Дмитрий Гарашкин
Гарашкина Контора

Соседи

2016 г.

Мои соседи – моя семья!

С соседями, ну прям вообще с любыми, мне исключительно везёт. Они всегда со мной, и от них не спрятаться, не скрыться и не спастись! Слава Богу, что они у меня есть и в покое меня не оставляют. А то вдруг я загрущу и собственные руки на себя наложу без их непосредственного участия в этом процессе.

К примеру, в моем доме проживал спившийся ведущий с МTV, а на другом этаже располагалась другая знаменитость – Джессика Бейб, «Виртуалка», работавшая по веб-камере из своей квартиры.

– Хай, гайз! Я жду ваши донаты и типс прямо сейчас, – говорила она мужчинам, лежа на «Икеевском» диване.

Вообще-то у нас много народу жило и постоянно что-то происходило, но сейчас не об этом.

На моем этаже жили-были:

Женщина в Берете – очень культурная с виду, которую не смущал тот факт, что береты уже лет 30 как никто не носит, но она, судя по всему, бережно хранила и перелистывала стопки журналов «Бурда» и «Вяжем вместе». И правильно делала, ведь мода на берет в любой момент могла вернуться.

В другой квартире жило семейство, как в песне «… живет семья, обычная семья – Мама, Папа, Я».

Папа у них ходил на работу, а мама была домохозяйкой. У них было двое детей – их полные клоны.

Все они были тихие, молчаливые и всегда с понурыми лицами, но у них была своя фишка. Они внешне очень сильно напоминали хрюшек. Не в плохом смысле, что пили или в большом весе пребывали, а в том, что они были просто готовые персонажи для экранизации сказки «Про трех поросят только 20 лет спустя».

Мол, Наф-Наф подрос, окреп, теперь у него есть жена – Мисс Пигги и двое детишек – Хрюша и маленькая Пеппа. Короче, Наф-Нафу теперь вообще не страшен Серый Волк.

А Мисс Пигги была очень способная кухарка, ведь каждый раз проходя мимо их квартиры, я чувствовал манящий запах домашней еды и представлял, как вечером они все вместе кушают эту вкуснятину из одного большого корыта.

Другая квартира у нас раньше сдавалась посуточно. До того, как в ней забаррикадировались «Нарики», взяв проститутку в заложницы.

Омоновцы несколько часов штурмовали этот притон, испортив при этом антивандальную дверь и психику всех жильцов нашего дома.

Затем в этой злачной квартире поселились молодожены, о чем нам стало известно тут же, ибо они не поленились украсить все этажи нашего подъезда свадебной атрибутикой.

Это была невероятная феерия, получившая начало от самой входной двери подъезда до их семейного гнездышка.

Вся лестница была в шариках, надутых на разный манер, всевозможных сердечках и конфетти. А как без конфетти, ведь это мишура нереальной любви!

Оценить всю эту красоту мы смогли только после того, как у нас лифт сломался и пришлось идти пешком.

– А любовь! А любовь, золотая лестница, золотая лестница без перил, – напевал я, карабкаясь на свой этаж.

Ну а в последней квартире жил, собственно, я. Жил почти один, поскольку к хозяину квартиры периодически приезжали родственники, чтобы составить мне компанию. О чем владелец сообщал мне только по факту. Хозяин квартиры всегда барин, особенно если она в Москве.

Поэтому однажды, проснувшись очередным пасмурным утром – другие в Москве редкость – я обнаружил в своей хате очередного жильца.

– Станислав Филиппович, вы бы хоть бы предупредили. Я у вас всю квартиру снимаю, а не комнату в двушке.

– Это мой племянник из Вологды. Он тихий. Ничем не помешает. А если не устраивает, то вас никто не держит!

Все беседы с ним всегда заканчивались этой фразой.

– Станислав Филиппович, унитаз опять сломался, за ремонт с нужно 2 500 рублей.

– Ты сломал, ты и плати. А не устраивает, то вас никто не держит!

Племянник из Вологды, и это снова как в песне.

Он оказался и в правду тихим, но крайне экстравагантным даже для Москвы.

О его присутствии я всегда знал по постоянно закрытой двери в ванную. Большую часть времени он сидел именно там, под несмолкаемый звук хлещущей из-под крана воды.

В какой-то момент я даже привык к этому шуму, представляя, что живу возле Ниагарского водопада. Мол, ничего особенного, просто звуки природы, и за ними никуда ехать не надо. Закрыл глаза – и представляешь себе красивый пейзаж с горным водопадом.

В ванной он не просто звуки воды слушал, он там создавал свой имидж. Ну, чтоб ваще отпад.

