Мария Кирсанова
Новогодние приключения Тилли и Бома. Тайна ёлочных игрушек

Глава первая

Эта необыкновенная история приключилась с Тилли и Бомом за пару дней до Нового года. С этими ребятами ты, возможно, уже знаком. Но если нет, тогда я расскажу тебе, что Тилли – это маленькая девочка, а Бом – её друг. Может быть, им столько же лет, сколько и тебе, а может быть, они чуть старше или чуть младше – это не так уж важно.

Живут они со своими родителями в большом городе. Если ты тоже живёшь в городе, то наверняка знаешь, что у взрослых людей там всегда очень много разных дел. Они ходят на работу, по магазинам, в кино, рестораны, музеи – словом, не скучают.

А вот для малышей большой город – очень скучное место. Малышам хочется бегать и прыгать, гулять целыми днями, летом кататься на велосипеде, а зимой – на санках. Всеми этими замечательными вещами гораздо веселее заниматься вдали от шума машин и суетливо спешащих по своим делам взрослых, то есть где-то за городом, на природе.

Родители Тилли, как и родители Бома, знали об этом. Поэтому незадолго до наступления Нового года они сели в машину и поехали в гости к своим общим друзьям, которые жили в большом загородном доме и пригласили их встретить вместе с ними Новый год.

Дом оказался на удивление просторным. Для каждой семьи была приготовлена отдельная спальня, а все вместе гости могли собираться в большом каминном зале. Ещё до того, как Тилли и Бом впервые зашли в эту комнату, они почувствовали восхитительный запах. Это был чарующий аромат еловой хвои и смолы. Неяркий тёплый свет, исходивший от ёлочной гирлянды, создавал атмосферу особого уюта и волшебства.

Подойдя поближе к новогодней ёлке, ребята увидели, что украшена она по-особенному. Конечно, на ней были и шары, и гирлянда, и мишура, но было и ещё что-то такое, что встречается далеко не на каждой ёлке, которую им доводилось видеть прежде. Присмотревшись, они разглядели колокольчики, старинные фигурки животных и птичек на прищепках и ангелочков со слегка облупившейся краской, связанные крючком снежинки, раскрашенные вручную шарики из папье-маше и, что приятно их удивило, – много-много конфет и имбирных пряников.

Конечно, ёлочка была и так уже очень нарядная и праздничная, но ребятам показалось, что если они сами сделают ещё одну игрушку и повесят на новогоднее деревце, то оно станет ещё лучше. К тому же это так весело – самим делать новогодние игрушки! Но что же они могут сделать сами, что они умеют? Оказалось, что Тилли умеет рисовать симпатичных зайчиков, а Бом вырезать фигурки из бумаги и картона. Осталось найти краски, и можно смело браться за дело.

Полчаса пролетели незаметно. Тилли очень старалась и нарисовала на картоне милейшего зайчика в нарядном колпачке, затем ребята вместе его раскрасили. Бом аккуратно вырезал картонного зайчика и продел сквозь дырочку в колпачке верёвочку. Теперь осталось только найти новому гостю место на зелёной красавице. Ребятам хотелось, чтобы их зайчик сидел на самом видном месте, но почти все веточки уже были заняты другими украшениями. Недолго думая они повесили свою игрушку рядом с золотистым шариком на той ветке, куда смогли дотянуться, и остались довольны собой и проделанной работой.

Наступил вечер, а значит, пришло время расходиться по своим комнатам. Но ребятам так не хотелось расставаться с ёлочкой, которая с наступлением темноты стала казаться ещё более волшебной и загадочной, чем днём. После долгих уговоров им разрешили остаться ночевать в большой комнате. Для них даже нашлись спальные мешки, которые постелили совсем рядом с ёлочкой. А чтобы ночью им вдруг не стало страшно, гирлянду решили не гасить. Не прошло и пяти минут, как малыши уснули крепким счастливым сном.

Глава вторая

Первой проснулась Тилли. За окном было темно, вокруг тихо. Похоже, все ещё спали. Она села и прислушалась. Какой-то странный, еле уловимый звук не давал ей покоя, наверное, из-за него она и проснулась. Тилли не была уверена, но ей показалось, что звук доносился откуда-то изнутри новогодней ёлки. Чтобы не было так страшно, она решила разбудить Бома.

– Бом, проснись, мне страшно, – шёпотом сказала Тилли и начала тормошить спящего рядом друга.

– Что случилось? Я спать хочу, – нехотя сквозь сон пробормотал Бом.

