# Восемь идеальных убийств

Питер Свонсон

ДЕТЕКТИВ ПРО ВОСЕМЬ ЗНАМЕНИТЫХ РОМАНОВ

С ИДЕАЛЬНО ПРОДУМАННЫМИ ПРЕСТУПЛЕНИЯМИ.

ОДА КЛАССИКЕ ЖАНРА.

Книги автора переведены на 30 языков мира.

Как избежать наказания за убийство?

Оно должно казаться невозможным.

Это серия нераскрытых убийств, у которых есть общая черта: каждое из них практически копирует преступление, описанное в одном из классических детективных романов…

Расследование приводит агента ФБР Гвен Малви в книжный магазин «Старые черти», специализирующийся на остросюжетной литературе. Его владелец Малколм Кершоу однажды запостил в Интернете рейтинг книг, озаглавленный «Восемь идеальных убийств». Связь этого списка с преступлениями видна невооруженным глазом – убийца уже «использовал» входящие в него романы «Убийства по алфавиту» Агаты Кристи, «Незнакомцы в поезде» Патриции Хайсмит, «Тайная история» Донны Тартт…

Остановят ли убийцу, прежде чем он совершит все восемь идеальных убийств?

«Гениальная игра в кошки-мышки». – The Times

«“Восемь совершенных убийств” порождают у читателя различные ожидания, чтобы затем безжалостно разрушить их, и создают подозреваемых, которые отпадают один за другим». – Wall Street Journal

«Хитрющий детектив в стиле “кто-это-сделал”». – New York Times Book Review

«Захватывающе оригинально… Это… многослойная тайна, наполненная двуличием, предательством и местью – и все это не на поверхности… Свонсон знает толк в мести и убийствах. Читатели не будут разочарованы». – USA Today

«Очень увлекательно». – Daily Mail

«Умно и интригующе… Настоящее пиршество для всех фанатов острого сюжета: убийца, воплощающий в жизнь классику жанра. И не успеете вы произнести «Агата Кристи», как Свонсон уже порвет вас на кусочки крутыми поворотами своего сюжета… Высший пилотаж». – Лиза Гарднер

«Адски классное развлечение». – Энтони Горовиц

*В книгах Inspiria, выпущенных в 2020 году, доступен к прослушиванию только пробный фрагмент аудио. В книгах, выпущенных позже 2020 года, мы предоставляем доступ к полной аудиоверсии.

Peter Swanson

EIGHT PERFECT MURDERS

Eight Perfect Murders Copyright © 2020 by Peter Swanson.

All rights reserved.


Серия «Tok. Детектив в кубе»


© Артём Лисочкин, перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление.

ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *


> «Гениальная игра в кошки-мышки».

> The Times

> «„Восемь идеальных убийств“ порождают у читателя различные ожидания, чтобы затем безжалостно разрушить их, и создают подозреваемых, которые отпадают один за другим».

> Wall Street Journal

> «Хитрющий детектив в стиле „кто-это-сделал“».

> New York Times Book Review

> «Захватывающе оригинально… Это… многослойная тайна, наполненная двуличием, предательством и местью, и все это не на поверхности… Свонсон знает толк в мести и убийствах. Читатели не будут разочарованы».

> USA Today

> «Очень увлекательно».

> Daily Mail

> «Умно и интригующе… Настоящее пиршество для всех фанатов острого сюжета: убийца, воплощающий в жизнь классику жанра. И не успеете вы произнести «Агата Кристи», как Свонсон уже порвет вас на кусочки крутыми поворотами своего сюжета… Высший пилотаж».

> Лиза Гарднер

> «Адски классное развлечение».

> Энтони Горовиц

> Королям, королевам, а заодно и принцам —

> Брайану, Джен, Аделаиде, Максин, Оливеру и Джулиусу

> Предупреждение: хотя то, что вы сейчас прочтете, – в основном чистая правда, некоторые события и диалоги мне пришлось воспроизвести по памяти. Имена и отличительные признаки некоторых персонажей изменены, дабы не ставить под угрозу ни в чем не повинных людей.


## Глава 1

Распахнулась дверь, и я услышал, как агент ФБР обивает ноги о коврик перед входом. Только что повалил снег, и в магазин тут же ворвалась тугая волна ледяного воздуха, переполненного кипучей энергией. Дверь за агентом – вернее, агентессой – захлопнулась. Должно быть, звонила она уже на подходе, поскольку с того момента, как я согласился встретиться с ней, прошло не больше пяти минут.

Если не считать меня, в магазине не было ни души. Даже не знаю, зачем я вообще в тот день открылся. Прогноз обещал сильную метель еще с самого утра, и к вечеру ожидалось выпадение более двух футов снега. Бостонские средние школы объявили укороченный учебный день, а назавтра и вовсе собирались отменить занятия. Я позвонил двум своим сотрудникам, которым предстояло появиться на работе – Эмили в утреннюю смену, Брендону в вечернюю, – и велел им обоим сидеть дома. Ввел логин и пароль аккаунта «Старых чертей» в «Твиттере» и совсем было уже собрался разместить объявление, что на время снегопада мы закрыты, но что-то меня остановило. Может, это была мысль о перспективе проторчать весь день у себя в квартире… Да и жил я меньше чем в полумиле от магазина.

В общем, решил все-таки отправиться на работу – ладно, в крайнем случае просто проведу какое-то время с Ниро, наведу порядок на полках, а может, даже подготовлю к отправке кое-какие интернет-заказы.

Небо цвета гранита уже вовсю грозило разродиться снегом, когда я отпирал переднюю дверь на Бери-стрит, что в Бикон-Хилл[1]. Райончик далеко не самый торговый, но у нас своя специфика – книжный магазин «Старые черти» специализируется исключительно на детективах, новых и букинистических, – так что большинство наших покупателей целенаправленно нас разыскивают или попросту заказывают книги прямо с нашего веб-сайта. В обычный четверг первого февраля я не был бы особо удивлен, повидав за весь день от силы десяток посетителей – если только, естественно, не намечалось какое-нибудь мероприятие. И все же всегда было чем заняться. Плюс имелся еще и Ниро, наш магазинный кот, который терпеть не мог пребывать весь день в полном одиночестве. Вдобавок я не помнил, оставил ли ему вечером корма в расчете на непредвиденный выходной. Как оказалось, видимо, не оставил, поскольку он сразу же метнулся по паркетному полу мне навстречу. Это был рыжий кот неопределенного возраста, просто идеальный для такого магазина, как наш, – в первую очередь по причине своего желания (рвения, на самом-то деле) благосклонно принимать проявления бурной любви со стороны совершенно незнакомых людей. Я включил везде свет, покормил Ниро, а потом сварил себе кофе. В одиннадцать появилась Маргарет Люмм, из наших постоянных.

– Чего это вы открылись? – поинтересовалась она.

– А чего это вам дома не сидится?

Маргарет продемонстрировала мне два пакета из дорогого продуктового магазина на Чарльз-стрит.

– Провизия! – объявила она со своим аристократическим прононсом.