Прическа у него и так была выдающейся, а уж после ванной комнаты, да с лаком и гелями, он был настолько красив, что кроме как кутюр, его больше никто оценить не смог бы.

Свой образ он умело дополнял розовыми джинсами и ядовито-желтым пальто. Для придания ещё больших смыслов, ему не хватало лишь немного алой помады.

«Просто чудо!», – думал я. Просто чудо, как бесит, но мое второе имя – толерантность, если нет выбора.

На какое время он будет сожительствовать со мной, не уточнялось. Через неделю я привык и адаптировался.

Единственное, что меня продолжало бесить, так это то, что он постоянно разговаривал по телефону на громкой связи, а я должен был быть невинным слушателем этих важных разговоров.

Свое житие в тот момент я прозвал как «шум водопада в телефонной будке». Водопад частенько перебивался его загадочной манерой речи – с растягиванием гласных в словах.

Слово «Роскошно!» повторял он так часто, что даже я стал осознавать, что мы и вправду живем роскошно! Роскошь была везде и повсюду. В виде обоев и сантехники из 70-х и замусоленного дивана.

«Ну, роскошь же! Как-никак – винтаж!»

Тем временем у молодоженов начался медовый месяц, о чем я узнал самым первым, поскольку меня от их совместного рая отделяла лишь общая стена и перегородка между балконами.

Балкон, судя по всему, у них был самым любимым местом. Там они любили делать всё. Курить, принимать гостей, выпивать и жёстко трахаться, открыв предварительно все окна, ну, чтобы шумоизоляция не помешала нам разделить их радость соития.

А порево было очень громким, эмоциональным и местами пугающим.

Сижу вот я на кухне, пельмени кушаю, а тут бац – и оргазмирующие крики с выкриками мата, визгом и рыками самоотверженного самца.

К этому я тоже довольно быстро привык, представив, что я просто живу рядом с порностудией.

Ровно через месяц, как и положено, их медовый подошел к концу. Несмотря на то, что уже никто больше не трахался на балконе, скучать нам по-прежнему не удавалось. Ведь их бывшая порностудия превратилась в филиал «Дома-2».

Налюбившись физически, они приступили к громкой стройке отношений в целом.

Теперь, жуя пельмени на кухне, я слушал просто любовный триллер. Причем молодая супруга кричала на благоверного так, как будто явно обладала бессмертием.

Её вопли было слышно значительно громче, чем её смертного мужа, а по интонациям она ещё и доминировала.

– Дай сюда телефон, сука!

– Пусть тебе твоя мамаша дает!

Далее обычно следовал сплошной грохот, из которого опознать можно было только бьющуюся посуду и удары в стену.

По времени это занимало 40–45 минут и всегда заканчивалось мощным хлопком двери уходящего из дома самца. Это был финальный аккорд, после которого могли последовать только синхронные аплодисменты всех слушателей нашего дома.

Осознав, что все мы снова привыкли к их реалити, сценарий событий стал постепенно меняться.

В очередной скандал муженёк с воплями вышвырнул плазменный телевизор прямо с балкона.

Из их криков я узнал, что самец тащит по квартире еще и холодильник, для того чтобы и его с балкона выкинуть. Мол, все нахер, только бы этой твари ничего не досталось.

Все жители нашего дома, и даже двора, ничего не видели, не слышали и против того, что в цветочную клумбу воткнулась плазма, не возражали.

Даже вездесущие бабки с лавочки ничего об этом не говорили. Сплошной Стокгольмский синдром и полная амнезия накрыли наш двор плотным колпаком.

Наступила весна, и соседка сменила свой берет с зимнего на весенний, что я заметил, пока ехал с ней в лифте.

Загадочно поздоровавшись со мной, она сказала:

– Вы когда весь этот, извините, свой срач уберете? Весь подъезд нам засрали своими конфетти. Чтобы завтра всё было убрано или я участковому позвоню.

– А я-то тут, причём? Это вам молодожены из 79-й квартиры засрали! К ним и обращайтесь!

К молодожёнам соседка решила не обращаться со своими претензиями. Решила лишний раз не рисковать своей головой. Все мы знаем, что голову надо беречь, особенно если она для того, чтобы на ней берет носить.

Но с этого момента она демонстративно перестала здороваться и в лифт со мной не заходила, принципиально дожидаясь другой.

Семейство поросячьих вообще предпочитало меня только игнорировать.

– Добрый день!

А в ответ – тишина, и даже «хрю-хрю» не слышно, но неожиданно ситуация изменилась. Выйдя утром из квартиры, я столкнулся с Папой и Сыном.

Увидев меня, отец прикрыл глаза сыну рукой и не убирал её, пока я не прошел мимо.

