Валерий Стовба
Советник из будущего. Поправки к мемуарам господина д’Артаньяна

Глава 1. Черная дыра

Со времени назначения заведующим отделом политики авторитетной газеты «Российские вести» Валерий впервые столкнулся с жестким противостоянием одного из холдингов циклу публикаций об откатах в десятки миллионов долларов чиновникам, обеспечивающих бизнесу противозаконные привилегии в выделении земель, льготных банковских кредитов.

Все это приобрело угрожающий характер после письменного предупреждения о возможности применения силы к заведующему отделом. После выхода в свет номера газеты со второй подачей цикла, в Валерия стреляли, попортив лобовое стекло его машины. Это было, как понял журналист, последнее предупреждение. Именно предупреждение, поскольку если бы братки захотели, то боевик никогда бы не промахнулся мимо цели.

Сообщив о происходящем главному редактору, Валерий на время скрылся в далеком захолустном селе у родного деда, оформив отпуск на две недели. За это время главный брался «угомонить» руководителей холдинга и некоторых чиновников, обратившись к знакомым работникам администрации президента.

– Главное – не светись и жди моего сигнала, – напутствовал его шеф. – А заодно отдыхай, отоспись, поправься на сельских харчах.

И вот уже третьи сутки Валерий гостил у деда. Сходили на рыбалку. В лесу собирали землянику. Каждое утро на столике во времянке, где спал Валерий, стояла кринка свеженадоенного молока. Но было скучно вне редакционной атмосферы, к которой он привык за годы работы в «Российских ведомостях». Разговоры с дедом не помогали, поскольку изо дня в день тот возвращался к одним и тем же темам: загубили медицину, образование. Спасибо Путину за укрепление армии, за присоединение Крыма.

Заглянув в дедову библиотеку, которая полностью вмещалась на одной этажерке, внук не нашел ничего более подходящего для себя, как «Три мушкетера» А. Дюма.

В тот вечер внук не нашел ничего интересного по телевидению, а потому завалился на кровать во времянке и открыл книгу знаменитого француза. Прочитав страниц пятнадцать, он незаметно для себя заснул, забыв выключить свет.

Снилась какая- то галиматья. Выстрел в лобовик его «Ауди». Не успел киллер покинуть место выстрела, а Валерий покинуть салон машины, как к стрелявшему бросились два молодых мужчины со шпагами, одетые в мушкетерские плащи времен Людовика ХIII. Казалось, бандюган вот- вот попадет под удар холодного оружия одного из нападавших, как на защиту его выбежал мужчина в фиолетовом плаще и защитил стрелка. Тот растерялся от происходящего, отбросил в сторону пистолет и бросился бежать. Валерий машинально поднял оружие и засунул его за пояс джинсов.

Набежавший откуда- то туман спрятал от него дерущихся на шпагах. Вместо них появилось лицо главного редактора, который предупредил Валерия:

– Долго не задерживайся. Будь готов появиться в редакции по первому моему зову.

– Не беспокойтесь, шеф, – ответил журналист. – Как только – так сразу – мне уже поднадоело здесь.

И Валерий вновь провалился в глубокий сон, как в черную дыру, из которой его вывел стойкий запах давно не мытого грязного тела. Вспомнилась передача по телевидению, в которой утверждалось, что вопреки древним заметкам иностранцев, русские были самыми чистыми, благодаря своим баням, среди других европейских народов. Некоторые из них мылись лишь дважды в жизни: при рождении и после смерти. Вспомнилось письмо Наполеона к Жозефине, в котором император сообщал дату своего приезда в Париж и высказывал просьбу к ней не мыться перед встречей трое суток. Что тут скажешь – привычка, въевшаяся в кровь на протяжении столетий.

Стоп! Все понятно. Но откуда этот приторный запах во времянке? Ведь только вчера днем дед хлестал его веником в крепко натопленной русской бане.

Валерий открыл глаза. Его окружала совершенно незнакомая обстановка: узенькая беленая комнатушка, грубо сбитый деревянный стол, пара табуреток. Узенькое оконце. Этот выматывающий нечистотами запах шел от кровати, на которой он лежал.

«Что это? Где он?» Отбросив ватное одеяло, спустил ноги с кровати. Что- то резко уперлось ему в живот. За поясом джинсов торчал пистолет.

«Что за чертовщина?» – пронеслось в голове журналиста, вспомнившего детали приснившейся ему абракадабры. Но ведь пистолет у него в руках. С этим не поспоришь. Просто сон? Сошел с ума? Наркотики? Да нет, он был убежденным противником этого зелья. Надо дать ответы на эти вопросы, иначе не избежать психушки.

Журналист подошел к открытому окну и выглянул во двор. Там он увидел молодого человека с длинной шпагой на поясе, который держал за повод коня, что- то напоминавшего журналисту. Это был мерин лет двенадцати, а то и четырнадцати от роду, желтовато-рыжей масти, с облезлым хвостом и опухшими бабками. Эти качества коня – нескладный вид, странная окраска – производили неблагоприятное впечатление на находящихся во дворе людей.

Молодой человек что-то не поделил с важным господином, выглядывавшим из окна второго этажа. Когда последний спустился во двор, между ними чуть не возникла дуэль, шпаги были наголо. Но здесь вооруженные палками, лопатами и каминными щипцами простолюдины осыпали молодого человека градом ударов. Обессилев, тот выпустил из рук шпагу. Из разбитого лба текла кровь, он потерял сознание. Простолюдины внесли его в дом.

«Все – я свихнулся, – определил журналист. – Иначе как объяснить все увиденное? Ведь это д Артаньян». И он решил спуститься во двор, чтобы убедиться в своем нездоровье, или, вопреки разуму, определить, что это город Менг и трактир «Вольный мельник». А соперник д Артаньяна – Рошфор.

И здесь Валерий поблагодарил Бога и родителей, которые в свое время настойчиво убедили его в совершенстве изучить французский язык.

Из разговора Рошфора и трактирщика он понял, что д Артаньян лежит в трактире с повязкой на голове. Что у него в бархатном кошельке одиннадцать экю и письмо капитану мушкетеров де Тревилю.

«Гори все пропадом! – решил журналист. – Надо принимать условия игры, иначе я свихнусь . Я в трактире, значит за него надо платить. Рекомендаций в эпоху Людовика Х111 у меня нет. Значит надо заплатить за проживание и приобрести коня. Иначе я повторю ошибки гасконца с рассеченным лбом».

Он осторожно прошел в комнату, где лежал кошелек д Артаньяна и переложил из него в карман одиннадцать экю и письмо господину де Тревилю.

И еще. Валерий правильно рассчитал, что если он действительно попал в прошлое, то можно своим присутствием изменять ход событий в свою пользу. Иначе ему не выжить.

Поднявшись в свою комнату, вызвал трактирщика, заплатил ему экю за проживание и покинул трактир под крики д Артаньяна:

– Письмо, письмо с рекомендацией! Подайте мне мое письмо и одиннадцать экю, тысяча чертей! Или я насажу вас на вертел, как рябчиков!»

Краем глаза журналист за этот период отметил еще пару деталей. Прежде всего, то, что трактирщик убедил гасконца, что деньги и письмо похитил у него незнакомец в фиолетовом плаще. И то, что у Рошфора состоялась встреча в карете с миледи. Из не раз прочитанной книги Дюма Валерий знал суть их разговора – миледи должна была по приказу кардинала ехать в Лондон и сообщить его преосвященству, если герцог Бекингэм покинет Англию.

В дальнейшие несколько часов журналист купил за украденные (а может конфискованные?) деньги коня и соответствующую эпохе одежду. А д Артаньян свыкся с потерей денег, письма, продал коня и расплатился с трактирщиком.

Так они – один на коне, другой пешком – вошли в Париж через Сент – Антуанские ворота.

Первый с осознанием того, что для него не остается ничего другого, как принять новую эпоху, словно данность. Влиться в нее, следовать за д Артаньяном, поскольку ориентацией здесь могла стать книга Дюма.