Мы немного поговорили про последний роман Луизы Пенни[2]. Говорила в основном Маргарет. Я сделал вид, будто читал его. На тот момент мне вообще часто приходилось делать вид, будто я прочел ту или иную вещь. Хотя на самом деле читал лишь рецензии в основных специализированных изданиях, естественно, и регулярно заглядывал на книжные блоги в Интернете. Один из них назывался «Диванный спойлер», и в отзывах там регулярно рассказывалось, чем кончилось дело в какой-нибудь недавно вышедшей книге. У меня давно уже не хватало пороху на современные детективные романы – лишь иногда перечитывал что-нибудь особо полюбившееся с детства, – так что книжные блоги давно стали неотъемлемой частью моей жизни. Наверное, можно было бы проявить честность, признаться людям, что я давно потерял интерес к детективам, что сейчас перед сном читаю в основном историческую прозу или поэзию, но я предпочитал врать. Тем немногим людям, которым я все-таки говорил правду, тут же хотелось знать, с чего это я пустил детективы побоку, а это не та тема, которую мне особо хотелось обсуждать.

Маргарет Люмм я благополучно сплавил с подержанным экземпляром «Рукопожатия навсегда» Рут Ренделл[3], который она, на девяносто процентов, так никогда и не прочтет. Потом устроил себе обеденный перерыв, подкрепившись прихваченным из дома сэндвичем с куриным салатом, и совсем уже подумывал на сегодня закончить труды, когда зазвонил телефон.

– Книжный магазин «Старые черти», – ответил я.

– Можно Малколма Кершоу? – женский голос.

– У телефона, – отозвался я.

– О, отлично! Это специальный агент Гвен Малви из ФБР. Не уделите ли мне немного времени? Мне хотелось бы задать несколько вопросов.

– Ну давайте… – проговорил я.

– Прямо сейчас нормально?

– Да, конечно, – отозвался я, думая, что мы пообщаемся по телефону, но вместо этого она сказала, что прямо сейчас будет у меня, после чего моментально отсоединилась. Я секунду стоял с трубкой в руке, пытаясь представить себе, как может выглядеть агент ФБР по имени Гвен. Голос у нее по телефону был довольно скрипучий, так что я вообразил себе нечто предпенсионного возраста – строгую неулыбчивую особу в темном плаще.

Через несколько минут агент Малви толкнула входную дверь, и выглядела она совершенно не так, как я ее себе представлял. Чуть за тридцать, если даже не меньше, в джинсах, заткнутых в ярко-зеленые сапожки, в пухлой зимней куртке и белой вязаной шапочке с помпончиком. Потопав ногами по коврику у двери, нежданная гостья стащила шапочку и подошла к прилавку. Я вышел из-за кассы ей навстречу, и она протянула руку. Рукопожатие у нее было твердым, но рука оказалась холодной и влажной.

– Агент Малви? – уточнил я.

– Да, здрасте. – На ее зеленой куртке таяли снежинки, оставляя темные пятна. Она коротко тряхнула головой – кончики ее тонких светлых волос тоже промокли. – Не думала, что вы открыты.

– Вообще-то, как раз собирался закрываться.

– Вот как? – произнесла Малви. На плече у нее висела кожаная сумка на ремне, которую она стащила через голову, а потом расстегнула куртку. – Но какое-то время у вас есть?

– Есть. И мне, честно говоря, просто любопытно. Может, поговорим у меня в кабинете?

Отвернувшись, агент Малви бросила взгляд на входную дверь. На шее, под молочно-белой кожей, проступили напрягшиеся жилы.

– А вы услышите, если войдет кто-нибудь из покупателей? – спросила она.

– Не думаю, что такое произойдет, но да, услышу. Прошу – вон туда.

Мой кабинет представлял собой не более чем подсобку на задах магазина. Я подвинул агенту Малви стул, обошел вокруг стола и уселся на свое далеко не офисного вида кожаное кресло, из которого вдобавок кое-где торчала мягкая набивка.

– Ой, простите, – произнес я, – совсем забыл спросить: может, хотите чего-нибудь? Вроде кофе в кофеварке еще остался.

– Нет, все нормально, – отозвалась она, снимая курку и ставя свою сумку – вообще-то, скорее портфель – на пол рядом с собой. Под курткой на ней оказался черный свитер с круглым вырезом под самое горло. Теперь, когда я наконец-то смог как следует ее рассмотреть, то осознал, что не только кожа у нее бледная. Она вся была какая-то бледная: волосы, губы, почти прозрачные веки; даже очки в тонкой проволочной оправе едва различались у нее на лице. Трудно было в точности понять, как она выглядит, – казалось, что какой-то художник, набросав ее черты, тут же растер карандашные линии пальцем, превращая их в нечто размытое.

– Прежде чем мы приступим, мне хотелось бы попросить вас ни с кем не обсуждать то, о чем сейчас пойдет речь. Кое-что из этого является информацией публичного характера, а кое-что нет.

– Теперь я уже по-настоящему заинтригован, – ответил я, ощутив, как убыстряется пульс. – И да, можете быть уверены – никому я ничего не расскажу.

– Отлично, спасибо, – произнесла Малви и вроде как немного расслабилась, опустив плечи. Подняла глаза на меня: – Вы слышали про Робин Каллахан?

Робин Каллахан была ведущей местных теленовостей, которую полтора года назад обнаружили убитой в собственном доме в Конкорде, примерно в двадцати пяти милях к северо-западу от Бостона. Это событие еще долго оставалось основным сюжетом для ее коллег, и, несмотря на подозрения в адрес бывшего мужа телезвезды, никого так и не арестовали.

– Про убийство-то? – отозвался я. – Естественно.

– А имя Джей Брэдшоу вам что-нибудь говорит?

Я ненадолго задумался, после чего покачал головой.

– Вряд ли.

– Он жил в Деннисе, на Мысу[4]. В августе его нашли забитым до смерти в собственном гараже.

– Нет, – сказал я.

– Точно?

– Точно.

– Ну, а Итан Бёрд?

– Вроде что-то знакомое…

– Это студент из Массачусетского университета, который пропал с год назад.

– Ну да, точно! – Я действительно помнил этот случай, хотя и не во всех подробностях.

– Его нашли закопанным на территории национального парка в Ашленде[5], откуда он родом, примерно через три недели после того, как он пропал.

– Да, теперь припоминаю… Шуму в прессе тогда было много. А все эти три убийства как-то связаны между собой?

Малви, которая устроилась напротив меня на деревянном стуле, наклонилась и протянула было руку к своей сумке-портфелю, но тут же отдернула ее, словно в последний момент передумала.

– Мы так не думали, поначалу, – если не считать того, что все они не раскрыты. Но потом кто-то обратил внимание на имена. – Она сделала паузу, словно давая мне возможность перебить ее. А потом перечислила: – Робин Каллахан. Джей Брэдшоу. Итан Бёрд.

Я ненадолго задумался. Наконец произнес:

– По-моему, этот тест я не прошел.

– Не спешите, – попросила Малви. – Или могу подсказать…

– Все имена имеют отношение к птицам? – уточнил я.

Она кивнула.

– Вот именно. Малиновка, сойка и, наконец, просто птица[6]. Немного притянуто за уши, я понимаю, но… если не вдаваться в излишние подробности, то после каждого убийства в местные отделы полиции, ближайшие к месту преступления, поступило… поступило то, что очень похоже на некое послание от убийцы.

