Светлана Панина
Небесная канцелярия

Глава 1

– И тогда, поздней ночью, когда все уже уснули, Прометей взял маленький язычок огня, положил его в чашку, чтобы не обжечься… да, милый, у него не было зажигалки… и магия на Земле не работает… вот, и стал медленно спускаться на Землю, прыгая с облака на облако…

– Катерина!

Услышав насмешливый голос своего шефа, я едва не выронила телефонную трубку.

– Спокойной ночи, мой сладкий, я доскажу тебе, как приду в гости.

Положив трубку, я развернулась в кресле.

Шеф стоял в дверях. Глаза насмешливо глядели на меня.

Все-таки, он у меня красавец. Высокий, подтянутый, густые черные волосы с проседью. Если бы не мой Михаил – влюбилась бы!

– Зайди, – бросил шеф и скрылся за дверьми.

Я глянула на часы. Половина девятого. Мишка меня убьет.

Последняя мысль меня малость развеселила. Представила, как он будет пытаться это сделать, и, что у него получится.

Хихикнув, я взяла блокнот и двинулась в кабинет шефа. Хотела было открыть дверь сама, но, вспомнив, какая она тяжеленная, и мне, милому хрупкому ангелочку, нужно толкать ее всем телом, я чуть шевельнула пальцами, творя заклинание, и дверь медленно распахнулась.

Да, не любит шеф этого, не любит. Но и я не люблю до ночи просиживать на работе. Будем считать, что у нас один-один.

– Слушаю Вас, Петр Иудович! – деловито произнесла я, откидывая непокорную прядь и садясь на стул перед шефом.

Тот серьезно клацал по кнопочкам недавно подаренного ему Самым-Главным-Начальником ноутбука. Штука, конечно, практичная. Места занимает мало – сунул маленький кристалл в карман – и о’кей, при надобности поводил по нему пальцем – и вспыхнуло табло с кнопочками и призрачное окошко дисплея. Но в использовании жутко неудобная. И дорогая к тому же. Я давно заметила, что с возрастом у мальчиков меняется только стоимость игрушек, а вот отношение к ним до самой глубочайшей старости остается таким же, как и при рождении. Мой шеф был ярким тому подтверждением.

Через пару минут, Петр Иудович соблаговолил взглянуть на меня, за что был вознагражден моей преданной улыбкой.

– Катерина, у меня к тебе серьезный разговор.

– Я вас внимательно слушаю!

Для этих слов мне пришлось хорошенечко в себе порыться, чтобы отыскать самую глубокую преданность делу, которая смотрела уже третий сон.

– Мдя… – загадочно протянул шеф и причмокнул языком.

Я, все так же улыбаясь, пыталась растормошить клюющую носом преданность.

– Катерина, думаю, ты слишком много времени уделяешь этому мирку.

Шеф кивком указал на угол своего кабинета, где вот уже почти пять тысяч лет висел небольшой сине-зеленый шар. Чудный мир под названием Земля.

Я растерялась.

Мир мне действительно нравился. Очень. Готова поспорить, еще ни у кого не выходили такие отличные миры. И большую часть свободного времени на работе я проводила подле него. Тамошние жители были такие интересные! Они были… были… Даже не знаю, как их определить.

Не просто непредсказуемы. Они были искренни в своей непредсказуемости.

Не просто наивны, они обладали какой-то наивной мудростью, если можно так сказать.

Мне трудно найти определение. Вроде бы они все одинаковы, созданы по нашему же образу и подобию. Но они такие разные…

Просто поверьте мне на слово – потрясающий мир!

Но, чтобы я уделяла ему слишком много внимания!

– Петр Иудович, мне кажется, вы зря так думаете, – осторожно начала я. – Да, я протираю с него пыль, слежу, чтобы он висел ровно, был хорошо освещен, поливаю его иногда, записываю основные события… Я просто выполняю свои обязанности, не более того.

– Обязанности? – шеф поднял одну бровь.