Второй – только с надеждой на будущее и встречу с де Тревилем, капитаном мушкетеров.

Что их обоих объединяло, так это напутствие отца д Артаньяна: «Не опасайтесь случайностей и ищите приключений. Вступайте в бой по любому поводу».

Глава 2. Fidelis et fortis

Валерий понимал, чтобы добиться успеха, а значит, быть приобщенным к власти, деньгам, влиянию на ход событий, надо было определить, с кем ты, в какой ты группе влияния. Ну и, конечно, все это было необходимо, чтобы попробовать вернуться из виртуальной жизни в ту, настоящую, с родной газетой и преступным холдингом. А для этого надо было в глубоком прошлом сохранить жизнь.

Собрав в голове все, что он помнил по учебникам истории, романам А. Дюма, он раскладывал политический пасьянс на грани перехода от эпохи Людовика ХIII к эпохе Людовика ХIУ.

Пока он шагом, не понукая коня, приближался к Парижу, у него родилась концепция дальнейшего своего поведения. Если в двух словах, то он должен любыми способами встроиться в команду капитана мушкетеров короля господина де Тревиля. И вот почему.

Гасконец де Тревиль – это человек, завоевавший настоящую привязанность короля Людовика ХIII. В основе этой привязанности лежали два человеческих качества – сила и верность. Именно эти слова присутствовали в гербе де Тревилей.

Людовик безмерно доверял де Тревилю, позволив возглавить самую боевую часть армии – королевских мушкетеров. И считал эту силу достаточным противовесом гвардейцам кардинала Армана дю Плесси Ришелье.

Достигнув Сент – Антуанских ворот Парижа, Валерий уже знал, с чем явится на прием к де Тревилю, чем заинтересует его, позволит стать доверенным лицом его команды, вспомнив, что традиционные «утренние приемы» проходят не только у короля, кардинала, но и у де Тревиля, других мелких звезд королевского двора, журналист направил своего мерина к приемной капитана мушкетеров.

Двор его особняка, расположенного на улице Старой Голубятни, походил на лагерь уже с шести утра. Пройдя через массивные ворота, обитые длинными гвоздями с квадратными шляпками, журналист оказался в толпе вооруженных людей. Они расхаживали по двору, перекликались, затевали то ссору, то игру. Чтобы пройти сквозь эти бушующие людские волны, надо было быть или офицером, или вельможей, или хорошенькой женщиной. Журналист, естественно, не мог рассчитывать на эти традиционные пути доступа к телу де Тревиля. Здесь нужно было придумать нечто иное. И такой план у него созрел.

Заметив, что в небольшой группе мушкетеров шло обсуждение очередного «грязного дела» Рошфора, Валерий прислушался и минут через пять уяснил, что источником обсуждаемых событий является Арамис. Значит, именно он и нужен журналисту.

– Месье,– обратился наш герой к мушкетеру,– разрешите отвлечь ваше внимание. У меня к вам очень серьезный и конфедициальный разговор. Не могли бы мы отойти в сторонку?

И взяв заинтересовавшегося Арамиса под руку, он отвел его в сторону.

– Господин Арамис, я случайно услышал о вашей встрече в Брюсселе с этим подлым Рошфором. Я же встретил его вчера в Менге. Так получилось, что я стал свидетелем секретного разговора Рошфора и миледи. Узнал, что они участники аферы кардинала. Все это я . должен срочно довести до сведения господина де Тревиля Но попасть к нему я не имею возможности. А потому покорнейше прошу вас устроить мне эту аудиенцию. Убежден, что такой шаг поднимет ваш авторитет в глазах капитана.

– Как вас представить господину де Тревилю?

– Я здесь инкогнито. Представлюсь сам. Сообщите капитану, что имеющиеся у меня сведения напрямую затрагивают интересы короля.

Последнее сообщение сыграло свою роль. Мушкетер попросил подождать его пять минут и скрылся за дверями приемной. Через некоторое время дверь кабинета открылась и распахнувший ее лакей объявил:

– Господин капитан ждет человека из Менга!

Оказавшийся здесь же, Арамис взял Валерия под руку и повел в кабинет капитана мушкетеров.

Именно в этот момент во дворе особняка появился д Артаньян. Не стоит описывать, какое впечатление на провинциала оказала толпа собравшихся здесь важных лиц Франции. В их окружении он чувствовал себя щенком.

Глава 3. Аудиенция

Г-н де Тревиль был в самом дурном расположении духа. Тем не менее, заинтригованный представлением Арамиса, он учтиво принял журналиста.

– Так кто вы, месье? И что вы намереваетесь сообщить мне?

– Думаю, господин капитан, начать с сообщения оперативного характера, что позволит повысить уровень доверия ко мне. И, если не возражаете, ответы на остальные вопросы – позже.

– Не возражаю.

Здесь Валерий дал волю своей фантазии, одевая случайно подслушанный разговор Рошфора с миледи в одежды риска, храбрости, смекалки, высокого профессионализма.

– В результате удалось выяснить, что Рошфор передал миледи приказ кардинала выехать в Англию и срочно сообщить ему, если герцог Бекингэм покинет свой остров.

– Кстати, господин капитан, одновременно мне удалось тайком изъять у Рошфора рекомендательное письмо в ваш адрес, украденное у господина д Артаньяна. Направляясь в ваш кабинет, я заметил его в приемной.

В конце этого монолога он положил на стол перед де Тревилем то несчастное письмо, украденное у гасконца. Стыда за воровство не ощутил, поскольку письмо легло на стол адресата, а, кроме того, помогло приобрести дополнительное доверие у де Тревиля.

– В таком случае, – предложил капитан мушкетеров,– продолжим нашу беседу чуть позже. А сейчас завершим доброе дело – пристроим сына моего гасконского друга в Париже. А эаодно познакомим его с моими верными слугами.

– Господин де Тревиль ждет господ Атоса, Арамиса, Портоса и д Артаньяна! – объявил лакей, распахнув двери кабинета.

Пред очи де Тревиля предстали все, кроме Атоса.

– Я не вижу Атоса. Где он? – задал вопрос хозяин кабинета.

– Сударь,– с грустью произнес Арамис,– он болен, очень болен.

– Очень болен, говорите вы?

– Опасаюсь, что у него оспа, сударь.

– Оспа? Болеть ею в его возрасте – нет, нет. Он или ранен, или убит… Ах, сам бы мог знать… Тысяча чертей! Господа мушкетеры, я не хочу, чтобы мои люди шатались где попало и позволяли арестовать себя. Не верю в это, они бы умерли на месте, но не бежали бы, не удрали с поля боя…

Портос и Арамис дрожали от ярости.

– Но кардинал сообщает мне, – продолжал капитан, – что гвардейцы арестовали мушкетеров короля.

Следующие пятнадцать минут ушли на то, чтобы Портос и Арамис посвятили де Тревиля в ход вчерашнего боя, который они проиграли в результате превосходящей численности гвардейцев. Но некоторые из них были ранены или убиты. Серьезно ранен и Атос. Когда он упал, гвардейцы приняли его за убитого и не арестовали.

– Я не знал этого, – произнес господин де Тревиль, несколько смягчившись – господин кардинал, как я вижу, кое- что преувеличил.

В эту минуту край портьеры приподнялся и на пороге показался мушкетер с благородным и красивым, но смертельно бледным лицом.

– Атос! – вскрикнули оба мушкетера.

– Атос! – повторил за ними де Тревиль.

– Вы звали меня, господин капитан, – сказал Атос. Голос его звучал слабо, но совершенно спокойно.– Вы звали меня, как сообщили мне товарищи, и я поспешил явиться. Жду ваших приказаний, сударь.

– Ждете приказаний? – уточнил де Тревиль. – Извольте. Присутствующий здесь приезжий господин ( он пальцем указал на меня) посвятит вас в козни кардинала, Рошфора и миледи. Прошу вас выяснить, к чему бы подобные телодвижения.

