки через систему в разное время проходило три патруля. Дважды одиночные и один раз парный. Утром, по корабельному времени – где-то в районе девяти, проходил переделанный в рейдер рудовоз крейсерского класса. В его бортах были отчетливо видны пусковые ячейки для истребителей, делавшие его носителем. В три часа дня по корабельному времени проходил парный патруль: старый крейсер пятого поколения шестого класса модели «Грат», модификация непонятна – промышленный дроид, который вел разведку оптическими системами, не смог четко рассмотреть его, боясь быть обнаруженным; и большой фрегат, относящийся к классу малых кораблей. В одиннадцать ночи проходил корвет модели «Чеф», тоже пятого поколения. Думаю, в этой системе патрули просто пересекаются маршрутами, так как летали они по разным направлениям. После выявления этих маршрутов работать стало значительно легче. Конечно, была опасность, что кто-то использует этот сектор для прыжка, но такое на моей памяти случалось лишь дважды.

В общем, эти пятнадцать заходов – самый первый я не считаю – сделали меня обеспеченным человеком. Чуть больше чем за месяц я заработал пятьсот пятьдесят три кита, работая только с самой дорогой рудой в этом секторе – территом.

Сдав руду и получив свои деньги, я прыгнул к терминалу космопорта в свой ангар. Пора было отдохнуть, да и прикупить кое-что. Планы на ближайшие три недели у меня были большие.

* * *

После шлюзовой меня доставили к ангару, где оператор устройства подачи поставил «Пулю» на опоры.

Заблокировав корабль и ангар, я направился к орбитальному лифту.

Спустившись вниз, через третий терминал у модуля для хранения багажа созвонился со знакомым менеджером компании «Нейросеть».

– Арни Лорд слушает, – на экране появилось знакомое лицо.

– Доброе утро. Это Денис Миронов, помните меня? Вы говорили, что если появятся лишние деньги, то мы можем помочь друг другу… скажем так, неофициально.

– Да, конечно. Вы сейчас на нижнем терминале орбитального лифта, насколько я вижу на заднем плане?

– Да.

– Тогда давайте встретимся в кафе «Лоза», это напротив здания нашей корпорации.

– Когда?

– Через двадцать минут.

– Хорошо.

Воспользовавшись такси, я через пятнадцать минут уже был в нужном кафе.

Лорд появился в точно назначенное время. Найдя меня глазами, он подошел, поздоровался и сел напротив.

– Вы уже обедали?

– На корабле поел, так что сыт.

– Тогда закажем соки.

Пока мы ожидали заказ, Лорд поинтересовался моими планами. Я выслал ему файл со своими пожеланиями.

– Два импланта на интеллект «сто плюс»? – он вопросительно поднял брови. – Неплохо. Три базы четвертого уровня – «Кибернетика», «Навигация» и «Пилотирование и обслуживание малого корабля». Остальные пилотские базы вы поднимаете до третьего уровня. Импланты по сто китов, базы все вместе сто четырнадцать тысяч. Получается всего триста четырнадцать китов. Это все?

– Что вы можете еще предложить? С учетом того, что я работаю в опасном космосе.

– Хм. В опасном? – задумался менеджер, еще раз пробежавшись по списку. – Тогда вам нужны такие базы, как «Сканеры боевые», «Управление и настройка корабельных щитов малого класса», «Ракетные системы», «Ракетчик», «Малая корабельная пушка», «Стрелок», «Боевое пилотирование» и «Маневры уклонения». Все базы не меньше четвертого. Тогда у вас будет шанс на победу.

– Сколько?

– Сто восемьдесят китов.

– Что в качестве бонуса? – прищурился я.

Лорд улыбнулся:

– База пятого ранга.

– Что посоветуете?

– «Специализированный бой». Поверьте, она вам еще пригодится.

– Согласен. Значит, все, что вы только что перечислили, и еще сверху три базы четвертого ранга: «Юрист», «Экономика» и «Торговля». Хорошо?

– Тогда всего получается… – менеджер задумался. – Пятьсот восемнадцать китов.

– Давайте сделаем так. Я вам лично перечислю двадцать китов, а вы мне шесть баз загрузите не четвертого, а, например, пятого?

– Тридцать.

– Двадцать пять?

– Согласен, – легко согласился менеджер. Видимо, он и так наварился на мне.

– Пересылайте деньги на счет корпорации. Те, что мы договорились – после установки. Теперь давайте решим, какие базы у вас будут пятого ранга.

После недолгого обсуждения мы решили, что это будут базы «Техник», «Техник малых и средних кораблей», «Сканер боевой», «Боевое пилотирование» и «Маневры уклонения».

После того как все обговорили, мы вышли из кафе и пошли в здание корпорации, где я попал в руки медтехников. Десять дней учебы под разгоном мной уже было оплачено. Поэтому после установки импланта и закачки купленных баз я отправил деньги Лорду – базы мне закачали те, что нужно – и лег на первые десять дней. Теперь, после установки имплантов, мой индекс интеллекта, записанный в карте ФПИ, составил триста восемьдесят девять единиц. После выхода нейросети на полный цикл работы прибавится еще пять-семь единиц.

* * *

– Дом, милый дом, – пробормотал я, входя в ангар.

Меня тут не было чуть больше месяца. Зато все базы я поднял, даже «Специализированный бой» до четвертого ранга, правда, для этого пришлось время двухдневного отдыха между десятидневными процессами учебы проводить в специальном армейском тренажерном комплексе. В первый раз это было страшно: комплекс ломал мне кости, рвал связки, тянул мышцы, переделывая их для скоростного боя. Как бы то ни было, за две недели учебы в комплексе я стал неплохим рукопашником. Вообще-то эта база давала умения абордажника и противоабордажника, боя на планете и в замкнутом пространстве. Теперь я неплохо дрался. В здании корпорации не я один учил эту дисциплину, так что мне было с кем проводить тренировки и спарринги, проверяя мастерство. Надо сказать, меня это впечатлило. Если с бойцом четвертого уровня этой базы мы деремся на равных, нанося удары и уходя от ответных, то с тремя бойцами, выучившими третий ранг, я справлялся легко. Правда, с одним пришлось повозиться. Но у того была большая боевая практика, чего не хватало мне. Ничего, наверстаем. Жаль, что я не успел доучить эту базу до пятого ранга – времени не хватило, там осталось всего пятьдесят три процента.

По совету Лорда я взял еще базу «Ручное оружие» третьего ранга и теперь знал все об оружии Антрана и как им пользоваться. Даже навык стрельбы привился, нужно только попрактиковаться, чтобы закрепить.

* * *

Войдя в ангар и пройдя к кораблю, я отправил запрос на проверку всех корабельных систем. Все-таки меня не было пятьдесят три дня. Мало ли что.

– Топливо двадцать три процента. Требуется провести ремонт правого манипулятора, поврежденного астероидом шестьдесят пять дней назад. Требуется закупить картриджи для системы жизнеобеспечения, воду и продовольствие.

Я сам был техником, но без специализированного механизма, то есть без технического дроида, поменять манипулятор я не смогу.

– Принято. Заказывай все, что необходимо, доступ в сеть у тебя есть, а я пока вызову техника. Ах да, закажи еще два малых контейнера.

– Принято, капитан.

На счету у меня осталось восемь китов, должно хватить.

В течение часа доставили все необходимое для долгих полетов, а пришедший техник привел в порядок свернутый набок манипулятор и переделал держатели на боках, перевесив старые контейнеры и подвесив еще два, подвел к ним коммуникации из трюма. Теперь у меня было почти шестьсот пятьдесят кубов.

На сегодня это было все, поэтому я лег спать. Время было десять вечера по корабельным часам.

Утром я зарегистрировался на торговой бирже, благо с моими «Экономикой» и «Торговлей» четвертого ранга это было уже возможно. Там я подал заявку на сто кристаллов катализаторов для мини-комплекса категории Е-6, без которых нормально он работать не мог. Чтобы не выдать себя, я в лоте указал ник Эсквайр. Данные по этим редким катализаторам я взял из документации «Крота».

К вечеру мне на левый адрес пришло письмо, что есть возможность купить катализаторы с военного склада. Списанное оборудование. В коробке пятьсот кристаллов.

Цена в пять тысяч кредитов меня не устроила, поэтому я стал яростно торговаться. Письмами дело шло туго, лучше бы заняться этим лично, но конспирация, будь она неладна!.. В общем, сошлись на трех восьмистах.

Договорившись, я сообщил, куда нужно доставить катализаторы. Конечно, указал не свой ангар, а адрес кафе на противоположной стороне терминала. Пятьдесят километров от моего ангара, или полчаса на такси.

Встреча была назначена на вечер, поэтому я занялся мелким ремонтом дроидов, которых стоило подшаманить. «Пуля» в ремонте не нуждалась.

К вечеру я сидел в нужном кафе. Кстати, помещение неплохо оформлено и сервис ненавязчив. Наверное, дорогое, зря я наугад пальцем тыкал в список, выбирая место встречи.

Сидя за одним из столиков в углу, я невольно прислушался к разговору стайки молодежи. Судя по пилотским комбезам и теме беседы, таких же шахтеров, как и я.

– …врет все твой Арген. Получать за одни рейс двадцать тысяч кредитов? – говорил паренек лет девятнадцати, отпивая из своего стакана. В его голосе слышался отчетливый скептицизм.

– А вот и не врет! Они договорились, и вшестером разрабатывают тридцать седьмую систему! – взволнованно ответила симпатичная девушка.

Парень, услышав номер системы, невольно закашлялся, пролив напиток.

– Так там пираты!

– Да, они два раза видели патрульные корабли, но успевали спрятаться. Так что все шестеро набили полные трюмы морита. А Франку вообще повезло. Он нашел пятьдесят кубов террита.

Остальные начали обсуждать шальных шахтеров, которые так нагло полезли в пасть к пиратам.

– Ну, не знаю, может, и не врет он. Но я лучше в безопасном космосе на рексите заработаю по пять тысяч за разгрузку. Поиметь можно шальные деньги, но и шанс лишиться головы тоже велик…

«О как! Я, оказывается, еще и безбашенный?» – я мысленно хмыкнул, соглашаясь, что с экстремальной добычей террита пора заканчивать. Везение не вечно.

В принципе, верное определение. Помню, за неделю до окончания работ из гипера вышел средний шахтер – «Метра», если не ошибаюсь – и начал углубляться в астероидную реку. В общем, пилоту не повезло: через двадцать минут мимо пролетал один из патрульных кораблей и, видимо, засек работу сканера и выхлоп движков. Один он не стал соваться в астероиды, а подождав парный патруль, вместе с ними и добыл шахтера. Шесть часов они гоняли смельчака по астероидам. Причем делали это просто. Астероиды в реке ведь почти неподвижны друг относительно друга, поэтому самый крупный из пиратов, включив щиты на полную мощность, толкнул ближайшие астероиды в сторону спрятавшегося шахтера. Дальше последовало то, что можно назвать «круги на воде». Этот астероид толкнул соседний, тот два, те своих соседей, так волной и пошло к «Метре». Видно было, что пираты собаку съели на этом приеме. Как ни маневрировал пилот «Метры» с активными щитами, но все-таки его зажало и раздавило, никакая защита не помогла. Пираты даже проверять не стали, а проследовали каждый по своему маршруту. Я потом шесть дней прятался в кратере ближайшего астероида, пока река не успокоилась, потом добрал полный трюм и прыгнул к перерабатывающей станции, решив полечить нервы.

О чем продолжался разговор, я не дослушал, потому как в дверях появилась нужная мне личность с большим ящиком темного цвета в руках. Оставив его на входе рядом с охранником, мужчина, заметив мой приглашающий взмах рукой, подошел к столику. То, что это продавец, понятно было сразу. Раз армейские склады, значит, завсклад, так что я как увидел форму сержанта тыловых служб, сразу понял, что это ко мне.

– Добрый день. Давайте не будем представляться. Просто проведем сделку, – первым начал я.

– Я не против.

Мы вышли из кафе, и я проверил маленьким сканером взятый наугад катализатор.

– Все в порядке. Куда слать деньги?

Получив деньги, сержант кивнул:

– Если еще что надо, парень, обращайся. Я работаю на соседней станции Второго патрульного флота.

– У вас с этим проблем не будет? – спросил я, похлопав по ящику.

– Списанное и, по документам, утилизированное оборудование, – пожал плечами сержант.

– Понятно… Реакторы для тяжелых крейсеров? Движки, энергошины для линкора? Корабельное вооружение? Рубка восьмого поколения для пилота-универсала среднего корабля? Искины?

– Если не новейшее, то не проблема. Максимум седьмого поколения. Восьмой, извини, ты не потянешь. Дорого.

– Разберемся. Ладно, тогда дайте мне свой ник, в случае нужды свяжусь с вами.

Для сержанта я так и остался неизвестным, но мы оба были рады. Сержант – от того, что наконец начали уходить ненужные флоту катализаторы, которые он на всякий случай приберег, а я – что нашел такого полезного сержанта.

Через сорок минут, сменив два такси, я был в своем ангаре, а спустя еще сорок минут – уже в космосе, с двумястами сорока кредитами на счету. В общем, эти дни прошли очень продуктивно, как я и хотел.