– То есть они все-таки связаны между собой?

– Похоже, что в этом – да. Но они с равным успехом могут быть связаны и в чем-то еще. Эти убийства ничего вам не напоминают? Я вас спрашиваю, поскольку вы в некотором роде эксперт по детективной литературе.

Секунду я смотрел в потолок кабинета, после чего задумчиво проговорил:

– Пожалуй, все это и вправду похоже на нечто литературное – на какой-то роман про серийного убийцу или на что-то из Агаты Кристи…

Она села немного прямей.

– На какой-то определенный роман Агаты Кристи?

– С ходу приходит на ум «Зернышки в кармане», по какой-то причине. Там есть птицы?

– Не знаю. Но я вообще-то не про него подумала.

– А еще это в чем-то похоже на «Убийства по алфавиту», – добавил я.

Агент Малви улыбнулась, словно только что выиграла приз.

– Точно! Как раз про эту-то вещь я первым делом и подумала.

– Потому что больше ничего не связывает жертв между собой, кроме имен.

– Вот именно. Ну, и плюс еще послания полиции. В этой книге Пуаро получает письма от убийцы, который подписывается «Эй-би-си»[7].

– Выходит, вы ее читали?

– Да, лет в четырнадцать. Я прочла почти все книги Агаты Кристи, так что наверняка и ее читала.

– Эта у нее одна из лучших, – произнес я после короткой паузы. Никогда не забуду этот сюжет Кристи. Там целая серия убийств, а связывают их между собой как раз имена жертв. Сначала убивают человека с инициалами «А.А.» в городе, название которого начинается на «А», потом человека с инициалами «B.B.» в городе на «B»… В общем, вы поняли. В конце выясняется, что злоумышленнику на самом-то деле требовалось убить только одного из них, но он подал это как серию убийств, совершенных каким-то психом, помешанным на алфавите.

– Думаете? – спросила Малви.

– Да. Это один из ее лучших сюжетов, тут и спорить нечего.

– Подумываю еще разок ее перечитать, но пока что ограничилась Википедией, чтобы освежить в памяти сюжет. Там в этой книге еще и четвертое убийство есть.

– По-моему, да, – сказал я. – Последним убили того, чье имя начиналось на «D». И оказалось, что хоть убийца и подал все так, будто этим всю дорогу занимался какой-то сумасшедший, на самом деле он хотел убить лишь одного конкретного человека. Так что все остальные убийства были не более чем прикрытием.

– Да, так и написано в кратком изложении сюжета в Википедии. В книге намеченной жертвой с самого начала был тот, чьи имя и фамилия начинались с буквы «С».

– Ну да, – сказал я, начиная уже теряться в догадках, по какой это причине агент Малви вообще обратилась ко мне. Только лишь потому, что я владелец книжного магазина, специализирующегося на детективах? Ей нужен экземпляр? Но если дело в этом, зачем тогда было спрашивать по телефону именно меня? Если ей просто был нужен кто-то, кто работает в магазине детективов, то она могла зайти и поговорить с кем угодно из продавцов, без всякого звонка.

– Можете еще что-нибудь рассказать про эту книгу? – спросила Малви, почти сразу же добавив: – Как эксперт.

– Это вы про меня? – хмыкнул я. – Вообще-то какой из меня эксперт… Но что вас конкретно интересует?

– Ну не знаю… Все что угодно. Я надеялась, это вы мне расскажете.

– Ну что ж, если не считать того факта, что какой-то странный тип ежедневно заявляется в магазин и каждый раз покупает экземпляр «Убийств по алфавиту», то просто и не знаю, что вам еще рассказать.

Глаза Малви на миг взлетели вверх, прежде чем она осознала, что я просто пошутил – ну, или по крайней мере попытался, – и на губах у нее тут же возникла легкая понимающая улыбка.

– Думаете, что все эти ваши убийства имеют какое-то отношение к книге? – спросил я.

– Еще как думаю. Было бы просто невероятно, если б это было не так.

– То есть вы считаете, что кто-то копирует сюжеты из книг, чтобы безнаказанно совершать убийства? Что кто-то хотел убить Робин Каллахан, к примеру, но потом кончил всех этих остальных людей, чтобы все подумали на серийного убийцу, помешанного на птицах?

– Не исключено, – произнесла агент Малви, потирая пальцем крыло носа под левым глазом. Даже ее маленькие руки были бледными, ногти без лака. Она опять притихла. Это была странная беседа, полная пауз. Наверное, Малви надеялась, что это я заполню тишину. Я тоже решил промолчать.

Через какое-то время она произнесла:

– Вам, наверное, интересно, почему мне захотелось с вами поговорить.

– Да, – признался я.

– Прежде чем я вам скажу, мне хотелось бы задать вопрос касательно еще одного недавнего дела.

– Давайте.

– Вы наверняка ничего про это не слышали. Про человека по имени Билл Мансо. Его нашли возле железнодорожных путей в Норуолке, штат Коннектикут, еще весной. Он постоянно ездил на одном и том же поезде, и поначалу все выглядело так, будто он сам из него выпрыгнул, но теперь представляется, что его убили в каком-то другом месте и бросили на рельсы.

– Нет, – произнес я, мотая головой. – Ничего про это не слышал.

– А это вам ничего не напоминает?

–Что именно может мне что-то напоминать?

– Природа его смерти.

– Нет, – сказал я, но это не была полная правда. Это действительно мне кое-что напомнило, но я никак не мог сообразить, что именно. – Не думаю, – добавил я.

Малви опять выжидала, и я произнес:

– Не хотите мне все-таки сказать, к чему все эти вопросы?

Расстегнув молнию свой кожаной сумки, она достала единственный листок бумаги.

– Помните список, который вы составили для интернет-блога этого магазина, еще в две тысячи четвертом году? Список под названием «Восемь идеальных убийств?»

## Глава 2

В книжных магазинах я начал работать сразу после окончания колледжа в тысяча девятьсот девяносто девятом. Вначале недолго в «Бордерс»[8] в центре Бостона, потом директорствовал в одном из тех немногих магазинчиков в районе Гарвард-сквер, что не достались какой-нибудь крупной торговой сети и ухитрились сохранить независимость. «Амазон»[9] как раз только что окончательно выиграл войну за всемирное господство, и большинство подобных мелких лавочек схлопнулись, как хлипкие палатки под напором налетевшего урагана. Но магазинчик под названием «Красная линия» упорно держался на плаву, частично благодаря старой клиентуре, не способной освоить покупки в Интернете, но в основном благодаря своему основателю, Морту Абрамсу, единолично владеющему двухэтажным кирпичным зданием, в котором размещался торговый зал, – это избавляло нас от такой существенной статьи расходов, как арендная плата. В «Красной линии» я проработал пять лет – два года заместителем директора, а потом три уже директором и по совместительству закупщиком книг. Моей специальностью была художественная литература, прежде всего остросюжетная.