Я вообще не понял, что это было, и просто похихикал над этим, спускаясь в лифте. И только потом, услышав очередной разговор племянника по телефону, наконец-то допер, что случилось.

– Прикинь, я тут захожу в подъезд. Мне на встречу соседи – сын с отцом. И сын на весь подъезд как заорёт: «Папа, а это гей?!» Я просто охерел, какие они тупые и ограниченные и ещё своих детей ничему не учат!

О том, что обо мне из-за него подумали соседи, я предпочел даже не думать. Теперь моя репутация была явно гораздо хуже, чем даже у Виртуалки Джессики с девятого этажа.

Наступило лето, и моя соседка наконец-то сняла свой берет, а молодожены исчезли.

Тишина из-за их отсутствия была явно в новинку. Каждый день, варя на кухне пельмени, я прислушивался к любому звуку и размышлял, куда же они делись.

«Может, съехали? Может, она убила его и в тюрьме? А может, просто, в отпуск уехали? Господи, дай Бог, чтобы они уже наконец-то точно съехали! Пусть там лучше снова поселятся наркоманы или ещё кто-нибудь, лишь бы только не они».

Так продолжалось до конца лета, пока наш подъезд не был снова украшен шарами и наклейками, которые на этот раз присутствовали и в лифте. На одной из них было написано:

«Поздравляем молодого папу!»

У молодых родился сын, которому в наклейках из лифта пожелали вырасти таким же большим и сильным, как папа.

В вечер появления наклеек и до утра следующего дня снова стоял шум и гам на весь наш двор. В их квартиру постоянно прибывали гости, заполнявшие всю лестничную площадку, выходя покурить.

Молодой отец устроил грандиозный праздник для всех нас, но только забыл на него пригласить. И, видимо, чтобы загладить свою вину перед всеми жильцами нашего двора, он в 5 утра вытащил на балкон музыкальные колонки и врубил для нас рэп. Не знаю, как остальные, но я вовсе не против послушать музыку в 5 утра, ведь я то – сова.

Диджей поставил нам шикарный плейлист, из которого я узнал и про отца-старика, который научил науке жизни юнца, и про алчную сучку, раздвигающую ляжки, и про сбитые в кровь кулаки в борьбе за жизнь на окраине.

Просто прелесть. Просто чудо, как было хорошо. Даже приятно вспомнить.

Все мои любимые соседи либо так же, как я, были совами, или просто обпились снотворного, рискуя вообще не проснуться, но никто полицию не вызвал. Мы просто послушали пару часов музыку, пока наш диджей не уснул, обняв свои мощные колонки.

Через несколько дней я обнаружил на своей двери записку. В ней моя соседка, перегревшаяся на солнце в связи с отсутствием на голове берета, писала о том, что просто больше не в силах терпеть весь этот беспорядок, который я устроил. Что я не только засрал всё вокруг, но еще и загадил ей пол, накапав мусорным пакетом. Далее она пояснила, что в уборщицы ко мне она не нанималась, ведь я, в отличие от неё, возле своей двери пол не мою, а она его моет, а я только прихожу и снова всё пачкаю, а она в безысходности снова берет половое ведро и снова за мной у моей квартиры моет.

Я написал ей ответ на обратной стороне записки.

Поблагодарил за заботу. Выразил признательность за волонтерство и пояснил, что её об этой услуге никогда не просил, но в связи с её недовольством мы больше не можем продолжать дальнейшее сотрудничество, и она с сегодняшнего дня уволена и от своих обязанностей уборщицы отстранена.

Записку на всякий случай приклеил обратно на свою дверь. Так и привычнее и от греха подальше. От греха загадить её дверь приклеенной запиской.

На следующий день я обнаружил всю ту же записку на своей двери, только исправленную красной ручкой. Соседка выделила в ней то место, которое я должен был написать с красной строки, и поправила орфографию. А внизу, она даже поставила мне оценку «См».

Я поблагодарил её матом вслух за урок русского языка, решив избежать письменного ответа. Уж слишком это чревато.

Вечером молодожены орали из своей квартиры ещё громче, ведь теперь их было трое! Орал новорожденный, орал отец и, как обычно, громче всех орала мать. Неожиданно все они затихли, и не было слышно даже привычного хлопка дверью, как вдруг с их балкона раздался истошный вопль матери. Она кричала из-за всех сил:

– Вернись сейчас же! Вернись, или я «щас» прыгну!

Послышалось шкрябанье по балкону от перелезающей через ограждение жены.

Её муж в этот момент проорал ей снизу:

– Пошла нахер, овца!

Отчего прыгать вниз она передумала.