* * *

Про последующие два месяца ничего особенного сказать нельзя. Я делал за неделю три рейса с обычной рудой морита к перерабатывающей станции, потом двадцать дней собирал и перерабатывал с помощью мини-комплекса террит и отвозил его к себе в ангар. По шестьсот пятьдесят кубов концентрата за раз получалось.

В первый свой приезд я инкогнито заказал двадцать малых контейнеров и, арендовав погрузчик, лично перевез их со склада в свой ангар. Так что эти контейнеры и все другое никак не наведет на меня. Может, я и перестраховываюсь с безопасностью, но не хотелось быть пойманным на горячем. Причем так как у меня выучена база «Юрист» до четвертого уровня, то я изучил все договора с «Роденом» и не нашел там ничего, чем они смогут меня прижать. Не было там пунктов, запрещающих мне продавать добытую и переработанную в концентрат руду террита налево.

За три раза я наполнил концентратом все двадцать контейнеров. Причем стоимость одного куба равняется двум тысячам четыремстам кредитам. В двадцати контейнерах было богатство на два миллиона восемьсот восемьдесят тысяч кредитов. А если учесть, что у меня еще в трюме оставалось около сорока кубов…

Продавать я не спешил, решив отдохнуть пару дней, поэтому, заказав деликатесов, устроил пир, благо на морите заработал почти сто пятьдесят тысяч. По двадцать тысяч за рейс, ведь морит хоть и был дешевле террита, однако кроме трюма у меня еще было четыре малых контейнера.

Так как четыре контейнера из двадцати числились на мне, я, после двух дней безделья, провернул ту же схему, купив инкогнито еще десять контейнеров. Четыре освободил от концентрата и снова подвесил на корабль, а из трюма остатки перегрузил в свободные емкости. Теперь у меня был двадцать один контейнер с концентратом террита.

Аренда грузовой платформы все еще не истекла, когда я закончил, поэтому загрузил на нее восемь контейнеров с концентратом – платформа была малой, больше просто не влезло – и перевез их на пару суток в арендованный склад, тоже инкогнито. Когда я перевез еще две партии, то, закупив два средних и шесть малых контейнеров, доставил их в ангар. Еще я заказал независимую экспертизу концентрата, уплатив за это восемьсот кредитов, и, после получения сертификата качества, выложил лот на бирже, указав цену в три с половиной миллиона кредитов. Реальная же цена этого концентрата была три миллиона шестьдесят тысяч кредитов.

Когда я отгонял платформу в пункт проката, пришло сообщение, что лот готовы купить за три миллиона триста. Подумав, я отправил согласие, и через минуту на мой левый номерной счет в Банке Содружества пришла требуемая сумма.

Меня даже ошарашила та простота, с которой все произошло, но бдительности я не терял, поэтому, поставив платформу на место, в небольшом закутке сменил старый технический комбез на новенький пилотский, который купил сегодня утром. Выйдя, поймал такси и направился в сектор администрации терминала «А». То, что я хотел сделать, требовало моего личного присутствия. Я решил-таки вытащить корпус понравившегося мне крейсера. За последние два месяца я полностью его облазил, и могу с уверенностью сказать, что восстановить его вполне реально. Так что на таком боевом корабле я могу копать руду где угодно, мне даже линкор не страшен… ну, если он, конечно, будет один, повернется ко мне бортом и отключит щиты.

Сектор с диспетчерами встретил меня суетой. Доступа у меня не было, поэтому на входе меня задержала охрана.

– Что вы хотите? – поинтересовался дюжий солдат корпорации с нашивками капрала.

– Хочу заказать буксир для доставки корпуса среднего крейсера пятого класса по программе «Демилитаризация».

– Пятый сектор. Чиновника, отвечающего за это направление, зовут Мил Горт, – видимо, связавшись с кем-то, после некоторой заминки ответил капрал.

– Спасибо.

Охранник мне скинул схему, так что через пару минут я оказался у нужной двери. При моем приближении она открылась.

– Добрый день, – мне навстречу поднялся немолодой мужчина в модном костюме, в которых так любят ходить чиновники. – Я уже в курсе вашей цели посещения, и провел проверку в нашей СБ. Поэтому долго тянуть не будем. Какой именно буксировщик вам нужен? «Гон», «Минотавр» или «Руд»?

– Думаю, «Минотавр». У него достаточно мощности, и он потянет этот корпус.

– Хорошо. Где находится нужный вам корпус?

Когда я скинул карту местности, чиновник воскликнул:

– Да вы с ума сошли?!

– Господин Горт, я в этом секторе работаю уже несколько месяцев и знаю его как свои пять пальцев. По протоколу. Я отвечаю за безопасность буксира и пилота. Мы можем оформить стандартную страховку.

– Ну не знаю… Нам, конечно, нужна отдача по этой программе, но лезть в этот сектор слишком опасно. В принципе, если вы отвечаете за буксир, я согласен оформить все по протоколу, но ведь еще нужно договориться с пилотом?

– Кому из имеющихся больше нужны деньги?

– Арни Дару. Он задолжал крупную сумму не очень хорошим парням, – сразу же ответил чиновник, видимо, будучи в курсе проблем сотрудников.

– Хорошо, оформляем все официально, а с пилотом я сам договорюсь.

За аренду буксира я отдал двадцать пять тысяч, еще пять чиновнику, а вот с этим Арни Даром пришлось изрядно поторговаться. В конце концов сошлись на тридцати лично ему.

Мы сидели в комнате, где отдыхают пилоты буксировщиков после смены. Тут были шкафчики для одежды, в соседнем помещении – душ и туалет.

– Ну хорошо, в принципе я все понял. Если твоя схема движения патрулей пиратов верна, особо проблем нет. Первый патруль проходит в девять, мы выходим из гипера в одиннадцать, укрываемся в том проходе, что ты сделал для буксира на месте стоянки нужного нам корабля. Ожидаем шесть часов, пока не появится и не уйдет второй патруль из двух кораблей. Цепляем корпус, осторожно выходим из прохода… Кстати, почему он такой кривой? – тридцатилетний парень с огненно-рыжей шевелюрой вопросительно посмотрел на меня.

– Чтобы со стороны его было не видно, – пояснил я. С проходом я намаялся, осторожно отодвигая астероиды в сторону, чтобы не только сам буксир прошел, но и с грузом вернулся.

– Тогда ладно… Значит, выходим, сразу разгон и уход в прыжок. Я тебя заранее предупреждаю: пустому буксиру на разгон хватает двадцати минут, а с таким весом на то же уйдет час. На пределе будем прыгать. Все понял?

– Да. Не волнуйся, если будет шальной пират, прикрою.

– Тогда до завтра.

– Лады. Встретимся как и договорились.

Оставив пилота размышлять над маршрутом – аванс в пять тысяч я ему уже выдал – поймал такси и поехал в специализированный магазин, работавший до полуночи.

– Добрый день, что вы желаете? – спросила миленькая девушка-консультант.

– Здравствуйте. Меня интересует корабельный технический комплекс.

– «Паук-17»? «Стан-6М»? «Агро»?.. – зачастила девушка.

– Подождите. Меня интересует малый технический корабельный комплекс «Паук-19У».

– Превосходный выбор, – улыбнулась девушка. – С вас сто восемьдесят тысяч. Куда доставить?

– Ангар восемьсот шестнадцать «Д», – отправив деньги с номерного счета, сообщил я.

Этот технический комплекс, несмотря на то что считался малым и имел всего одиннадцать дроидов, два из которых диагносты, годился только для профессионалов.

Например, техник с выученными базами четвертого ранга с ним работать не смог бы, а вот для пятого, как у меня, не проблема. Еще его не любили из-за того, что там дроидов мало – обычно по штату положено не меньше двадцати. Поэтому цена на «Пауков» была не очень высока, а то пришлось бы мне платить не сто восемьдесят, а все четыреста. Да и управляющий искин в комплексе был всего лишь шестого поколения, что для меня не существенно.

– Вашу покупку доставят через три часа.

– Спасибо.

– Приходите еще. Мы будем вам рады, – снова осветив меня улыбкой, не сказала, а скорее пропела девушка. Думаю, комиссионные у нее были неплохими, раз она так радуется.

Фактически в двухтысячекилометровой глыбе орбитального космопорта не было разделения на день и ночь, поэтому когда я приехал в ангар, меня у дверей уже ждали два человека и несколько специализированных машин. За пятьсот кредитов они вымыли ангар, и еще за две тысячи – покрасили. Потолок и стены в голубой цвет, пол – в зеленый. Аренду я продлил еще на год, поэтому в свинарнике мне жить не хотелось. Вернув вытащенные в коридор контейнеры и корабль обратно в ангар, я пронаблюдал, как наемные служащие грузят мусор, что скопился у меня в ангаре, для утилизации, после чего посмотрел на приближающуюся грузовую платформу с манипулятором сбоку.

Дождавшись, когда сервисная служба удалится, платформа подъехала к открытым створкам моего ангара.

– Добрый день. Курьерская служба доставки, – спрыгнул с платформы мужчина лет сорока. – Денис Миронов?

– Да, это я.

– Доставка из магазина «Техника и дроиды Шлюсса».

– Хорошо. Поставьте контейнер с комплексом вот у того среднего грузового контейнера.

– А краска?

– Проезжайте спокойно, краска мгновенная, уже высохла.

Покупка была оплачена, поэтому курьер, дождавшись, когда я вскрою контейнер и проведу проверку комплекса, после моего одобрительного кивка уехал по своим делам. Выгнав всех дроидов и заставив их пройти проверку механизмов, я протестировал программное обеспечение управляющего искина, находящегося в дроиде-погрузчике, и после проверки погнал их к одной из стен, где были выходы для подключения питания. Продержав ворота открытыми два часа для проветривания, как и посоветовали рабочие, закрыл их и, пройдя мимо стоявшего на зарядке комплекса, пошел спать на корабль. Наконец этот тяжелый и нервный день закончился.

Да уж, денек выдался… С утра получил три миллиона, договорился насчет буксира, купил дроидов и привел в порядок ангар. Пришлось побегать.

Посмотрев на часы на рабочем столе нейросети – те показывали час ночи, – я велел Патрону:

– Разбуди меня в восемь утра.

– Принято, капитан.

* * *

Утром «Пуля» вывалилась из шлюзовой, и свободный диспетчерский искин космопорта повел корабль к месту встречи с буксиром – я еще вчера подал заявку с координатами. Пока было время, я сделал разминку, сев пару раз на шпагат. Нет, все-таки надо поднять базу «Специализированный бой» до пятого ранга.

– Вызов с буксира модели «Минотавр», регистрационный номер двести шестнадцать-А. Принять? – сообщил Патрон.

– Давай, – разрешил я, заканчивая тренировку и снова занимая пилотское кресло.

– Привет, Денис. Опаздываешь, – укорил меня пилот буксира.

– Это ты рано. На время посмотри, – заметив, в каком состоянии пилот, спокойно посоветовал: – Не мандражируй, все будет нормально.

– Давай подползай, я жду.

– Мне еще минут десять под управлением искина идти, так что жди.

Приняв душ и надев свежий комбез, я сел за пульт управления и, дождавшись выхода из безопасной зоны, дал движкам гари, рванув к точке буксира на радаре. Тому, кстати, удобнее: служащие корпорации могут ходить на ручном управлении возле терминала.

В центральных мирах не такие жесткие правила, там, говорят, даже можно самому пристыковываться к внешнему шлюзу, но тут, на Фронтире, другие правила, более жесткие.

Как только я подлетел ближе, один из малых грузовых манипуляторов подхватил «Пулю» и прижал к брюху буксира.

– Ну что, пора? – спросил Арни.

– Подожди. Прыжок совершим строго по плану, то есть через шесть минут.

– Хорошо.

Я уже понял, что с этим пилотом каши не сваришь. Трус, проще говоря.

Как только подошло нужное время, я отдал приказ на прыжок. В отличие от моего корабля, после разгона гиперпрыжок у буксира длился всего два часа с мелочью, а не как у меня шесть – дальность и продолжительность прыжка сильно зависят от массы корабля.

* * *

– Чисто, – сообщил я. – Давай к проходу, пока никого нет.

План этого участка у Дара был, поэтому, подработав маневровыми движками и дав газу разгонным, мы через пять минут оказались у огромного астероида, за которым и прятался проделанный мною проход.

У прохода Арни отпустил «Пулю», так что я последовал за буксиром, чутко присматриваясь к пространству. Через полчаса мы подошли к нужному астероиду, где был пристыкован мой будущий корабль. Я стоял на страже, пока Арни, показывая свой профессионализм, отстыковал с помощью манипуляторов крейсер и утвердил его в захватах. Все, теперь они одно целое. Было даже непривычно рассматривать тонкую по сравнению с буксиром сигару крейсера. Длина у них была фактически одинакова, но из-за шести разгонных двигателей сверху буксир походил на толстопуза.

Общались мы по узконаправленному лучу, и когда Арни закончил, я велел ему:

– Все. На четыре часа замри.

Мы благополучно просидели нужное время в середине астероидной реки, по отсветам догадавшись, что патруль проходил мимо. Причем Патрон определил по марке сканеров, что это были другие корабли – видимо, у пиратов снова произошла пересменка. Мне такое уже доводилось видеть. Они по декадам работают. Десять дней – и меняются.