И как это ему удается? Когда-то давно, я часами тренировалась перед зеркалом, пытаясь повторить это его движение. Даже магия не помогла!

– Катюша, посмотри на себя. Ты рассказываешь племяннику их, – еще один кивок в сторону Земли, – легенды. Ты одета по их же последней моде. Ты ругаешься их последними словечками, а вчера я слышал, как ты сказала «черт!».

– Я сказала?

У меня округлились глаза. Я даже перегнулась через стол, чтобы лучше видеть и слышать.

– Ты сказала.

– Я сказала «черт»? Блин, да я не могла такого сказать, голову дам на отсечение!

– Да? – протянул шеф.

Я осеклась.

Ладно, я действительно одеваюсь, как они. Ну нравится мне их одежда. Не то, что наши белые саваны, что вошли в моду этим летом. Ну что это? Балахон до пят, поясок из веревки, сандалии из перьев. Разве можно ходить в таком молодой очаровательной ангелице?

И легенды с мифами они красивые складывают. Заслушаешься! Я что ли в этом виновата? И как не дрогнуть девичьему сердцу? Вот и рассказываю и про Прометея, и про Геракла, и про Венеру, и про Будду, и про Шерлока Холмса.

Но чтобы я сказала «черт»! Упаси меня Главный!

Хотя… Если хорошо подумать… Вот же, елки-палки, ситуация…

– Ладно, Катерина. Все это лирика. Я это говорю к тому, что скоро этот мирок ждет утилизация. Так что прощайся, примерно неделя у тебя еще есть.

– Что? А… Как это? Зачем в утиль! Не надо в утиль! – заверещала я. – Петр Иудович! Умоляю! Отдайте лучше его мне, я его домой возьму, у меня племянников много. Пожа-а-а-алуйста!

– Катерина! Не буянь! Не мне тебе объяснять, что к чему! Этот мир создавался на пять тысячелетий. Срок, милая, срок. Подготовь все документы для утилизации. Все. А сегодня ты свободна, можешь идти домой.

И шеф уткнулся в свой «игрушечный» компьютер.

Я вылетела из кабинета. Даже не стала таиться и сотворила заклинание такой силы, что дверь едва не сорвало с петель. Пусть знает – я просто так не сдамся! Такой хороший мир – и в утиль!

Глава 2

– Знаешь, милый, они хотят отправить в утиль мою Землю, – пожаловалась я своему Михаилу.

Он как раз играл в какую-то новую компьютерную игру. Бегал по лабиринту узких коридоров, отстреливался от чертей и прочей нечисти, помогал раненым ангелам и спасал прекрасных ангелиц, которые в благодарность одаривали его то лечебным бальзамом, то новым заклинанием, то какой-то стреляющей арматуриной. А я еще слышала, как шеф обвинял моих землян в жестокости и чрезмерной агрессивности. Еще бы, сам же решил создать их по своему подобию.

Мишка что-то промычал в ответ. Я не разобрала, но, судя по тому, что как раз в этот момент он пытался победить какого-то жуткого вида демона, это было что-то вроде «Уйди, старуха, я в печали!».

Я задумалась. Посмотрела на потолок. Пошевелила губами. И у Мишки зазвонил телефон.

– Гром и молнии! Как не вовремя! – нажав на паузу, он вытянул руку, ловя подлетающую трубку. – Але! Але! Архангел Михаил на проводе, але!

Я тихонько похихикивала в подушку.

Фыркнув, Мишка бросил трубку и потянулся было к клавиатуре.

– Мишунь, поговори со мной…

Я обвила его ногами и потянула к себе. Мишка обеими руками схватился за стол.

– Катька, у меня бой!

Я потянула сильнее. Хорошо, ноги у меня длинные и натренированные. Стул чуть сдвинулся с места. Кажется, вместе со столом.

– Мишка, мне грустно, мне плохо, я буду плакать!