Атос, собрав все силы, чтобы преодолеть боль, и все же сраженный ею, рухнул на пол, как мертвый.

– Лекаря! – закричал господин де Тревиль. – Моего или королевского, самого лучшего. Лекаря или, тысяча чертей, мой храбрый Атос умрет.

Врач оказал мушкетеру необходимую помощь и заверил друзей, что его положение не должно вызывать опасений. Атоса унесли. Вместе с ним кабинет покинули Портос и Арамис.

– Простите, любезный земляк – произнес де Тревиль с улыбкой. – Совершенно забыл о вас. Что вы хотите! Капитан – это тот же отец семейства, только отвечать он должен за большее, чем обыкновенный отец. Солдаты – взрослые дети, но так, как я требую, чтобы распоряжения короля и особенно господина кардинала выполнялись…

Д,Артаньян улыбнулся. Де Тревиль понял, что перед ним отнюдь не глупец.

– Я любил вашего отца. Чем я могу помочь его сыну? Формулируйте кратко. У меня мало времени.

– Я хотел просить у вас плащ мушкетера…

– Практика такова, молодой человек, что в мушкетеры не зачисляют, пока он не испытан в нескольких сражениях, не совершил блестящих подвигов, или не прослужил два года в другом полку.

Как ни чужды были д,Артаньяну придворные уловки, он все же почувствовал холодок, которым веяло от оказанного ему приема.

– Увы, – воскликнул он.– Я вижу, как недостает мне сейчас письма с рекомендацией, данного мне отцом.

– Эти слова не делают вам чести,– улыбнулся де Тревиль.– Это письмо у меня. Я ознакомился с ним. А добыл его вот этот господин (он указал на меня). У него хватило смелости и хитрости, чтобы отбить его у Рошфора.

– Это важный господин в фиолетовом плаще?.

– Вы, д,Артаньян, правильно поняли.

– Скажите мне кто он и откуда, и я даже не буду проситься в мушкетеры . Ибо прежде всего я должен рассчитаться с ним.

– Я обещаю вам письмо к начальнику академии. Или вы чересчур горды, чтобы принять его от меня?

– Нет, сударь, – возразил д, Артаньян.– Его не постигнет судьба письма моего отца. Буду хранить его, и оно дойдет по назначению.

Г- н де Тревиль запечатал написанное письмо и направился к молодому человеку, чтобы вручить его. Но вручить его не удалось. Д,Артаньян внезапно вздрогнул и, вспыхнув от гнева, бросидся из кабинета с яростным криком:

– Нет, тысяча чертей, на этот раз ты от меня не уйдешь!

– Он – похититель письма. Ах, негодяй! – и с этими словами он исчез за дверью.

– Сумасшедший!– пробормотал де Тревиль.

Глава 4. «Посланник государя»

Капитан вызвал лакея и предупредил его, чтобы никого не пускал в кабинет, пока он беседует с гостем. Когда тот вышел, де Тревиль внимательно посмотрел в глаза Валерию:

– Простите, что при вас пришлось решать свои проблемы. Присядем. Я вас слушаю.

«Вот и пришел момент истины, – промелькнуло в голове журналиста.– Все зависит теперь от тебя, Валера, насколько ты будешь убедителен».

Он медленно сел, вынул из кармана рубашки пачку «BOND» (как она у него оказалась?) Прикурил от свечи, горевшей на столе. Достал из- за пояса пистолет и положил его на стол под правую руку.

Вдохнув часть дыма, выпущенного Валерием, де Тревиль прищурил глаза и неожиданно попросил:

– Вы не могли бы угостить меня – уж больно приятный запах.

– Нет проблем.

Валерий достал из пачки еще одну сигарету, прикурил ее от той же свечи и предупредил капитана:

– Глубоко не затягивайтесь, сударь. Можете поперхнуться. Делайте, как я.

И журналист стал первой скрипкой в обучении капитана курению.

Сделав три – четыре затяжки, де Тревиль побледнел, его тело повело в сторону. Валерий успел подхватить его и вернуть в положение равновесия.

– Не беспокойтесь, капитан. Это бывает со всеми, кто начинает курить. Со временем проходит.

– Особое чувство. Мне понравилось,– констатировал де Тревиль.

– Если позволите, капитан, хочу продемонстрировать вам еще одну вещь.

– С удовольствием познакомлюсь.

Журналист открыл окно в кабинете, подозвал капитана и показал ему бегущую в конце улицы собаку.

– Наблюдайте за ней.– Валерий взял пистолет, прицелился и выстрелил.

Собака взвизгнула, ее отбросило в сторону.

Выстрел из «ТТ» резанул по ушам де Тревиля. Однако он вызвал лакея и попросил принести мертвую собаку, на которую указал через окно.

Выйдя во двор и рассмотрев мертвую собаку, де Тревиль вернулся в кабинет.

– Для начала вы решили меня напугать?

– Что вы, сударь. И в мыслях не было. А демонстрация для большей убедительности моих слов.

– А теперь о главном. Я российский поданный. С 1613 года Русью правит династия Романовых. Наш государь Михаил Федорович покончил со смутой, идущей от поляков. Они талантливо разработали слухи о якобы выжившем брате царя – Дмитрие. Несколько лет дрались мы с самозванцем Лжедмитрием. Мы с вами чуть позже продолжим эту тему.

А пока чуть подробнее о себе. Государь Михаил Федорович назначил меня своим советником, первым помощником. Чем я завоевал его расположение? Прежде всего, глубоким знанием царского окружения, кто чем дышит. Умением находить предателей, мздоимцев. Я неплохой переговорщик – сумел таким образом предотвратить пару назревавших войн. Да и, чего греха таить, могу убрать любого неугодного государю человека, как сегодня собаку. Подобный пистолет – единственный в мире. Сработали его мастера Урала.

Направляясь в Париж, ни мой государь, ни я не были убеждены, с кем из руководства в вашей столице стоит иметь дело. Государь решение этого вопроса возложил на меня.

Добираясь сюда, я ощутил тот авторитет, который вы, капитан, завоевали у французов. Не скрою: я часто, как щитом, прикрывался вашим именем. И ни разу не пожалел об этом.

Лесть была в те дни в моде. Де Тревиль был так же чувствителен к фимиаму, как любой король или кардинал. Он не мог поэтому удержаться от выражавшей удовольствие улыбки. Но она быстро угасла при продолжении разговора.

– Как вы помните, я обещал вам продолжить тему разговора о самозванцах в России. Три нашествия пережили мы, чуть не лишились самостоятельности. И все потому, что под вопросом была судьба царевича Дмитрия. Погиб? Убит? Жив? При выяснении этого вопроса мы потеряли тысячи соотечественников. Пал род Рюриковичей. К власти пришел род Романовых. Хорошо, что все хорошо закончилось.

Журналист, довольный собой, что безошибочно пока вел разговор, и заинтригованный де Тревиль закурили еще по одной. Де Тревиль уже смело затягивался дымком от американских сигарет.

– Теперь, сударь, о главном.– Валерий затушил окурок о стоявшую на столе тарелку.– Вы знаете, что у Людовика ХIII родился наследник. Об этом знает вся Европа. Но год спустя, в Москву приехал работать доктор из Парижа. Имя его называть не буду по известным вам причинам. От него нам стало известно, что жена Людовика родила близнецов, а не единственного наследника. Брата наследника оставили в живых. Сегодня он обитает в одной из камер в Бастилии. На нем железная маска, которая навечно скрывает его личность.

Размышляя о бедах, которые принес Лжедмитрий России, государь решил предупредить смелого и честного человека во власти Франции о действительном ходе событий. Вот таким образом я у вас. Надеюсь, что выполняя задание моего государя, я не пострадаю в Париже, не лишусь головы.