Работая в этом магазине, я также встретил свою будущую супругу, Клэр Мэллори, которая поступила сюда на работу продавщицей сразу после того, как ее вышибли из Бостонского университета. Мы поженились в тот год, когда Морт Абрамс потерял свою жену – после тридцати пяти лет совместной жизни, от рака груди. Морт и Шерон, которые жили в двух кварталах от магазина, были нашими лучшими друзьями, вообще-то едва ли не суррогатными родителями, и потеря Шерон далась нам нелегко, особенно по той причине, что это событие отобрало у Морта последний вкус к жизни. Через год после ее смерти он сообщил мне, что закрывает магазин – если, конечно, у меня нет желания его выкупить и взять дело в свои руки. Я поразмыслил над этим, но к тому моменту Клэр уже ушла из «Красной линии» и работала на местной станции кабельного телевидения, плюс меня не слишком-то вдохновляли ненормированный рабочий день и финансовые риски, с которыми связано управление собственным предприятием. Я связался со «Старыми чертями», магазином детективной литературы в Бостоне, и Джон Хейли, в то время его владелец, придумал для меня подходящую должность. Мне предстояло стать менеджером по организации всевозможных мероприятий, но также в мои обязанности входило наполнение контентом бурно растущего интернет-блога магазина – места общения любителей детективного жанра. Мой последний рабочий день в «Красной линии» стал и последним днем работы магазина. Мы с Мортом вместе заперли входные двери, а потом я последовал за ним в его кабинет, где мы выпили односолодового виски из запыленной бутылки, некогда подаренной ему Робертом Паркером[10]. Помню, как думал, что Морт, оставшись без жены и без магазина, вряд ли переживет зиму. Я ошибался. Он пережил и зиму, и весну, но все-таки ухитрился умереть следующим летом в своем загородном домике на озере Виннипесаки, буквально за неделю до того, как мы с Клэр должны были заглянуть к нему в гости.

«Восемь идеальных убийств» были моим первым произведением для блога «Старых чертей». Джон Хейли, мой новый босс, попросил меня накидать список моих самых любимых детективных романов, но взамен мне вдруг пришла в голову мысль составить перечень лучших «идеальных убийств» в истории детективной литературы. Сам точно не знаю, почему на тот момент был пока не склонен делиться собственными читательскими предпочтениями, – помню лишь, как решил, что тема «идеальных убийств» может увеличить число просмотров сайта. Это было примерно в то время, когда несколько подобных блогов взлетели в самый топ, сделав своих авторов богатыми и знаменитыми. Помню, кто-то вел блог о приготовлении различных блюд по рецептам Джулии Чайлд[11], день ото дня, и потом из всего это получилась книжка, и даже кино по ней сняли. Наверное, тогда меня охватило нечто вроде мании величия – при мысли о том, что платформа моего блога способна превратить меня в публичную личность, пользующегося всеобщим доверием знатока детективной литературы. Клэр лишь добавляла масла в огонь, постоянно повторяя, что этот блог, по ее мнению, взорвет Интернет, что я наконец-то обрету свое истинное призвание – литературного критика в остросюжетной области. Правда же заключалась в том, что свое призвание я уже и так обрел – по крайней мере, как я тогда думал, – профессию книготорговца, вполне довольствующегося теми сотнями минутных контактов, из которых и состоит каждодневная жизнь продавца книг. Хотя, по большому счету, мне всегда было куда интересней читать книги, чем продавать их, – вот в чем на самом деле заключалось мое истинное призвание.

Несмотря на все это, я почему-то стал рассматривать свои «Восемь идеальных убийств» – даже еще пока не написанные – как нечто куда более значимое и перспективное, чем на самом деле. Мне предстояло задать тон блогу, заявить о себе всему миру. Я хотел, чтобы это произведение получилось безупречным, причем не только с точки зрения стиля, но и содержания. Упомянутые в нем книги должны были представлять смесь хорошо известного и чего-то почти забытого. Наряду с «Золотым веком детектива» следовало обязательно представить и какой-нибудь современный роман. Под конец я уже потел над этим списком целыми днями, всячески доводя до ума, – добавлял новые наименования, изымал имеющиеся, рылся в книгах, которые до сих не удосужился прочитать… По-моему, единственная причина, по которой я его все-таки закончил, это потому что Джон начал ворчать, что я так до сих пор ничего в блоге и не написал. «Это же блог! – возмущался он. – Просто, блин, накидай список этих чертовых книг и повесь на сайт! Чай, не докторскую диссертацию пишешь!»

Пост вышел, вполне себе в тему, аккурат на Хеллоуин. Читаю его сейчас и малость вздрагиваю. Многословно, даже претенциозно временами. Просто так и слышишь между строк: «Ну похвалите же меня!» Вот что в итоге получилось:

ВОСЕМЬ ИДЕАЛЬНЫХ УБИЙСТВ

> Малколм Кершоу

> Припомним для начала бессмертные слова Тэдди Льюиса из «Жара тела», недооцененного неонуара Лоуренса Кэздана[12], вышедшего на экраны в 1981 году: «Всякий раз, когда пытаешься совершить достойное преступление, у тебя пятьдесят вариантов обосраться. Если тебе приходит в голову хотя бы двадцать пять из них, тогда ты гений… а никакой ты не гений». Верно подмечено; и все же история детективной литературы кишмя кишит преступниками, в основном мертвыми или сидящими за решеткой, которые пытались совершить почти невозможное – идеальное преступление. И многие из них стремились добиться идеала на самой вершине преступного ремесла, коим является убийство.

> Ниже – мой выбор самых гениальных, самых изобретательных, самых безупречных (если такое вообще бывает) убийств за всю историю криминальной литературы. Это отнюдь не мои любимые книги в этом жанре, и я не стану вас уверять, будто они лучшие из лучших. Это всего лишь те произведения, в которых убийца максимально приближается к вожделенному идеалу любого преступника.

> Итак, вот он, мой личный перечень «идеальных убийств». Вынужден заранее предупредить, что хотя я всеми силами и пытался избежать даже частичного раскрытия сюжетов, стопроцентно мне это все-таки не удалось. Если вы еще не читали какую-то из этих книг и хотите сохранить интригу, то советую сначала прочесть книгу, а потом уже мой перечень.

> А. А. Милн «Тайна Красного дома» (1922)

> Задолго до того, как Алан Александр Милн создал своего самого знаменитого персонажа, навеки вошедшего в анналы мировой литературы – Винни-Пуха, если вы вдруг не в курсе, – он написал и один детективный роман, и как раз про идеальное преступление. Действие происходит в уединенном сельском особняке, а сюжет – типичная «тайна запертой комнаты». К некоему Марку Эблетту с просьбой о деньгах является его давно забытый брат. Из запертой комнаты слышится выстрел, и брат убит. Марк Эблетт исчезает. Кое-что в этой книге, конечно, слегка притянуто за уши – все эти переодевания персонажей, потайной ход, – но в основе своей план убийцы дьявольски хитер и до мелочей выверен.

> Энтони Беркли Кокс «Злой умысел» (1931)

> Известный своим первым в истории детективной литературы «перевернутым» сюжетом (нам известно, кто убийца и кто жертва, уже на самой первой странице), этот роман – практически готовая инструкция к тому, как отравить собственную жену и выйти сухим из воды. Убийце в романе, конечно, приходится малость попроще – он сельский врач, располагающий неограниченным доступом к смертельно опасным медикаментам. Его супруга с невыносимым характером – всего лишь первая жертва, поскольку стоит вам совершить идеальное убийство, как сразу же тянет повторить успех.