Следующий спектакль молодоженов я был вынужден пропустить, задержавшись на работе, но успел к кульминации, когда, выходя из лифта, столкнулся с разъяренным бугаем, который был уже хорошо разогрет очередным скандалом с супругой. Пройти мимо меня он, естественно, не мог и крикнул:

– А почему ты не здороваешься? У вас, москвичей, так принято?!

Я, ни секунды не мешкая, скрылся в своей квартире.

Альфа-самец продолжал орать мне в след:

– Ты чё, думаешь, тебя твоя прописка спасет? Типа москвич – и всё можно, да?

Находясь под защитой входной двери, я ответил, желая его успокоить:

– Здравствуйте! Я тоже не москвич, поэтому всё хорошо.

Самец стал ломиться в мою дверь, выкрикивая:

– Пи**ры, выходите! Я вас «счас» обоих уложу!

Далее он красноречиво пояснил о том, что с нами сделает, и о том, как мы будем при этом орать, и это будет явно не от оргазма, как у его жены.

Тем временем племянник сидел в своей комнате и пребывал в полном спокойствии. Был безмятежнее лесного озера.

Бугай разгонялся и со всей дури бился о нашу дверь, а племянник что-то мурлыкал себе под нос.

– Открыли быстро! Вас теперь ничто не спасет!!! – орал самец.

Я поинтересовался у племянника:

– А вас ничего не беспокоит?

– А что такое? Что-то случилось?

– Да ничего не случилось, всё просто роскошно!

От сюра этой ситуации я уже начинал звереть. Поскольку раньше племянник устраивал истерики по любому поводу.

Лейка душевая сломалась в ванной – караул! Что же теперь делать? Жизнь висит на волоске, если в квартире не работает душ. А тут грохот, угрозы, а он полностью спокоен.

Внезапно настала тишина, и я подумал, что в очередной раз ни у кого, кроме меня, нет никаких проблем, ни у племянника, ни у других соседей.

– А что у вас с ним случилось? – спросил племянник.

– Ничего.

– Он меня как-то пид**ом назвал, на что я ему сказал, что по себе людей не судят!

– Молодец! Ты просто замечательно всё сделал! И как раз сейчас у тебя есть уникальный шанс поговорить с ним снова.

Раздался грохот с балкона. Самец решил проникнуть в нашу квартиру «с тыла».

Я в панике придвинул к балконной двери холодильник с тумбочкой и проорал племяннику:

– Если услышишь грохот разбитого стекла, то вызывай ментов.

Муженек продолжал крушить перегородку между балконами.

– Не стоит из-за всяких пида**сов себе жизнь портить! – громко выкрикнула ему жена.

И тут мой сосед из Вологды спросил:

– А как дойти до улицы Красная Пресня? Меня там друзья ждут.

– Очень легко и просто! Ты только из дома выйди, потом налево, и беги изо всех сил, не оглядываясь!

Устав крушить балкон, самец вернулся снова к нашей двери, прихватив с собой молоток.

Под звонкие удары о дверь молотком мой сосед спокойненько оделся в свое лимонное пальто, поправил причёску и с легкостью открыл дверь в квартиру.

Я не успел даже ахнуть в тот момент, как он это сделал.

Раздался крик и грохот.

Разъяренный бугай вернулся на балкон и опять долбил стенку, пока мой «чудесный сосед» не спеша прошёл мимо открытой нараспашку квартиры молодоженов и уехал на лифте.

Самец всё реже и реже что-то орал и постепенно вовсе затих.

Полицию ни я, ни соседи решили по традиции не беспокоить. Я подумал, что вызову, только если он в квартиру ворвётся. Тогда это будет уже насильственное проникновение, а если вызову до этого, то ему ничего не будет, и он меня потом точно укокошит.

На следующее утро раздался стук в дверь. Я вздрогнул и, тихонько подходя к двери, спросил:

– Кто там?

– Откройте дверь!

– Зачем?

– Мы пришли вас последний раз предупредить, чтобы вы больше не устраивали тут кильдим! У нас вообще-то дети маленькие! Пока вас не было, у нас всё было тихо.

– Ещё раз услышу хоть писк – пеняй на себя!

Так я впервые узнал, что Наф-Наф умеет говорить.

Я просто офигел от адекватности своих соседей, хотя, что ещё можно было ожидать от свиней.

Вечером того же дня я спешно собрал все свои манатки. Вещей у меня меньше, чем у гражданина Никарагуа, поэтому я всегда налегке.

С племянником, сидящим по обыкновению в ванной, я предпочел не прощаться, просто оставив торчащие ключи в двери.