Де Тревиль надолго задумался. Затем обратился к гостю:

– Обещаю вам полную безопасность. Но при двух условиях. Первое – никто кроме меня не должен обладать этой информацией. И второе – вы остаетесь в Париже до тех пор, пока мне это будет необходимо.

– Даю слово!– как бы подтверждая свои слова, Валерий поднял правую руку.

– Договорились,– удовлетворенно констатировал де Тревиль.– думаю, возражений не будет, если вас поселю здесь, в моем доме на улице Старой Голубятни. В вашем распоряжении будут Атос, Портос и Арамис.

Лакей повел Валерия знакомить с новыми апортаментами, а де Тревиль продолжил «утренний прием».

Глава 5. Д Артаньян, мушкетеры и гвардейцы

Господин Дюма в главе IУ очень много внимания уделяет болевой атаке дАртаньяна на Атоса, своеобразной перевязи Портоса и нежному платочку Арамиса. Да, дАртаньян поступил не совсем вежливо по отношению к мушкетерам, но ведь он преследовал благую цель – сразиться со своим обидчиком в фиолетовом плаще. А это многое прощает.

Именно об этом зашла речь между «посланником» и тремя мушкетерами, которые от лакея узнали о том, что поступают в распоряжение важного незнакомца. Доводы гостя были убедительны и мушкетеры отправились на место дуэли с одной целью: избежать неравной дуэли, но сбить спесь с заносчивого гасконца.

После этого договорились встретиться вчетвером, выпить вина и освоить новую азартную игру, «очко», которой в совершенстве владел гость. Встреча была назначена в апартаментах журналиста.

Встреча мушкетеров с дАртаньяном осложнилась появлением гвардейцев кардинала под началом де Жюссака.

– Их пятеро,– заметил Атос,– нас только трое.

– Господа,– сказал гасконец, обращаясь к Атосу и его друзьям.– Вы сказали, что вас трое, но мне кажется, что нас четверо.

– Но вы не мушкетер,– возразил Портос.

– Это правда,– согласился дАртаньян,– на мне нет плаща

мушкетера, но душой я мушкетер. Сердце мое – сердце мушкетера.

– Молодой человек,– крикнул де Жюссак.– Вы можете удалиться, мы не возражаем. Спасайте свою шкуру! Торопитесь!

Д Артаньян понял причину нерешительности в отношении его мушкетеров, а потому обратился к ним:

– Милостивые государи, испытайте меня. Клянусь вам честью, что я не уйду с этого места, если мы будем побеждены.

– Как ваше имя, храбрый юноша,– спросил Атос.

– Д Артаньян, сударь.

– Итак: Атос, Портос, Арамис, дАртаньян. Вперед!– крикнул Атос.

Атос бился с неким Каюзаком, любимцем кардинала. На долю Портоса выпал Бикара. Арамис оказался лицом к лицу с двумя противниками. Что же касается д Артаньяна,то его противником оказался сам де Жюссак.

Разъяренный тем, что ему не удается справиться с юнцом, де Жюссак разгорячился и начал делать ошибку за ошибкой. В результате гасконец, словно змея, ускользнул из- под руки противника и насквозь пронзил его своей шпагой. Де Жюссак рухнул как подкошеный.

Атос, вторично раненый Каюзаком, с каждым мгновением все больше бледнел, но не отступал ни на шаг. Только пеоеложил шпагу в левую руку. Д Артаньян сбоку обрушился на Каюзака:

– Ко мне, господин гвардеец! Я убью вас!

Помощь подоспела вовремя. Атос опустился на одно колено. Он увидел, что в борьбе с д Артаньяном шпага Каюзака отлетела метров на двадцать. Каюзак бросился к шпаге гвардейца, убитого Арамисом, но Атос вонзил шпагу в его горло.

Бикара, дравшийся с Портосом, по велению раненого Жюссака сдался. Переломил шпагу. Мушкетеры отсалютовали смелому гвардейцу.

Унося с собой четыре шпаги, опьяненные радостью, все четверо двинулись к дому г- на де Тревиля.

– Гость был прав, отговаривая нас от дуэли с дАртаньяном,– шепнул на ухо Арамису Атос.– Только вот сбить спесь с него нам не удалось.

– И не удастся,– заметил Арамис.– Гасконцы – они все строптивые, хитрые, забияки. Здесь мы бессильны. Остается просто принять его таким, какой он есть.

– Если я еще не мушкетер,– произнес дАртаньян на пороге дома де Тревиля, обращаясь к своим новым друзьям,– я все же могу уже считать себя принятым в ученики, не правда ли?

Глава 6. «Очко» и вино сближают

История эта наделала много шума. Г- н де Тревиль вслух бранил своих мушкетеров и втихомолку поздравлял их. Нельзя было, однако, терять время: следовало немедленно предупредить короля, и г- н де Тревиль поспешил в Лувр.

Мушкетеры и д Артаньян, по совету капитана, остались в его доме. По просьбе «посланника» – в его апартаментах. С одной стороны они находились под опекой опытного царедворца. С другой – имелась возможность ближе познакомиться друг с другом.

Обед состоялся в тот же день. По просьбе гостя лакей де Тревиля накрыл стол, как для своего господина.

Друзья от души оценили щедрость капитана, запивая изысканные закуски добрым бургундским вином. Когда все насытились, Валерий закинул удочку, чтобы выяснить, как каждый из присутствующих относится к азартным играм. Игра, как ему казалось, могла лучше охарактеризовать партнеров. А, кроме того, это было средство пополнить пустой кошелек «посланника».

Как оказалось, молодые люди жили весело. Атос играл, и всегда несчастливо. Но никогда не занимал у своих друзей ни одного су. И если он играл на честное слово, то на следующее же утро будил своего кредитора, чтобы вручить ему следуемую сумму.

Портос играл изредка. В такие дни, если он выигрывал, то бывал великолепен и дерзок. Если же он проигрывал, то бесследно исчезал на несколько дней, после чего появлялся с бледным и вытянутым лицом, но с деньгами в кармане.

Исходя из полученных от друзей сведений, Валерий знал, как поступить, чтобы все четверо приняли участие в игре.

– Есть очень простая карточная игра. Называется «очко». В нее можно выиграть солидную сумму.

– Почему бы не попробовать,– рассудил Портос.

– Но кроме всего прочего, в ней большое место уделяется интуиции. Кто умеет ухватить судьбу за хвост – выигрывает. Правда, есть люди, которые отказываются играть, чтобы не показать своей умственной ограниченности.

Выслушав такое мнение гостя, Арамис криво улыбнулся, но не посмел отказаться, чтобы не выставить себя ниже своих товарищей.

Атос, поглаживая раненое предплечье, в знак согласия кивнул головой. Ну а об д Артаньяне не было и речи. Он посчитал за честь принять участие с мушкетерами в этой незнакомой игре.

Бросив на стол колоду заигранных карт, журналист в двух словах объяснил простые правила игры. Предупредил, что самое сложное – решить брать ли еще карту, когда у вас на руках 15 – 17 очков. . В банк решили класть по одному экю.

Первым банковал Валерий. Атос рискнул и взял на 14 туза –перебор. Портос с д Артаньяном сбросили карты. А Арамис набрал 18 очков. Валерию не повезло – 22. Банк перешел к Арамису.

В ходе игры между товарищами шла беспрерывная пикировка. И если для трех мушкетеров она просто оживляла игру, то для Валерия и д Артаньяна она была попыткой больше узнать о присутствующих. Ведь никто, кроме де Тревиля не знал их настоящих имен, социального статуса. Вот почему д Артаньян обратился к Портосу, надеясь получить сведения об Атосе и Арамисе. А к Арамису, чтобы узнать кто такой Портос. Как и следовало предположить, эти хитрости ни к чему не привели.

В свою очередь Валерий чувствовал острый интерес к своей персоне. Кем надо было быть, чтобы после первой же беседы капитан отдал трех друзей в распоряжение этого, как они предполагали, вельможи.