– Точно не знаю, но мне кажется, кто-то плачет.

– Это, наверно, у хозяев дома малыш проснулся. Сейчас они его успокоят и он замолчит. Спи. И я буду спать, – ответил Бом, зевнул и приготовился досматривать свой сон.

– Нет, ты не понимаешь. Это здесь, в комнате кто-то плачет, я уверена. Только очень тихо. И мне кажется… Это странно, конечно… Но кто-то плачет на ёлке. И ещё, ёлка почему-то стала огромной!

На этот раз Бом проснулся окончательно. Он вскочил на ноги, осмотрелся и с испугом прошептал:

– Тилли, это не ёлка стала огромная, это мы стали крошечными. И мы с тобой, между прочим, сейчас стоим на одной из её веток. Посмотри вокруг!

Тилли была так напугана, что сразу и не поняла, что произошло. Действительно, они с Бомом стали крошечными, размером не больше ёлочной игрушки, и находились, по-видимому, на одной из нижних веток ели. То, что раньше было просто новогодним деревом, теперь превратилось для них в настоящий лес с извилистыми тропинками, спусками и подъёмами, обрывами и препятствиями. А главное – со своими обитателями.

Да-да, внутри этого волшебного дерева кто-то жил. Откуда-то доносились обрывки разговоров, смех, пение, иногда крик и ещё тот самый тихий плач, который разбудил Тилли среди ночи. Теперь стало очевидно, что плакал кто-то из жильцов ёлочки. Несмотря на испуг и волнение, ребята твёрдо решили узнать, кто же это был. Любопытство и желание помочь одолели робость, и малыши отправились в путь к сердцу ёлки.

Пробравшись сквозь занавес разноцветной шуршащей мишуры, Тилли и Бом оказались на одной из самых толстых веток. Здесь они решили остановиться, осмотреться и определить, куда идти дальше. Чем выше они поднимались, тем отчётливей слышался тихий плач. Теперь казалось, что они уже совсем близко к своей цели. Вдруг Бом заметил, как среди густой еловой хвои, где-то ближе к краю ветки, мелькнуло что-то золотистое. Он решил пойти первым и выяснить, что или кто это был, а Тилли осторожно последовала за ним.

Оказалось, это блестел большой ярко-золотистый шар, отражавший свет гирлянды. Он раскачивался из стороны в сторону и слегка подскакивал. Ребята подумали, что, может быть, он вздрагивает от всхлипываний, и именно его плач они слышали всё это время. Они поскорее приблизились к шарику, но, обойдя его вокруг, чуть не отскочили в сторону. Шар был похож не на обыкновенную ёлочную игрушку, а на разъярённого пассажира метро, которому только что случайно отдавили ноги, обутые в начищенные до блеска лаковые штиблеты. Набравшись мужества, Бом обратился к трясущемуся от негодования шару:

– Извините за беспокойство, но это случайно не вы сейчас плакали? – и, заметив, как шар начал буквально багроветь от злости, Бом тут же пожалел о сказанном.

– Я плакал?! – заорал шар. – Я плакал?! Да я прямо сейчас заплачу от таких нелепых вопросов! Я в бешенстве! То, что произошло сегодня, просто возмутительно, омерзительно, нелепо, если хотите. Я не могу прийти в себя после такого страшного оскорбления!

– А что с вами произошло? – робко поинтересовалась Тилли, выглядывая из-за спины Бома.

– Вы ещё спрашиваете! Сегодня, примерно в шесть часов вечера, по моему самолюбию был нанесён удар невероятной силы, от которого моё хрупкое сердце чуть не разбилось вдребезги. Вы только послушайте: кто-то додумался поместить на одну ветку со мной самодельного картонного уродца. Кажется, это был заяц. Хотя он настолько нелеп, настолько неумело сляпан, что я не берусь утверждать, что это именно заяц. Колпак у него ярко-синий – вот что я успел различить, прежде чем он пулей вылетел отсюда, размазывая свои самодельные сопли.

– А почему он заплакал? – спросили ребята, уже догадавшись, о каком таком самодельном зайце шла речь.

– Слабонервный, видимо, – ухмыльнулся шар. – Я высказал ему все, что думаю о его простецкой внешности. Нет, ну, может быть, кто-то согласится приютить рядом с собой на ветке это неэстетическое безобразие. Но это точно буду не я и не мои золотистые братья. Да где это видано, чтобы рядом с игрушкой, изготовленной на самой известной фабрике в мире, вешали картонную самоделку! Возмутительно!