Выйдя на лестничную площадку, я испытал непреодолимое желание смачно плюнуть, сначала – на дверь беретчицы, потом – молодоженов, а для свиней мне почему-то даже плевка было жалко. Но я героически сдержался, подумав, что их и без меня судьба накажет.

Спускаясь на лифте, я написал хозяину квартиры прощальное смс:

«Меня не устраивало!

Вы не держали!

Я съехал!»

И добавил:

«Гори в аду!!!»

Богатая невеста

2017 г.

Даже мне иногда улыбалась фортуна, давая очередную надежду, висящую передо мной, как морковку перед ослом. Давай, Гарашкин, стремись, и она наконец-то будет твоей. Иди за мечтой и не расслабляйся.

Я подружился с современными художниками и стал завсегдатаем богемных вечеров, выставок и закрытых показов.

Такое общение мне было только в радость, да и к тому же у меня был свой небольшой секретик. На каждое из таких мероприятий я прихватывал с собой небольшую бутылочку колы с добавлением в неё виски.

Любое искусство всегда прекрасно, если ты немного подшофе.

На очередной выставке я общался со старыми знакомыми и заводил новых.

– Работы Михаила вызывают у меня ассоциации того, что он наблюдает за жизнью через микроскоп. Он просто расчленяет свои объекты на атомы и молекулы, – говорил я подошедшим зевакам к картине моего друга.

– Ага, ну что-то в этом есть.

– Его очень хорошо коллекционеры раскупают. На той неделе аноним из Эмиратов купил сразу две работы, – продолжал я свой рассказ, закладывая у покупателей желание купить картину прямо сейчас.

Устав рекламировать и продвигать современное искусство, я смирно стоял в уголке, когда мимо меня прошла женщина без возраста с гигантским бокалом белого вина.

«Вот заразы, опять на фуршете сэкономили и разливают втихушку только избранным».

Мои запасы алкоголя к тому времени уже полностью иссякли, и новая доза не помешала бы.

– А вы где алкашку раздобыли? – фривольно спросил я, поскольку атмосфера мероприятия позволяла немного похулиганить.

– Там за занавеской разливают, – улыбнулась она в ответ.

– Пойду тоже схожу. Спасибо за наводку. Будем держаться друг друга и обмениваться инфой, чтобы не отрезветь!

Последняя шутка у неё ни смеха, ни улыбки не вызвала, и она сделала вид, что немного глуховата после очередной инъекции ботокса.

За занавеской в каморке я раздобыл немного вина, но снова был недоволен.

«Твою ж мать, полусухое красное! Если я завтра и проснусь после этого пойла, купленного по акции, то с явным желанием убивать! Голова будет просто раскалываться».

Теперь уже как абсолютно свой в тусовке, имея в руках почётный бокал вина, я с большей уверенностью прогуливался по выставочному залу, предпочитая только держать его для виду. На сборной выставке присутствовали не только картины, скульптуры, но и инсталляции.

В зале я снова заметил всю ту же женщину без возраста, разглядывающую скульптуры.

– А это что за автор? Такой интересный объект – спросила она свою знакомую.

– Это мусорка! – вмешался я в их разговор.

– В смысле?!

–Это обычная мусорка, а не экспонат!

– А я её рассматриваю. Табличку с описанием ищу, – засмеялась она, выйдя из образа светской дамы.

– Ничего, я тоже сначала думал, что это скульптура из серии «Смерть классического искусства».

– Я Снежана, а это подруга моя Вероника.

– А меня Дмитрий зовут. Приятно познакомиться. Как вам выставка?

– Очень интересно. А вы тоже художник?

– Вовсе нет. У меня здесь друзья представлены. А вы?

– Я нет, а вот Вероника не только рисует, но и частенько выставляется.

– И где я могу увидеть ваши работы? – спросил я Веронику.

– В Гостином Дворе.

«Чёрт, она в Гостином представлена, это очень дорогая площадка».

– У вас там персональная выставка?

– Нет, что вы. Я там в сборной от галереи Иванова представлена.

– Про эту галерею я, к сожалению, ничего не слышал, но буду рад познакомиться с вашими работами.

– Так приходите к нам 16-го.

– А вы в «Инстаграме» есть?

– Да, конечно, Гарашкин нижнее подчёркивание.

После чего она достала свой телефон и добавилась ко мне в фолловеры, а я тут же к ней.

Устав от очередной пустой беседы, я попрощался с ними и отправился на улицу покурить.

Тем же вечером Вероника отлайкала все мои посты в «Инстаграме».

«О, этот жест неспроста!» – подумал я и немного полайкал её в ответ.

Из её постов я узнал, что она и вправду много выставляется и все площадки более чем крутые.