Тем временем игра продолжалась, захватив своим азартом ее участников. Сторонний наблюдатель, глядя в лица игроков, мог бы безошибочно определить степень их везения.

Д Артаньян, проиграв оставшиеся от продажи мерина экю, вышел из игры. Портос все больше пыжился, стараясь скрыть все увеличивающийся проигрыш. По непроницаемому лицу Атоса трудно было понять его финансовое положение. Арамис, непонятным образом угадывая прикуп, немного выигрывал. Валерий выигрывал, поскольку еще со времен прошлой настоящей жизни был мастером блефа.

Лакей уже дважды пополнял запасы бургундского за столом, когда в комнате, где шло застолье, появился де Тревиль.

– Собирайтесь, судари,– с пафосом произнес капитан.– В Лувре нас ждет король.

Немая сцена после этих слов продолжалась недолго. Валерий и Арамис смахнули свой выигрыш в кошельки. Портос и Атос обязались погасить долг завтра утром.

– Думаю, – заметил капитан,– скоро в ваших карманах зазвенят экю, обещанные королем.

Глава 7. Щедрость короля

– Вот это новость!– воскликнул король.– Не станете ли вы, де Тревиль, отрицать, что ваши три проклятых мушкетера, эти Атос, Портос и Арамис, вместе с этим беарнским молодцом, как бешеные накинулись на несчастного Бернажу и отделали его так, что он сейчас, верно, уж близок к последнему издыханию? Не станете ли вы отрицать, что они вслед за этим осадили дом герцога де Ла Тремуля и собирались поджечь его.

– И кто же рассказал вашему величеству эту сказку?– сдержанно произнес де Тревиль.

– Я имею в виду опору королевства, моего единственного слугу, единственного друга – господина кардинала – ответил король.

– Пусть сию же минуту, – сказал король, – отправятся за господином де Ла Тремулем. Мне нужно поговорить с ним.

После разговора с королем де Ла Тремуль подошел кдеТревилю:

– Господин де Тревиль.– сказал он,– его величество вызвал меня, чтобы узнать все подробности о случае, происшедшем возле моего дома. Я сказал правду, то есть признал, что виновны были мои люди и что я готов принести вам извинения. Раз я встретился с вами, разрешите мне сделать это сейчас. И прошу вас считать меня всегда в числе ваших друзей.

Герцог поклонился и пошел к выходу.

В эту минуту на верхней площадке лестницы показались три мушкетера и дАртаньян.

– Подойдите, храбрецы,– произнес король.– Дайте мне побранить вас.

Мушкетеры с поклоном приблизились.

– Тысяча чертей! Как это вы вчетвером за два дня вывели из строя семерых гвардейцев кардинала? – продолжал Людовик ХIII – это много, чересчур много. Если так пойдет дальше, его преосвященству через три недели придется заменить состав своей роты новым. А я буду вынужден применить указы во всей их строгости…

– Поэтому- то, как ваше величество может видеть, они смущены, полны раскаяния и просят их простить.

– Смущены и полны раскаяния?– недоверчиво проговорил король.– Я не верю их хитрым рожам. Особенно вот тому, с физиономией гасконца. Подойдите- ка сюда, сударь мой!

Внимательно глядя в глаза гасконцу, король продолжил:

– Ведь это ребенок. И это он нанес такой страшный удар Жюссаку?

– И два великолепных удара шпагой Бернажу.

– В самом деле?

– Он спас меня от рук Каюзака,– вставил Атос.

– Значит он – настоящий демон, этот ваш молодой беарнец.– продолжил король.– А ведь гасконцы по- прежнему бедны, не правда ли?

– Так! Все именно так, как мне рассказали. Бедный кардинал! Семь человек за два дня, да еще самых дорогих его сердцу!.. Но теперь хватит, господа. Слышите? Хватит! Вы можете быть удовлетворены.

– Если ваше величество удовлетворены, то удовлетворены и мы,– сказал де Тревиль.

– Да, я удовлетворен,– произнес король и, взяв из рук Ла Шене сорок золотых экю, вложил их в руку дАртаньяну.– И вот, добавил он,– доказательство, что я доволен.

– Тревиль,– добавил король вполголоса, пока молодые люди уходили,– так как у вас нет свободной вакансии в полку, да и, кроме того, мы решили не принимать в полк без испытания, поместите этого юношу в гвардейскую роту вашего зятя, господина Дезэссара. Я заранее радуюсь гримасе, которую состроит господин кардинал. Он будет взбешен.

И король хотел уже приветственным жестом отпустить капитана, когда тот вдруг обратился к его величеству с необычной просьбой:

– Ваше величество у меня для вас конфиденциальная информация, которая не терпит третьей пары ушей. Если у вас найдется лишних пять минут…

Король на секунду задумался, а затем резким жестом руки отправил всех приближенных из своего кабинета.

– Слушаю вас, Тревиль.

– Вчера мне представился посланник русского царя, который инкогнито прибыл в Париж и ищет возможность встречи с вами. Как я понял, он уполномочен передать вам некое тайное послание российского самодержца для вашего величества.

– Сегодня я занят, завтра запланирована охота. Приведите его ко мне послезавтра с утра.

Глава 8. Мяч вместо шпаг

На следующий день король приказал кавалеру Дезэссару принять д,Артаньяна кадетом в свою гвардейскую роту. ДАртаньян со вздохом надел мундир гвардейца: он готов был бы отдать десять лет своей жизни за право обменять его на мушкетерский плащ. Но г- н де Тревиль обещал оказать ему эту милость не ранее, чем после двухлетнего испытания – срок, который, впрочем, мог быть сокращен, если бы д,Артаньяну представился случай оказать услугу королю, или каким- либо другим способом особо отличиться. Получив это обещание, дАртаньян удалился и на следующий же день приступил к несению своей службы.

Теперь наступил черед Атоса, Портоса и Арамиса ходить в караул вместе с д,Артаньяном, когда тот бывал на посту. Таким образом, рота г- на Дезэссара в тот день, когда в нее вступил дАртаньян, приняла в свои ряды не одного, а четырех человек.

Сорока пистолям короля Людовика ХIII как и всему на белом свете, имеющему начало, пришел конец. В тот же день, когда они были вручены.

Дело в том, что д, Артаньян поделил заработанную сумму с тремя мушкетерами. На свою часть нанял слугу Планше и снял жилье у г- на Бонасье. Мушкетеры заткнули свои финансовые дыры деньгами короля. И для четверых товарищей наступили трудные дни.

Валерий понимал, что надо как- то поправить финансовое положение свое и мушкетеров. Как? Над этим вопросом он думал до тех пор, как увидел, что д,Артаньян ушел на дежурство с тремя . мушкетерами. Он также заметил те дружеские отношения, которые завязались у друзей со всей ротой.

План пополнения бюджета друзей возник, как и все гениальное, моментально. Остановка была за малым. Нужен был футбольный мяч. А где его было взять в эпоху вельмож и прощелыг? Только создать самому. Ну а мяч был нужен для проведения коммерческого матча по футболу между мушкетерами и гвардейцами. Осуществление этого плана Журналист взял на себя. Во- первых, пользуясь гостеприимством де Тревиля, он дал команду его лакею накрыть к обеду богатый стол. И пригласил четверых друзей, свободных в тот день от дежурства (король принимал участие в охоте).

Сытная и хмельная еда сделала свое дело. За столом ощущалась благодушная атмосфера. И когда Валерий завел речь о пополнении общего бюджета, все подхватили тему обогащения благожелательно. И опять поднялся вопрос: «Как?», «За счет чего?».

Валерий детализировал свой план. Вначале его не поняли. Он вывел друзей на небольшую площадь рядом с домом де Тревиля. С двух сторон площади стояли две каменные арки, которые могли заменить ворота. Друзья уяснили суть игры.

Но где взять мяч? Помог Планше. Он готов разместить заказ своего господина у кожевников. Только одна деталь: мяч будет не надувной, а набитый ветошью. Валерий вручил Планше деньги, вырученные при игре в «очко».