Подождав для приличия еще час, я велел Анри выдвигаться, первым проследовав к выходу.

– Пусто. Вылезай, – сообщил я ему.

– Да подожди, я тут на повороте застрял. Сейчас осторожно оттолкну астероид щитом и выйду.

Через минуту показалась туша буксира с крейсером в захватах.

– Все, я ухожу в прыжок, – сообщил Арни. – Цепляйся.

Подлетев к начавшему разгон буксиру, я дождался, пока меня подхватит манипулятор и снова зафиксирует у борта. Затем буксир набрал нужную скорость, чтобы уйти в прыжок, что с тушей крейсера было непросто. Наконец, звезды рванули нам навстречу.

Мне даже показалось, что не только я облегченно вздохнул, но и Арни тоже. Изъятие крейсера с территории пиратского клана прошло успешно.

Через четыре часа мы вынырнули на дальней орбите и неторопливо поползли к терминалу «А», где находился мой ангар. Пройдя сканирование кораблем охраны, мы подошли к шлюзу под номером сто восемь «Д», которым я в основном и пользовался.

Буксир отстыковал мою «Пулю» и подвел тушу крейсера к открывающемуся шлюзу. Все, на этом его работа закончилась, поэтому я сразу перевел ему оставшиеся деньги. Поблагодарив меня, Анри отвел буксир немного назад и, развернувшись, пополз по своим делам.

Пока мы проводили денежные операции, манипуляторы подхватили тушу крейсера и умостили его на гравитележке.

– Восемьсот шестнадцатый, ты подождешь, или вместе со своим трофеем отправишься?

– А что, можно?

– Нужно. Стабилизируйся.

Заставив корабль замереть, играя маневровыми движками, я дождался, когда «Пулю» подхватит манипулятор, и откинулся на спинку кресла, наблюдая с помощью наружных камер, как корабль завели в шлюзовую и поставили прямо на пол.

После процедуры шлюзования пришлось повозиться с крейсером, проводя очистку корпуса. Наконец, внутренняя створка распахнулась. Тот же манипулятор подхватил меня и умостил на подъехавшую тележку для малых кораблей. Мысленно дав приказ искину ангара на открытие створок, я на своей двигавшейся на автопилоте тележке проследовал за гравитележкой с крейсером, уже скрывшейся за поворотом. «Тележками» я их называю, в действительности это что-то на антигравах с лапами.

– Эй, восемьсот шестнадцатый, куда эту рухлядь устанавливать? – когда я подъехал к ангару, спросила оператор погрузчика, снимая тушу крейсера с тележки.

В этот раз погрузчик был раз в пять больше – видимо, он предназначался для средних судов. Большие заводились только в доки, а так они обычно стыковались снаружи к переходным шлюзам.

– К противоположной стене от контейнеров. Расстояние от створок сто метров, от стены двадцать.

– Принято… А малыша? – спросила она, закончив с крейсером и подхватывая «Пулю».

– К среднему контейнеру.

– Готово. Счет за доставку и дезинфекцию корпуса крейсера сейчас оплатишь или потом?

– Сейчас.

– С тебя восемь тысяч… Ага, получила. Все, бывай.

Как только створки ангара закрылись, я покинул «Пулю» и, потягиваясь, весело посмотрел на тушу крейсера, отражавшую сколами и пробоинами свет фонарей. Поглядев на вмятины на броне, я пробормотал:

– Да, придется постараться, чтобы привести тебя в порядок.

Активировав технический комплекс, я загрузил искин техдокументацией на этот тип крейсера ранних выпусков и дал задание полностью разобрать его, оставив только голый корпус. Туннельная пушка была неизвлекаемая, поэтому я велел провести ее диагностику.

Чтобы не терять времени, я вошел на сайт космопорта и подал заявку о регистрации крейсера на свое имя.

К семи вечера этого же дня пришел официальный документ из бюро регистрации космических судов о том, что я теперь владелец крейсера пятого класса под названием «Волчонок» – я долго думал, какое имя дать, потом просто плюнул и назвал так. Так звали нашу дворовую собаку, что сидела на цепи у бабушки. Несмотря на злобный нрав, этот волкодав меня любил, я отвечал ему тем же. Кроме документа о регистрации прислали файл с опознавательными кодами и номером корабля. Их позже надо будет ввести в управляющий искин.

Время было восемь вечера, поэтому дав искину комплекса задание на всю ночь, я пошел на корабль ужинать и готовиться ко сну.

Завтра у меня полно работы. Первым делом нужно спуститься на планету, закупить пилотские базы для управления кораблем среднего класса и несколько специализированных: например, «Инжиниринг», «Проектирование малых и средних кораблей», и еще несколько баз – чтобы суметь сделать из крейсера конфетку. А то у меня сейчас только фантазии, без реальных планов по кораблю. Проще говоря, знаний нет, чтобы оптимизировать переделку крейсера под свои нужды. А нужды у меня были. Работа шахтера мне была не интересна. Да, сейчас огонек еще был из-за присутствия адреналина, но скоро дальние системы возьмут под контроль, и орды шахтеров быстро их вычистят от дорогих руд. Нет, я решил стать «мусорщиком». Всегда что-то новое, всегда интересное, и добыча по деньгам не чета шахтерской работе. Вот под эти дела я и буду готовить «Волчонка».

Надо еще подумать над покупкой инженерного комплекса (потом, когда будут нужные базы), так как технический комплекс спроектирован больше для ремонта и замены блоков. Вытащить реакторы, демонтировать башни уцелевших орудий или разгонные движки им не под силу. Здесь нужны именно инженерные дроиды.

* * *

Утром, проверив, как поработал технический комплекс, похвалил Патрона, который за ним следил, и, посмотрев на кучу ненужного барахла, вызвал мусорную платформу. Мне это полуобгорелое оборудование, что вытащили изнутри дроиды, было не нужно. Пока мусорщики грузили с помощью манипуляторов барахло, я просмотрел почту. Кроме пары писем от моих знакомых армейцев, была ссылка на сайт землян. Сайт был старым и давно заброшенным, но он меня сильно заинтересовал. Восемнадцать лет назад, когда шла война с работорговцами, Земля вошла в Антран как протекторат империи – там нашли крупные залежи редкого минерала, который входил в государственные резервы. Так что среди имперцев в принципе можно встретить бывших землян. Примерно две трети было расселено по другим планетам, а Землю сделали аграрной прифронтовой планетой. Она снабжала продовольствием два флота и несколько эскадр, которые там дислоцировались. Конечно, побывать на родине хотелось бы, но скорее из праздного интереса. Родители у меня разбежались, еще когда я был пацаном, у обоих теперь свои семьи. Жил я у бабушки, и, кроме нее и старого пса Волка, у меня никого не было. Бабушка старенькая, не думаю, что она дожила до этого времени. Так что ничто меня на Землю не тянуло.

Когда мусорщики закончили и загрузили в шесть контейнеров весь мусор, я закрыл ворота и стал рассматривать полуразобранный корабль.

– Патрон?

– Слушаю, капитан, – отозвался искин «Пули», когда я подошел к выходу из ангара.

– Меня не будет месяц, может, чуть больше. За это время собери мне всю информацию по планете Земля, что вошла в состав империи в прошлую войну. Меня интересуют русскоязычные слои населения.

– Принято, капитан. Возможно ли узнать, куда вы направляетесь и какие меры защиты приняты?

– К орбитальному лифту: хотел спуститься на планету, прикупить нужные базы, – рассеянно ответил я, но потом, встряхнувшись, спросил: – А что?

– Дело в том, капитан, что я постоянно мониторю сайт космопорта, особенно криминальные хроники. Было сообщение шесть минут назад о нападении на вольного шахтера, ему переломали ноги и руки, а также ребра. Он, как и вы, не состоял ни в одной из общественных шахтерских организаций.

– Вообще-то шахтерский заработок для меня трамплин и будущие вложения, поэтому я не собирался никуда вступать.

– Вам должны были прислать предложения о вступлении.

Проверив почту, я убедился, что искин прав: мне пришло с десяток предложений о вступлении в профсоюзы шахтеров, их тут было много. Я их не просматривал, и при получении помечал как спам. За вступление я должен был заплатить пятнадцать тысяч кредитов, потом по тысяче каждый месяц. Да пошли они! Совсем охренели.

– Все рано не интересует, – изучив те льготы и защиту, что предлагают эти организации, известил я искина. – Как на него напали?

– Вырубили из шокера и неспешно все переломали.

Этот спокойный ответ заставил меня остановиться прямо у выхода. Несколько секунд подумав, я велел Патрону:

– Найди мне средства защиты от воздействия подобных средств нападения.

Через минуту был получен ответ: боевой имплант «Заря». Он мог выдержать до шестидесяти попаданий шокера. Кстати, также выяснилось, что если выучить базу «Специализированный бой» в седьмом ранге, то никакие выстрелы шокера уже не страшны.

Получив всю интересующую информацию, я отправил Лорду предложение встретиться через пару часиков в том же кафе и заказал такси прямо к дверям ангара. Корпорация заботится о безопасности своих пассажиров. Желание прогуляться до ближайшего оживленного перекрестка и поймать такси там у меня резко испарилось. Пока не поставлю нужный имплант, буду вести себя так, как будто я среди врагов.

Когда такси подъехало, я вышел из ангара и, заблокировав двери, направился было к нему, когда рядом с моей платформой остановилась похожая. Из нее выпорхнули две девушки и, оживленно о чем-то беседуя, при этом безразлично мазнув по мне взглядами, скрылись в шлюзовой соседнего ангара, что находился справа от меня.

– Точно, надо еще девчонку снять… – задумчиво пробормотал я, застыв у открытой двери такси. – Но это все потом – на планете, после установки имплантов и закачки баз.

Тряхнув головой, прогоняя стоявшие перед глазами видения роскошных форм нимф, что только что прошли рядом, я сел в такси и сообщил маршрут движения.

* * *

На встречу с Лордом я немного опоздал, случилась непредвиденная задержка у лифта. Ближайший ушел, а второй пришлось ждать слишком долго. Лорд, предупрежденный, что я опоздаю на двадцать минут, дождался.

– Привет, – поздоровался я с менеджером. Рукопожатия тут были не в ходу, поэтому мы просто кивнули друг другу.

– Здравствуй, Денис. Я так понимаю, ты позвал меня не просто так?

– Да, мне нужны базы пилота среднего корабля не ниже пятого ранга. Потом, несколько специализированных баз для постройки корабля, вроде «Инжиниринга» и других. Плюс к этому боевые базы для личной защиты и боевой имплант для защиты от парализующих методов воздействия.

Лорд невольно сменил позу, постучал пальцами по столешнице, чувствуя, что в этот раз неплохо на мне заработает.

– У тебя уже есть список баз, которые тебе нужны?

– Конечно, – ответил я, отправив ему файл с данными.

Лорд изучал список в течение десяти минут, после чего, откинувшись на спинку стула, с интересом посмотрел на меня.

– Список ты составил по данным, что почерпнул на сайте нашей корпорации, я так понимаю?

– Да. Что-то не так?

– Все так. Они, конечно, свежие и нужные, но…

Я вопросительно приподнял бровь, предлагая Лорду продолжать.

– …но все они для гражданских слоев населения. Однако у меня есть выход на некоторых людей, которые вполне могут обеспечить нас боевыми имплантами и базами восьмого поколения. Это будет стоить дорого, и в карту ФПИ они не попадут, но это нужные вещи. Качество и свежесть баз и имплантов гарантирую, мы не первый год с ними работаем. Также они могут продать и базы военного пилота среднего корабля. Как тебе?

– В принципе, согласен, меня интересует только цена.

– Дай мне минуту, чтобы составить список и подсчитать общую сумму.

– Хорошо. Я пока закажу легкие закуски, а то не успел позавтракать.

Лорд сидел напротив и отсутствующе смотрел на стену за моей спиной, общаясь со своими компаньонами. Судя по тому, что ему пришлось уточнять детали с ними, такой крупной закупки еще не было.

Когда я покончил с парой салатиков и допивал натуральный сок, Лорд наконец очнулся:

– За все миллион шестьсот тысяч. Установка у нас в корпорации, у меня там знакомый техник.

– Что именно мне установят и зальют? – спросил я.

– Два боевых импланта. Один для защиты от воздействия нейролептиков модели «Броня-2000». Тебе будут не страшны снотворные, парализующие иглы и выстрелы шокеров. Даже стационарных. Другой – «Сила-М4», он усилит твои боевые качества, с выученными боевыми базами ты будешь непобедим.

– Что он дает?

– Силу на пятьдесят процентов больше, молниеносную реакцию при взаимодействии с имплантами интеллекта, что у тебя уже установлены, повышенную скорость восприятия в боевом трансе.

– Хорошо, импланты меня устраивают, что по базам?

– Все базы свежие, все берем не у корпорации. Пилота пятого ранга, как и просил. Пять медицинских баз пятого ранга и боевые, как договорились.

– Что за боевые?

– Их восемь: «Ножевой бой», «Абордажник», «Штурмовик», «Разведчик», «Тактик», «Сапер», «Взломщик» и «Пилот меха». Как видишь, подобрали разносторонние базы.

– Неплохо. Что по инженерным базам?