Вздохнув и состроив такую рожицу, что при одном взгляде на нее хотелось влепить подушкой, Мишка повернулся ко мне.

– Ну, слушаю тебя внимательно.

– Миш, Иудович хочет Землю утилизировать.

– Ну и что?

– Как это что? Мишка! – от возмущения я даже вскочила на ноги и стала горячо переубеждать своего суженного. – Это же моя Земля! Она такая клевая!

Мишка поморщился. Земные выражения, в отличие от меня, он не жаловал. Мне даже пришлось выслушать не одну лекцию о вреде чрезмерного увлечения мирами и их бытом.

– Мишка! – продолжала я. – Ты не понимаешь! Она действительно необычная! Я же не за одним миром присматривала! В позапрошлом тысячелетии Этру в утиль отправили – я ни слова не сказала! Два тысячелетия назад Мирту – то же самое! А когда я только перешла к Иудовичу, помнишь, у него был Вектарион?! Я же тоже им увлекалась, но, правда, не так, как Землей! Но я совсем не переживала, когда его забрали! Упаковала, последний раз полила, и сама отнесла в утилизаторскую! Помнишь?! Мишка!

– И что? – Мишка покосился на экран и наморщил лоб.

– Да как это что! Нельзя Землю в утиль! Нельзя! У меня руки не поднимаются документы оформлять!

– А тебе не кажется, что ты слишком много времени уделяешь этой Земле? Катюшка?

– А ты слишком много времени уделяешь игрушкам, – парировала я и плюхнулась на кровать. – Мишка, ну помоги! Неужели ничего нельзя сделать? Ведь не все же миры уничтожают, я знаю. Есть же Зал Славы…

Мишка снова метнул взгляд на экран, потом укоризненно посмотрел на меня. Наверно, он думал, что мне должен все сказать его взгляд, поэтому сам он молчал. Я же сделала вид, что ничего не понимаю.

– Миш, – я начала ныть. – Ну, скажи, ну зачем ему было нужно? Готовить проект. Продвигать его. Доказывать сотне комиссий, что он перспективный, оригинальный и самый наилучший. Целую неделю творить мир. Потом каждый день его изучать, заставлять меня за ним ухаживать, придумывать ему испытания, ставить эксперименты…

Я задумалась, вспоминая, что еще обычно с мирами делают.

Мишка усиленно делал вид, что внимательно меня слушает.

Через пару минут, так и не придумав, как использовать оставшиеся два пальца, я пихнула Мишку в бок.

– А, Мишка? Ты же в Экспертной Комиссии по мирам работаешь!

– О, молнию тебе в бок! Да подай апелляцию в Высший Суд. Может, и оставят твой мир.

– Так можно? – я рухнула на кровать и во все глаза уставилась на Мишку. – Я напишу заявление, и его оставят?

– Пойди, как там у тебя, почитай матчасть, – отмахнулся он и вернулся к своим демонам.

– Матчасть не читают, а изучают, – поправила я его, но Мишка, кажется, уже ничего не слышал.

Глава 3

– Ищешь, что почитать на ночь?

Я вздрогнула и выронила толстенный талмуд. Хорошо, успела отпрыгнуть. Если бы он упал мне на ногу – провалялась бы месяц в лазарете с переломанной ногой, и никакая магия бы не помогла.

Сначала я наклонилась за книгой. Висящий в воздухе магический фонарь метнулся за мной. Я специально создала его таким, чтобы не занимал руки.

И только после того, как книга заняла свое родное место, я повернулась на голос.

– Добрый вечер, Павел Люциферович.

Я выдавила улыбку.

Директор библиотеки был странным человеком. Дежурная улыбка на мрачном лице с пустыми глазами, серый балдахин, длинные волосы. Хотя, нужно отдать должное, волосы у него были отменные. Любая красавица обзавидовалась бы. Они отчетливо поблескивали в неярком свете моего магического и его обычного фонарей. Интересно, чем он их моет?