К ужину, в который плавно перетек обед, слуги мушкетеров разметили известкой футбольное поле, а Планше принес готовый мяч.

Валерий до темна тренировал трех мушкетеров, а д,Артаньян в то же время подбивал гвардейцев принять необычный вызов мушкетеров.

Весть о необычном матче разлетелась по Парижу. Даже король и кардинал дали команды своим придворным, чтобы они сообщали о ходе матча. Дело в том, что во время матча они сидели за столом друг против друга – выпивали, закусывали – и чуть нервничали, заключив пари, каждый поставил на свою команду. И, конечно, аудиенция русского посланника была перенесена еще на один день.

Мяч в игру с центра ввели мушкетеры, на которых указал жребий. Было на что посмотреть: в густой пыли топтались два стада буйволов – в черной гвардейской форме и в белых мушкетерских плащах. Мушкетеры, тренировавшиеся накануне под началом Валерия, выглядели более профессионально. У них проглядывались защита, полузащита и нападение. Гвардейцы же за мячом бегали полным составом – вдесятером.

Мяч частенько вылетал за пределы поля – у некоторых болельщиков в результате таких ударов на лицах «загорались» синяки. Некоторые футболисты хромали, «подкованные» соперниками. Валерий охранял кучу шпаг, сложенных игроками за воротами мушкетеров.

На двадцатой минуте гвардейцы в своей штрафной снесли Портоса (что было практически невозможно). Пенальти бил Атос. Удар был такой силы, что стоявший в воротах гвардеец пересек лицевую линию вместе с мячом.

1:0

Ваше величество, мушкетеры впереди. Мяч в ворота забил Атос.

– Благодарю за добрую весть,– усмехнулся король.– За это стоит выпить, не правда ли, кардинал?

– Не возражаю, ваше величество.

Оба пригубили из своих кубков.,

– Кардинал, я предлагаю пари на сто пистолей в пользу выигрывшей команды. Платит тот, чья команда проиграет.

– Не могу не согласиться с вашим решением, ваше величество.

Между тем матч продолжался. Портос, игравший в защите, со всей своей мощью отбил мяч. Тот попал в спину дАртаньяну и отскочил в ворота мушкетеров. Вратарь Арамис не был готов к такому развитию событий и пропустил его мимо себя.

1:1

– Сожалею, ваше величество, но Портос забил гол в свои ворота…

– Отметим это событие, ваше величество, – с ехидцей предложил кардинал.

Оба молча выпили.

Валерий понял, что без его участия победу добыть будет трудно. Он заменил плохо ориентировавшегося на поле мушкетера, надев его плащ. Дриблинг гостя дал себя знать сразу же. Обводя по два- три гвардейца, Валерий забил один мяч в первом тайме и два во втором.

4:1

С таким счетом завершился первый в Париже футбольный матч. Среди гвардейцев, расстроившихся итогом игры, началось брожение. Разбирая сложенные в кучу шпаги, они завели разговор о возможности отказаться от выплаты договоренной суммы в пользу выигравших.

Однако зреющий конфликт предотвратил гонец кардинала, выдавший мушкетерам сто пистолей. Гвардейцы не могли игнорировать мнение своего начальника. Скинувшись, они вручили Атосу оговоренную до матча сумму.

В этот день ни гвардейцев, ни мушкетеров на улицах Парижа не было видно. Все они разошлись по домам, чтобы отстирать свои плащи и камзолы от пыли и грязи, въевшихся во время матча.

Глава 9. Тайная вечеря

На следующее после футбольного матча утро де Тревиль чуть свет появился в комнате Журналиста. За ним шел лакей, несший на вытянутых руках комплект одежды, приличествующий вельможе.

– Быстро переодевайтесь, сударь, – сказал капитан.– Нас ждут в Лувре.

– Король?

– Да, его величество назначил вам аудиенцию во время «утреннего приема».

Через пять минут Валерий оглядел себя в зеркале.Перед ним был грант, очень смахивающий на вельможу при дворе Людовиков ХУ11 века. Именно такими их изображали в учебниках истории, по которым он учился в школе.

– Я готов, сударь,– сказал он де Тревилю.– Благодарю вас за заботу о моем внешнем виде.

– У меня к вам, посланник, убедительная просьба,– заискивающе попросил капитан.– Не касайтесь в беседе с королем темы «железной маски». Пусть это будет только между нами.

– Я разделяю ход ваших мыслей, сударь – успокоил его Валерий.

У нас с королем и без того хватит интригующих тем для обсуждения.

В назначенный час де Тревиль и Валерий заняли место в приемной Лувра. Король еще не выходил из своих покоев.

Спустя минут тридцать Людовик ХIII показался на пороге. Король был в хорошем расположении духа. И не случайно. Охота прошла как никогда удачно. Кардинал проиграл пари на результат футбольного матча. А впереди предстояла интригующая беседа с посланником далекого русского царя.

Не успел де Тревиль представить Валерия, как король его перебил, обращаясь к гостю:

– Благодарю вас, сударь, за организованную вчера игру. Такая дуэль более приемлема для выяснения отношений, чем поединки на шпагах, в результате которых мы теряем лучших воинов,– произнес Король.

– Да и интрига хорошая – я вчера выиграл пари с кардиналом.

– Рад услужить, ваше величество. И особая благодарность от ваших мушкетеров – они достойно оценили ваш выигрыш пари у кардинала.

Рядом с королем были десятка полтора его спутников. Окинув их взглядом, Валерий тихо обратился к королю:

– Ваше величество, суть разговора с вами, на который я рассчитываю, строго конфиденциален. Он касается многих проблем, решение которых не должно достичь сторонних ушей. Мой государь рассчитывает на это.

Король на секунду задумался и решил:

– В таком случае перенесем нашу беседу на вечер. Заодно поужинаем. Не возражаете, сударь?

– Вы, государь, приняли разумное решение. И оно будет еще более мудрым, если в нашей беседе примет участие человек, истинно преданный вам, который сможет взвалить на себя практическое исполнение наших с вами договоренностей.

– Кого вы имеете в виду?

– В вашем окружении лишь один такой человек – господин де Тревиль.

– Не возражаю,– согласился король.

Валерий и де Тревиль раскланялись с королем до вечера. По пути домой де Тревиль цвел и пах от оценки, которую ему дали Валерий и король. Он понимал, как ему повезло, что русский вышел именно на него.

Вечером король, де Тревиль и Валерий заняли свои места за столом в трапезной. Снаружи столовую охраняли Атос, Портос, Арамис и дАртаньян. Об этом заранее побеспокоился капитан.

После первого тоста за франко – русскую дружбу слово взял русский гость. Валерий остро ощутил, что от каждого его слова зависит не только его благополучие, но и жизнь.

– Если ваше величество позволит, я начну монолог.

Король утвердительно махнул головой, обгладывая жареную куропатку.

– Для меня было большой неожиданностью, когда царь заговорил о моей поездке в Париж. А когда он разъяснил мне суть задумки, я понял, что лучшей кандидатуры, чем я, его величеству не найти. Прежде всего, потому что должность советника царя совместила во мне навыки дипломата, воина, философа, аналитика, оратора.

Теперь о сути миссии. Мой государь проанализировал внешнеполитические отношения Российской империи и остался недоволен ими. Несмотря на показную доброжелательность Англии и Германии, эти страны тайно пытаются подорвать мощь России любыми способами.

Мы знаем, что у вас тоже не все гладко в отношениях с этими странами. Вот почему мой государь предлагает заключить договор о дружбе и сотрудничестве наших стран. А, кроме того, объединить наши усилия в противостоянии Англии и Германии. Можем также оговорить совместные военные действия против недругов. Это первое.