– Восемь штук пятого ранга, как заказывал. Учить у нас будешь?

– Да.

– Три раза по десять дней, как в прошлый раз?

– Нет, на этот раз – два по десять дней и пять дней в боевом комплексе.

– Хорошо. Половину суммы можешь перевести мне прямо сейчас, остаток после всех процедур.

– Это все хорошо, но что бонусом за такой крупный заказ?

– Что ты хочешь?

– Современное медоборудование.

– Его много, что именно?

– Учебную капсулу со всеми расходниками, включая разгон для меня. Боевой комплекс вроде того, что стоит у вас в корпорации, и реаниматор. Лучше все восьмого поколения, если нет, то седьмого.

– Для бонуса это слишком много, – отрицательно покачал головой Лорд.

– Я в курсе, поэтому согласен доплатить.

– Мне нужно посоветоваться.

– Жду.

Я заказал кауфе и стал с интересом рассматривать девушек, что находились в ресторанчике. На втором стакане кауфе Лорд наконец очнулся:

– Есть учебная капсула и реаниматор восьмого поколения с трехпроцентным износом, фактически новые. Расходники к ним имеются.

– Нормально, – кивнул я. – Что по комплексу?

– Такого, как в корпорации, в наличии нет, он все-таки больше для спорта, но есть комплекс «Тренер-8» для спецподразделений. Он уже седьмого поколения. Износ всего восемь процентов, проведен апгрейд. Все программы в искинах останутся на месте.

– В принципе, согласен, но я не слышу цену.

– Еще семьсот китов – и все оборудование твое. Мы отдаем все тебе с тридцатипроцентной скидкой, так как это все стоит больше миллиона. Бонусом идут два медицинских дроида. Деньги за все отправишь мне.

– Хорошо, лови. Оборудование нужно будет доставить в мой ангар, его номер вы знаете.

– Когда доставить?

– Через двадцать восемь дней, когда закончу обучение… Да там созвонимся.

– Хорошо.

Через минуту мы направились к зданию корпорации.

* * *

Лорд не солгал, и мне действительно установили и залили все, о чем мы договорились. За два раза по десять дней учебы я поднял все новые базы до третьего ранга и поднял-таки «Специализированный бой» до пятого. При этом я активно тренировался в использовании установленных имплантов в боевом комплексе восьмого поколения «Воин5+», что находился в корпорации, а также проводил спарринги с другими поднимающими свои базы клиентами. Так что через двадцать пять дней в девять утра я вышел из здания корпорации обновленным человеком, не превратившись в киборга, чего опасался.

Покрутив головой, я направился к стоянке такси – заказанный флаер уже должен был ждать меня.

По плану у меня первым делом посещение штаба Флота, чтобы пройти сертификацию на пилота среднего корабля, потом закупки и возвращение на орбитальный терминал. В восемь вечера должны доставить купленное медоборудование, нужно будет его принять и проверить.

На десять часов утра я был записан на виртуальный тренажер, чтобы пройти специализацию пилота, поэтому, не став тянуть время, сел в свое такси.

После пяти часов на виртуальном тренажере и сдачи тестов по выученным базам, мне на карте ФПИ сделали отметку, что я теперь сертифицированный пилот кораблей крейсерского типа.

– Подойдите, пожалуйста, – попросил меня дежурный оператор.

Подобную процедуру я уже проходил, поэтому спокойно подошел к сидевшей за пультом девушке.

Подключившись к контакту на моей правой руке, она вбила на нейросеть подтверждение. Без этой метки я не смогу управлять крейсерами – искины не дадут. Можно, конечно, пользоваться картой ФПИ, но это муторно, так проще. Короче говоря, у меня на нейросети появилась метка, что я пилот-универсал среднего корабля.

К четырем часам дня, освободившись, я доехал до ближайшего универсального магазина «Все от господина Армика», продающего военное обмундирование и оружие.

– Добрый день, – поздоровался со мной немолодой мужчина, оказавшийся хозяином магазинчика. – Вы что-то хотели купить?

– Есть такое желание. Мне нужно пять комплектов пилотских комбинезонов моего размера.

– Какой класс?

– Высший. Так, еще нужно будет двадцать комплектов офицерского белья. Гражданская одежда, я смотрю, у вас тоже есть. Тогда пять светлых рубашек, столько же брюк. Мужские туфли на низком каблуке. Коричневые и черные. Спортивный костюм, обувь к нему. Оружие есть?

Смешно сказать, но кроме ногтей и зубов, у меня не было другого оружия. Однако, так как я состоял в программе «Демилитаризация», то за крейсер, который оформил по всем правилам, мне подняли категорию безопасности с нулевой до двух процентов. Это было бонусом за чистку сектора, можно сказать, за мою первую работу. Если раньше я с нулевой категорией мог иметь только шокер, то теперь официально мог покупать огнестрельное оружие третьего класса. То есть легкое. Его разрешалось носить с собой на цивилизованных планетах и орбитальных терминалах для личной защиты. На корабле я мог иметь хоть атомную бомбу, это уже мое дело. Кстати, при ста процентах категории безопасности я уже могу свободно посещать центральные планеты Содружества. Да что посещать? Жить там!

За чистку сектора мне подняли личный рейтинг на два балла из ста, как я уже говорил, однако это еще не все. Так как я был самым результативным среди малых шахтеров «Родена» (я, оказывается, занимаю первое место среди одиночек), то и корпорация подняла мне личный рейтинг еще на два балла, была у нее такая возможность. Так что я был гражданином империи Антран с личным рейтингом в четыре единицы. Кстати, Малик имел пятьдесят семь единиц рейтинга личной безопасности. Еще сорок три – и он станет полным гражданином Содружества. В армии и на Флоте этот личный рейтинг повышается быстрее всего.

Так как у меня было четыре процента, я мог купить огнестрельное оружие уже второго класса. Это те же пистолеты, но уже с некоторыми насадками. Например, для бесшумной стрельбы. С лазерным наведением и спецбоеприпасами, куда входят разрывные и бронебойные патроны.

– Так как вы гражданин с малым рейтингом безопасности, то посоветую вам взять вот этот пистолет для личного ношения – «Орел», и вот этот компактный автомат «Стелз». Это лучшее оружие в своем классе. У автомата емкость магазина сто пятьдесят патронов, у пистолета сорок. Очень хорошее и качественное оружие гражданского типа. Спецбоеприпасы «Стелза» не все бронежилеты держат.

– Хорошо, согласен, цена меня тоже устраивает, – изучив в сети отзывы об этом оружии, согласился я.

– Что-то еще?

– Ножи.

– Есть для ношения на поясе, есть скрытого ношения. Вам какой?

– Оба варианта.

Изучив десяток клинков – третий ранг базы «Ножевой бой» в этом очень хорошо помог, – я выбрал два. Кроме оружия и одежды я купил новейший считыватель вместо старого, а также дал адрес своего ангара. Доставка в этом магазине была бесплатной.

Пока хозяин приводил в порядок один из пилотских комбинезонов, заряжая его, и специальными вставками на рукаве отмечая мой статус, я рассматривал прайс бытовых дроидов.

– Это ведь корабельные дроиды? – спросил я, ткнув пальцем в заинтересовавший меня рисунок.

– Купил на распродаже два контейнера. Наши флотские взяли на абордаж контрабандистов, вот потихоньку распродаю.

– Хорошо идут?

– Не жалуюсь… Все, можете переодеваться.

Скинув старый комбинезон, который я купил месяц назад через сеть (самый первый, в котором меня освободили, давно уже отправился в утилизатор), я переоделся в лучший в магазине пилотский комбез. Тут даже встроенный бронежилет был.

Хозяин тут же засуетился вокруг меня, пока я придирчиво рассматривал себя в зеркале, когда комбез подогнался под мой размер.

Протерев тряпочкой знаки различия, сообщающие, что я сертифицированный пилот малых и средних кораблей, хозяин магазинчика спросил:

– Кобуру с пистолетом сразу прикрепим?

– А как же, и скрытый нож тоже закрепим, на лодыжке. Все как положено.

Господин Армик помог мне прикрепить кобуру из специального материала, благо там имелись крепления, и, подождав, пока я, зарядив, убрал пистолет в кобуру, подал небольшой нож в ножнах.

– Красавец, – хмыкнул он и спросил: – Будем рассчитываться?

– Конечно.

– С вас двенадцать тысяч кредитов.

После уплаты я вернулся к бытовым дроидам, купив три штуки, что еще больше ударило по моему кошельку. Ничего, двадцать три тысячи быстро окупятся. Оставив господина Армика паковать мои покупки в малый контейнер для перевозок, я вышел из магазина и, взяв такси, поехал к орбитальному лифту. Свои дела на планете на ближайшие полгода я сделал. Оставалось учиться, строить корабль и пополнять бюджет, работая шахтером. Последнее очень опасно, но я надеялся на свой фарт и высоко поднятые боевые базы. По возвращении в ангар в моих планах продолжать учебу в купленной капсуле. Так что на ближайшие полгода у меня было много планов, главное успеть их все выполнить.

* * *

Вечерняя приемка медицинского оборудования прошла без проблем, продавцы не обманули и действительно прислали капсулы и комплекс практически новые. На рынке я смог бы купить подобные миллиона за полтора, никак не меньше. Специально в сети смотрел.

Когда военный курьер отбыл, как раз привезли контейнер с одеждой, оружием и бытовыми дроидами. Приняв его, я заблокировал двери и стал решать, что делать дальше.

Первым делом следовало бы сразу же установить медоборудование на место. На крейсере был медотсек, но все, что там стояло – аж третьего поколения – я выкинул. Все равно оно было горелое и не подлежало восстановлению. Конечно, медотсек выглядел в данный момент безобразно, все-таки вся внутренняя обшивка была удалена, остались только закопченные серые металлические стены да свисающая кое-где оборванная проводка. Отдав приказ техническому комплексу на установку всех трех капсул, я направился к контейнеру с одеждой. Нужно часть перегрузить в «Пулю», активировать всех трех бытовых дроидов, чтобы прибрались в ангаре – технический комплекс тут изрядно намусорил, – а также достать оружие и боеприпасы.

Пока технические дроиды жестко крепили капсулы на станины в медотсеке «Волчонка», я разобрался с контейнером. Половина вещей осталась на месте, а часть я перенес в «Пулю». Бытовые дроиды уже начали прибирать в ангаре, устроив в углу склад для мусора. Меня позабавили жесткие спрессованные кирпичики, что они доставали из себя после уборки. Раньше это было пылью.

Время было полдесятого вечера, когда я через сайт связался с одним из магазинчиков орбитального терминала. Он занимался дизайном внутренних отсеков космических кораблей. У этих деятелей я заказал белые пластиковые стены для медотсека и неяркие плафоны освещения. Ну, они эту тему знали, поэтому, отправив им размеры, перевел аванс, велев доставить материалы к утру завтрашнего дня.

Пока было время, я связался с тем сержантом, у которого купил катализаторы для мини-комплекса «Пули».

– Слушаю, – ответили мне. Так как я отключил видео при вызове с терминала ангара, то сержант меня не видел, а вот я его – наоборот. Он был в пижаме и, похоже, собирался ложиться.

– Добрый день. Это заказчик катализаторов, помните меня?

– А, человек-инкогнито. Помню такого, – согласно кивнул сержант.

– У меня для вас есть крупный заказ. Мне бы хотелось знать цены на это оборудование.

– Высылайте, посмотрю.

После отправки файла сержант ответил:

– Боюсь, в данном случае я не смогу вам помочь.

– Но вы же говорили, для вас это не проблема?

– Дело не в этом. Практически все оборудование военного значения, продавать его неизвестным личностям нам запрещено. Мы под контролем СБ Флота, на наши мелкие махинации они смотрят сквозь пальцы, но если идет продажа пиратам, возьмут за горло.

– Если я откроюсь, надеюсь, вы сохраните в тайне все это?

– Конечно.

– Тогда высылаю вам личные данные, – включая видео, сообщил я.

Через пару минут сержант, прочитав что-то на боковой панели визора, кивнул. Видимо, просмотрел мое досье.

– Ну, теперь понятно, чего ты хочешь. На тебя зарегистрирован крейсер пятого поколения. Все формальности улажены, я отправил в отдел нашей СБ данные о тебе и о нашей договоренности… Спокойно, из их отдела это дальше не уйдет. Так что лови прайс. Если возникнут вопросы для кого покупаешь, сообщи код нашего отдела СБ, они все уладят.

– Я перезвоню, – недовольно буркнул я, отключаясь.

За десять минут изучив цены на столь нужное оборудование, я приуныл. После покупки всех баз, имплантов и одежды с оружием у меня осталось восемьсот три кита на номерном счету Содружества и тридцать два кита на личном. Придется изворачиваться и закупать только самое нужное.

– Да? – ответил сержант. Он еще не ложился, видимо, ожидал моего звонка.

– Я пока не могу заказать все, что нужно, стеснен в средствах, но кое-что заказать в состоянии. Общая сумма пока в восемьсот китов. Следующая покупка будет дороже.

– Я слушаю.

– Мне нужно три реактора марки «Креат», но пока я возьму один, зарезервируйте для меня еще два.

– Хорошо. За корабельный реактор с консервации с нулевым износом с тебя триста десять китов.