> Агата Кристи «Убийства по алфавиту» (1936)

> Пуаро расследует преступления некоего «психа», который, похоже, повернут на порядке букв в алфавите – сначала убивает Алису Ашер из Андовера, потом Бетти Барнард из Бэксхилла… В общем, вы уловили суть. Сюжет – хрестоматийный пример того, как спрятать свою истинную цель среди множества остальных, в надежде на то, что детективы заподозрят в ваших действиях работу душевнобольного.

> Джеймс Кейн «Двойная страховка» (1943)

> Это мое любимое произведение Кейна, в основном из-за мрачной фаталистической концовки. Но в центре книги все-таки убийство – страховой агент вступает в сговор с «роковой женщиной» Филлис Нёрдлинджер, дабы избавиться от ее супруга, – и это убийство блистательно исполнено. Классический случай постановочного убийства – супруг дамы убит в машине, а потом подброшен на железнодорожные пути, чтобы все выглядело так, будто он выпал из вагона для курящих в хвосте поезда. Уолтер Хафф, страховой агент и любовник Филлис, замещает ее супруга в поезде, позаботившись о том, чтобы свидетели подтвердили: да, убитый тут присутствовал.

> Патриция Хайсмит «Незнакомцы в поезде» (1950)

> Пожалуй, самая гениальная схема из всех прочих. Два человека, каждый из которых планирует кого-то убить, обмениваются убийствами «крест-накрест», обеспечивая друг другу безупречное алиби на момент обоих убийств. Поскольку их абсолютно ничего не связывает – они лишь раз коротко пообщались в поезде, – эти убийства невозможно раскрыть. В теории, естественно. И Хайсмит, несмотря на блистательность чисто детективного сюжета, более интересовали темы принуждения и вины, навязывания кому-то чужой воли. Роман одновременно завораживающий и прогнивший до самой сердцевины, как и большинство творений Хайсмит.

> Джон Макдональд «Утопленница» (1963)

> Макдональда помещаю здесь как недооцененного мастера криминальной прозы середины прошлого века, произведения которого крайне редко удостаивались внимания киноиндустрии. Слишком уж он заинтересован в изучении образа мыслей преступника, чтобы прятать своих негодяев до самого конца. В этом смысле «Утопленница» располагается несколько особняком, что ничуть не сказалось на ее достоинствах. Убийца придумывает такой способ увлекать своих жертв под воду, чтобы это выглядело в точности как несчастный случай.

> Айра Левин «Смертельная ловушка» (1978)

> Это, конечно, не роман, а пьеса, хотя я горячо рекомендую прочитать ее, а также поискать превосходный фильм 1982 года. Вы больше никогда не посмотрите на Кристофера Рива[13] прежними глазами. Это блистательный, забавный сценический триллер, в котором острый сюжет и не менее острая сатира ухитряются идти рука об руку. Первое убийство – жены со слабым сердцем – изящно задумано и блестяще исполнено, убийце не грозят ни малейшие подозрения. Инфаркт – смерть естественная, даже когда это не так.

> Донна Тартт «Тайная история» (1992)

> Подобно «Злому умыслу», еще один детектив «задом наперед», в котором небольшая группка студентов университета Новой Англии[14], занимающихся античной культурой, убивает одного из своих. Мы знаем, кого, еще задолго до того, как понимаем, почему. Само по себе убийство исполнено довольно просто: некоего Банни Коркорана сталкивают в ущелье во время его обычной воскресной прогулки. То, что выделяет это убийство из ряда подобных, следует из объяснения предводителя студенческой компашки Генри Винтера – убийцы позволили Банни «самому выбрать обстоятельства его собственной гибели». Они даже не были уверены, что в тот день он пойдет своим обычным маршрутом, – просто поджидали в наиболее вероятной точке, стремясь к тому, чтобы смерть Банни выглядела случайностью, а не чем-то заранее спланированным. То, что за этим следует, – леденящий кровь анализ угрызений совести и чувства вины.

По правде сказать, составить этот перечень и впрямь оказалось нелегкой задачей. Я-то думал, что с ходу накопаю целую кучу идеальных литературных убийств, – ан нет. Вот потому-то и включил туда «Смертельную ловушку», хотя это пьеса, а не книга. Вообще-то я никогда не читал оригинальный текст Айры Левина и даже не видел эту пьесу на сцене; мне просто очень понравился фильм. Вдобавок, опять просматривая сейчас этот список, понимаю, что «Утопленница» – книга, которая действительно мне нравится, – здесь несколько не к месту. Убийца (женского пола) таится на дне пруда с аквалангом, а потом затягивает свою жертву в глубину. Забавная затея, но крайне маловероятная и едва ли безупречная со всех точек зрения. Откуда она знает, где конкретно ждать? А что, если в пруду окажется еще кто-нибудь? Полагаю, нечто подобное и впрямь можно списать на несчастный случай, но, по-моему, я включил эту книгу в перечень только из-за того, что просто люблю Джона Д. Макдональда. Плюс, наверное, мне еще и хотелось чего-то неизбитого и не особо известного – того, что так и не превратили в вездесущее кино.

После того как я разместил этот текст на сайте, Клэр сообщила мне, что ей нравится мой стиль, а Джон, мой босс, просто испытал облегчение от того, что блог наконец заработал. Я стал дожидаться появления комментариев, позволяя себе небольшие фантазии, в которых мое произведение неизменно вызывало сетевой ажиотаж – читатели блога, перебивая друг друга, начинали до хрипоты спорить об их собственных любимых литературных убийствах. Вот мне звонят с НПР[15] и просят выступить в прямом эфире, чтобы обсудить эту самую тему…

В конце концов мой текст удостоился всего двух комментариев. Первый поступил от некоегоSueSnowden, который написал: Круто! Сколько книг я теперь могу добавить к своей стопке!!, а второй – от пользователя ffolliot123 – следующего содержания: Тот, кто составляет список идеальных убийств и не включает туда хотя бы одного Джона Диксона Карра[16], просто ни черта не смыслит в детективах.

Вся штука с Джоном Диксоном Карром в том, что я просто не могу врубиться в его книги – ну не цепляют они меня, и все тут, – пусть даже комментатор наверняка был прав, возмутившись их отсутствием. Карр специализируется на «тайнах запертых комнат», невероятных преступлениях, которые трудно вообразить себе в реальной жизни. Сейчас-то смешно об этом вспоминать, но в то время я был всерьез обеспокоен данным мнением, наверняка потому, что в определенной степени был с ним согласен. Даже подумывал написать нечто вроде добавки к предыдущему посту – может, что-то вроде «Восьми еще более идеальных убийств». Но вместо этого мой следующий пост представлял собой перечень наиболее понравившихся мне детективов, прочитанных в прошлом году, и все это я навалял ровно за час. Заодно придумал, как залинковать упомянутые в тексте названия к нашему интернет-магазину, за что Джон был мне дико благодарен. «Мы просто пытаемся продавать тут книги, Мэл, – сказал он тогда. – А не устраивать дискуссии».