– И тебе добрый, но уже почти ночь.

Люциферович растянул свою фирменную улыбку. Но глаза так же холодно смотрели на меня.

– Мне неожиданно понадобилась одна книга. По юриспруденции, – еле выговорила я. Понапридумывают же слов!

– Как, неужели у Петра Иудовича проблемы? – улыбка сменилась озабочено поджатыми губками.

– А… Нет, я… Просто я повышаю свое образование.

Да, не зря в детстве нас пугали Люциферовичем. Мне становилась как-то не по себе. Старый библиотекарь буквально сливался с темнотой, только лицо выделялось светлым пятном с двумя бездонными дырами глаз. Бр-р-р… Я даже поежилась.

– Не всю же жизнь мне в секретаршах сидеть.

Люциферович снова нацепил улыбку.

– Давай зажжем свет. Чего мы в темноте разговариваем?

Я согласно кивнула. На свету Люциферович обычно выглядел менее пугающе.

– Вот и славно!

Он сверкнул глазами, и на зал обрушился свет.

Я зажмурилась, руки сами подлетели к глазам. Так и ослепнуть недолго!

– Слишком ярко, Катенька?

– Нет, Павел Люциферович, все в порядке.

Я наконец-то смогла открыть глаза, и, часто моргая, посмотрела на библиотекаря. Тот как-то расплылся, приняв причудливую форму и отчасти слившись со стеллажами. Жаль, что прямо на глазах силуэт обретал четкость, превращаясь из серой амебы в привычного библиотекаря с улыбающейся рожей. С амебой беседовать было бы забавнее.

– Итак, какую книгу ты ищешь? У меня большой выбор! – тоном опытного пиарщика заявил Люциферович, указывая на бесконечные стеллажи.

Я прошептала заклинание, и мой фонарь рассыпался миллиардом золотых искр. Это было красиво. Долго я тренировалась, чтобы гасить фонарь так эффектно.

Я довольно повела плечами и ответила:

– Мне нужен какой-нибудь свод законов по мирам. Все, что с этим связано.

– Так-так, – протянул библиотекарь, поглаживая подбородок. – Так-так-так… Неужели Петр Иудович решил добиться внесения Земли в Зал Славы?

– А… Нет, Павел Люциферович. Я должна подготовить все необходимые документы для утилизации. Хочу кое-что вспомнить. Да и вообще, просветиться и быть умной, – улыбнулась я.

Библиотекарь задумался. Обвел взглядом зал, чуть заметным движением поправив какую-то книгу в дальнем углу. Пожевал губами. Снова погладил подбородок.

– А знаешь, Катерина, я ведь тоже принимал участие в создании Земли.

– Вы были помощником Петра Иудовича! – воскликнула я, припоминая эту старую историю.

И ведь правда! Когда меня перевели на работу к моему Иудовичу, скандал с увольнением Люциферовича как раз затихал. В чем-то он ссамовольничал при создании Земли, кажется, что-то добавил, времени переделывать уже не оставалось, поэтому пришлось проект оставить таким, как есть, а Люциферовича уволить, дабы другим неповадно было.

– Я был его заместителем! – гордо прогремел библиотекарь. Потом огляделся, поманил меня к себе и зашептал на ухо. – А ведь сущий пустяк сделал – змей развел.

– Змей? Вот блин! Так значит… – воскликнула я и захлопнула ладошкой рот.

Так вот в чем дело на самом деле! Неудивительно тогда, что его уволили.

– Но так даже лучше, – уже в полный голос, не обратив на меня внимания, продолжал Люциферович. – От них столько пользы! Эта как раз та изюминка, которой не хватало его ранним мирам.

В этом я сомневалась. На Земле змей что-то недолюбливали. Кроме того, связанные с ними события о пользе делу не говорили.

– Тебе нравится Земля. И ты не просто так интересуешься Мировым Кодексом.

Библиотекарь не спрашивал. Он просто констатировал факт.