Второе – более тонкий, деликатный вопрос. В истории России часто кардинально менялась роль религии в обществе. Оказалось, что наиболее слабой страна становилась в то время, когда религия вмешивалась в дела государства и наоборот. Поэтому Михаил Федорович четко разделил полномочия церкви и государства. Религия отвечает за духовное здоровье народа, а – государство – за внешнюю и внутреннюю политику, за сильную армию, благосостояние людей. Такая политика обеспечила социальный мир в обществе.

– Думаю, ваше величество разделяет такую точку зрения моего государя. Не доверяет сказкам о первичной роли религии в государстве. Хотя я слышал, что такие сказки у вас рассказывают.

– Я знаю, кто их рассказывает, сударь,– вступил король.– Кто же, как не тот, кто бодрствует, когда я сплю, кто трудится, когда я забавляюсь, кто правит всеми делами внутри страны и за ее пределами – во Франции и в Европе.

– Его величество, по всей вероятности, подразумевает господа бога,– произнес «посланник,– ибо в моих глазах только бог может стоять так высоко над вашим величеством.

– Нет, сударь, я имею ввиду опору королевства, моего единственного слугу, единственного друга – господина кардинала.

– Господин кардинал – это еще не его святейшество.

– Что вы хотите сказать, сударь?

– Что непогрешим лишь один папа, и что эта непогрешимость не распространяется на кардиналов.

– Вы хотите сказать, что он обманывает? Что он предает меня?

– Нет, ваше величество,– ответил «посланник,– но я говорю, что сам он обманут.

– Я солидарен с вами, господин посланник,– признался король.– Но думаю, будет правильно, если об этом будут знать лишь я, вы и де Тревиль. Можете сообщить об этом вашему государю.

Участники этой «тайной вечери» еще выпили, закусили изысками с королевского стола. После чего «посланник» сделал дорогой подарок Людовику ХIII – пистолет ТТ из двадцать первого века, выданный за вершину мастерства инженеров Урала ХУII века.

Людовик поблагодарил за подарок и преподнес гостю свой – клинок в ножнах, богато украшенных золотом и драгоценными камнями.

Глава 10. Придворная интрига

После дежурства в Лувре, где он с мушкетерами охранял короля, гостя и своего капитана, дАртаньян отдыхал в своей комнате, снятой у г- на Бонасье. Неожиданно для гасконца хозяин квартиры попросил у него помощи. Он поведал, что его жену, кастеляншу королевы, похитили. Ему пришло письмо следующего содержания: «Не ищите вашу жену. Вам вернут ее, когда минет в ней надобность. Если вы предпримете какие- либо шаги – вы погибли. » О похищении сообщил крестный жены старший камердинер королевы Ла Порт. И здесь, как сказал Бонасье, замешана не так любовь, как политика.

– Господин кардинал преследует и притесняет королеву больше, чем когда- либо. И королева предполагает…

– Что же предполагает королева?

– Она предполагает, что герцогу Бекингэму отправлено письмо от ее имени. Суть письма, как предполагает Бонасье, вызвать герцога в Париж и заманить в какую- нибудь ловушку.

Оказалось, что похитивший жену Бонасье человек со шрамом на виске – незнакомец из Менга.

Раздумье д. Артаньяна – браться ли за дело, предложенное хозяином квартиры, – сподвигло последнего не требовать платы за квартиру и предложить ему за работу пистолей пятьдесят.

– Но что это? – неожиданно вскрикнул г- н Бонасье.

– Что?– спросил д Артаньян.

– Там, там…

– Где?

– На улице… Человек, закутанный в плащ.

– А… На этот раз,– воскликнул д Артаньян,– на этот раз он от меня не уйдет!

Выхватив шпагу, он выбежал из комнаты. Но, как и раньше, потерял его из вида.

Вернувшись в свою комнату, д, Артаньян застал там всех трех своих друзей.

– Планше,– обратился гасконец к своему слуге,– спустись вниз к хозяину и попроси принести нам полдюжины бутылок вина Божанси.

За столом д,Артаньян посвятил друзей в курс дела.

– Речь идет о женщине, которую похитили,– воскликнул д Артаньян.

– Осторожней,– заметил Арамис.– Женщина сотворена нам на погибель. Как источник всех наших бед.

Вдруг распахнулась дверь и в комнату зашел Валерий. Он слышал диалог д Артаньяна и Арамиса:

– Вы оба правы, хотя ваши мнения разнятся. Они двойственны, как и суть, характер женщин. Поделитесь со мной, может быть, в чем помогу…

Друзья помнили, кого охраняли в королевских покоях, а потому д Артаньян взял быка за рога:

– Я тревожусь не о госпоже Бонасье, а о королеве, которую покинул король, преследует кардинал и которая видит, как падают одна за другой головы всех ее приверженцев.

– С другой стороны, это ловушка для герцога Бекингэма. А должен признаться,– заметил Атос,– что англичанин этот достоин любви. Никогда не встречал я человека с более благородной внешностью.

Далее Арамис поведал, что на днях его и его даму в сумерках приняли за герцога и королеву. Во главе группы захвата был человек, очень похожий на незнакомца из Менга.

Договорились разойтись по домам, чтобы завтрашний день начать с поиска г- жи Бонасье.

– Именно здесь кроется разгадка всей интриги,– подвел итог «посланник».– И запомните: мы обязаны быть на стороне королевской семьи, сделать все от нас зависяще, чтобы сорвать любые планы кардинала.

Портос не выдержал:

– Сговаривайтесь с галантерейщиком, и за хорошую цену.

– Этого не нужно,– сказал «посланник».– Мне кажется, что если не заплатит он, нам хорошо заплатят другие… Сегодня мы вступаем в борьбу с кардиналом. Наш девиз: один за всех и все за одного!

Глава 11. Мышеловка: в чью пользу?

Друзья разошлись по домам. Что же касается д Артаньяна, то он засел у себя дома. Свою комнату превратил в наблюдательный пункт. А Валерий из окна соседнего дома наблюдал за д Артаньяном, чтобы, если надо, прийти ему на выручку и, кроме того, быть в курсе, что происходит в квартире г- на Бонасье.

«Мышеловка,– рассуждал Валерий,– отнюдь не изобретение того века. Как только общество изобрело полицию, полиция изобрела мышеловку». Это своим острым от природы умом уловил и д Артаньян. В комнате на первом этаже четыре полицейских устроили засаду. Все, кто приходил к г- ну Бонасье, попадали под арест. Допросы, перед началом которых задержанные обыскивались, сводились к следующему: «Не поручал ли г- н Бонасье (г- жа Бонасье) передать что- либо какому- либо лицу?»

Вечером, на другой день после ареста бедного Бонасье, кто- то постучал в дверь. Еще для кого- то захлопнулась мышеловка. Раздались женские крики, стоны, которые пытались заглушить.

– Госпожа Бонасье,– прошептал д Артаньян.– Неужели мне повезло, и я нашел то, что ищут все?

Женщина внизу пыталась сопротивляться четверым крепким мужикам

– Планше!– воскликнул д Артаньян., – шпагу… и беги за Атосом, Портосом и Арамисом. Ухватившись рукой за подоконник, он соскочил со второго этажа и тут же, подойдя к входным дверям, постучал. Дверь раскрылась и наш герой, обнажив шпагу, ворвался в квартиру г- на Бонасье.

Десяти минут было достаточно, чтобы нанести поражение полицейским. Они вылетели из своей мышеловки, словно стая испуганных ворон, оставив на полу перья, выдранные из крыльев. Другими словами – лоскутья одежды и обрывки плащей.

Д Артаньян остался наедине с г- жой Бонасье. То была очаровательная женщина лет 25 – 26- ти, темноволосая, с голубыми глазами, чуть – чуть вздернутым носиком, чудесными зубками. Мраморно- бледная кожа ее отливала розовым, подобно опалу. Ее можно было принять за даму высшего света.