А накануне 16-го она написала мне в личку:

«Здравствуйте, Дмитрий, вы на выставку придёте?»

«Да, конечно!»

В Гостином дворе как всегда был полный хаос, в котором невозможно было разобраться, из-за чего я сначала попал на выставку народного хозяйства и, пройдя по этой гастрономической аллее, позвонил Веронике.

– Привет! Я на месте!

– Тебе от четвёртого входа нужно идти влево.

– Я так и сделал и сейчас любуюсь выставкой Калмыцкого мёда!

– Тебе дальше нужно пройти до сектора Г.

– Хорошо.

И я побежал дальше, пока не столкнулся с суровым охранником.

– У нас выставка платная! Касса с билетами у входа!

Купив за штукарь билет на выставку, я миновал охранника, но там оказались только фотографии дикой природы. И я снова позвонил Веронике.

– Я в секторе Г, но тут только фотки лис и танцующих журавлей!

– Тут у нас несколько выставок одновременно проходит. Ты не туда зашёл.

«Ах ты, тварь тупая! Ты что мне сразу об этом сказать не могла?»

Изрядно измотавшись поисками, я наконец-то нашёл нужный стенд, у которого стояла знакомая мне Снежана с полным лысеющим мужчиной.

Издалека их пара напоминала союз цапли и уставшего бульдога.

– Добрый день, Снежана!

– Добрый, а это мой супруг Эммануил, познакомьтесь.

– Приятно познакомится, а где Вероника?

– Она отошла, а вот мама её здесь.

После чего она окликнула женщину, стоявшую у соседнего стенда.

– Тамара Сергеевна, тут к Веронике Дмитрий пришел!

– Здравствуйте, так вы и есть тот самый Дмитрий? – спросила меня тучная женщина, сверкающая украшениями, как ювелирная лавка.

– Здравствуйте, да, это я!

– Моя Вероника о вас мне очень много рассказывала, – защебетала она. Вика у нас такая умница. Представляете?! Она же у нас рисует с пяти лет и еще восточными танцами занимается. Вот возьмите, пожалуйста, наш буклет, в нём все её работы и ещё куча всего интересного.

– Спасибо большое.

– А давайте я вам её картины пока покажу?

– Давайте.

На стенде в дорогущих рамках висели изображения бабочек, кошечек и очень много цветов.

– Вероника очень любит цветочки! Ведь цветы – это последние остатки рая на нашей грешной земле.

– Ну да! Я тоже так думаю, —сказал я, еле сдержав ухмылку.

– Её работы наполнены дыханием весны и пробуждением новой жизни.

– Да, я вижу, и это удивительно. Она большой молодец.

– А вы, Дмитрий, чем занимаетесь?

– Ну, раньше я работал на телевидении, а сейчас больше пиаром занимаюсь.

– Замечательно! Вы такой приятный интеллигентный юноша и ещё искусством увлекаетесь.

– Да, я немного этим связан.

– Просто прекрасно. Ой, а вот и Викуся моя вернулась. Дорогая, иди скорее к нам, твой друг Дмитрий тебя уже заждался.

Вероника подошла к матери, и я увидел все её дальнейшие перспективы в целом. Хочешь узнать, как девушка изменится с возрастом, – посмотри на её мать. У Вики всё было очень печально как в настоящем, так и в будущем.

– Привет! А твоя мама мне уже всё показала! Может, немного пройдёмся?

– Давай.

И мы пошли знакомиться с этой ярмаркой картин, которые не имели никакого отношения к искусству. Повсюду была сплошная безвкусица, которой можно было украсить только кухню в дачном домике, чтобы она наконец-то стала нарядной.

Вероника постоянно останавливалась у изображений с яркими цветами.

– Вероника, а вы любите цветы?

– Да, очень люблю.

– А вы знаете, что цветы – это остатки рая на нашей грешной земле, – процитировал я её мать, желая продемонстрировать ей схожесть наших душ.

– Вы тоже так думаете?

– Конечно.

После чего она подошла к гигантскому, во всю стену, натюрморту.

– А эта картина вам тоже нравится?

– Очень.

– А чем вам натюрморты нравятся?

– Они такие аппетитные на вид.

Сдержать смех было просто невозможно, и я, прикрыв лицо платком, изобразил кашель. Протерев проступившие на глазах слезы, я извинился, поблагодарил за вернисаж и компанию. Попросил за меня попрощаться с мамой и Снежаной и, сославшись на важную встречу, спешно ушёл.

Оказавшись на улице, я долго не мог просмеяться.

А вот дома мне было уже не так смешно.