– С чего Вы взяли, Павел Люциферович?

Я выдавила улыбку. Люциферович, не мигая, смотрел на меня. Два черных глаза поблескивали отражающимися в них светильниками. И я стала понимать, как чувствует себя земной кролик перед земным же удавом.

Да и вообще, если людей Иудович создал по своему образу и подобию, то не создал ли Люциферович этих своих змей по своему?

И я заулыбалась еще сильнее.

– Понимаешь ли, Катюша… Это очевидно. Ты зачитываешься земными книгами. Что у тебя в активе?

Люциферович вытянул руку и зашевелил пальцами. Над моей головой что-то пронеслось, заставив меня присесть. Благо реакция хорошая!

Подняв глаза, я увидела огромную книгу, парящую перед библиотекарем.

– Посмотрим…

Я выпрямилась.

– Ага! – воскликнул Люциферович. – Катерина Небесная. Так… Конан Дойл – «Возвращение Шерлока Холмса». Шекспир – «Ромео и Джульетта». – Люциферович взглянул на меня. – В пятнадцатый раз перечитываешь! Далее, Пушкин – сборник стихов. Роулинг – «Гарри Поттер и Дары смерти». Книга о вкусной и здоровой пище. Эта-то тебе зачем?

Я, нахмурившись, молчала.

Нет, ну это надо же, третий раз за день меня упрекают в чрезмерном увлечении Землей, да еще и аргументировано!

Люциферович захлопнул книгу.

– А домой ты заказала репродукцию «Черного квадрата» Малевича, – добавил он.

– Все претензии к Петру Иудовичу, это он этот мир создал! – я наконец нашла, что сказать.

Люциферович отправил книгу обратно. На этот раз она плавно обогнула меня, хотя я и успела пригнуться.

– Ну так ты решила спасти Землю?

– Это из области доказать недоказуемое?

Я тянула время. Я пыталась понять, зачем Люциферович меня пытает и что ему нужно.

– Это из области подрастешь – тоже помудреешь, – Люциферович сорвал со своего лица улыбку. – Я не спрашиваю, зачем тебе это. Мне хочется знать, хочешь ли ты, чтобы Земля вошла в Зал Славы.

В конце концов, почему я так заупрямилась? Ну и что с того, если Люциферович узнает о том, что я не хочу, чтобы Землю утилизировали? Я и так всем уши прожужжала, что считаю это несправедливым. Так что изменится, если я скажу еще и Люциферовичу? И я с вызовом выпалила:

– Да, хочу!

Глава 4

Мы сидели в небольшой коморке, служащей Люциферовичу и кабинетом, и спальней одновременно. Даже удивительно, как в такой маленькой комнатке умещалось столько вещей! Стол, огромный шкаф без зеркала, пара стульев, мягкое кресло – в этом отношении Люциферович, как и я, оказался консерватором. Тоже не стал покупать современную мебель, которая готова за тобой по пятам носиться – вдруг посреди комнаты прилечь или присесть вздумаешь. Такое в больнице удобно, за еле стоящими на ногах больными ухаживать, а дома должны быть спокойствие и уют. А вот тумба с аппаратурой новомодного домашнего развлекательного центра и тонкие стойки с кристаллами памяти имелись, и довольно хорошие, может быть, даже получше, чем у моего шефа.

Я расположилась на огромном белоснежном диване. Ощущение было такое, словно сижу на пушистом облаке.

Люциферович принес чашечки с ароматным вином, прищелкнул пальцами, и поднос удобно повис в воздухе. Кряхтя и надувая щеки, библиотекарь стал устраиваться на полу.

– Итак, сразу к делу? – Мелькнула и погасла улыбка. – Я разъясню тебе существующий порядок вещей.

Я кивнула. Потянувшись к подносу, взяла чашечку и сделала маленький глоток. Прислушалась к себе. Травить меня, кажется, не собирались. Вино было отменным, и по телу сладкой истомой разлилось тепло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.