Пока д, Артаньян и Бонасье рассыпались в любезностях, выясняли причины ареста дамы, ее роль в отношениях герцога Бэкингема и королевы; пока в крови мушкетера постепенно разгорался любовный огонь, к ним в комнату зашел «посланник», наблюдавший за происходящим со стороны. Он напомнил парочке, что пора покинуть помещение, поскольку полицейские с подмогой вот- вот появятся здесь.Те последовали мудрому совету. Г- жа Бонасье спряталась в доме Атоса, а д Артаньян, получив у девушки пароли, предупредил камердинера Ла Порта, игравшего на стороне королевы, о том, что произошло, и где можно найти г- жу Бонасье.

Пока д Артаньян в пылу страсти к г- же Бонасье невольно помог ей и герцогу избежать ловушек кардинала; пока Атос попал под арест вместо д Артаньяна; пока Портос и Арамис несли службу в Лувре; «посланник», пользуясь пропуском в Лувр, выданный де Тревилем, стал случайным свидетелем встречи Анны Австрийской с Бекингэмом. В его памяти отложились два эпизода.

Первый: Бекингэм сообщил Анне Австрийской, что он организовал экспедицию на остров Рэ и союз с протестантами Ларошели с целью начать военные действия с Францией. Они продлятся недолго и закончатся мирным договором. Вести переговоры будет поручено ему. Так он сможет видеть королеву каждый день без страха быть убитым.

И второй: Как залог памяти об Анне она подарила герцогу ларец с одной из своих подвесок.

Обладая такими важными сведениями, «посланник» продумал план ближайших действий вместе с подчиненными ему мушкетерами.

Правда, он значительно отличался от интерпретации тех же событий в романе А. Дюма.

Глава 12. О любовниках, старше его на три века

Прежде, чем посвятить в свой план мушкетеров, Валерий был вынужден предпринять несколько предварительных шагов, обеспечивающих безопасность их дальнейших действий. Пусть даже на непродолжительное время. Это позволяло быть на шаг впереди противника.

Дело в том, что Арман- Жан дю Плесси (кардинал де Ришелье), имея при дворе короля обширную сеть осведомителей, в общих чертах знал о встрече русского посланника с королем в присутствии де Тревиля. Осталось узнать о сути встречи. О причине переподчинения четверых мушкетеров зарубежному гостю. Решить эту проблему де Ришелье поручил миледи, справедливо понимая, что во время длительной поездки из России во Францию посланник был лишен возможности пользоваться чарами женского пола. Он рассчитывал, что русский клюнет на доступность миледи и может проговориться об интересующих кардинала вопросах.

Миледи не стала откладывать поручение шефа в долгий ящик. Тем боле, что внешние данные русского притягивали ее порочное естество.

Заметив пронзительные взгляды миледи, Валерий понял, откуда дует ветер, и пошел навстречу соблазнительнице. Кроме возможности донести до кардинала через нее дезинформацию, Валерию, как и любому мужчине, было интересно узнать, какими приемами любовных утех обладали женщины три века назад.

Бурная ночь, проведенная в апартаментах миледи, немного разочаровала Валерия: ничего нового в сексе от Миледи он не узнал. Правда, вспомнил слова своего одноклассника, ставшего ведущим врачом в их родном городе: «Что такое разврат? Это то, что не приносит удовлетворения одному из сексуальных партнеров. А если партнеры оба удовлетворены – значит, что бы они ни вытворяли в кровати – это все нормально».

Чтобы заинтересовать кардинала, заставить его пойти на встречу с русским, Валерий не дал миледи, по сути, никакой информации о встрече с королем, кроме намека на то, что она была исторической.

На миледи же бурная ночь произвела двойственное впечатление. Она была предельно удовлетворена опытом и мастерством в сексе ее загадочного партнера. Но, к сожалению, не смогла выполнить поручение шефа разузнать о содержании переговоров. А потому она не упустила «посланника» из своей медовой ловушки, справедливо считая, что теперь решение за кардиналом: продолжать ли работу с русским.

И еще, чтобы завершить тему этой бурной ночи. Если бы А.Дюма удалось каким- то неимоверным образом познакомиться с «красным дипломатом» Александрой Коллонтай, то, несомненно, образ миледи в точности соответствовал бы образу женщины, неукоснительно придерживающейся теории «стакана воды». Т.е. вступить с новым партнером в сексуальную связь – это все равно, что выпить стакан воды . Это так же полезно и необременительно.

Описанная выше, это была сексуальная атака на Валерия только с одной стороны. Второй удар по нему, еще до бурной встречи с д,Артаньяном, нанесла г- жа Бонасье, сопровождавшая в то время герцога Бекингэма и не сумевшая скрыть его присутствие и передвижение в Париже. Чтобы заручиться поддержкой «посланника» и не дать ему возможности сообщить о пребывании герцога в Лувре королю, она затянула в свои сети «посланника», а растянула их в доме графини де Шеврез.

Валерий был из той породы мужчин, родившихся под созвездием Близнецов, которые никогда и ни при каких условиях не могли отказать женщине, захотевшей обладать им. А потому, считая через час с лишним свою миссию завершенной (герцог уже встретился с королевой), г- жа Бонасье продолжила свои политические игры с Ла Портом, мушкетерами, Бекингэмом. А «посланник» остался в ее памяти лишь небольшим светлым эпизодом в ее такой еще короткой жизни.

Засыпая после любовных объятий двух дам, живших во Франции несколько веков назад, Валерий с тоской вспомнил Лару с соседней улицы, которая умела свести с ума любого мужика. Не то, что эти фифочки, которые старше его более чем на триста лет.

Глава 13. Шпионские страсти

Миледи не смогла выяснить у русского предмет его переговоров с королем. А потому де Ришелье пригласил «посланника» к себе в апартаменты на послезавтра, чтобы попробовать привлечь его в свой лагерь. Как говорится, чем черт не шутит… А миледи срочно отправил в Лондон, пообещав озадачить ее позднее.

По поводу Бекингэма кардинал вызвал Рошфора, начальника разведки, как окрестил его Валерий.

– Они виделись,– сообщил шефу вошедший Рошфор.

– Кто?– спросил кардинал.

– Она и он.

– Королева и герцог?– уточнил Ришелье.

– Да.

– Где же?

– В Лувре.

– Вы уверены?

– Совершенно уверен.

– Кто вам сказал?

– Госпожа де Ланнуа, которая, как вы знаете, всецело предана вашему преосвященству.

– Так… Здесь мы потерпели поражение. Постараемся отыграться. Как все это произошло?

– В половине первого ночи королеве передали платок от кастелянши. Королева заметно побледнела и сообщила, что удаляется минут на десять. Отсутствовала три четверти часа. Вернувшись, взяла ларчик розового дерева, с которым опять удалилась.

– Что находилось в ларце?

– Алмазные подвески, подаренные королеве его величеством.

– Прекрасно, Рошфор! Не все еще потеряно, и кто знает, кто знает… Все может быть к лучшему.

Здесь он вспомнил об арестованном и доставленном к нему г- не Бонасье.

– Введите арестованного, – отдал команду дежурному офицеру кардинал.

Г- на Бонасье ввели в кабинет.

– Вы обманули меня,– строго произнес кардинал.

– Я? Вскричал г- н Бонасье.– Чтобы я обманул вас, ваше высокопреосвященство!..

– Ваша жена,посещая улицы Вожирар и Лагари, заходила не к торговцам полотном. Она ходила к герцогине де Шеврез и к герцогу Бекингэму.

– Да,– произнес Бонасье,– верю, ваше преосвященство правы. Не могут торговцы полотном жить в таких домах – без вывесок. Жена просто смеялась на такие мои слова. Вы великий кардинал. Вы гений!

Сколь ни ничтожно было торжество над таким жалким созданием, кардинал все же один миг наслаждался им.

– Да, друг мой,– произнес кардинал отеческим тоном, который мог обмануть только людей, плохо знавших Ришелье.– Вас напрасно обвиняли, и поэтому вас следует вознаградить. Вот, возьмите этот кошель, в нем сто пистолей и простите меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.