Я пролистал их буклет, сопоставил Гостиный Двор с внешним видом матери, которая, упав в реку, сразу бы утонула от тяжести своих украшений, и решил навести небольшие справки «ху есть ху», так сказать.

Информация по Веронике оказалась очень заманчивой. Спасибо поиску по картинкам в интернете, взятым из её «Инстаграма». На одном из фото она была с крепким суровым мужчиной – её отцом. Который в прошлом был известным советским спортсменом, потом бандитом, а ныне владельцем нескольких торговых центров, предоставляющих площади для мероприятий Кремля.

«Теперь понятно, почему Вероника в ГУМе, Манеже и Гостином Дворе свои шедевры выставляет!»

Узнав это, я увидел большие перспективы, но всерьез их не воспринял, вспомнив живые примеры из бразильских сериалов, где всегда все родственники только противились неравным бракам.

Через несколько дней сама Вероника написала мне в «Ватсап», многозначительный:

«Привет»

Не получив от меня ответа, через пару часов она написала:

«Как дела?»

Я стёр с ней чат, чтобы он не мозолил мне глаза, но она снова написала мне:

«Как жизнь?»

«Гораздо хуже, чем у тебя, милая!»

После чего я все-таки ответил ей.

«Привет! У меня всё хорошо. Как у тебя дела?»

Отправив это сообщение, я осознал, что большая во всех смыслах рыба сама идёт в мои руки.

И тут моя бурная фантазия заработала: ведь впервые за столько лет я оказался пред настоящими златыми вратами, привратником у которых стояла Вероника. И этот соблазн полностью уволок меня в пучину с головой. Я уже видел наяву, что я просто король, владеющий целой частью Москвы.

В своих мечтах я зашёл настолько далеко, что уже восседал в дорогущем костюме из английской шерсти в Госдуме. Но довольно быстро выкинул эти мысли о правительстве, ведь мне там стало бы невыносимо скучно, а меня мама в жутких муках не для того рожала, чтобы я ещё и скучал.

«Итак, что мы имеем. Я знаю Веронику и её мать, а их отец с президентом общается. Мне уже 35 лет, и я уже взрослый дядька. Вероника богатая и глупая – и это плюсы. Она немного красивее моей жизни, но, если подойти к этому творчески, подключить фантазию, смекалку, подстраховаться Виагрой… Потом самый тяжёлый этап в виде медового месяца пережить, и глядишь, подарю им голубоглазого наследника. Постепенно сведу супружеский долг на нет. Тем временем она полностью переключится на ребёнка – и всё, дело сделано, я в домике.

Есть и масса нюансов в виде её родственников – они же мне весь мозг съедят и кости перемоют, украсив ими своё жилище. Они-то точно не дураки, и в нашу чистую любовь до гроба не поверят. Хотя, что я теряю? Надо попробовать, а вдруг».

Невероятный я фантазёр, конечно. Вот если бы только был такой конкурс среди фантазеров, то я бы точно получил на нем гран-при.

Вернувшись ногами на твёрдую землю, я стал продумывать каждый свой шаг по реализации плана. Ведь на кону был слишком большой куш.

Начал я с того, что неделю каждый день стал писать и отвечать Веронике. Постепенно добавляя в переписку сначала смайлики с цветочками, потом с улыбочками, и, наконец, добрался до сердечек с поцелуйчиками. Она реагировала живо и моментально, так как будто только и ждала моего очередного сообщения.

Через неделю я полностью оборвал с ней переписку и в соцсети не выходил вовсе, став пользоваться другим телефоном.

За это время Вероника должна была запереживать, задуматься, нафантазировать себе всего разного, включая и нашу любовь.

Этому действенному приёму меня научила Танька, с которой мы познакомились в Хургаде.

«Спасибо, Танюха, твой урок даром не прошёл».

Через три дня я включил свой телефон, и на меня обрушился поток из смс «Вам звонили».

«Отлично, полдела сделано – рыбка крепко на крючке».

Загрузив заново «Ватсап», я тут же написал ей:

«Милая, как ты? Я телефон в ремонт сдал, но забыл вынуть из него симку, поэтому не мог перезвонить. Надеюсь, ты на меня не сердишься?»

«Всё хорошо», – ответила она.

«Как я могу загладить свою вину? Может, в ресторан сходим, пообщаемся, а то мы давно не виделись!»

«Ну, я не знаю…»

«Когда ты свободна? Давай к Новикову сходим? Выбирай ресторан: Валенок, Краббер, Ваниль или ещё чего», – написал я, желая произвести впечатление.

«А что за Валенок?»

«Это на Цветном бульваре, возле цирка, там очень вкусно».

«Ну, давай там».