– Продолжим, – я согласно кивнул. – Потом мне нужна рубка класса А-восемь восьмого поколения для пилота-универсала.

– Восьмого нет, есть седьмого и класса А-девять. Бери, не пожалеешь.

– Хм, – после изучения специфики этой рубки в сети я согласно кивнул: – Хорошо, беру.

– Искины?

– Пока только управляющий.

– Тогда за рубку двести сорок китов, за искин сто пять китов. Пока с тебя шестьсот пятьдесят пять китов.

– Мне нужны два комплекта энергошин для малых линкоров класса Е-6.

– Каждый комплект по пятьдесят китов. Всего семьсот пятьдесят пять китов.

– Это еще не все. Последний в списке заказ на сегодня – это инженерный комплекс «Вьюга». У вас в прайсе он указан некомплектным, и цена очень маленькая. Всего сорок пять китов. Не поясните его комплектацию?

– Он снят с подбитого линкора, отсутствуют восемь из двадцати одного дроида. Износ двадцать процентов. Поэтому и цена такая низкая, всего двадцать процентов.

– Меня интересует, что за дроиды там остались.

– Внутренние, – пояснил сержант, отправляя мне файл с техдокументацией на комплекс. – Внешник остался только один.

Меня это устроило, так как дроиды для работы в открытом космосе пока были не нужны.

– Отправляй деньги на мое имя, завтра жди заказанное оборудование.

– Подождите, сержант, а как насчет бонуса за крупную покупку?

– Что ты хочешь? – с подозрением спросил снабженец.

– Двадцать малых спаренных турелей ПКО модели «Стерх-8М»

– А ты не охренел?! Максимум пять!

– Девятнадцать!

– Семь, и ни на единицу больше!..

За двадцать минут торговли мы сошлись на одиннадцати зенитных турелях. Переведя ему деньги, я отключился и направился к «Пуле». Пора спать, а то глаза уже слипаются.

На таких моделях, как «Брон», в то время стояли уже устаревшие спарки «Стерх-3», плазменные же «восьмерки» имели дальность на треть больше, мощность выстрела чуть ли не на пятьдесят процентов выше и отличную систему наведения. Когда я демонтировал уцелевшие зенитные турели, те же «тройки», то распродал их среди шахтеров – эти установки прекрасно подходили для малых кораблей и потому пользовались спросом. Жаль только, что уцелело всего семнадцать штук, остальные ушли как металлолом и запчасти.

* * *

Утром доставили сперва декоративные панели для медбокса (я их приказал сложить чуть в стороне, рядом со средним контейнером), а ближе к обеду – заказ от военных.

Первым делом я распаковал инженерных дроидов и прогнал диагностику, вбив себя в управляющем искине как владельца – коды доступа сержант мне прислал. После проверки я послал инженерных дроидов демонтировать в «Волчонке» разгонные двигатели, разбитый гипердвигатель и оба реактора, пока технические подготавливали место для установки новенькой рубки. Старую мы сняли еще месяц назад. Проверка оборудования, включая зенитные турели, показала, что с военными можно иметь дело – все было фактически новеньким, неиспользованным.

За следующие пять дней инженерные дроиды демонтировали все крупногабаритное и стали устанавливать на сваренном фундаменте купленный реактор в соответствующем отсеке. Технические дроиды тянули энергошины, одновременно монтируя дублирующую систему. Фундаментов для реакторов было подготовлено три, и энерговоды подведены к каждому, но пока у меня был один ректор. Как куплю остальные, так и подсоединю.

Было снято все вооружение, включая уцелевшие башни спаренных средних орудий марки «Стерх-Д-16». Я лучше закажу орудия той же компании, но более современные и дальнобойные «Стерх-Е-40» восьмого поколения. Но это все потом.

Кроме реактора, который почти установили (возникли проблемы с самодельным фундаментом), была смонтирована рубка с пока темными экранами – питание не подключили. Закончили с медотсеком, облагородив его декоративными белоснежными панелями. А так как все коммуникации к этому сектору были уже подведены, то, как только запустим реактор и искин в рубке, можно будет пользоваться капсулами, благо я уже поднял медицинские базы то третьего ранга.

Что мне нравилось в рубке марки А-9, так это то, что шахт для искинов в ней было четыре, а не как в А-8 – всего три. В таком случае я могу перенаправить силы и расчетные мощности искинов на нужные мне вещи. Например, из трех искинов в рубке А-8 один был управляющий, другой отвечал за вооружение, третий за систему жизнеобеспечения, в бою же – дополнительно за защиту. В А-9 же один искин управляющий, который следит за другими искинами и контролирует их деятельность, в случае нужды отдавая собственные свободные мощности. Второй отвечает за атакующее вооружение, третий за защиту, включая противоабордажные комплексы – я их потом прикуплю. Также он имеет знания техника, и ему подчиняются технические дроиды. А четвертый отвечает за систему жизнеобеспечения. Для этого всегда должен быть отдельный искин, в противном случае при выходе ее из строя вам уже никто не поможет. Этот же искин отвечает за порядок на корабле и чистоту. За медбокс и меддроидов в том числе.

Пока технические комплексы монтировали оборудование на «Волчонка», я тоже был занят делом, проводя модернизацию «Пули». У меня на личном счете оставалось тридцати китов, их я и пустил в дело.

Вместо обоих разгонных движков купил другие, более мощные, по пять китов каждый. Маневровые оставил те же, они пока меня устраивали. Поменял реактор, чтобы тянул четыре новых промышленных лазера, докупил еще один искин. В «Пуле» было две шахты, одна пустая. Патрона я оставил на месте; новый искин, получивший имя Умник, отвечал за мини-комплекс, добычу и переработку руды. Провел ремонт и апгрейд обоих промышленных дроидов. В этом мне помогали один технический и один инженерный дроиды. Управлял я ими через недавно активировавшуюся опцию «мыслесвязь». Классная опция, надо сказать.

Через пару дней, с невольно забившимся в волнении сердцем, я запустил искин в установленной рубке крейсера.

После ввода длинного перечня кодов и паролей искин признал меня хозяином.

– Капитан, мне доступна только часть оборудования корабля, – тревожно сообщил искин.

– Крейсер находится на ремонте и модернизации, причем в самом начале. В данный момент из всего оборудования полностью действует только медбокс, причем там пока нет кибердоктора и лечебной капсулы, остальное есть. Запущен реактор и подключена рубка. Это пока все.

– Проверка показала, что мне доступны два меддроида, кроме инженерного и технического комплексов. Подтвердите.

– Подтверждаю… Кстати, раз ты вполне полноценная личность, то прими имя Игорь.

– Разрешите узнать смысл этого имени? – осторожно спросил искин.

Покрутившись в пилотском кресле, я после некоторого колебания ответил:

– Этот мальчишка спас мне жизнь. Случайность: мы переходили проезжую часть, когда появилась несущаяся на большой скорости машина. Игорь вытолкнул меня из-под колес. А сам… – я горестно манул рукой. – Медики сказали, погиб сразу, даже не мучился. Мы с ним рыбачить шли, нам тогда по семь лет было.

– А водитель?

– Скрылся, его так и не нашли. Когда я выкарабкался из оврага, машина уже уехала, только и запомнил, что это была серая «девятка».

– Понятно, капитан, вы назвали меня в память своего спасителя. Что ж, я постараюсь не уронить этой чести.

– Было бы неплохо, – хмыкнул я.

– Какие у нас планы на ближайшее время?

– Сейчас все скину тебе одним файлом. Там есть все работы по кораблю. Все комплексы теперь под твоим командованием, начинай приводить себя в порядок. Когда будут деньги, докупим остальное.

– Турели ПКО монтировать?

– Нет, вооружение в самом конце, когда установят эмиттеры щитов и запустят систему жизнеобеспечения.

– Реактор вышел на сорокапроцентную мощность. Для выхода на стопроцентную потребуется шесть дней.

– Хорошо, работай. Все, что мог, я сделал, так что через пять часов ухожу в открытый космос – пора зарабатывать деньги, чтобы привести тебя в порядок.

– Принято, капитан… Сообщение от входа. Прибыл курьер с доставкой из магазина «Природные дары Миринды».

– А-а-а, – вспомнил я. – Он должен свежие фрукты привезти.

Вскочив с кресла, я вышел из рубки; пробежав через скелет коридора, скатился по лестнице вниз и, выйдя из корабля через ближайший пролом, где была снята погнутая броня, поспешил к небольшой шлюзовой двери.

Курьером был пожилой мужчина в сером комбинезоне, с эмблемами курьерской доставки на нагрудном кармане и на кепке. Проверив товар, я подтвердил доставку и отправил остаток суммы на счет магазина. Курьер, получив подтверждение, поблагодарил и, забрав пустые контейнеры, в которых привозил продукты в прошлый раз, сел на свою маленькую платформу доставки и, загудев электромоторами, уехал. В ожидании одного из технических дроидов, что должен был перетащить доставку в «Пулю», я вытащил из одного из контейнеров налитое свежее яблоко и огляделся.

Мне показалось, что у шлюзовой двери соседнего ангара, у того, где я видел двух красавиц, кто-то сидит. Этот уровень не пользовался особым спросом, и большая часть ангаров пустовала, да и свет в огромном транспортном коридоре был не везде. Не успевали ремонтники менять перегоревшие лампы. Так что видимость была не очень.

Слыша за спиной перестук манипуляторов дроида, который грузил на спину шесть маленьких продуктовых контейнеров, и продолжая хрустеть яблоком, я направился к непонятной фигуре. Вдруг это кто из соседей и ему требуется помощь?

При приближении выяснилось, что это спящий на переносном мешке подросток. Подойдя еще ближе, я заметил выбивающиеся из-под кепки мелкие девчачьи косички.

Подойдя вплотную, я наклонился и потрепал ее по плечу:

– Эй, попу отморозить не боишься? Ты вообще что тут делаешь?

– Отойди, – попросила девушка, проснувшись.

Сделал шаг назад, забыв про яблоко в руке. Сложно не выполнить вежливую просьбу, если тебе под нос тыкают готовым к выстрелу игольником.

– Ты палец со спуска убери, – со всей вежливостью, на какую был способен, попросил я. – Мало ли дернешься, а я иглу получу. Не хотелось бы.

В принципе, у девчонки не было никаких шансов. С моими базами я успею выхватить из кобуры пистолет и пристрелить ее еще до того, как она нажмет на спуск. Поэтому я особо не тревожился; однако убивать девчонку только за то, что она держит меня на прицеле, не хотелось бы.

– Вы кто? – не опуская оружия, спросила она.

Глядя на ее трясущиеся руки и ходящий ходуном ствол, я спокойно ответил:

– Сосед. Денис Миронов. Вон мой ангар. Мне доставили заказ, когда расплачивался, увидел тебя. Вот и захотел узнать, вдруг что случилось.

– Это ангар моих сестер, но их вроде нет.

– Три дня назад их «Фарты» погрузили на тележки и увезли. Я слышал погрузчик, – подтвердил я.

– А долго их ждать?

– Неделя-две-три, – пожал я плечами. – Попробуй отправить им сообщение.

– Мне семнадцать, у меня нет еще нейросети… А можно подождать у вас?

– У меня? Нет. Я уже заказал погрузчик и через пять… нет, уже через три с половиной часа тоже отправлюсь добывать руду.

Вспомнив про яблоко, я откусил восхитительную мякоть и, пережевывая, посмотрел на девчонку.

– Что же делать?

– А в гостинице их подождать слабо?

– Я не могу, меня ищут.

– Полиция?

– Нет, я одному парню лицо расцарапала, а у него отец богатый.

– Думаешь, за царапины будут искать?

– Я у него этот пистолет забрала и ногами по причиндалам врезала. Я ему еще нос откусила, они меня… – всхлипнула девочка. – Ой, это они!

Подпрыгнув, девочка спряталась у меня за спиной и выставила ствол игольника в сторону приближающегося флаера. Это была не платформа доставки или такси, а спортивная машина на антигравах. Такие тут обычно не ездили, однако я все равно не воспринял слова девочки всерьез, поэтому удивился, когда по телу пробежали знакомые мурашки, а девчонка за спиной мешком осела на грязный пол. Нас только что обработали полицейским подавителем, хотя машина была гражданская и к службам никакого отношения не имела.

Когда я проходил тренировку в корпорации «Нейросеть» после установки боевых имплантов, медики провели проверку их работы – стрельбой по мне одновременно из десятка шокеров. Ощущения были те же. Что было хорошо с этим имплантом, он всю энергию выстрела шокера перенаправлял в себя и далее сам использовал ее, поэтому у меня произошел мгновенный выброс адреналина, и я был готов к бою.

Однако, секундой позже девчонки, я все же осел на пол и завалился на бок. Мне было любопытно, кто это и что им надо. В услышанную версию я не верил. Больше склонялся к мысли, что это «Роден» вышел на мои махинации с концентратом и таким образом выманил из ангара.

Из остановившегося флаера с аэрографией на боках выбрались трое мужчин и направились к нам. И если двое были типичными быками с пудовыми кулаками, то третий – худощавый живчик с манерами педика. Когда они подошли ближе, я сквозь ресницы рассмотрел живчика, оказавшегося красавчиком, каких обычно любят молодые дурочки, но с брезгливо поджатыми губами. Быки были как быки: в старомодных десантных комбезах с включенной активной защитой – я заметил зеленые огоньки на рукавах.