## Глава 3

Агент Малви протянула мне распечатку, вытащенную из сумки. Я взял ее, проглядел собственноручно составленный список, после чего произнес:

– Да, помню, только это было довольно давно.

– Помните книги, которые вы отобрали?

Я еще раз глянул на распечатку. Глаза немедленно наткнулись на «Двойную страховку», и я вдруг понял, чем обязан визиту Малви.

– Ах да, – сказал я. – Человек на железнодорожных путях. Думаете, это на основе «Двойной страховки»?

– Думаю, что это ничуть не исключено. Он постоянно ездил одним и тем же маршрутом. Пусть даже убили его в каком-то другом месте, все обставлено так, будто он сам выпрыгнул с поезда. Когда я про это услышала, то сразу подумала про «Двойную страховку». Про фильм, по крайней мере. Книгу я не читала.

– И вы пришли ко мне, потому что ее читал я? – спросил я.

Она быстро заморгала, после чего помотала головой.

– Нет, я пришла к вам, поскольку когда мне пришло в голову, что это преступление может имитировать фильм или книгу, то я погуглила и «Двойную страховку», и «Убийства по алфавиту». И в результате наткнулась на этот ваш перечень.

Малви выжидающе посмотрела на меня, пытаясь установить прямой зрительный контакт, и я ощутил, как мои собственные глаза ускользают от ее взгляда, обшаривают ее широкий лоб, ее почти невидимые брови.

– Меня в чем-то подозревают? – спросил я, после чего расхохотался.

Она слегка откинулась на стуле.

– Нет, официально вы не подозреваемый. В противном случае допрос проводила бы не только я одна. Но я и в самом деле рассматриваю вероятность того, что все эти преступления совершены одним и тем же злоумышленником и что этот злоумышленник имитирует преступления из вашего списка.

– Разве мой список единственный, в котором одновременно фигурируют и «Двойная страховка», и «Убийства по алфавиту»?

– Сказать по правде, очень похоже на то. Ну, по крайней мере, ваш список самый короткий из всех, в которых упомянуты оба произведения. Обе книги одновременно есть и в других перечнях, но те значительно длиннее – вроде «Сто детективов, которые вам обязательно нужно прочесть, пока вы еще живы», – и ваш сразу же выделяется из прочих. Он посвящен «идеальным убийствам». В нем упоминается всего восемь книг. Вы работаете в магазине детективной литературы в Бостоне. Все преступления совершены в Новой Англии. Послушайте, я понимаю, что все это может оказаться простым совпадением, но все равно считаю, что эту линию бросать не стоит.

– Понимаю, что в первом случае действительно очень похоже, будто кто-то копирует «Убийства по алфавиту», но человек на путях?.. По-моему, «Двойная страховка» тут малость притянута за уши.

– Вы хорошо помните эту книгу?

– Вполне. Она из моих любимых. – Это была чистая правда. «Двойную страховку» я прочел еще в тринадцатилетнем возрасте и был настолько захвачен ею, что разыскал киноверсию с Фредом Макмюрреем и Барбарой Стэнвик[17], выпущенную в тысяча девятьсот сорок четвертом году. Этот фильм и затянул меня в темную нору нуара, и все подростковые годы я рыскал по видеопрокатам, разыскивая классические ленты в этом жанре. Но из всех фильмов, которые я посмотрел благодаря «Двойной страховке», ни один так и не превзошел тот самый первый зрительский опыт. Иногда мне кажется, что саундтрек Миклоша Рожи[18] к этому фильму навеки отпечатался у меня в голове.

– В тот день, когда на железнодорожных путях нашли тело Билла Мансо, один из аварийных выходов в окнах в том поезде был выбит – с той же стороны, на какой обнаружили тело.

– Так что не исключено, что он и впрямь выпрыгнул?

– Это совершенно исключено. По мнению криминалистов, Мансо был убит в каком-то совершенно другом месте и уже потом подброшен на пути. И коронер[19] подтверждает, что погиб он в результате удара каким-то тупым предметом по голове, то есть от какого-то рода орудия.

– Ладно, – сказал я.

– А это означает, что кто-то – наверняка тот самый человек, который убил его, или его сообщник – находился в поезде и разбил стекло аварийного выхода, чтобы все выглядело так, будто Мансо выпрыгнул сам.

Впервые с начала нашего разговора я ощутил смутный укол тревоги. В книге, равно как и в фильме, страховой агент влюбляется в жену нефтяного магната, и они вместе задумывают убить его. Они делают это ради друг друга, но также и ради денег. Страховой агент, Уолтер Хафф, оформляет ложный полис страхования от несчастных случаев на Нёрдлинджера – человека, которого они планируют убить. В полис включается условие «двойного страхового покрытия», при котором сумма возмещения удваивается, если несчастный случай происходит в поезде. Уолтер и Филлис, неверная жена, ломают ее мужу шею в машине, а потом Уолтер, изображая Нёрдлинджера, садится в поезд. На ноге у него фальшивый гипс, а под мышками костыли, поскольку настоящий Нёрдлинджер недавно сломал ногу. Уолтер решает, что гипс – это самое то, поскольку пассажиры наверняка запомнят его, причем смотреть будут в основном на гипс, а не на лицо. Он отправляется в вагон для курящих в хвосте поезда и выпрыгивает оттуда на малом ходу. А потом Уолтер и Филлис оставляют мертвеца на путях, так что все выглядит так, как будто Нёрдлинджер просто выпал из вагона.

– Итак, вы хотите сказать, что все определенно было проделано так, чтобы походить на убийство из «Двойной страховки»?

– Совершенно верно, – подтвердила она. – Хотя я пока единственная – единственная, кто убежден, что тут есть какая-то связь.

– Что представляли собой все эти люди? – спросил я. – Люди, которых убили?

Агент Малви бросила взгляд на подвесной потолок подсобки, после чего произнесла:

– Насколько мы можем судить, пока что нет возможности каким-то образом связать их между собой – если не считать того, что все они погибли в Новой Англии, и не принимать во внимание тот факт, что все они стали жертвами преступлений, скопированных из литературных источников.

– Из моего списка, – добавил я.

– Верно. Ваш список – это одно из возможных связующих звеньев. Но есть и еще одно связующее звено… ну, не совсем звено, скорее интуиция с моей стороны… Дело в том, что все эти жертвы… были в общем и целом не такими уж плохими людьми, но и хорошими их тоже не назовешь. Не думаю, чтобы хоть кто-то из них пользовался всеобщей любовью.

Я ненадолго задумался. В подсобке становилось все темнее, и я машинально глянул на часы, но до вечера было по-прежнему далеко. Перевел взгляд в сторону кладовки с запасами книг, два окна которой выглядывали на переулок позади здания. На их стекла уже налип снег, и та часть улицы, которая еще за ними просвечивала, показалась мне сумрачной, как перед закатом. Я включил лампу на письменном столе.

– К примеру, – продолжала агент Малви, – взять того же Билла Мансо. Биржевой брокер, давно в разводе… Детективы, которые опрашивали его взрослых детей, выяснили, что те не видели его больше двух лет и что он не из тех людей, у которых особо развиты родительские инстинкты. Было ясно, что даже его собственные отпрыски откровенно его недолюбливают. Да и Робин Каллахан, как вы наверняка читали, тоже была довольно неоднозначной личностью.