«Нет, туда я её точно не поведу, а если она любительница выпить и назаказывает там вин с Лазурного побережья, а мне потом из-за неё придётся им посуду мыть».

«А ты бургеры любишь?»

«Люблю».

«Поведу её к Новикову, но в бургерную «Фарш» – это мне по карману. Себе там маленький закажу, чтобы не особо тратиться».

«Тогда давай завтра встретимся у Белой церкви на Белорусской. Там очень классное место есть. Тебе очень понравится!»

«Хорошо».

Вероника, судя по всему, нечасто ходила на свидания, поскольку удивила меня своей пунктуальностью. Она приехала на нашу встречу гораздо раньше и уже ждала меня у вечно неработающего фонтана.

Мы, не спеша прошлись до бургерной «Фарш» в шикарном здании из стекла. Я знал, что там нет навязчивых официантов, постоянно подсовывающих дорогущее меню и коктейльную карту. Поэтому моему бюджету ничего не угрожало.

Мы присели за столик.

– Ты что будешь?

– А где здесь меню?

– Да вон на стене всё написано. Выбирай, что хочешь.

–Тогда давай бургер «Тетя из Барселоны», и бургер «Дочка мясника», и ещё салат «Коул слоу» и ещё большую картошку.

– Хорошо.

Я сделал заказ и вернулся за столик.

– А здесь мило.

– У Новикова всегда хорошо. Чем ты занималась сегодня?

– Я рисовала и была на фитнесе.

– Понятно.

Разговор у нас как-то не особо складывался и несколько минут мы просидели молча.

На табло высветился наш номер заказа, и я пошёл его забрать. Себе я, как и собирался, взял крохотный бургер, а для неё два гигантских с картошкой и салатом.

Далее мы вообще ничего не говорили. Когда я ем – я глух и нем. А ела Вероника очень хорошо.

Съев всё, она сказала:

– Второй бургер вегетарианский оказался, и от него я только ещё больше проголодалась. Давай ещё закажем «Брянского парня» и мороженое с солью, я раньше такого не пробовала. Да, и ещё бургер «Тетя из Барселоны» можно повторить.

«Твою ж мать, вот это она кушает. Надо было её в вегетарианский «Джаганат» пригласить. Она меня полностью без штанов оставит», – думал я, успокаивая себя только тем, что эти траты ещё окупятся.

Так мы сделали второй заказ. Его она ела уже помедленнее.

– Люблю, когда девушка хорошо кушает, а то все тощие, как палки.

– Именно, – ответила она с набитым ртом, – поесть я люблю. Ещё хочу колы, безешки вон те с кассы – только они совсем маленькие, пусть три штуки их дадут. И ещё можно пирог черничный.

И тут я всё-таки влез в свою кредитку.

После черничного пирога на десерт, глаза её подобрели и засияли любовью.

– У тебя ещё кусочек пирога остался?

– Не, я больше не хочу!

В моих мечтах сразу всплыли романтические картинки, где герой подносит ко рту героини кусочек пирожного, и она, немного смущаясь, начинает его есть. Поэтому я просто взял оставшийся кусок черничного пирога и поднёс его ко рту Вики.

– Не, я не хочу!

– Ну, пожалуйста, ну ради меня. Всего один кусочек остался!

Она съела его. А я вспомнил как в детстве так же кормил соседскую свинью через щель в изгороди.

– А где у них тут комната для девочек? – спросила она.

– Вот там, напротив кассы.

– Я по-быстрому.

– Ты иди, а я тебя на улице пока подожду.

– Хорошо.

«Сейчас она выйдет ко мне на улицу и ничего уже больше заказать не сможет».

Мы бесцельно прогуливались с ней по району, когда она спросила:

– А что это такое? – показывая на вывеску «Шпилли-Вилли».

– Это сексшоп.

– Какое название смешное – «Шпилли-Вилли»!

– Я бы сказал, что оно очень креативное.

– Ты знаешь, сегодня был такой чудесный вечер, но я немного устала.

«Ещё бы не устать после такого ужина», – злился я про себя и молил о любой возможности отделаться от неё поскорее.

– Я, пожалуй, домой поеду.

– Ты на машине?

– Нет, я на метро

«Какое метро, что ты передо мной тут в золушку играешь?! Твоя семья такими деньжищами ворочает, а ты тут бедняжку изображаешь?!»

– Может, тебе такси вызвать?

– Ну, если тебе несложно.

«Ах ты, скупая сучка!» – ругал я её про себя последними словами, заказывая ей «Убер».

Возвращаясь домой, я думал только о том, как же это сложно – быть с тем, кто тебе вообще не нравится.

Позднее от неё пришло сообщение.

«Спасибо за приятный вечер! Спокойной ночи!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.