Сеть не работала, и я не мог отправить сообщение в службу безопасности корпорации о нападении – видимо, во флаере кроме подавителя была еще и глушилка.

– Попалась, сучка, – мерзко усмехнулся живчик.

Его слова сразу же позволили мне вздохнуть свободнее. Охота шла не за мной.

– С парнем что делать? – спросил один из быков, кивнув на меня. Второй в это время подошел и подхватил девчонку под мышки, явно собираясь отнести ее во флаер.

– Возьми шокер и выстрели ему шесть раз в разъем нейросети на затылке.

– Зачем? – удивился бык.

– Так мы уничтожим его нейросеть и сожжем мозги. Он не сможет дать против нас показания.

– Понял… ща.

Мне это сильно не понравилось, поэтому, когда бык приблизился, я вскочил, будто подброшенный пружиной, и в прыжке нанес ему стопой удар в голову, после чего, выхватив пистолет, пальцем переключив его на бронебойные пули, пять раз выстрелил от бедра. Бык, что нес девку, получив две обычные пули в правое и левое плечо, упал, обливаясь кровью; живчик визжал, схватившись за раздробленную ступню; второй бык валялся без сознания и поэтому никак не отреагировал на пулю в ноге.

С момента выстрела подавителем я записывал все происходящее под протокол, поэтому был прикрыт со всех сторон.

Подойдя к быку, что нес девушку, я оттолкнул его, оттащил девчонку в сторону, осмотрел и пробормотал:

– И что они нашли в этой соплячке?

Подойдя к флаеру, я через открытую дверь заглянул внутрь и отключил глушилку, быстро выяснив, как это сделать. Первым делом я отправил сообщения в полицию и СБ корпорации и только потом вышел на сайт частной юридической фирмы «ЮрКон» и заключил с ними договор, уплатив восемьсот кредитов, после чего отправил запись всего произошедшего. Теперь у меня были квалифицированные адвокаты.

Долго полицию ждать не пришлось: буквально спустя шесть минут, я как раз отправил подтвержденную копию договора юристам, подоспела первая машина. Встречал я их с поднятыми руками. К чести полицейских, разобрались они быстро, да и запись «под протокол», что я им представил, очень помогла.

* * *

– К тебе, парень, у нас претензий нет, ты чист со всех сторон. Классическая самооборона, – говорил сержант полиции. Мы стояли у его флаера, глядя, как пострадавшую девушку под руки выводят из медмашины.

– Я могу идти?

– Да, вот только что делать с девочкой? Она несовершеннолетняя, и забрать мы ее не сможем. Если и сможем, то ненадолго.

– А в чем проблема? Поселите в гостинице, – пожал я плечами.

– Ты, я смотрю, парень новый. Что ты знаешь о профсоюзной организации «Жесть»?

– Были от них пара писем с предложением о вступлении, я не ответил. Меня эти профсоюзы не интересуют.

– Это ты еще с ними не встречался. Слышал, месяц назад жестоко избили парня?

– Было дело.

– Это их рук дело, наказали для устрашения. Они периодически проводят такие акции.

– А вы?

– А что мы? Жизненно важные органы задеты не были, да и шахтер тот не стал писать заявление. У них хорошие адвокаты, это только тебе повезло поймать их на горячем, да и то, скорее всего, их отпустят под залог.

– Классные у вас законы.

– Да, хорошие, – согласно кивнул сержант, не поняв моей иронии. – Но я о другом. Этот парень, которому ты прострелил ступню, сын главы профсоюза Олиха Эффенди, Малик Эффенди.

– Будут мстить? – после секундного размышления спросил я.

– Будут. А охрану мы тебе предоставить не сможем. Это может быть обычная кабацкая драка, где тебе воткнут нож под ребро, или встретят где-нибудь в космосе, так что опасайся всего.

– Да я и сам с зубами, если попытаются наехать на меня, отвечу. И жестко отвечу… Ладно, через полчаса погрузчик подойдет, мне пора к себе, готовиться к выходу.

– Подожди, как насчет девчонки?

– А я здесь при чем?

– Отвези ее к сестрам. Они на шестой астероидной реке, я пробил у диспетчера.

– А не проще связаться с ними, чтобы они прилетели?

– Там не действует связь, можно сказать, они работают на границе безопасной зоны.

– Да что-то мне не хочется делать такой крюк.

– Ей тут не выжить, – продолжал уговаривать меня сержант. – Начал ее спасать, так закончи это дело.

Я понимал, что сержант хочет снять эту обузу со своей шеи и повесить ее на меня. Наверняка отец пострадавшего будет пробовать найти девчонку через него, а тут с сержанта взятки гладки.

– Ладно. Черт с ней. Пусть идет в мой ангар. Отвезу.

– Молодец, парень, я не сомневался в тебе.

– Зато я уже начал сомневаться в правильности решения, – буркнул я под нос.

В это время сержант направился к одинокой фигуре девчушки, стоявшей у своих вещей, а я отдал приказ на открытие створок ангара, так как услышал приближение погрузчика.

Через минуту, на полпути к ангару, меня догнала девчонка с мешком на плече.

– Тебя как хоть звать-то? – нарушил я молчание.

– Олия. Олия Бьянка.

– Меня можешь называть Денисом. На корабле сидишь на диванчике в кают-компании и не шевелишься, пока я тебя не передам сестрам. Все ясно?

– Да, – тихо ответила девушка. – И я не соплячка.

– Чего? – не расслышал я.

– Я говорю, спасибо вам. Если бы не вы, меня бы забрали эти…

– Да я уже жалею, что влез во все это.

– У вас будут проблемы из-за меня? – попытавшись обогнать и заглянуть мне в глаза, спросила эта пигалица.

– Кишка у них тонка.

– Ой, а что это? – мы подошли к открытому ангару, и Олия увидела полуразобранный крейсер, по которому как муравьи ползали технические и инженерные дроиды. Игорь проводил мелкие ремонты и монтаж оборудования.

– Крейсер, – честно ответил я.

– Какой он красивый…

С сомнением посмотрев на практически пустой остов, я сказал:

– Наш корабль тот, нос которого торчит из-за контейнера. Пошли, а то погрузчик уже рядом.

Мы едва успели заскочить в корабль и задраить люк, как показалась туша погрузчика.

После коротких переговоров нас погрузили на гравитележку и отправили ко входу. Шлюзование прошло быстро, после выхода в открытый космос искин космопорта взял управление на себя и повел «Пулю» к месту, из которого можно кратчайшим маршрутом прыгнуть к шестой астероидной реке, а я, оставив пульт, вернулся в кают-компанию, где на диванчике спала моя попутчица.

Стараясь ее не тревожить, я стал готовить ужин.

– Сколько времени? – спросила меня девушка, протирая глаза.

– Семь вечера. Там у меня в каюте душевая, иди умойся, а то грязная вся. Весь мусор собрала с коридора.

Когда девушка безропотно встала и направилась ко мне в каюту, из ниши выскользнул недавно купленный дроид-уборщик и стал чистить белый диванчик от пятен.

До места прыжка мы ползли почти час, пока не вышли из зоны контроля космопорта. За это время успели неторопливо поужинать и поболтать. Теперь я знал всю историю Олии, после умывания превратившейся в довольно симпатичную девушку.

История оказалась проста и банальна. Родителей не было – они погибли несколько лет назад на увеселительной прогулке. Есть две старшие сестры-погодки: двадцатитрехлетняя Жорин и двадцатидвухлетняя Мила. Они после установки нейросетей купили шахтерские корабли и вот уже несколько лет работали по специальности, зарабатывая себе и копя на нейросеть и базы для сестры, которая воспитывалась в пансионе для девочек на Миринде. Встреча с Эффенди-младшим произошла вчера вечером в одном из ночных клубов, где зажигали сбежавшие из-под надзора строгих воспитателей три девушки. Щеголь был под наркотой и восхотел Олию: девчонка, несмотря на подростковую угловатость, действительно была красива. Сперва легкая попытка познакомиться, а потом уже и требовательная не удались, после чего Эффенди подстерег девушек у выхода. Подружки сбежали, поэтому Олии пришлось отбиваться самой. В результате она ему откусила нос во время борьбы и исцарапала лицо. Более того, умудрилась прихватить у подонка его же пистолет. Уж не знаю, как она его протащила через сканеры орбитального лифта.

Кто это был, пояснили выскочившие на шум охранники клуба – Эффенди у них часто зависал. Олия, не будучи дурой, рванула в пансион, собрала вещички и оказалась у дверей ангара сестер, где мы с ней спустя семь часов и встретились. По закону она предъявить этому подонку ничего не могла, это он на нее заявку мог накатать за порчу портрета, поэтому девушка и решила спрятаться у сестер. Если парень встанет на дыбы, то может попытаться через своего папеньку и его людей добраться до сестер Бьянки. Такие твари злопамятны.

Что сам этот урод делал, догадаться не трудно: подлечил лицо (в реаниматоре это быстро, хоть и не дешево – через пару часов даже синяка не останется), взял своих людей и рванул в погоню. Интересно только, кто ему слил местонахождение Олии? Наверняка папаша подключился.

То, что эти Эффенди будут мне мстить, я сомневался. Ну, а если надумают, то по сопатке и получат.

Выйдя из зоны охранения космопорта, я принял управление, разогнался и совершил прыжок. Через сорок минут мы вынырнули у шестой астероидной реки в двухсотом секторе.

– Охранная служба вызывает малый шахтерский корабль «Пуля». Прием, – почти сразу вызвали меня. Сигнал шел с небольшого крейсера, ощетинившегося пушками и блоками ракет.

– На связи «Пуля», – тут же ответил я.

– Копать?

– Нет. От пассажира нужно избавиться. Мне сестры Бьянки нужны.

– Принято. Они в зоне устойчивой связи, можешь вызвать их.

– Принято, спасибо. «Пуля» вызывает сестер Бьянки.

– На связи, – на экране визора появилась красивая девушка, серьезно глядевшая на меня. Портретное сходство с Олией было налицо.

– Я ваш сосед по ангару, подобрал вашу младшую сестру. У нее проблемы. Короче, где вы? У меня свои дела, и возить пассажиров я не нанимался.

– Вы думаете, мы вам поверим? – с подозрением спросила девушка.

– Действительно… – разблокировав дверь рубки, я крикнул: – Олия! Тут с тобой сестра поговорить хочет!

Общались мы на общей волне, поэтому все, кто находился в системе, нас прекрасно слышали. А кораблей тут было без малого несколько сотен.

Мгновенно появившаяся Олия разрешила все острые моменты, и мне задали вектор движения. Через двадцать минут, облетев огромный астероид, который разрабатывали два десятка малых шахтеров, я приблизился к другой группе. От нее отделился «Фарт», причем при опознавании на экране визора высветилось название кораблика: «Жеребец». Состыковавшись с ним, я помог Олии перейти на другой корабль и, отмахнувшись от начавшей меня расспрашивать сестры, заблокировал шлюзовую и направился в рубку. У меня дел полно, а тут еще задержать пытаются!

Через двадцать минут разогнавшись до нужной скорости, я ушел в прыжок к родному пятьдесят третьему астероидному сектору. Судя по времени, последний патруль прошел там час назад. Пилот буксира молодец, не сдал схему движения пиратов в этом секторе.

* * *

По плану я собирался копать морит и сдавать его на перерабатывающую станцию, чтобы прикрыть перед корпорацией свои большие траты. Мол, вот, копаю. Однако когда я вышел из гипера в системе и быстро и привычно спрятался среди астероидов, сканируя их новеньким шахтерским сканером, то среди редких осколков морита обнаружил астероидную глыбу террита без вкраплений других руд. По словам Умника, в этом астероиде было никак не меньше двух тысяч кубов. Думаю, понятно, что я все забросил и начал разрабатывать именно его? Тем более столь огромные куски дорогой руды попадаются нечасто, и о таких удивительных случаях узнавали все шахтеры.

Так что мои планы сделать десять полных ходок с моритом к добывающей станции для сдачи и пару – с концентратом террита в ангар пошли прахом. Упускать такой шанс было не просто глупо, преступно! В течение девятнадцати дней Умник в автоматическом режиме, пока я учился в полусне, переработал террит в концентрат, пока не заполнил трюм и все четыре контейнера. Расход топлива был большой, я торопился, однако вернуться хватало с лихвой. Дождавшись, когда пройдет очередной патруль, я разогнался и ушел в прыжок к орбитальному терминалу Миринды.

При выходе из гипера на почту сразу пришло с десяток писем. Одно было от моих адвокатов, поэтому я первым открыл его, пока искин космопорта вел «Пулю» к терминалу.

Адвокаты меня извещали, что был суд, и дело о нападении на меня и Олию Бьянку благополучно закрыто. Мои адвокаты, что представляли меня на суде, сами подготовили всю информацию по этому делу.

Подонок не отвертелся, к тому же ему старые грешки припомнили, и этот ушлепок отправился на семь лет на планету-колонию для преступников. Говорят, там выжить очень трудно. По нападению на нас судья присудил обвиняемому выплатить некоторую сумму в качестве компенсации за моральную травму. По сотне тысяч каждому – конечно, мелочь, но все равно приятно. Проверив счет, я убедился, что стал богаче на сто китов.