– Напомните, – попросил я.

– По-моему, пару лет назад она разрушила семью кого-то из своих коллег-тележурналистов. И, соответственно, свою собственную семью. А потом написала книгу против моногамии – тоже не так давно. Куча народу до сих пор воспринимает ее довольно неприязненно. Если вы погуглите ее фамилию…

– Ну… – начал было я.

– Вот именно. У всех сейчас есть враги. Но, дабы ответить на ваш вопрос, – по-моему, существует большая вероятность того, что все эти убитые были тоже далеко не ангелы.

– Вы считаете, что кто-то прочитал мой список идеальных убийств, – проговорил я, – а потом решил скопировать приведенные в нем методы? Причем убивая людей, которые каким-то образом заслуживали смерти? В этом ваша теория?

Малви поджала губы, отчего они стали еще более бесцветными, и произнесла:

– Я понимаю, это может показаться полной чушью…

– Или вы считаете, что я составил этот список, а потом решил сам попробовать применить эти методы на практике?

– Такая же чушь, – перебила она. – Сама понимаю. Но столь же крайне маловероятно, не так ли, чтобы кто-то вдруг скопировал сюжетную линию романа Агаты Кристи, и в то же самое время какой-нибудь совершенно другой человек разыграл сцену убийства в поезде из…

– Из романа Джеймса Кейна, – подсказал я.

– Точно, – кивнула Малви. В желтоватом свете моей настольной лампы казалось, что она не спала уже как минимум трое суток.

– Когда вы установили связь между этими преступлениями? – спросил я.

– В смысле, когда я нашла ваш список?

– Наверное, так. Да.

– Вчера. Я уже заказала все эти книги и прочитала все краткие изложения сюжетов, но потом все-таки решила обратиться непосредственно к вам. Я надеялась, вдруг вас посетит некое озарение – вдруг вы сумеете связать и другие нераскрытые преступления со своим списком. Я понимаю, что шансы невелики…

Я в этот момент опустил взгляд на распечатку, которую она мне дала, припоминая про себя восемь книг, которые сам в свое время выбрал.

– Из некоторых, – произнес я, – ничего особо не скопируешь. А если и скопируешь, то заметить это будет трудно.

– Что вы имеете в виду? – спросила она.

Я еще раз пробежал глазами список.

– «Смертельная ловушка», пьеса Айры Левина. Знаете такую?

– Вроде да, но напомните, пожалуйста.

– Жену убили, напугав ее до смерти и доведя до инфаркта. Это устроили ее муж и его приятель, он же его любовник. Это идеальное убийство, естественно, потому что вам в жизни не доказать, что кто-то, умерший от инфаркта, был на самом деле убит. Но предположим, кто-то захотел воспользоваться тем же методом. Для начала, довести кого-то до инфаркта не так-то просто, а вам будет еще сложней об этом догадаться. Не думаю, что в числе прочего у вас есть еще и подозрительная смерть от сердечного приступа, а?

– Вообще-то есть, – произнесла агент Малви, и впервые с момента ее появления в магазине я увидел у нее в глазах проблеск самодовольства. Она действительно верила, что на что-то наткнулась.

– Особо я про это не знаю, – продолжала Малви, – но есть одна женщина, Элейн Джонсон из Рокленда, штат Мэн, которая умерла от сердечного приступа в прошлом году, в сентябре. У нее уже были проблемы с сердцем, так что смерть выглядела вполне естественной, хотя имелись признаки того, что в ее дом проникли методом взлома.

Я потеребил мочку уха.

– Типа как ограбление?

– Именно так и решила полиция. Кто-то вломился в ее дом с целью ограбления или чтобы напасть на нее, но как только она увидела взломщика, с ней приключился инфаркт. Так что дело закрыли.

– В доме ничего не взяли?

– То-то и оно. В доме ничего не взяли.

– Ну не знаю… – протянул я.

– Хотя подумайте как следует, – произнесла агент Малви, немного придвигаясь ко мне вместе со стулом. – Предположим, вы хотите кого-то убить, вызвав сердечный приступ. Для начала вы выбираете жертву, у которой уже был инфаркт, – с Элейн Джонсон это как раз такой случай. Потом проникаете к ней в дом, где она живет одна, надеваете какую-нибудь жуткую маску и неожиданно выскакиваете из шкафа. Она падает замертво, а вы совершили убийство – аккурат как в вашей книге.

– А если не получится?

– Тогда убийца попросту сматывается из дома, а она не может его опознать.

– Но она ведь сообщит в полицию?

– Естественно.

– Кто-нибудь уже сообщал о чем-то подобном, с кем-то уже что-то такое случалось?

– Нет. По крайней мере, насколько мне известно. Но это всего лишь означает, что все получилось с первого раза.

– Ну да, – сказал я.

Агент Малви ненадолго притихла, а я услышал тихое цоканье коготков, которое означало, что к нам по твердому паркетному полу направляется Ниро. Моя собеседница, которая тоже его заслышала, обернулась и посмотрела на нашего магазинного кота. Позволила ему обнюхать свою руку, а потом со знанием дела почесала за ухом. Ниро повалился на пол и распростерся на боку, громко мурлыча.

– У вас, должно быть, тоже кошки? – спросил я.

– Две. Вы каждый раз забираете его домой или он просто остается в магазине?

– Просто остается. Для него вся вселенная – это два уставленных книжными шкафами зальчика и проходящая через них публика с улицы, кое-кто из которой его подкармливает.

– Неплохо ему живется, – заметила она.

– Да уж, не бедствует. Половина людей, которые сюда заглядывают, приходит его проведать.

Ниро поднялся с пола, потянулся на своих мохнатых лапах, по одной за раз, и неспешно направился обратно в торговый зал.

– Так что же вы все-таки от меня хотите? – спросил я.

– Ну, если кто-то и вправду использует ваш список в качестве инструкции для совершения убийств, тогда мне хотелось бы привлечь вас в качестве эксперта.

– Я по таким делам не спец.

– В смысле, в качестве эксперта по книгам в вашем списке. Это ведь ваши любимые книги.

– Пожалуй, что да, – не стал спорить я. – Я составил этот список уже довольно давно, так что некоторые из этих книг помню не столь хорошо, как остальные.

– И все же ваше мнение ничуть не повредит. Я рассчитывала, что вы взглянете на некоторые дела, которые я собрала воедино, – на список нераскрытых убийств в пределах Новой Англии за последние несколько лет. Я по-быстрому набросала его вчера вечером, только самое основное, вообще-то говоря… – Агент Малви вытащила из своей сумки-портфеля стопку бумаг, сколотых степлером. – В надежде, что вы просмотрите его и дадите мне знать, если что-то из перечисленного напомнит вам какие-то книги из вашего перечня.

– Конечно, – отозвался я, забирая у нее бумаги. – А это… тоже строго секретно?