Остальные письма были от сестер Бьянки и от отца ушлепка. Тот обещал со мной поквитаться, причем так обтекаемо, что привлечь к суду за угрозы не представлялось возможным.

Последнее было от Малика: они недавно залетали на Миринду – доставили новобранцев на одну из военных баз, что находилась в системе – и очень расстроились, что я оказался недосягаем.

– Восемьсот шестнадцатый, ты чего ковыляешь как беременный?

– Повредил один из движков, видите, дымит? Вот и пришлось вместо разгрузки на станции идти в ангар ремонтироваться.

– Так ты с рудой?

– Ну да. Шансов доползти до ангара у меня было больше, чем до станции, а потом уже до ангара.

Второй разгонный движок я лично повредил, с помощью одного из дроидов, когда мы выпрыгнули из гипера в системе Миринды, благо работы там было на пару минут. Так что отмазка была железная.

Когда я попал в ангар, то первым делом перегрузил руду в средний контейнер, заполнив его полностью, а также еще в четыре малых – последний не до конца. Шестьсот пятьдесят кубов концентрата – по деньгам получалось полтора миллиона. Ничего, у меня еще один средний контейнер и шесть малых осталось.

Получив доклад от Игоря о проделанной работе, я велел ему починить поврежденный двигатель «Пули» и направился в медотсек крейсера, решив перед тем, как уйти на добычу, пять дней полежать и поучиться. Поднять недоученную за двадцать дней работы базу «Ремонт и модернизация кораблей» – до четвертого ранга, а если останется время, то начать поднимать базу «Инжиниринг» с третьего до четвертого ранга. Она мне была нужна.

Затем, по плану, я подниму с третьего до четвертого ранга еще одну базу, «Проектирование малых и средних кораблей». Они все мне были нужны, причем срочно; а вот уже после них я начну поднимать медицинские базы: «Биохимия человека», «Боевая медицина», «Медицина», «Физиологические процессы и их стимуляция», «Физиология мозга» и «Техник медоборудования». Они у меня все в третьем ранге; да и вообще ни одной базы ниже третьего нет, кроме пилотских баз для среднего корабля. В общем, эти базы будут следующими, их я планирую поднять до пятого, профессионального уровня. Они помогут мне лучше настроить капсулы для обучения, реаниматор для лечения и кибердоктор для операций. Более того, уже на четвертом уровне знаний я смогу проводить несложные операции, включая извлечение и установку нейросетей и других имплантов, но все-таки лучше иметь пятый ранг.

Через пять дней, выйдя из учебного транса – Игорь поднял крышку учебной капсулы, когда сработал таймер – я вылез и, потягиваясь, велел ему:

– Готовь тренировочный комплекс. Надо поднимать свое физическое состояние, а то я за последнее время подзапустил его.

– На шесть или на восемь часов?

– Так, сейчас девять утра… м-м-м… да еще эти Бьянки опять приглашение прислали встретиться… Значит, так. Готовь комплекс на восемь часов учебы, а я пока пару заказов сделаю, не с пустыми же руками к ним идти, да сообщу сестрам, что принимаю их предложение.

– С извинениями?

– Ну да. Не сразу же ответил, могут обидеться. Хотя я на почте поставил статус, что очень занят.

Сестры были у себя в ангаре и сразу согласились встретиться в шесть вечера. Они всего три дня как вернулись с добычи и отдыхали у себя.

Заказав ларийских сладостей, пару бутылок хорошего вина и лимонада, я отправился в армейский тренировочный комплекс, где мне предстояли очередные мучения. Комплекс подгонял мое тело под новые знания – я теперь и двигался быстрее, и реакция стала молниеносной. Короче, надо почаще в него залезать.

Вывалившись из комплекса в пять часов вечера, я присел на кушетку, приходя в себя. Рядом гудел электронагнетателем медицинский дроид, проверяя мое состояние. Все-таки жесткая шла тренировка.

После комплекса и душа я чувствовал себя как будто после бани – хотелось летать, и была легкая слабость. Одевшись в светлую рубашку, такие же брюки и коричневые ботинки и прихватив с собой доставленные курьером заказы, направился к соседям.

Дверь шлюзовой сразу отворилась, когда я подошел к ней. Видимо, девушки использовали датчики движения или скрытую камеру. Эти камеры по умолчанию стояли на дверях всех ангаров. А может, меня просто ждали. Также в ангарах имелась внутренняя связь. Можно было, не выходя в общую сеть, набрать номер любого ангара в этом же терминале и поговорить с владельцем, если он, конечно, ответит. На моем, например, сидел Игорь и отвечал на вызовы.

– Здравствуйте, – открыла мне дверь Олия. – Проходите.

– Привет, – улыбнулся я ей. Пройдя через шлюзовую, дождался, когда она заблокирует дверь, и протянул подарки: – Держите, это вам.

– Ой, спасибо!

Следуя за девушкой, я с любопытством осмотрелся. Ангар был чистенький и симпатичный. Зеленый, как у меня, пол, голубой потолок, рыжеватые стены. Более всего меня поразили не два малых шахтерских корабля, что стояли чуть в стороне, а большой жилой модуль, рассчитанный на проживание от четырех до десяти человек. Только его цвет не удивил – розовый. К этому модулю мы и направлялись.

Кроме кораблей и жилого модуля, в ангаре у девушек было шесть малых контейнеров, сложенных аккуратно в противоположном углу, и игровая площадка. Для какой игры непонятно, но чего-то вроде волейбола: сетка и песок присутствовали, а мяча я не видел.

Жилой модуль был установлен справа от входа прямо на полу и, видимо, прикреплен к стене. У дверей меня встретили обе сестры спасенной мною девушки и два незнакомых парня. Та, что слева, хозяйка «Жеребца» – это ей я передал Олию; вторая мне была не знакома.

– Денис, разрешите представить вам моих старших сестер, – забежав вперед и передав подарки одной из девушек, начала Олия. – Это Жорин, а это Мила. Сестренки, а это мой спаситель, Денис.

– Очень приятно познакомиться, – улыбнулся я, чуть склонив голову в вежливом приветствии.

– А это Сергей и Орин, они встречаются с моими сестрами.

– Олия, – укоризненно проговорила Жорин на бестактность младшей сестры.

Парни первыми сделали шаг вперед и, к моему удивлению, протянули руки для рукопожатия.

– Олия у нас не отличается тактичностью, – сказал мне Сергей, пожав руку.

– Бывает, – хмыкнул я.

– Чего мы стоим? Пойдемте, там уже стол накрыт, – воскликнул второй парень.

Ужин прошел в легкой, непринужденной обстановке. Я больше отмалчивался, слушая шахтерские байки, чем о чем-то рассказывал. Однако когда девушки и парни выложили свои новости, они насели на меня, пытаясь разузнать, кто я и почему не работаю в безопасных зонах.

– Странно, что ты не состоишь ни в одной из одиннадцати профсоюзных организаций. Вот мы, например, члены профсоюза «Шахтеры Миринды», – откинувшись на спинку дивана и приобняв Жорин, говорил Сергей. – Когда эти Эффенди начали искать Олию, мы им быстро хвост накрутили, мы не слабее их. А вот у тебя могут быть проблемы. Хочешь, я могу устроить, чтобы тебя взяли к нам?

Сергей был бригадиром у «Шахтеров Миринды» и работал наемным пилотом на «Метре» корпорации, зарабатывая себе на средний шахтерский корабль.

– Видишь ли, меня воспитали немного по-другому, – усмехнувшись, я взял со стола бокал с лимонадом и, снова откинувшись на спинку кресла, продолжил: – У каждого свои правила жизни. Я же следую таким: не верь, не бойся, не проси. Вот представь себя маленьким четырехлетним мальчиком, одного в диком лесу, где любой хищник может тебя съесть. Представил?

Судя по тому, как передернуло Милу, у нее была хорошая фантазия.

– А теперь представь себя взрослым опытным мужчиной, воином, солдатом. Ты в бронекостюме и с отличным оружием. Теперь этот дикий лес для тебя не более чем парк в городе, где самая большая опасность – это влететь в паутину.

– Это ты к чему все? – с подозрением спросил Сергей.

– Это я к тому, что вы ведете себя, как этот четырехлетний малыш.

– А ты, значит, тот воин?

– Причем всегда. Вы для меня не более чем дичь… – я развел руками. – Воспитание такое.

– Кто же тебя так воспитал? – спросил Орин. Девушки в разговор пока не вмешивались, просто слушали.

– Бабушка.

– Кто?!

Мой спокойный ответ вызвал изумление. Посмотрев на открытые рты и выпученные глаза парней, я усмехнулся и повторил:

– Меня с девяти лет воспитывала бабушка. Она же и поставила мне характер… святая женщина. Помню, когда мне было одиннадцать, мы под Новый Год играли в хоккей на замерзшем пруду и я получил случайный удар клюшкой в лицо. Я тогда все бросил и побежал к бабушке. Так представляете, несмотря на то что у меня был сломан нос и все лицо в крови, она взяла меня за руку, отвела обратно и заставила доиграть… Мы тогда выиграли.

– Кем она была?

– Бухгалтером в заготконторе… Ну, это организация в моем мире по заготовке всякой всячины. Когда я пропал, ей было почти девяносто, это крайний срок, в нашем мире нет долгоживущих. У бабушки была бурная молодость, она даже повоевать успела. У нас была одна страшная мировая война, так бабушка три года снайпером отслужила, с весны сорок третьего до осени сорок пятого. Пять боевых наград. Восемьдесят шесть официально подтвержденных солдат и офицеров противника.

– Удивительная женщина, – тихо произнесла Жорин.

– Вот именно. Поэтому, когда родители развелись, она рявкнула на отца и забрала меня к себе. О чем я, кстати, никогда не жалел.

– Значит, ты не хочешь уйти под защиту какой-нибудь из профсоюзных организаций? – продолжал допытываться Сергей.

– Нет.

– Понимаешь, у тебя могут возникнуть проблемы и кроме Эффенди. Главы профсоюзов не любят вольных. Проще заплатить вступительный взнос и выплачивать по тысяче кредитов в месяц.

– Это мои проблемы, – отмахнулся я. Этот разговор мне уже надоел.

– Мы можем тебя прикрыть, если ты будешь работать в той же системе, что и мы, – сказала Мила.

– На рексите? Нет уж, спасибо, я добываю только морит. Вначале был и террит, но я его весь собрал.

– Морит редкость, – задумчиво протянула Жорин. – Ты где копаешь?

– За пятидесятым сектором, – ответил я, отчего девушка поперхнулась.

– Я там работал лет пять назад, пока пираты не нанесли удар и не выдавили нас за двенадцатый сектор. Мы тогда много вольных шахтеров потеряли, – несколько раз хлопнув Жорин по спине, сказал Сергей.

– У Дениса есть крейсер, – влезла в разговор Олия.

– О-о-о, – протянул Орин.

– Что за крейсер? Рабочий? – деловито спросил Сергей.

– Да нет. Нашел остов «Брона» пятого поколения, вот потихоньку восстанавливаю.

– «Броны» имеют шестой класс в крейсерской классификации. А шестой класс – это шестой. Это толстая броня, мощные орудия и большая дальность полета. Только вот чтобы восстановить его, нужен миллион, а то и два, – задумчиво протянул Сергей. Видимо, он прикинул затраты по самым дешевым комплектующим, причем пятого поколения, а не как я покупаю – седьмого да восьмого, что сильно било по карману.

– Вроде того. Я его только начал восстанавливать.

Беседовали мы еще долго, я к своему изумлению понял, что мы засиделись до трех часов ночи. Приятная компания, что ни говори.

Когда я вернулся к себе в ангар, то немедленно заказал погрузчика. Пора работать.

* * *

– Командир, я могу ошибиться. Но вроде был отсвет не как от руды. А как от металла. Может, это еще один разбитый корабль? – спросил Умник.

Я в это время рассматривал на экране визора данные, выданные сканером, поэтому не сразу отреагировал.

За последние три месяца, что прошли с того нашего вечера, я сделал более сорока рейсов с моритом к перерабатывающей станции, получив на счет девятьсот тридцать две тысячи кредитов, и плюс две ходки в ангар с концентратом террита. Закупленных контейнеров не хватило, пришлось брать еще два средних. Однако за все это время я все-таки разобрал весь астероид с территом. Как раз сейчас последние куски руды мини-комплекс «Пули» перерабатывал в концентрат. За эти месяцы мне шесть раз встречались останки кораблей. Дважды это были пиратские лоханки, переделанные из гражданских судов, и четыре раза – разбитые шахтеры. Если я правильно расшифровал данные, то это будет седьмой обнаруженный мною корабль.

Перейдя на ручное управление, я вывел «Пулю» из тени астероида, состоявшего из рексита с мелкими вкраплениями морита, и повел ее к обнаруженному сканером кораблю.

– С вероятностью в семьдесят процентов, это такой же корабль, как и у нас. Малый шахтерский, модели «Крот», – сообщил Умник. Он узконаправленным лучом сканировал аномалию.

– Подойдем ближе – увидим, – буркнул я, сосредоточившись на управлении. Слишком много вокруг мелких осколков, щит уже дважды трещал, когда на нас налетали немаленькие куски.

Когда мы приблизились, я был вынужден согласиться с Умником: это был «Крот».

– Хорошо его потрепали… Патрон, прикинь визуально, возможно ли его восстановить?

– На что он нам? – проворчал тот.

– Да есть одна задумка… Только что в голову пришла… Давай, не филонь. Работай.

Подрабатывая маневровыми движками, я осторожно оттолкнул щитом крупный осколок с рекситом, перегораживавший мне дорогу, и протиснулся к «Кроту». С этим кораблем, было видно, нам повезло – если большинство других после огневых повреждений еще изрядно потрепало астероидами, то этот оказался более-менее целым.

Выпустил технического дроида – я одного возил с собой на всякий случай – и отправил его к поврежденному кораблю. Через два часа была проведена полная диагностика, и результаты появились на экране пилотского визора.

– Разгонные двигатели уничтожены, система жизнеобеспечения повреждена, реактор тоже. Судя по повреждениям, «Крот» получил несколько ракет в двигатели и пару штук в корпус. Пилот погиб – это, кстати, девушка, и она до сих пор в кресле пилота. Искин на остатках энергии отвел корабль в астероидную реку и спрятал его среди этих камней. Тут вроде потише, – бормотал Патрон.

– Все, что надо, мы выяснили. Все, запоминай координаты. Потом вернемся сюда.

– Восстанавливать будем? – полюбопытствовал Умник.

– Да.

– А «Метру»?

– Теперь уже нет.

Две недели назад мы нашли средний шахтерский корабль «Метра», который был во вполне приличном состоянии. Пираты его не сильно потрепали. И судя по тому, что крейсер был спрятан, рассчитывали вернуться за ним, но, видимо, оказалось не судьба. Скорее всего, сложили где-то буйные головы, а не то вернулись бы. Что нападавших было двое, я определил сразу: пробоины от среднего орудия – значит, крейсер, причем, возможно, даже «Брон». Мелкие пробоины и обломки малых ракет – второй корабль был или корветом, или фрегатом.

Была мысль отремонтировать «Метру» прямо на месте, чтобы она не числилась на мне, и добывать ею руду, используя «Пулю» как транспортник. Это могло сэкономить массу времени, но так как я нашел неплохо сохранившегося «Крота», то с «Метрой» теперь можно было не заморачиваться. Отремонтирую «Крота», посажу на него Умника и заставлю добывать концентрат террита, пока сам будут возить морит на приемную станцию. Можно под это дело нанять пару техников, чтобы они мне убрали мини-комплекс. Это хоть и трудно, но возможно. Это будет алиби на случай, если мне предъявят, что это я продаю концентрат. Про второй «Крот»-то они знать не будут. Стопроцентное алиби.

Обдумывая эту идею, я осторожно высунул нос из астероидной реки и, просканировав систему, начал разгон, чтобы уйти в прыжок. Через двадцать минут звезды рванули мне навстречу.

* * *

Когда погрузчик поставил тяжело груженную «Пулю» на опоры в ангаре, я поблагодарил оператора и отдал приказ искину ангара на закрытие ворот. Ближайший месяц я буду плотно занят, поэтому не стоило терять времени.

Переодевшись в старый комбез техника, я вышел из ангара и, заблокировав двери, направился по полутемному коридору в сторону ближайшего перекрестка. Там часто ездят или техники, или курьеры; бывает, подбрасывают по доброте душевной. Это к нам в тупик мало кто заглядывает.

В этот раз, зайдя в пункт проката транспортных платформ для перевозки грузов, я взял не малый перевозчик, как в прошлый раз, а средний, с мощными антигравами. Заплатив за две недели эксплуатации с номерного счета, поехал в сторону технических складов и договорился там о покупке двух средних контейнеров, взяв их инкогнито.

Вернувшись в ангар, перегрузил весь концентрат террита из малых контейнеров и трюма корабля в оба контейнера. Теперь у меня было четыре полных средних контейнера по пятьсот кубов каждый и два с половиной малых контейнера по шестьдесят кубов. С учетом того, что куб концентрата террита стоит две тысячи четыреста кредитов, сумма набирается очень неплохая, а точнее, чуть больше пяти тысяч китов. Охренительная сумма. Более того, мне ее точно хватит, чтобы привести «Волчонка» в порядок.

В принципе, можно уже ничего не делать и спокойно восстанавливать корабль, но тогда я выдам себя, а сваливать со станции пока еще рано. Причина одна: базы подняты недостаточно. Чтобы уверенно выходить за Фронтир, нужно поднять боевые и пилотские до пятого ранга, а то я только треть успел выучить до четвертого. Без учебной капсулы и разгона учеба заметно замедлилась. Поэтому я осторожно продам запасы концентрата, причем постараюсь это сделать так, чтобы меня не было на орбитальном терминале, продолжу добычу морита на «Пуле» и выработку концентрата террита на обнаруженном «Кроте». Привести его в порядок будет нетрудно, тем более все запчасти после замены некоторых блоков все еще лежат в ангаре. Однако ближайшие пятнадцать дней я все-таки проведу в учебе и только потом, после того как левый техник уберет в «Пуле» мини-комплекс, наберу запчастей и уйду в космос.

Так размышляя, я манипулятором загрузил на грузовую платформу все четыре средних и три малых контейнера и, сделав пару крюков, выгрузил все на складе торговой площади, который пару часов назад снял на месяц. Осталось только вызвать эксперта, чтобы он дал заключение, а продать это все можно в любое время.

* * *

За следующие пятнадцать дней я успел поднять три медицинские базы до пятого уровня – они были немного недоучены – и начать поднимать с четвертого еще две. После учебы сходил с как раз вернувшимися с добычи соседками в клуб, повеселился.

Когда мы возвращались, я задал старшей Бьянке вопрос:

– Жорин, вы вроде говорили, что на средний шахтер копите?

– Есть такое дело, – кивнула девушка. Ехали мы на такси, сидя на удобных диванчиках. Мы с Олией напротив Жорин и Милы. Парней не было, они все еще не вернулись с работы.

– Да я тут «Метру» не особо сильно поврежденную нашел. В принципе, можно эвакуировать буксиром и привести в порядок. Система жизнеобеспечения в норме, шесть из восьми маневровых тоже. Нужно заделать пробоины в корпусе, заменить два маневровых и один разгонный двигатели. Ну, и одну из ракетных пусковых, а так кораблик в порядке.

– А это возможно? Ведь при снятии с учета могут возникнуть проблемы.

– Жорин, я кроме шахтерских обязанностей еще работаю по государственной программе «Демилитаризация». Так что не проблема для меня снять корабль с учета и перерегистрировать на вас.

– А мы от нее отказались, как и многие… Сколько это все примерно встанет?

– Сам корабль бесплатно – подарок от меня, разве что пилоту буксира, да за аренду, а вот на ремонт тысяч четыреста точно уйдет. Все вместе ориентировочно шестьсот тысяч.

– Если учесть, что новая «Метра» строит почти полтора миллиона, это шикарное предложение. Почему сам не хочешь восстановить ее? – задала провокационный вопрос девушка.

– Да я хотел, но потом передумал. На среднем шахтере я не пролезу там, где спокойно прохожу на «Кроте». Если бы я добывал рексит, проблем бы не было, но я охочусь за моритом, так что «Метра» не для меня.

– Мы даже обдумывать все это не будем. Мы согласны… Хотя даже те деньги, что копим на нейросеть и базы для младшенькой, придется пустить в дело, но думаю, это все быстро окупится. Ты не против? – обернулась она к сестре.

– Нет, если так нужно, я подожду, – согласно кивнула Олия.

Мила, внимательно прислушивавшаяся к разговору, согласно кивнула.

– Ну и ладушки… Да, я же спросить хотел. У вас знакомого техника нет? Хотелось бы убрать мини-комплекс из трюма, слишком много места занимает. Но техник мне нужен не ниже пятого ранга, работа трудоемкая, я уже узнавал.

– Есть. Штатный техник нашего профсоюза Лик Онри. Я договорюсь, он все сделает. Когда его прислать?

– Да хоть завтра. Я дней через пять ухожу за добычей.

– Мы с тобой еще свяжемся.

– Хорошо, тогда же и обговорим, как будем добывать эту «Метру». Она ведь на территории пиратов…

Без меня им корабль не найти, поэтому я договорился, что буду присутствовать при транспортировании «Метры» и сниму ее с учета.

За следующие три дня мы с небольшими проблемами утащили «Минотавром» тушу «Метры» – из гипера не вовремя вышел патрульный корабль пиратов, однако мы уже разогнались, так что бывший боевой антарский крейсер шестого поколения ничего сделать нам не успел.

Процесс снятия корабля с учета слегка затянулся: у покойного владельца на Миринде родственников не было, они жили в центральных мирах. Отправленная им информация о повреждениях, подтвержденная экспертом, вкупе со счетом за спасение, включавшим немалую премию за риск (по мнению чиновника терминала, подтверждавшего счет, я еще и поскромничал), радости у родственников не вызвала, и они предпочли отказаться от такого наследства. Так что скоро сестры Бьянки стали владелицами изрядно потрепанного, но вполне ремонтопригодного среднего шахтера.

После изъятия корабля, как Жорин и обещала, со мной связался техник их профсоюзной организации. Я ввел его в курс проблем и договорился о работе на следующее утро.

* * *

Наблюдая, как работает техник – в трюм проникали вспышки сварки, – я спросил:

– Объясни мне, Лик, почему цены на военные шахтеры такие низкие? Не могу отделаться от мысли, что с этим делом что-то не так. В дальних системах опасно, я это точно знаю, тогда почему военные шахтерские корабли дешевле гражданских? Шахтеры по определению далеко не трусливые парни, и в состоянии считать деньги. Шансов вернуться на базу у военного корабля намного больше, чем у гражданского. Военный корабль имеет оружие, лучше сканеры, щиты, реакторы, двигатели. Бригада шахтеров на малых военных кораблях запинает пиратский крейсер или успеет от него сбежать. А вот у гражданских этого шанса нет. Ни брони, ни скорости, ни оружия, низкая живучесть, слабые сканеры… Есть только большой трюм.

– Ты, Денис, конечно, в чем-то прав, но смотришь на все это как-то однобоко, – отвлекся Онри. Мы с ним сразу перешли на ты, будучи молодыми компанейскими парнями, так что наша беседа протекала непринужденно. – Все это, конечно, так, однако все бывшие военные корабли не имеют модульной конструкции. С их жестким корпусом особых модернизаций не проведешь. Вот смотри, ты, как я понимаю, поменял разгонные движки, сканер, манипулятор; ну, можешь еще реактор другой поставить. С гражданскими же это не так.

– А что с ними лучше?

– Они пластичнее, с ними легко работать и модернизировать. По вооружению ты неправ, сколько владелец орудий или пусковых поставит, так и вооружен корабль. На новые с минимальной комплектацией ты не смотри, они пустые. Трюмы больше. Ремонт провести легче. Так что для шахтеров, как ни крути, корабли гражданской постройки все-таки предпочтительней. А про то, что шахтеры умеют считать деньги, так ты сам сказал. Добыча у них больше, скорость не меньше, вооружение тоже, так что выбор тут невелик. Бывшие военные кораблики берут только те, у кого проблемы с финансами. Хотя в середине астероидного поля, где тот же «Фарт» может застрять, такой «Крот» пролезет без проблем. Компактный кораблик.

– Ну да. Но насчет трюма ты прав, уберем эту ненужную дуру, буду больше добывать. Ты, главное, «мельницу» оставить не забудь, а то как я без нее.

– Оставлю, не волнуйся. Я уже дважды убирал эти комплексы, опыт есть.

– Ты сам-то местный?

– Нет. Как и большинство шахтеров, я авантюрист. Ведь как в центральных системах? Так же работаешь с шахтерами: они выработали все дорогие руды и работают в основном по дешевому рекситу. В результате денег мало, заказов на модернизацию кораблей еще меньше. Поэтому когда тут, на Миринде, организовались добывающие корпорации, я вместе с другими авантюристами и рванул сюда лет десять назад. Так что пока не закончится дорогая руда, этот поток не иссякнет. Я, например, тут за год зарабатываю как за пять на прошлом месте.

Проверив работу техника (искин протестировал корабль и сообщил, что с силовым каркасом все нормально, не поврежден), я расплатился, отдав восемь китов; пронаблюдал, как техник грузит на свою платформу остатки комплекса, и выпроводил.

«Я уж думал, он никогда не уберется», – сказал мне по мыслесвязи Игорь.

Чтобы не привлекать внимания к крейсеру, я велел Игорю сделать его похожим на рухлядь. Так что как только техник выехал и створки ангара закрылись, прятавшиеся до этого дроиды инженерного и технических комплексов появились на броне и стали убирать куски жести и свисающие оборванные провода, приводя внешность крейсера в порядок.

– Мы закончили. Сейчас грузи в трюм комплектующие для ремонта «Крота», а я свяжусь с поставщиком. Деньги у нас пока есть, закажем некоторое оборудование. Пока я буду добывать руду, ты установишь его куда надо.

– Хорошо бы, а то я уже месяц простаиваю, все, что можно, уже давно сделано.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.