– Большинство собранной мною информации – в открытом доступе. Если какие-то из этих преступлений обратят на себя ваше внимание с интересующей нас точки зрения, я присмотрюсь к ним попристальней. Это просто наудачу, если честно. Сама я уже, что могла, прошерстила. Дело в том, что поскольку вы читали все эти книги…

– Мне придется кое-что перечитать, – перебил я.

– Итак, вы все-таки готовы мне помочь. – Малви села немного прямее и почти что улыбнулась. Верхняя губа у нее была короткая, и я увидел ее десны, когда она приоткрыла рот.

– Попробую, – пообещал я.

– Спасибо! И вот еще что. Я уже заказала все эти книги, но если они у вас тут тоже есть, то я смогла бы побыстрей с ними разделаться.

Я проверил товарные запасы в компьютере – выяснилось, что у нас есть по нескольку экземпляров «Двойной страховки», «Убийств по алфавиту» и «Тайной истории», плюс единственный томик «Тайны Красного дома». Имелся также и один экземпляр «Незнакомцев в поезде», но это было первое издание тысяча девятьсот пятидесятого года, в превосходном состоянии, которое стоило по меньшей мере тысячу долларов. Возле кассы имелась запирающаяся витрина, в которой мы держали все книги стоимостью пятьдесят долларов и выше, но оно хранилось даже не там. Книга лежала у меня в кабинете, тоже в запертой витрине под стеклом, в которую я упрятал те издания, с которыми пока не был готов расстаться. Была во мне эдакая коллекционерская жилка – вряд ли такое уж хорошее качество для человека, работающего в книжном магазине, равно как и для того, чьи собственные книжные шкафы в мансардной квартирке и без того забиты до отказа. Я почти собрался уже сказать агенту Малви, что книги Хайсмит у нас нет, но решил, что врать не стоит – по крайней мере, не насчет чего-то столь тривиального и уж тем более не агенту ФБР. Просто сообщил ей, сколько эта книженция стоит, и она ответила, что подождет заказанного варианта в мягкой обложке. В результате не хватало только «Утопленницы», наверняка имевшейся у меня дома, и «Злого умысла», который, по-моему, тоже должен был найтись там же. Экземпляра пьесы «Смертельная ловушка» у меня точно не имелось, ни здесь, ни дома, но я точно знал, что таковое издание существует. Все это я объяснил агенту.

– Мне в любом случае не одолеть восемь книг за ночь, – заметила она.

– Вы собираетесь вернуться, чтобы…

– Я остановилась совсем неподалеку отсюда, в отеле «Плато». Надеялась, что после того, как вы посмотрите мой список, можно будет встретиться еще раз – например, прямо с утра. Вдруг у вас появятся какие-то мысли.

– Конечно, – сказал я. – Не знаю пока, стану ли завтра открываться – вряд ли, если такая погода…

– Вы можете прийти прямо в отель. ФБР оплатит вам завтрак.

– Звучит заманчиво, – сказал я.

Уже в дверях агент Малви сказала, что заплатит за книги, которые взяла с собой.

– На этот счет не волнуйтесь, – сказал я. – Можете вернуть их, когда закончите.

– Спасибо, – сказала она.

Дверь Малви открыла в тот самый момент, когда от Бери-стрит срикошетировал очередной порыв ветра. Кое-где успели нарасти порядочные сугробы; ветер гнал по проезжей части и тротуарам длинные языки снега, сглаживая острые углы городского пейзажа.

– Идите осторожней, – посоветовал я.

– Тут недалеко, – отозвалась агент Малви. – Завтра в десять, договорились? – добавила она, уточняя время нашей встречи за завтраком.

# Примечания

1

Бикон-хилл – исторический район Бостона, один из самых живописных и «атмосферных» в городе; Бери-стрит – улица вымышленная, хотя и фигурирует почти во всех произведениях автора.Здесь и далее – прим. пер.

2

Луиза Пенни (р. 1958) – канадская писательница в жанре детектива, известная своей серией романов «Старший инспектор Гамаш» о полиции Квебека.

3

Рут Барбара Ренделл, баронесса Ренделл из Баберга (1930–2015) – британская писательница, автор популярных детективов и триллеров. Писала также под псевдонимом Барбара Вайн. Лауреат многих литературных премий, включая несколько «Кинжалов» от Ассоциации писателей-криминалистов, премии газеты The Sunday Times за литературное мастерство и премии Эдгара По. Самый известный персонаж ее романов – инспектор Реджинальд Вексфорд.

4

Имеется в виду мыс Кейп-Код – полуостров на северо-востоке США в 120 км от Бостона, самая восточная точка штата Массачусетс. Отделяет залив Кейп-Код от Атлантического океана.

5

Ашленд – в данном случае имеется в виду крошечный городок примерно в 20 км от Бостона, известный национальным парком на берегу крупного водохранилища.

6

Robin – малиновка, Jey – сойка, Bird – птица (англ.).

7

Эй-би-си (ABC) – первые буквы английского алфавита.

8

«Бордерс» (Borders) – крупная торговая фирма, владелец разветвленной сети магазинов, не только книжных.

9

«Амазон» – крупнейший в мире интернет-магазин, начинавший как раз с торговли книгами.

10

Роберт Паркер (р. 1947) – один из ведущих американских и мировых винных критиков.

11

Джулия Кэролин Чайлд (1912–2004) – американский шеф-повар, соавтор книги «Осваивая искусство французской кухни», ведущая кулинарных программ на американском телевидении.

12

«Жар тела» – американский триллер 1981 г. режиссера Лоуренса Кэздана, снятый в стилистике неонуар. В основе сюжета – тоже «идеальное убийство». Персонаж по имени Тэдди Льюис в исполнении Микки Рурка обращается с процитированными словами к главному герою – беспринципному адвокату Рэсину, совершившему убийство на почве страсти и в итоге оказавшемуся обманутым.

13

Кристофер Д’Олье Рив (1952–2004) – американский актер театра, кино и телевидения, режиссер, сценарист. Наиболее известен ролью Супермена в одноименном американском фильме 1978 г. и его продолжениях. В фильме «Смертельная ловушка» сыграл одну из главных ролей.

14

Новая Англия – регион на северо-востоке США, где располагались одни из самых ранних европейских поселений в Северной Америке. Включает в себя штаты Коннектикут, Мэн, Массачусетс, Нью-Гемпшир, Род-Айленд и Вермонт.

15

НПР (NPR, National Public Radio) – крупнейшая некоммерческая организация, которая собирает и распространяет новости с почти 800 радиостанций США. Финансируется за счет пожертвований слушателей.

16

Джон Диксон Карр (1906–1977) – американский писатель, автор детективных романов, по праву считающийся одним из видных представителей «Золотого века детективного жанра» наряду с Агатой Кристи, Г. К. Честертоном, Гастоном Леру и пр.

17

Фред Макмюррей (1908–1991) – американский актер, наиболее известный как раз по роли в «Двойной страховке»; Барбара Стэнвик (1907–1990) – американская актриса, модель и танцовщица, популярная в 1940-х гг.

18

Миклош Рожа (1907–1995) – венгерско-американский композитор, известный как академическими сочинениями, так и киномузыкой.

19

Коронер – должностное лицо, устанавливающее причину смерти, происшедшей при невыясненных обстоятельствах, и при необходимости принимающее решение о проведении следственных действий.